Когда Пьетро Ночера вскрывал завещание Тито, при этом присутствовала только Мод, с красными от слез глазами.

Тито ясно написал: «лишаю себя жизни». И лишил себя жизни из за нее.

В первый раз в своей жизни Мод почувствовала угрызение совести.

– Если бы я была более верной или делала вид, что верна ему, то…

– Не думайте об этом – успокаивал ее Ночера. – Угрызение совести самая бесполезная вещь. Лучше идите домой и ложитесь спать. С похоронами я сам все устрою.

Мод поцеловалз еще раз лоб Тито, подмазала кармином губы и пошла к себе домой, туда, где она проводила детские годы, и где пахло едой.

Из уважение к ее горю отец деликатно спросил, какой костюм лучше всего надеть на похороны.