В 1901 г. рядом с несколькими дачами небольшого поселка Келломяки открыта долгожданная железнодорожная платформа. Через два года остановочный пункт преобразовали в станцию. К открытию платформ построили и небольшое деревянное здание вокзала. Одноэтажная постройка на высоком каменном фундаменте выходила к платформе. В центральной части находилась открытая веранда. Вокзал перестроили уже в 1920-х гг. – очевидно, он пострадал во время Гражданской войны в 1918 г. Постройка еще более упростилась – исчезли мало-мальские украшения фасадов, открытая центральная часть и нарядное крыльцо, украшенное деревянной резьбой. И этот вокзал не дожил до нашего времени, а существующее ныне небольшое каменное здание кассового павильона сооружено в 1950-х гг. Эта типовая постройка с колоннами сооружена также на станциях «Солнечное» и «Репино». На здании станции установлен барельеф со следующим текстом: «Выдающийся русский ботаник, академик В.Л. Комаров, в память которого названа ж. д. станция „Комарово“».

В наши дни остановочный пункт «Комарово» оборудован двумя боковыми платформами.

Станция «Келломяки»

«Келломяки». Вокзал

Келломяки, а так поселок и станция назывались с момента своего основания, переводится с финского языка как «Колокольная гора», и связано это название с местной легендой о близлежащем холме, на котором во время строительства железной дороги установили большой колокол (или шпалу), звук которого начинал и прерывал все работы.

В.Л. Комаров

До 1944 г. поселок Келломяки входил в состав Финской республики, а после присоединения его к Российской Федерации он получил новое имя (в 1948 г.) – в честь академика Владимира Леонтьевича Комарова, скончавшегося в 1945 г. В поселке стоит памятник прославленному ученому-ботанику работы скульптора Е.Н. Персидской.

Как дачное место поселок Келломяки привлекал множество петербуржцев, среди которых попадались и весьма известные люди. Так, загородные дом здесь имели балерина М.Ф. Кшесинская, придворный ювелир К. Фаберже, промышленник Г.Г. Борман, художник И.А. Владимиров и известный архитектор Г.В. Барановский. К 1917 г. в Келломяках насчитывалось более 800 дач, а население поселка в летнее время достигало 10 000 человек.

В 1906 г. для дачников возвели даже православную церковь Сошествия Святого Духа в русском стиле по проекту архитектора Н.Н. Никонова. Землю под храм решили покупать, но в итоге все обошлось иначе. Участок пожертвовал местный крестьянин Иван Сергеевич Соколов, а смежный участок отдал под церковь петербургский купец Павел Филиппович Устинов. Третий участок под церковь принадлежал штабс-капитану Александру Федоровичу Верещагину. Соединив вместе три участка, инициаторы строительства церкви получили нужную им территорию прямо в центре поселка, на правой стороне от железной дороги.

Свято-Духовская церковь

Всеми работами по возведению храма ведала строительная комиссия, председателем которой назначили протоиерея Петра Васильевича Поташева – настоятеля церкви. Строительство церкви осуществлялось по тем же принципам, что и приобретение участка, – каждый жертвовал то, что мог. Например, архитектор Николай Николаевич Никонов бесплатно создал проект и за наблюдение за строительством не взял ни копейки. Известный нам купец П.Ф. Устинов пожертвовал гранитные блоки для устройства фундамента, тысячу бревен для возведения стен и выделил наличные деньги. Гражданский инженер Сергей Петрович Кондратьев отдал церкви печи, которые бесплатно выложил Смолин. Так же поступили и другие участники строительства, а некоторые просто выделяли деньги.

Закладка храма прошла 18 июня 1906 г. при участии архиепископа Финляндского и Выборгского Сергия. Он же 27 августа того же года освятил готовый храм.

Церковь в русском стиле венчали 12 глав луковичной формы, окрашенных масляной краской. К основному объему здания примыкала шатровая колокольня с восьмигранной кровлей – в ней располагался главный вход в церковь. Кроме того, было устроено два дополнительных боковых входа. Оконные проемы устроены в три яруса, причем в алтарной части находится шесть окон, как и в центральном куполе. Резной сосновый иконостас покрашен масляной краской, а резные части и Царские врата покрыли сусальным золотом. Все иконы написаны на цинковых досках в стиле «строгановского иконописания». Изготовлением иконостаса и образов для него занималась известная фирма Оловянишникова, получившая за работу 1500 рублей.

К сожалению, храм сгорел в 1916 г., и его уже не восстановили.

Развитие поселка шло быстро, причем появлялась здесь и необходимая для круглогодичного проживания инфраструктура. В 1909 г. в двухэтажном каменном здании открыли четырехклассную русскую школу на 300 учащихся. В 1911 г. ей присвоили имя П.А. Столыпина. Финская школа появилась в Келломяках в 1917 г.

Санаторий «Тихий уголок»

В 1910 г. в Келломяках начал свою работу санаторий «Тихий уголок», принадлежащий Людмиле Яковлевне Криваксиной. Территория санатория находилась в двух с половиной верстах от железнодорожной станции, в конце Салиакской улицы. Для того чтобы попасть сюда на отдых и лечение, пациент проходил предварительное обследование у санаторского врача Р.И. Гайковича, принимавшего в Санкт-Петербурге по адресу: Суворовский пр., 36, по воскресеньям с 12 до 13 часов.

Стоимость проживания составляла от 10 до 40 рублей в месяц, а расходы на питание составляли 14 рублей (для детей – 7 рублей). За эту сумму пансионер получал ежедневно в 8 часов утра полбутылки молока. С 9 до 11 часов полагался чай, кофе или какао с закуской. Завтрак, а предыдущая еда в него не входила, состоял из одного горячего блюда и полбутылки молока или простокваши. Он подавался в 13 часов. В 17 часов в санатории обедали, и на стол подавалось три блюда. Вечером, в 20 часов, полагался чай с закуской, а в 22 часа вновь приносили полбутылки молока.

Белье, подушки, одеяла и полотенца пансионеры привозили с собой, и их стирка стоила денег, правда, небольших. Прием ванны обходился в среднем в 40 копеек, но баня раз в неделю предоставлялась бесплатно. Что касается оздоровительных процедур, то лекарства и минеральная вода продавались по общим ценам, то есть как в аптеках – санаторий не делал свою наценку. А врачебная гимнастика и местный массаж (одной части тела) стоил 10 рублей в месяц. Общий массаж обходился дороже – 25 рублей в месяц. Ценник, правда, не указывал количество процедур, но, скорее всего, массаж делали два раза в неделю.

Келломяки. Мельница

Развлекались отдыхающие довольно стандартно: книги, журналы, шашки, шахматы и так далее. На свежем воздухе играли в мячи или крокет, зимой катались на лыжах. Пение, танцы и игра на пианино проходили в общем зале с 18 до 22 часов, после чего пансионеры расходились по палатам.

По общей для дачных поселков традиции, управлением Келломяками занималось Общество содействия благоустройству дачной местности Келломяки, Кивинебского прихода, Выборгской губернии. Среди своих целей Общество декларировало то, что оно: «а) Наблюдает за санитарным состоянием местности, а также торговых помещений и доброкачественностью съестных припасов; б) Содействует устройству улиц и поддержания на них должного порядка, освещения, поливки и т. п.; в) Озабочивается открытием мест продажи предметов первой необходимости; г) Содействует Келломякскому пожарному обществу в проведении противопожарных мероприятий и изыскивает меры для охранения общественной безопасности; д) Входит в соглашение с собственниками земли, дачевладельцами и дачниками Келломяк для устройства морского пляжа, общественных купален и других необходимых приспособлений для удобства и развлечения жителей; е) Принимает на себя заботы по организации лекций, концертов, спектаклей, танцевальных вечеров, детских игр и гуляний и проч.». В остальном Устав Общества в Келломяках похож на Устав аналогичного Общества соседнего поселка Куоккала.

На даче

После Великой Отечественной войны Комарово остается популярным местом летнего отдыха – сюда приезжают ученые, писатели, композиторы и другие представители творческих профессий. Власти выделяют именно в Комарове участки для советской интеллигенции, а местные жители дают им точное название – «Академяк».

В разное время дачниками Комарова были писатели братья Стругацкие, писатель-фантаст И.А. Ефремов, поэтесса А.А. Ахматова, композиторы Д.Д. Шостакович и В.П. Соловьев-Седой. Дачи в Комарове имели артист Н.К. Черкасов, писатель Ю.П. Герман, а позднее и его сын – кинорежиссер А.Ю. Герман.

В начале августа 1961 г. в Комарове состоялось знакомство Анны Андреевны Ахматовой с молодым поэтом Иосифом Бродским, позднее неоднократно посещавшим ее дачный домик – знаменитую «Будку». Зимой 1962/63 гг. И.А. Бродский даже жил в Комарове, на даче биолога Р.Л. Берг.

«Будка»

В знаменитом Комаровском некрополе – местном кладбище нашли свой последний приют лучшие представители русской науки и культуры: гражданский инженер Г.В. Барановский, поэт А.А. Ахматова, художник В.Е. Савинский, академики Д.С. Лихачев и Н.П. Бехтерева, композитор В.Е. Баснер, музыкант С.А. Курехин, режиссер И.Е. Хейфиц и многие многие другие. Первое захоронение на кладбище в Келломяках появилось 17 ноября 1913 г. В этот день состоялись похороны Лидочки Максимовой, скончавшийся в возрасте одного года от воспаления легких.

В Комарове сохранился дом, в котором последние годы жила Анна Андреевна Ахматова. Типовая дача Литфонда, или – как ее называла Ахматова – «Будка», состояла из одной комнаты, небольшой кухоньки, коридора, веранды и двух крылец. Спала Анна Андреевна на топчане в углу комнаты, под одним краем которого вместо ножки лежали кирпичи.

А.А. Ахматова в Комарово (1964 г.)

О жизни Ахматовой в Комарово вспоминал поэт А. Найман: «…по утрам она выходила к завтраку свежая, как-то внезапно, и создавалось впечатление, что от вчерашней „спокойной ночи“ до сегодняшнего „доброго утра“ прошло время, в течение которого ей удалось побывать где-то в таком месте, о котором есть что порассказать, и что ей приятно после такой разлуки снова встретиться с друзьями.

С большой неохотой она выходила на единственную прогулку в день, хотя врачи настаивали на двух-трех. Маршрут был, как правило, до Озерной и обратно аллейкой, проложенной в сосновом лесу. В нескольких метрах от Озерной была низенькая скамейка, она ненадолго присаживалась и, продолжая разговор, начинала водить концом трости по земле влево и вправо, так что вскоре появлялся свободный от опавшей хвои сегмент чистой сероватой почвы. Было что-то завораживающее в этом похожем на качание стрелки метронома скольжении тонкой коричневой палочки и постепенном очищении черной земли, как бы грифельной доски, готовой для письма в окружении желтых иголок. Я ловил себя на том, что это неожиданно становилось существенней и интересней беседы, что под эти шаркающие звуки и вычерчивание дуг беседа может быть все равно какая.

<…>

Ей нравилось собирать грибы – вокруг дома и по дороге на озеро – и чистить их… Стоявший в ее комнате у окна ломберный столик служил и письменным столом, и обеденным – „застольная песенка“ описывает именно это двойное его употребление: „Под узорной скатертью не видать стола“, а дальше в стихах есть о том, что творилось на нем, как на письменном. Из гостиной комната вдруг превращалась в столовую. Когда приближалось время обеда, на столик набрасывалась скатерка, расставлялись приборы».

В дачном «поселке композиторов», входившем в состав Комарова, сохранившийся коттедж № 20 принадлежал композитору Дмитрию Дмитриевичу Шостаковичу. Еще в 1941 г. он получил в Комарове двухэтажный дом (Большой пр., 18), но занять его смог только в 1946 г. На протяжении шести лет, начиная с 1946 г., все летние месяцы Д.Д. Шостакович проводил на своей комаровской даче. Кабинет композитора располагался на веранде второго этажа, рядом находились спальня и детская. На первом этаже жила его мама, Софья Васильевна, и родители супруги. В Комарове маэстро создал такие произведения, как «Поэма о Родине» и оратория «Песнь о лесах». После 1952 г. Шостакович оставил этот дом и переехал на дачу отца своей супруги, Василия Васильевича Варзара, который построил дом в 4-м Курортном пер., 10, с большой комнатой на втором этаже. В ней Шостакович работал над 10-й симфонией.

После смерти жены в 1954 г. Шостакович не смог вернуться на дачу В.В. Варзара, так как все здесь напоминало ему о любимой женщине. Тогда Правление композиторской организации выделило ему тот самый коттедж № 20 – скромный одноэтажный домик из трех комнат с верандой.

Д.Д. Шостакович. Лето 1954 г.

В кабинете Шостаковича стояли большой рояль «Фёрстер», письменный стол у окна и диван у стены. Гостиную обставили мягкими креслами, сервантом и столиком с самоваром, позднее к этому незамысловатому убранству добавился телевизор. Рядом с гостиной находилась небольшая спаленка.

Как видно, советская власть не баловала деятелей культуры, в отличие от партийных руководителей и военных.

Келломяки – Комарово, как и многие поселки Карельского перешейка, сильно пострадал в XX столетии от нескольких войн и человеческого равнодушия последнего десятилетия.

Не сохранились до нашего времени многие исторические постройки. В 1998 г. полностью сгорела деревянная дача А. Фаберже. Разобрали на дрова дачу Лоховой (Кавалерийская ул., 6, лит. В), построенную в Келломяках в 1896 г. Сгорел в огне пожара дом статского советника Н.В. Соколова (ул. Лейтенантов, 27), стоявший в поселке с начала прошлого века. Ничего не осталось от построек в стиле модерн виллы Рено (Морская ул., 8) – только заброшенный парк с большим и каскадными прудами. Здесь долгое время сохранялось деревянное здание первого (или одного из первых) владельца участка Чижова. Территорию усадьбы Рено продали в частные руки в 2010 г.

Замок «Арфа»

К числу значительных утрат относится знаменитая дача архитектора Г.В. Барановского – замок «Арфа» (Harppulinna). Удивительная по легкости и красоте многоэтажная постройка с башней, террасами, верандами и балкончиками была настоящей жемчужиной поселка. «Замок» сгорел во время Зимней войны, а в настоящее время уже и территория усадьбы застраивается современными загородными домами.

Из сохранившихся построек прошлого стоит обратить внимание на каменный особняк в стиле модерн, сооруженный на участке Эргардта (Морская ул., 14) в начале XX столетия.

На этом мы прощаемся с Комаровом. Впереди нас ждет знакомство со станцией «Зеленогорск» – центром одноименного города, известного в прошлом как Терийоки.