Берлин

12 июня, 20:38 минут по местному времени

Байкер с татуировкой «Смерть на дорогах» бросился в атаку и замахнулся ножом. Большим охотничьим ножом, которым явно пользовался не только для того, чтобы свежевать оленей. Стив Роджерс почти не двинулся с места. Он всего лишь слегка нагнулся назад, и нож, вместо того чтобы воткнуться ему под рёбра, просвистел мимо. Затем Стив поймал вытянутую руку байкера в захват и ребром ладони ударил нападавшего по горлу. Ослабил захват, и байкер без чувств повалился на пол.

– Я спросил очень вежливо, – по-немецки сказал Роджерс.

Но посетители бара не были заинтересованы в вежливых беседах. Ещё два байкера, раздосадованные тем, с какой лёгкостью какой-то пришлый разобрался с их корешем, рванулись в его сторону. Один был ростом почти в два метра и широк в плечах, как шкаф.

Роджерс не стал отступать и прямым ударом отправил того, что поменьше, на пол, а затем развернулся и ударил по «шкафу». Бугай был быстрым и крепким. Он практически не заметил удара и поймал Стива за запястье. Довольно мощный ход. Его противник был хорошо обучен. Следовало догадаться.

Несмотря на свой индустриальный декор и припаркованные возле входа массивные мотоциклы, клуб «Печаль» нельзя было назвать обычным городским баром. Это было известное место сбора радикально настроенных личностей. Завсегдатаями бара были крепко сбитые, затянутые в кожу наёмники, независимые специалисты, а то и кто похуже. Лучше места для набора кадров для «Гидры» не найти, особенно если ты спешишь. Стив уже дважды наведывался в этот клуб, но особенно ему запомнился тот раз, когда местечко ещё называлось «Ратуша» и служило прикрытием для крайне жестокого подразделения АИМ, преследующей самые грязные идеи в евгенике.

В тот раз ему понадобилось накладывать швы.

«Шкаф» ослабил хватку. Симпатичный американский блондинчик в тёмном кожаном плаще определённо заслуживал урока, и для этого его требовалось несколько раз ударить головой о музыкальный проигрыватель.

Роджерс упал на одну руку, позволяя громиле принять весь вес на себя, а затем мощно ударил ногой. Треснули суставы. Бугай завопил и отпустил его.

Роджерс оттолкнулся, кувыркнулся и вскочил на ноги. Теперь уже все обитатели бара бросились в его сторону, сгорая от нетерпения сделать выскочке больно. Из динамиков заведения по-прежнему играло суровое техно. Лампы всё ещё сверкали, и выглядело так, будто обитатели бара не дерутся, а танцуют, тела движутся в соответствии с ритмом. Ни дать ни взять, обычный берлинский клуб направления индастриал любой ночью.

Полетели бутылки. Роджерс уклонился от кулака, блокировал ещё парочку ударов и выбил чей-то нож. Нанёс два быстрых удара, и бородатый силач мешком повалился на пол. Из его разбитого носа хлестала кровь. Роджерс повернулся и толкнул стоящего рядом высокого бугая. Ещё один мужик с ножом упал прямо на решётку, защищавшую микрофонную стойку. Решётка оторвалась и упала, пригвоздив мужика к полу.

В спину ударилась бутылка. Локтем Роджерс заехал ещё одному байкеру, а затем сшиб с ног вопящего скинхеда, размахивающего дубинкой. Стив перехватил дубинку в воздухе и ткнул ею в лицо опрятного бизнесмена в деловом костюме. Бизнесмен совершенно выбивался из общей картины, если не обращать внимания на то, с каким умением он орудовал своим тычковым ножом.

Выбитые зубы разлетелись во все стороны.

Роджерс развернулся, снова перехватил дубинку и выбил нож из руки очередного нападавшего. Ещё кто-то ударил его по рёбрам. Стив повернулся и разбил дубинку о голову этого кого-то.

Драка становилась хаотичной. В мигающем свете мелькали оскаленные лица. Кто-то схватил Роджерса сзади и поднял в воздух. «Шкаф». Больше некому. Стив сдержал желание ударить нахала затылком. Вместо этого он рванул вперёд, оставляя свой кожаный плащ в лапах бугая.

Толпа отхлынула. Они увидели, что носил Стив под плащом – красно-бело-голубую броню. Отчасти боевой костюм, отчасти идеологическое заявление. Теперь завсегдатаи бара поняли, почему блондинистый американец вошёл в помещение в одиночку. Почему меньше чем за минуту вырубил их товарищей.

Теперь они видели, что было прикреплено к его спине под плащом.

Кто-то бросился наутёк, опасаясь или его, или инцидента, который мог бы поставить под угрозу деловые связи и даже карьеру.

Однако другие остались. И Капитан Америка был впечатлён их количеством. «Шкаф» тоже никуда не делся. Издав душераздирающий вопль, громила рванул вперёд, намереваясь намотать на голову Кэпа его же собственный плащ.

Стив уклонился, достал щит и ударил им «шкафа» по лицу.

Брызнула кровь, разлетелись зубы, громила рухнул на пол, погребя под своим весом ещё нескольких нападавших. Один из них, красивый парень, с хищным оскалом, в чёрной кожаной куртке, достал из-за пазухи пистолет и попросту открыл огонь.

Псих. Ну, для некоторых посетителей, приходящих в «Печаль» в поиске новых сотрудников, психические отклонения были обязательным требование к кандидату.

Роджерс заслонился от потока пуль щитом, стараясь не думать о том, что пули отскакивают от его поверхности и рикошетят в толпу. Уже трое завсегдатаев рухнули на пол. Среди разбитого стекла по полу стали растекаться кровавые пятна. Кэп взмахнул рукой и метнул щит в стрелка. Бросок получился сильным и точным. Щит вернулся в руку и как раз вовремя, чтобы Роджерс успел ударить очередного противника, с ножом в одной руке и разбитой бутылкой в другой.

Раздались новые выстрелы. Ситуация стремительно накалялась. Пули метались по клубу, разбивая стекло, лампы, пробивая стены и убивая людей.

Зато наконец люди ринулись по сторонам в поисках укрытия. На полу осталось лежать несколько человек, сражённых выстрелами.

Кэп увидел вспышки. Судя по звукам и частоте стрельбы, у стрелявшего был компактный пистолет-пулемет. Пули рикошетили от щита практически с музыкальным звуком. А вот лившееся из динамиков техно напротив заглохло. Огни всё ещё мелькали, но теперь в баре слышны были только звуки выстрелов да крики людей.

Стив спрятался за одной из бетонных колонн – в прошлой жизни клуб был складом. С потолка, волоча за собой искрящиеся и коротящие провода, рухнул светильник. Роджерс ждал, пока не услышал щелчок вытаскиваемой пустой обоймы. Тогда он выскочил из-за колонны и метнул щит прежде, чем стрелок успел перезарядить оружие.

Попал. Стрелок рухнул на пол.

Кэп поймал щит.

Драка по большей части закончилась. Снаружи завывали сирены, и чей-то голос по громкоговорителю призывал сохранять спокойствие и не высовываться. Полиция и Щ.И.Т. старались оцепить территорию и произвести массовые аресты. Кэп был совершенно уверен, что никто из тех, кто покинул клуб, не смог убежать дальше парковки.

За зарешёченными окнами клуба мелькали прожекторы. С лёгким шумом двигателей пронёсся вертолёт.

Кэп сгрёб стрелка в охапку, смел с барной стойки коллекцию пустых стаканов и пивных бутылок и бросил свою жертву на стойку лицом вверх. Стрелок был из Восточной Европы, на лице и шее татуировки, свидетельствующие о принадлежности к какой-то банде. Пока стрелок был без сознания, Роджерс быстро проверил карманы его полинявшего зелёного бронежилета. Две запасные обоймы, нож, фонарик, пластиковый пакет с чем-то наверняка незаконным внутри. Бумажник.

– Поговори со мной, Виктор Тажич, – произнёс Кэп, прочитав имя на водительских правах.

Стрелок пошевелился, сплюнул кровь и застонал. Контакт со щитом Капитана Америки не делает вас симпатичнее, знаете ли.

– Виктор? Я с тобой говорю.

– Хайль «Гидра», – выплюнул стрелок, оскалившись. В его щербатой улыбке было явно куда меньше зубов, чем пару часов назад, когда он заглянул в бар пропустить кружечку.

– Ага, как же, – ответил Кэп, держа одну руку на груди Виктора и мешая мужчине встать. – Даже у «Гидры» есть свои стандарты. Ты безрассуден, тебе не хватает опыта и у тебя есть вредные привычки. Да они и знать тебя не хотят.

Стрелок выругался.

– Какой очаровательный комплимент. Расскажи мне о «Гидре».

– Отпусти меня.

– Нет. «Гидра», Виктор?

– Кто-то набирал людей, – пробормотал мужчина. Силы быстро оставляли его, а боль давала о себе знать.

– Здесь?

– Две недели назад.

– Тебя они не взяли?

– Нет.

– Но ты хотел эту работу, не так ли? Хорошо платили, не так ли? А?

– Да, – кивнул Виктор. Поморщился и посмотрел на Кэпа: – Мне нужно что-то против боли.

– Ты получишь это. В чём заключалась работа?

– Никаких подробностей, – ответил стрелок. Поморщился и застонал: – Им были нужны бойцы. С военным опытом. Для защиты. Всё, что мы знаем, что наниматель был из «Гидры».

– Откуда?

– Их здесь знают.

– Что, правда?

– Да, да. Правда, они редко предлагают работу. Обычно они… менее прямолинейны.

– Ну ещё бы. Как кандидаты связывались с ними?

– Никак, – ответил Виктор, – люди из «Гидры» просто общались с ними здесь, в задней комнате. Возле туалета. Приходили и уходили.

– С тобой они не стали разговаривать?

– Нет. Нет.

– Но ты подумал, что, если ты убьёшь знаменитого Капитана Америку, когда он появится в баре и начнёт задавать вопросы, в следующий раз тебе могут предложить работу?

Виктор закрыл глаза и кивнул.

– Ну ты и придурок.

Он отпустил стрелка. Это был тупик. Может, оперативникам Щ.И.Т. а удастся что-то узнать на допросах, особенно на допросах сотрудников бара. Для того чтобы арендовать заднюю комнату в баре и пустить слух о возможной работе, нужно с кем-то об этом договориться.

Внутрь вошли полицейские и оперативники Щ.И.Т.а. Медики склонились над ранеными на полу. Мигающие огни выключились, включили основное освещение, жестокое и беспощадное. В ярком сиянии место потеряло весь свой опасный урбанистический шарм. Помещение оказалось голым, плохо обставленным и грязным. На стенах висели отталкивающие старые плакаты и граффити.

– Тебе выставят счёт за нанесённый ущерб? – спросила вошедшая Гейл Ранцитер.

Кэп вздохнул.

Девушка осмотрелась.

– Когда ты идёшь оттягиваться в клуб, ты действительно оттягиваешься, не так ли.

– Гейл, я не в настроении, – ответил Стив. – Это было глупо. Когда я шёл сюда, то знал, что не получу ничего, кроме драки.

– Ты искал зацепки.

– Я цеплялся за соломинки. И выпускал пар, пожалуй.

– Выпустил?

– Нет, – Стив покосился на собеседницу. – Честно говоря, мне стыдно. Люди пострадали. Не очень хорошие, но люди. Я был в отчаянии и, откровенно говоря, спровоцировал весь этот хаос.

– Поставишь себя в угол позже, у меня кое-что есть.

– Водолазы достали мобильный телефон Густава Маллеса.

Они сидели на заднем сиденье вертолёта Щ.И.Т. а, припарковавшегося перед входом в клуб.

– Он почти новый, – продолжила Гейл, – куплен около месяца назад в магазине в центре города. По нашим сведениям, Маллес в Берлине недавно. Скорее всего, получил первую зарплату от «Гидры» и спустил её на себя.

Она помахала пластиковым пакетом со смартфоном внутри.

– Что вы нашли?

– Техники осмотрели всё: журнал звонков, сообщения, мгновенные сообщения, заметки. Ничего, связанного с работой. Это был его личный телефон. Должно быть, на дне реки покоится ещё один. Одноразовый, по которому он общался с «Гидрой».

– Тогда какая польза от этого?

Ранцитер улыбнулась, будто призывая его к терпению:

– Маллесу очень нравился его новый телефон. Он лично выбирал его и одобрял все предложенные опции. Возможно, возился с ним каждый раз, когда ему было скучно. Это его новая игрушка. Загружал новые приложения. Установил Спотифай, Инстаграм и Фейсбук.

– Фейсбук?

– Это ещё не всё, – вновь улыбнулась Гейл. – В какой-то момент он установил бесплатное приложение под названием «Куда дальше?» Это обычный уличный навигатор, помогал ему ориентироваться в новом городе, находить ближайшие бары и кафешки. Ну, ты знаешь, зачем нужны такие штуки.

– Гейл…

– Для того чтобы пользоваться «Куда дальше?», нужно сначала включить геолокацию. Маллес, должно быть, не глядя нажал «Включить», ещё когда только купил телефон. Не думая. Так что последние три недели телефон честно отслеживал все его перемещения. Маллес не пользовался телефоном во время работы, но смартфон лежал у него в кармане всё время, что Густав работал.

Роджерс уставился на неё.

– Мы знаем, где он был?

– Лучше. Мы знаем, где он бывал регулярно.

Она достала листок бумаги и протянула Кэпу. Список адресов.

– Несколько раз в аэропорту. Разные станции подземки…

Гейл наклонилась и указала на конкретный адрес:

– Вот здесь он появлялся практически каждый день. Хостел в Сааре. Скорее всего, он там жил.

– Мы можем послать кого-нибудь проверить этот адрес.

– Бридж уже сделал это. Вот этот адрес куда интереснее. Жилое здание в Рейхштале. Девятнадцать посещений за последние три недели. Последний раз непосредственно перед тем, как Маллес со Штрукером поехали в офис «Огер».

– Другими словами, приезжай к боссу домой, забери его и отвези в «Огер».

– Похоже на то.

Кэп уставился на адрес.

– Это место может быть базой Штрукера?

– Вполне.

– Нужно выдвигаться, если Штрукер выбрался из воды…

– … а мы полагаем, что он выбрался.

– Тогда он может рискнуть и вернуться туда. Замести следы или пополнить запасы. Может, забрать что-нибудь важное. Возможно, он ранен. Вынужден рисковать. Он рискнёт.

– Но он не знает, что мы знаем, где он остановился.

– Штрукер не идиот. Если он вообще туда сунется, то не останется там надолго. Соберёт пожитки и исчезнет. Как быстро мы сможем там оказаться?

– Бридж уже дал «добро», два оперативных отряда выдвигаются на позиции.

– Я иду первым.

– Бридж знал, что ты это скажешь.

Девушка наклонилась вперёд, похлопала пилота по плечу и жестом указала, что можно взлетать. Пилот кивнул и включил двигатель. Он заурчал, накапливая силу.

Когда вертолёт поднялся в воздух, Роджерс надел свою маску.

– Шесть минут, – сообщила Гейл.

Стив кивнул.

– Отряды уже на позициях. Ждут тебя.

– Отлично.

Под ними раскинулся вечерний Берлин. Яркие огни, сверкающие потоки машин, янтарный свет уличного освещения. Сверкали неоновые вывески компаний. На шпилях, крышах и антеннах мигали огоньки.

В ночном небе, тусклом на фоне яркого городского свечения, высыпали едва видимые звёзды. Но в воздухе было пусто, не было мигающих огней пассажирских самолётов, взлетающих в ночную высь или идущих на посадку.

Ранцитер сообщила, что министерство гражданской авиации ввело запрет на полёты пассажирских самолётов из-за экстренных ситуаций в Штатах и России. Ни в одной стране мира никто не летал. Имеющихся проблем со связью и обменом информацией было достаточно, чтобы беспокоиться о безопасности авиасообщения.

– Есть какие-нибудь новости? – спросил Стив, заранее зная, что если бы что-то было, Гейл бы обязательно сказала.

– Из Штатов? – Ранцитер покачала головой. – Связи по-прежнему нет. Ни с Мстителями, ни с Щ.И.Т. ом. Нет связи даже с независимыми и частными операторами. Проблема перекинулась на Канаду и Южную Америку.

– Как скоро Бридж захочет взглянуть на ситуацию невооружённым глазом?

– Пока что он общается с правительственными организациями и американскими базами здесь, в Европе. В Лондон отправился самолёт, чтобы оценить обстановку на островах. Ещё пара часов – и он даст «добро» на трансатлантическую миссию. Без разницы, одобрят её наши европейские коллеги или нет.

– Я хочу быть на борту этого самолёта.

– Стив, ты не можешь быть везде, – Гейл затянула ремень бронежилета. – Ты сейчас здесь, Стив, занимаешься этим делом. Если ты планируешь спасать мир, спасай его по частям.

– Три минуты, – сообщил пилот.

Шум от двигателей внезапно резко утих – пилот перешёл на бесшумный режим работы. Вертолёт уже подлетал к жилым районам. Дом номер 1001 по Рейхшталю был впечатляющим восемнадцатиэтажным зданием, построенным по соседству с гордыми, ещё довоенными постройками.

Капитан прикрепил щит за спину.

– Крыша, пятнадцать метров, – сообщил он пилоту. Пилот кивнул. Капитан снял свои наушники и вставил крохотный наушник в ухо.

– Слышишь меня? – спросила Ранцитер.

– Громко и чётко.

Кэп расстегнул ремень и открыл боковую дверь, впуская внутрь ночной воздух и почти неслышное жужжание мотора.

– Увидимся на той стороне! – крикнул он.

– Достань Штрукера!

Стив прыгнул. Прямиком в ночь, прямо на плоскую крышу здания. Перекувыркнулся через голову, вскочил на ноги и побежал к краю освещённой крыши. Внутрь здания вела дверь, но она, скорее всего, была подключена к системе безопасности здания. Штрукер наверняка выбирал жилье с осторожностью и не преминул установить собственные предупреждения об опасности.

Ранцитер достала список жильцов. Большая часть прошла проверку и не представляла интереса.

Но на одиннадцатом и двенадцатом этажах было большое помещение, у которого не значилось известных владельцев. Последние два месяца его анонимно арендовала зарубежная брокерская фирма.

Добежав до края крыши, Кэп размотал нейлоновую нить, крепящуюся к его поясу. Второй край нити он прикрепил к крыше с помощью особого штыря, расплавившего её и вошедшего в каменную кладку будто в масло. Подождал секунду, чтобы место остыло, дёрнул для верности, а затем перепрыгнул через парапет, быстро спускаясь вдоль стены здания.

– Пока что всё хорошо, – раздался в наушнике голос Ранцитер.

– Следишь за мной?

– Подтверждаю слежку. Ты только что миновал тринадцатый этаж.

– Понял.

Двенадцатый этаж. Там был парапет. В окнах света не было. Роджерс примостился на уступе и отцепил нить. Заглянул в первое окно. Увидел просторную гостиную в современном стиле. Неосвещённую. Окно закрыто. Форточки не было.

Он переместился к следующему окну. Оно смотрело в ту же комнату. Окно оказалось не заперто. Он проверил окно и заметил крохотный датчик взлома на самом краю рамы. Датчик взлома на окне двенадцатого этажа. Да, паранойя уровня «Гидры».

– Кэп?

– Работаю, – откликнулся он.

Он вернулся к запертому окну и достал из пояса ручку с присоской и миниатюрный лазерный резак размером с карандаш. Прислонил ручку к стеклу точно по центру и затем резаком проделал в стекле дыру диаметром со свой щит. Затем осторожно просунул вырезанное стекло внутрь и положил на подоконник. Затем залез внутрь сам.

– Я вошёл, – сообщил он.

– Поняла тебя.

Он спрыгнул с подоконника и оказался на белом ковре. Вокруг было темно и тихо. Он разглядел диван, кресло, картины экспрессионистов в чёрных рамках. В стену был вделан камин. Стив коснулся его решётки. Холодная. За дверью открывалась соседняя комната – просторная кухня-столовая, обставленная в строгом стиле. С двух сторон кухни были окна. Кэп проверил комнату на наличие датчиков движения и прослушивающих устройств. Коснулся кофемашины, галогеновой плиты и дизайнерского крана над раковиной. Всё холодное. Открыл огромный холодильник и заглянул внутрь. Его окутало голубое сияние. Внутри оказались упаковка яиц, микстура для сердца и фруктовый сок. Открытый, срок годности ещё не истёк.

– Здесь кто-то живёт, – произнёс Стив.

– Понятно.

К кухне примыкал коридор, куда выходили двери кладовки и ванной комнаты. В конце коридора были двери лифта. Рядом с лифтом на стене висела выключенная панель безопасности.

Лестница на нижний этаж. Внизу были огни.

– Я замолкаю, – прошептал он, – кажется, здесь кто-то есть.

– Поняла.

Достав из-за спины щит, Кэп начал красться вниз по лестнице.

Спальня. Тёмная. Постель не разобрана. Голый матрац. Вторая спальня, такая же, как первая.

В третьей, хозяйской спальне, горел свет. Кровать была убрана с военной аккуратностью, но в ней кто-то спал. В шкафу висело шесть дорогих костюмов, там же лежало несколько нераспакованных рубашек. На стуле рядом с кроватью лежал открытый чемодан. В чемодане уже валялось несколько вещей. Кто-то начал паковать вещички, а потом передумал?

Капитан двинулся было в гостиную, но в последний момент будто о чём-то вспомнил, встал на колени и заглянул под кровать.

Ничего.

Стив смущённо улыбнулся. Паранойя «Гидры» была заразна. А ведь как забавно бы было – после всех этих лет борьбы наконец-то найти и поймать Штрукера, прячущегося под собственной кроватью.

Напротив спальни была гостиная, также выполненная в современном стиле. Двери напротив вели в столовую. Там горел свет. Внутри стоял впечатляющий обеденный стол на восемнадцать персон.

Столовая какое-то время не использовалась по назначению. Стол был усыпан папками, планшетами, алюминиевыми футлярами, картами, пластиковыми ящиками, битком набитыми новыми пистолетами и патронами. В центре стола на разложенных ножках стояло хромированное устройство размером с бутылку из-под газировки. Тот самый прототип распылителя.

Во главе стола сидел Вольфганг фон Штрукер и спокойно рассматривал вошедшего.

– Я слышал, как ты вошёл. Я за тобой наблюдал. – Он указал на открытый планшет рядом с собой. – Под кроватью? Ты серьёзно?

– Я не упущу ни одной возможности, Штрукер, – чётко, чтобы Ранцитер точно расслышала, проговорил Кэп. Он держал щит, готовясь к броску. Штрукер сидел в другом конце комнаты, то Стив был уверен, что сможет вывести того из игры одним аккуратным броском.

Но у Штрукера в рукаве всегда было несколько козырей. Рядом с планшетом лежал мощный лазерный пистолет, но Штрукер даже не пытался добраться до него.

Каков его план? Окна за спиной Штрукера были широко открыты. Он собирается прыгнуть? Попытается сбежать?

У Штрукера под одним глазом был порез, который тот обработал с помощью полевой аптечки. На лице виднелось множество синяков и других доказательств недавней встречи с Капитаном. Пиджак и рубашка были свежими и безукоризненно выглаженными. Штрукер решил не надевать галстук.

– Я так и думал, что сбегать было бы бессмысленно. Ещё одна погоня? – Штрукер махнул рукой, будто отгоняя подобную идею. – А смысл? Ты упорен, Капитан. Не сомневаюсь, Щ.И.Т. перекрыл уже все входы и выходы из здания. Ты меня нашёл. Поздравляю, впечатляющая работа.

– Я всего лишь шёл по склизкому следу.

Штрукер рассмеялся:

– А, весь этот трёп. Я и забыл, насколько ты старомоден. Я в этом не настолько хорош. Сэр, сейчас за окном уже не сороковые. Или чего ты от меня ждёшь? Чтобы я кинул тебе в лицо перчаткой в знак протеста против наглого вторжения в мой дом?

– Я пас.

Штрукер откинулся в кресле. В его расслабленной позе не было ничего угрожающего. Он был слишком спокойным. Кэпу это не нравилось.

– Времени в обрез, Капитан. Времени почти не осталось. Для всех нас. Я надеялся замести здесь следы и улететь. Подготовиться к следующему этапу моей операции. Но твой визит похоронил все мои надежды, так что мы разыграем всю пьесу здесь. Всю. От начала до конца.

– Ты арестован, Штрукер.

– Ой нет, совсем нет, – улыбнулся Штрукер.

– Тогда ты под арестом и без сознания, – Стив указал на щит.

– Я скажу тебе, кто я. Я свободный человек и новый хозяин мира. И мир, стоя на коленях, будет благодарить меня за это.

– Я всё это уже слышал.

– И каждый раз я говорил это всерьёз. И на этот раз мне нельзя помешать.

– Сейчас ты собираешься обозначить угрозу, – Кэп указал на распылитель. – Эта штука. Ты собираешься распылить свой патоген. Ты сделаешь это, если мы не согласимся с твоими требованиями. Будешь требовать выкуп за Берлин.

– Выкуп? Угроза? – Штрукер откинул голову назад и расхохотался: – О нет, мой дорогой Капитан, вовсе нет. Угрозы и переговоры давно и безнадёжно устарели.

Кэп шагнул вперёд:

– Тогда что же…

Внезапно он понял, что хромированное устройство на столе очень тихо тикает. Штрукер погрозил пальцем:

– Не испорти момент, Капитан.

Раздался щелчок. Над верхушкой устройства образовался плотный туман.

– Бамс! – крикнул Штрукер. – Ты мёртв, Капитан. И жители этого дома мертвы. И агенты Щ.И.Т. а на улицах. Весь Берлин мёртв. Хайль «Гидра»!