КОРОЛЬ РИЧАРД (продвигаясь к Анне).

Любовь моя, прошу тебя, послушай!..

Доверься мне!.. Я здесь... Рядом с тобой.

Ты дорога мне, Анна! Я же погибну сразу

После тебя! Я двух смертей не вынесу!.. (В отчаянии.)

Ты понимаешь это?!!

Когда ты меня любишь, дай мне руку!..

Лишь только протяни, к стене прижавшись,

Я подхвачу её, не дам тебе погибнуть

И душу погубить бессмертную твою...

Подумай о своей душе, мой ангел!

Ведь ты у нас надежду отнимаешь

Соединиться с сыном в жизни вечной

На небесах и бесконечно долго

Жить дружною, счастливою семьёй.

Что стоит претерпеть отчаяние минуты трудной,

Когда нас ожидает вечное блаженство

И встреча с сыном – наивысшая награда

И счастье всей нашей семьи,

Что только от тебя сейчас зависит

От твоей выдержки и от любви ко мне.

О сыне ты  подумай, дорогая!

Его душа сейчас находится в раю –

Там, где твоей душе не будет места,

Если ты слабости минутной покоришься.

Ты слышишь меня, Анна, дорогая?

Когда мои слова к твоей душе пробиться могут,

Мне руку протяни, к стене прижавшись...

И стой ровней, не шевелись и ничего не бойся...

Я помогу тебе!.. (К Перси.)

Вы, Перси, меня сзади придержите за одежду! (К Анне.)

Всё хорошо, мой ангел, не волнуйтесь!..

Считайте, что мы оба спасены и наши души

Теперь не погибнут... Там, рядом с нами,

Слуги и друзья, они поддерживают нас и нам помогут...

Сейчас спокойно протяните руку... Вот так...

Теперь держитесь крепче и не двигайтесь! Я сам

Вас обхвачу за талию... Не шевелитесь,  Анна! (Обхватывает Анну за талию.)

Вот так, держитесь за меня!.. Теперь рывок!..

Держите крепче, Перси!.. И отойдите от окна

В глубь комнаты! Вы тоже помогайте, Ловелл!

Теперь тяните оба! И ничего не бойтесь!..

Да что там с вами, Перси?! Тяните же! Пускай

Вам кто-нибудь ещё поможет! Плащ должен

Выдержать!.. Сейчас тяните!.. Что там упало

В ров? Ваш башмачок, любимая? Не важно...

И не глядите вниз! Теперь попробуем

Поближе придвинуться к окну. Вот так,

Любимая... Теперь ступайте здесь...

Теперь сюда поставьте ножку. Да, вот сюда...

А то им нас не вытянуть двоих. Всё хорошо...

Ещё чуть-чуть продвинемся к окну...

Теперь тяните, Перси!.. Ну вот, мы уже

С вами в комнате, родная! (Спрыгивает с подоконника и снимает Анну с окна.)

И страхи наконец-то позади остались!

Ох, как же напугали вы меня, мой ангел! (Осыпает её поцелуями.)

Я вас прошу, всеми святыми заклинаю,

Не поступайте так со мною больше!

Я не смогу ещё раз это пережить!

В другой раз я не вынесу такого страха!

Я чудом уберёг вас от несчастья! (Обнимает её.)

Благодарю Всевышнего за эту помощь!

Вам нужно успокоиться, мой ангел!

О Боже Милостивый, да вы вся дрожите!

Вы плачете, сокровище моё?! Ну что ж,

Поплачьте! Возможно, слёзы облегчат ваши

Страдания... Обоим нам бы выплакаться вволю...  (К слугам.)

Пускай пошлют за доктором скорее!.. (В сторону.)

Не дай Бог, он опять заставит себя ждать!.. (К Анне.)

Прошу вас, успокойтесь, дорогая! Вот, выпейте...  (К слугам.)

Налейте нам чего-нибудь покрепче!

И позовите, наконец, врача!!!

 Анна, резко наклонившись вперёд, заходится в судорожных рыданиях.

ЛЕДИ ТИЛНИ (прослезившись).

Какое счастье! Все мы спасены! (К королеве, с притворным участием.)

Как чувствуете вы себя, миледи?..

           Слуги подают  Ричарду и Анне вино.

ЛЕДИ ТИЛНИ.

И я бы тоже выпила стаканчик!

Я так разволновалась! (К Ловеллу и Перси.)

Хотите знать, как бьётся моё сердце?

                   Ловелл и Перси отворачиваются. Леди Эллис помогает Анне выпить вино. Анна немного успокаивается. Леди Тилни, прихлёбывая вино, суетится возле неё и королевы. В комнату заходит придворный врач.

ПЕРСИ (королю).

Врач уже здесь, милорд...

ЛЕДИ ТИЛНИ (язвительно).

И, как всегда, заставил себя ждать...

ВРАЧ (кланяясь королю).

Я весь к услугам вашего величества...

КОРОЛЬ РИЧАРД.

Скорее помогите королеве! А мы

Пойдём, не будем вам мешать... (Обнимает Анну.)

Доверьтесь Провидению, дорогая,

И вашему врачу,  он вам поможет...

Потом я к вам священника пришлю,

Чтоб он вас исповедовал и успокоил,

И усмирил душевный ваш недуг.

А за обедом мы увидимся опять,

И я утешу вас, мой ненаглядный ангел! (Укладывает Анну на кровать и целует её.)

Я с вашей тётушкой вас оставляю здесь.

Останьтесь с королевой, леди Эллис!

ЛЕДИ ЭЛЛИС.

Да, государь! Теперь не беспокойтесь...

Вы видите, она уж засыпает. Сейчас

Её служанок позовут, пусть позаботятся

О нашей королеве! Она намучилась,

Бедняжка, натерпелась!.. Теперь пускай

Хоть отдохнёт немного. Я присмотрю

За ней, милорд, вы не тревожьтесь!..

Будем надеяться на Милосердие Божье...

ЛЕДИ ТИЛНИ (к Ловеллу и Перси, с притворным умилением.)

Какая радость! Королева спасена! (Обмахивается платочком.)

Ах, кто бы знал, как я перепугалась!

КОРОЛЬ РИЧАРД.

О состоянии здоровья королевы

Мне сразу сообщайте, леди Эллис,

Чуть только изменения наступят...

Пойдёмте, господа, пора к делам вернуться!.. (Уходит в сопровождении приближённых.)

ЛЕДИ ТИЛНИ.

И я пойду, пожалуй, леди Эллис.

Вы справитесь здесь сами, без меня!.. (Убегает вслед за Ловеллом и Перси.)

                     Леди Эллис оправляет на Анне одеяло, потом становится на колени перед иконой и шепчет молитву.

                       ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ. Картина четвёртая.

            Апартаменты принцессы Анны де Божё в замке Амбуаз. Входят Анна де Божё и епископ Мортон.

АННА де БОЖЁ.

А разве было так необходимо вам,

Епископ, на проповеди говорить,

Что смерть Эдуарда Миддлхэма –

Это Божья кара, что послана его

Отцу, королю Ричарду Третьему,

Как наказание за смерть задушенных

По его приказанию племянников,

Им прежде заключённых в Тауэр?

Вы проявили непростительную

Чёрствость к горю родителей

Несчастных, потерявших сына,

Явили всем пример чудовищно

Безнравственного поведения,

Не совместимого ни с вашим,

Столь высоким, духовным саном,

Ни с милосердием христианским,

К которому должны вы призывать!

МОРТОН.

Мадам, вы забываете, что сами платите

Мне за эту работу. Я добросовестно её

И выполняю. А если  вам  не  нравятся

Те  средства,  которыми  я  провожу

Удобную для  вас и Франции  политику

Всеобщего презрения к Ричарду Третьему,

То здесь всему виной лишь неопределённость

Ваших позиций в отношении правителей

Враждебного вам  королевства. Я  вас

Прошу, определитесь сами,  на чьей  вы

Стороне? Кому  сочувствуете  больше?

Убитым  горем  Ричарду  и  Анне,  или

Своим французским подданным, которые

В  любой  момент лишиться  могут  двух

Плодороднейших во Франции провинций?

АННА де БОЖЁ.

Вы непростительно над ними насмехались,

Когда на проповеди говорили о кончине

Их сына, принца Эдуарда Миддлхэма!

И это было чрезвычайно низко и жестоко,

Глумиться над их горем, монсеньор

Епископ! Вот всё, что я хотела вам сказать!

Я ваших методов борьбы с английским

Королём, Ричардом Третьим, не одобряю!

МОРТОН.

При чём здесь мои методы, мадам?

И разве я заставил принца Эдуарда,

Насильно съесть этот отравленный

Пирог, когда вполне он мог скормить

Его собаке? Но так случилось, что

Он отравился сам. А я увидел в этом

Волю Провидения и указал на неё

В качестве примера, всех призывая

К соблюдению заповеди «Не убий!».

АННА де БОЖЁ.

А вам известно, кто руководил

Этим убийством?

МОРТОН.

А даже если так, что это изменяет?

Уж не хотите ли вы наказать убийцу?

АННА де БОЖЁ.

Его Господь накажет. В этом я не сомневаюсь...

МОРТОН.

Тогда зачем же спрашивать, мадам? Вам бы

Хотелось  выразить  сочувствие  в   письме

К вашей подруге детства, королеве Анне? А

Может хочется установить дипломатические

Отношения с Англией? А не захочется ли вам

Отдать и  Францию  всю  англичанам  после

Того, как они в Гьень вторгнутся, Нормандию

Захватят и новую войну развяжут здесь?

АННА де БОЖЁ.

Вы говорите не как англичанин...

МОРТОН.

Мадам, я рассуждаю как политик! Разумный,

Опытный и дальновидный. Я этому учился

У вашего отца. И я его уроки хорошо усвоил,

В отличие от вас! Иль вы забыли, что нам

Необходимо подлой клеветою и жестокой

Травлей ослабить  Ричарда  и  этим  выбить

Меч из его рук там, в будущем его сражении

С Тюдором!  Поэтому сейчас нам нужно не

Жалеть его, а продолжать травить! Жестоко!

Беспощадно! Не разбирая, прав он или виноват!

Он  сейчас  сына  потерял, а  скоро  потеряет

И жену, которая не сможет это горе пережить.

И что, по-вашему, должны мы будем сделать?

Писать  ему  сочувственные  письма,  чтоб

Он в них утешение нашёл? О,  нет,  мадам,

Мы сделаем иначе. Мы новый ливень клеветы

Обрушим на него! Мы будем говорить о нём

Повсюду, что  сам он  погубил свою  жену, –

Чем, как и для чего, – потом найдём причину!

Припишем ему связь любовную с девицей

Какой-нибудь из фрейлин королевы. Найдём

В чём обвинить его, не сомневайтесь! Так что

Потоки  клеветы  на  Ричарда ещё  нахлынут!

И в них он захлебнётся и не отмоется от всей

Этой вонючей грязи и посмертно, до окончания

Тысячелетия! А мы  порадуемся  этому, когда

Тюдор захватит его трон. Я получу от него сан

Архиепископа, а вы оставите себе во Франции

Крупнейшие провинции Гьень и Нормандию,

Исконные владения Плантагенетов.

АННА де БОЖЁ.

Так вы всё это делаете для того, чтоб

При Тюдоре получить духовный сан

Архиепископа Кентерберийского?

МОРТОН.

Да, я  надеюсь  заслужить  эту  награду!

Я этого и не скрываю! Куда как  глупо

Позволять другим считать, что интересы

Родины своей я  предаю бесплатно,  без

Награды, лишь из любви к предательству,

Или из жажды мести за опалу, которую

Мне объявил недавно Ричард Третий!

Мне нравится способствовать свержению

Короля и чувствовать  себя  создателем

Другой династии  и  нового  монарха!

Сознание этого мне силы предаёт! И я

В том вижу для себя Господню Милость!

Не каждому здесь выпадает честь творить

Историю! Мне выпала, и я собой горжусь,

Что бы ни сделал! Пусть даже совершил

Злодейство! Но если уж оно осуществилось,

То можно быть уверенным что это сделано

По Воле Божьей, которую оспаривать никто

Из нас не вправе. Я это знаю твёрдо, поэтому

И действую спокойно. И должную награду

От Тюдора я получу, не сомневаясь в том,

Что я её достоин!

АННА де БОЖЁ.

И Божьего Суда вы не боитесь?

МОРТОН.

Когда свершится всё, задуманное нами,

Я буду ощущать себя лишь исполнителем

Господней Воли. А если так, мне нечего

Бояться!

АННА де БОЖЁ.

А суд истории?

МОРТОН.

Мы доказательства злодейства уничтожим,

Они утонут в море клеветы, что выльем мы

На короля Ричарда Третьего. Какой там суд

Истории! О чём вы говорите! Когда Тюдор

Престол английский узурпирует и станет

Королём, мы извратим и клеветой заполним

Историю правления короля Ричарда Третьего! (Подносит руку к Распятию.)

На этом вот Распятии  клянусь, я сам же и

Хрониста воспитаю, который в самых чёрных,

В самых грязных красках так мерзостно

Опишет историю коварных злодеяний короля

Ричарда Третьего, что даже ад  от отвращения

Содрогнётся. А к небесам его и близко

Не подпустят, пусть даже он при жизни

Будет добродетельным и благонравным.

АННА де БОЖЁ.

Вот вы его и очерняете, и выставляете

Злодеем перед всеми, а факты о другом

Нам говорят. Известно всем, что король

Ричард Третий ведёт борьбу с пороками

За нравственность и чистоту морали.

С коррупцией он борется непримиримо,

Проводит справедливые законы и новые

Гуманные реформы! Как вы увяжете всё

Это с вашей клеветою?

МОРТОН.

Да очень просто! Мы Ричарда объявим

Лицемером, что говорит одно, а делает

Другое. Представим это его политической

Уловкой с целью добиться большей

Популярности в народе. Своей борьбой

За гуманизм и справедливость он лишь

Даёт нам повод обвинить его во лжи.

АННА де БОЖЁ.

Вы полагаете, что все поверят вам, а не

Ему и всем его делам разумным, добрым?

МОРТОН.

Конечно нам, его хулителям, поверят,

А на дела его гуманные глаза закроют

И будут их замалчивать упорно. И что

Там факты и действительность в истории,

Когда все, в ней отображённые события,

Легко и быстро можно исказить и заново

Переписать, как нам удобно? Я этим и

Займусь, когда Тюдора посажу на трон.

АННА де БОЖЁ.

Вам не дают покоя лавры графа Уорвика,

И вы задумали стать новым созидателем

Монархов. Не велика ли честь, епископ

Мортон?

МОРТОН.

Как бы то ни было, мне эта роль подходит!