Когда Константин коснулся ее губ, Изабель почувствовала, что между ними ничего не изменилось и что ее тело реагирует на его ласки так же страстно, как и два года назад. Все вокруг словно исчезло, остались только музыка и мужчина, у которого был ключ к ее сердцу. Его поцелуй был таким нежным, что слезы навернулись у нее на глаза. Ей показалось, что она возвратилась домой после долгого путешествия.

– Расступитесь! – услышала она чей-то голос словно издалека, а смех, раздавшийся в ответ, вдруг вернул Изабель к реальности.

Она отшатнулась от Константина и с ужасом поняла, что вся публика на танцполе с интересом наблюдает за ними. Вспышка камеры заставила ее окончательно очнуться и понять, что произошло.

– Прессе это явно понравится, – пробормотала она и пришла в ярость, увидев довольное выражение лица Константина. – Фотографии с нами завтра будут во всех газетах. Журналистам не потребуется много времени, чтобы выяснить, что мы женаты. Потом они начнут копаться, почему мы не жили вместе последние два года!

Он пожал плечами:

– Ну и в чем проблема? Мы просто объясним, что в наших отношениях был сложный период, а теперь мы снова вместе.

– Но мы не вместе! – Ее глаза сузились от гнева. – Так ты все это подстроил, да? Ты специально устроил этот спектакль на глазах у всех, потому что с чего-то вдруг решил, что нам надо воссоединиться!

– Мне кажется, ты не сильно возражала, когда я целовал тебя, cara.

Ругая себя за эту слабость и сгорая от стыда, Изабель развернулась и, ни слова не говоря, направилась к выходу. Но Константин легко догнал ее у дверей – похоже, он не собирался сдаваться.

– Уходи, – потребовала она с яростью, спускаясь по широкой лестнице на первый этаж и мысленно молясь, чтобы на улице оказалось свободное такси.

– Тут недалеко моя машина, – не обращая внимания на ее недовольство, сказал Константин. – Я отвезу тебя домой.

– Я лучше подожду такси. – Она была зла на него, но все же больше злилась на себя за то, что позволила ему думать, что она может быть такой легкой добычей.

Яркая вспышка фотокамеры внезапно ослепила ее. Репортер известного таблоида, которого она узнала, сунул ей под нос микрофон:

– Иззи, что у вас за история с Константином Де Северино? Вы что, порвали с Райаном Феллоузом? И если так, то что это будет значить для будущего «Стоун Ледиз»?

– Ты собираешься стоять здесь и общаться с прессой или все-таки хочешь уехать домой? – прошептал Константин ей на ухо.

Когда к ним подбежали еще два репортера, вопрос решился сам собой. Изабель поспешила за Константином к его машине и села рядом с ним на пассажирское сиденье.

– Ты живешь все там же, рядом с Тауэр-Бридж?

Когда она ушла, Константин предложил купить ей жилье, но упрямая Изабель отказалась от его помощи и гордо ответила, что она в состоянии оплачивать квартиру сама. Она часто обвиняла его в том, что он был холодным и отстраненным, пока они были вместе, но затем именно она начала отвергать любую помощь от него, чем очень его обижала.

Изабель кивнула. Она оглянулась и увидела вдалеке вспышки фотокамер.

– Видишь, что ты натворил? Наши так называемые «отношения» теперь будут обмусоливаться во всех газетах. Надо будет предупредить Райана, – пробормотала она. – Для него все может обернуться не очень хорошо.

Константин нахмурился:

– Ты имеешь в виду, что он окажется в неудобном положении, когда пресса раскопает, что ты замужем за мной и в то же время крутила роман с ним? Мое сердце обливается кровью от сочувствия к тебе, cara, – язвительно сказал он.

– Я не крутила роман с Райаном. Я тебе уже сто раз говорила, что мы с ним просто друзья.

– Но в своих интервью ты никогда не отрицала, что у вас интрижка. Всем уже очевидно, что у вас с ним очень близкие отношения.

– Да, я признаю, что мы очень близки! – воскликнула Изабель. – Я люблю Райана. Но как друга, а не как любовника. А он… он просто пытался заполнить пустоту, которая образовалась в моем сердце после того, как погиб мой брат, – проговорила она дрогнувшим голосом.

Константин озадаченно посмотрел на нее:

– Я не знал, что у тебя был брат. Ты никогда не говорила о нем раньше. Да и твои родители не упоминали, что у них был сын, когда мы навещали их в Дербишире.

Изабель прикусила губу, вспомнив тот единственный случай, когда Константин встречался с ее родителями. Они не смогли присутствовать на свадьбе, потому что отец чувствовал себя слишком плохо, чтобы ехать в Лондон. Вернувшись из свадебного путешествия, они с Константином отправились в Экертон.

Ее мать испытывала настоящее благоговение перед Константином и от волнения нервно болтала о чем-то, разливая чай в лучший китайский сервиз, который был у них дома. Отец был, как обычно, угрюмым и едва сказал пару слов, пока они были там. Глядя на потертый ковер и старую мебель в их крошечной гостиной, Изабель боялась даже представить, какое мнение сложилось у Константина о ее семье. Этот визит еще раз подчеркнул ту огромную социальную пропасть, что лежала между нею и этим загадочным итальянским аристократом, за которого она вышла замуж.

– Они никогда не говорили о Саймоне. Он погиб в результате несчастного случая, когда ему было четырнадцать, и мой отец не позволял ни мне, ни моей маме произносить его имя после этого. Запретил вешать его фотографии на стене. Думаю, что отец так пытался пережить свое горе. Ты точно так же вел себя после потери ребенка – отказывался говорить об Арианне, – добавила она.

– Что случилось с твоим братом? – спросил Константин, снова проигнорировав ее слова о ребенке.

– Был очень жаркий летний день, и Саймон вместе со своими друзьями решил искупаться в водохранилище, неподалеку от нашего дома. На самом деле это Райан предложил эту идею, и он никак не может простить себя за это. Мой брат был ужасным озорником, и пока остальные мальчишки заходили в воду и плавали рядом с берегом, Саймон уплыл очень далеко. Кажется, ему свело ноги судорогой. Райан говорил, что все было прекрасно, и вдруг Саймон начал кричать и звать на помощь. К тому времени, когда Райан доплыл до него, Саймон уже скрылся под водой. Райан сумел его найти и вытащить на берег. Он пытался спасти его, но не смог… и Саймон умер. – Изабель до сих пор не могла спокойно говорить об этом, и голос ее дрожал. – После этого Райан погрузился в жесточайшую депрессию. Он чувствовал себя виноватым в том, что произошло. Но я не винила Райана. Он и мой брат были лучшими друзьями, а смерть Саймона связала нас так крепко, что это теперь никуда не денется. Но дружба – это все, что существует между нами. Райан влюблен в свою девушку, и они с Эмили собираются пожениться.

– Но если это правда, почему вы поддерживали эти слухи о романе между вами? Она пожала плечами:

– Это журналисты решили, что в наших отношениях есть что-то еще, а мы просто ничего не отрицали, потому что пока их внимание было приковано к нам, девушке Райана удавалось избегать общения с прессой. Райан собирается официально объявить об этом в ближайшие дни. Отец Эмили – очень известный политик, член правительства.

– Значит, ты позволила распространять эти слухи, и тебе было все равно, дойдут ли до меня сплетни о том, что моя жена встречается с другим мужчиной?

– А почему тебя не интересовало, что чувствую я, когда и недели не проходило, чтобы в прессе не появились твои фотографии с очередной красоткой. Как ты смеешь обвинять меня в неверности, притом что сам бесстыдно демонстрировал своих подружек перед всеми?

Изабель отвернулась к окну, тяжело дыша. Она не собиралась признаваться, как больно ей было видеть фотографии Константина с другими женщинами. Если уж говорить совсем начистоту, она не опровергала слухи по поводу Райана, чтобы Константин не подумал, что она продолжает сохнуть по нему.

Напряжение в машине достигло предела, поэтому она почувствовала облегчение, когда он припарковался рядом с ее домом.

– Спасибо, что подвез. Не знаю, с чего ты решил передумать насчет развода. Расстаться окончательно – это единственно разумное решение. Если честно, то было бы лучше, если бы мы вообще никогда не встречались, – тихо проговорила она.

– Ты ведь так не думаешь на самом деле! Нам было хорошо вместе. – Хриплый голос Константина заставил ее сердце биться сильнее.

– В постели! – горько усмехнулась она. – Но ведь брак – это не только секс. В нем должно быть еще много составляющих. Например, доверие. Тебя возмущала моя дружба с ребятами из группы. Ты так легко поверил в то, что у меня роман с Райаном. Иногда мне казалось, что ты готов запереть меня в башне, чтобы я вообще ни с кем из людей не виделась. – Ее голос дрожал. – Но при этом ты был так холоден со мной, что вряд ли можно винить меня в желании проводить время с друзьями.

В памяти Константина возникла сцена между его отцом и его молодой женой, он словно наяву услышал эмоциональную речь Лорены: «Я с тобой задыхаюсь, Франко. Ты ревнуешь к моим друзьям, к любому мужчине, на которого я взгляну. Ты ревнуешь меня даже к собственному сыну!»

Неужели Изабель задыхалась рядом с ним точно так же, как Лорена рядом с его отцом? Два года назад он пытался бороться со своей безумной ревностью, которую, по-видимому, унаследовал от отца. Но, сконцентрировавшись на этом, он не заметил, как впал в другую крайность – стал холодным и безучастным.

Изабель вышла из машины, и Константин наблюдал за тем, как она идет к дому. Она была невероятно хороша в этом золотом платье, которое тесно облегало ее стройную фигуру. Он нахмурился, вспомнив о разговоре с дядей. Ничто не остановит его в стремлении получить то, что принадлежит ему по праву. Тихо выругавшись, он распахнул дверь машины и устремился следом за своей женой.

Он поравнялся с ней на верхней ступеньке, пока она искала свой ключ от двери.

– Пригласи меня зайти, Изабелла, чтобы мы могли поговорить обо всем еще раз.

– Нам с тобой не о чем говорить. – Изабель нашла ключ на дне сумки и крепко сжала его в руке. Она сохраняла внешнее спокойствие из последних сил, и ей хотелось попасть в свою квартиру до того, как она совершит какую-нибудь глупость, например, обхватит его руками за шею и попросит больше никогда ее не отпускать. – Мы не подходим друг другу, – прошептала она.

– Неправда, tesorino.

Он часто называл ее так в самом начале их совместной жизни. Услышав это ласковое, страстное слово, она поняла, что больше не в состоянии сопротивляться. Он обхватил ее за талию и притянул к себе. Он снова овладел ее губами, с такой страстью, что желание Изабель тут же разгорелось словно пламя. С этим у них не было проблем, секс между ними всегда был невероятно страстным и ярким. Когда она встретила Константина, то была совершенно неопытной, но он сумел разгадать ее тайные желания и бессовестно использовал их, чтобы снова и снова погружать ее в чувственную нирвану.

Жар разлился между ее бедер, и ее тело сразу ответило на его прикосновения и поцелуи. Она так хотела его. И так будет всегда. Но она не могла быть с ним.

– Пригласи меня войти, – прошептал он ей на ухо. – Позволь мне напомнить тебе, как хорошо нам было вместе.

– Нет! – Изабель с трудом оттолкнула его. – Секс не решит никаких проблем. Нас всегда притягивало только взаимное желание, и если бы у нас был просто роман, то мы бы, вероятно, быстро насытились друг другом. Но я забеременела, и ты решил, что обязан жениться на мне. – Она печально улыбнулась. – Я никогда не забуду Арианну, но сейчас настало время нам двигаться дальше, Константин.

Константин мрачно думал о том, что их разрыв дал возможность «Стоун Ледиз» обрести бешеную популярность, тогда как его карьера в «ДСЭ» полетит в тартарары, если он не сумеет убедить Изабель вернуться к нему. Он не сомневался, что он мог бы снова затащить ее в постель. Он чувствовал ее дрожь, когда целовал ее, и точно знал, что она испытывает такой же голод, как и он. Если он снова обнимет ее, то она не сможет долго сопротивляться. Она, без сомнения, хотела его. Но для нее этого было недостаточно, и Константин осознавал, что сейчас он по-прежнему не в состоянии удовлетворить ее эмоциональные потребности, как и два года назад.

Когда Изабель вошла в подъезд и направилась к лифту, она постаралась убедить себя, что чувствует облегчение оттого, что он не стал удерживать ее. Она знала, что поступила правильно, отказавшись от секса с ним, но ее тело никак не хотело с этим соглашаться, и сердце сжималось от боли.

– Добрый вечер, мисс Блейк, – поприветствовал ее консьерж. – Посылка, которую вы ждали, так и не пришла сегодня.

– Придется завтра позвонить в курьерскую службу. Спокойной ночи, Альберт.

Пока лифт ехал до четвертого этажа, она думала о недоставленной посылке, о встрече с друзьями завтра – о чем угодно, лишь бы только не думать о Константине. Она уже привыкла к жизни без него. С чего он вдруг решил, что не хочет разводиться? Раньше она бы моментально сдалась в отчаянной надежде, что, быть может, теперь у них все получится. Но теперь у нее уже не было веры в то, что они смогут преодолеть любые сложности, ведь ее любви для этого явно было недостаточно.

Изабель вышла из лифта в коридор и, подходя к квартире, сразу почувствовала, что она тут не одна.

– Кто здесь? – Она посмотрела на ярко освещенный пустой коридор и отругала себя за разыгравшееся воображение.

– Привет, Иззи.

Она резко обернулась и увидела невысокого худощавого мужчину, чей голос был ей уже хорошо знаком.

– Дэвид?

– Я знал, что ты меня запомнила. – Он удовлетворенно улыбнулся. – Ты тоже почувствовала ту связь, которая образовалась между нами, когда мы встретились на концерте? В прошлой жизни мы были вместе, и мы будем вместе и в следующей жизни, моя дорогая.

Странное выражение его глаз напугало Изабель, и она почувствовала, что, несмотря на его безобидную внешность, он представляет для нее настоящую угрозу.

– Я купил это для тебя.

Только сейчас она заметила картонную коробку в его руках. Внутреннее чутье подсказывало ей, что с ним нужно вести себя спокойно и подыгрывать ему. Надеясь, что он не заметит, как дрожат ее руки, она взяла коробку и открыла крышку. Тяжелый сладкий запах азиатских лилий наполнил воздух. Ей показалось, что она сейчас задохнется.

Чувствуя, что он ждет от нее ответа, она пробормотала:

– Они красивые.

Глядя на эти цветы, она с трудом подавила дрожь.

– Ты напоминаешь мне лилию, ты такая же прекрасная и чистая. – Неожиданно голос Дэвида изменился. – Так я думал, пока не увидел, как тебя целовал другой мужчина сегодня вечером.

– Ты был там… на этом приеме? – спросила Изабель, стараясь говорить спокойно.

– Где я еще мог быть, как не с тобой, мой ангел? Ты принадлежишь мне, Иззи, и никакой другой мужчина не украдет тебя у меня.

Изабель напряглась, когда ее преследователь сделал шаг к ней. Она оглянулась, стараясь определить расстояние до входной двери, чтобы понять, есть ли у нее шансы проскочить мимо Дэвида и укрыться в своей квартире. Но она не хотела рисковать. Хотя на вид он выглядел слабым, она чувствовала, что этот мужчина гораздо сильнее, чем кажется. Его водянистые глаза пристально наблюдали за ней, и их маниакальный блеск до смерти ее напугал.

– Пойдем со мной. – Его голос стал жестче, когда она замотала головой в знак протеста. – Пора нам с тобой покинуть этот земной мир.

Черта с два! У Изабель словно включился инстинкт самосохранения. Она швырнула коробку с лилиями в лицо своему преследователю, резко развернулась и помчалась назад по коридору. Конечно, цветы вряд ли можно было считать серьезным оружием, но ее действия застали его врасплох и дали ей несколько спасительных секунд. Она услышала его злой крик и приближающиеся шаги, но лифт, на счастье, еще стоял на ее этаже. Она закричала, когда он схватил ее за обнаженное плечо. В отчаянии она изо всех сил ударила его локтем в живот. Он взвыл от боли и от неожиданности отпустил ее. Изабель почти упала в кабину лифта и нажала на кнопку закрывания дверей. Перед тем, как двери закрылись, она обернулась и увидела его безумный и полный злобы взгляд.

Пока лифт спускался вниз, она пыталась хоть как-то привести в порядок свои мысли. Как Дэвид смог проникнуть в здание? Консьерж всегда тщательно проверял всех посетителей, некоторые из ее друзей даже шутили, что проще проникнуть в Английский банк, чем проскочить мимо Альберта.

– Мисс Блейк? – Консьерж посмотрел на нее из-за своего стола. – Что-нибудь случилось?

Изабель ничего не ответила. Сквозь стеклянные двери подъезда она увидела Константина, который разговаривал по телефону, все еще стоя у своей машины.

– Константин! Подожди! – с криком бросилась она к нему.

– Ты передумала и решила пригласить меня к себе, Изабелла? – Но ему тут же расхотелось шутить, когда он увидел ужас, застывший в ее глазах. Он поймал ее, когда она в буквальном смысле упала в его объятия, и крепко прижал к себе, ощущая, как крупная дрожь сотрясает ее тело. – Какого черта?..

– Он ждал меня возле моей квартиры… Он такой странный… – проговорила она, задыхаясь. – Он хотел, чтобы я пошла с ним, и подарил мне погребальные цветы.

– Кто тебя там ждал, cara?

– Дэвид… мужчина, который преследует меня. – Изабель вдруг поняла, что рядом с Константином чувствует себя в безопасности. Ей даже не пришло сейчас в голову, что такое слепое доверие выдавало слишком много ее потаенных чувств.

– Преследует тебя? – Глаза Константина засверкали от ярости. – Ты хочешь сказать, что кто-то угрожал твоей безопасности? Как долго это продолжается? Почему ты не сказала мне об этом? Я бы принял меры, нанял бы телохранителя, чтобы защитить тебя!

– Мне не нужен телохранитель! – Теперь ей уже почему-то не казалось, что она была в страшной опасности. – Уже несколько месяцев какой-то мужчина по имени Дэвид названивал мне. Я меняла и домашний телефон, и мобильный, но он каким-то образом умудрялся находить мои новые номера. Он говорил, что мы встретились на одном из концертов «Стоун Ледиз», но я не помню, что видела его раньше. Сегодня он позвонил мне как раз перед выходом на сцену и сказал, что будет наблюдать за мной. Я весь вечер гадала, где он. Когда я вышла из лифта, он был в коридоре. – Воспоминание о безумном выражении его глаз снова заставило ее задрожать от ужаса. – Он сказал, что пора нам покинуть этот земной мир. Я не совсем поняла, что он имеет в виду.

Нерв, задрожавший на щеке Константина, был единственным намеком на бушевавшую внутри его ярость. Если бы он хотя бы на пару минут оказался наедине с тем подонком, тому бы явно не поздоровилось. Он был готов броситься в дом, чтобы найти этого психа, но не мог оставить Изабель в таком состоянии.

– Я позвоню в полицию.

– Я сама это сделаю, – неуверенно сказала Изабель. – У меня есть номер, по которому я звоню, чтобы сообщать обо всех случаях контактов с этим преследователем.

Она осталась в подъезде с Альбертом, пока Константин поднимался на четвертый этаж. Консьерж был абсолютно уверен, что никто, похожий на преследователя Изабель, не входил в здание, и он был чрезвычайно встревожен, когда выяснилось, что надежная на первый взгляд система видеонаблюдения не работает и будет восстановлена только через несколько дней.

После прибытия полиции один из офицеров присоединился к Константину, они обыскали каждый этаж здания, но нашли только несколько лепестков лилий.

– Этот злоумышленник каким-то образом проник в здание через пожарный выход, – сказал Изабель дежурный полицейский. – Большая жалость для нас и большая удача для него, что видеонаблюдение не работает, иначе бы у нас были его снимки.

Пока Изабель давала показания, она видела, как Константин вышел из ее квартиры. Видимо, он посчитал, что сделал все, что мог. Но ей так хотелось, чтобы он задержался еще хотя бы на несколько минут, чтобы она могла поблагодарить его.

После ухода полицейских она решила сконцентрироваться на каких-то рутинных вещах: умылась, переоделась в ее любимую домашнюю одежду – одну из футболок Константина, которую она прихватила с собой два года назад. Несмотря на все попытки не думать о случившемся, она поняла, что ей все же страшно находиться одной в квартире и зачем-то проверила все шкафы в спальне и даже кухонный шкаф, чтобы убедиться, что там никого нет.

Изабель чувствовала, что сегодня ей вряд ли удастся уснуть, и решила сделать себе чай с молоком и посмотреть телевизор. Зайдя в гостиную, она вскрикнула от неожиданности и ошарашенно произнесла:

– Как ты сюда попал?