В сумерках деревня выглядела темным пятном, нанесенным на склон над горным потоком. Хассил включил экран ночного видения, и довольно четко стали видны дома с широкими крышами и навесами со стороны фасадов.

Внешние балки были выкрашены красно-коричневой краской. Посреди деревни, на обширной площади, высилась белая стена с округленным верхом, от которой, чуть ниже, отходила другая стена, перпендикулярная ей. Со всех сторон сюда сходились стада овец, быков и других незнакомых координаторам животных.

Они поджидали, пока все животные возвратятся в свои стойла, чтобы не напугать их, а затем гравилет вертикально опустился на площадь. Подошли несколько мужчин, которых вел юный пастух. Все они были высокого роста, поджарые, но широкоплечие, их лица повторяли характерные черты молодого васка. Худощавый, державшийся прямо старик с украшенным резьбой посохом в руках подошел к гравилету.

— Чужеземцы,вы пришли с миром, и земля васков будет гостеприимной для вас. Однако вы не васки и не можете на ней обосноваться, по крайней мере пока не попросите убежища, — сказал он торжественно.

— Я не имею желания здесь обосноваться, — ответил Акки.

Старик улыбнулся.

— Эти слова в качестве Хранителя обычаев я обязан был вам сказать. Теперь позвольте мне вас поблагодарить за то, что вы спасли моего внука Икера. И сказать вам также, что в наших хрониках известны только три случая, когда тареков убивали ножом. Два первых были убиты Предком!

— Мне повезло,и мой друг Хассил прибыл вовремя, чтобы добить зверя, прежде чем он смог убить меня.

— Икер мне сказал, что у вас есть к нам поручение. Каким бы оно ни было, все должен решать Совет долин. До того как он соберется, вы будете моими гостями.

Дом возвышался над потоком, через который был перекинут каменный мост. Спустившаяся ночь оказалась полной незнакомых звуков — гула реки, криков домашних животных, отдаленного завывания незнакомых зверей, охотившихся в горах, голосов мужчин, смеха детей. Все это под красноватым светом Луоны создавало для Акки новую картину, весьма отличную от всего того, что было ему знакомо по другим местам. Это не было ни безмятежным покоем Эллы, где не увидишь стоящих рядом трех домов, ни исполненным силы спокойствием городов на Арборе, ни гордой беззаботностью Новатерры. Тем более это не было трусливым молчанием Вермонта, столицы берандийцев, которую тревожила лишь перекличка часовых, и уж совсем не шло в сравнение с давящей необъятностью, которую он когда-то испытал в степях Дзеи, где ночной ветер шептался в травах и краснел огонь у входа в пещеры палеолита. Это просто спустилась ночь на пасторальную цивилизацию, вечерний покой, когда вернулись стада и закончены работы, люди наслаждались досугом перед сном. Неясно вначале, а затем вполне осознанно ему захотелось хотя бы на время насладиться этим покоем.

Дом был просторный, обставленный деревянной резной мебелью. Они уселись на скамьи вокруг массивного стола. На зов старика вошли две женщины.

Одна- средних лет,высокая и стройная, в ней, пожалуй, было больше величия, чем изящества. Похоже, раньше она была очень красивой. Вторая — совсем юная, тонкая и гибкая, с черными как ночь волосами и темными глазами, черты ее лица, хотя и не совсем правильные, имели особую прелесть, освещенную тайнами души.

— Моя сестра. Моя внучка Арчи. Это все, что осталось от семьи Иригарай, еще Икер и я сам. Остальные…

Он повернулся к Роану.

— Остальные были убиты вашими! О!! Я вас не обвиняю в смерти моих троих сыновей, они пали в боях. Но моя жена и их мать… Их уничтожила одна из ваших экспедиций; в то время мы жили ниже, ближе к границе. Мне известно, что это были не ваши люди, граф Роан, я знаю вас и знаю также, что вы никогда не допускали, чтобы ваши солдаты убивали женщин и детей. Но другие… Ваш барон Неталь, например…

— Мне тоже предстоит свести с ним счеты, как только закончится моя миссия, — сказал Акки. — Известно ли вам, что этот Неталь повелел убить герцога Берандии и захватил власть?

— Нет. Это слишком серьезно и означает скорую войну. Что случилось с юной герцогиней?

— Ей удалось бежать с помощью капитана лучников…

— И с вашей, сеньор, — прервал Роан.

— Это не важно. Она постарается найти убежище у изгнанников.

— Хм! — сказал васк. — Среди изгнанников есть жестокие люди, было бы лучше попросить убежище у нас.

— Поверьте, она может сделать это, лишь потеряв последнюю надежду. Мы должны попытаться найти ее в течение нескольких дней.

Женщины подали золотистый медовый напиток.

— За успех вашей миссии,чужеземцы, если она не будет враждебной для нас! — сказал старый Иригарай. — И за войну тоже. Пусть она будет победной. И за будущее Берандии. Пусть ею правят справедливые люди!

На столе на длинном блюде дымилась почти целая оленья туша. Глиняные тарелки были немного грубоватыми, но красивой формы.

— Сможет ли ваш друг, похожий на бринна, разделить с нами трапезу? — обеспокоился васк. — Бринны совсем не могут есть нашу пищу.

— Хассил может есть это мясо. Ни один из продуктов, которые мы употребляем в пищу, не ядовит для него. В противном случае и нам пришлось бы избегать их пищи.

Акки с удивлением отметил, что женщина средних лет занимала почетное место и правила за столом. Однако все то, что он успел заметить в деревне, не говорило о матриархате.

— Вы окажете нам честь, расположившись на ночлег под нашей крышей, чужеземцы? — спросила она. — Места у нас, к несчастью, хватает.

— Благодарю вас, — ответил Акки.

Дворцовый переворот в Вермонте и все, что могло его сблизить с васками, было сейчас насущно необходимо. Он почувствовал, как что-то коснулось его ноги, наклонился и взял на руки небольшое животное.

— Это миссдольс! Нет, земной кот!

Кошка запротестовала, выгнула спину и зашипела.

— Не сделайте ему больно, чужеземец! — крикнула девушка. — Это мой кот!

— Да я и не хотел этого! Посмотрите.

Успокоенный, кот свернулся калачиком у него на коленях.

— У нас, на нашей планете, тоже есть кошки.

— А где ваша планета? — спросил старик.

— Далеко, очень далеко. Я обо всем этом расскажу на вашем Совете долин; я понял, так называется ваше правительство.

— Какое правительство? У нас нет правительства! Васки свободный народ!

— Как же вы разрешаете споры между деревнями или между людьми?

— Совет выслушивает противные стороны, сравнивает и принимает решение.

— И оно соблюдается?

— И да и нет. Если нет, то тем хуже для того, кто не подчиняется. Он сам себя исключает из общества, и никто с ним не разговаривает до тех пор, пока он не подчинится.

В течение какого-то времени они ели молча. Акки чувствовал атмосферу спокойной уверенности, которая исходила от обитателей этого дома. Хассил это тоже почувствовал и сказал:

— Они делают честь твоей расе, Акки.

— Не будем судить строго. В Берандии тоже есть славные люди.

По окончании обеда они уселись возле большого камина, где потрескивали дрова. Была еще весна, и в горах ночи стояли прохладные. Открылась дверь, вошел молодой мужчина. Он тоже был высокого роста и полностью повторял этнический тип хозяев. Иригарай его представил:

— Отсо Иратзабаль, он скоро станет моим внуком.

Юноша сел рядом с девушкой, и между ними сразу же начался оживленный разговор. Отсо вернулся из разведки на нижних территориях. Близ берандийской границы он заметил сосредоточение войск, как раз возле входа в долину, которая вела к деревне.

— Вы не боитесь, что вас атакуют этой же ночью? — спросил Акки.

— Нет. Им прежде надо преодолеть теснины Аррит-заменди, которые постоянно охраняются. Или же они должны идти в обход, через перевал Уршило и плато Ордоки. Дальше к северу проход через Эзюретаколепоа, но у бриннов там большие силы, это для них священное место, несмотря на то что находится оно на земле васков. С нашего согласия они его усиленно охраняют. Нет, берандийцам, чтобы стать реальной угрозой, понадобилось бы недели две. До тех пор соберется совет, и мы снова ударим по ним.

— Хотел бы и я так думать, — спокойно сказал Хассил.

Гнев отразился на лицах васков; Акки с удивлением взглянул на исса.

— Оружие предков, Акки. Теперь, когда Неталь стал герцогом, ключи от арсенала у него. Это он должен был сделать в первую очередь.

Акки поморщился.

— Действительно, Иригарай, мы не подумали об этом. У них осталось, о чем мне рассказал герцог, кое-какое оружие, привезенное с Земли, хотя я не знаю, что это за оружие.

— Они его никогда не использовали против нас. А вот бринны, те испытывали на себе его силу, но не возвращались, а потому не могли рассказать что-либо об этом оружии, — озабоченно сказал старый васк.

— Я его знаю,- вмешался Роан.- Я побывал в арсенале при старом герцоге, дедушке Анны. Там имеется оружие, похожее на ваши фульгураторы, Акки. Вполне возможно,оно неисправное, хотя в Берандии, конечно, ходят другие слухи! Имеются также ружья,пулеметы,пушки и большое количество боеприпасов для них!

— Но вы будете на нашей стороне, не так ли?- сказал Иратзабаль, повернувшись к Акки.

Смущенный координатор попытался выиграть время.

— В этой войне в настоящее время мои симпатии на вашей стороне. Но вначале мы должны рассказать вашему совету о задачах нашей миссии и услышать его версию всей вашей истории. Берандийцы обвиняют вас в том, что вы не помогли им, когда они терпели бедствие…

— Это ложь! Мы им предложили нашу помощь при условии, конечно, что они признают наш суверенитет на этой земле, оставят свои машины и будут следовать Жизненному Пути!

— А также, чтобы они не уничтожали наших союзников бриннов, что они уже начали делать, — добавил юный Икер.

— Это правда, Роан?

— Отчасти.Действительно, состоялись переговоры между их и нашими предками, переговоры, которые не имели успеха. Условия, поставленные васками, были жесткими, вы это могли видеть. Наши предки были горды и отказались.

— Они были глупы,- вмешался Икер.

Старый васк выпрямился во весь свой рост.

— Спокойно, Икер! Нельзя ругать изгнанника, который попросил убежища и который к тому же пожилой человек!

Юноша с достоинством поклонился.

— Извините мне мою молодую горячность, господин Роан.

— Тем не менее вы правы. Они были глупы, и не только потому, что не хотели принять ваши законы, но и потому, что пытались навязать вам свои, а главным образом потому, что плохо обращались с бриннами.

— Прошлое мертво! Уже поздно, и наши гости устали. Завтра свет засверкает на вершинах! Идемте спать, — сказал, как отрезал, старый васк.

Акки просыпался с трудом. Он с любопытством рассматривал коричневые балки потолка, выбеленные известью стены, массивную мебель. Он хорошо выспался на постели с чистыми простынями из грубой ткани. Тут же, на другой постели, Хассил тихонько насвистывал исскую мелодию, раздражающую своей сложностью. Было довольно светло, и вся деревня была уже на ногах. Координаторы быстро оделись и прошли в общий зал. Иригарай их уже ждал там.

— Совет соберется как можно скорее и состоится здесь в вашу честь. Ночью были зажжены призывные огни, так что члены совета предупреждены.

— Сколько времени им потребуется, чтобы прибыть?

— Относительно немного — для тех, кто в долинах. Семь долин расположены в виде звезды, и деревни находятся в верхней их части. Проходы в эту пору нетрудные. Но тем, кто из порта Биарриц, потребуется дней десять. Вы уже ели? Арчи!

Девушка вошла, и Акки впервые смог разглядеть ее днем, а не при свете масляных ламп.Она была так же по-своему красива, как и герцогиня Анна; почти того же возраста, такая же сильная, уверенная в себе, но более спокойная. Арчи поставила перед ними мясо и черный хлеб, а также графин с напитком, который васки получали из плодов одной из лиан с красными листьями.

За дверью мелькнула тень, и появился Отсо. Он почтительно обратился к старому Иригараю:

— Отец, не могли бы вы попросить чужеземцев переместить их металлическую птицу, которая находится перед фронтоном?

Старик объяснил, что площадка, на которой они приземлились, предназначена для игры в мяч, а поскольку был день отдыха, то, кроме часовых в их горных гнездах и кузнецов, кующих оружие, никто из мужчин не работал.

— Охотно. Где нам можно его посадить так, чтобы он не мешал?

— На лугу.

— Я иду, — сказал Хассил.

Гравилет поднялся по вертикали. Четверо юношей подошли и начали игру. Акки с восхищением смотрел на их гибкие и ловкие тела. Действительно, эти васки были прекрасным образцом землян. И хотя Акки не отличался склонностью к древней философии, он предпочитал античную философию васков берандийской средневековой каше. Самым быстрым и самым подвижным, самым уверенным был, бесспорно, Отсо, и самым спокойным тоже. У него не срывалось ни жеста досады, ни бранного слова, когда он случайно пропускал мяч.

Партия окончилась.

— Могу я попробовать? — поднялся Акки.

Удивленные васки посмотрели друг на друга,затем один из них, смеясь, протянул ему мяч. Акки взвесил его на руке, ощупал. Мяч был очень твердым, обтянутым кожей. Он подбросил его вверх и резко ударил. Мяч стукнулся о фронтон и отскочил. Он оказался именно там, где нужно, чтобы его вновь подхватить. Один из юношей вступил в игру, и несколько минут они обменивались быстрыми ударами. Отсо подошел к Акки:

— Похоже, игра вам знакома?

— Она же пришла к вам с Земли, не так ли?

— Да, но она всегда была нашей игрой. Другие земляне приняли ее и играли в нее более или менее сносно…

— Мы на нашей планете тоже ее знаем.

— Хотите, сыграем настоящую партию?

— Каковы ваши правила?

Отсо объяснил их.

— Они незначительно отличаются от наших. Согласен.

Несмотря на то что на Новатерре Акки был чемпионом по играм в пелот, он скоро заметил, что ему придется иметь дело с сильным соперником. Его напарником был совсем юный игрок, а им пришлось состязаться с Отсо и еще одним васком постарше. Долгое время игра была безрезультатной. В конце концов он проиграл, но весьма почетно. Весь в поту, Акки направился к скамейке, чтобы сесть, и с удивлением остановился. Добрая половина деревни собралась здесь и смотрела на него. Улыбаясь, Отсо приблизился к Акки.

— Вы очень сильный. Вы заслуживаете быть васком. — Он отошел, чтобы найти в толпе Арчи.

— Знаете ли вы, что состязались с чемпионом Семи долин? — спросил старый Иригарай. — И если бы Арам-битз, игрок вашей команды, не был бы так юн, вы, возможно, выиграли бы. Я не знаю цели вашей миссии, но начали вы ее хорошо.

Акки улыбнулся про себя: «Инструкция для молодых координаторов. Глава II, параграф 6. Одно из самых несомненных средств завоевать доверие какого-либо простого народа- это отличиться в одной из их игр. Однако не следует слишком стараться и нельзя побеждать местного чемпиона, кроме случаев, касающихся необходимого престижа».

По правде говоря,его поражение не было притворным. Отсо в действительности был сильнее. Но он тоже достаточно поволновался, чтобы завоевать его уважение, не вызывая ревности.

Когда вернулся Хассил, на площадке их сменили другие.

— Гравилет на месте, готов к вылету, если необходимо. Я сделал небольшой осмотр леса. Почти невозможно что-либо увидеть, но мне все же удалось заметить по дыму лагерные стоянки. Пять больших, внизу у входа в долину со стороны Берандии, и одна маленькая, очень далеко. Возможно, это Бушеран с герцогиней.

— Следовало бы спуститься и удостовериться. Лес в эту пору не место для юной девушки, даже если это такой маленький демон, как Анна, и с нею два или три верных человека, готовых пожертвовать собой.

— Там не было поляны, дымок едва пробивался сквозь ветви деревьев.

Так прошло пятнадцать дней. За это время Акки освоился с примитивной жизнью своих хозяев. И хотя война нависла над сообществом, здесь, казалось, ничто не изменилось. Каждое утро юные пастухи уходили в ближние горы, продолжались полевые работы. Только труба кузницы дымила с рассвета до темна и звонкий стук молотов свидетельствовал об их лихорадочной деятельности. Тем не менее по вечерам мужчины собирались, чтобы потренироваться в стрельбе из лука или метании из пращи. Акки часто принимал участие в этих упражнениях и снова завоевал уважение васков, посылая почти все стрелы в цель. Время от времени разведчики поднимались наверх, принося последние новости. Все больше берандийских сил скапливалось у границы. Не раз координаторы вылетали на гравилете в надежде найти Анну и ее спутников, но лесной покров был очень плотным, и они ничего не смогли заметить.

Затем наступил день совета. Акки в то утро засмотрелся на четырех васков, с азартом игравших в пелот. Звук горна прозвучал над долиной, люди стали собираться.

— Делегаты из долины Сара, — сказал Иригарай. — Это наши ближайшие соседи.

Игра закончилась, люди занялись более серьезными приготовлениями. Сидя у порога своих домов, они осматривали оружие: большие луки, кожаные пращи, короткие кинжалы, боевые топоры, тяжелые острые мечи. В кузнице звон молотов, казалось, усилился.

Подошел Отсо и положил правую руку на плечо Акки. Одного роста, они представляли собой два различных типа: васк — широкоплечий, с узкой талией и тонкими, несмотря на широкие скулы, чертами лица, с орлиным носом и острыми темными глазами; Акки- светловолосый, с серыми, слегка раскосыми глазами, которые выдавали его частичную принадлежность к предкам по линии синзунов, а не землян, с чеканными чертами лица, прямым носом и выступающей челюстью. Похоже, он был на добрых двадцать килограммов тяжелее.

— Чужеземец, это война! Наши часовые заметили берандийскую армию. Она разделена на две части; одна, меньшая, поднимается к нашим долинам, а большая часть продвигается к северу и начала атаку на бриннов, чтобы затем повернуть в нашу сторону через плато. Совет вскоре соберется, чтобы выслушать ваше сообщение, но в любом случае он должен был собраться из-за войны. Ваш приход позволил нам выиграть время.

Затем он резко обратился к нему на «ты»:

— Будешь ли ты сражаться на нашей стороне? Ты жил в Берандии, и ты должен был спасаться бегством от этих собак. Ты знаешь, чего они стоят. Если они победят,то на свободных землях васков будет рабство для наших женщин, смерть нашим старикам и нашим детям! О, мы уверены, что победим, если они не будут применять противозаконное оружие. Но если они используют адское оружие своих проклятых предков,которое они им передали, воспользуешься ли ты своим против них? Я полагаю, что их оружие будет словно зубы собаки против стального клинка?

— Лучше сравнить их с зубами мыши. Но я надеюсь, что войны не будет. Я прибыл, чтобы покончить с войнами на этой планете.

Отсо разразился смехом.

— Ты же жил в Берандии! Мы с радостью обойдемся без войны! Но они? Что они будут делать без своих рабов, эти изнеженные горожане?

— Изнеженные? Не настолько, Отсо, и опасность именно в этом.

— О да! Они отважны в битве, это верно, но, кроме сражений, они ничего не хотят делать!Они охотятся только ради удовольствия, а вовсе не потому, чтобы обеспечить себя едой, и,если охота неудачна, они возвращаются со смехом! Они не пашут землю, не пасут скот, не ткут ткани! Все это за них делают рабы!

— Не только рабы, простые люди тоже. Я полагаю, у них есть храбрые моряки.

— Да, это верно. Однако наши отважнее, по крайней, мере те, кто берет их суда на абордаж.

— У них тоже есть несколько знающих людей, таких, как Роан, которые стараются познать тайны природы…

Отсо поколебался с ответом.

— Разве они правы? Предок говорил, что тайны природы не должны быть у нее вырваны, из этого ничего хорошего для человека не получится.

— Мы пытаемся вызнать у природы возможно больше ее тайн, и это очень хорошо. Иначе мислики… Впрочем, об этом я буду говорить на вашем совете. А вы сами, разве вы не испытываете любопытства? Разве вам не хочется узнать, к примеру, почему и как растут растения?

— Конечно, иногда. Но Предок говорил, что знание делает человека жадным и злым.

— Я в это не верю. Человек может быть злым независимо от того, кто он, ученый или невежда. Безусловно, если он ученый, он станет более опасным. Но зато добрый человек будет располагать большим могуществом для того, чтобы делать добро.

— Возможно.Это не мне решать. Так будешь ли ты сражаться на нашей стороне?

— Нет, Отсо. Я не имею права вмешиваться в распри между жителями планеты, на которой нахожусь, разве что для их прекращения. Но я могу обещать одно: если берандийцы станут использовать против вас высокотехническое оружие, я сделаю так, что это оружие станет для них бесполезным. Это все, что я могу сделать, по крайней мере если сам не буду атакован. В последнем случае я, безусловно, буду защищаться. Каковы ваши отношения с бриннами? Правда ли, что они каннибалы?

Васк на какое-то время задумался.

— Наши отношения? Хорошие.Нам принадлежат горы и море, им- равнина и леса. Праотец вступил в союз с ними, еще в самом начале. С тех пор этот союз не нарушался. Я много раз охотился вместе с ними. Некоторые животные, которых они убивают, съедобны и для нас. Не все. Я полагаю, что в дружбе они верны. Что касается того, каннибалы они или нет, — не знаю. Во всяком случае, они никогда не ели васков. У них, говорят, есть обычай приносить в жертву людей, но свидетельств этого я никогда не видел.

— Они живут в деревнях?

— Иногда. Чаще в пещерах, рядом с Тремя озерами. Их оружие из камня.

Снова прозвучал сигнал трубы, теперь делегации прибывали одна за другой. На площади их ожидала плотная толпа. Были накрыты большие столы для общего обеда, который должен был предшествовать заседанию совета. Столы расставили в тени огромного дерева с густой листвой.

— Я хотел просить вас еще об одном, Отсо. Я вам объяснил, каким образом я могу сделать так,чтобы вы меня понимали. Но для того, чтобы говорить сразу с несколькими людьми, мне было бы удобнее знать ваш язык. У меня в гравилете есть аппарат, который позволяет его изучить за тридцать секунд, если вы захотите мне помочь.Он соединит нас, и, если вы в этот момент подумаете о том, каким образом говорят что-то на вашем языке, я получу доступ к вашим языковым центрам и немедленно буду знать язык васков. Вы согласны?

— А я, буду ли я знать ваш язык?

— Если вы этого захотите, но зачем это вам сейчас?

— Хорошо, я согласен.

Обед подходил к концу. Акки был удивлен его скромностью: жареное мясо, чистая вода. По всей вероятности, васки не хотели начинать совет с полным желудком и туманной головой. Женщины убрали со столов, которые затем вместе с тяжелыми скамьями были сдвинуты в виде подковы. Мало-помалу вся площадь вокруг тенистого дерева опустела,девушки, женщины и дети ушли.Акки поднялся, за ним Хассил; они тоже попытались уйти. Старый высокий васк задержал их.

— Ты, чужеземец с золотистыми волосами, ты спас жизнь одного из васков ценой собственной крови. Ты, кто похож на наших друзей бриннов, ты его товарищ. Согласно нашему закону вы можете присутствовать на заседании совета. Кроме того, если верить Иригараю, у вас есть что сказать нам.

Акки сел и увидел рядом с собой Отсо.

— Почему вы проводите заседание под открытым небом? Разве у вас нет достаточно просторного зала?

— В доме командуют женщины. Снаружи- мужчины, и это хорошо. Предок этого пожелал в своей мудрости.

— А если испортится погода?

— Тогда для этого наверху есть пещера. Теперь помолчим. Будет говорить Хранитель.

Иригарай как Хранитель, пригласивший совет деревни, занял почетное место в середине подковообразного стола.

— Братья, на старой планете изначально жил гордый и свободный народ васков. Однако в то время как он оставался верен мудрости предков, другие народы вокруг, вступив в союз с демонами и позаимствовав у них их магию, построили машины, которые упразднили труд людей. Но в то же время эти машины уничтожили их достоинство. Люди превратились в рабов машин, целые дни питая их или управляя ими, вместо того чтобы жить просто, на просторе, как должно жить людям.Соблазны такой жизни без усилий привлекли и васков, и мало-помалу они тоже изменили Истине. Тогда среди них восстал один человек. На старой планете битва была проиграна. И вот тогда он, в свою очередь позаимствовав колдовство демонов, построил огромную машину, способную преодолеть небесную бездну, и, заботливо выбрав себе друзей и подруг, отправился с ними на поиски свободной земли!

Долгое время они блуждали, не находя ее, приземляясь там и здесь, беря на других планетах хороших или полезных животных («Вот откуда появился олень-прыгун!»- подумал Акки), и наконец прибыли на планету, которая им подходила, вот на эту, где мы живем. Они высадились на плато Ордоки и построили первую деревню. Тогда Предок отправил машину одну в бесконечность, чтобы никто не мог вернуться на старую Землю и никто бы не знал, куда делись васки!

Так они жили в течение одного поколения, свободные, борясь с враждебной природой. На закате своей жизни Предок обнаружил бриннов и вступил с ними в союз, который никогда не прерывался.

Однажды в нашем небе появились пять машин. Плохо управляемые, они разбились на восточном берегу, а одна из них, что упала в Соленое болото, взорвалась. Но чужеземцы не погибли и начали строить поселки.

Мы могли бы их уничтожить, когда они были еще слабы, но закон гласит: «Не пролей человеческую кровь!» Итак, мы их не убили, напротив, мы предложили им объединиться с нами и пойти вместе по Пути Жизни.Они отказались и предложили нам вступить в союз с ними,чтобы строить их города. Конечно, мы не согласились и оставили их с миром, попросив только об одном: не трогать наши горные земли.

Но вскоре мы познали всю их гнусность. Племена бриннов, которые жили на территориях, куда они попали, были уничтожены или превращены в рабов. Даже некоторые сограждане пришельцев стали тоже крепостными, а их вожди, вместо того чтобы быть избранными и утвержденными народом, стали наследственными тиранами.

Вскоре по самым ничтожным поводам они стали нападать на нас.Пролилась кровь, их и наша.С тех пор мы за ними следим с опасением и время от времени нам приходится напоминать им, что васки свободный народ!

Не все, однако, прогнило, и последние годы мы стали обретать надежду на долгий мир.На этот раз герцогом Берандии стал разумный и добрый человек, его поддержали наиболее сильные вассалы, граф Роан и талантливый и честный полководец Бушеран, одна из бабушек которого была ваской, отчего он и принял звание Бушеран де Мон,- Бушеран-горец. К несчастью, мы узнали от чужеземцев, которые присутствуют на нашем совете, что герцог убит, капитан Бушеран стал беженцем, а граф Роан попросил убежище у нас.

Пронесся возглас удивления.

— Кто же правит в Берандии? Вы думаете, Анна? Нет. Герцогиня сама стала беженкой,когда благодаря этим чужеземцам осознала ужас войны. Новым герцогом стал Онфрей де Неталь.Кровавый мясник!Вы знаете, что за этим кроется! Война, и на этот раз война решительная и безжалостная. Войска Берандии скопились у подножия наших гор. Я объявляю совет открытым.

Наступила тишина. Лица мужчин посерьезнели — предстояло решать будущее своего народа. Наконец один из делегатов спросил:

— Я полагаю, что на этот раз они используют все имеющееся у них оружие?

— Вполне возможно.

— Это означает только одно: много смертей, большой траур!

— Чужеземцы обещали мне нейтрализовать это оружие, — сказал Отсо.

— По силам ли им?

— Они прибыли из другого мира, Хореги. Они смогут.

Все повернулись к Акки.

— Я это сделаю, — медленно произнес он. — Но прежде, если вы позволите, я должен вам сказать о другом.

— Говори!

Вновь Акки изложил цель своей миссии. Он говорил о всем человечестве, разбросанном по многочисленным планетам, о могущественном Союзе, похожей на конфедерацию Семи долин в том смысле, что она была союзом свободных народов независимо от того, зеленую или голубую кожу имеют ее люди. Он также говорил о космической угрозе мисликов, о беспощадной борьбе, которую ведут люди против этих исчадий ада. Наконец он изложил свою задачу: покончить со всеми войнами на Нерате,как между васками и берандийцами, так и между берандийцами и бриннами. Он также рассказал прямо и резко о Стальном Законе, который требует, чтобы на одной планете было только одно человечество.

Лица присутствующих становились все более замкнутыми и суровыми.

— Почему ты хочешь, чтобы мы покинули этот мир?- крикнул ему Отсо.- Этот мир наш! Мы его завоевали нашими потом и кровью! Эти долины- единственный наш мир!

— А бринны, Отсо? Этот мир, возможно, с большим правом принадлежит им?

— Но мы не стремимся отнять его у них! Им принадлежат леса и равнины, нам — горы и море!

— Сегодня, Отсо, сегодня! И я не сомневаюсь в вашей искренности, во всех вас. Ну, а завтра? Что будут делать ваши потомки через сотню поколений, ваши потомки… и потомки бриннов? Что вы сделаете, если они потребуют себе всю планету, где зародилась их раса?

— Никогда васки…

— Что говорил только что Хранитель? На планете прародителей сами васки развратились! Кто знает, не произойдет ли в будущем то же самое здесь?

Мощный гул голосов: «Никогда!» — прервал его. Старый Иригарай встал.

— Никогда не говорите- «Никогда!». Есть правда в том, что васки тоже могут развратиться, как сказал чужеземец. Есть правда и в том, что этот мир наш по праву вложенного труда и страданий.Правда,что мы покинули Землю, чтобы жить, как свободные люди, и что мы от этого не отступимся! И правда, наконец, то, что мы не знаем, что будут думать праправнуки бриннов, тех, кто живет сейчас, и наши потомки!

Резким жестом он оборвал новый взрыв протестов, затем повернулся к Акки:

— Итак, вы предлагаете нам войти в ваш Союз, отказаться от жизни, которую мы выбрали, построить машины, чтобы помочь вам в вашей борьбе против ваших врагов. Не так ли?

— Не совсем. Есть две стороны проблемы. Первая касается борьбы, которую Союз Человеческих Миров ведет против мисликов, наших главных врагов, но также врагов и всех тех, кто живет жизнью, похожей на нашу, жизнью, которая требует света и тепла. Вы можете войти или не входить в наш Союз, вы можете продолжать или нет ваш образ жизни, речь идет не о том, чтобы как-то принудить вас. Вторая сторона следующая: не желая того, вы создали на этой планете пусть в меньшей степени, чем берандийцы, но тем не менее достаточно серьезное положение, которое потенциально опасно и нетерпимо. Возможность биологического смешения между бриннами и вами исключена.Через сто лет, через тысячу лет- не важно, одна раса будет мешать другой, и между вами начнется война. Возможно, к тому времени ваши обычаи изменятся, может быть, вы построите машины или это сделают бринны. Это вас приведет к космическим завоеваниям, а опыт показывает, что воинственная раса ведет войны повсюду, куда она попадает. Этого мы не потерпим!

— Так что же вы предлагаете? Уничтожить нас для того, чтобы не рисковать тем, что наши праправнуки станут уничтожать бриннов?

— Нет, конечно! В космическом пространстве очень много планет, на которых можно жить, таких же прекрасных и даже более красивых, чем эта, где еще не получила развития ни одна разумная раса. Мы можем вас переправить на одну из них…

— Но почему нас? Разве мы не принадлежим этому миру, мы, кто живет здесь уже двадцать поколений?

— Потому что бринны здесь живут еще дольше, потому что их раса зародилась здесь, потому что это их мир! Но не принимайте мои слова как ультиматум. Речь идет не о том, чтобы вас переселить завтра! Две или три человеческих жизни могут пройти до того, как это переселение осуществится, если оно вообще произойдет.

— Если это произойдет? — раздался голос.

— Да, если произойдет. Мы еще не видели бриннов, и, возможно, в случае их согласия они покинут эту планету, а не вы. Таким образом, у вас есть время все обдумать. Прошу вас, не принимайте быстрых решений и не считайте меня своим врагом!

Поднялся Калаондо, пожилой васк гигантского роста.

— В том, что сказал чужеземец, есть своя мудрость, и моральные требования его Союза сливаются со словами Предка: «Не пролей напрасно даже каплю человеческой крови». Но сейчас мы стоим перед более срочной проблемой. Враг рядом,у нашего порога.Нет никаких сомнений в его намерениях. Он вторгнется в наши земли на восьмой-десятый день. Мы должны опередить его, если это возможно, и остановить, пока он не вошел в наши долины, пока не начал жечь наши овчарни и наши деревни. Завтра первый день мая, и только в случае нападения с его стороны мы откроем военные действия. Я голосую за то, чтобы сразу после полуночи мы сами начали бой. Кто за мое предложение?

Все встали.

— Таким образом, мы находимся в состоянии войны с Берандией. Надо создать боевые отряды.Пусть каждая деревня выберет своего военного командира. Оружие должно быть наготове! Теперь назначим верховного вождя!

— Иратзабаля!

— Нет, Эррекальта!

— Барандиарана!

Минут десять все старались перекричать друг друга. В конце концов Калаондо удалось добиться относительной тишины.

— Вы назвали три имени трех человек, равных между собой, и сделать выбор между ними будет нелегко. Тем не менее есть довод, который склоняет чашу весов в сторону одного из них. Чужеземцы обещали свою помощь Отсо.

Повернувшись, он подмигнул Акки.

— Нет уверенности в том,что они сделают для других то, что обещали сделать для своего друга Отсо Иратзабаля.

Акки согласно кивнул. Старый васк пытался выиграть время и избежать ссоры.

Наступил вечер. Дискуссия продолжалась еще несколько минут, затем согласие было достигнуто: главнокомандующим стал Отсо Иратзабаль. Посланцы поднялись и стали готовиться к возвращению в свои деревни, чтобы воспользоваться светом Луоны. Однако старый Калаондо из Сары, которая была совсем рядом, решил провести ночь у Иригарая. Они вновь собрались вокруг семейного стола.

— Я благодарю вас, чужеземцы, за то, что вы не раскрыли мою хитрость, — сказал старый васк.- Без вашей поддержки мы бы спорили до утренней зари о заслугах того или иного вождя и потеряли бы таким образом драгоценное время. Я честно думаю, что ты лучший из возможных вождей,- закончил он,повернувшись к Отсо.

— Это большая честь и большая ответственность, — медленно произнес Отсо. — Впервые берандийцы попытаются использовать против нас все свое оружие. Как ты думаешь его нейтрализовать, Акки?

— Это старое изобретение наших друзей иссов. Спроси об этом Хассила.

— О, это просто! Как только они попытаются его использовать, я обезврежу их снаряды с помощью лучей, которые разложат на части химические компоненты взрывчатки. Может быть, они их даже подорвут. Все зависит от состава.

— Разве для этого вам не нужно прежде их осмотреть?

— Нет. Достаточно, чтобы я знал их расположение с точностью до нескольких десятков метров, а они сами себя обнаружат после первого же выстрела.

— И все их оружие будет уничтожено?

— Любое оружие на основе химических взрывчатых веществ. А вот если они имеют фульгураторы, это будет гораздо труднее. Но применение такого оружия против первобытных народов рассматривается Союзом как преступление, и тогда мы вправе вмешаться с помощью нашего собственного оружия, если это потребуется.

— Мы примерно знаем размещение их войск. Почему бы не использовать ваши лучи сейчас?

— Таким образом мы станем вашими союзниками,Отсо, а мы не вправе атаковать первыми.

— Если бы вы целиком были на нашей стороне, берандийцы были бы быстро побеждены и не было бы войны.Разве вы не этого хотите? Люди погибнут из-за вашей ошибки.

— Да! Я это знаю!- сказал Акки.- Но хотя я и считаю, что вы морально намного выше среднего берандийца, это вовсе не означает, что вы совершенны! Я еще недостаточно знаю вас, чтобы судить, и, содействуя вам, могу заменить одно зло на другое.Извините меня за резкие слова и за то, что я показал себя -что еще хуже- неблагодарным и грубым гостем. Но если мы, координаторы, начнем вставать на чью-либо сторону в битвах на планетах с примитивной жизнью, мы скоро станем принимать участие и в сражениях на планетах менее примитивных.Ведь мы люди,и наши симпатии склоняют нас на чью-либо сторону.Не исключено, что мы сможем вам помочь, хотя бы немного, даже если берандийцы не применят своего усовершенствованного оружия. Может быть… Но, скажите мне, вот вы здесь говорили, что завтра первый день мая. Какое-либо особое событие связано с этой датой? Вы сохраняете земные названия месяцев?

— Это наш главный праздник, чужеземец, и завтра должно было состояться большое шествие, так как завтра- десятая годовщина мира между долинами. И к тому же- мы высадились здесь первого мая. Завтра праздник Земли и Воды, праздник молодежи. И хотя он буде омрачен обстоятельствами, надеюсь, он вам понравится.

— Я не заметил особых приготовлений.

— Ах! Вы думаете о развлечениях, подобных тем, что видели у берандийцев, — с праздничными пирами, фанфарами и знаменами? Нет, чужеземец, наш праздник в сердцах людей!