Терон не имел понятия, что задумал Гност-Дюрал, но он понимал, что попасть на «Копье Власти» надо очень быстро. Вместо того, чтобы возвращаться в ЗОЛОТОЙ ГАЛЕОН, где он намеревался украсть ИД-карту, он направился в сторону ангара, к которому был пристыкован корабль.

Там он увидел возбужденную толпу – сотни членов экипажа, столпившиеся у ангара, были явно чем-то взволнованны. По шесть охранников, стоявших с оружием наизготовку, выстроились перед каждым из полутора десятка пандусов, ведущих на корабль.

Терон проскользнул в толпу, наблюдая за охранниками. Он быстро понял, что они не позволяют никому, как покинуть корабль, так и пройти на него. Прежде чем пропустить кого либо, его тщательно обыскивали и проверяли документы. Из-за этого толпа постепенно стала увеличиваться.

Не желая этого, Гност-Дюрал вызвал переполох в Службе безопасности.

– Что случилось? – спросил Терон высокую женщину рядом с ним.

– Я знаю столько же, сколько и ты, – не совсем трезвым голосом ответила она, явно раздраженная происходящим. – Я просто хочу вернуться в свою койку.

Повсюду в толпе слышался возмущенный ропот, а несколько недовольных стали препираться с охранниками, преградившими проход на пандусы, чего никогда бы не произошло, даже, год назад. Имперские граждане были воспитаны в традициях военной культуры, которая приучила их уважать власть. Но традиционная дисциплина в Имперских войсках была ослаблена из-за последних неудач в войне. И у сотни уставших и подвыпивших членов экипажа, возвращавшихся из увольнительной, нервы находились в состоянии сильного возбуждения.

Внезапная мысль осенила Терона. Она была сумасшедшей, импульсивной и рискованной... одним словом, просто в его стиле.

Он выбрался из толпы, и направился обратно из ангара внутрь станции. Он вспомнил о том небольшом КПП, через который прошел на станцию. Там было помещение, где солдаты, проводившие осмотр прибывших кораблей, могли скоротать время, ожидая их прибытия. Поскольку, из-за прилета «Копья» крыло С закрыли для вновь прибывающих кораблей, то с этого поста должны были забрать основную часть охранников.

Терон остановился у двери, быстро огляделся по сторонам, и убедился, что никто из проходивших мимо не обращает на него никакого внимания. Все были так погружены в свои собственные мысли и разговоры, предвкушая веселый отдых с друзьями, независимо от того, на каком корабле они служат.

Он достал из кармана слайсер, пряча его в своей ладони, и вставил пластину в компьютерное гнездо, находящейся на стене панели. Он был достаточно умен, поэтому стоял прямо и величественно: расправив плечи, с высоко поднятой головой, стараясь, как можно быстрей, открыть запертую дверь. Согнувшийся и постоянно оглядывающийся человек обязательно привлечет к себе гораздо больше внимания прохожих, чем тот, кто делает это четко и спокойно, как бы имея на это полное право.

Дверь отворилась, Терон уверенно вошел в маленькую комнату, после чего, она закрылась за ним. Внутри поста охраны стояло четыре кресла, расставленные вокруг большого пульта с мониторами на которых отображалось состояние различных ангаров по всей станции: ПУСТОЙ; ОЖИДАНИЕ ПРИБЫТИЯ; ИДЕТ ДОСМОТР; ИДЕТ ПОГРУЗКА. Все ангары в крыле C имели одинаковый статус: ВРЕМЕННО ЗАКРЫТ.

Службе безопасности было необходимо знать количество и размер прибывающих судов, чтобы должным образом провести их досмотр, поэтому пост охраны был подключен к внешним сканерам станции «Корсар» и маякам раннего обнаружения в системе.

Потратив немного времени, Терон привел пульт управления в рабочее состояние. Сканеры, в данный момент, показывали, что несколько десятков Имперских кораблей в этой звездной системе собирались ее покинуть, или, прибыв в нее, ждали разрешения от Главного диспетчерского центра на посадку.

Он быстро проверил состояние своего ангара – Тефф’ит там не было, ангар имел статус: ПУСТОЙ. Удовлетворенный, он вставил пластину слайсера в разъем пульта управления, и стал вносить изменения в параметры сканеров, а затем начал передавать на них устойчивый поток ложных данных.

Несколько десятков кораблей, от одноместных истребителей, вплоть до кораблей основного класса, внезапно материализовались на экранах сканеров, подключенных к маякам раннего предупреждения. Ложные данные имитировали эффект появления большого флота, одновременно вышедшего из гиперпространства на дальнем крае звездной системы. Несколько секунд спустя сирена тревоги раздалась по всей станции, предупреждая об этой мнимой и смоделированной Республиканской атаке.

***

В почти пустом помещении разносилось эхом гудение световых мечей и глухие удары клинков – это ученики Каррид сражались с Гност-Дюралом. Он при отражении их атак использовал приемы боя, основанные на вариациях стиля Макаши – точной и экономичной формы боя на световых мечах, предназначенной для получения максимальных результатов при минимуме движений, помогая при этом ударами и толчками Силы.

Боевые навыки и подготовка учеников была посредственной, поскольку Каррид большую часть времени, потраченного на их обучение, использовала для развития уникальных способностей, которые были необходимы, чтобы помочь ей управлять «Копьем Власти». Они были в состоянии призвать на помощь ярость Темной стороны, которая могла наделить их поразительной силой и скоростью передвижения. Но они, так и не успели освоить тонкую методику взаимодействия с Силой, позволяющую ей направлять их клинки. Они были теми, кто просто держал в руках оружие, вместо того, чтобы стать его продолжением в себе.

Тем не менее, они были настойчивы в своих атаках, и, поскольку, их было двое, Гност-Дюралу приходилось обороняться, изредка используя быстрые перемещения, переходя на более агрессивный стиль Атару, чтобы не позволить им развить свое численное превосходство.

Дарт Каррид, сначала, просто наблюдала за ходом боя, находясь на безопасном расстоянии от смертоносного лезвия своего бывшего учителя. А, в это время, все его внимание было сосредоточено на борьбе с ее учениками.

Понимая, что он, в конце концов, скоро выдохнется, если позволит продолжаться этому бою на истощение и дальше. Поэтому, кел-дор решил применить Джей-со, пятый из семи признанных стилей боя на световых мечах. Сосредоточив основные усилия, во время контратаки, исключительно на физически более слабой девушке, он обрушил на нее серию яростных ударов, вынуждая ее к отступлению.

На мгновение, он оказался совершенно открытым для атаки ее напарника – человека, но неожиданная и яростная атака Гност-Дюрала, который, мгновение назад, лишь оборонялся, застала его врасплох. Это длилось лишь долю секунды, но джедаю хватило этого времени, чтобы отскочить в сторону. Пятившаяся назад девушка-сит споткнулась и упала на пол.

Гност-Дюрал рванулся вперед, чтобы нанести ей смертельный удар, но его прыжок вперед внезапно был остановлен, и он был отброшен назад – это Дарт Каррид нанесла ему мощный толчок Силой. Он смог сделать сальто назад, и вновь приземлился на ноги, но его кратковременное преимущество было упущено.

Двое учеников, вновь, возникли перед ним, прежде, чем он смог оправиться от атаки Каррид. Когда они приблизились, он почувствовал Имперских солдат в коридоре за дверью, пытающихся разблокировать ее, чтобы прийти на выручку Каррид.

Понимая, что время на исходе, Гност-Дюрал решил вновь изменить тактику боя. Он низвергнул мощный поток Силы, и сбил их обоих с ног. Но, прежде чем он успел покончить с поверженными противниками, Каррид выпустила в него сильный разряд Темной энергии.

Он подставил свой меч, и разряд Темной энергии отрекошетировав, направился туда, откуда был послан. Фаллиенка смогла подставить клинок своего меча, хотя, была вынуждена для этого отступить на шаг, чтобы поглотить ударное воздействие заряда.

Он обучал Каррид сражаться в шестом и самом сбалансированном стиле боя на световых мечах вновь Ниман. Малгус мог научить ее другим стилям, но столкнувшись с яростной атакой Гност-Дюрала, она, инстинктивно, вернулась к тому стилю, что усвоила раньше всех остальных. Ниман хорошо сочетался с философией джедаев, призывавшей избегать неприкрытой агрессии, не тратить понапрасну силы, полагаясь на внимательность и точность. Но, как Владыка ситов, она привыкла черпать свои силы от всевозрастающей эмоциональной ярости Темной стороны, что ставило под угрозу, ранее приобретенные, боевые навыки. Этих незначительных погрешностей было более чем достаточно, чтобы Гност-Дюрал смог получить преимущество.

Он быстро воспользовался этим, и толкнул ее с помощью Силы, отчего она пошатнулась, потеряв концентрацию. Он поднял высоко световой меч, показывая, что собирается нанести удар по ее плечу. Когда она подняла собственный клинок, намереваясь блокировать удар, он резко присел и сделал ей подсечку ногой.

Каррид упала, но джедай был вынужден повернуться к ней спиной, чтобы отбить нападение девушки-сита, бросившейся на помощь Каррид. Они обменялись быстрой серией ударов, за это время Каррид вновь оказалась на ногах. Вместо того, чтобы попытаться добить Гност-Дюрала, напав с тыла, она отошла в сторону, посчитав сохранение собственной жизни выше возможности прикончить своего противника.

Юноша-ученик присоединился секундой позже, и Гност-Дюрал вновь переключился на оборонительную форму Соресу. Он чувствовал, как усталость накапливается в его мышцах: напряжение боя утомляла, клинок стал двигаться медленнее, он начал уступать своим противникам, подпитывающихся энергией Темной стороны.

Каррид взмахнула рукой, показывая, что они должны атаковать в прежнем темпе.

– Результат неизбежен, – крикнула ему Каррид, когда он продолжал отбиваться от наседавших на него учеников. – Я чувствую, как ты слабеешь. Бросай оружие, и моли о пощаде.

Гност-Дюрал понимал, что ему не выиграть битву. Еще тогда, когда он решил проникнуть на «Копье Власти», он знал, что победить Каррид было почти невозможно. Но он не собирался сдаваться и пресмыкаться у ее ног, даже, если и проиграет. Она была очень подозрительной, и если он сдастся добровольно, то его истинный план никогда не сработает.

– Я пришел сюда не ради победы, – ответил он.

Каррид наклонила голову, задумавшись, ища смысл в его словах. Ничего не поняв, она оглянулась и увидела солдат, появившихся в проеме разблокированной двери.

– Он мне нужен живым, – сказала она капитану.

Гност-Дюрал из последних сил совершил отчаянный прыжок, пролетев над головами учеников, в сторону своего бывшего падавана.

Нападение было обречено на провал, поскольку были десятки способов, чтобы Каррид смогла избежать или отразить его атаку. Но она даже не успела среагировать – солдаты открыли огонь из десятка бластеров, настроенных на оглушающий режим. Заряды врезались в находившегося в воздухе джедая, и он, парализованный, грохнулся вниз. Световой меч выпал из его онемевших пальцев. Клинок потух до того, как рукоять меча оказалась на полу.

Пока он лежал лицом вниз, из всех сил пытаясь не потерять сознание, Каррид подошла и подняла его световой меч, заправив себе за пояс, словно охотник, подтверждающий этим, что убил ценную дичь.

– Ты знал, что не сможешь победить. Так зачем же, на самом деле, прибыл сюда?

Гност-Дюрал, не собирался отвечать на ее вопрос, но даже если бы и захотел, то его голос был бы заглушен звуками загремевшей сирены общей тревоги.

Каррид повернула голову в сторону капитана, который внимательно слушал сообщение через передатчик, закрепленный в ухе.

– Станция подверглась атаке! – выпалил он. – Республиканский флот появился на краю системы. Расчетное время прибытия шестнадцать минут!

– Активировать щиты, – приказала Каррид. Она была встревожена, но не испугана. – Все члены экипажа должны занять свои боевые посты. Мы оставляем док через двенадцать минут. Те, кто не выполнит приказ, предстанут перед судом военного трибунала.

Как только капитан передал ее приказы на командный мостик, Каррид вновь повернулась к Гност-Дюралу.

– Это и есть твой план? Пожертвовать собой, чтобы Республика могла застать нас обездвиженными и неподготовленными? Или это только часть плана?

Гност-Дюрал молчал, чувство реальности покидало его. Рев сигнализации все слабее отдавался в его голове, пока полностью не смолк – его сознание провалилось в темноту.

Но, прежде чем потерять сознание, он услышал, как Каррид сказала: – Следующее сражение ты тоже проиграешь. Имперские дознаватели заставят тебя все мне рассказать.

***

На станции «Корсар» царил хаос. Многочисленные сигналы тревоги эхом разносились по всему комплексу, накладываясь друг на друга – это на каждом из кораблей, пристыкованных к ангарам, была включена своя сирена.

Мужчины и женщины бросились обратно на свои корабли, пытаясь успеть добраться до своих боевых постов до начала атаки противника. Терон не знал, сколько потребуется времени, чтобы его хитрость была обнаружена, но он знал, что надо действовать быстро.

Он выбежал из КПП, и смешался с группой возбужденных военных, бежавших к ангару, где был пристыкован «Копье Власти». Когда он оказался там, то ничем не выделялся в толпе, устремившейся в сторону пандусов. Охранники, проверяющие документы, куда-то исчезли, видимо, их оттеснила толпа, внезапно бросившаяся вперед, сметая все на своем пути. Все стремились, как можно быстрее, добраться туда, где должны были находиться по своему боевому штатному расписанию.

Терон позволил толпе нести его вперед, вверх по пандусу, на корабль. Оказавшись внутри, толпа быстро стала редеть – люди разбегались в разные стороны, направляясь на свои боевые посты.

Терон старался выглядеть так, словно знал куда бежать, хотя, на самом деле, не имел ни малейшего понятия. Он только успел осуществить задуманное, чтобы проникнуть на корабль. Теперь, оказавшись на борту, необходимо было придумать что-то новое. Было трудно сосредоточиться из-за постоянного рева тревожной сирены «Копья».

На корабле были предприняты меры, чтобы новички, впервые оказавшиеся на борту такого огромного корабля, как «Копье Власти», не смогли заблудиться. Повсюду на переборках висели схемы палуб корабля. Он остановился перед одной из них, чтобы ознакомиться с ней, быстро запоминая внутреннее устройство, прежде чем выбрать пункт назначения. Ему нужно было найти место, где можно было подключиться к основным системам корабля, чтобы внедрить туда вирусные программы, но это место должно быть достаточно изолированным, чтобы он смог сделать это без помех.

Его взгляд остановился на машинном отделении в кормовой части корабля. Оно было отделено от остальной части корабля мощными экранированными перегородками, способными защитить корабль от возможных аварий и радиации. Туда можно было попасть только через один служебный люк.

Уверенно двигаясь к намеченной цели, он пробирался по кораблю в сторону турболифта, чтобы спуститься на самую нижнюю палубу. Ему попадалось на встречу все меньше и меньше людей, и, когда он добрался до лифта, то оказался один.

Прежде чем он успел нажать кнопку вызова, створки открылись, и перед ним предстала полная женщина в мундире майора.

– Капрал! – Рявкнула она, увидев Терона, стоявшего перед лифтом. – Ты думаешь, куда идешь?

– Извиняюсь, – сказал Терон, заплетающимся языком, отдавая небрежно честь. Он прищурил один глаз, и неуверенно покачнулся на ногах. – Должен добраться до своего поста.

– Этот лифт предназначен для персонала с допуском! – вновь рявкнула она, и ее голос оказался громче непрерывно звучавшей сирены.

– Сирена разбудила меня, – пробормотал Терон. – Должен добраться в маш... маш-ин... отделение.

– Ты пьян! – прошипела она, ее голос был полон отвращения. – Номер твоего боевого поста?

– Э-э девять-сто, – промямлил он.

– Еще шесть часов, – сказала она, покачав от досады головой. – Вернись на свою койку и отоспись.

– Непременно, – сказал Терон, делая еще одну неуклюжую попытку отдать честь.

Он повернулся и пошел, шатаясь, в противоположном направлении, вглубь коридора, где свернул за угол. Скрывшись из виду, он быстро побежал по коридору вперед, решив вернуться к турболифту окружным, более длинным, путем.

Прежде, чем снова подойти к лифту, Терон выглянул из-за угла, убедившись, что майор ушла. Он с нетерпением ждал, когда его двери откроются, а затем скользнул внутрь, и нажал кнопку палубы G, надеясь, что там ему никто не помешает.

Ему повезло, проделав путь от лифта до люка, ведущего в машинное отделение – он никого не встретил. В отличии от автоматизированных люков с контрольной панелью доступа, этот был старой модели. Он висел на шарнирных петлях из дюрастали, и открывался поворотом массивного штурвала, находящегося в его центре.

Механизм штурвала был тугим от долгого бездействия. Несмотря на все усилия, Терон так и не смог сдернуть его с места. Он понял, что обслуживающий персонал, вероятно, использовал спецключ, чтобы получить необходимое усилие, но все, что он мог использовать в качестве рычага – был его бластер. Оглядев пустой коридор, пытаясь найти что-то еще, чем можно было воспользоваться, но ничего не обнаружив, диверсант передернул плечами и вытащил бластер из кобуры на бедре, и вставил его между перемычками штурвала.

Схватившись одной рукой за его рукоять, а другой за ствол бластера, он изо всех пытался повернуть штурвал. Вены на шее набухли, как и мускулы рук. Наконец, штурвал со скрипом повернулся на четверть оборота.

Терон переставил бластер, и снова начал поворачивать штурвал, который стал двигаться более легко. После еще четверти оборота, он переставил бластер в третий раз. На этот раз, тот повернулся свободно, и люк, с громким лязгом, открылся.

Он замер в ожидании, какая будет реакция на созданный шум, но все, что смог услышать – был вой сирены. Вынув бластер из-за перемычек штурвала, Терон заметил, что его ствол погнулся. Оружие стало негодным.

По привычке он засунул его обратно в кобуру на бедре, шагнул внутрь, потянул на себя массивный люк из дюрастали и закрыл вход, затем повернул штурвал на внутренней стороне люка на четверть оборота – этого было достаточно, чтобы люк оказался запертым. Когда ему понадобится вновь открыть его, то не придется прикладывать слишком большого усилия.

Он оказался на узком металлическом мостике, который проходил на высоте сорока метров над машинным отделением. Слева от него была усиленная переборка отделения. Справа находились: массивный гиперпривод «Копья» и огромные ионные двигатели, позволявшие кораблю летать на субсветовых скоростях. Стены и потолок были покрыты переплетениями из всевозможных трубопроводов, электрических кабелей и проводов, которые в хаотичном порядке расходились к множеству находящихся здесь электрошкафов, распределительных и релейных щитов.

В дополнение к, все еще, раздающемуся вою сирены, он почувствовал устойчивый и низкий гул, исходящий от ионных двигателей. Воздух в машинном отделении был на двадцать градусов выше, чем в коридоре, из которого он только что прибыл. Вокруг пахло озоном и нагревшимся пластиком.

«Если высокая температура не заставит меня потерять сознание, то его испарения смогут».

Никаких компьютерных терминалов здесь, глубоко в недрах корабля, не было, но Терон знал, что сможет подключиться к системам управления «Копья», если подсоединиться к нужному кабельному разъему. Все, что ему осталось сделать – это выяснить, какие из сотен кабелей, шедших от двигателей, были подключены к центральному компьютерному терминалу на мостике.

«На это уйдет всего несколько часов, если я не ошибаюсь?»

К его облегчению, рев сирены, наконец, смолк. Благословенная тишина была нарушена только двумя длинными гудками, и палуба под ногами дернулась – это «Копье Власти» отчалило от станции «Корсар».

«Думаю, в ближайшее время мы никуда не полетим», – подумал он. – «Поэтому можно приступать к работе».