Под гравилетом проносились долины,изрезанные вершины гор,укрытые облаками. Дальше впереди змеился между обрывами ледник, сверкая под лучами восходящего солнца. Гравилет пролетел над ним, прошел над высоким горным хребтом и спустился по спирали к плоскогорью.

— Никаких признаков жизни!

— А, вот и ты, Хассил! Как себя чувствует Роан?

— Теперь лучше, но было плохо. Пришлось применить биогенное облучение. Ему потребуется несколько дней отдыха.

— Тем лучше. Он один из немногих на этой планете, кто чего-либо стоит. Я был бы сильно огорчен, если бы он умер.

— Герцогиня, Акки?

— Мы ничем не можем ей сейчас помочь. Они должны находиться в лесу. И заметить их будет невозможно. Мы их отыщем позднее. Я доверяю Бушерану. Кажется, их никто не преследует, они намного ушли вперед, и их не могли сразу схватить. Впрочем, полагаю, Неталь хвастал, когда утверждал, что вся Берандия предана ему. Мы сейчас должны выполнить вторую часть нашего поручения, но если васки принадлежат к тому же типу, что и берандийцы, то я хорошо знаю, каким будет мое решение!

— Вон там на склоне какие-то животные! И человек, как мне кажется.

— Вижу! Спускаемся.

Гравилет бесшумно спикировал, скользнул по наклонному лугу и остановился. Акки спрыгнул на землю.

— Хассил, ты останешься с Роаном, а я пойду на разведку.

Он проскользнул между большими обломками скал на склоне. Трава под ногами была ярко-зеленой и мягкой, такой знакомой, почти неотличимой от травы Новатерры или Арбора. Лишний раз он удивился отсутствию воображения у природы. Нужно было знать, что именно здесь проявился необходимый результат единства физико-химических законов всего мироздания, и эта констатация его всегда удивляла.Конечно, существуют другие миры,где в атмосфере хлора,метана или аммиака развились существа, весьма отличные от него самого,- ксенобы. Однако на планетах земного типа высшие формы жизни были всегда близки. Конечно, кталлы имели шесть конечностей и шесть глаз, но их метаболизм в значительной мере совпадал с метаболизмом людей и кровь их была красной.Иссы имели зеленую кровь,но были очень похожи на людей, несмотря на свои семь пальцев.Люди-насекомые имели себе подобных, но менее развитых на Земле-I или на Арборе. Мислики… Да, конечно, мислики… Но принадлежат ли они этой Вселенной?

Веселый голос, зовущий кого-то или какое-то животное, вывел его из задумчивости. Спрятавшись, он выглянул из-за скалы. Это оказался юноша, почти мальчик, высокого роста, но еще не окрепший. Он был в одежде из кожи, оставлявшей открытыми руки и худощавые ноги с развитой мускулатурой. Очень темные спутанные волосы нависали над его треугольным лицом с широкими скулами, длинным носом с горбинкой и выступающим подбородком. Он играл с собакой, и животное прыгало, пытаясь схватить палку, которую юноша держал довольно высоко.

— Апорт, Ламина, апорт!

Палка описала дугу, пролетела над Акки и ударилась о землю. Собака побежала, затормозила всеми четырьмя лапами, раскрыла пасть, чтобы схватить палку, затем, подняв голову, стала принюхиваться. Коротко тявкнув, она замерла возле Акки и оскалилась, показав клыки.

— Ну что, Ламина, ты несешь ее?

Собака зарычала. Юноша прыгнул за скалу и появился вновь уже с луком в руках. Он приближался, держа стрелу наготове. Акки вышел из своего убежища, подняв руки и демонстрируя мирные намерения. Выражение подозрительности промелькнуло на лице юноши, он слегка натянул лук и резким голосом спросил на звучном языке, который координатор слышал впервые:

— Кто вы? Откуда пришли? Что вам надо?

— Я Акки Клэр, я пришел с миром с одной далекой планеты. Я хочу вступить в контакт с вашим народом.

— Мы тоже прибыли, но уже очень давно с далекой планеты. Берандийцы тоже, и мы ничего не хотим ни от них,ни, возможно, от вас! Мы покинули старый мир, чтобы навсегда оборвать все связи с другими людьми, людьми, которые вышли на дорогу смерти! Мы не хотим никакого общения с чужеземными, кроме тех, кто готов принять дорогу жизни. Каким путем следуете вы, чужеземец?

Акки улыбнулся, позабавившись, и опустил руки.

— Руки! Быстро, иначе выстрелю!

Лук был натянут, стрела наготове. Раздосадованный, Акки вспомнил, что он не включил активатор поля,который делал его неуязвимым. Решимость юноши была очевидна, и он, не колеблясь, мог бы его убить. Беззвучно координатор вызвал Хассила.Расстояние было небольшим, и он надеялся, что с помощью усиливающей повязки друг услышит его.

— Не стреляйте, юноша. Повторяю, я пришел с миром. У меня весьма важное поручение к вашему народу, поручение, которое может изменить или закрепить навсегда ваш образ жизни.

— Наш образ жизни был определен раз и навсегда прародителем. Кто вы такой, чтобы говорить свободному народу о смене образа жизни?

— Даже свободные народы… — начал Акки. — Осторожно! — закричал он.

Позади юноши показалась чудовищная тварь. Высотой метра в два, покрытая черными волосами, она имела вид сплющенного шара и держалась на двух рядах коротких, почти невидимых ног. Три маленьких глаза сверкали сквозь короткую шерсть над огромной красной пастью, где блестели желтые заостренные зубы.

Васк обернулся и с криком: «Это тарек!»- спустил стрелу. Она вонзилась в волосатое тело до самого оперения. Торопливо он выхватил из колчана другую стрелу и крикнул:

— Бегите! Бегите!

В мгновение животное из шара превратилось в длинную черную гусеницу и прыгнуло, будто спущенная пружина. Юноша свалился под ее тяжестью. Акки лихорадочно ощупывал пояс, пытаясь найти отсутствующий фульгуратор.

Собака, которая до этой минуты, дрожа, с рычанием ползала по траве, бросилась на помощь хозяину. С ужасом Акки увидел, как огромная пасть открылась и собака исчезла в ней.

Медленно покачиваясь,гусеница сползла с человеческого тела, которое она накрывала, и схватила его двумя короткими цепкими лапами.Не переставая посылать Хассилу безнадежные призывы, Акки выхватил из ножен кинжал и двинулся навстречу животному.

Животное замерло и подобралось. Он не оставил ему времени прыгнуть, скользнул в сторону и ударил изо всех сил. Эластичная оболочка легко поддалась острию кинжала, и струя зеленой крови брызнула Акки в глаза. Он выдернул лезвие и с отчаянием безнадежности нанес еще несколько ударов, прорезая длинные борозды в теле чудовища.Наконец животное упало. Его бок был искромсан, но это не лишило чудовище сил, оно снова прыгнуло. Акки, присев, с трудом отразил атаку и почувствовал, как что-то острое рвет ему плечо.Он выпрямился с ножом наготове и все еще шатаясь. Возле самого уха прошел тонкий голубой луч, и он услышал, словно небесную музыку, тонкий звон фульгуратора. Тарек судорожно сжался под смертоносным лучом и свернулся в шар.Запахло горелым мясом, но Хассил выключил луч только тогда, когда животное превратилось в обугленную массу. Акки почувствовал глухое покалывание в плече, увидел опрокинувшееся небо и потерял сознание.

Он проснулся, лежа под знакомым прожектором биогенной установки. Повернул голову: плечо было опухшим и синим, но боль прошла. Рядом лежал васк. Хассил управлял прибором, меняя силу облучения. Ощущение покоя охватило Акки, и он погрузился в сон.

Когда он снова пришел в себя,прожектор был отключен, а Хассил сидел рядом, возле операционного стола.

— Я сделал все, что мог, но потребовалось много времени! Ты двенадцать часов оставался без сознания, пришлось превысить шестикратную дозу!

— Шестикратную? Но тогда…

— Тогда хорошо бы, чтобы после нашего возвращения ты провел какое-то время в лечебном центре Рессана, чтобы уничтожить те беспорядочные клетки, которые могут развиваться. Я не знаю, что за яд у этого ужасного животного, но, к счастью,он замедленного действия,однако организму его очень трудно побороть. Я боялся, что придется тебя погрузить в анабиоз и сразу же возвращаться…

— Что с юношей?

— Он еще спит. Но с ним было проще. У него было сломано несколько косточек, так что ему вполне хватило двух доз.

— Роан?

— Я здесь, дорогой друг. Ваши научные достижения действительно чудесны. Никогда никто не выживал после укуса асниса, или сюжегорри, как их иногда называют васки, тарек- его название на языке бриннов.К счастью, эти животные редки и живут обычно гораздо дальше к югу.

Акки поднялся.

— Где мы, Хассил?

— На высоте четырех тысяч метров, если использовать новатеррианскую систему мер. На восемь бруннов, говорим мы на Элле. Точно над местом твоей героической битвы. Я остался здесь, чтобы посмотреть: возможно, кого-либо обеспокоит судьба нашего юного друга. Пока еще никто не появился. Смотри-ка, он просыпается!

Васк протирал глаза, оглядываясь вокруг себя.

— Может, я умер? — мечтательно спросил он. — Может, я у предков? Да нет, здесь машины, а там не должно быть машин!

Какое-то время он смотрел на Хассила, потом на Роана и наконец на Акки.

— Вам удалось спастись, чужеземец? А я… меня же он задел! Тогда я должен быть мертвым!

— Вы живы. Мой друг Хассил вовремя прибыл на помощь и убил тарека.

— Я прибыл слишком поздно, — сказал исс.- Хорошо, что Акки убил животное ножом, чтобы спасти вас, при этом почти расставшись с жизнью.

Он послал Акки свою мысль: «Хватит скромничать! Так оно и было, и это нам пригодится для наших будущих отношений с его народом, пусть он это знает!»

— Ножом?! Вы его убили ножом?!

— Нет, только ранил. Хассил его прикончил фульгуратором.

— Если вы его ранили, это все равно что убили, он не сможет выжить.

— В таком случае это сделали вы вашей стрелой!

Васк с раздражением пожал плечами.

— Откуда же вы прибыли? Стрелой нельзя убить тарека, если не попасть ему в сердце.Иначе рана будет слишком маленькой, кровь не будет течь и он выживет. Нужен нож, но очень редко кто может смертельно ранить тарека и остаться живым!

Жестом, полным благородства, он протянул вперед руки.

— Вы спасли мне жизнь! Если вы не из берандийцев, я буду вам обязан до тех пор, пока не смогу сам отплатить тем же, и буду вашим другом на всю жизнь.

— А если бы я был берандийцем?

— Тогда я должен вам только цену за себя- пять слитков золота.

Он повернулся к Роану.

— А это берандиец. Что он здесь делает?

— Он был вынужден бежать со своей родины.

— Он просит убежища?

— Во имя Земли, я прошу убежища, — медленно произнес Роан.

— Тогда ступайте с миром.

— Что все это означает? — спросил Акки.

— Это означает, мой дорогой друг,- ответил берандиец,- что для того, чтобы вам избежать неприятностей, а также потому, что я не разделяю предубеждений моего народа в отношении васков, я попросил у них гостеприимства, обязуясь этим никогда не брать в руки оружия против них. Что делает меня по отношению к прежней Берандии вечным изгнанником.

— Что-то подобное существовало у кренов, до объединения их мира, — сказал Хассил. — Все первобытные, или почти первобытные, народы дают убежище врагам по их просьбе.

Юноша размышлял.

— Как же так- вы, не будучи берандийцем,и вот он,кто походит на бринна, не будучи им, так хорошо говорите на языке васков? Что касается его,- он указал на Роана, — это неудивительно. Некоторые берандийцы знают наш язык.

— Мы не говорим на вашем языке, — ответил Акки и объяснил, как они могут обмениваться мыслями.

Молодой человек с удивлением слушал.

— У вас поручение, которое вы должны исполнить? Позвольте мне доложить об этом Совету долин.

— Мы можем передвигаться быстрее с помощью нашего гравилета.

Они прошли к пульту управления, и Хассил включил внешний экран. Далеко внизу обозначились степи, по которым двигались какие-то животные.

— Мои овцы! — закричал васк. — Мы же летим словно орлы!

— Орлы? — спросил координатор. — Это же земная птица, или вы дали это название каким-то летающим формам этой планеты?

— Это земные птицы. — Васк гордо вскинул голову. — Там, где живут васки, живут орлы. Предки привезли их с собой. Мы их кормили до тех пор, пока дикие земные животные расплодились настолько, чтобы орлам было чем питаться на воле. Впрочем, теперь они могут питаться также животными этой планеты, во всяком случае некоторыми, совсем как мы. Высадите меня на землю, я должен отогнать свое стадо, день уже заканчивается.

— Сможете ли вы нас проводить к вашему народу?

— Я должен отогнать свое стадо. Деревня находится в верхней долине, за этой горой. Вас там хорошо примут… если я смогу прибыть раньше вас.

— Отлично. Мы будем следить за вами сверху.