Хогвартс, Больничное Крыло

Альбус спит на больничной койке. Обеспокоенный Гарри сидит около него. Над ними портрет заинтересованного доброжелательного человека. Гарри протирает глаза - встает - и идет по комнате. Он потягивается.

И затем он встречается глаза с картиной. Которая выглядит слегка удивленной. И Гарри тоже выглядит удивленным.

ГАРРИ: Профессор Дамблдор.

ДАМБЛДОР: Добрый вечер, Гарри.

ГАРРИ: Я скучал по Вам. Каждый раз, когда я заглядывал к директору в последнее время, Ваша рама была пустой.

ДАМБЛДОР: Ах, ну, в общем, мне действительно нравится заглядывать в другие мои портреты время от времени. (Он смотрит на Альбуса.) С ним все будет в порядке?

ГАРРИ: Он отсутствовал двадцать четыре часа, пока мадам Помфри смогла поработать над его рукой. Она сказала, что это очень странно, похоже, что она был сломана двадцать лет назад и приняла «самые противоположные» направления. Она говорит, что он будет в порядке.

ДАМБЛДОР: Представляю, как тяжело наблюдать за болезнью своего ребенка.

Гарри смотрит на Дамблдора, потом вниз на Альбуса.

ГАРРИ: Я никогда не спрашивал, что Вы думаете о том, что я назвал его в Вашу честь?

ДАМБЛДОР: Честно, Гарри, это тяжкий груз для бедного мальчика.

ГАРРИ: Мне нужна Ваша помощь. Мне нужен Ваш совет. Бэйн сказал, что Альбус в опасности. Как мне защитить своего сына, Дамблдор?

ДАМБЛДОР: Ты спрашиваешь меня, как защитить мальчика от большой опасности? Мы не можем защитить молодежь от беды. Боль должна и будет приходить.

ГАРРИ: Так я должен стоять и смотреть?

ДАМБЛДОР: Нет. Ты должен научить его, как встретить жизнь.

ГАРРИ: Как? Он не послушает.

ДАМБЛДОР: Возможно, он ждет от тебя ясности.

Гарри хмурится, пытаясь переварить это.

(С чувством.) Это - проклятие и благословение портретов... слышать. В школе, в Министерстве, я слышу людей, говорящих...

ГАРРИ: И что болтают обо мне и моем сыне?

ДАМБЛДОР: Не болтают. Беспокоятся. Потому, что вы боретесь. Что с ним трудно. Что он рассержен на тебя. У меня сложилось впечатление, что - возможно - ты ослеплен своей любовью к нему.

ГАРРИ: Ослеплен?

ДАМБЛДОР: Ты должен видеть его таким, какой он есть, Гарри. Ты должен увидеть то, что ранило его.

ГАРРИ: Разве я не вижу его таким, как он есть? Что ранило моего сына? (Он думает.) Или кто ранил моего сына?

АЛЬБУС (бормочет в его сне): Папа...

ГАРРИ: Это черное облако, это - кто-то, верно? Не что-то?

ДАМБЛДОР: В самом деле, разве мое мнение еще имеет значение? Я - краска и память, Гарри, краска и память. И у меня никогда не было сына.

ГАРРИ: Но мне нужен Ваш совет.

АЛЬБУС: Папа?

Гарри смотрит на Альбуса, затем назад на Дамблдора. Но Дамблдор исчез.

ГАРРИ: Нет, куда Вы ушли?

АЛЬБУС: Мы находимся в - больничном крыле?

Гарри обращает внимание на Альбуса.

ГАРРИ (сбит с толку): Да. И с тобой все будет в порядке. Мадам Помфри не была уверена, что прописать для полного выздоровления и сказала, что, пожалуй, ты должен есть побольше шоколада. Так как, ты не возражаешь, если я возьму немного? Мне есть, что тебе сказать, и я не думаю, что тебе это понравится.

Альбус смотрит на отца, что он должен сказать? Он решает не возражать.

АЛЬБУС: ОК. Я думаю.

Гарри берет немного шоколада, он откусывает большой кусок. Альбус смотрит на отца, смущенно.

Лучше?

ГАРРИ: Намного.

Он протягивает шоколад сыну. Альбус берет кусочек. Отец и сын жуют вместе.

Как рука?

Альбус сгибает руку.

АЛЬБУС: Отлично.

ГАРРИ (ласково): Куда вы шли, Альбус? Я не могу передать, что мы пережили. Твоя мама заболела от беспокойства...

Альбус думает, что соврать.

АЛЬБУС: Мы решили, что не хотим ехать в школу. Мы думали, что сможем начать заново - в Мире маглов. Мы поняли, что ошиблись. Мы возвращались в Хогвартс, когда вы нашли нас.

ГАРРИ: В форме Дурмстранга?

АЛЬБУС: Мантии были... Об этом - Скорпиус и я - мы не думали.

ГАРРИ: И почему - почему ты сбежал? Из-за меня? Из-за того, что я сказал?

АЛЬБУС: Я не знаю. Хогвартс не слишком приятное место, когда ты не вписываешься.

ГАРРИ: А Скорпиус - поощрял это?

АЛЬБУС: Скорпиус? Нет.

Гарри смотрит на Альбуса, пытаясь увидеть ауру вокруг него, глубоко задумавшись.

ГАРРИ: Я хочу, чтобы ты держался подальше от Скорпиуса Малфоя.

АЛЬБУС: Что? Скорпиуса?

ГАРРИ: Я не знаю, как вы подружились, но сейчас - мне нужно, чтобы ты...

АЛЬБУС: Мой лучший друг? Мой единственный друг?

ГАРРИ: Он опасен.

АЛЬБУС: Скорпиус? Опасен? Ты видел его? Папа, если ты в самом деле думаешь, что он - сын Волан-де-Морта...

ГАРРИ: Я не знаю, кто он, я просто знаю, что ты должен держаться подальше от него. Бэйн сказал мне...

АЛЬБУС: Что за Бэйн?

ГАРРИ: Кентавр с великим даром предсказаний. Он сказал, что вокруг тебя есть черное облако и...

АЛЬБУС: Черное облако?

ГАРРИ: И у меня есть очень серьезные основания полагать, что Темная Магия возвращается, и я должен защитить тебя от нее. Защитить от него. Защитить от Скорпиуса.

Альбус мгновение колеблется, затем его лицо каменеет.

АЛЬБУС: А если я не буду? Избегать его?

Гарри смотрит на сына, быстро соображая.

ГАРРИ: Существует карта. Раньше она использовалась теми, кто хотел пошалить. Теперь мы собираемся использовать ее, чтобы бдительно следить - постоянно - за тобой. Профессор Макгонагалл будет следить за каждым твоим движением. В любое время, когда вас заметят вместе - она примчится - в любое время, когда ты попытаешься покинуть Хогвартс - она примчится. Я ожидаю, что ты отправишься на уроки - ни один из которых у тебя теперь не будет общим со Скорпиусом, а между занятиями, ты будешь оставаться в общей комнате Гриффиндора!

АЛЬБУС: Ты не можешь заставить меня пойти в Гриффиндор! Я в Слизерине!

ГАРРИ: Не играй в игры, Альбус, ты знаешь, на каком ты факультете. Если она найдет тебя со Скорпиусом, то я наложу заклятье, которое позволит мне видеть и слышать каждое твое движение, каждый твой разговор. Тем временем в моем отделе начнется расследование относительно его истинного происхождения.

АЛЬБУС (срывается на крик): Но, папа - ты не можешь - это просто не...

ГАРРИ: Я долго думал, что я не был достаточно хорошим отцом для тебя, потому что ты не любил меня. И только теперь, я понимаю, что мне не нужно, чтобы ты любил меня, мне нужно, чтобы ты слушался меня, потому что я - твой отец, и мне действительно виднее. Я сожалею, Альбус. Это единственный путь.