Сознание вернулось к Малко вместе с кошмарной болью в голове. Он лежал на газоне под открытым небом.

Наступал день, но, должно быть, было еще очень рано, потому что солнце находилось на горизонте над озером Танганьика. Его часы остановились в десять часов сорок минут. Удивленный тем, что он не связан, Малко с трудом поднялся. У него кружилась голова, костюм измялся, весь в пятнах и пыли, как будто его тащили по земле. Над левым ухом он обнаружил бляшку спекшейся крови.

Протерев глаза, он попытался угадать, где находится. Это был тропический сад с молодыми манговыми деревьями, с несколькими кокосовыми пальмами, с красными цветами. Все очень хорошо ухожено. Одна странная особенность: с трех сторон сад окружала тонкая, очень прочная решетка высотой около пяти метров, напоминающая решетку теннисного корта. Живая изгородь из кустов с яркими красными цветами и орхидей окаймляла четвертую сторону сада.

Пошатываясь, Малко направился к ограде. Она была прочно закреплена стальными крюками, воткнутыми в землю, и столбами из легкого металла, вбитыми в цементный цоколь. Несокрушимая преграда.

Сад мог быть с гектар. Малко охватило смутное беспокойство. Этот уголок ему ни о чем не говорил. Его оглушили не для того, чтобы отвезти на лоно природы. Кроме треска бесчисленных тропических насекомых, ничто не нарушало абсолютной тишины. Колибри бросалась на орхидею, как крохотный пестрый вертолет, и застывала в неподвижности, трепеща на ветру крылышками.

Никаких строений вокруг. Земной рай. Жара не стала еще мучительной. Солнце вдали отражалось в зеленых водах Танганьики. Из этого Малко сделал вывод, что он находится на холмах, в изысканном пригороде Бужумбуры. Заинтригованный и обеспокоенный, он направился к изгороди из красных цветов, которая казалась единственным выходом.

Еще наполовину оглушенный, он шел шатаясь. С тех пор как он коснулся левой стороны головы, Малко испытывал жгучую боль.

Он чувствовал себя странно и неловко в элегантном городском костюме в середине тропического мини-леса.

Внезапно, когда Малко собирался обойти кусты, его остановил шум, доносившийся с другой стороны изгороди. И хотя он не имел большого опыта жизни в Африке, он сразу узнал рев дикого зверя.

У него засосало под ложечкой, но, пересиливая страх, Малко заставил себя обойти кусты. Он остановился, чувствуя, что его вот-вот вырвет.

За изгородью тоже была решетка, но нечто вроде рва глубиной около десяти метров отделяло ее от изгороди.

Посреди рва виднелось какое-то светлое пятно. Это была женщина, а на ней сидела огромная пантера, ее длинный хвост бил о землю. Морда пантеры погрузилась в затылок женщины, представлявший собой сплошную рану. Большое кровавое пятно окрасило песок. Плечи были разорваны ужасными когтями.

Малко скорее догадался, чем узнал в женщине черты Жиль. Ее, должно быть, убили несколько часов назад, мухи вились вокруг лица. Одним ударом лапы животное сломало ей шею.

Передней лапой пантера перевернула тело. Теперь она сладострастно нюхала кровь, затем вонзила клыки в горло, вырывая кусок мяса; Малко отвернулся, и его вырвало. Привлеченная шумом пантера подняла голову, их взгляды встретились. Она смотрела на Малко огромными голубыми глазами.

Пантера гибко отскочила от тела Жиль. Ужас парализовал Малко. Это была взрослая пантера, и весила она килограммов сто. Одним ударом лапы она могла убить его. Теперь, чуя запах крови, пантера не будет атаковать. Она уже кружила вокруг своей жертвы, осторожно ставя лапы на землю.

Вот почему его заперли в этом райском местечке. Это было лучше, чем пуля, меньше осложнений. И когда его тело будет разорвано в клочья, самым простым станет объяснить это несчастным случаем.

В четвертой части решетки имелась дверь, но пантера была начеку. Она словно чувствовала, что он может ускользнуть отсюда.

Малко стало ужасно горько при мысли, что он умрет, в сущности, по ошибке. Он не был торговцем алмазами, и его смерть явилась бы смертью человека, весьма далекого от дела Аристотеля.

Но это не повод, чтобы отдать его на растерзание голодной пантере.

Теперь она очень медленно двигалась к нему, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, чтобы не потерять его из виду.

Малко отступил.

Он огляделся, ища укрытие. Рядом с ним находилось несколько деревьев, но пантера, разумеется, вскарабкается туда быстрее, чем он.

На всякий случай Малко подобрал камень, хотя оглушить пантеру у него был один шанс из тысячи. Он безнадежно пытался вспомнить то, чему его обучали в школе выживания ЦРУ в Сан-Антонио, в Техасе. Инструкторы учили питаться змеями и ящерицами, но не давали рецептов, как задушить пантеру голыми руками.

Между ними оставалось не более десяти метров. Малко мог видеть, что у пантеры только одно ухо, другое, без сомнения, искромсано в битве.

Его рубашка промокла от пота. Малко повернулся. Решетка оказалась в пяти метрах от него. Справа и слева — открытое место, никакой защиты. Улетели вспугнутые хищником птицы.

На синем небе ни облачка. Вся сцена напоминала сюрреалистический кошмар Сальвадора Дали. Малко дорого бы дал, чтобы иметь крылья колибри. Его спина коснулась решетки.

Это был конец.

Чтобы насладиться своим триумфом, пантера какое-то время оставалась неподвижной, пристально глядя на Малко. Ее хвост все быстрее бил по земле.

Она вся напряглась и присела для прыжка.

Малко оставалось жить несколько секунд. Тысяча вещей промелькнула в его голове: его замок, Мариза, все многочисленные случаи, когда он был на грани смерти. Но никогда он не смог бы вообразить такую жуткую ситуацию, как эта.

Он переложил камень в правую руку и внезапно метнул его в пантеру.

Камень попал животному в шею. Пантера отскочила в сторону и яростно зарычала. Она отступила на несколько метров. Какое-то мгновение Малко думал, что спасен.

Но тотчас же пантера бросилась вперед. Малко увидел пятна на ее шкуре. Он закричал, инстинктивно закрыв руками горло.

С другой стороны решетки, позади него, раздался страшный шум. Нечеловеческим усилием Малко удалось отскочить в сторону. Он почувствовал запах хищника и упал на землю.

В то же мгновение он услышал выстрел.

Как во сне, Малко увидел рухнувшую у решетки пантеру, царапающую когтями землю в предсмертной агонии, истекающую кровавой слюной. Другие выстрелы раздались почти над самым его ухом. Оглушенный выстрелами Малко откатился, чтобы быть подальше от хищника.

Пантера еще раз прыгнула, пытаясь вскарабкаться на решетку. Затем, зацепившись за нее, повисла на секунду над землей и с открытой пастью рухнула вниз.

Через несколько минут Малко встал на ноги. Он все еще дрожал с головы до ног от пережитого ужаса. Малко оперся о решетку и пытался успокоить дыхание. В метре от решетки находились густые заросли. Никого не было видно. Он не успел увидеть того или тех, кто его спас. Малко позвал, ответа не последовало.

Он слишком устал, чтобы пытаться разгадать эту тайну. Он знал, кто хотел его убить, но не знал о присутствии в Бужумбуре союзника. Если только не само ЦРУ оказалось здесь, чтобы совершить это чудо. Его сверлила только одна мысль: любой ценой выбраться отсюда.

У Малко не хватило мужества остановиться у тела Жиль. Он прошел через зловещий огороженный участок и подошел к двери. Она не была заперта. Малко открыл ее и оказался на тропинке.

Сидя в стареньком «пежо», инспекторы Бакари и М'Поло перезарядили оружие.

К счастью, кольт сорок пятого калибра стреляет только маленькими пулями.

Бакари очень беспокоился. Конечно, Никоро отдал ему приказ следить, чтобы ничего не случилось с этим типом, но пантера принадлежала месье Ари, а тот, разумеется, не обрадуется, что они ее убили. Погруженные в мрачные мысли Бакари и М'Поло вернулись в город и направились прямиком в комиссариат.

Бакари, трепеща от страха, вошел в кабинет комиссара и подробно описал происшедшие события. Никоро выслушал его с рассеянным видом. Еще со вчерашнего вечера он знал, что это кончится плохо. Но чтобы избежать вспышки гнева Ари, нужно было действовать быстро. Этот окаянный австриец реагировал, как и было предусмотрено.

— Он вас видел? — спросил Никоро.

— Нет, бвана.

— Хорошо. Возвращайтесь в гараж и не выходите. Если грек спросит вас о том, что произошло, вы ничего не знаете.

Бакари ушел, не ожидая дальнейших указаний. Вся эта история ему ни о чем не говорила. Он присоединился к М'Поло, ждавшему его в «пежо», и они резко взяли с места.

Малко пришел к Кудерку в десять часов утра. Ему пришлось пройти около двух километров, чтобы сесть в автобус, направляющийся на рынок. Негры в автобусе стояли вплотную друг к другу, не разговаривая, глядя с любопытством на грязного, измученного и бледного белого, не имеющего своей машины. При въезде в Бужумбуру Малко осторожно вышел из автобуса. Он не хотел возвращаться в гостиницу. По крайней мере до тех пор, пока не будет готов к отъезду.

Мишель удивленно вскрикнул, увидев его:

— Что с вами случилось?

Пока Малко промывал свою рану, он вкратце рассказал Кудерку о том, что с ним случилось, не вдаваясь в подробности, чтобы не слишком его испугать. И ничего не сказал о Жиль.

— Может быть, меня хотели только припугнуть, — заключил Малко. — Пора уезжать из Бужумбуры. Машина готова?

Кудерк заколебался:

— Да, но…

— Едем. Я хочу покинуть город через полчаса. I рек, полагая, что он устранил меня, по всей вероятности, нанесет вам визит.

Этот аргумент убедил Кудерка. Спустя несколько минут они вышли на улицу. Кудерк нес маленькую дорожную сумку.

— Это все, что у меня осталось после семнадцатилетнего пребывания в Африке, — сказал он с горечью.

На углу улицы они поймали старенькое такси. Гараж на-ходился на другом конце города. Всю дорогу Малко кипел от бешенства. Больше всего ему хотелось вернуться в отель, взять пистолет и отправиться на поиски Ари-Убийцы.

Малко была чужда необузданность. И мысль о том, чтобы хладнокровно убить кого-то, вызывала у него отвращение, но перед его мысленным взором все время возникал образ разорванной пантерой Жиль. В нормальном обществе за такие вещи расплачиваются.

Но только Малко не жил в нормальном мире. ЦРУ платило ему дорого за выполнение миссии, а не за то, чтобы играть роль благородного кавалера. Один Бог знает, почему Жиль пыталась спасти ему жизнь.