Первой в голову Хью пришла мысль о том, что он должен обязательно увидеть, кто там, даже если это и нарушит все планы. Потом он подумал: «Где же инспектор Мерч?» Мерч должен был прятаться поблизости. Если по иронии судьбы вместо человека, с которым должен был встретиться Спинелли, тот наткнулся на Мерча, то это конец всему…

Хью судорожно сглотнул, пытаясь справиться с дрожью, и двинулся вперед, к просвету. Под его ногами чавкала грязь, но парень не обратил на это внимания. Очертания дома для гостей скрывала тьма, но его окна поблескивали в лунном свете, будто глаза, – казалось, дом наблюдал за происходящим. У Хью возникло ощущение, что это не фантазия, что кто-то и правда наблюдает за ним, выглядывает из комнаты, где произошло убийство. Он ощутил на лице касание холодного ветра. Поглядев направо, Хью шагнул назад.

Примерно в тридцати футах от Хью стоял Спинелли, спиной к нему и лицом к толстому дубу, росшему у края дорожки. Пистолет он прижимал к боку, чтобы оружие не выбили у него из руки.

– Выходи, – повторил он со все усиливающимися истерическими нотками в голосе. – Я вижу твою руку… Даю тебе еще секунду… Не стой там. Я не причиню тебе вреда, но ты мне заплатишь и будешь платить дальше, смекаешь?

Кто-то сказал ему что-то в ответ, но слишком тихо, чтобы расслышать слова на таком расстоянии. Хью опустился на четвереньки и подполз ближе. Спинелли отступил назад на залитый лунным светом участок земли.

– Знаю тебя? – спросил Спинелли. Впервые Хью заметил, что он колеблется, – этот человек был в стельку пьян и держался на ногах лишь благодаря нервному возбуждению. Он потерял бдительность и повысил голос. – Знаю тебя? Что ты, черт возьми, пытаешься сделать? Только попробуй провернуть что-нибудь – сразу получишь… – Спинелли сглотнул – казалось, ему тяжело дышать. – Прошлой ночью я забрал твой пистолет, а то бы со мной приключилось то же, что и с Ником.

Скрываясь в высокой траве, Хью подполз поближе и поднял голову. Он добрался до кирпичной дорожки, но ему нужно было податься назад, поскольку теперь Спинелли стоял к нему в профиль, а его собеседника полностью скрывал ствол дуба. Лунный луч осветил лицо Спинелли, и Хью увидел его полуоткрытый рот и цветное перышко за лентой шляпы. Теперь Хью мог слышать голос собеседника Спинелли из-за дуба, очень тихий:

– Благодарю, друг мой. Я так и думал. Но я не тот человек, который вам нужен. Опустите пистолет, опустите… Шш!

Рука Спинелли затряслась. Он качнулся в сторону и протер глаза, будто пытаясь разогнать туман опьянения. Хрустнула ветка – скрытая деревом фигура шагнула вперед.

– Ах ты грязная крыса! – внезапно вскричал Спинелли, схватив воздух ртом, – увидев собеседника, он, казалось, был готов разрыдаться.

Слово «крыса» эхом разнеслось по округе, в голосе американца слышалось отчаяние, потрясение, ужас. Спинелли двинулся навстречу…

Лишь по счастливой случайности в этот момент Хью оглянулся. Он хотел посмотреть, с ним ли Морган. Когда он повернул голову, в поле его зрения попали окна дома за спиной Спинелли. Хью замер. Что-то было не так. Он не сразу понял, что дело было в окнах. На месте одного из них зиял проем, и этот проем увеличивался: окно – то, что ближе к входной двери, – медленно открывалось.

Спинелли не заметил этого. Но другой человек, который стоял за дубом, издал звук, похожий на бульканье, а затем всхлипнул и рванулся вперед, хватая Спинелли за плечи, будто пытаясь спрятаться за ним.

В окне сверкнула вспышка, вырвался язычок пламени не толще иголки, но за ним последовал оглушительный грохот – в ночной тишине он был подобен удару по голове. Хью попытался вскочить на ноги. Он слышал, как Морган сзади вскричал: «Господи!» – но сейчас все его внимание поглощал Спинелли. Его шляпа с маленьким крашеным пером слетела на землю, левая нога подогнулась, и американец провернулся вокруг своей оси, на мгновение застыв в нелепой позе, как ребенок, играющий в «море волнуется раз». Затем и вторая нога подогнулась и Хью увидел, как Спинелли вырвало в тот самый момент, когда пуля вошла ему в голову.

Человек рядом с ним закричал. Его крик сливался с гомоном птиц, вспугнутых выстрелом. Казалось, его парализовало, но одну руку он вытянул в сторону окна, будто отгораживаясь ею от смерти. Затем он упал на колени и покатился, пытаясь доползти до кустов.

Бах! Последовала пауза, будто стоявший у окна целился. Человек за дубом пытался встать, когда его настигла пуля: вскричав, он упал на ствол дерева…

Бах! Холодная, нечеловеческая точность стрелка в окне контрастировала с неожиданной в такой ситуации щепетильностью: он выпускал пули с интервалом ровно в пять секунд, едва сдвигая дуло пистолета…

Бах!

Кто-то, все еще крича, проламывался сквозь кусты. Хью не мог больше этого выносить. Он поднялся, но Морган, схватив юношу за щиколотку, сдернул его на землю.

– Небудьидиотомчертвозьми! – заорал Хэнк. – Оннасвсехперебъетеслимывстанем! Ах! – прорычал Морган, когда Хью попытался высвободиться.

Поляна наполнилась криком перепуганных птиц, взметнувшихся в небо. К дому неуклюже бежала какая-то фигура, крича при этом что-то неразборчивое. Это был инспектор Мерч. Вытаращив глаза, он взбежал по боковым ступенькам крыльца, размахивая фонариком, луч которого плясал по фасаду дома. Инспектор что-то сжимал в другой руке, исторгая бессмысленные вопли: «Именем закона!» Впоследствии никто не мог вспомнить точно, что же произошло дальше. Морган прошептал что-то вроде: «Ох, ладно!» – и затем они с Хью понеслись зигзагами по лужайке к дому. Луч фонаря Мерча упал в окно, за которым скрывался снайпер, и тот отпрянул вглубь комнаты. Снайпер выстрелил, разбив в окне стекло, – они видели, как блестят в белом дыму осколки. Затем последовали еще вспышки – Мерч, забывший полицейские предписания, открыл ответный огонь. Когда все трое добрались до крыльца, инспектор был готов застрелить на месте любого, но Морган вовремя окликнул его, помешав выпустить очередную пулю. Стрелок скрылся. Мерч лишь стоял и тряс руками оконную решетку, пытаясь вырвать ее, пока кто-то не крикнул: «Дверь!» – все тут же бросились к ней.

Дверь была не заперта. Но прежде, чем Мерч успел распахнуть ее, раздался грохот закрывающейся двери черного хода. Снайперу удалось уйти…

Следующие пять минут они тщетно обшаривали кусты, но никого не нашли – Мерч, споткнувшись в темноте, лишь сломал свой фонарь. Переглянувшись, все трое молча сошлись на том, что засада прошла не лучшим образом. Даже взбудораженные птицы понемногу успокаивались, вновь устраиваясь в ветвях, чтобы поспать. Дым, окутавший разбитое окно, рассеивался, вновь поднялся ветер – что было довольно любезно с его стороны, – и вскоре на поляне воцарилась тишина.

Но с крыльца всем троим было видно тело Спинелли, лежавшее с раскинутыми в стороны руками и ногами на кирпичной дорожке у дуба. Вот и все.

Морган оперся на крыльцо и попытался дрожащими пальцами поджечь сигарету.

– Ну? – сказал он.

– Ему не уйти, говорю вам! – прорычал инспектор Мерч – слова было сложно разобрать из-за его злости и неуверенности. Инспектор потряс кулаком. – Нам все известно! Всякий раз он прячется на «Ферме»! Нам это известно, нам… о-ох! – Он тяжело вздохнул. – Вы двое посмотрите, можно ли помочь тем, кого подстрелили. Я пойду в дом. Он там, нам это известно.

– Думаете, вы попали в него? – спросил Хью, пытаясь сохранять спокойствие. – В смысле, когда стреляли в окно. Если да…

– Ох! Я растерялся, понимаете, – Мерч посмотрел на пистолет в руке. – Я не знаю. Все случилось так внезапно… Я не знаю. Он еще кого-то подстрелил – где он? Кто он?

– Да черт меня дери, если я знаю, – сказал Морган и добавил с горечью: – Мы просто отличная бригада быстрого реагирования. Нужно вставить это в какую-нибудь книгу. Ладно, инспектор, идите. Мы поищем тело. Хотя лично я лучше выпил бы касторки.

Сгорбившись и дрожа, он спустился на лужайку. В голове Хью все еще гудело эхо выстрелов, а от нервного перенапряжения он чувствовал себя совершенно обессиленным. Дрожащей рукой он взял у Моргана сигарету.

– Это все взаправду? – спросил Морган со странной интонацией в голосе. – Пальба… Будто адские гончие сорвались с цепи в одну секунду… Что-то тут не так. Невероятно.

– Вполне взаправду, – ответил Хью, заставив себя приблизиться к телу Спинелли.

Вокруг пахло свежей кровью. Пахло смертью. В свете спички, зажженной Морганом, стали видны обагренные кровью листья куста, через который пытался уползти второй человек.

– Какие могут быть сомнения? – добавил Хью.

Спинелли лежал на земле ничком. Побледневший Морган нагнулся, поднеся к его голове спичку. Она обожгла Моргану пальцы, и он выпрямился.

– Мертв. Без вариантов. В затылок попали. Ох… Представляю себе, – без выражения произнес он, – наверное, именно так чувствуют себя люди на войне. Представления не имею, что произошло. – Он вздрогнул. – Не стану отрицать, что, если сейчас кто-нибудь выпрыгнет с криком «Бу!», меня инфаркт хватит. Но смотрите-ка… Хм. Дело в том, что стрелок в окне собирался прикончить Спинелли и того, второго. Больше никого. Он не стрелял по нам, хотя видел нас.

– Он стрелял в Мерча.

– Ну да. Но не целясь, просто, чтобы отпугнуть. Не так, как он подстрелил Спинелли. Как в мишень. Уф! И не как того, второго. Может, конечно, он просто потерял самообладание, не знаю. Господи, я ничего не знаю… – Морган принялся расхаживать взад-вперед. – Ладно. Пойдемте, мы должны найти второго. Кто это был? Вы разглядели?

– Не разглядел. Не настолько, чтобы узнать. Вот, у меня есть зажигалка. Лучше, чем спички. Если мы… – Хью почувствовал, что ему становится дурно. – Если мы пойдем по кровавому следу…

Но никто из них не рвался вперед. Морган жестом показал, что можно сначала докурить.

– Я думаю о том, кто это может быть, – сказал он.

Эта мысль напугала Хью, как ничто не пугало его раньше. Им следовало лишь чуть-чуть углубиться в рощу, потому что стрелок был слишком хорош и его жертва вряд ли ушла далеко. Но вся эта ситуация была чересчур пугающей. Морган, похоже, чувствовал его настроение.

– Да, – торопливо продолжил он. – Меткий стрелок, хладнокровный. Боже, что же это происходит в нашем тихом, спокойном местечке? Кто этот маньяк, который может сидеть у окна и палить по головам людей, как по тарелкам? Я говорил вам, что это невозможно. И тем не менее так оно и есть. «Автор должен следить за тем, чтобы истории были правдоподобными». Я теперь даже не знаю, что такое вообще правдоподобная история, – довольно-таки злобно произнес Морган. – И если это одна из них… Давайте говорить, это поднимает моральный дух. И кстати об этом – у меня с собой фляга. Хотите выпить?

– Еще бы! – тут же жадно отозвался Хью.

– Два криминалиста-любителя, – Морган протянул ему флягу, – боятся чудовищ, которые скрываются во тьме. А ведь боимся мы того, что там, застреленный двумя пулями, лежит кто-то, кого мы знаем.

Хью сделал глоток виски. Напиток обжег ему горло, но юноша почувствовал себя лучше.

– Идемте, – сказал он.

Огня карманной зажигалки удивительным образом оказалось достаточно. Держа ее в руке, Хью направился по дорожке к дубу. По краям дорожки росла наперстянка, ее белые и пурпурные цветы красовались в обрамлении зеленых листьев, но сейчас их лепестки были примяты и перепачканы кровью. Идти по следу было несложно. Кто-то продрался сквозь заросли ежевики и спрятался в густой роще. Здесь было холодно, влажно и полно мошкары. Папоротники тоже были перепачканы кровью, будто человек полз на животе, слабея…

Что-то хрустнуло. Огонек зажигалки затрепетал, едва не погаснув. Под ногами шуршали сухие травы. Хью зацепился плечом за ветку, отчего огонек зажигалки погас.

– Готов поклясться, – сказал Морган, – что я слышал стон.

Хью едва не наступил на что-то. Это была черная лакированная туфля, валяющаяся в куче кленовых листьев. Под взглядом Хью туфля дернулась, и он увидел полосатые брюки. На темной коре дерева виднелись белые отметины – владелец черной лакированной туфли хватался пальцами за ствол клена, сползая на землю. Человек лежал на боку в зарослях наперстянки, раненный в плечо и шею. Они слышали, как он умирает.

– Спокойнее, – сказал Морган. – Мы не можем сейчас отступить. К тому же…

Хью опустился на колени и перевернул тело на спину. Лицо было перепачкано грязью, рот и глаза открыты, и кровь не добавляла ему привлекательности. Хью и Морган долго смотрели на него в молчании.

– Кто это такой, черт возьми? – прошептал Морган. – Я никогда его тут не…

– Подержите зажигалку, – сказал Хью, борясь с приступом дурноты. – И идем отсюда. Я знаю, кто это. Адвокат. Его зовут Лэнгдон.