Джим направился к девушке. Она не подозревала о его присутствии, пока он не подошел и не обнял ее. Она испуганно вздрогнула, обернулась и, увидев землянина, прильнула к нему.

— С тобой все в порядке? Хотя с тобой все в порядке… — прошептала она сквозь слезы.

— Откуда? — спросил Джим, указывая на мертвую кошку.

Ро горько заплакала, потом она рассказала ему все, что произошло. Этот ягуар — подарок Афуан Мекону. Мекон научил его нападать по приказу…

— Но когда я видел эту кошку в последний раз, она была жива, — сказал Джим. — Как и почему ее убили?

— Разве ты не слышал? — спросила девушка. — Афуан велела наказать Мекона. Галиан решил, что наказанием будет…

Она всхлипнула и указала на животное.

— Страшное наказание, — сказал Джим.

— Страшное? — удивилась Ро. — Ведь от Галиана ничего другого и нельзя было ожидать! Он — дьявол! Кто-нибудь другой, если бы ему приказала принцесса, наказал бы Мекона лишением определенных ценных услуг. Но Галиан выбрал вместо этого несчастное животное. Потеряв подарок принцессы, Мекон теряет один Пункт. О, не Пункт Жизни! Галиан слишком умен, чтобы так сурово обойтись с таким человеком, как Мекон. Этот потеряет годовой Пункт. Но Мекон утратил уже многое… Он встревожен… Его могут изгнать…

— Изгнать?

— Конечно. Изгнание с Тронного Мира… — Внезапно она замолчала и вытерла мокрые от слез глаза, потом медленно встала и посмотрела на мертвую кошку. В то же мгновение тело ягуара исчезло. — Я все забываю, что ты ничего не понимаешь, — сказала она Джиму. — Я еще многому научу тебя. Все Высокородные играют в Пункты. Эту игру не может запретить даже сам Император. Когда Высокородный теряет определенное число Пунктов, он покидает Тронный Мир навсегда. Подробности я тебе объясню позже. А пока я научу тебя перемещаться из комнаты в комнату. — Но слова Ро напомнили Джиму кое-что.

— Подожди минуточку, — сказал он. — Скажи мне, Ро, если бы я сейчас отправился в город по одному важному поручению, я смог бы выйти?

— Ну! — Ро печально покачала головой. — Я думала, ты знаешь. Наш корабль давно покинул колониальный мир. На Тронном Мире мы будем через три дня по корабельному времени.

— Понятно, — угрюмо сказал Джим.

Вдруг Ро побледнела и схватила его за руки.

— Не смотри так! Что бы ни случилось — никогда не смотри так!

Джим с трудом подавил ярость, внезапно загоревшуюся в нем.

— Хорошо, — проговорил он. — Обещаю, ты меня больше таким не увидишь.

Ро все еще держала его руки.

— Ты странный, — сказала она. — Почему ты так посмотрел?

— Галиан просто кое-что сказал мне, — ответил Джим. — Он сказал, что я никогда не вернусь домой.

— Но… но ведь ты не собираешься обратно. — Ро искренне удивилась. — Ты не видел Тронного Мира. Еще ни один человек не захотел добровольно уйти оттуда. Там могут жить только Высокородные, не потерявшие много Пунктов в Игре, и слуги. Даже управляющие  Колониальными Играми не могут там жить и если, прибывают туда, то ненадолго…

— Понятно…

Она нахмурилась. Сила его рук чувствовалась даже сквозь тонкую ткань рукавов.

— Ты почти такой же мускулистый, как Старкиен, — удивленно сказала она. — И ты слишком высок для Низкорослого. Все люди твоего мира похожи на тебя?

Джим горько рассмеялся.

— В десять лет я был таким же, — сказал он. Ро удивилась, и он добавил — Это детский возраст, примерно половина до начала юности.

— И тогда ты перестал расти? — спросила девушка.

— Наши врачи провели на мне кучу опытов, — зло сказал Джим, — мой рост остановили, потому что я был слишком велик для десяти лет. Они не нашли никаких отклонений от нормы, но все же решили дать мне питуктарный экстракт гланд, и мой рост был остановлен… Я перестал расти! А в остальном я развивался как нормальный ребенок. Да это все не важно! — Джим резко оборвал разговор. — Ты хотела показать мне, как перемещаться из комнаты в комнату.

— Это… и еще кое-что!

Она вскочила и в эту минуту, как показалось Джиму, стала выше и в глазах ее появился холодный оттенок.

— Они могут уничтожить моих животных, но тебе они не причинят вреда. Когда я обучу тебя, ты будешь знать достаточно… Ты выживешь! Может, моя кожа и темновата, но я такая же Высокородная, как и они! Даже Император не может изгнать меня с Тронного Мира без причины! Все, чем владеют Высокородные, — мое по праву! Пойдем, я покажу тебе, что значит быть гражданином Тронного Мира!

Сначала Ро провела его в секцию корабля, в которой Джим еще не был. Огромный зал, высокий и просторный. Металлические стены, на одной из них играли лучи, переливаясь всеми цветами радуги. В зале находился только один маленький коричневый человек. Как потом узнал Джим, он управлял кораблем, вернее, он лишь стоял и наблюдал за работой механизмов, устраняя малейшие неполадки.

Корабль, по существу, саморегулировался. Он снабжал людей мощностью, необходимой для перемещения, исполнял любое желание. Как послушный пес, он подчинялся любому капризу принцессы и, хотя и в меньшей степени, готов был исполнять приказания других людей.

— Сейчас, — приказала Ро Джиму, — просто стой здесь и расслабься. Между кораблем и тобой наладится контакт.

— Он со мной? — переспросил Джим. Он решил, что она говорит о телепатии, и попытался сказать ей это, но не нашел подобного значения в языке Империи. Ро, однако, поняла его, и удивляя Джима, стала подробно объяснять ему принципы действия корабля. Корабль изучал электрическую активность каждого мозга и основывался на этом при исполнении желаний человека. Мысли, которые вызывают достаточно яркие образы, говорила Ро, возбуждают моторную субъективность тела или, проще, физически отвечают им на определенном уровне воображения, как будто мысль человека исполнилась. Корабль сопоставляет желание человека с образом и перемещает его в место, которое возникает в его воображении.

Процесс, с помощью которого корабль преодолевал световые годы за несколько дней, требовал много энергии. Корабль как бы перемещался в пространстве, подобно перемещению человека в корабле. Был предел расстояний, но количество перемещений было неограниченно и парсеки не имели никакого значения.

— Корабль не движется, он изменяет свои координаты, — объяснила Ро… и она перешла к узкотехническим подробностям, и Джим опять ничего не понял.

После нескольких попыток разобраться в перемещениях у Джима возникло странное чувство — как будто легкое перышко гладит его обнаженный мозг. Сначала он переместился из одного угла в другой, потом он почувствовал уверенность в своих силах и спокойно миновал комнаты, в которых уже побывал.

Ро пригласила землянина к себе и принялась обучать его социологии Тронного Мира. Джим был способным учеником, и это удивило Высокородную.

Джима поразило, что Ро, правда, как и все Высокородные, обладает обширными знаниями. Никогда в жизни ей не приходилось стоять за приборной доской и следить за неполадками. Но в случае необходимости она могла бы сама построить межзвездный корабль, имея нужные орудия и материалы.

Ро, в свою очередь, долго не верила в способности Джима.

— Ты уверен, что все запомнил? — спросила она. — Только Высокородные могут запоминать все с первого раза.

Джим в ответ цитировал несколько параграфов, слово в слово. Опровергнутая, но не убежденная, она продолжала свои объяснения, рассказывая все больше и больше. И Джим запоминал все о Тронном Мире, обществе Высокородных и Империи.

Постепенно перед ним предстала яркая картина жизни Империи, как иногда при решении кроссворда несколько неизвестных слов дают возможность отгадать другие неизвестные.

Высокородные не были прямыми потомками людей, которые когда-то жили на Тронном Мире, создавали и управляли Империей. Те, кто сейчас властвовал над Галактикой, добились этого, будучи скорее слабыми, чем сильными.

Правда, в самом начале Тронный Мир пытался контролировать захваченные и колонизированные планеты. Но этот замысел вскоре провалился, отчасти из-за того, что прошло много времени, отчасти из-за развития космических путешествий.

Новые миры стали независимыми, и экспансия человека продолжалась до тех пор, пока не были достигнуты границы Галактики. Тронный Мир был почти забыт, и о нем иногда вспоминали только как о колыбели человечества.

Но вскоре колониальные миры поняли, что нужно централизованное управление общей организацией. Нужна была планета с номинальной властью, где концентрировались бы достижения науки и искусства. Тронный Мир вновь приобрел огромное значение и стал Вселенской библиотекой и информационным центром. Все это — хотя тогда никто ни о чем не догадывался — дало начало новой династий Высокородных.

Тронный Мир неизбежно отбирал у колониальных миров лучшие умы науки и искусства. Здесь сосредотачивалась интеллектуальная элита человеческой Вселенной. Здесь было наиболее выгодно жить людям творческого труда. Через тысячи лет, а это в масштабах Вселенной небольшой срок, иммиграция достигла такой высоты, что ее пришлось регулировать… Тем временем Тронный Мир, будучи источником самых последних научных и технических достижений, стал неизмеримо богаче и могущественнее прочих колониальных миров.

И вот за последние десять лет, когда Империя еще расширила свои границы, элита Тронного Мира превратилась в Высокородных. Специальный контроль рождаемости придал им физические признаки аристократизма — белая как оникс кожа, лимонно-желтые глаза, белые волосы, брови и ресницы — это все, как узнал Джим, было специально генетически подобрано, чтобы жители колониальных миров чувствовали превосходство Высокородных.

Люди Тронного Мира еще искали гениев среди низших рас, но отбор был чрезвычайно строг и сами отобранные не входили в элиту, а могли только надеяться, что в результате генетического отбора их дети станут белокожими, высокими и великими господами Империи.

— Видишь ли, — сказала Ро Джиму, когда корабль подошел к границе системы Тронного Мира, — всегда есть шанс даже для такого Дикого Волка, как ты. О, они, конечно, попытаются разорвать тебя на мелкие кусочки, все эти Высокородные, стоит им только заподозрить, что ты можешь присоединиться к ним. Но если ты образован и готов ко всему, они не смогут ничего сделать. Мы еще посмотрим, кто кого!

В ее глазах сверкнула искра торжества. Джим улыбнулся ей и переменил тему, спросив, когда остановят корабль. Ро помрачнела.

— Не знаю. Афуан ничего мне не сказала. Но я знаю, что она покажет тебя Императору как можно скорее.

После такого многообещающего разговора Джим готов был ко всему. Примерно через час после беседы с Ро корабль приземлился. Вскоре стены его комнаты исчезли, и он увидел арену. Чемоданы лежали у его ног, а перед ним стояла вся квадрилья — бандерильерос, пикерос, лошади — точная копия квадрильи, с которой он работал на Альфа Центавра. Правда, люди были в костюмах и в отличие от землян все маленького роста и с коричневой кожей.

— Эти звери — искусственные. — Он обернулся и увидел Афуан. — Ты будешь с ними тренироваться. Искусственные звери и искусственные люди должны повторить представление, которое ты дал на Альфа Центавра. Работай с ними, пока они не усвоят, что надо делать.

Принцесса исчезла. Вероятно, она решила, что сказала достаточно. Джим огляделся. Арена была точной копией арены, на которой он уложил быков перед Афуан.

Амфитеатры, которые там были сделаны из коричневого, похожего на бетон материала, здесь блистали кристально белым мрамором. Все было белым, даже песок на арене выглядел как снег.

Джим наклонился, открыл чемодан и вытащил оттуда плащ и мулету, шпагу. Он не стал облачаться в боевой костюм. Потом он отнес чемоданы за барьер. Внезапно, как бы из воздуха, полилась музыка, и, двигаясь ей в такт, Джим пошел перед квадрильей, ведя ее до секции мест, обитых красным бархатом.

С точки зрения Джима это было почти невероятно — длинноволосые маленькие человечки не только двигались с профессиональной точностью, но и точно повторяли движения землян на Альфа Центавра. Были скопированы даже бесполезные детали. Очевидно, все запомнила Афуан или кто-то из ее окружения, и ими была создана программа, контролирующая людей в бою с быками.

Там, где человек прислонился к барьеру, чтобы отдохнуть, его дубликат повторял это движение с точностью до дюйма. Но когда Джим вышел на работу с плащом, он удивился еще больше. Высокородные предоставили ему быка, запрограммированного как квадрилья, но они еще не знали, что программа получилась двойной.  Первый бык был запрограммирован биологической наукой Земли на точно такие же движения. Джим усмехнулся.

Когда шпага вонзилась в спину быка, тот послушно рухнул, как и его собрат на Альфа Центавра. Джим посмотрел на своих помощников, думая, все это или не все и не пора ли остановиться, но они, казалось, совершенно не устали.

Во время второй схватки Джим не столько работал с быком, сколько наблюдал за действиями квадрильи. Маленькие человечки двигались легко и уверенно. Но их жесты были несколько скованны. Их мускулы еще не привыкли к такой нагрузке. Но программу они старались выполнять добросовестно и хорошо.

Джим отрепетировал все представление еще два раза, прежде чем закончить тренировку. И хотя он давно уже отработал все до автоматизма, Джим сильно устал. Тем не менее следующие четыре дня он без устали повторял все снова и снова до тех пор, пока его помощники окончательно не усвоили все, что требовалось. У них появился опыт.

Во время тренировки он догадывался, что может управлять быком, представляя его действия, совсем как научила его Ро на корабле. Где-то на Тронном Мире был источник энергии, выполняющий все его приказания.

На шестой день он продемонстрировал своей квадрилье совершенно новый вариант боя. Все заключалось в том, что каждый из шести привезенных быков был запрограммирован по-своему, на всякий случай. Вдруг кто-то заподозрит, что они вообще запрограммированы. Джим знал все эти схемы и заставил своих помощников работать по программе быка в последней клетке, надеясь, правда, что ему не придется с ним сражаться.

В его распоряжение было предоставлено несколько комнат в бесконечном одноэтажном здании. Эти комнаты имели двери и коридоры, и Джим мог ходить, куда вздумается. Но хотя он осмотрел несколько комнат, двор и сады, он не встретил ни одного Высокородного. Здесь жили только слуги — мужчины и женщины.

Ро к нему не приходила. Несколько раз его навещала Афуан, коротко спрашивала, как идут тренировки, и вновь исчезала. Она не торопила его, но когда Джим сообщил, что все готово, принцесса явно обрадовалась.

— Великолепно, — воскликнула она, — ты выступишь перед Императором… на днях! — Афуан переместилась, но на следующее утро она вернулась и объявила, что бой начнется на арене через… несколько имперских единиц времени, в переводе на земные — через сорок минут.

— Я не смогу так быстро оживить быка! — возразил Джим.

— Об этом уже позаботились, — успокоила его Афуан и исчезла.

Джим стал торопливо натягивать боевой костюм. Теоретически ему требовался ассистент, но сейчас он не мог выбирать. Ему удалось наполовину одеться, когда комизм создавшегося положения заставил его рассмеяться.

— Почему тебя нет рядом, когда ты мне так нужна, Ро? — добродушно спросил он у белых стен комнаты.

И немедленно, как джинн из сказки, перед ним возникла Ро. Джим удивился.

— Что мне делать? — спросила девушка.

Джим рассмеялся.

— Только не говори мне, что ты услышала.

— А как же иначе? — удивленно спросила она. — Я велела, чтобы мне дали знать, когда ты меня позовешь, но ты ни разу…

Он опять рассмеялся.

— Я бы позвал, если б знал.

Ро покраснела.

— О, я хотела помочь тебе, — сказала она. — Но тебе, вероятно, не нужна моя помощь.

— Боюсь, что просить помощь не в моих привычках.

— Хорошо-хорошо, но сейчас это не имеет значения, — энергично сказала она. — Чем я могу помочь тебе?

— Одеться…

Неожиданно она хихикнула, и Джим удивленно посмотрел на нее.

— Нет-нет, все в порядке, — произнесла Ро, — просто это работа слуг, людей низших рас. По-другому не бывает.

Она подняла его шляпу.

— Это куда?

— Никуда пока что. Это в последнюю очередь. — Она послушно отложила шляпу и стала помогать ему. Когда Джим оделся, она с интересом взглянула на него.

— Ты выглядишь странно, но красиво, — сказала она.

— Разве ты не видела меня на Альфа Центавра?

Она покачала головой.

— Я была занята и к тому же не думала, что это будет даже занятно.

Ро удивленно посмотрела на Джима, когда он взял плащ и шляпу.

— Это зачем?

— Небольшие куски материи должны привлекать быка. Шпагой его убивают, — он немного вытащил ее из ножен и показал девушке обнаженный клинок, — в самом конце.

Ро побледнела и отступила назад. Глаза ее расширились.

— В чем дело? — спросил Джим.

Она попыталась что-то сказать, вскрикнула и нахмурилась.

— В чем дело? Что случилось? — потребовал ответа Джим.

— Ты мне не говорил… — она наконец справилась с волнением и заговорила, — что ты собираешься убить его!

Она всхлипнула, отвернулась и исчезла. Джим уставился на то место, где только что стояла Ро. Неожиданно раздался женский голос.

— Да!

Это была принцесса Афуан, и он, резко обернувшись, очутился с ней лицом к лицу.

— Оказывается, даже такие Дикие Волки, как ты, совершают ошибки. Я думала, что ты понимаешь: слабое место Ро — это животные.

Он холодно взглянул на нее.

— Ты права, — быстро сказал Джим, — мне не следовало забывать о том…

— Разве что… — сказала она, минуту помолчала, ее лимонно-желтые глаза встретились с его глазами, — ты хотел вывести ее из себя. За такое короткое время ты стал думать о себе очень хорошо, Дикий Волк! У тебя появился такой верный друг, как маленькая Ро, но и такой могущественный враг, как Мекон. Тобой заинтересовался не только Оловиель, но и сам Галиан.

Афуан пристально посмотрела на него.

— Ты меня видишь?

— Конечно, — сказал Джим. И внутренне весь напрягся, хотя по лицу и фигуре этого не было заметно.

Афуан изменилась… И это даже нельзя было назвать изменением, ведь даже выражение ее лица осталось тем же. Но она стала совсем другой.

Внезапно эта высокая, с белой кожей, желтыми глазами и белыми волосами женщина стала привлекательной. Нет, не просто привлекательной, невыразимо желанной, и Джим с трудом сдержал себя. От нее исходила не просто чувственная привлекательность, она вся горела желанием…

Только долгие годы полного одиночества и изоляции помогли Джиму сопротивляться. Он понял, что она пытается пробить его защиту, заставить его предать все, найденное в далеких исканиях души и ума, где ум и душа никогда не бывали раньше, — только это помогло ему стоять равнодушно и спокойно.

И снова неожиданно, без физической перемены Афуан превратилась в далекую принцессу Высокородных, ошеломляющую, но непривлекательную по земным стандартам.

— Удивительно, — мягко сказала она, — просто невероятно, в особенности для Дикого Волка. Но я думаю, что ты теперь ясен мне, дикий человек. Что-то, когда-то, давным-давно сделало тебя честолюбивым, и это честолюбие больше самой Вселенной.

Через секунду Джим был на арене. Когда он появился там, трибуны были уже заполнены одетыми в белое Высокородными. Даже за границей площади Императора находилось шестеро мужчин и четыре женщины.

Зазвенела музыка, и Джим во главе квадрильи двинулся к ложе Императора. Когда он подошел ближе, то увидел там Афуан и Галиана, рядом с ними сидел широкоплечий пожилой мужчина с чуть желтоватыми бровями.

Но, приблизившись к ложе почти вплотную, Джим понял, что ошибся. Человек в центре только напоминал Галиана, но сходство было поразительным. Он вспомнил: Галиан — брат Императора. Землянин стоял перед властелином Империи.

Он был выше Галиана. Он возвышался над Высокородными, его взгляд — ведал что-то необычное для Высокородных, был честным и открытым. Император улыбнулся Джиму, разрешая начать бой. Глаза Афуан довольно сверкнули.

Джим обычно посвящал убитого быка кому-нибудь из публики — убивал его прямо перед этим человеком. Он повернул квадрилью и повел ее в сражение. Его люди отлично работали, несмотря на то что бык вел себя совсем не так, как искусственный. Вероятно, быка выбирала Афуан или кто-нибудь из ее свиты просто наугад. К счастью, каждый бык имел отличительный знак, и Джим имел возможность предвидеть движение быка, как только тот входил в круг.

Но несмотря на это, он должен был показать все, что умеет. К тому же его тревожили слова Афуан о честолюбии. У принцессы был трезвый и хитрый ум…

Бой близился к концу. Бык атаковал до последнего момента. Джим уложил его точно напротив императорской ложи. Вытащив шпагу, он повернулся и сделал несколько шагов к Императору. Во-первых, ему было интересно, как тот отреагирует, во-вторых, так требовал этикет — говорила Ро. Джим подошел к барьеру и посмотрел на Императора, который улыбнулся ему.

Улыбка Императора стала еще шире. Из уголка рта стекала тонкая струйка слюны. Он приоткрыл губы и обратился к Джиму.

— Ус сууу, — произнес Император, улыбаясь, — ус-суу…