– Возможно. Если будешь в тех краях, приезжай навестить меня. Прощай.

И быстро побежал по лестнице подземной железной дороги.

Таинственный сундук Тер-Грегорианц, хранивший в себе прошлое обладательницы его, был наполнен золотыми монетами. Когда Калантан сказала Тито: «он наполнен золотыми монетами», тот раccмеелся и заметил:

– Какое ты дитя! Такие вещи бывают только в романах или немецких фильмах.

Тогда Калантаи раccказала свою историю:

– Мой муж был очень богат. Он владел неисчерпаемыми нефтяными источниками и рыбными промыслами в Персии.

– Знаю.

– Его страшно тяготила жизнь. Ничто не привязывало его, ничто не интересовало. Он относился совершенно безразлично к семье и дому. Самой большой его страстью были путешествия, и все же путешествовал он очень немного. Самые большие поездки были Париж-Берлин, Париж-Лондон, Париж-Брюссель. После месячного отсутствия, он возвращался домой.

«Ему очень нравились кокотки. Думаю, что все, более или менее известные звезды этого жанра, прошли через его руки.

«Я нравилась ему с большими промежутками. В первое время нашего супружества я очень нравилась ему, хотя за мной числился большой недостаток, а именно то, что я была его жена.

«Чтобы получить иллюзию того, что я не жена ему, он платил мне. Всякий раз, как я принимала

124

его у себя, он опускал в эту шкатулку какую-нибудь золотую монету. Он утверждал, что это облагораживает супружеские отношения.

– И никто не старался взломать эту шкатулку?

– У меня верные слуги. При том же никто не подозревает, что в ней находится золото.

– В ней наверное несколько десятков тысяч франков.

– Пожалуй, с полмиллиона.

Тито подошел к шкатулке и попробовал поднять ее: это оказалось не так-то легко: жилы надулись на лбу и на шее.

– Бедняжка! – сказала Калантан, посадила его рядом с собой и стала гладить его руки.

– Видишь ли, эта шкатулка хранит твое прошлое, и я ревную тебя к ней. Я хотел бы, чтобы до меня ты никому не принадлежала. Каждая из этих монет служит доказательством тех ласк и наслаждений, которые ты расточала другим.

– Что за важность? – удивилась Калантан, целуя его в глаза, принявшие злое выражение. Ты настоящий мой повелитель. Мой муж пользовался только своим правом. Мои любовники? Да я и не помню их, потому что чувствую наслаждение только в твоих объятиях. Впрочем, прошлое кануло в вечность и не принадлежит нам!

Тито освободил свои руки из рук Калантан.

Прошлое не принадлежит нам.

Та же фраза, которую сказала и Мод. Обе женщины, одна с долин реки По, другая с раccелин Кавказcких гор, чтобы утешить его, употребляют одну и ту же фразу.

О, как был прав его приетель, который решил поступить в монастырь!

И в душе своей Тито был возмущен против Калантан, которой нисколько не претило то, что муж смотрел на нее, как на проститутку.