И оба мы спокойно спали до утра. Наутро же

Я снова стала требовать любви от мужа, а он

За это обозвал меня «дурёхой». А вечером его

Не затащить было в постель. Он  всё  в тазу

Сидел, кораблики пускал. Это потом, когда (Смотрит на портрет.)

Он повзрослел, стал адмиралом Англии.

А в ту пору он  просто барахтался, сидя в  тазу,

То в морской бой играл, то шторм устраивал

Своим корабликам, а в брачную постель идти

Отказывался, визжал и отбивался от служанок,

Когда они его несли к нам в спальню. И на свою

Судьбу всё жаловался взрослым. Сквозь слёзы

Он им говорил: «Ребёнок  жил себе спокойно,

Зла никому не делал, не мешал. Так нет же,

Вдруг его схватили и в церковь повели, жениться...

А я вас не просил об этом!.. Я не хочу!.. ». И снова

Ножкой топал и брыкался. Мне это надоело, и

Я решила всерьёз заняться его воспитанием. А

Он, вместо того, чтобы меня благодарить, всё

Больше злился и выказывал при мне свой нрав,

Такой немыслимо суровый и строптивый, что

Когда я ему читала наставления, он и вопил,

Как резаный, и уши затыкал, и снова обзывал

Меня обидными словами. Я плакала, звала на

Помощь взрослых, и нас с ним снова разводили

По разным комнатам. Так мы и жили, ежедневно

Ссорясь, пока его родители не развезли нас и

По разным замкам, надеясь, что после разлуки

Мы соскучимся и сможем, наконец, друг друга

Полюбить настолько, что родим им внуков. Но

Не тут-то было! И повзрослев, не пожелала я

Делить с супругом ложе в мире и согласии. Я

Ненавидела его по-прежнему, но вместе с тем

Я изводила ревностью его. И поводы  повсюду

Находила для яростных скандалов и атак. Ведь,

На мою беду, мой муж, когда подрос, стал

Удивительно красивым юношей! Я тоже была

Хороша собой. Казалось бы, чего бы нам не жить

Спокойно, в мире? Но не могла я выносить его,

Чуть только начинал он говорить со мной! Так

Раздражала меня дерзость в каждом его слове,

Что мне хотелось бы убить его на месте! Когда

По службе сделал он успешную карьеру, и нас

С почётом принимали при дворе, я им гордилась.

Он стал одним из лучших воинов в стране,

Он заслужил почёт и славу, он вызывал пылкий

Восторг и восхищение у всех придворных дам!

Он был непобедим на рыцарских турнирах! Все

Его обожали, и только я одна и ненавидела его,

И презирала, и злилась на него, и ссорилась

С ним по любому поводу. Потом я стала замечать,

Что он хотя бы  тем уже доволен, что я  его

Не оскорбляю при друзьях. Я стала пользоваться

Этим, и довольно быстро мне удалось заставить

Его подчиняться  моей воле. И вот, когда я уже

Успокоилась и примирилась с моим тяжёлым

Положением, свекровь моя мне как-то деликатно

Намекнула, что мой супруг из-за отсутствия

У нас детей  имеет право со мной развестись.

Я поняла её  намёк, и через девять месяцев

У нас родилась дочь, Изабелла. А через пару

Лет раздоры начались в стране. Король, Генрих

Шестой, Ланкастер, ослабел умом. И властью

Завладела его жена и королева, моя подруга,

Маргарет Анжу. А родной дядя моего супруга,

Герцог Ричард Йорк, в то время был Парламентом

Назначен Регентом Англии. И очень скоро у них

С Маргарет Анжу началась борьба за власть,

Которая довольно быстро переросла в войну.

Желая первой нанести удар и уничтожить всех

Своих врагов, моя подруга, королева Маргарет,

Изгнала Регента, Ричарда Йорка, из Королевского

Совета. А после этого она предприняла попытку

Его арестовать. А вместе с ним и моего супруга,

Который к тому времени, благодаря наследству

Моему, стал уже графом Уорвиком, богатым

И влиятельным сподвижником герцога Йорка.

Вот они двое, а с ними и мой свёкор, Ричард

Невилл, граф Солсбери, с всеми его братьями

И сыновьями, и составляли оппозицию королеве

Маргарет Анжу и её партии Ланкастеров, что

Пользовалась поддержкой Франции и защищала

Её интересы здесь, в Англии. И я поддерживала

Партию Ланкастеров, в то время  как мой муж

Стоял за Йорка. Тогда же стала я ему вредить

И в политических масштабах. И с первых дней

Войны я  добывала сведения о передвижении

Всех армий Йорка и передавала их Ланкастерам.

И в первую засаду, что с моей помощью устроила

Им королева Маргарет Анжу, чуть было не попал

Мой муж, но он сумел отбиться и спастись.

А я и дальше продолжала им вредить. Имея

Дубликаты всех ключей от его тайников

И сейфов в наших замках, я изучала документы,

Карты, схемы расположения и передвижения

Войск йоркистов и сообщала о них напрямую

Королеве Маргарет по голубиной почте. Из-за

Меня войска йоркистов попадали то в одну

Засаду, то в другую. Там гибли тысячи солдат,

А муж мой даже не подозревал о моих происках,

И я при нём могла успешно продолжать свою

Работу. Потом, в битве при Уэйкфилде, где мы,

Ланкастеры, победу одержали, погиб и герцог

Йорк со своим сыном, Эдмондом Рэтлендом,

И его братья, Джон и Хью Мортимеры, а также

Свёкор мой, Ричард Невилл, граф Солсбери,

И его сын, сэр Томас Невилл. Все они были

Казнены жестоко по приказанию моей подруги,

Маргарет Анжу. Их головы на пики насадили

И выставили на воротах Йорка. Моя свекровь

Оплакивала их, как дура. Мой муж в той битве

Не участвовал, но старший сын герцога Йорка,

Эдуард, граф Марч, потом смог взять реванш

И одержать победу над Ланкастерами в двух

Других решающих сражениях – в битве при

Мортимер Кросс и ещё в битве при Таутоне.

В последней битве муженёк мой отличился.

Он на престол возвёл кузена Эдуарда и стал

Его советником ближайшим. Он по моей же

Просьбе настоял, чтобы два младших брата

Короля Эдуарда, – Джордж, герцог Кларенс,

И Ричард, герцог Глостер, – у нас воспитывались,

В нашем доме. Я их обоих и наметила в мужья

Двум моим дочерям  – старшей, Изабелле,

И младшей, Анне, которой незадолго до того

Исполнилось пять лет. Джордж сразу же

Влюбился в Изабеллу, а Ричард Глостер

Анною пленился с первой встречи. И так

Они удачно подружились, что лучшего нельзя

И пожелать! И сразу захотели обвенчаться!

Джордж с Изабеллой, Ричард Глостер с Анной,

Хотя ему в ту пору было девять лет. Я их

Поддерживала и была этому рада. Мечтала,

Чтобы дочери мои стали принцессами, ведь

Изабелла, выйдя замуж за Джорджа, стала бы

Герцогиней Кларенс, а моя Анна, выйдя

За Ричарда, стала бы герцогиней Глостер. (Смотрит на портрет.)

Да только муж мой, этот редкостный тупица,  (Стучит кулачком по столу.)

Не захотел заставить короля дать разрешение

На оба эти брака! И начались тут проволочки

Год за годом. Потом король Эдуард и сам

Женился на этой подлой, худородной ведьме,

Елизавете Вудвилл, что невзлюбила мужа

Моего и дочерей возненавидела, и против нас

Настраивала короля. И начались опять в стране

Раздоры. Мой муж то ссорился с королём

Эдуардом, то с ним мирился. То его в плен

Брал и удерживал насильно в нашем замке,

Подолгу уговаривал с женой Елизаветой

Развестись, то снова отпускал как друга и

Кузена на свободу. А дочери, тем временем,

Росли, а свадьбы их откладывались из-за

Того, что женихи служили королю Эдуарду

И не могли венчаться без его согласия. Но

Вскоре мой супруг объединился с Джорджем,

Герцогом Кларенсом. В залог союза этого

Он ему отдал в жёны Изабеллу, нашу дочь

Старшую, и выступил с ним против Вудвиллов.

И в королевстве снова началась война. А

Ричард Глостер, обручённый с Анной, всё

Ещё оставался верным брату, королю Эдуарду.

И снова муж мой вместе с Джорджем стали

Переходить из стана в стан и, то мирились

С королём, то ссорились, в то время как

Дочь наша, Изабелла, выйдя за Джорджа

Кларенса без разрешения короля Эдварда,

Должна была родить в самый ближайший срок.

Тогда решила я  поссорить мужа с королём

Эдуардом, но так, чтоб они больше примириться

Не смогли, поскольку очень уж мне надоели

Все эти его переходы из одной партии в другую.

И я через своих агентов отослала королю

Эдуарду документ за подписью, подделанной

Искусно, но с подлинной печатью мужа моего,

В котором говорилось, что мой супруг, граф

Уорвик, провозглашает зятя своего, герцога

Кларенса, законным королём английским,

Вместо Эдуарда. По правде говоря, супругу

Моему в такой бумаге надобности не было:

Его врагами были Вудвиллы, а не король,

И оформлять провозглашение письменно

Ему ведь тоже было бы не нужно, – ему

Вполне хватало и его намерений, присяги

Наших рыцарей и брачных уз наследника

Престола, герцога Кларенса, с нашею дочкой,

Изабеллой, чтобы составить оппозицию семейке

Вудвиллов. Так что любой бы понял, что

Документ с так называемым провозглашением

Кларенса монархом, был откровенною, грубо

Сработанной фальшивкой. Но Эдуард поверил

В подлинность этой подделки, прогневался

И объявил моего мужа и зятя, – своего брата,

Джорджа Кларенса, изменниками и врагами

Королевства. Все наши земли к тому времени

Уже были заложены мною тайком от мужа,

А деньги переправлены во Францию, моим

Друзьям Ланкастерам, для будущего их

Вторжения в Англию. Так что нам в Англии

И оставаться было не с руки: без денег, без

Имущества, в опале, преследуемые королём,

Мы не могли бы здесь существовать. Вот так,

Составив всё одно с другим, заставила я мужа

Англию покинуть и поспешить во Францию,

Чтоб предложить его услуги моей подруге,

Маргарет Анжу, которая нашла приют в те

Времена у короля Людовика Одиннадцатого. (Обращаясь к портрету.)

Что скажешь, подкаблучник?.. А?... Молчит!... (Оборачивается к зрителю.)

Всё так и было! Людовик примирил моего

Мужа с Маргарет Анжу. Я стала у неё первой

Придворной дамой, а муж мой ей пообещал

Вернуть трон Англии её супругу, Генриху

Шестому. Но за это, по настоянию моему,

Потребовал, чтобы она дочь нашу, Анну,

Согласилась сделать женой своего сына и

Наследника престола, Эдуарда Ланкастера.

Ох, и пришлось же нам повоевать тогда

С малюткой Анной, чтобы заставить её

Разорвать помолвку с Ричардом Глостером

И согласиться выйти замуж за принца

Эдуарда. И только ценой жизни Ричарда

Она пошла на это, после того как муж мой

Пригрозил ей, что подошлёт к нему убийц

Наёмных, если она откажется за Эдуарда

Замуж выйти. Потом супруг мой  в Англию

Вернулся и ловкими военными манёврами

Восстановил на троне Генриха Шестого. Тогда

И стали называть его «Создатель королей»!

А мне сейчас смешно всё это слышать!

Ведь не поссорь его я с Эдуардом, он бы

И Генриха не посадил на трон. И, значит, (Обращается к портрету.)

Кто из нас создатель королей? Я! Только я!

И снова стану я создательницей королей,

Когда Тюдора посажу на трон, сгубив другого

Короля, своего зятя, Ричарда Третьего! Для

Этого я внука отравила! От горя по нему

И дочь моя умрёт. Тогда ослабнет, захиреет

Ричард, и с лёгкостью Тюдор его в сражении

Одолеет! А я верну себе величие былое! И моя

Слава при дворе Тюдора затмит успехи мужа

Моего, что так нелепо погиб в битве при Барнете

Из-за того, что Кларенс перед боем объединился

С братьями, и они вместе разгромили всю армию

Ланкастеров в решающих сражениях.  А я

Всё потеряла с их победой – и титулы, и славу,

И богатство. Когда узнали, как я помогала

Ланкастерам в этой войне, как добывала

Для них сведения у мужа за спиной, меня

Лишили прав на мои владения и присудили

Как изменницу к сожжению на костре. Мне

Чудом удалось тогда спастись от казни.

Сбежав от Маргарет Анжу и бросив дочь

Свою меньшую, Анну, на произвол судьбы,

Я спряталась в монастыре. И находилась там,

Пока, став мужем Анны, Ричард Глостер

Не вызволил меня оттуда, взяв под свою

Опеку. Он снял мне этот дом в предместье

Йорка, оплачивает слуг и все мои расходы.

И небольшую пенсию мне платит. Но

Титулы мои и все мои владения достались

Дочерям и перешли от них к моим зятьям

И внукам. После победы Йорка меня лишили

Прав и до сих пор преступницей считают!

Даже при том, что зять мой стал королём,

Ричардом Третьим, а дочь Анна стала

Королевой! И я за это ненавижу их ещё

Сильней, чем прежде! Я буду мстить

Жестоко, беспощадно за все мои обиды

И потери! Я жажду получить назад свои

Владения, свободу, титулы себе вернуть,

И честь, и власть утраченную, и былую славу!

И всё это я снова обрету, когда Ланкастер

Станет управлять нашей державой!

Для  этого  не  жаль и  внука  потерять.

Тем более, что у меня их ещё остаётся двое.

Их тоже надо будет мне куда-нибудь девать.

Чтобы в опалу не втянули за собою.

Нет, рано мне пока что отправляться на покой!

Ведь дочь моя жива, и зять уверенно сидит на троне.

Я лишь тогда и отдохну, возрадуюсь душой,

Когда увижу Генриха Тюдора в золотой короне!

                                       Уходит.