– Спасибо, – прошептала Летта, чувствуя, как с плеч сваливается огромная тяжелая плита, которую она, сама того не замечая, носила с той ночи, когда повстречала Адараиду и когда случайно проговорилась о своем иномирском происхождении.

Мужчина подошел и обнял Летту, гладя по волосам.

– Ты – настоящая, истинная графиня, и я рад, что служу тебе, госпожа моя. С того момента, как мы повстречались, моя жизнь стремительно меняется. Ты приносишь людям удачу, госпожа моя. Я счастлив. – Видя, что графиня сейчас разрыдается от переполняющих ее эмоций, альбинос резко сменил тему. – А теперь давай решим, что из пиратских сокровищ стоит обменять на деньги в этом городке. И что тебе нужно купить в дорогу. А если ты не возражаешь, мне бы хотелось когда-нибудь вернуться к разговору о ваших богах. Это очень интересная для исследования тема.

Проводив колдуна и Рину менять драгоценности на деньги и делать покупки, Летта в сопровождении Ласточки и Дракона отправилась на поиски Дика. Идти было недалеко, поэтому карету решили не брать. Она чувствовала себя словно перед экзаменом, долгожданная встреча вызывала нешуточный мандраж.

Не успели они пройти квартал, как их догнал разъяренный барон Вербахт.

– Госпожа Виола, кто тебе позволил покидать дом?

– С каких это пор графиня должна спрашивать разрешения у барона? – холодно поинтересовалась Ласточка, загораживая собой Летту. – Мне кажется, что ты превышаешь свои полномочия, барон Вербахт.

– Кто ты такая, чтобы говорить мне это? – процедил презрительно Кевен, положив руку на эфес меча.

– Я герцогиня Волт, в девичестве виконтесса Сурейн. – Ласточка снисходительно смотрела на хлопающего глазами мужчину.

– Вдова герцога Волта? Охотник?

Какой кайф увидеть на высокомерном лице барона замешательство и удивление. Летта, как говорится, тащилась. Дракон глянул на нее и подмигнул, она вопросительно просигналила бровями, на что охотник утвердительно прикрыл глаза. С ума сойти! Ласточка – герцогиня?

– Но как? – Барон никак не мог прийти в себя.

– Могу себе позволить, – пожала плечами женщина. – Надеюсь на твое молчание, барон. Мы все обязаны этой девушке жизнью, помни об этом. А теперь, если ты не передумал, можешь к нам присоединиться, – с королевским достоинством произнесла она.

Летта, следуя за гордо вышагивающей Ласточкой, чуть не подпрыгивала от переполнявших ее эмоций. Она вновь и вновь вспоминала обескураженное выражение лица барона, чтобы запечатлеть этот момент в памяти в мельчайших подробностях. Такие мгновения хочется пересматривать бесконечное число раз. Растерянность на высокомерно-презрительном лице Вербахта – это стоило запомнить. Но как разговаривала с ним охотница! Воистину с аристократической холодностью и безразличием. Вот бы и ей так научиться. А то ее эмоции можно читать по лицу. Ах, какая рожа была у барона!

Дракон привел их на постоялый двор, отличавшийся от виденных Леттой ранее только своими размерами, чистотой и количеством людей за столиками на первом этаже, где традиционно находилась харчевня. Она шла следом за Ласточкой, с интересом разглядывая посетителей. Впереди, прямо на проходе, стоял худощавый мужчина в серых штанах и белоснежной рубашке с расшитым золотом воротником, его длинные черные волосы были убраны в высокий хвост, он обнимал фигуристую женщину в сером платье и что-то тихо говорил, склонившись к ее макушке. Летта обратила внимание, что у женщины короткая стрижка, не такая короткая, как у Ласточки, волосы были обрезаны чуть выше плеч, но это говорило о многом. Женщина была либо магиня, либо охотник. Так как платье охотники не носили, значит – магиня. Тут мужчина поднял голову, и Летта увидела золотые глаза, отливающие едва заметной зеленоватой патиной.

– Ты?!

Это же та сволочь, что поставил ей тавро! Алмар! Дальше Летта действовала на чистых эмоциях. Позже, анализируя свое поведение, она сгорала со стыда, проклиная собственную несдержанность и вспыльчивость, но сейчас…

Звон пощечины слишком громко прозвучал в оглушающей тишине…

Алмар вдруг резко сделал шаг вперед и, ухватив Летту за руку, притянул к себе. Она не успела даже пискнуть, как прохладные губы впились в слегка раскрытый в возмущении рот. Поцелуй не был приятным, скорее он был грубым и болезненным.

«Опять? А ведь все так хорошо начиналось. Надо было остаться в доме, а за Диком отправить Дракона, – подумала Летта. – Да что вы последнее время целоваться лезете? Неужели я стала такой привлекательной после поглощения Адараиды?»

Она так опешила, что от растерянности даже не пыталась оттолкнуть айта, зато барон Вербахт и охотники среагировали моментально. Ласточка в длинном прыжке оказалась возле магов, наставив короткий меч на Хейду, которая непроизвольно начала собирать силу, Дракон быстрым движением выхватил тяжелый нож и швырнул его в айта, но на пути ножа оказался кривой призрачный кинжал Габриэля, вторым кинжалом телохранитель отбил удар барона, направленный в шею Алмара.

Летта наконец-то пришла в себя и, с силой оттолкнув от себя мужчину, резко развернулась, чтобы ускользнуть за спину Вербахта, но айт был быстрее, он перехватил девушку и прижал спиной к себе.

– Она пойдет со мной! – громко заявил он. – Габриэль, убей всех, кто помешает мне.

– Габриэль? – ненавидяще выдохнул Вербахт и резко развернулся в сторону телохранителя, не пытаясь больше достать мага.

Дракон пронзительно свистнул, и в харчевню вбежали Белочка и Волчара, которые несли вахту на улице. Волчара моментально оценил обстановку и бросился на помощь Ласточке, которая отбивалась от двоих наемников, посчитавших трактирную драку прекрасным поводом размяться. Белочка атаковал Алмара, но все его удары, как и удары Дракона, не достигали цели: высокий беловолосый телохранитель мага успевал и отбиваться от барона, и блокировать удары охотников, не подпуская нападающих к принцу. Впрочем, он мог бы этого не делать, защита на айте была не только от магического удара.

– Моя метка в твоей ауре означает, что я объявил тебя своей добычей, – шептал Алмар на ухо извивающейся Летты. – Я хотел защитить тебя, не сопротивляйся, это всего лишь игра, не нужно бояться. Я просто хочу поговорить.

Летта притихла, и Алмар ослабил захват, девушка моментально этим воспользовалась. Она с замахом, изо всех сил наступила небольшим, но твердым каблучком на ступню прижимавшего ее к себе айта, затем резко присела, выскальзывая из объятий, поднырнула под руку и, оказавшись позади, сильно пнула ногой мага пониже спины. После чего бросилась к столику, за которым сидел пожилой холеный мужчина в компании женщины в сером и черноволосой надменной красавицы в синем платье. Почему-то глядя на спокойное лицо мужчины, она поняла, что это самое безопасное место в харчевне.

Алмар, не ожидавший от «невесты» такой прыти, едва позорно не свалился от пинка. Он никогда не занимался рукопашкой да и оружия в руках практически не держал, уверенный, что магу это не нужно, и теперь со стыдом понял, что ошибался. Айту пришлось пробежать пару шагов, чтобы не рухнуть. Он с разбега уткнулся в чью-то грудь и, когда поднял глаза, понял, что проблемы только начинаются.

В дверях стояли трое теббов-воинов в полном боевом вооружении, за их спинами маячили наемники.

– Златоглазый! Какая встр-реча! Пр-режде, чем я убью тебя, позволь узнать, что здесь пр-роисходит?

Летта

Стоило Летте приблизиться к столу, за которым сидел мужчина в компании двух дам, как она сразу почувствовала, что звуки стали приглушенными, а краски потускнели.

– Простой защитный полог. Присаживайся, – пояснил импозантный мужчина, пододвигая Летте стул, словно они находились на приеме, а не в центре трактирной драки. – Позволь представиться, мэтр Веррон. Это магистр-целительница Хейда, а это – виконтесса Алия Солес, официальная фаворитка его высочества сая Алмара де Лемарье ла Круат, младшего принца правящего Дома Тании.

Дочь графа Солеса, поняла Летта, и графиню Луань она ненавидит, это чувствовалось сразу, даже эмпатией можно было не пользоваться. Оба-на! Вот влипла!

– Графиня Виола Луань. Магистр Хейда, позволь… те выразить свою искреннюю благодарность за спасение моей жизни.

Летта с интересом рассматривала магичку. Лет тридцати с хвостиком, симпатичная, но по меркам двадцать первого века толстовата, зато с необычными темно-синими глазами. Она как-то неискренне улыбнулась.

– Можно на «ты». Это не было сложно, ты все-таки моя ученица, – пожала плечами Хейда, промолчав, что без помощи Алмара ей бы не удалось вытащить нищенку Летту с темной стороны.

– Насчет ученичества не думаю, что в настоящий момент это возможно, – проговорил магистр Веррон, внимательно рассматривающий девушек.

Летта согласно кивнула.

– Что происходит? Мне кто-нибудь соизволит объяснить? – холодно поинтересовалась Алия.

– Не знаю, – искренне ответила ей Летта. – Я второй раз в жизни встречаю этого господина. – Она кивнула головой на Алмара. – Ой, а кто это?

– Это теббы. Тот, что впереди, – сай Суррвок, глава одной из старших Семей, по нашим человеческим меркам он герцог, – пояснил ей Веррон, – и двое его сыновей.

Летта во все глаза вылупилась на легендарных теббов. И было на что посмотреть. Высокие, ростом около двух метров, прямоходящие хищники. Головы ягуаров с умнейшими зелеными глазами на широкоплечих фигурах смотрелись очень органично. Задние конечности были похожи на человеческие, только вместо ботинок из-под широких шаровар выглядывали когтистые звериные лапы, пятипалые руки были покрыты короткой пятнистой шерстью, такая же шерстка выглядывала и в вырезе расстегнутой на шее рубашки. Короче, на Летту теббы произвели впечатление, и у нее тут же появилось непреодолимое желание запустить пальцы в эту шерсть, чтобы узнать, такая же она на ощупь, как шкура снежного барса-оборотня?

Магистр что-то еще говорил, но Летта, увлеченно рассматривающая теббов, услышала лишь окончание фразы:

– …эти теббы – маги и отличные воины. Думаю, не хуже, чем твой телохранитель и спутник сая Алмара.

И только тут Летта обратила внимание, что народу в харчевне убавилось, и драка как-то сама собой затихла. Двое наемников, напавших на Ласточку, лежали у стены без признаков жизни, охотники стояли тесной кучкой и с азартом следили за боем между высоким беловолосым мужчиной в черном и бароном Вербахтом.

– Кто это такой? – обратился мэтр к Алии.

– Это Габриэль, он телохранитель моего мужчины, – процедила фаворитка, кидая на Хейду неприязненный взгляд.

– Он человек?

– Не знаю, – пожала плечами Алия. – Сай Алмар говорил, что он кукла.

– Как интересно! – с азартом ученого воскликнул магистр Веррон. – Мне нужно обязательно обсудить этот момент с мэтром Алмаром. А не подскажешь ли, дорогая виконтесса…

Летта не слушала. Она завороженно следила за двумя бойцами, кружащимися по залу. Если барон Вербахт и уступал беловолосому, то только самую малость, и это не в умении, а в скорости. Телохранитель айта двигался настолько быстро, что девушке казалось, будто он исчезает в одном месте и появляется в другом, но все равно барон угадывал его перемещения, и полупрозрачные кинжалы блондина неизменно натыкались на меч воина.

«Танец, – подумала про себя Летта, – завораживающий, смертоносный, прекрасный танец в исполнении двух обалденных мужчин».

Летта смотрела и не узнавала Вербахта, она впервые видела на лице барона удовлетворение, он наслаждался боем, упивался риском и опасностью. Ему было безразлично, что смерть танцует на кончиках кривых кинжалов его соперника, он приветствовал ее, салютовал ей звенящей песнью своего меча. И Летта поняла, что только в такие моменты барон счастлив.

– Адреналинщик, – прошептала она с восторгом, глядя на барона совершенно другим взглядом.

В отличие от Вербахта, лицо его соперника не выражало ничего. Холодная сосредоточенность, легкое безразличие и скупые, отточенные до автоматизма движения. Лед и пламень, холод и жар. Габриэль сделал резкий выпад – и по рукаву светлой рубашки барона растеклось красное пятно. Летта вскрикнула и вскочила на ноги. Она готова была броситься к ненавистному барону на помощь. Ведь из-за ее опрометчивого поступка он сейчас рисковал жизнью.

– Мэтр, это нужно прекратить! – воскликнула девушка.

– Девочка моя, вмешаться в поединок столь искусных воинов – значит нанести им смертельное оскорбление, – спокойно произнес магистр.

И вдруг обстановка в зале резко изменилась. Теббы, до сих пор спокойно разговаривавшие с саем Алмаром, выхватили клинки и без предупреждения атаковали айта.

– Забер-рите девчонку! – услышала Летта рычащий голос старшего тебба.

Она оглянулась, чтобы посмотреть, какую девочку должны забрать теббы, и с ужасом поняла, что речь идет о ней! Один из воинов-ягуаров длинным нечеловеческим прыжком перемахнул через ползала, перепрыгивая через столы, словно это были детские кубики, и оказался прямо перед избранной.

– Добр-рый день, сай, мое имя Своррк, – слегка поклонился он магистру. – Не возр-ражаете, если я похищу на вр-ремя эту милую сатию, – он указал саблей на перепуганную Летту. – Сатия Виола, не бойся, тебе ничто не угр-рожает в моем обществе.

Он оскалился, по-видимому выражая таким образом улыбку, и протянул лапу. Летта готова была согласиться: все же приглашают вежливо, и опасности от воина она не ощущала. Вообще происходило что-то странное, либо эмпатия не действовала на нелюдей, либо она ее потеряла. Летта попробовала прослушать Алию и ощутила ненависть, недовольство и злорадство, исходящее от фаворитки. Но магистр, Хейда, теббы и айты, как и барон Вербахт, были глухи в эмоциональном поле.

– Оставь ее, сай, – услышала Летта низкий голос Вербахта.

Похоже, появление третьей силы заставило мужчин заключить перемирие и даже объединить усилия. Беловолосый, прикрытый легким маревом, стоял рядом с Алмаром, держа в опущенных руках свои призрачные кинжалы, и улыбался очень неприятной улыбкой, охотники, опрокинув столы и оттеснив громко ругающуюся Ласточку к стене, выставив мечи, молча ждали приближения наемников, сопровождающих теббов.