Принеси скорее, кравчий, чашу — в мир явилась новая весна!

Всюду зелень, воздух жизнь нам дарит, розами душа упоена!

Нечего печалиться, ведь всюду роза рассыпает лепестки, —

Все чарует, все пленяет душу, радость всей земли здесь собрана!

Вот тюльпан раскрылся, улыбнулась почка; наступили счастья дни,

Всех трава к веселью призывает, — речь ее душистая слышна.

Погляди, как ныне жизнь прекрасна, — о грядущем и былом забудь,

По саду пройдись, пусти по кругу чашу искрометного вина.

Отправляйся в сад пораньше утром, ведь теперь блаженная пора,

Посмотри, как щедро расцветает алых роз блаженная страна!

Свитки всех бутонов развернулись, стало содержанье их известно:

«Не губите розовые чаши, не губите роз расцвет чудесный».

Принеси скорее, кравчий, чашу и летучий случай не теряй.

Случай — это счастье, коль упустишь — лишь на самого себя пеняй.

На земле пером травы написан стих о том, как землю оживлять,

То — один аят^{309} из книги счастья, на него с почтением взирай.

Говорят, в раю огня не знают; почему ж, скажите мне тогда,

В цветнике на огненные розы с завистью такой взирает рай.

Но весна ль виной тому, что смотрит с ревностью на мир Халилов сад?

Нет, то благодать Ибрагим-хана^{310}, правдой озарившего весь край.

Перед ним цветник глубоких мыслей рассыпает щедро лепестки,

На его пиру все кипарисы сада счастья, только выбирай.

Свитки всех бутонов развернулись, стало содержанье их известно:

«Не губите розовые чаши, не губите роз расцвет чудесный».

Принеси скорее, кравчий, чашу, — дел мирских ты знаешь вечный ход,

Постоянно день и ночь кружатся и вертятся с ними месяц, год…

Соловей от осени бежавший, в Гулистане учредивший пир,

Свечи роз зажегши, обнаружил путь свиданья и подругу ждет.

Роза, скатерть встречи расстеливши, говорит все время соловью:

«Гостем сядь к столу Халилуллаха, видишь: скатерть браная зовет».

Я вчера был опечален миром, радости отправился искать,

В сад вошел сегодня, чтобы книгу роз раскрыть и прочитать, и вот —

Свитки всех бутонов развернулись, стало содержанье их известно:

«Не губите розовые чаши, не губите роз расцвет чудесный!»

Принеси скорее, кравчий, чашу; час веселья — розы расцвели;

Что тебе времен и вред и польза? Только песням радостным внемли!

Горлицы запели восхваленья гулистанам — «тахтахал-анхар»,

Соловьи поют о гулистанах, что, как рай, повсюду расцвели.

Если ветерок уста бутона золотом наполнит — не дивись,

Ведь бутон хвалу возносит хану, славному среди людей земли.

Не дивись, что воздух изощряет зелени живительный язык, —

Зелень вечно восхваляет хана, чьи враги повергнуты в пыли.

Никогда я не устану чашу алого вина сжимать в руках,

Ибо утром мне трава и розы, полные почтенья, донесли:

Свитки всех бутонов развернулись, стало содержанье их известно:

«Не губите розовые чаши, не губите роз расцвет чудесный».

Принеси скорее, кравчий, чашу, — поле, сад тюльпанами цветут;

Дивное какое время года! А трава! Как будто изумруд!

Лепестки усеивают землю, словно кирпичи из серебра;

Эти кирпичи в основу зданья радости безоблачной кладут.

Отраженье роз, подобно крови печени, исчезло из очей…

Вновь явилось, как ожог, на сердце тех людей, что верность свято чтут.

Розы и трава, подняв из праха, всем дарят рубины с бирюзой,

Люди же растеньям в ноги душу, как нисар^{311}, бросают там и тут.

Физули, ты был благочестивым осенью, теперь о том забудь,

Пей вино, уже весна настала, розы всем благоуханье льют.

Свитки всех бутонов развернулись, стало содержанье их известно:

«Не губите розовые чаши, не губите роз расцвет чудесный».