– Это все из-за тебя, – выговаривал Лоуренс Амбер, обозревая последствия вечеринки на двести человек в огромном родительском особняке. Официанты убирали посуду.

– Все не так уж плохо, – заметила она.

Он ослабил узел галстука:

– Я не виню тебя за беспорядок.

– А что тогда?

Он кивнул на кресло у мраморного камина.

Амбер с радостью присела на мягкое сиденье из кремовой кожи и сняла туфли на высоких каблуках.

Лоуренс уселся напротив нее:

– Ты убедила меня в том, что я смогу это сделать.

– Организовать вечеринку?

Лоуренс слыл завсегдатаем вечеринок. Амбер думала, что он побывал на десятках, а может быть, сотнях.

– Я имел в виду управление компанией. Если бы ты не заставила меня принимать решения, я ни за что не поехал бы к отцу. И не нанял бы Самуэля и Джену.

– Они мне понравились.

– Мне тоже. Но я не знаю, как их воспримет отец.

– Ясное дело, сочтет, что они слишком молоды для подобных ответственных должностей?

Обоим руководителям было слегка за тридцать.

– Я уверен, они не соответствуют его представлению о руководителях.

– По-твоему, клиентам не понравится, что Самуэль носит синие джинсы?

– Лукас тоже носит синие джинсы.

– Исполнительный директор и директор по маркетингу – две разные должности.

– Верно. Ты хочешь пить?

Амбер с удивлением наблюдала, как Лоуренс подзывает опрятно одетого официанта и просит его принести воды.

– Что? – Лоуренс перехватил ее взгляд.

– Неужели ты не мог сам налить нам воды?

– По-твоему, я избалованный?

– Представь, я всегда считала тебя избалованным.

Лоуренс пожал плечами:

– Справедливая критика. Если это мне поможет, я признаюсь, что часто наливаю себе воду и виски. Даже сам откупориваю себе бутылку пива.

Амбер усмехнулась:

– В таком случае беру свои слова обратно. По-видимому, ты самодостаточный человек.

Официант принес серебряный поднос с двумя стаканами и кувшином.

– Мне налить вам воды, сэр? – спросил он.

– Спасибо. Мы сами. – Лоуренс криво усмехнулся, официант ушел.

– Теперь ты пытаешься произвести на меня впечатление, – предположила Амбер.

Лоуренс наклонился вперед:

– И у меня получается? – Он налил воды в стаканы и протянул один из них Амбер.

– Не зазнавайся, – предупредила она и огляделась. – Я не смогла бы жить в таком огромном доме. Это меня пугает.

Он отпил воды.

– Хочешь, я открою тебе секрет? Этот дом меня тоже пугает. Я никогда не любил, например, эту комнату. Или библиотеку. Ты должна осмотреть библиотеку. Это пещера моего отца и оформлена в готическом стиле. – Лоуренс понизил голос. – В этой библиотеке не происходит ничего хорошего.

– Ты меня заинтриговал.

– У тебя хватит смелости, чтобы увидеть ее?

– О, я достаточно смелая. Кроме того, твоего отца здесь нет.

– Ну что, проверим логово льва, пока его нет рядом. – Лоуренс поставил стакан на стол. – Ты очень умная. Вот что мне в тебе нравится.

Она дерзко улыбнулась ему, у нее потеплело на душе. Приятно думать, что он считает ее умной. Его суждения важны ей. За последние две недели Амбер обнаружила, что Лоуренс вдумчивый и трудолюбивый человек.

Он поднялся.

– Ну что, пошли?

Она встала и поморщилась, надев узкие туфли на распухшие ноги.

– Что случилось?

– Можно я пойду босиком?

Лоуренс озорно улыбнулся:

– Босоногая женщина в библиотеке. Ты неповторима, Амбер.

– Хорошо, что твой отец не видит меня сейчас. – Она сбросила туфли.

– Я могу отправить ему твое фото.

– Чтобы меня уволили?

Они направились в библиотеку.

– Никто не собирается тебя увольнять, – поморщился он.

– Джемисон однажды хотел меня уволить. Диксон единственный, кто не пытался это сделать.

– Когда это Джемисон собирался уволить тебя?

– Перед тем как у него случился инфаркт, – призналась она. – Я тогда ничего не сказала ему о Диксоне и не сомневаюсь, что он собирался меня выгнать.

– Но у него прихватило сердце.

– Я этому не обрадовалась, – поспешно оправдывалась она, чувствуя себя виноватой. – Я имею в виду, что не пожелала бы инфаркта никому, даже ради собственной работы. Ты считаешь, я виновата?

Лоуренс остановился в коридоре и повернулся к Амбер.

– Ты только что во всем призналась и сама себя осудила. – Он казался необычайно высоким и внушительным.

– У него случился инфаркт, потому что я отказалась помочь ему. Я не уверена, должна ли дальше продолжать работать в компании.

– Мой отец пережил инфаркт, потому что злоупотреблял мясом, шоколадными трюфелями и кубинскими сигарами. Не вини себя. – Лоуренс взялся за ручку двери, обитой темными панелями. – Ты готова?

– Я по-прежнему чувствую себя виноватой.

– Если хочешь кого-то обвинить, обвини Диксона. Или меня. Или Маргарет.

Амбер промолчала. Лоуренс распахнул дверь в библиотеку.

Антикварные лампы располагались по периметру прямоугольной комнаты, придавая ей желтоватый блеск. Арочные потолки, темные деревянные резные панели на стенах, книги на глубоких полках, удерживаемые на месте черными металлическими решетчатыми дверцами. Потертые кожаные кресла, продолговатый стол в центре комнаты на двух массивных пьедесталах и восемь старинных стульев, обитых бордовой узорчатой тканью.

– Я могу представить его здесь. – Голос Амбер звучал приглушенно во внушительном пространстве.

– А я стараюсь этого не делать. – Лоуренс неожиданно взял ее за руку. – Иди сюда. Присядь. – Он указал ей на кресло.

Она подчинилась.

– Я хочу запомнить тебя такой, – пояснил Лоуренс. – Босой. – Он вдруг подошел к ней и распустил волосы по ее плечам. – Отлично.

Он молчал и, прищурившись, разглядывал Амбер.

– Что? – Она внезапно застыдилась.

– Еще вот это. – Он потянул вниз тонкую бретельку серебристого платья, обнажая ее плечо.

Амбер почувствовала сильное возбуждение. Она не могла спокойно смотреть на Лоуренса, не могла говорить. Он шагнул назад.

– Это то, что я запомню.

Ее тело трепетало от желания под его взглядом.

Он пристально смотрел на нее, его глаза потемнели и затуманились от страсти.

– А хочешь увидеть мою любимую комнату?

Амбер знала, что должна ответить отрицательно. Это единственный разумный ответ.

Но она против воли согласилась.

Амбер удивилась, когда они вошли в гостиную на втором этаже. Лоуренс понимал, что она ожидала увидеть нечто более грандиозное. Она оглядывала мебель из ротанга, акварели на стенах и керамические вазы на светлых столах из клена.

– Ты явно не этого ожидала, да?

– Это мягко сказано. – Она провела рукой по спинке дивана, проходя дальше в комнату.

С босыми ногами, распущенными волосами и спущенной бретелькой Амбер словно бы оказалась на своем месте в этой комнате.

– Это пространство делает меня приземленным, – признался Лоуренс.

– Я никогда не считала тебя приземленным. – Красивая улыбка смягчила резкие слова Амбер.

– А каким ты меня считаешь?

– Избалованным, изнеженным везунчиком.

– Полагаю, я именно такой.

– Правда, у тебя полно других достоинств.

– Я рад, что ты их заметила, – обрадовался он.

– Мне потребовалось некоторое время, чтобы их заметить. – Она остановилась напротив него, такая свежая и очаровательная. Ее кожа была гладкой как шелк, губы идеальной формы розовыми, растрепанные волосы излучали сексуальность.

Лоуренс вспомнил ее обнаженной. Он помнил каждую частичку ее тела.

– А мне понадобилось всего полсекунды, чтобы заметить тебя.

– Что именно ты заметил? – Она с трудом сохраняла самообладание.

Достаточно лишь протянуть руку, и он прикоснется к ее талии, а если чуть наклонится вперед, поцелует ее. Если Амбер позволит ему поцеловать себя. Он вдохнул аромат ее волос. Кончики пальцев стало покалывать от воспоминания о том, как он ласкал ее.

– Твои глаза, – ответил он. – Твою обувь и твои дерзости.

– Кто-то должен держать тебя в узде.

Лоуренс шагнул к ней ближе:

– Ты хочешь держать меня в узде?

Она не ответила, но ее глаза потемнели.

– Сказать тебе, что я хочу сделать с тобой? – тихо спросил он.

Амбер разомкнула губы.

Он подошел еще ближе, взял ее за руку, отвел прядь волос и наклонился к уху.

– Я хочу тебя поцеловать, – прошептал он. – Снять с тебя это платье и долго-долго заниматься с тобой любовью.

У нее перехватило дыхание.

– Я этого не ожидала.

– Нет? – Он поцеловал ее в плечо, упиваясь сладостью кожи.

– Я лгу.

Он снова поцеловал ее.

– Да?

– Это именно то, чего я ожидала.

– Но ты все равно пришла сюда со мной? – Его губы коснулись ее кожи.

– Да. – Она прижала ладони к его груди, мягко и нежно. – Я хочу тебя, Лоуренс, хотя и стараюсь игнорировать мое желание.

Он отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Я не могу его игнорировать.

– Нам нужно… – Она теребила пуговицу на его рубашке.

– …заняться любовью?

– Установить основные правила.

Он нежно поцеловал ее в губы.

– Конечно. Все, что захочешь.

– Это не должно влиять на наши деловые отношения.

Коснувшись ладонью ее подбородка, он снова поцеловал Амбер.

– Договорились.

– Ты не можешь меня уволить, или выдать премию, или изменить ко мне отношение оттого, что я…

– …окончательно лишила меня разума? Я тебя не уволю.

– И не надо продвигать меня по службе.

– Согласен. Вероятно, ты права. А ты хочешь новую должность?

– Ты меня не слушаешь.

Он снова поцеловал ее.

– Ты меня отвлекаешь.

Она прижалась к нему:

– Мы должны условиться прямо сейчас.

– Мы не будем смешивать наши личные и деловые отношения. Поэтому замолчи, Амбер. Мы не на совещании.

И Лоуренс страстно припал к ее губам.

Она поцеловала его в ответ, обнимая за шею. Он запрокинул голову, чтобы углубить поцелуй, и крепче прижал ее к себе, обхватив за талию.

Она простонала, зовя его по имени, и принялась расстегивать ему брюки.

– Амбер, перестань. – Он уже терял самообладание.

– Я не могу ждать, – прохрипела она. – Иначе умру от желания.

Запустив руку ей под платье, он стянул с нее трусики. Потом опустился на стул и усадил Амбер себе на колени.

Обхватив за бедра, вошел в нее.

Она уперлась руками ему в плечи, запрокинула голову и удовлетворенно ахнула.

– Ты удивительная. Фантастическая женщина.

Она вонзила ноготки ему в плечи. Он потерял счет времени, ускоряя темп. А потом мир вокруг него исчез. Не осталось ничего, кроме Амбер. Они стали единым целым, и ему хотелось испытывать это чувство вечно.

Когда все закончилось, он прижимал ее к себе и думал, что они идеальная пара.

– Останься со мной на ночь, – шептал он ей.

– Хорошо, – она с трудом переводила дыхание.

Телефонный звонок вырвал Амбер из крепкого сна. Она мгновенно почувствовала обнаженное тело Лоуренса, который ее обнимал, почувствовала слабый аромат сандала на его простынях и услышала жужжание потолочного вентилятора над большой кроватью. Телефон зазвонил снова.

Опершись на локоть, она нащупала его на тумбочке. Лоуренс простонал и передвинулся в кровати. Через секунду в комнате зажегся свет.

– Амбер Боуэн? – послышался в телефонной трубке женский голос.

– Да. Это я.

– Это Бренди Перкинс. Я медсестра Мемориального госпиталя.

Амбер села прямо:

– Что случилось?

– Вы можете приехать в родильное отделение прямо сейчас?

– Да, конечно. – Амбер спустила ноги на пол. – Что с Джейд?

Лоуренс сел рядом с ней.

– У нее резко подскочило давление. Чтобы не рисковать ребенком, ей сделают кесарево сечение.

– Я уже еду. – Амбер поднялась с кровати, закончив разговор.

– Что произошло? – озабоченно спросил Лоуренс.

– Мне нужно ехать в больницу. Это Джейд. – Амбер принялась одеваться.

Лоуренс встал:

– Я отвезу тебя.

– Не нужно. У меня свой автомобиль.

– Ты взволнована. Тебе не нужно садиться за руль.

– Я не знаю, как долго там пробуду.

– И что?

– Лоуренс, я поеду на своей машине.

Надев платье, она направилась к двери. Ее туфли по-прежнему находились в библиотеке.

Лоуренс шел за ней.

– Что случилось?

– У нее поднялось давление. Ребенок в опасности, и ей сделают кесарево сечение. Я знала, что риск существует, но она хорошо себя чувствовала.

Амбер твердила себе, что следовало уделять больше внимания сестре. Если бы она проводила больше времени в больнице, вместо того чтобы устраивать вечеринку и спать с Лоуренсом, дела у Джейд пошли бы лучше.

– Джейд уже в больнице? – спросил он, когда они спускались по лестнице.

– Она там уже две недели.

– Почему ты ничего мне не говорила?

– А почему я должна была говорить об этом тебе? – Амбер вошла в библиотеку и быстро отыскала свои туфли.

– Ну, я не знаю. Наверное, потому, что мы видимся с тобой каждый день.

– Мы просто работаем вместе.

Она прошагала в гостиную. Ключи от машины лежали в сумочке. Сейчас три часа утра. Если повезет, она доберется до больницы за полчаса.

– Правильно, – как-то странно отозвался Лоуренс. – Мы работаем вместе. Это все.

Она помедлила, вглядываясь в его лицо.

– Я должна немедленно ехать к сестре.

– Я отвезу тебя.

– Нет. Спокойной ночи, Лоуренс!

– Уже утро.

Она даже не знала, как реагировать на эти слова. Вышла на улицу и направилась к машине.

К счастью, автомобилей на дороге было мало, и Амбер удалось найти хорошее место на больничной парковке. Она бросилась в палату Джейд. Если сестры там не окажется, ей скажут, куда ее отвезли.

– Как она? – спросила Амбер медсестру.

– Она по-прежнему в хирургии, – ответила та.

Амбер не понравилось выражение лица женщины. По дороге в больницу она убеждала себя, что все образуется. С Джейд и ребенком все будет в порядке.

– Ситуация критическая?

– У нее был приступ.

У Амбер подкосились колени.

Медсестра взяла ее за руку и повела в небольшую нишу в зоне ожидания.

– Врачи делают все, что могут. Вы увидитесь с Джейд, как только она придет в себя от наркоза. И сможете взять на руки ребенка.

Из двойных дверей вышла женщина в хирургическом халате.

Амбер и медсестра встали.

– Доктор Фостер, это сестра Джейд, Амбер, – представила медсестра.

– Джейд ослаблена, – заявила врач без предисловий. – Мы сделали ей перезагрузку сердца.

Амбер едва не рухнула на пол.

– Она пойдет на поправку. Ее жизненные показатели стабилизировались, давление под контролем.

– Она выздоровеет?

– Мы ожидаем полного восстановления.

– А ребенок?

Врач улыбнулась:

– Она родила здоровую девочку.

– У меня племянница?

– Она в инкубаторе. Вы можете увидеть ее, если хотите.

Амбер быстро кивнула, и ее глаза защипало от слез. Она почувствовала, как с плеч свалилась тяжелая ноша.