Анна ждала в вестибюле дома, нервно вышагивая по полу, выложенному черно-белой плиткой. Сегодня ее третье свидание с Джаддом, начиная с прошлого четверга, когда они договорились неторопливо узнать друг друга. Эти свидания казались Анне пыткой. Джадд вел себя как истинный джентльмен, не позволяя себе вольностей.

Сегодня он, по-видимому, решил устроить пикник и велел Анне одеться соответственно. Она понятия не имела, как сейчас одеваются на пикник, поэтому надела темно-синие кожаные туфли с открытым носком и без каблуков, расшитые бисером, джинсы с закатанными брючинами и тонкий светло-розовый свитер.

Чарльз вышел в вестибюль.

– Снова уезжаете? – спросил он.

– Судя по всему, сегодня будет пикник, – ответила Анна.

Он усмехнулся:

– Надо отдать должное моему мальчику. Он не только быстро поднял бизнес, но и тебя не упускает из виду. Я знал, что правильно делаю, отправляя тебя работать с ним.

Анне стало не по себе, она вздрогнула. Ей не нравилось, что ею манипулируют. Прежде чем она успела ответить, Джадд спустился по лестнице.

В джинсах и серебристо-серой водолазке с длинными рукавами он выглядел так, что при виде его у Анны потекли слюнки. Она моргнула и отвернулась, запрещая себе думать о нем как о желанном объекте.

– Все готово? Хорошо. – Джадд одарил Анну улыбкой, его глаза лукаво сверкнули.

Она затрепетала, когда он подошел ближе и обнял ее за плечи.

– Нас, вероятно, не будет почти весь день. Ты справишься один? – спросил он своего отца.

– Конечно, я справлюсь. В доме всегда кто-нибудь есть. – Чарльз отмахнулся от его вопроса.

Анна резко взглянула на старика. Он неважно выглядел. И она забеспокоилась.

– Вы хорошо себя чувствуете?

Анна, я уже говорил это раньше, и я скажу это снова: не суетись. Я способен о себе позаботиться. Уходите и развлекайтесь. Не волнуйтесь обо мне.

Джадд повел Анну к входной двери.

– Между прочим, – произнес он, когда они оказались за пределами слышимости Чарльза, – у прислуги есть номера наших мобильных телефонов. Я уже сказал им, чтобы они звонили, если понадобится помощь.

– Значит, ты согласен со мной, что на этой неделе он плохо выглядит?

– Да. В начале недели я пытался поговорить с ним и убедить работать поменьше, но он заупрямился.

– Это семейная черта, без сомнения, – заметила Анна.

Губы Джадда изогнулись в улыбке.

– Без сомнения, – согласился он.

Они вышли из дома, и Анна огляделась. Автомобиля нигде не было.

– Мы пойдем пешком? – спросила она. – Может быть, мне переобуться?

– Нет, не нужно. Мы пойдем на теннисный корт. Но играть в теннис не будем.

Озадаченная, Анна пошла за Джаддом. На теннисном корте их ждал вертолет.

Анна повернулась и посмотрела на Джадда.

– Ты сказал, что у нас будет пикник, – заметила она.

– Да, но только не здесь.

Джадд усадил Анну в вертолет, протянул ей наушники и уселся рядом с ней. У нее засосало под ложечкой, когда вертолет медленно поднялся в воздух и направился к гавани.

– Я уже говорила, что мне не нравятся маленькие самолеты. – Она с такой силой вцепилась руками в подлокотники кресла, что побелели костяшки ее пальцев.

– Я надеюсь, что мне удастся тебя отвлечь.

Джадд поцеловал ладонь Анны. Как только его губы коснулись ее руки, она почувствовала знакомую дрожь предвкушения. О да. У него отлично получается ее отвлекать. Она рискнула взглянуть в иллюминатор, когда Джадд погладил мягкую кожу ее руки, а затем снова посмотрела ему в глаза. Их взгляды встретились.

– Поверь мне, Анна. Со мной ты в безопасности.

Она кивнула и сглотнула, слушая его тихий и нежный голос. Джадд разговаривал с ней во время всего полета, и она потеряла счет времени. У нее екнуло сердце, когда вертолет начал снижаться.

– Ты отлично держишься, – сказал Джадд. – Можно подумать, ты давно летаешь.

– Я сомневаюсь в этом, но спасибо, – выдавила она, чувствуя облегчение, когда вертолет приземлился.

Джадд открыл дверь и спрыгнул на землю, а потом повернулся, чтобы помочь Анне выйти. Он повел ее к зданию со стеклянным фасадом. Вертолет у них за спиной поднялся в воздух.

– Он вернется за нами? – спросила Анна.

Джадд рассмеялся и крепко ее обнял. Она вдруг запаниковала.

– Конечно он прилетит.

– Где мы? – спросила Анна, оглядываясь вокруг. Перед ними было единственное здание, в небольшой бухте напротив не было ни одной лодки.

– Около острова Кавау. Я слышал об этом месте и подумал, что нам понравится уединение. Я предлагаю выяснить, что здесь можно поесть и выпить.

Анна последовала за ним в здание, где просторная гостиная-столовая переходила в хорошо оборудованную кухню. В доме были маленькая, но роскошная ванная комната со стеклянной стеной и спальня, дверь в которую Анна быстро закрыла.

На кухне Джадд извлек из холодильника бутылку шампанского и закуски.

– Поедим на улице? – предложил он. – Захвати бокалы.

Анна взяла бокалы с полки над кухонной раковиной и вышла за Джаддом на широкую палубу с видом на залив.

– Как красиво, – заметила она, садясь рядом с Джаддом на деревянные ступени, которые вели на ухоженный газон. – Как будто мы в другом мире.

Джадд отвел прядь волос от ее щеки.

– Здесь отличное место, чтобы лучше узнать друг друга, – сказал он. – Нам никто не помешает.

Он ловко откупорил шампанское и наполнил бокалы.

– М-м-м… французское шампанское, – прокомментировала Анна, глядя на этикетку на бутылке, и сделала глоток. – Это лучшее шампанское в мире.

Джадд лишь пристально смотрел на нее. Он разомкнул губы, словно собирался что-то сказать, но потом моргнул и поднес бокал к губам.

– Я согласен с тобой, – произнес он, поставил бокал и взял фаршированную оливку. – Французы в этом мастера.

Какое-то время они молчали, наслаждаясь вином и едой, но потом Анна повернулась к Джадду.

– Ты помнишь, как жил с отцом до своего отъезда из Австралии? – спросила она.

Джадд вздохнул, и на мгновение ей показалось, что она задела его за живое.

– Я помню совсем немного, – ответил он. – Мне было шесть лет, когда мы уехали. Я помню, что он всегда был занят, деятелен и энергичен. Я очень ждал его возвращения домой после работы или из командировок. Хотя он был постоянно занят работой и клиентами, у него всегда находилось время для меня.

– Тебе было трудно, когда вы уехали.

– Трудно? – Он с грустью рассмеялся. – Я был опустошен. Моя мать злилась и обижалась, а в Австралии никто не сказал о нем ни одного доброго слова. Моя жизнь изменилась в одночасье. Мне было нелегко смириться с тем, что он бросил нас обоих.

– Неудивительно, что ты не захотел восстанавливать с ним отношения.

– Да. Я знаю, у любой истории две стороны. Но я не могу просто так принять тот факт, что он выбросил меня из своей жизни. – Он сдвинул темные брови, черты его лица ожесточились.

– Но сейчас он протянул тебе руку. Ты приехал, ты работаешь с ним. Ты должен его простить.

Выражение лица Джадда смягчилось.

– Да, сейчас я с ним работаю.

Что-то в его тоне заставило Анну подумать, что Джадд не простил своего отца. До того как она успела ему ответить, он белозубо улыбнулся, поднялся и протянул ей руку.

– Погуляем по берегу?

Анна взяла его за руку и отмахнулась от беспокойства. Вероятно, она слишком эмоционально реагирует на близость Джадда.

Вернувшись с пляжа, они вошли в дом. Джадд снова налил себе и Анне шампанского, а она приготовила сэндвичи.

– О боже, как вкусно, – сказала она, откусив сэндвич.

– По-моему, вкусно, – согласился Джадд. – Можно мне попробовать?

– Конечно. – Она протянула ему сэндвич.

Но Джадд наклонился к ней и облизнул край ее нижней губы. Анна увидела на его языке крошечный кусочек сыра, который он проглотил.

– О да, мне нравится, – сказал он. – Созревший и мягкий. Теплый и готовый к употреблению.

Она покраснела и выдавила, не сводя с него глаз:

– Хочешь еще?

– Конечно, – ответил он.

Она взяла небольшой кусочек сыра большим и указательным пальцами и поднесла его ко рту Джадда. Его губы сомкнулись вокруг сыра, а язык коснулся ее пальцев. Анна вздрогнула от предвкушения.

– Еще? – спросила она.

Он обнял рукой ее затылок и осторожно привлек Анну к себе.

– Я хочу тебя, – ответил он и припал к ее губам.

Его губы были нежными и соблазнительными, и Анна почувствовала, как тает в его объятиях. Послышался звон падающей посуды. Джадд обхватил Анну за талию и крепче прижал к себе. Она обняла его руками за шею, стараясь сильнее к нему прильнуть.

Она прервала поцелуй:

– Джадд? А как же мое условие? Мы не должны…

– Угу. – Он уткнулся носом в ее шею.

– Получается, ты меня принуждаешь?

– Анна?

– Что?

– Замолчи и поцелуй меня еще.

Анна выполнила его просьбу, и он запустил горячие руки под ее свитер. Она потянула вверх водолазку Джадда, обнажая его живот и грудь. Она чувствовала, как под кончиками ее пальцев твердеют его соски. Потянувшись, она поцеловала ложбинку у основания его шеи, потом провела языком по его ключице. Джадд был таким восхитительным, что она жаждала исследовать каждую клеточку его тела.

Расстегнув его джинсы, она потянула их вниз и стала ласкать его член. Она снова и снова касалась его, слушая прерывистое дыхание Джадда. Когда он громко простонал, она поняла, что, несмотря на свою беспомощность перед влечением к Джадду, он в равной степени теряет голову от желания к ней. Она вдруг почувствовала контроль и власть над Джаддом, которых не знала прежде.

Уставший, Джадд прилег на палубу, и Анна медленно отпустила его. Она приподнялась, покрывая легкими поцелуями его живот и грудь. Она легла на спину и стала медленно поглаживать рукой его грудь, пока Джадд выравнивал дыхание.

– Ты можешь с легкостью свести меня с ума, – произнес он.

– Я предпочитаю либо делать что-то тщательно, либо не делать вовсе, – непринужденно ответила она.

– Значит, ты не будешь против того, чтобы пойти в спальню и тщательно изучить то, что нам доступно? – подшутил он.

В ответ Анна поднялась и протянула Джадду руку. Он встал, поправил трусы, но не стал застегивать джинсы. Анна никогда не видела более сексуального мужчины. Его волосы были взъерошены, а глаза по-прежнему сияли от восторга. Джадд поднял бутылку шампанского и бокалы и пошел с Анной в дом.

Когда прилетел вертолет, Анна была изнеможенной и пресыщенной. Они занимались любовью, ели, купались и снова предавались любовным ласкам. Она с радостью согласилась бы повторять этот день снова и снова. Не только потому, что ей было легко и хорошо с Джаддом, но и потому, что она в него по-настоящему влюбилась.