Перед выездом мама позвонила Супрунковым по телефону, и Зинаида Иосифовна с Анжелой нас уже с нетерпением ждали. Папа — Супрунков был, как всегда, на своей важной работе в банке.

Увидев, как я одет, Супрунковы только переглянулись и улыбнулись.

— Какой хорошенький плащик! — воскликнула Анжела. — Какое хорошенькое платье!.. Ты сегодня опять работаешь моделью?.. Или это уже твой новый сценический костюм?..

— Нет, это мое собственное платье. Просто я так отдыхаю.

— В платье?.. Классно! Мне тоже больше нравится носить платья, чем шорты и все прочее.

В самом деле, сегодня Анжела была в легком платье из голубого ситца в белый горошек. Платье было довольно длинное, и в нем она выглядела старше, чем я в своем коротком малышовском платье.

Анжела подумала, очевидно, о том же.

— Вчера ты выглядел как–то по–другому. — сказала она. — А сегодня… Сегодня ты одет как маленькая девочка!..

Я похлопал глазками и сделал наивное лицо, в самом деле как у маленькой девочки. И еще руками я как бы смущенно затеребил подол своего платьица.

Анжела хихикнула, и, помявшись, спросила мою маму:

— А трусики у него там тоже такие… фантазийные?..

— Ой, какие же там у меня трусики?.. — подыграл я ее интересу. — Надо срочно посмотреть!..

И, приподняв подол платья, принялся с преувеличенным вниманием разглядывать свои резинки и оборки. Само собой, они сразу стали видны и Анжеле.

Искоса взглянув ей в лицо, я увидел, как оно порозовело.

Но вздохнула Анжела с облегчением. Еще вчера ей так хотелось увидеть, что же у меня там надето под платьем!.. Вот я и пошел ей навстречу. Чтоб не мучить человека секретами…

Наши мамы переглянулись, и Зинаида Иосифовна сказала Анжеле:

— Ну, увидела наконец–то!.. Довольна теперь?..

Анжела снова хихикнула, но кивнула головой и вправду с очень довольным видом.

— Они такие хорошенькие… — пробормотала она. — Я тоже такие хочу!..

— А мы попросим Татьяну Ивановну, и она тебе сошьет. Сошьете, Татьяна Ивановна?..

— Запросто!.. Хоть целый десяток.

— Договорились! — воскликнула Анжела. — Десяток! И чтобы все были вот такие же, фантазийные и разные!..

— Все–то у тебя хорошенькое!.. — заметил я.

— Конечно. А самый хорошенький — это ты!.. — вдруг сказала Анжела. — Так и хочется взять тебя на ручки!..

И вот тут я почувствовал, что краснею. С чего бы это?.. Раньше ни в каких ситуациях я не терял самообладания!.. Я даже не сумел найти остроумную реплику на это заявление Анжелы.

Надо же — «взять на ручки!..» Сама такого же роста и возраста, как и я, и вдруг — «на ручки!..»

В то же время слова Анжелы вызвали во мне какое–то очень приятное чувство. Хорошо стало у меня на душе. И сердце забилось с каким–то новым ритмом…

Тут я поймал мамин взгляд. Она смотрела на меня с мягкой улыбкой, и было понятно, что она читает мое состояние как открытую книжку.

— Для твоих ручек Слава будет, пожалуй, тяжеловат! — заметила Зинаида Иосифовна.

— Ничего, я сильная! — бодро заявила Анжела.

— Ну, на Славу насмотрелись, теперь давайте посмотрим, что у меня в этой сумке. — сказала моя мама.

Анжела взглянула на мамину сумку с недоверием.

— Неужели там уже готовое платье?.. Сумка такая маленькая!.. А оно там не помялось?..

— Ну, во–первых, там не одно платье, а несколько! — сказала мама. — Целых пять. И я тебя уверяю, они не помялись.

— Целых пять!.. — изумилась Анжела. — Как же они там уместились?!..

— Очень просто!.. Давайте пройдем туда, где есть стол.

Мы все прошли в комнату, в которой все вместе беседовали вчера — в ту самую комнату, где я показывал нашим хозяевам сценку с «формидабль садовником».

Здесь мама поставила свою сумку на стол, и извлекла из нее…

Пять одинаковых маленьких кукол, на каждой из которых было надето нарядное платьице!.. Мама усадила всех кукол полукругом на стол, и я подумал, что Анжеле будет довольно трудно выбрать одно платье из пяти.

Ведь все вместе эти кукольные платьица, а точнее, модели, составляли ансамбль, или, как говорят кутюрье, «единую коллекцию». То есть между ними всеми было что–то общее, хотя все они были разными. Впрочем, описать их в деталях я не возьмусь. Знаний не хватает!.. Хотя и мне было ясно, что платья сделаны очень смело, необычно, ярко. Покрой их был одновременно и простой, и выразительный. Какие–то диагональные линии. Какие–то геометрические рисунки. И тут же — мягкие окружности. И аппликация. И удивительные сочетания красок

Поэтому каждое платье было по–своему привлекательным.

— Какая… какая прелесть!.. — восхищенно прошептала Зинаида Иосифовна. — И когда только вы их успели сшить?!..

А Анжела только и смогла, что воскликнуть:

— Ах!..

И, открыв рот, она вытаращила глаза, прижала руки к подбородку и замерла, как изваяние, уставившись на этих кукол в платьях.

На какое–то время она явно потеряла дар речи.

Мы тоже замерли, не двигаясь и почти не дыша, чтобы дать ей возможность прийти в себя.

— Какие… Какие они чудненькие!.. — пробормотала, наконец, Анжела, протягивая руки и осторожно прикасаясь к платьицу каждой куколки. — Какие они красивенькие!.. Какие они!..

И Анжела вновь замолчала, глубоко дыша.

— Ну, я думаю, ты должна выбрать из этих пяти какое–то одно!.. — сказала Зинаида Иосифовна.

— Что, вот так сразу?.. — растерянно пробормотала Анжела. — Одно из пяти?!.. Вот так сразу я не могу!.. Мне надо подумать.

— Ну, думай! — пожала плечами Зинаида Иосифовна. — А мы пока с Татьяной Ивановной и Славой пойдем в столовую. Я угощу их чем–нибудь вкусненьким!..

— Нет, Слава пускай со мной останется! — быстро сказала Анжела. — Вам и так будет о чем поговорить вдвоем!..

— Почему это он должен оставаться с тобой?.. Что он будет с тобой делать?..

— Он поможет мне думать и выбирать, вот.

— Как же это у него получится, интересно?.. — спросила Зинаида Иосифовна с иронией. — Это ведь не ему предстоит идти на утре… то есть на выпускной бал, а тебе. Это не для него предназначается какое–то из этих платьев, а для тебя!..

— Между прочим, в таком платье он тоже смотрелся бы очень даже ничего!.. — вдруг сказала Анжела.

И опять хихикнула.

Зинаида Иосифовна вздохнула.

— Вот она, возможность выбора!.. — сказала она, обращаясь к моей маме. — Надо было сделать всего одну модель, и никаких проблем бы не было!..

— Всего одну модель?.. — повторила мама. — Нет, это не в моем стиле! К тому же это было бы и не профессионально.

Зинаида Иосифовна вновь повернулась к дочери.

— Все–таки мне страшно интересно, чем же Слава поможет тебе в выборе?..

Анжела думала недолго.

— А мы сейчас возмьмем всех этих куколок и поиграем с ними. И все станет ясно!..

И Анжела тут же осторожно взяла со стола трех кукол из пяти.

Осторожно держа их в руках, она сказала:

— А ты, Славочка, возьми вот этих двух. Все, пошли.

Повернувшись к нашим мамам, она сказала:

— Вы тоже идите, идите в столовую! Поболтайте там о своем, о женском, то–се… Чайку попейте. А мы тут со Славой сами разберемся!..

Зинаида Иосифовна пожала плечами.

— Ну, пусть будет так. Пойдемте, Татьяна Ивановна.

И наши мамы пошли в одну сторону, а мы — в другую.