– Наталия, что скажешь? Вечер удался?

– Все было просто замечательно, – улыбнулась его сестра. – Это был самый лучший день рождения в моей жизни, – добавила она, сдерживаясь, чтобы не зевнуть. – Извини!

– Ты устала.

– Немного, но ничего страшного.

– Нет. Я думаю, тебе лучше отправиться в постель…

– Не могу. Мне нужно поблагодарить всех собравшихся, попрощаться с ними и…

Динело мягко поцеловал ее в лоб.

– Я сделаю это за тебя. А ты иди спать.

– Ты уверен?

– Конечно, – заверил ее Динело. – Считай, что это часть твоего подарка.

– Динело, Тэсс выглядит сегодня изумительно, не правда ли?

Он напрягся и молча кивнул, потому что Тэсс и вправду выглядела потрясающе.

– К чему ты ведешь?

– Прошло почти полтора месяца, как она с нами, и завтра уезжает обратно в Лондон.

Пять недель, две из которых она провела в его постели. Динело считал, что огонь, который она разожгла в нем, потухнет сам собой, но ничего подобного не случилось. И он начал подумывать, можно ли сделать так, чтобы она задержалась у них чуть подольше.

– Я знаю.

– Ты не мог бы сказать ей что-нибудь такое, что заставит ее остаться? Мне становится дурно, когда я думаю, что она уедет от нас.

Динело стиснул зубы.

– Чего ты хочешь от меня, чтобы я похитил ее? – Увидев выражение лица Нэт, он немного смягчился. – Ты могла бы навещать ее в Лондоне.

– Это будет не то же самое, – вздохнула Наталия.

Час спустя Динело распрощался с последним гостем.

Он стоял на пустой вертолетной площадке, когда к нему подошел начальник охраны.

– Какие-то проблемы? – спросил Динело.

– Все в порядке. Я пришел сказать, что мы еще раз прочешем территорию и будем сворачивать нашу деятельность.

Динело посмотрел вниз на тоненькую ленточку серебряных огоньков – это светились фары отъезжающих от дома машин.

– Вы проделали отличную работу, – сказал он, ослабив галстук.

Начальник охраны молча кивнул и удалился, разговаривая по рации с кем-то из своих подчиненных. Динело повернулся и пошел в другую сторону. У него были свои планы насчет того, как закончить этот вечер.

Он направился обратно в палаццо и пересек террасу, где еще недавно толпились гости, а теперь в ней никого не было, за исключением обслуживающего персонала, который собирал пустые бокалы и складывал в мешки с мусором пустые бутылки из-под шампанского.

Сгорая от нетерпения, Динело вошел в танцевальный зал, где музыканты собирали свои инструменты. Он остановился и осмотрелся по сторонам. Динело искал глазами Тэсс. Он делал это на протяжении всего вечера, но тайком. А теперь он мог в открытую пересечь зал, мог подойти к ней и вдохнуть аромат ее духов.

Конечно, он не мог себе позволить находиться рядом с ней, пока в доме были гости, потому что могли пойти ненужные слухи. А Динело не хотел подвергать Тэсс такой участи. Но его огорчало, когда он видел, как она танцевала с другими мужчинами, улыбалась им и смеялась над их шутками.

Динело успокаивал себя тем, что он хотел, чтобы Тэсс получила удовольствие от этого вечера, а не пряталась где-то в углу. Хотя вряд ли она могла бы остаться незамеченной в этом до невозможности соблазнительном платье зеленого цвета.

Хотя кого он обманывает? Динело ревновал и не хотел, чтобы она получала удовольствие, находясь рядом с кем-то другим. Ему хотелось, чтобы она принадлежала только ему, чтобы они могли быть парой в глазах окружающих их людей, что было просто невозможно.

Хотя почему нет?

Этот вопрос застал его врасплох. Динело привык думать, что ему следует повременить с тем, чтобы устраивать свою личную жизнь, и сосредоточиться на здоровье Нэт. Его выбор был осознанным, и, может быть, таким образом он пытался искупить свою вину. Он заслуживал страданий, хотя они не шли ни в какое сравнение с тем, что переживала его сестра.

Он с отвращением подумал о своих краткосрочных романах, после которых в сердце не оставалось ничего, кроме пустоты. Но разве его так называемая благородная жертва в виде отказа от личной жизни хоть сколько помогла Наталии?

Нет. Но она показала, каким он был низким и эгоистичным ублюдком.

Когда завязались его отношения с Тэсс, Динело думал, что в его жизни ничего не изменится, хотя прекрасно понимал, что она кардинально отличалась от женщин, с которыми он привык встречаться. Но он не переживал, потому что знал, что вскоре Тэсс навсегда исчезнет из его жизни. Динело стиснул зубы, почувствовав к себе отвращение.

Ему вдруг стало неуютно, когда он увидел сегодняшний вечер ее глазами. Он вел себя так, словно стыдился ее, как будто она была недостаточно хороша для того, чтобы познакомить ее со своими друзьями. Хотя на самом деле она превосходила их всех и его самого в том числе.

Его сердце мучительно заныло, когда он посмотрел на женщину, с которой закрутил роман. Вопрос заключался в следующем: ко всему прочему не влюбился ли он в нее?

Какой-то паренек с подносом в руках осторожно обошел его, чтобы избежать столкновения, когда Динело вдруг остановился и застыл на месте.

Динело не сводил глаз с Тэсс, которая стояла рядом с молодым человеком, сидевшим за пианино. На протяжении целого вечера талантливого голубоглазого музыканта окружала целая толпа восхищенных поклонников. А теперь он посылал свои улыбки Тэсс, перебирая черно-белые клавиши своего инструмента.

На этот раз Динело не стал подавлять свои порывы. Он пересек зал в считаные секунды и, положив руку ей на плечи, притянул к себе.

– Я искал тебя.

– Я была здесь. – Она отвела глаза, чтобы спрятать боль, которую он мог в них увидеть. – Гости разошлись?

Конечно, разошлись, иначе он не подошел бы и не заговорил с ней. За весь вечер он ни разу не глянул в ее сторону.

А чего она хотела? Она прекрасно знала, на что идет, так что нечего теперь реветь белугой. Динело не притворялся с самого начала. Иногда ей хотелось, чтобы он сделал вид, что она ему не безразлична, что наверняка делало ее слабой. Или идиоткой. Или и той и другой одновременно?

Она не раз спрашивала себя, что сталось с ее гордостью. Но такие моменты быстро забывались, стоило Динело прильнуть к ее губам. Когда она находилась рядом с ним, все казалось правильным.

Но если посмотреть правде в глаза, Тэсс начала испытывать по отношению к Динело более глубокое чувство, превосходящее по силе простое физическое влечение. Тогда как для него их отношения были сексом, пусть отличным, но всего лишь сексом. И сегодня у Тэсс открылись глаза. В постели они с Динело были любовниками, но, оказавшись за дверью его спальни, она теряла свое значение в его глазах. А на следующей неделе от нее вообще останется одно воспоминание.

– Не все, радость моя. Остались мы с тобой. – Динело чуть развернул ее к себе. – Я подумал, что мы так и не потанцевали. – Он посмотрел на пианиста, который кивнул в ответ, и зал наполнился сладостными звуками какой-то старинной романтической баллады. – Могу я пригласить тебя на танец?

Тэсс нерешительно посмотрела на него и чуть отстранилась.

– Что-то не так? – нахмурился Динело.

Она могла бы сказать в ответ: «Да, я влюбилась в тебя, и у меня не осталось ни капли гордости».

Но Тэсс только молча покачала головой.

Динело взял ее руки и, положив себе на плечи, начал двигаться в такт музыке.

– Я плохо танцую, – выдавила улыбку Тэсс. – Я буду наступать тебе на ноги.

– Я не возражаю, лишь бы держать тебя в своих объятиях, – склонившись над ней, прошептал Динело.

Она задрожала, ощутив на щеке его теплое дыхание. Тэсс закрыла глаза и прислонилась лицом к его груди, прислушиваясь к громкому биению его сердца. Несколько шагов, и она напрочь забыла о своей неуклюжести. Все вокруг перестало существовать, остались только они двое, слитые воедино, и музыка.

Люди, которые занимались уборкой помещения, побросали свою работу и любовались красивой парой, кружившейся в центре зала под звуки виртуозно исполняемой романтической баллады.

– Динело, музыка кончилась. – Хотя она по-прежнему звучала у нее в голове. Тэсс подумала о том, что она никогда не забудет эту мелодию. Какая горькая ирония – у них была своя песня, но не было отношений.

– Я знаю.

– На нас смотрят.

– Ну и пусть.

Край платья Тэсс шуршал, соприкасаясь с мраморным полом, когда Динело закружил ее в танце, направляясь к выходу из зала, пока они не очутились на террасе и наконец остановились. Вокруг царила тишина.

Динело взял Тэсс за подбородок и заставил приподнять лицо. Когда их глаза встретились, он шумно вздохнул, пытаясь определить незнакомое чувство, теснившее его грудь.

– Мне нужно посмотреть, как там Нэт. У нее болела голова. А потом…

«Наша последняя ночь», – молча добавила Тэсс.

На ее глаза набежали слезы, и она часто заморгала, чтобы остановить их.

– Я буду ждать, – тихо сказала она, приподнявшись на цыпочках и мягко коснувшись губами его губ.

Динело издал тихий стон и, прижав к себе, поцеловал ее с такой страстью, что у нее задрожали коленки. Когда он отстранился, она на секунду ухватилась за него.

– Не задерживайся.

Ее мольба всколыхнула пламя страсти в его глазах.

– Я скоро. – Он жадно провел глазами по изгибам ее тела, прятавшимся под зеленым шелком. – Оставайся в платье. Я сам его сниму.

Динело зашел в лифт, чтобы подняться в апартаменты сестры, когда зазвонил его телефон. Он посмотрел на номер и нахмурился.

– Прошу прощения, я только сейчас понял, что уже довольно поздно… Я перезвоню завтра.

– Ничего страшного, мы можем поговорить сейчас, – заверил Динело лондонского врача-консультанта.

– Я узнал, что ваша сестра отменила последний прием, и хотел узнать, не хочет ли она записаться на другое время?

Лифт остановился, но Динело не сдвинулся с места.

– Моя сестра отменила прием?

– Я подумал… – Судя по голосу, человек на другом конце провода почувствовал себя не очень уютно. – Ничего страшного. Мы обсудим с ней этот вопрос завтра. Просто ее телефон отключен. Не стоит волноваться, я созвонюсь с ней завтра.

Динело спрятал телефон обратно в карман и продолжал стоять, уставившись невидящим взглядом в стену. Наталия отменила прием у врача? Он даже не знал, что она его назначала…

Его грудь сдавила непомерная тяжесть чувства вины. Вот что случилось, стоило ему забыть о своих обязанностях. Ничего бы такого не произошло, если бы он не проводил все дни напролет, думая о ночах с Тэсс.

К чему он вообще спрашивал себя о том, любит ли он ее? Этот вопрос был неуместным. Он не мог себе позволить влюбиться. К тому же Тэсс заслуживала, чтобы рядом с ней оказался мужчина, который даст ей больше, чем мог предложить Динело.

Динело распрямил плечи и приготовился к тому, что его ждало, но когда двери лифта бесшумно разъехались в стороны, он понял, что совсем не готов к увиденному!

✽ ✽ ✽

К тому времени, когда Динело вошел в ее спальню, лед в ведерке с бутылкой шампанского успел растаять.

Обычно Динело тихо проскальзывал в ее комнату, но на этот раз он хлопнул дверью с такой силой, что сидевшая на кровати Тэсс от неожиданности подпрыгнула.

Она думала, что уже видела его и сердитым, и разъяренным, но только сейчас поняла, каким он может быть, когда выходит из себя.

И вся его ярость почему-то была направлена на нее.

Его тело буквально трясло от злости.

Тэсс поджала губы и ощутила на них клубничный вкус блеска, которым она смазала их, дожидаясь Динело. Она пыталась понять, что происходит и почему он такой взбешенный.

– И что же мы празднуем? – зловеще спросил Динело.

Она изумленно смотрела, как он молча подошел к ведерку с шампанским, достал оттуда бутылку и резко открыл ее. Шампанское фонтаном вырвалось наружу, и в бутылке едва осталось жидкости, чтобы заполнить донышко двух бокалов.

– У меня есть тост, – сказал Динело и поднял один из бокалов. – За ложь и лгунов повсюду, и особенно среди тех, кого мы знаем и любим.

Тэсс не стала поднимать свой бокал. Ей стало дурно, и она никак не могла понять, почему Динело такой взвинченный.

– Что случилось?

– Знаешь, все по-старому. Я только что столкнулся с моей сестрой и ее парнем. А еще я узнал, что она отменила визит к врачу.

– О нет! – Тэсс зажмурилась, а потом с сочувствием посмотрела на Динело. – Мне очень жаль.

– Ты хочешь сказать, что тебя потрясли эти новости?

– Нет, – призналась Тэсс. – Я знала, что она видится с Марко. Динело, он ей небезразличен, так же как и она ему. Что в этом плохого? Наталия – взрослая женщина. Она должна совершать свои собственные ошибки.

– Тебе легко говорить, тебя ведь тут не будет, когда ей нужно будет приходить в себя и зализывать раны после всех этих ошибок, – презрительно фыркнул он, отказываясь замечать обиду, промелькнувшую в ее глазах. – Ты разрушаешь все вокруг, как какое-то проклятое цунами.

– В том, что произошло, нет моей вины, – вскинула подбородок Тэсс. – И я сыта по горло тем, что ты обвиняешь меня каждый раз, когда случается что-то плохое!

Ее протест заглушил звонкий хруст треснувшего бокала в руке Динело.

– Динело! У тебя кровь! Я сейчас…

Он безразлично посмотрел на кровь, капающую с его руки.

– Не надо!

Тэсс пожала плечами.

– Ну и ладно. Умрешь от потери крови! – надув губы, по-детски бросила она. – Что именно тебе не нравится в том, что у твоей сестры есть парень? И не надо говорить, что все дело в Марко. Ты так же вел бы себя по отношению к любому ее парню. А тебе не приходило в голову, что чувства Марко искренние?

– Она в инвалидном кресле.

Ее терпение лопнуло.

– Может быть, Марко способен не замечать его. В отличие от тебя! – Она увидела, как Динело побелел от злости, услышав ее обвинение, и ее собственная ярость тут же испарилась. – Динело, ты не защищаешь ее, – тихо добавила она. – Ты…

– Что ты хочешь сказать?

– Ты душишь ее. – Теперь в ее словах не было осуждения, а только глубокая печаль.

– Я сделаю так, что она снова встанет на ноги. – Пока у него не получилось. Всю свою жизнь он добивался поставленных целей, а сейчас единственная вещь, которую он хотел осуществить, ускользала от него.

– А что, если у тебя не получится? – едва слышно возразила она.

– Как долго ты забивала голову Наталии таким пессимистичным отношением к жизни?

– Нэт не из тех, кто сдается. Она смелая и сильная и с надеждой смотрит в будущее. И я не промывала твоей сестре мозги. Я бы не смогла. Она такая же упрямая и несговорчивая, как и ты.

– И как давно ты в курсе происходящего?

– Это имеет какое-то значение? – осторожно поинтересовалась Тэсс.

– Ты считаешь, это весело – плести интриги у меня за спиной?

Тэсс побледнела, услышав такое оскорбление в свой адрес.

– Не было никаких интриг…

– Ты ведь знала, как я отношусь к этому делу.

Тэсс поежилась, встретив его ледяной взгляд.

– Я узнала обо всем случайно, и что мне было делать? Она… – Тэсс прикусила губу, понимая, что он может расценить ее объяснение как нежелание брать ответственность за свои поступки.

– Ты должна была рассказать мне, – процедил он. – Это моя обязанность – защищать сестру. Она беззащитная и является легкой добычей. Она оказалась в этом кресле по моей вине, и меньшее, что я могу сделать…

Динело выругался и замолчал.

– В чем твоя вина? Нэт попала в аварию. Разве в то время ты не был за границей?

– Я был в постели в то время.

– Не своей? – Тэсс знала ответ еще до того, как увидела выражение его лица.

– Мне следовало приехать домой на один из семейных праздников, но мне поступило более интересное предложение.

Тэсс поморщилась, услышав его глухой смех.

– Если бы я в тот вечер оказался рядом с моими родными, я был бы за рулем, и кто знает? Мои рефлексы были на сорок лет моложе, чем у моего отца. Но что теперь говорить. – Он нервно взъерошил волосы и посмотрел на Тэсс. – А все потому, что я предпочел секс с женщиной, имени которой я даже не могу вспомнить. Я никогда не повторю своей ошибки. Я пообещал Наталии, что она снова встанет на ноги, и ничего… или никто не помешает мне выполнить обещанное. – Уж точно не связь с женщиной, которой нельзя было доверять. По крайней мере, он обнаружил правду до того, как выставить себя на посмешище.

Что ж, теперь Тэсс знала причину его гнева и понимала, что ничто не может изменить сложившу юся ситуацию. Она поднялась с кровати и, громко шурша по полу подолом своего зеленого платья, босиком подошла к Динело.

Он избегал ее взгляда и смотрел на тоненькую бретельку, которая сползла на гладкое белоснежное плечо Тэсс.

– Значит, все дело в тебе, твоем чувстве вины и искуплении этой вины, но никак не в Наталии. Ты не был в ответе за то, что случилось в тот вечер. Если бы ты был в той машине, то сам мог оказаться на инвалидном кресле. – Ее глаза потемнели. – Или еще хуже.

– Что может быть хуже, – мрачно возразил он.

– Динело, как скоро ты забудешь мое имя? – вдруг разозлилась Тэсс, но потом ее злость уступила место печали.

– Это был всего лишь секс. Что ты делаешь, черт подери?

– Лжец! – с вызовом бросила она. – Я собираю свои вещи. Я уезжаю, потому что сыта по горло тем, что ты обвиняешь меня во всех бедах, которые случаются в твоей жизни. Меня тошнит от того, что речь всегда идет только о твоих чувствах, твоих потребностях. И меня достал наш грязный секрет, потому что я думала, что секс – это что-то приятное, но, знаешь, он оказался не таким уж хорошим! – Тэсс остановилась и перевела дыхание, не чувствуя внутри ничего, кроме пустоты.

– Разве ты не понимаешь, что поступила неправильно? – Динело не стал дожидаться ее ответа и продолжил сам отвечать на свои же вопросы голосом, полным осуждения. – Конечно, понимаешь. Ты не глупая, и я думаю, что ты не только знала о любовном романе своей подопечной, но ты содействовала ему. Ты знаешь, что Нэт беззащитная, но тебя не волнуют такие вещи, не так ли? Ты, черт бы тебя побрал, так уверена в собственной правоте, что не можешь не вмешиваться в дела других… – Он сжал кулаки и сделал несколько глубоких вдохов. – Если бы не ты, ничего бы такого не случилось.

– Их роман начался задолго до моего приезда.

Динело нетерпеливо отмахнулся от этой несущественной детали.

– Ты знала, что я хотел, чтобы этот мальчишка держался подальше от Нэт.

– Динело, я ведь уже говорила тебе, нельзя делать только то, чего хочешь ты. – Тэсс резко захлопнула крышку чемодана.

– Ты собираешься отправляться в путь в таком виде?

Тэсс молча расстегнула платье, и оно опустилось на пол вокруг ее ног.

Динело выругался, сложил руки на груди и отвернулся к окну.

– Динело, у кого-нибудь получается соответствовать твоим стандартам?

Он резко развернулся и посмотрел на Тэсс, которая застегивала молнию на своих джинсах. Она громко шмыгнула носом. Динело не мог слушать ее всхлипы без того, чтобы не захотеть утешить ее, что еще больше разозлило его.

– У тебя точно нет! – крикнул он.

– Да ты просто мерзкий негодяй… – Тэсс схватила свой чемодан и, спотыкаясь, бросилась к двери.

Динело не стал ее останавливать.