Джадд проснулся в понедельник утром от шума дождя и порывистого ветра. Анна наконец уступила его требованиям и провела с ним ночь в доме. Чарльза. Странно, но Джадд не почувствовал самодовольного удовлетворения, когда Анна улеглась в его кровать.

Что-то изменилось в тот день, что они провели наедине. Он начинал испытывать к Анне не просто физическое влечение. Решив подумать об этом позже, Джадд вылез из постели и затопал босыми ногами по ковру в ванную комнату.

Когда Джадд принял душ и вышел из ванной, Анна уже ушла из его спальни. Он спустился в столовую, чтобы позавтракать. Анна была там, как обычно спокойная и невозмутимая, и разговаривала с Чарльзом.

– Доброе утро! – сказал Джадд с улыбкой.

К его радости, она покраснела.

– И тебе доброе утро.

– Ты хорошо спала? – Он не мог ее не спровоцировать.

– Спасибо, хорошо, – ответила она и поднесла к губам чашку с кофе.

Ах, как страстно эти губы вчера его целовали! Джадд отмахнулся от навязчивых мыслей. Сейчас ему нужно думать о компании «Вина Уилсон». Хотя он приехал сюда с явным намерением разрушить отцовский бизнес, сейчас Джадд начал сомневаться в правильности своих планов.

Ему захотелось модернизировать компанию. Но для этого придется отказаться от мести Чарльзу. Уилсону. Следует сделать выбор. Перед Джаддом стояла непростая задача.

Кроме того, мать регулярно присылала ему письма по электронной почте, донимая вопросами о том, когда ей можно приехать в дом. Прямо сейчас визит. Синтии нужен Джадду меньше всего. Она так и не простила Чарльза, поэтому обязательно устроит ему скандал, как только сюда приедет.

Джадд посмотрел на Чарльза. Старик был бледным и усталым. Джадд не сомневался, что если он будет следовать своим первоначальным планам, то сведет своего отца в могилу. При мысли об этом у него сжалось сердце. Несмотря ни на что, Джадд восхищался деловой хваткой Чарльза. Компания. «Вина Уилсон» хоть и не достигла своего полного потенциала, по-прежнему занимала лидирующее положение на рынке вин.

Джадд все еще злился на Чарльза за то, как он обошелся со своей женой и сыном, но теперь испытывал к нему больше сочувствия. Он видел, как обижается Чарльз, когда его предает тот, кого он любит. Несмотря на неверные выводы в отношении измен Синтии, Чарльз явно очень тяжело переживал ее предательство.

Джадд снова посмотрел на Чарльза. Старик взял нож и стал намазывать маслом кусочек тоста. Внезапно его рука задрожала.

Нож выпал из его руки и упал на тарелку. Анна испуганно ахнула. Чарльз побледнел и, с трудом дыша, закрыл глаза и повалился в сторону.

– Вызови скорую помощь! – сказал Джадд Анне.

Она выбежала из комнаты, и Джадд рванул к отцу. Он ослабил узел его галстука и расстегнул верхнюю пуговицу его рубашки, а потом осторожно положил Чарльза на пол. Кожа старика была холодной и липкой, и Джадд не на шутку испугался.

Чарльз то приходил в сознание, то снова его терял, не слыша потока вопросов Джадда, который пытался удержать отца в сознании.

Когда Анна кратко описала фельдшерам состояние здоровья Чарльза и назвала лекарства, которые он принимает, Джадд понял, что его отец может умереть в любой момент.

– Я поеду с ним в машине скорой помощи, – сказал Джадд, как только Чарльза положили на каталку и увезли к машине.

Анна кивнула и сжала его руку:

– Увидимся в больнице. Мне нужно сделать несколько звонков и предупредить, что нас не будет в офисе.

– Спасибо.

* * *

Поездка в городскую больницу Окленда была короткой, но Джадду показалось, будто прошло несколько часов. Там ему пришлось ждать, пока медицинская бригада занималась его отцом. Приехала Анна, бледная и взволнованная. Она немного приободрилась, увидев Джадда. Обняв ее, он стал успокаиваться.

– Как Чарльз? – отстранившись от Джадда, спросила Анна.

– Ему делают анализы.

Внезапная активность у двери отделения неотложной скорой помощи привлекла внимание Джадда. Приехала Николь.

– Где он? Я хочу его увидеть.

– С ним врачи, – ответила Анна. – Они делают ему анализы.

– Что случилось? – спросила Николь и сверкнула глазами на Джадда.

– Он потерял сознание за завтраком, – произнес Джадд.

– Я думала, что после твоего приезда ему станет лучше, а не хуже. – Николь расплакалась.

Джадд сдержался и не стал отвечать сестре, что, вероятно, она своими действиями усугубила состояние здоровья отца. Он видел, что Николь очень страдает.

К ним подошла медсестра:

– Мистер Уилсон, вы можете увидеть своего отца.

Джадд протянул руку Анне, которая покачала головой:

– Нет, иди к нему с Николь.

Пожав плечами, Джадд повернулся к Николь:

– Ты идешь?

– Конечно, я иду. Он мой отец.

Они последовали за медсестрой. Чарльз был в сознании, но выглядел по-прежнему ужасно. К его рукам были подключены провода, идущие к мониторам.

– Что она здесь делает? – прохрипел он, глядя на Николь удивленно и сердито.

Джадд почувствовал, что его сестра оторопела.

– Я пришла узнать, как ты себя чувствуешь, – сказала она с достоинством. – Но очевидно, у тебя все здорово. Я тебе не понадоблюсь. – В ее взгляде читалась боль.

Джадд смотрел вслед уходящей Николь. Анна попыталась остановить подругу, но та отмахнулась от нее и направилась к выходу.

– Зачем ты так с ней? – спросил Джадд отца, стоя у его кровати.

– Она пошла на предательство. Она решила оставить нас, поэтому ей больше не место рядом с нами. Запомни это хорошенько, мой мальчик. – С трудом договорив, Чарльз закрыл глаза.

Джадд почувствовал горький привкус во рту. Николь предала собственного отца, как когда-то тот предал любовь и доверие своего единственного сына, прогнав его вместе с матерью в другую страну. Всего час назад Джадд был почти убежден, что он должен простить старика. Но Чарльз не заслуживает ни сострадания, ни прощения Джадда. Он с легкостью отмахнулся от родной дочери, как когда-то от сына и жены.

Волнение за отца сменилось старым гневом, а вместе с этим пришла новая решимость реализовать свой первоначальный план мести.

* * *

Анна сложила последнюю пачку документов в портфель, чтобы отвезти их домой и обсудить дела с Джаддом сегодня вечером. Они с Джаддом поочередно дежурили в больнице. Сегодня он был с отцом, а она работала в офисе.

Чарльз был в коме уже пять дней. Если он придет в себя, то диализ станет неотъемлемой частью его жизни. Врачи не говорили ни слова о том, когда ему разрешат вернуться домой, но Анна уже связалась с агентством, чтобы нанять Чарльзу медсестер.

Хотя Джадд регулярно дежурил у постели отца, Анна заметила, как он снова от него отстранился. Что-то произошло в тот день, когда Чарльза положили в больницу. Джадд не обсуждал эту тему, Николь тоже отмалчивалась. Анна решила не вмешиваться.

Дождь барабанил по ветровому стеклу ее автомобиля, пока она ехала домой. Было уже темно. Анна продрогла. Поставив машину в гараж, она подумала, что должна принять ванну, поужинать и, возможно, посмотреть хорошее кино. Ей стало любопытно, согласился бы Джадд принять ванну вместе с ней. Им обоим следовало отвлечься и расслабиться после рабочей недели.

Как только Анна вошла в дом, сразу ощутила некие изменения. И причина была не только в том, что цветы в вестибюле переставили из центра на левый край стола. Она направилась к парадной лестнице, но застыла на полпути, услышав знакомый голос.

– Я должна была догадаться, что ты здесь живешь, – произнесла Синтия, растягивая слова, и скривилась от отвращения.

– Синтия? Я не знала, что вы приедете, – с трудом ответила Анна и напряглась от шока.

– Я уверена, Джадд не находит нужным говорить тебе обо всем, моя дорогая. – Синтия спустилась по лестнице и остановилась на последней ступеньке, чтобы быть выше Анны и заставить ее смотреть на нее, подняв голову.

– Я надеюсь, миссис Эванс позаботилась о вашем комфорте.

– Миссис Эванс? Ах да, экономка. Ее придется уволить, когда я перееду сюда насовсем. Она не знает этикета.

– Что значит насовсем? – спросила Анна.

– Я перееду сюда, когда умрет мой муж. Я приехала, как только узнала, что он болен. Печально, конечно, но этого следовало ожидать.

– Чарльз выздоравливает. Я не знаю, почему вы решили, что он умрет, – спокойно ответила Анна. – И я не уверена, что он захочет жить с вами под одной крышей.

– По-моему, ты забываешь очень важный момент. – Синтия холодно улыбнулась.

– И что же это? – спросила Анна, чувствуя, как у нее на затылке приподнимаются волоски.

– Теперь этот дом принадлежит Джадду, и очень скоро он отдаст его мне.

Произнеся эти слова, Синтия быстро прошла мимо Анны в главный зал. Анна поднялась в свою комнату, чтобы переодеться и собраться с мыслями. Конечно, теперь этот дом принадлежит Джадду. Как она могла об этом забыть? Неужели он и правда планировал привезти сюда свою мать? А как же. Чарльз? Что с ним будет, когда его выпишут из больницы?

Быстро приняв душ, Анна надела свободные черные брюки и черную тунику с длинными рукавами, расшитую серебряными нитями. Сделав макияж, она глубоко вздохнула и отправилась вниз, зная, что ей снова предстоит разговор с Синтией.

Синтия сидела в кресле с бокалом вина в руке и неодобрительно посматривала вокруг.

– Мне придется все здесь переделать, – заметила она. – Чарльз запустил дом.

Анна напряглась. Мало того что Чарльз позаботился о том, чтобы дом был в прекрасном состоянии, так еще и мать Анны делала в доме косметический ремонт и при необходимости меняла мебель.

– Чарльз считает, что главное уют, – осторожно ответила Анна.

– Ну и тебе, конечно, было здесь уютно, не так ли? Я полагаю, ты думала, что попала в сказку, переехав из лачуги, в которой жила с матерью. Как поживает дорогая Донна?

– Моя мать умерла несколько лет назад, – стараясь сохранять спокойствие, ответила Анна. Синтия никогда не называла ее мать «дорогой».

– Мне очень жаль об этом слышать. – Синтия отпила вино и прибавила: – Но ты по-прежнему здесь. Почему?

– Чарльз сказал, что я могу здесь жить столько, сколько захочу.

– Но дом больше ему не принадлежит, и он не может предлагать тебе крышу над головой. – Синтия покачала головой с выражением притворного сочувствия на лице. – Я предлагаю тебе начать подыскивать себе другое жилье, хотя ты вряд ли найдешь что-нибудь более уютное, чем у Чарльза.

– Не вам решать, где мне жить, – внезапно рассердившись, парировала Анна. – Джадд не выгонит меня из своего дома.

– Ах, у нашей кошечки, оказывается, есть коготки. – Синтия рассмеялась, и Анна окончательно потеряла терпение. – Ты не будешь защищать Джадда, когда узнаешь о его первоначальных планах, и они тебе не понравятся. Ты знаешь, что в. Аделаиде у него есть все. Зачем, по-твоему, он сюда вернулся, если не за тем, чтобы отомстить отцу? Хотя Чарльза вряд ли назовешь его отцом.

Ты шокирована, бедняжка. Я полагаю, Джадд затащил тебя в свою постель, и ты в него влюбилась, но тебе придется уйти от него. – Синтия покачала головой и тихонько цокнула языком. – Он просто использовал тебя. Несмотря ни на что, Джадд очень похож на Чарльза. Он не женится на тебе. Неужели ты в самом деле решила, что достойна моего сына? Знай свое место. Скоро мой сын попросит тебя уехать. Я предлагаю тебе уехать самой, чтобы сохранить лицо.

Анна пошатнулась под натиском слов Синтии.

– Джадд этого не сделает, – выдавила она.

Она сжала кулаки и вонзила ногти в ладони. У нее болезненно екнуло сердце. Она действительно не знала, какой Джадд Уилсон на самом деле. Возможно, Синтия говорит правду. Но Анна не желает ей верить. Она любит Джадда.

Анна почувствовала сильнейший озноб. Несмотря на мгновенное неприятие слов Синтии, она должна была признать, что отчасти мать Джадда права. Синтия озвучила самый большой страх Анны, заявив, что Джадд никогда не ответит на ее любовь.