Телефон Чарити зазвонил примерно в три часа утра. Рокко открыл глаза и вгляделся в темноту, потом уставился на потолок. Лежащая рядом с ним Чарити простонала и пошевелилась. Он почувствовал, как под ней прогнулся матрас, когда она села.

– Алло? – произнесла она хриплым, сонным и необъяснимо сексуальным голосом. – Чего ты хочешь? Зачем ты звонишь?

Ее голос внезапно стал резким.

Рокко ощутил, как она выбирается из постели, но не сдвинулся с места.

– По твоей милости я могла бы оказаться в тюрьме, – резким шепотом сказала она. – Но тебе было на меня наплевать.

Звонил отец Чарити. Наверняка это он. Рокко не двигался. Он хотел, чтобы Чарити осталась в комнате, продолжая телефонный разговор. Но сильнее всего он хотел взять телефон из ее руки и наорать на мужчину на другом конце линии.

И не только для того, чтобы получить свои деньги обратно.

По какой-то причине Рокко разозлился на этого человека за то, что он заставил собственную дочь отвечать за его преступление.

У Рокко скрутило живот. Он изнывал от чувства вины.

– Ты узнал бы об этом из новостей? – спросила она. – Как мило.

Дверь в спальню открылась, и голос Чарити стал тише.

Рокко перевернулся на бок и встал. Затем он пробрался к двери, сохраняя молчание. Она оставила дверь приоткрытой, и он в полной мере воспользовался этим, чтобы послушать, о чем она говорит.

– Ты должен вернуть деньги, – произнесла Чарити.

У Рокко перехватило дыхание. Если ее отец вернет деньги, у Рокко будет меньше возможности воздействовать на Чарити.

Конечно, юридически он по-прежнему сможет предъявить ей претензии, но цель в том, чтобы вернуть свое имущество. По крайней мере, такова была цель Рокко в самом начале. И Чарити знала об этом.

Достаточно того, что Рокко не отправил ее в тюрьму. И он не сделает этого сейчас. Он будет защищать ее, несмотря ни на что. Но если она поймет, что у него нет средств, чтобы ее удерживать, она, вероятно, уйдет от него. А это недопустимо.

– Он знает. Он знает, кто я. – Пауза. – Сейчас я с ним. – Снова пауза. – Не твое дело, что я делаю рядом с ним.

Рокко предположил, что ее отец снова заговорил.

– Да, я сплю с ним. Но это не твое дело. – Она сделала несколько шагов. – Его шлюха? Как это мило с твоей стороны! А ты вор. И ты в самом деле решил учить меня морали? Верни деньги. Потому что я не смогу защитить тебя от него. Он сделает то, что захочет. Я не могу его контролировать.

Чарити, должно быть, отключила телефон, потому что через мгновение она опустила руку вдоль туловища и резко выругалась шепотом.

Рокко отошел от двери и вернулся в постель, ожидая прихода Чарити.

– Кто звонил? – спросил он, выжидая, что она скажет.

– Никто, – ответила она, ложась в постель рядом с ним.

От разочарования у Рокко сдавило горло. Он не понимал, почему так отреагировал.

Может быть, его разочаровало то, что у Чарити не было никаких причин скрывать от него телефонный звонок. Но ведь она может просто ему не доверять.

– Ошиблись номером? – спросил он.

– Да… Нет, – резко ответила она, отодвигаясь на свою половину кровати. – Это был мой отец. Прости, что я солгала тебе.

У Рокко полегчало на душе.

– Я знаю. Я подслушивал твой разговор, – произнес он. – Чтобы быть честным с тобой, я должен тоже тебе признаться.

– Ой. Ты собирался терпеть мою ложь?

– Да.

– Он ничего мне не сказал. Он хотел выяснить, что ты узнал. И я сообщила ему, что тебе обо всем известно. Он говорит, будто у него больше нет денег. Я уверена, ты понял по моему тону, что он совсем не раскаивается, бросив меня на произвол судьбы. Более того, он даже обзывал меня.

– Ты не моя шлюха, – гневно произнес Рокко. – И я сожалею, если когда-то ассоциировал это слово с тобой. Прости, что называл тебя так. Я злился и пытался сделать тебе больно. И я знал, что мои слова обидят тебя, особенно после того, что я сделал. – Рокко помолчал, потом прибавил: – Я знаю, каково это оказаться в невыгодном положении. Поставив тебя в такое положение, когда ты была вынуждена торговать своим телом ради своей свободы, я поступил бессовестно. Хотя я честно признаюсь, что очень долгие годы я не вспоминал о совести. Но я не предполагал, что стану одним из тех, кто воспользуется бедственным положением женщины.

– Спасибо, – сказала Чарити, утыкаясь лицом в его плечо. – Спасибо.

Рокко было стыдно. И он сожалел о том, как начались его отношения с Чарити. Но все же ему нравилось, как эти отношения складываются теперь. И он не позволит Чарити уйти от него. Подобная ситуация просто невозможна.

– Я не уверен, что заслуживаю благодарность, – произнес он.

– Ну, ты был не прав. И ты вел себя как настоящее чудовище. И иногда ты по-прежнему так себя ведешь. Но я тоже не ангел. Я обокрала тебя. И я тебе соврала. Я притворялась невинной, чтобы тебя разжалобить. А потом, когда мы пошли в твой номер в отеле, я забыла обо всем. Как только ты меня поцеловал, я сразу тебя захотела и больше ни о чем не думала. Ты ни к чему меня не принуждал, не забывай об этом.

– Я никогда не устану это слушать. – Он приглушенно и нерадостно рассмеялся. – Судя по твоим словам, у меня ужасный характер.

– Мы это уже обсудили. Ни ты, ни я не были идеальны, когда мы впервые встретились.

– Я не согласен, – сказал Рокко. – Ты очень сильная женщина. Ты совершала дурные поступки, но, по-моему, ты всегда была волевой натурой. Ты пережила тяжелое детство…

– Я признаю, что мне не всегда было легко и весело. Но через трудные испытания проходят многие люди, и они в конечном счете не становятся преступниками.

– И многие люди возвращают себе украденные у них деньги, не укладывая вора в постель.

– Я не смогу вернуть тебе деньги, – с сожалением ответила она. – Я даже не знаю, где отец.

– Тогда ты должна остаться со мной. Выходи за меня замуж. – Рокко не собирался делать ей предложение, но слова непроизвольно слетели с его языка. И в этот момент он понял, как сильно ему хочется, чтобы Чарити согласилась. Поэтому он сделал то, что у него получалось лучше всего. Он лишил ее права выбора. – Ты должна. Это единственный способ возместить нанесенный мне ущерб.

– Это предложение или шантаж? Тебя всегда трудно понять.

– И то и другое, – ответил он, обнял ее и притянул к себе.

– И в чем преимущества брака?

– Я сказал тебе, Чарити. Теперь ты моя. – Рокко закрыл глаза и стиснул зубы от интенсивных и непривычных ощущений. Он не привык к чувствам. Ни одну женщину он не хотел так страстно. Он не привык хотеть. Он занял такое положение в жизни, когда желание уступило место обладанию. Рокко не помнил, когда ощущал, будто ему чего-то не хватает. Но сейчас ему в самом деле чего-то не хватало. По непонятной причине ему казалось, будто он вернулся в одинокое детство и стоит один в пустой комнате.

Странные чувства. Не имеющие никакого смысла. Потому что сейчас он обнимает Чарити. И все же ему чего-то недоставало для полного удовлетворения.

Все должно быть просто. Как покупка красивой картины. Однако у Рокко тяжело на душе. Потому что даже здесь и сейчас, лежа рядом с Чарити, он не чувствовал себя счастливым.

– Брак – это хороший способ сделать наши отношения постоянными, – наконец произнес он.

Она будет его женой. И это решит все проблемы. Как только она выйдет за него замуж, у нее не останется шанса бросить его. Брак – своего рода страховка.

– Хорошо, – сказала она.

– Это твой ответ?

– По-моему, у меня нет выбора.

– Нет, – подтвердил он снова. Ему не удавалось отделаться от мысли, что добровольное согласие Чарити было бы ему намного приятнее вынужденной уступки.

Но если Рокко сделает ей предложение как положено, она может ему отказать.

Он не был готов рисковать.

– Когда ты хочешь, чтобы мы поженились? – спросила она.

– До рождения ребенка, – сказал он.

Чем раньше они оформят отношения официально, тем лучше. Это поможет Рокко унять свое растущее беспокойство.

– Я полагаю, мне нужно платье, – произнесла она.

Он почувствовал некоторое облегчение:

– Ну, я знаю, где ты можешь его достать.

Он снова закрыл глаза, наслаждаясь теплым прикосновением руки Чарити к своей груди.

Вскоре у нее будет обручальное кольцо, подходящее к колье. И весь мир узнает, что она принадлежит Рокко Амари.

Чарити примеряла свадебное платье, а Рокко не разрешалось при этом присутствовать. Но это означало, что он придет в комнату в любом случае. В настоящее время его не было, и швея заканчивала подгонять платье по фигуре Чарити.

Планировалась скромная свадьба. Так они решили. У Рокко не было друзей, которых он мог пригласить на торжество. Будут присутствовать только деловые партнеры, которые ужасно бы обиделись, если бы их не пригласили.

Журналисты в любом случае будут из кожи вон лезть, чтобы описать, как легендарный плейбой Рокко Амари решил угомониться и стать законным супругом. Поэтому ему и Чарити нужно, по крайней мере, изобразить настоящую свадьбу. Это необходимо ради блага их ребенка. Кроме того, ее беременность будет скоро заметна.

Рокко больше не мог ждать. Он желал ее увидеть. Он из тех, кто всегда добивается того, чего хочет. Повернувшись, он направился обратно в ее спальню и, не постучав, широко распахнул двери.

Чарити посмотрела на него, широко раскрыв карие глаза от удивления. Точно так же на Рокко взглянула швея, которая стояла на коленях и вынимала булавки из подола платья.

Темные локоны Чарити свободно ниспадали ей на плечи, они были украшены полевыми цветами. Красивые губы были накрашены ярко-розовой помадой. Платье было простым – легкая и мягкая ткань подчеркивала округлившиеся формы Чарити. Оно плотно облегало ее грудь и расходилось складками у живота.

Она выглядела так чувственно, что у Рокко забурлила кровь в жилах.

Его женщина в свадебном платье. Она беременна его ребенком.

– Красавица, – только и произнес он.

– Ты не должен видеть мое платье до свадьбы, – раздраженно сказала Чарити.

– Мы с тобой уже нарушили много правил. Почему бы нам не нарушить еще одну традицию? – спросил он, входя в комнату.

– Может быть, потому, что я просила тебя не входить? – Она недоверчиво выгнула бровь.

– Я не подчиняюсь приказам и не выполняю просьбы, Чарити. – Он повернулся к швее: – Вы закончили?

– Да, но мне нужно забрать платье, чтобы внести изменения.

– Я помогу ей раздеться, – произнес Рокко. – Уходите.

Женщина кивнула, встала и быстро вышла из комнаты.

– Ну, сегодня ты просто обезумел от своей власти, – заметила Чарити.

Он пожал плечами:

– Я всегда так себя веду.

– Я так не думаю.

– Я не хочу, чтобы она была здесь, пока я отдаю тебе вот это. Я не мог дождаться, когда вручу это тебе. – Он достал из кармана пиджака футляр с кольцом. – Кстати, о том, как мы с тобой нарушаем традиции. – Он открыл футляр, и она увидела кольцо с изумрудом, которое подходило к ее колье.

Чарити просто стояла и, медленно моргая, пристально смотрела на кольцо.

– Я должна его взять? – спросила она.

– Ты хочешь, чтобы я надел его тебе на палец? – Как только Рокко сказал об этом, ему очень захотелось сделать это.

– Не обязательно, – сказала она и взяла кольцо большим и указательным пальцами. Рокко стиснул зубы от разочарования. Чарити надела кольцо на безымянный палец и вытянула руку перед собой. – Красивое кольцо, – произнесла она. – Ты со вкусом выбираешь ювелирные украшения.

– Да, я знаток красивых вещей. Кстати, я подарил кольцо в знак примирения.

Она выгнула темные брови:

– Да?

– По-моему, ты несчастлива со мной, – сказал он.

– Разве? Я в порядке.

– Не лги мне. Я устал от неискренности между нами.

Чарити раздраженно вздохнула:

– Ну, я немного ошеломлена. Все происходит очень быстро.

– Так должно быть. Ты говорила, что хочешь выйти замуж до рождения ребенка.

– Я не говорила, что хочу выйти замуж, – ответила она, и ее слова показались ему пощечиной.

Рокко отвернулся от нее и стал расхаживать по комнате.

– Но ты этого хочешь?

– Какая разница? – спросила она.

Он повернулся к ней лицом:

– А каковы твои перспективы? Ты планируешь вернуться в свою лачугу в Бруклине? Или отправишься за решетку?

– Других вариантов у меня нет, – резко ответила она.

По непонятной причине на Рокко нахлынули воспоминания о том, как его, маленького мальчика, уводят из дома незнакомые люди.

– Все будет в порядке, – сказал он, словно вторя тем незнакомцам.

«Все будет в порядке».

Но с тех пор ничего в его жизни не было в порядке.

– Я уверена, что так и будет. – Взгляд ее карих глаз был пустым.

– Что тебя не устраивает? Ты была довольна, когда мы говорили об этом в прошлый раз. Ты была довольна сегодня утром.

– Но сейчас я одумалась, – ответила Чарити.

– Ты хочешь сказать, что прошедшие несколько недель, пока ты жила со мной, вынашивая моего ребенка и деля со мной постель, ты действовала неадекватно?

– Ты знаешь, о чем я говорю. – Она заморгала быстрее, ее карие глаза увлажнились. – В некотором смысле я не верю, что за последние четыре месяца в моей жизни столько всего произошло. И я не могу в это поверить. Ладно, забудь.

– Нет. Скажи мне.

– Иначе что? Ты отправишь меня в тюрьму?

– На твоем месте я бы поостерегся, – предупредил он.

– Зачем? Я же делаю все, о чем ты просишь.

Ее слова запали ему в душу. В ту пустоту, которая, как ему казалось, становилась все больше и больше. Пустота, которую он прятал от себя годами за счет статуса, коллекций ценных вещей и имущества. То, что происходило с ним сейчас, не могло никак заполнить эту пустоту.

– И ты продолжаешь это делать. – Рокко отвернулся от Чарити, и она положила руку на его предплечье, вцепившись пальцами в рукав его рубашки. – Что? – спросил он.

– Ты хочешь жениться на мне? – спросила она. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, и насторожился от силы эмоций в ее карих глазах. – Я имею в виду, ты хочешь быть со мной? Или ты делаешь это только для того, чтобы контролировать меня?

– Конечно, я хочу тебя контролировать.

– Ты будешь мне верным? – спросила она.

Рокко не задумывался об этом после их первоначального разговора, когда он заявил, что будет вести себя как обычно. Но, по правде говоря, у него не было никакого желания обладать другой женщиной.

– Да, а ты будешь верна мне, – сказал он.

– Это очередной приказ?

– Да, черт побери, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Ты не ответил на мой первый вопрос. Ты хочешь меня?

Он поднял руку и коснулся щеки Чарити, а потом обвел ее нижнюю губу большим пальцем. Ее губы были такими мягкими. Рокко постоянно желал ею обладать.

– Ты принадлежишь мне, – ответил он.

И с этими словами Рокко повернулся и вышел из комнаты.

* * *

Чарити смотрела вслед уходящему Рокко, чувствуя невыносимую тоску. Ее ноги начали дрожать, и она резко опустилась на пол, сминая платье.

Она посмотрела на свою руку – на кольцо, которое Рокко только что ей подарил. Он не надел его ей на палец. Конечно, она не позволила ему это сделать. Но, честно говоря, что хорошего в том, если мужчина надевает тебе на палец кольцо только после того, как ты его об этом попросишь? Рокко должен был сам захотеть надеть ей кольцо. При идеальных обстоятельствах так и было бы.

Но они живут не в идеальном мире. И их отношения несовершенны.

Чарити пришлось напоминать себе, что их отношения начались с шантажа и угроз. Но ей было трудно помнить об этом теперь, когда она так сблизилась с Рокко. Теперь, когда она чувствовала, что не сможет дышать, если его не будет рядом.

Проблема в том, что она хочет большего от их отношений. Она не желает быть его собственностью. Она хочет его любви. Поначалу ей нравилось, когда он говорил, что она принадлежит ему. Потому что никто и никогда не хотел ею обладать. Прежде она была никому не нужна. Чарити знала, что она всем в тягость и не заслуживает лучшей доли. Однако теперь она понимает, что его желание обладать ею не означает, будто он станет ее любить.

А она жаждала, чтобы он ее полюбил. Ей не нужны его отчаянная одержимость и желание обладать тем, что ему принадлежит.

Она хотела эмоций. И чувств.

Она желала, чтобы ее любили всю ее жизнь, и не хотела провести остаток жизни, безответно любя кого-то.

Чарити оказалась в ловушке.

Поэтому ей придется кое-что изменить.

Ничего не произойдет, пока она сидит здесь на коленях и мучается от душевных терзаний. Ну ладно, пусть у нее случился эмоциональный срыв, но она не беспомощна. А она ведет себя как беспомощный человек.

Поднявшись с пола, Чарити поправила платье, вышла из спальни и отправилась на поиски Рокко. Она не знала почему, но у нее возникло ощущение, что он ушел в свою комнату. Он никогда не приглашал ее в свою комнату. Это было одно из его священных пространств, которые он никому не показывал.

Вот и еще одно доказательство того, что он ее не любит. Он слишком многое от нее скрывает.

Чарити шла по коридору в направлении его комнаты, решительно стиснув зубы.

К счастью, на двери его спальни не было кодового замка. Она повернула ручку и распахнула дверь, входя без предупреждения. Рокко стоял у кровати, расстегивая манжеты на рукавах рубашки. Подняв голову, он повернулся к ней, когда она вошла, и злобно на нее посмотрел.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он.

– А почему бы мне сюда не войти? – спокойно произнесла она.

Он скрестил руки на широкой груди:

– Говори!

– Что, если я скажу, что не хочу выходить за тебя замуж?

– Я бы ответил, что это чертовски плохое решение. – Он опустил руки вдоль тела. – Это все?

– Я не хочу выходить за тебя замуж, – максимально решительно произнесла она.

– Почему ты говоришь мне об этом сейчас, стоя передо мной в этом платье? Все это похоже на запоздалый протест, тебе так не кажется?

Ее душа разрывалась. Чарити хотела приказать себе остановиться. Потому что она действительно хотела выйти замуж. Она желала стать женой Рокко. Она хотела провести с ним остаток жизни. Но не при таких обстоятельствах. Не из-за мести и угроз. Она хотела, чтобы он женился на ней по любви. Чтобы он тоже желал прожить с ней до конца своей жизни.

– По-моему, протестовать можно до тех пор, пока не произнесены брачные обеты. – Она глубоко вдохнула. – При нынешних обстоятельствах я не желаю выходить за тебя замуж.

– У тебя нет выбора, моя дорогая, – сказал он, поднимая руку и закатывая рукава рубашки до локтей. – Решение принято. И если ты не хочешь, чтобы я предъявил тебе обвинения…

– То есть ты по-прежнему мне угрожаешь?

– Ничего не поделаешь.

– Но я твоя пленница, – возразила она, – а не твоя избранница. Мне нужно, чтобы ты это понял.

Рокко протянул руку и схватил Чарити за запястье, поднимая ее руку вверх, чтобы продемонстрировать кольцо на ее пальце.

– Это свидетельствует об обратном, – заметил он.

– Но невеста может уйти, когда она захочет, без угрозы тюремного заключения. Заключенная уйти не может. Не лги себе, Рокко. Не притворяйся, будто это не так. Ничего не изменилось. Ты не изменился. Ты действуешь точно так же, как действовал в самом начале. Ты выдвигаешь требования и угрожаешь мне, если я с тобой не соглашаюсь. Хотя я хочу тебя, наши отношения всегда сопровождаются твоими угрозами. У меня никогда не будет выбора. Поэтому я говорю тебе сейчас, что я не хочу быть твоей женой.

Притянув Чарити к себе, он опустил голову и страстно припал к ее губам. Она поцеловала его в ответ, вкладывая в поцелуй и гнев, и любовь.

Оба тяжело дышали, когда отстранились друг от друга.

– Не имеет значения, чего ты хочешь, – сказал Рокко. – Ты будешь моей женой. Решение окончательное. А теперь выйди из моей комнаты и не входи сюда без приглашения.

Чарити сглотнула ком, который подступил к горлу от горя и страданий:

– Ладно. Раз мы достигли взаимопонимания.

– Ты единственная, кто должен понять, – сказал он.

Чарити кивнула, а затем повернулась и оставила Рокко в одиночестве в его комнате. На нее нахлынули печаль и сильное ощущение обреченности. Она понятия не имела, что ей теперь делать. Потому что она хотела быть с Рокко, но на своих условиях.

Она стремилась к тому, чтобы он испытывал к ней другие чувства. Но она не могла его заставить.

Чарити казалось, что жизнь с Рокко, который так жестко контролирует свои эмоции, будет намного более одинокой, чем без него.

Но она никогда об этом не узнает. Потому что у нее нет выбора. Хотя она все-таки сделала выбор. Она может уйти и бросить Рокко вызов, заставляя его доказать, что он в самом деле отправит ее в тюрьму. Она верила, что он не выдвинет ей обвинений, но все равно не могла рисковать. Она была виновата, вне всяких сомнений.

Разве ее тюремное заключение пойдет на пользу ребенку, которого она вынашивает?

Чарити не может покинуть Рокко, поэтому она останется вместе с ним. Но она хочет, чтобы он не сомневался в правильности своих поступков.

Она сказала Рокко правду. Ему нужна не жена, а пленница.

И похоже, он приготовил ей пожизненное заключение.