Обезьяны Старого Света по устройству ноздрей и зубов похожи на человека больше, чем широконосые. Ни одна из обезьян Старого Света не имеет цепкого хвоста. Узконосые обезьяны разделяются на две группы: мартышкообразных и человекообразных. Человекообразные обезьяны по общему складу тела, отсутствию хвоста и развитию головного мозга стоят к человеку ближе всех других обезьян.

Африканские мартышки

У мартышек стройное тело, тонкие, сравнительно короткие руки с очень длинным большим пальцем, длинный хвост без кисти на конце, большие защечные мешки и иногда значительные седалищные наросты. Цвет шерсти у некоторых видов довольно яркий. Живут эти обезьяны в лесах тропической Африки. Их всегда можно найти там, где встречаются попугаи, и наоборот — где есть мартышки, там водятся и попугаи.

Очень правдивый наблюдатель, профессор Пехуэль-Леше много рассказывает о нравах голуболицей мартышки, дианы, или бородатой мартышки, мартышки моно и других видов:

«Приближение стада этих обезьян узнаешь по шелесту зеленых ветвей, треску сломанных сухих сучьев и, наконец, по легкому рычанию, часто прерываемому более громкими возгласами, обозначающими какую-нибудь ссору. Если стадо направляется к известной цели, то оно путешествует в большом порядке: мартышки идут гуськом одна за другой, пробираются по одним и тем же веткам. Каждая обезьяна ждет, чтобы тонкая ветка, по которой только что пробежала впереди нее другая обезьяна, пришла в спокойное состояние. Поэтому шествие совершается довольно медленно, и одна обезьяна следует за другой на некотором расстоянии.

Каждая стая держится отдельно от других и имеет своего вожака. Вожак идет всегда впереди стаи. Во время остановок он садится на верхушку дерева и озирается кругом. К воде он сходит первым и издает различные крики для призыва или предупреждения об опасности. Эти крики очень разнообразны. Опытный охотник скоро научается распознавать их значение, но описать их очень трудно.

Мартышки: моно (вверху) и диана (внизу).

Весело смотреть на толпу обезьян, собирающихся на кормежку к засеянному полю. Толпа обезьян отправляется тоже под предводительством вожака; самки несут детенышей под брюхом; для предосторожности детеныш обвивает кончиком своего хвоста хвост матери. Сначала обезьяны подвигаются вперед осторожно. Впереди идет вожак, остальные следуют за ним шаг в шаг, переходя не только на то же дерево, но даже ступая на ту самую ветку, по которой он прошел. Приблизившись к полю, обезьяны сходят с деревьев и большими прыжками скачут к облюбованному месту. Здесь начинается поспешная работа. Обезьяны наскоро вылущивают кукурузные початки или колосья проса, набивают зернами свои защечные мешки. Когда эти природные кладовые заполнены, шайка делается более разборчивой. Сломав початок или колос, мартышка тщательно его обнюхивает и, если добыча ей не нравится, немедленно ее бросает.

Можно считать, что из десяти сломанных колосьев съедается только один, а из целого початка лакомка выбирает только несколько зерен.

Если на поле все спокойно, матери позволяют детенышам отойти от себя и играть с другими, но внимательно за ними следят. Вожак даже во время самой вкусной еды иногда встает на ноги и осматривает окрестность. Если нет ничего подозрительного, то тихим мурлыканьем он успокаивает стадо, но при опасности издает громкий и дрожащий крик. Тогда обезьяны собираются в кучу, матери призывают детенышей, и в несколько минут стадо готово к бегству. При этом, однако, обезьяны спешат набрать столько корма, сколько могут унести с собой.

Если вожаку кажется, что опасность миновала, он останавливается, быстро взбирается на верхушку дерева и, удостоверившись, что все обстоит благополучно, созывает свое стадо успокоительными криками. Тогда обезьянам предстоит важное занятие. Во время поспешного бегства колючки и шипы вцепились в их мех и даже проникли через кожу — необходима тщательная чистка. Обезьяна ложится во всю длину на ветку, другая садится рядом и самым добросовестным образом исследует ее шкуру, вытаскивает колючки и шипы, очищает кожу от паразитов, жадно их поедая. Иногда колючки входят так глубоко, что другой обезьяне никак не удается их вытащить…

Во время моего продолжительного пребывания в Африке, — продолжает Пехуэль-Леше, — я часто держал у себя ручных обезьян. Между ними было много мартышек: зеленая обезьяна, диана и мангабей.

Я утверждаю, что каждая обезьяна имеет свой характер. Одна обезьяна была сварлива и часто кусалась, другая очень смирна, третья вечно ворчала, четвертая постоянно веселилась; были у меня спокойные и доверчивые обезьяны, были хитрые — они всегда придумывали какие-нибудь проказы. Но все любили насолить чем-нибудь большим животным, а маленьких, наоборот, защищали и ласкали.

Одну мартышку, по имени Муйдо, я купил очень молодой в Конго; она жила у меня почти пять лет. На этой мартышке я мог убедиться в том, как хорошо действуют на нрав молодых обезьян хороший уход, обдуманное, внимательное обращение и как портится у них характер, если их дразнят и мучат.

Эта обезьяна постоянно пачкала в комнатах. Ее никак нельзя было от этого отучить. Но по первому приказанию она влезала в свою клетку, сама запирала за собой дверь и забиралась там в корзину. Простое шиканье останавливало ее проказы. Из игрушек она больше всего любила мягкие куклы, большие и маленькие резиновые мячи, пробки и деревяшки; у нее были любимые игрушки, которые она брала с собой в постель: игрушки она тщательно прятала за шкафы и под шкафы, в складки занавесок и другие места. С этого времени она считала их своей собственностью. В обширных защечных мешках она тоже прятала вещи, которые всюду подбирала, — конечно, только маленькие, не более грецкого ореха. К некоторым вещам она питала особенную страсть. Если они у нас исчезали, то можно было безошибочно найти их у обезьяны. Моя жена каждый вечер стала опоражнивать ее защечные мешки. Сначала обезьяна сильно этому противилась, но потом сама выкладывала свои сокровища, как только ее брали на руки. Появлялись камешки, горох, монеты, бобы, пробки, гвозди, наперстки и многие другие вещи. Ненужные предметы оставляли ей. Она никогда ничего не теряла. Очень охотно она рассматривала книжки с ярко раскрашенными картинками, тщательно и последовательно перелистывая страницы. Вначале она пробовала было схватывать изображения пауков и кузнечиков, но скоро убедилась, что их есть нельзя.

Ела она то, что ей давали за обедом, но не брала бутербродов и не пила молока. Хорошие качества нашей обезьянки проявились, когда у нас родился ребенок: беспомощный малыш возбудил у Муйдо большое внимание и нежность. Сначала мы боялись за ребенка, но скоро убедились, что его можно оставлять с обезьяной даже без надзора. Когда мальчик начал ползать по комнате, обезьяна сделалась лучшим его приятелем, валялась вместе с ним на ковре, играла и была очень довольна. Если мальчика выводили гулять, обезьянку нужно было непременно брать с собой. Но в этой дружбе оказалось одно неудобство. По своему обезьяньему нраву Муйдо был ужасно ревнив. Он, очевидно, считал ребенка своею собственностью и думал, что другие хотят его обидеть. Никто не смел трогать и ласкать мальчика. Если бы обезьяна могла выполнить все, что необходимо при уходе за ребенком, то с этой ревностью можно было бы еще примириться. Но, конечно, толково ухаживать за мальчиком обезьяна не могла — выходили крупные недоразумения: Муйдо нападал на няньку и даже раз укусил мою жену. Наконец дошло до того, что только я один мог при обезьяне брать ребенка на руки и ласкать его. Когда мальчика в комнате не было, например вечером, когда он спал, Муйдо ласкался к нам, но в присутствии ребенка он думал только о своем питомце и „защищал“ его от всех посторонних людей. Это поведение обезьяны превратилось в какое-то безумие. Ее никак нельзя было от него отучить. Мы были наконец принуждены удалить обезьяну, хотя нам было очень тяжело, так как Муйдо жил у нас почти пять лет. Мы отдали его в зоологический сад».

Веселый гам и сутолока царят в большом обезьяннике Московского зоопарка. Шумная ватага мартышек мангабеев, моно и зеленых обезьян проводит время в непрерывной возне, играх и драках. По перекладинам, жердям и суковатым деревьям бегают неугомонные, проворные африканские мартышки. Самая привлекательная и занятная из них бородатая мартышка — диана. Мартышкам живется неплохо. У них даже появляются детеныши. Последний детеныш родился у мангабея (по кличке Цыганка) в 1936 году.

Однако не все мартышки так милы и забавны, как те, о которых мы рассказали. Некоторые из них ворчливы и неприветливы.

Гусар

Гусар — довольно скучная и дикая мартышка. Ростом она наполовину или по крайней мере на треть больше уже описанных.

Гусар распространен в Африке — от западных берегов до Абиссинии.

У гусара всегда сердитое выражение лица. Пока он молод, он все же бывает приветлив, но к старости его раздражительность усиливается. Он относится недружелюбно ко всем другим существам, не исключая обезьян. Все, повидимому, его раздражает, и самые невинные заигрывания он принимает за обиды. Простой взгляд уже сердит его, а смех приводит в ярость. Тогда он широко открывает рот, показывает зубы и иногда кусается. Ласковые слова на него не действуют, а побои не только не улучшают, но еще больше портят его характер. Обезьян этой породы привозят из Гвинеи, а иногда из Египта, куда их доставляют из Судана.

Мартышка гусар.

Черномазая обезьяна

Черномазую обезьяну привозят в Европу с западных берегов Африки. По своему образу жизни она похожа на других мартышек, но нрав у нее более суровый и ворчливый. Живет она в лесах, но нигде не встречается часто и никогда не собирается в большие стаи. Можно встретить группы в две-три обезьяны. Старые самцы живут отдельно. Черномазая обезьяна не так подвижна, как другие мартышки, но она так же ловко лазает по ветвям, делает большие прыжки, бегает по земле и хорошо плавает. Когда эта обезьяна сердится, у нее поднимается на голове чуб, она грозно смотрит на противника, мотает головой и открывает рот, показывая большие зубы. Голос у нее сильный: в дремучем лесу он слышен на расстоянии 2 километров. В зоологических садах черномазая обезьяна — обычный обитатель.

Черномазая обезьяна.

Макака

Макака, или яванская обезьяна, достигает 120 сантиметров длины, из них около 60 сантиметров приходится на хвост. Бакенбарды у макак очень коротки; волосы на голове у самцов гладкие, часто бывают разделены пробором, у самок взъерошены на темени. На спине шерсть оливково-бурая с черным, брюшная часть тела покрыта светлосерой шерстью.

Живут макаки в юго-восточной Азии и на Больших Зондских островах. Они встречаются стадами от десяти до пятидесяти голов. Эти обезьяны не пугливы. Путешественникам часто удавалось наблюдать их гимнастические упражнения. Самки с детенышами весело скачут по деревьям. Некоторые спокойно качаются на тонких ветвях, повисших над водой.

Европейцы на острове Ява нередко держат в домах ручных попугаев и обезьян, чаще всего макак.

Макаки — обычные обитатели Московского зоопарка и других зоологических садов. Этих обезьян часто приучают к исполнению разных ролей в цирковых представлениях.

Макака, или яванская обезьяна.

Китайская обезьяна, или манга

Китайская обезьяна несколько меньше ростом, чем макака. Хвост у нее длинный. Окраска меха зеленовато-серая, нижняя сторона беловатая. По своему нраву, привычкам, по способу передвижения и вообще по всему образу жизни эта обезьяна мало отличается от других мартышек. Ее гримасы кажутся более смешными, чем у других обезьян, из-за особенной наружности. Странный пучок волос закрывает верхнюю часть ее лба. Прежде цыгане обучали эту мартышку танцам и разным другим «искусствам», одевали в пеструю одежду и водили от селения к селению, от города к городу, собирая деньги за ее смешные проделки и кривлянья.

Эти обезьяны живут в южной части Индостана. Индусы считают их священными животными и позволяют им хозяйничать в своих садах, а иногда строят для них отдельные храмы, вокруг которых разводят плодовые деревья.

Китайская обезьяна.

Бундер

Бундер, один из наиболее обыкновенных видов обезьян, распространен в Индии от моря до Гималаев. Туловище бундера достигает 60 сантиметров длины, а хвост — 25 сантиметров.

Эта обезьяна крепкого, приземистого телосложения; верхняя часть ее тела покрыта густой шерстью, а нижняя — редкой. На шее, груди и брюхе кожа отстает от тела и образует складки. На спине шерсть зеленоватого или сероватого цвета. Брюхо беловатое, седалищные наросты красные.

Бундеры живут обычно вблизи воды довольно большими стадами. Их пища состоит из плодов, семян и насекомых. Часто они в поисках корма спускаются с деревьев на землю.

В некоторых местах Индии бундер считается священным животным. Капитан Джонсон рассказывает: «Однажды я шел по улице Биндрабуна. Старая обезьяна следовала за мной по деревьям, затем она внезапно соскочила вниз, стащила с меня чалму и убежала. Мой головной убор так и пропал».

Очень забавная история случилась на парадном обеде, устроенном англичанкой Баркер в городе Симле. Англичанка приготовилась к приему многочисленных гостей. Стол был уставлен всевозможными лакомствами и украшен цветами. Перед приходом гостей Баркер ушла в свою комнату переодеться, а слуги, вместо того чтобы охранять комнату, куда-то скрылись. Когда хозяйка вернулась в столовую, она застала в комнате множество гостей, но вовсе не тех, которых ожидала: большое стадо обезьян влезло в открытое окно из соседнего сада и хозяйничало на столе.

При хорошем уходе бундер размножается в неволе.

Вот что рассказывает известный естествоиспытатель Кювье о самке бундера, которая родила в клетке детеныша.

Родившийся детеныш тотчас прицепился к животу матери, держась всеми четырьмя конечностями за ее мех и схватив сосок ртом. Четырнадцать дней сряду он постоянно оставался в этом положении, сосал и спал, но и во сне пальцы его не разжимались. Он почти не двигался, проснувшись, только открывал веки и наклонял голову, чтобы схватить сосок. Родился он, как все обезьяны, с открытыми глазами и, кажется, с самого рождения мог видеть предметы; во всяком случае, он следил за тем, что происходило вокруг.

Трудно передать, как велика заботливость матери о новорожденном. Она удивляла всех своим благоразумием и осторожностью. Едва заметный шум, малейшее движение возбуждали ее внимание и тревогу за детеныша. Все ее движения были очень ловки и никогда не беспокоили детеныша — его тяжесть, повидимому, не мешала ей делать смелые скачки. Через четырнадцать дней детеныш начал свободно двигаться и сразу обнаружил ловкость и силу, которых от него никак нельзя было ожидать, так как он не упражнялся в самостоятельных движениях. Маленький бундер прицепился к прутьям своей клетки и стал лазать по ним вверх и вниз. Он ходил по соломе, которой был устлан пол, снова вскакивал на решетку, а оттуда прыгал вниз. Мать внимательно следила за каждым его движением и всегда была готова предотвратить всякую опасность. Впоследствии она иногда уходила от детеныша, но все-таки следила за ним внимательно и при малейшей опасности брала на руки. Достаточно было легкого прикосновения ее руки, чтобы послушный детеныш вернулся к ней и занял свое обычное положение на ее груди. Детеныш рос, делался сильнее, его прыжки и игры совершенствовались, он был очень добродушен и уже узнавал тех, кто его кормил и ласкал.

Магот

Магот отличается стройным телосложением, длинными тонкими конечностями и тем, что у него нет хвоста. Мех магота на спине довольно густой, а на животе — редкий. У старых животных шерсть темная, на щеках густые бакенбарды. Длина тела — около 55 сантиметров.

Родина магота — северо-западная Африка: Марокко, Алжир и Тунис. Он водится большими стадами и держится в горных местностях — на скалистых утесах, но чувствует себя свободно и на деревьях. Утверждают, что скорпионы — его любимая пища. Он лакомится ими, ловко вырывая у них ядовитое жало, но, кроме того, охотно ест небольших насекомых и червей и в поисках этой пищи постоянно перевертывает камни, иногда даже скатывает их с гор. Чем мельче его добыча, тем прилежнее он охотится. Пойманное насекомое магот поднимает с земли, рассматривает и с одобрительной гримасой направляет в рот. Магот хорошо бегает, лазает несколько хуже.

Магот.

Магот — единственная обезьяна, которая до сих пор встречается в диком состоянии в Европе — на юге Испании, среди скал Гибралтара. До сих пор не могут определить, местного происхождения эти животные или они были завезены когда-то из Африки. Из Гибралтарской крепости часто видят в подзорную трубу, как эти обезьяны разыскивают себе пищу среди скал. В садах они появляются очень редко.

Английская команда Гибралтарской крепости заботится об охране маготов. В настоящее время насчитывают всего только около двух десятков этих обезьян. Маячный сторож следит за их безопасностью. Запрещено гоняться за ними и причинять им вред.

Павианы

«Павианы принадлежат к самой замечательной, но далеко не к самой привлекательной группе обезьян. Это самые безобразные и грубые представители всего отряда», говорит Брэм.

Павианов называют собакоголовыми, потому что строение их головы походит на голову собаки. Это самые большие обезьяны после человекообразных. Собакоголовые коренасты, сила их мускулов изумительна. Тяжелая голова удлиняется массивной, спереди обрубленной, ребристой или морщинистой мордой с выдающимся носом. Зубы со страшными клыками и острыми задними краями напоминают зубы хищных млекопитающих. Губы подвижные, уши маленькие, над глазами — сильно выдающиеся дуги бровей. Конечности — короткие и сильные. На руках — по пяти хорошо развитых пальцев; хвост у одних короткий, у других длинный. Обыкновенно весь хвост покрыт волосами. Защечные мешки очень велики. Седалищные наросты достигают громадных размеров и у некоторых видов имеют яркую окраску.

Живут павианы в Африке, Аравии и Индии. К павианам относятся джелады, бабуины, гамадрилы и мандрилы.

У джелады отверстия ноздрей помещаются не на конце морды, как у настоящих собакоголовых павианов, а отодвинуты назад, за широкую, вздутую верхнюю губу. Морда джелады относительно слабо выдвинута. Вдоль лица по обеим сторонам носа тянутся складки кожи. Вся верхняя сторона тела покрыта длинными волосами, которые образуют гриву в виде мантии.

Джелада живет в высокогорной Абиссинии.

Поймать этого павиана трудно, и в зоологических садах он встречается очень редко. В неволе он почти всегда ведет себя спокойно и вполне миролюбиво и этим отличается от гамадрилов и других павианов.

Павиан джелада.

У бабуина сравнительно стройное сложение. Длина тела достигает 150 сантиметров. Шерсть гладкая; сверху она зеленовато-желтоватая, снизу — светлее.

Живет бабуин в Абиссинии, Кордофане и Средней Африке.

О его жизни на свободе натуралист Гартман пишет так: «На плоскогорьях бабуины живут в большом количестве. Там они питаются луковицами растений, винными ягодами и другими плодами. Стада этих обезьян живут спокойно в одном месте, пока их не спугнет появившийся в горах леопард. Тогда они меняют место жительства. Туземцы обращают мало внимания на бабуинов; иногда, впрочем, они ловят и приручают их детенышей».

«Величайшее удовольствие, — говорит Брэм, — доставляли нам наблюдения за этими обезьянами. Рядами, одна за другой, они перебирались через скалы и играли под деревьями, растущими на горах. При каждом отряде был вожак огромного роста. Охота на бабуинов нам никогда не удавалась: при нашем приближении они успевали спастись бегством. Однако нам удалось получить детеныша этой породы павианов и на нем провести интересные наблюдения.

Детенышей, сидящих на спинах матерей, я видел чаще всего с марта до мая, но, повидимому, самки родят в разное время года. Бабуины пробираются большими стадами по лесам, во время жатвы нападают на маисовые и просяные поля и причиняют большой вред. Эти обезьяны очень смелы и хитры. Когда сторожа выгоняют их с поля, они удаляются на небольшое расстояние и выжидают, пока минует опасность. Женщин они совсем не боятся, часто нападают на них и вырывают у них из рук пищу. Огнестрельное оружие бабуины знают отлично. От охотников спасаются не спеша, время от времени взбираясь на невысокие деревья, чтобы оглядеть местность, и сидят, пока враг не приблизится на расстояние ружейного выстрела, но при виде ружья тотчас же бегут дальше. Детеныши, даже довольно взрослые, остаются при убитой матери. Нападение собак бабуины успешно отбивают, но все же лучше всего их травить и ловить с собаками.

Они кажутся тяжелыми и неуклюжими, но очень смело взбираются на высокие деревья, а при опасности с большим шумом тяжелыми прыжками спускаются вниз. Звук голоса старых самцов ниже и сильнее, чем у самок, и походит на отрывистый лай; испуганное стадо кричит пронзительно. Короткое и грубое „о! о!“ выражает удивление и недовольство, протяжное „о-о“ — какое-нибудь желание. В молодости бабуины очень забавны и легко привыкают к людям, к некоторым привязываются особенно легко и позволяют ласкать себя, а к другим относятся неприязненно. Рассердившись, они скалят зубы, приподнимают брови, загибают уши и смешно вытягиваются во весь рост».

Привязавшись к хозяину, бабуин остается предан ему, несмотря даже на дурное обращение. Самки более кротки и добродушны, самцы своими коварными и злыми шалостями иногда вредят даже хозяину.

«Первого бабуина, жившего у меня, — говорит Брэм, — я назвал Перро. Это была красивая веселая обезьяна. За три дня она совсем ко мне привыкла. Я дал Перро должность сторожа при доме, привязав его у входной двери. Здесь он нашел уютное местечко и усердно принялся за исполнение обязанностей. Только знакомых людей он беспрепятственно пропускал в дверь, а на незнакомых так сердито набрасывался, что его надо было удерживать. В раздраженном состоянии он опять делался диким павианом со всеми свойственными этим животным привычками и недостатками: он поднимал хвост, становился на ноги и, опираясь на одну руку, другой сердито стучал по земле».

Бабуинов ловят в Судане и оттуда вниз по Нилу перевозят в Египет и Европу.

В Египте бабуин так же полезен фокусникам, как гамадрил, о котором мы скажем дальше. В Европе он постоянный житель зоологических садов и зверинцев.

Павиан бабуин.

Гамадрил, или павиан с епанчой, бывает длиной до 1 метра, 20 или 25 сантиметров приходится на хвост. Особенно большой рост и густая епанча наблюдаются у старых самцов.

Живут гамадрилы в Абиссинии, Судане и Аравии. Путешественник Альварец в своих рассказах дает довольно верное описание внешнего вида и нрава гамадрила: «Они не пропускают ни одного камня. Если одной, двум или трем обезьянам трудно сдвинуть камень с места, их собирается больше, и соединенными усилиями они непременно переворачивают его и ищут под ним любимую пищу. Гамадрилы любят муравьев и, чтоб достать их, кладут руки, ладонями вверх, в муравейник; когда рука покрывается муравьями, они быстро облизывают ее. Очень часто гамадрилы опустошают сады, поля или нападают на посевы. Они ведут себя сначала тихо и спокойно, и если какому-нибудь глупому детенышу вздумается крикнуть, он получает пощечину. Но мало-помалу обезьяны забывают осторожность и громкими криками выражают радость, что нападение удалось».

«Во время моего пребывания в Абиссинии, — говорит Брэм, — я часто видел гамадрилов. Их довольно много на горах Абиссинии и южной Нубии, до северной границы области тропических дождей. Чем богаче растительность на горах, тем охотнее селятся там гамадрилы. Близость воды — необходимое условие для жизни этих животных. Иногда они довольно большими обществами спускаются в степную полосу морского прибрежья, но большинство все же остается в горах. Здесь каждое стадо занимает пространство от 1½ до 3 миль в поперечнике. Маленькими стадами эти обезьяны встречаются редко. Мне только раз пришлось увидеть группу в пятнадцать-двадцать обезьян. Обычно стаи значительно больше. В каждой стае бывает несколько взрослых самцов. Они огромного роста. Их челюсти вооружены зубами, более длинными и крепкими, чем даже зубы леопарда. Старые самцы имеют длинную гриву зеленовато-бурого цвета. На ногах, на голове, а также по бокам волосы светлее. Голое лицо грязно-маслянистого цвета, а седалище — ярко-красного. Чем старше павиан, тем светлее волосы его епанчи. Взрослых самок в стаде обычно вдвое больше, чем самцов. Остальная часть стада — это детеныши и обезьяны-подростки.

Павиан гамадрил.

Гамадрилы совсем не боятся местных жителей и спокойно проходят мимо чернокожего человека. Белый человек возбуждает в них некоторое опасение, но и от него гамадрилы не всегда убегают. Совсем по-другому павианы ведут себя, если заметят приближение собак или леопарда. Тогда старые самцы поднимают страшный рев, бьют рукой о скалу, скалят зубы и, сверкая глазами, смотрят сверху на нарушителей своего спокойствия.

Первое общество гамадрилов, которое я видел, отдыхало после утренней прогулки. Обезьяны разместились на гребне кряжа. Я уже издали заметил высокие фигуры старых самцов, но сначала принял их за обломки скал. Все обезьяны повернули головы в нашу сторону. Только детеныши продолжали беззаботно играть да несколько самок не бросали своего любимого занятия и попрежнему усердно искали насекомых в шерсти старого вожака. Стадо, наверно, так и осталось бы в выжидательном положении, если бы с нами не было двух смелых и чутких борзых собак. Собаки залаяли. Тогда все стадо поднялось, вероятно с намерением найти себе более безопасное убежище. Обезьяны, одна за другой, двинулись вдоль горного кряжа и скоро исчезли из виду. Однако, обогнув долину, мы вскоре заметили все стадо на совершенно отвесной скале. Я до сих пор не могу понять, каким образом они могли там удерживаться.

Когда собаки вновь бросились на гамадрилов, их оставалось уже немного. Один полугодовалый детеныш, увидя собак, пронзительно закричал и бросился на обломок скалы поблизости от них. Мы уже рассчитывали достать его живым. Но со скалы величественно и гордо, не обращая на нас ни малейшего внимания, прямо к собакам спустился один из самых сильных самцов. Он подошел к детенышу, обласкал его и, взяв на руки, направился в обратный путь. Собаки были так сконфужены, что позволили ему спокойно удалиться. Мужество самца внушило нам такое уважение, что никто из нас не подумал помешать его обратному шествию, хотя обезьяна проходила от нас на расстоянии выстрела…

Мне самому, — продолжает Брэм, — удалось наблюдать живших в неволе гамадрилов и ухаживать за ними. Молодые гамадрилы добры, послушны, привязаны к своему воспитателю, хорошо относятся к людям и мирно уживаются с другими обезьянами. По своему характеру и поведению гамадрилы напоминают кротких бабуинов и пользуются общей симпатией. С течением времени их характер меняется. Чем старше гамадрил, тем резче проявляются его неприятные качества».

Мандрил — обезьяна длиной до 1 метра и более. Высота туловища в плечах — 60 сантиметров, а хвост длиной не более 3 сантиметров. Тело мандрила очень сильное, но довольно неуклюжее, голова безобразная, очень большая, зубы сильные, шерсть жесткая и спутанная. Шерсть на спине мандрила темнобурая с оливковым оттенком. На груди волосы желтые, на брюхе белые, на боках светлобурые, а борода ярко-лимонного цвета. Руки и уши черные, а нос и окружающие его части лица ярко-красного цвета. Наросты на щеках василькового цвета с черными бороздками, седалищные наросты — красные и голубые.

Дрил немного меньше ростом, чем родственные ему мандрилы; шерсть у него сверху оливково-бурая, а снизу и по бокам беловатая. Бакены желтовато-чалые, лицо черное, руки и ноги медно-красные, седалищные наросты красные. Длина взрослого дрила достигает 85–90 сантиметров, высота плеч — 55–60 сантиметров, длина хвоста — 8–9 сантиметров.

Павиан дрил.

Родина обоих павианов — Гвинейский берег Западной Африки. Они держатся стадами в горных лесах, частью на скалах, частью на деревьях.

Молодой мандрил — очень милый зверек. В клетке среди многочисленного общества других обезьян мандрил весело шалит. Мандрилов очень трудно воспитывать. Большинство из них в неволе погибает. Правда, бывают и исключения: так, в Московском зоопарке долго жил мандрил Пупсик. Сейчас в зоопарке живут дрилы.

Гвереца

Гвереца — одна из самых красивых обезьян. Мех ее прекрасного бархатисто-черного цвета. На этом фоне великолепно выделяются белые части — полоски на лбу и висках. По обе стороны шеи ниспадают очень удлиненные волосы, покрывающие бока туловища и конец хвоста. Длина туловища гверецы — 70 сантиметров, хвоста — 75 сантиметров.

Гвереца встречается почти во всей Абиссинии и Центральной и Западной Африке. В Абиссинии эта обезьяна встречается в горах, чаще всего на высоте 2000–3000 метров над уровнем моря. Здесь она живет на деревьях маленькими обществами, по 4–8, иногда по 10–15 обезьян. Держится эта обезьяна поблизости от чистых горных проточных вод. Гверецу, повидимому, особенно привлекает один из видов гигантского можжевельника, который отличается вкусными ягодами.

Гвереца — ловкое животное, Ее движения смелы и верны. На землю она спускается редко. Питается она той же пищей, как и другие обезьяны, живущие на деревьях: почками, листьями, цветами, ягодами, плодами и живой добычей. Местные жители считают гверецу совершенно безвредной. Она не трогает плантаций или по крайней мере никогда не производит на них больших опустошений.

Охота за гверецей очень трудна. На высоких вершинах своих любимых деревьев она чувствует себя почти в безопасности. Выстрелом дробью ее можно ранить, но она так живуча, что добыть ее таким способом удается редко. Чтобы убить эту обезьяну, охотник должен браться за винтовку. Прежде за гверецей охотились особенно ревностно. Абиссинцы считали большим отличием иметь щит, украшенный шкурой этой обезьяны. Продолговато-круглые щиты абиссинцев и других восточноафриканских народов сделаны из кожи антилоп или бегемотов, сверху кожу покрывали спинной и боковой частью шкуры гверецы, а грива служила украшением щита.

Хульман

Хульманы — красивые, привлекательные создания. Длина взрослого хульмана вместе с хвостом достигает 172 сантиметров. Хвост очень длинный — 97 сантиметров. На конце хвоста пучок волос. Цвет меха этой обезьяны желтовато-белый, лицо, кисти рук, ступни ног в тех местах, где они покрыты волосами, и жесткий хохол над глазами — черные, короткая борода — желтоватая.

Обезьяна эта в некоторых местах Индии почитается как священная. Члены одной индийской царской семьи даже считали себя потомками этой обезьяны: все члены этой семьи носили название «хвостатый Рана» и уверяли, что родоначальник их фамилии был снабжен этим бесполезным для людей придатком. Индусы позволяют хульманам обворовывать свои сады и дома, не пытаясь с ними бороться. Они бывают очень недовольны, если кто-нибудь решается обидеть обезьян.

Хульман.

Один молодой голландец, незадолго до того приехавший из Европы, выстрелом из окна убил хульмана. Об этом узнали местные жители и пришли в такое негодование, что их едва удалось успокоить. Они тотчас же отказались служить этому голландцу.

Хульманы отличаются ловкостью. С невероятным проворством они влезают на вершины деревьев, кидаются оттуда вниз, легко отламывают толстые ветви, перепрыгивают на верхушки далеко стоящих деревьев и меньше чем в минуту переносятся, не касаясь земли, с одного конца сада на другой. Их громадные прыжки поражают каждого наблюдателя.

Молодые хульманы хорошо различают, что им вредно и что полезно; их очень легко приручить, но обычно у них неудержимая страсть к воровству. У молодых хульманов голова круглая, но с возрастом она становится более плоской. С возрастом у хульманов появляется склонность к одиночеству и пропадает ловкость.

Обычно хульманы живут в лесу и многочисленными стадами ходят под предводительством вожака. Они странствуют по лесу, по соседним полям и садам, истребляя плодов больше, чем могут съесть. Эти обезьяны быстро размножаются там, где их защищает глупое суеверие местных жителей. В таких местах они сильно вредят посевам.

Хульман кричит громким голосом; его часто можно слышать, особенно по утрам и вечерам. Обыкновенно эти обезьяны издают два крика: один — звучный, радостный, почти приятный — с таким криком они кидаются меж ветвями; другой — грубый гортанный звук, который они издают в тревоге и раздражении.

Хульманы дружелюбно относятся друг к другу и очень привязаны к своим детенышам. Охотник Дювосель рассказывает, что, когда он подстрелил самку хульмана, она собрала последние силы, взяла детеныша, посадила его на ветвь и только тогда упала вниз.

«Этот случай, — говорит Дювосель, — произвел на меня сильное впечатление. Радость охотника не могла заглушить во мне сожаление, что пришлось убить существо, которое перед самой смертью проявило такое трогательное, внушающее уважение чувство».

Носатая обезьяна

Носатую обезьяну легко отличить от всех других обезьян по ее носу. Нос этой обезьяны очень длинный. У носатой обезьяны тонкое тело до 70 сантиметров длины и очень длинный, около 80 сантиметров, хвост. Защечных мешков нет. Шерсть у носатой обезьяны густая и мягкая.

Живет она стадами на острове Борнео. О ее жизни на воле известно мало. Альфред Уоллес, наблюдавший носатую обезьяну в ее родных лесах, рассказывает о ней: «На берегах реки Симуонион было очень много различных обезьян. Среди них была и замечательная носатая обезьяна, ростом с трехлетнего ребенка. У нее длинный хвост и мясистый нос, более длинный, чем у самого носатого человека. По утрам и вечерам многочисленные стада носатых обезьян собираются на деревьях у берегов рек и поднимают вой. Их вой звучит очень схоже со словом „кахау“. За этот крик носатая обезьяна у туземцев получила прозвище „кахау“.

Носатая обезьяна.

Носатые обезьяны очень быстры и ловки, хорошо прыгают и лазают. Утверждают, что это злобные, дикие и коварные животные и что их нельзя приручить. Застигнутые врасплох, носатые обезьяны прячутся на деревьях и очень мужественно защищаются от нападения. Туземцы рассказывают, будто носатая обезьяна, прыгая, всегда закрывает нос руками, чтобы защитить его от ударов ветвей. Мне эти рассказы кажутся шуткой».

Носатых обезьян труднее держать в неволе, чем всех других, за исключением разве орангутанов. Их трудно заставить питаться рисом. Кроме того, в неволе они, повидимому, хиреют, кажутся печальными и долго сидят в одном положении, не делая ни малейшего движения. Даже когда их дразнят, они не гримасничают и не проявляют никаких признаков гнева.