Она закрылась в душе, чтобы никого не слышать и не видеть. Утреннего позора ей хватит на весь день! Но упругие струи воды оказывали успокаивающее действие.

Не успела она выйти из душа, как стук в дверь повторился, словно и не прекращался.

– Дочь, открой! – крикнули за дверью.

– Мама, я отдыхаю…

– Середина дня.

– И что? У меня акклиматизация.

– Не ругайся нехорошими словами. Нет у тебя этого и отродясь не было. Открой, говорю, старой матери! А то ведь я будущего зятя, то есть Джона, попрошу дверь выломать, с меня станется.

Элли пришлось подчиниться.

– В столовой после твоего ухода творился армагеддон – все орут, визжат, плачут и смеются одновременно, – сообщила Светлана Сергеевна, врываясь в комнату.

– Не надо об этом. Я потому оттуда и ушла, – поморщилась Элина.

– Еще как надо! С Димой случился приступ. Он во всем обвинил Ларису: «Ты меня соблазнила, мы переспали, и теперь Элли точно со мной не будет строить отношения!» Вот так и голосил. Джон назвал его идиотом и сказал, что он не достоин тебя. И я с ним согласна! Как твой «женишок» себя ведет? Нажрался, чуть не изнасиловал тебя, переспал с твоей подругой, устроил дебош. Куда уже хуже? Ни фига себе у тебя начальник! Я говорила всегда, что тебе надо менять место работы, и теперь еще больше окрепла в этой мысли. Может, изначально Дима таким и не был, но вот что с ним жизнь сделала. А все профессия нервная!

– Мама, я сама разберусь. И профессия моя тут ни при чем, – вздохнула Элли.

– Запуталась в мужиках под старость лет, – подколола ее Светлана Сергеевна. – А Джон хорош, ничего не скажешь… Просто прелесть! Он ведь застал Ларису с Димой и, зная, что тот твой жених, так расстроился за тебя, что велел им молчать, запретил расстраивать тебя. А Дмитрий опять набросился на него с кулаками.

– Когда? – не поняла Элина, будучи в шоке от поведения своего начальника, которого она сама и привезла сюда.

– В столовой. Говорю же, ты пропустила самое главное. Это было жутко. Дима, с красным и перекошенным лицом, схватил вилку со стола и кинулся на него.

– И что? – замерла Элли.

– Джон увернулся, долбанул его просто рукой, и Дмитрий как-то сразу успокоился. Горе-любовничка унесли в его комнату вперед ногами. Умора!

– Идиот, – подтвердила Элина. – Зачем я его взяла с собой? Нашла поклонника… А нормальный бы не поехал, только этот тайный поклонник, как говорила Лариса. То есть, как оказалось, тайный маньяк.

– Все, давай теперь о приятном! Джон приглашает нас посетить термальный комплекс, – сообщила Светлана Сергеевна. – Пойдем? С таким интеллигентным и приятным молодым человеком я хоть на край света! От него не будет никаких неожиданностей, как от психа Димы. Кроме того, он настолько любезный хозяин, что мы не можем игнорировать его предложения и приглашения. И так мы ему уже принесли достаточно неприятностей!

– Что для этого надо? – спросила Элли, давая понять, что согласна.

– Он сказал, что мы можем надеть купальники, но можем и искупаться голышом, – ответила совершенно серьезно Светлана Сергеевна.

– Издеваешься?

– Ага! – засмеялась мама. – Конечно, надевай купальник, стеснительная моя. Сверху накидываем махровые халаты и идем, тут рукой подать. Джон нас там встретит.

– Прямо по улице в халатах? – удивилась Элли.

– Конечно. Комплекс ведь тут рядом, соседний дом через парк. Джон сказал, что и сам так ходит.

Элли вздохнула, сделала вид, что ей все равно, но поспешила пойти прихорашиваться.

Встретились они с мамой в холле, и уже вдвоем двинулись на выход, топая шлепками.

– Надеюсь, мы там не встретим Дмитрия? – по ежилась Элли. – А то я его уже боюсь. Человека словно подменили.

– Вряд ли, Джон хорошо его успокоил. Сейчас нажрется из мини-бара и не вылезет из своего номера. Ему с Джоном не справиться. Как это говорится? Кишка тонка, вот! А все наскакивает на него, как петух…

– Почему он вообще с кем-то должен справляться? Ведет себя как дикий пещерный человек. Это не метод выяснения отношений, да еще в нетрезвом виде! – возмутилась Элина.

Они шли по широкой аллее, выложенной мозаичной плиткой. Над ними с одной стороны на другую была натянута тонкая металлическая сетка, полностью увитая растением с мелкими нежно-розовыми и ярко-малиновыми колокольчиками. Находиться под этой живописной аркой было очень приятно.

– Не нравишься ты мне… – вдруг вздохнула Светлана Сергеевна.

– Опять что-то не так! Ну что ты за человек? – укоризненно покачала головой ее дочь.

– Ты молодая, красивая… И мы с тобой в такой красивой стране, в Италии… Раскрой глаза, посмотри вокруг! Чудо же!

– Я вижу, – кивнула Элли.

– «Я вижу…» – передразнила ее мать. – И это все, что ты можешь сказать? Мы в курортном месте, в доме голливудской звезды… Да скажи мне кто такое ранее, я бы не поверила!

– Я бы тоже. – Элина в предвкушении встречи с Джоном стала от волнения очень немногословной.

– Вот! Есть, значит, на земле место чуду! И это все мой светлый мальчик, мой ангел-хранитель… – снова вздохнула Светлана Сергеевна, настраиваясь на плаксивый лад.

Элина знала, что так мама отзывается только о своем покойном муже Владиславе.

– Именно он послал нам своего брата. И тот нас поддержал в трудную минуту.

Впереди сквозь кусты и кроны деревьев стало видно здание необычной формы – три полусферы, как будто три шара были наполовину врыты в землю.

– Смотри, словно инопланетяне прилетели, – усмехнулась Светлана Сергеевна. – Наверное, нам туда. Точно, вон человек в халате идет.

Они вошли внутрь одного шара и сразу же почувствовали специфический запах бальнеологического курорта. Холл был выполнен в современном стиле хай-тек – все в зеркалах и металле.

– Ух ты! – захватило дух у Светланы Сергеевны.

К ним уже спешила работница – стройная и привлекательная женщина, по виду и одежде напоминающая доктора. Она заговорила с ними на английском:

– Синьоры, вы из дома Джона?

– Да, мы у него гостим, и он лично пригласил нас в термы, – ответила Элли.

– Босс предупреждал меня. Пойдемте, для вас приготовлен весь спектр удовольствий в нашем комплексе.

– Здорово! – обрадовалась Светлана Сергеевна. – «Спектр удовольствий» – звучит прекрасно.

– А сам Джон где? – спросила Элли, не выдержав.

– Уехал по срочному делу, – ответила женщина. – Меня зовут Маргарита, и я полностью к вашим услугам.

Теперь Элине не удалось сдержать разочарования. Ее лицо вытянулось, словно резиновая маска, и Светлана Сергеевна засмеялась.

– Видела бы ты себя! Грустный клоун отдыхает. Ты из-за того, что его не будет, расстроилась? Эх, бедная ты моя, горемычная…

– Вот только не надо меня жалеть и говорить, что я не в того влюбилась. Слышала уже много раз, до оскомины в мозгу.

– А чего говорить? Ты сама все сказала! – фыркнула Светлана Сергеевна.

– Сеанс оздоровления предлагаю начать с общего массажа, – обратилась к ним подтянутая и стройная Маргарита, приглашая зайти в полукруглое помещение, по всему периметру которого располагались двери с номерами.

– Массажные кабинки, – догадалась мама.

Маргарита проводила их в кабинки и передала посетительниц в опытные руки массажистов. Элина вошла в кабину номер семь с приглушенным светом и приятной, расслабляющей музыкой, повесила халат на вешалку и легла на специальный массажный стол с отверстием для лица. В принципе массаж ей был не так уж и нужен, она потеряла интерес к термам, раз не могла здесь увидеться с тем, кто занимал ее мысли.

Элли вернулась на землю из своих фантазий, заслышав, что кто-то вошел в кабинет. С ней поздоровались по-английски, и сеанс массажа начался с пальцев ног. Ступни, икры, бедра… Каждая зона прорабатывалась тщательно, долго и именно с той силой, когда еще не больно, но весьма ощутимо, чтобы был эффект.

«Неземное блаженство! На самом деле классно! – подумала Элли, чувствуя, как по каждой мышце побежала кровь. – Как же приятно!». Но мысли Элли снова и снова возвращались к Джону. «Он уехал с красоткой Джулией, это точно. Та все-таки уговорила его. Да и кто бы устоял перед такой женщиной? Они были близки… да и, наверное, сейчас близки. А я с мамой и моими чокнутыми друзьями стала для него обузой. Вероятно, он и сам не рад, что пригласил меня сюда. Вроде как выполняет долг перед памятью брата…»

– Переворачивайтесь! – скомандовал массажист.

Элли подчинилась и – ахнула, увидев, кто делает ей массаж.

– Джон?!

– Ага. Здорово я тебя разыграл? – засмеялся он. – Надеюсь, не испугал?

– Да ты… ты… – Она стала натягивать на себя простыню. – Вы все такие, актеры? У вас у всех это ненормальное влечение разыгрывать?

– Не знаю про других, но я такой, – улыбнулся Джон, чертовски привлекательно выглядевший в костюме работника центра – светлые брюки и белая трикотажная кофта, расстегнутая сверху и открывающая смуглую шею и слегка волосатую грудь. – Да почему ты так волнуешься? Чего я там не видел? Все как у всех!

– А я не такая, как все! – чуть не плакала Элли. – Ты облапал меня всю!

– Что означает твое «облапал»? Минуточку! Я тебя массировал, и я действительно умею это делать. Я был профессиональным спортсменом, получал травмы, растяжения и научился массажу. Кроме того, я могу пройтись и по биологически активным точкам. Разве тебе неприятно? Неужели я сделал тебе больно?

– Мне было приятно, – пришлось честно ответить Элине. – Так расслабляюще… И уж совсем не больно.

– Тогда ложись! Ты уже разогрета, теперь спереди пройдусь… Естественно, обходя опасные зоны! – тут же добавил Джон.

– Странно ты говоришь – опасные зоны…

Элли поняла, что нельзя быть такой закомплексованной. На самом деле просто смешно. Тем более что действительно никакой сексуальной подоплеки в движениях его рук не было. Она легла на спину и скинула простыню.

Джон точно так же начал с пальцев ног, затем его руки двинулись выше.

– Вот опять вся напряглась… Гораздо лучше было, пока ты не знала, что это я, – отметил Джон.

– Конечно, ты смущаешь меня.

– Господи, чем?

– Всем своим видом, поступками… Всю меня ощу… промассировал… Я ведь далека от идеала!

– А я не с той целью тебя массирую, чтобы нагло рассматривать, я хочу, чтобы ты лучше себя почувствовала, а для этого должна расслабиться.

– Хорошо, я постараюсь. – Элли закрыла глаза и улыбнулась.

– Ты что?

– Не будешь смеяться?

– Объясни над чем?

– У меня мурашки по всему телу пошли.

– Я вижу. Это прикольно… А на бедрах у тебя золотистые волосики, словно солнышко тебя поцеловало, окутало своими лучами…

– Что? У меня волосатые ноги? – ахнула Элли и попробовала привстать на кушетке, но Джон успел удержать ее в горизонтальном положении.

– Я же просил! Волосики совсем маленькие и нежные, такие бывают у многих.

– Хорошо, хорошо, – подчинилась она его сильным рукам. Только слово «у многих» ей не понравилось.

Джон продолжил массаж, и ему удалось добиться нужного результата – Элли словно поплыла по теплым волнам успокоения и расслабления. В конце сеанса даже чуть не заснула.

– А мама моя?

– Не волнуйся, с ней работает не худший специалист, чем я, – ответил Джон.

– А ты от скромности не умрешь, – открыла она глаза.

– Я? Нет, я не скромный, уж точно. Хорошего человека должно быть много!

Элина накинула халатик и посмотрела ему в глаза.

– У тебя очень сильные и… ласковые руки. Или ты это тоже знаешь?

– Я старался. – Его взгляд задержался на ее лице и губах, но Джон отступил. – Пойдем, это еще не вся программа на сегодня.

– Раздеваться я не буду, так и останусь в купальнике!

– А я тебя и не прошу… пока. – Джон уже откровенно смеялся.

Они прошли по коридору, выложенному плиткой, в небольшую пещеру с озерцом, в котором уже плавали несколько человек.

– Термальный источник с минеральной водой, – пояснил Джон. – Температура тридцать шесть градусов, очень комфортная и полезная для кожи, суставов и мышц.

Они разделись и вошли в воду. Элли ничего не могла с собой поделать, бросила взгляд на фигуру спутника. И не могла не отметить, насколько та совершенна. Мужчина не стеснялся, был полностью расслаблен. Хотя с его-то актерским опытом что уж тут говорить. Джон уселся на бордюр, погрузившись в воду по пояс, Элли опустилась ниже, до ключиц.

– Приятно заходить в нехолодную воду, – сказала она, продолжая украдкой рассматривать хозяина комплекса, глядя на него снизу вверх. Рельефные мышцы рук, накачанная грудь, гордая осанка… На фоне струящегося позади импровизированного водопада Джон напоминал ей Посейдона, этакого бога воды. А сама себе она представлялась маленькой рыбкой, подплывшей к божеству.

– Местные жители привыкли к таким ваннам, а вот тебе для начала только минут десять можно полежать, не больше, – сообщил Джон, проводя рукой по торсу, словно в поисках карманов.

– Курить хочешь? – догадалась Элли.

– Да. Но курить в помещениях терм категорически запрещается. Все – только для здоровья!

– А в тебе есть хоть одно плохое качество? – внезапно спросила Элина.

– Опять ты о плохом! Боюсь, я причинил боль многим представительницам женского пола, и, думаю, это самый большой мой грех.

– Ты бросал их?

– Бросал. И не страдал при этом.

– Хорошо хоть без гордости сказал…

– А тут и нечем гордиться. Я просто ответил на твой вопрос о недостатках.

– Ой, мама! – обрадовалась Элли, увидев, что и Светлана Сергеевна появилась возле купели.

– Мне сделали классный массаж, а сейчас вот привели сюда, – сообщила та. И прищурила глаза: – А что за необыкновенный красавец рядом с тобой?

– Мама!

– Не «мамкай»! Здесь никто не понимает по-русски, так что можем говорить совершенно спокойно и обсудить все достоинства этого мачо.

– Мне очень приятно, что вы видите во мне достоинства, – отозвался Джон, раскрывая свое инкогнито, чем ввел женщину в замешательство.

– Ой, Джон! Как же так? Нам сказали, что ты уехал…

– Я хотел сделать вам сюрприз. Прекрасно выглядите, Светлана Сергеевна. Вам понравился массаж?

– Просто замечательно! А ты и правда тут всему хозяин? – спросила та.

– Да, я владелец. И строилось все по моему проекту, – подтвердил Джон.

– Чудесно получилось. Все так продуманно, материалы такие красивые…

– Я делал ставку на экологичность и практичность. Но хотел, чтобы и красиво было…

– Здесь очень хорошо, – вздохнула женщина.

– Вот и ходите сюда каждый день, поправляйте здоровье, – улыбнулся ей Джон.

– Я – с удовольствием. А ты, Элли?

– Я тоже.

– Если только Джон будет с нами, – добавила за нее мама. – Знаешь, у нее глаза загораются только рядом с тобой, Джон.

– С радостью всегда был бы с вами, – улыбнулся тот.

– Только не обижай мою дочь!

– Ни в коем разе!

– Это я к нему пристаю, а не он ко мне, – подала голос Элина, – если ты об этом.

– Именно об этом… Только я никогда не учила свою дочь приставать к мужчинам, – удивилась Светлана Сергеевна.

– Элли шутит, – откликнулся Джон. – А я не пристаю, помню ваш завет.

– Вот и славно. А то взбаламутишь девчонке голову, и будет у нее переживаний на десять лет. А с учетом, что ей и так не двадцать, времени у Элли в обрез для поисков своего счастья.

– А может, я – ее счастье? – снова улыбнулся Джон.

– Вряд ли. Просто ничего общего.

– Зато очень много общего с патологоанатомом Дмитрием, – усмехнулся актер. – Просто идеальная пара. Я бы не советовал тебе, Элли, выходить замуж за человека, который до свадьбы пытался тебя изнасиловать и переспал с твоей подругой.

– Я учту твои рекомендации. К тому же он как-то необузданно пьет, – сказала Элина.

– Пора вылезать! – посмотрел на висящие часы на стене грота Джон. – Для первого раза достаточно…

После этого дам ждала релаксация в специальной капсуле с музыкой и разноцветным светом, увлажнение всего тела кремом на основе минеральной воды, уход за руками и ногами, а также свежевыжатые соки и фиточай в специальном баре.

– Я как заново родилась, – вздохнула Светлана Сергеевна.

– Так и рассчитано. – Джон вытащил из кармана сотовый телефон и присвистнул: – Ого! Двадцать неотвеченных вызовов. Прошу прощения, но я должен вас покинуть.

– А… – потянулась за ним Элли.

– А вечером я обязательно приглашу тебя на ужин. И вас, Светлана Сергеевна, тоже.

Джон ушел.

– Потрясающий мужчина! – задумчиво посмотрела ему вслед Светлана Сергеевна.

– Угу…

– Ну вот, опять моя дочка загрустила… Ты прямо как лампочка, Элли, честно… Он появляется – ты включаешься, уходит – ты тухнешь… Ты уж как-нибудь соберись!

– Что, так видно? – ужаснулась Элина.

– Еще как! А тебе нужно привыкать, что Джон у юбки твоей сидеть не будет. У него совсем иная жизнь была. Нельзя привязывать такого мужчину. Он и от легких в общении женщин уходил сам, а уж если почувствует давление… Ты должна будешь сидеть и ждать, и обеспечивать ему уют, и никаких упреков, никаких домашних разборок, чтобы захотел возвращаться к тебе снова и снова, чтобы он просто почувствовал понятие дома.

– Ну вот видишь… Я не актриса, скрывать ничего не умею. Не обучена я этому!

– Вот уж чего в тебе нет, так того нет… – согласилась Светлана Сергеевна. – Совсем прямая, что думаешь, то и говоришь.

– Разве это плохо? – спросила Элли, открывая дверь перед мамой и пропуская ее вперед, в дивной красоты сад.

– Хорошо, но не всегда. Надо уметь немного прикидываться. А ты… ты читаема, как книга.

– Как книга – еще ничего, не хотелось бы стать отрывным календарем, – вздохнула Элина.

– Потрясающий мужчина, – улыбнулась Светлана Сергеевна. – В нем столько харизмы… Влад был совсем другим. Но общее в них все-таки есть. Жалко, что жизнь братьев развела.

– А что общее?

– Добрые они. Вот ты, я вижу, думаешь, что он рисуется, ходит «петухом». А я в Джоне этого совсем не наблюдаю. Он достиг такого уровня, что ему не нужно рисоваться перед людьми. Он прекрасно знает, что красив, но личного счастья ему это не принесло. И он умен, способен трезво все оценить, понять… А что мужчина уверен в себе – так это прекрасно. За такого и можно спрятаться, как за каменную стену. А с неуверенным в себе женщине самой приходится возиться, потакать его прихотям. Оно тебе надо?

– Нет. Мама, ты словно уговариваешь меня. Как будто я против! Дело в нем… Джон честно предупредил меня, что он – «не для моей чистой души», что несет женщинам только разочарование. Что не способен любить.

– Так и сказал? – внимательно посмотрела на нее мама.

– Ну да.

– Так это же хорошо, дурочка! – хлопнула ее по спине Светлана Сергеевна.

– Что ж тут хорошего? – удивилась Элли. – Если разобраться, просто страшно…

– Столь категорично могут говорить только люди, очень многое пережившие, получившие сполна и измен, и разочарования. Они на самом деле думают, что не способны на большое чувство. Но если Джон вспомнил об этом чувстве, задумался о любви, глядя на женщину, то есть на тебя, значит, не все еще потеряно. Ты должна ему помочь. И ни в коем случае не разочаровать, так как можешь стать последним разочарованием в его жизни, – решительно сказала Светлана Сергеевна.

Сердце Элли застучало с удвоенной силой.