Шофер был членом земной торговой делегации. На Альфа Центавра были еще две торговые делегации с других планет, и они стремились показать Высокородным Империи свои достижения. Каждая делегация таила надежду, что Высокородные обратят внимание именно на нее. Но у Земли было немного больше шансов заинтересовать Высокородных, ведь эта планета когда-то потерянная и вновь найденная часть Империи. Теперь Высокородные предпочтут отвезти такую новинку искусства, как бой с быками.

Шофер вез Джима и его багаж через весь город к открытому космодрому — бескрайней гладкой площадке. Уже был виден похожий на гигантское яйцо корабль Высокородных. У звездолета автомобиль остановился.

— Вас подождать? — спросил шофер.

Джим вежливо отказался. Он вытащил из машины свои чемоданы и подождал, пока шофер не развернул машину и не умчался обратно в город. Постепенно автомобиль превратился в миниатюрную игрушку и вскоре исчез совсем.

Джим поставил чемоданы и повернулся к кораблю. Он удивился: не было видно ни одного отверстия. Казалось, что никто на борту не заметил Джима. Он уселся на один из чемоданов и решил ждать.

Примерно в течение часа ничего не происходило. Затем внезапно, все так же сидя на чемодане, он очутился не на бетонной площади, а в полукруглой комнате с зелеными стенами, темно-зеленым ковром и подушками всех цветов и размеров — от шести дюймов до шести футов в диаметре. Рядом с Джимом стоял его другой чемодан.

— Ты долго ждал, Дикий Волк? — спросил приятный женский голос. — Извини. Я возилась с другими приемышами.

Он встал и заметил ее. По стандартам Высокородных она была небольшого роста, не больше пяти футов десяти дюймов. Ее кожа, хоть и напоминала белизну оникса, как у принцессы Афуан, была все же темнее — почти незаметный коричневый оттенок, примерно как кожа индейца по сравнению с кожей белого.

Глаза у нее были темно-золотыми с красными искорками, а не желто-лимонными, как у принцессы. Лицо ее не было так вытянуто, как у Афуан. Она улыбнулась так, как никогда бы не позволила себе гордая принцесса Высокородных. И когда она улыбалась, маленькие морщинки-лучики появлялись на ее щеках. Волосы ее, наконец, распущенные, как у всех Высокородных, были с желтым оттенком, а не кристально-белые и уложены не прямо, а завивались и струились густыми волнами.

Улыбка внезапно исчезла и лицо потемнело от прилившей крови. Она просто покраснела, и Джим с изумлением наблюдал это на одной из Высокородных.

— Гляди на меня сколько хочешь! — страстно сказала она. — Мне нечего стыдиться!

— Стыдиться? — спросил Джим. — Чего?

— То есть как… — Внезапно она замолчала. Краска отхлынула от ее щек, и она посмотрела на него с раскаянием.

— Извини. Ну конечно, ведь ты — Дикий Волк. Ты даже не заметил разницы, верно?

— Очевидно, нет, — сказал Джим. — Но только потому, что я не понимаю, о чем ты говоришь!

Она засмеялась, слегка печально, как ему показалось, и неожиданно потрепала его по руке, легко, почти незаметно.

— Скоро ты узнаешь, — сказала она. — Даже если ты и Дикий Волк. Видишь ли, я регрессивна. Какой-то из моих генов сохранил память о прошлом нашей расы… О, мой отец и мать были такими же Высокородными, как и все, не считая королевской линии, и Афуан никогда не выгонит меня из своего окружения. Но, с другой стороны, она почти не обращает на меня внимания. Вот и вожусь я для нее со всякими приемышами… Сейчас я привела на корабль тебя…

Она взглянула на чемоданы.

— Здесь твоя одежда и снаряжение? — спросила она. — Я перенесу их.

В ту же секунду вещи Джима исчезли.

— Секундочку, — сказал Джим.

Она взглянула на него несколько изумленно.

— И ты не хочешь, чтобы их сейчас убрали?

И чемоданы уже стояли у его ног.

— Да нет, — ответил Джим, — просто мне надо захватить с собой кое-что еще. Я сказал принцессе Афуан, что мне понадобятся быки — животные, с которыми я даю представления. В городе шесть быков. Она сказала, что я смогу их взять, и велела передать тому, кто примет меня на корабль, что она дала разрешение.

— О, — сказала девушка задумчиво. — Нет, не надо мне рассказывать. Просто представь себе это место, где они находятся.

Джим вспомнил место — стойла, которые находились позади здания Земной Торговой Делегации. Он почувствовал себя немного странно — как будто его оголенного мозга коснулось легкое перышко. И тут же он вместе с девушкой оказался перед шестью большими клетками, в каждой из которых покоилось замороженное тело быка.

— Да, — задумчиво сказала девушка и… они перенеслись.

Они стояли в гигантском помещении с металлическими стенами, у которых на одинаковом расстоянии стояли клетки, а в них замороженные быки. Джим нахмурился. Температура на складе была довольно высокой — градусов двадцать.

— Эти животные заморожены, — сказал он, — и они должны оставаться…

— О, не беспокойся об этом, — прервала она его и улыбнулась, отчасти весело, отчасти извиняясь за то, что она его прервала. — Ровным счетом ничего не изменится. Я оставила задание механизмам корабля.

И она улыбнулась еще раз.

— Подойди, — сказала девушка, — протяни руку и убедись.

Джим подошел к ближайшей клетке. Никакого изменения температуры не было заметно, но, прикоснувшись к ней, он неожиданно почувствовал, как его пронзил холод… Холод не мог исходить из клеток — они были великолепно изолированы. Джим отдернул руку.

— Понятно, — сказал он. — Хорошо. Я не буду беспокоиться о животных.

— Отлично.

В ту же секунду они переместились куда-то еще… Не в полукруглую комнату, а в другую, светлую, просторную, одна стена которой казалась сделанной из стекла, а за этой стеной был виден пляж… и прилив…. и океан, расстилавшийся до горизонта. Но океан на борту звездолета не очень удивил Джима. Вещи, которые находились в этой комнате со стеклянной стеной, удивили его больше!

Здесь находились создания природы сотен миров — от маленькой рыженькой белочки до странного, высокого, покрытого мехом зверя, явно более высокоразвитого, чем обезьяна, но еще не человека.

— Это остальные мои приемыши, — услышал он голос девушки и взглянул в ее улыбающееся лицо.

— То есть, конечно, они принадлежат Афуан, я за ними только ухаживаю. Вот, — она приласкала маленькую белочку, которая изогнулась под ее рукой, как ангорская кошка. Животные не были ни к чему привязаны, их ничто, казалось, не удерживало, но тем не менее они держались друг от друга на расстоянии.

— Вот это, — повторила девушка, — ифин.

Внезапно она замолчала и остановилась.

— Извини, Дикий Волк, — сказала она. — У тебя ведь есть имя? Как тебя зовут?

— Джеймс Кейл, — ответил он, — зови меня Джим.

— Джим, — повторила она, склонив голову и стараясь правильно выговаривать его имя. На языке Империи звук «м» звучал долго, и краткая форма от имени «Джеймс» получалась у нее более мелодичной и музыкальной, чем английская.

— А как твое имя? — спросил Джим.

Она вздрогнула и посмотрела на него с огромным удивлением.

— Но ты должен звать меня Высокородной, — немного враждебно сказала она. Но в следующее мгновение поборола себя. Ее природная доброта взяла верх.

— У меня, конечно, есть имя. И даже не одно, а много, много имен. Но, как правило, у нас есть одно общепринятое имя. Меня обычно зовут Ро.

— Благодарю тебя, Высокородная, — сказал Джим.

— О, ты можешь называть меня Ро… — она вдруг замолчала, как будто испугавшись своих слов. — По крайней мере, когда мы одни. Ведь ты же человек, Джим, хотя и… Дикий Волк.

— Это тоже придется объяснить мне, Ро, — сказал Джим. — Почему меня Высокородные называют Диким Волком?

Она изумленно посмотрела на него.

— Но ведь ты… Ну, конечно же, ты — единственный человек, который этого не понимает!

Она еще раз покраснела, и Джим удивился. Такая реакция у взрослой женщины?..

— Это… не очень привлекательное имя. Оно звучит… значит, что ты — человек, но затерянный когда-то в лесах и воспитанный зверями и… это значит, что он не имеет никакого представления о настоящем человеке.

И она еще раз покраснела.

— Извини, — сказала она, глядя в пол. — Мне не надо было тебя называть так, но я не подумала. Я буду всегда звать тебя Джимом.

Джим улыбнулся.

— Это не имеет значения, — сказал он.

— Нет, имеет, — зло сказала она, быстро поднимая голову и в упор смотря на него. — Я знаю, что такое оскорбления, и не позволю называть моих… приемышей Афуан всякими кличками!

— Ну что ж, благодарю тебя, — нежно сказал Джим.

Она ласково потрепала его по руке.

— Пойдем посмотрим на моих приемышей…

Джим пошел за ней. Все животные, казалось, были совершенно свободны, но не могли подойти друг к другу ближе чем на 5–6 футов. Их окружал невидимый барьер. Разумных существ не было. Любопытно, что все животные напоминали земных, как современных, так и вымерших миллионы лет назад. Это было интересно. Это, казалось, подтверждало теорию, что люди Империи и люди Земли одной крови, что когда-то люди Земли затерялись в дали веков и были снова найдены Тронным Миром на окраине Галактики. Но возможно, что планеты, населенные разумными существами, просто развивались параллельно. Да, могло быть и так…

Джим заметил нечто необычное в самой Ро. Почти все животные радовались, когда она заговаривала с ними или ласкала их. Она без колебания подходила к громадным хищникам. Правда, некоторые животные не обращали на ласки никакого внимания, но и не трогали Ро. Гибкое животное ростом с ягуара и чем-то его напоминающее — могучая бестия с массивной, похожей на лошадиную головой — позволяло себя гладить, зевало и упорно не отвечало на заботу Ро. Обезьяноподобное существо, покрытое густыми черными волосами, наоборот, печально ластилось к ее руке и заглядывало в глаза Высокородной.

Когда они отошли от обезьяны, Ро повернулась к Джиму.

— Ты их всех увидел, — сказала она. — Может быть, ты иногда будешь мне помогать за ними ухаживать. Они требуют внимания. Афуан иногда месяцами не вспоминает о них. Но с тобой этого не случится… — Она внезапно прервала свою речь. — Ты понимаешь? Ты даешь представление на Тронном Мире для Императора, когда мы вернемся. И, как я уже сказала, ты не животное!

— Благодарю, — нехотя процедил Джим.

Она удивленно посмотрела на него и рассмеялась. Потрепав его по руке привычным жестом, она сказала:

— Сейчас ты увидишь свою комнату.

И они уже были в комнате, где до сих пор не были. Здесь была стеклянная стена, как в зоопарке, и за ней бушевал океан — волны бились о берега в 30 футах от Джима и Ро. Иллюзия это или реальность?

— Здесь ты будешь жить, — сказала Ро.

Джим огляделся. Дверей не было.

— Может, ты расскажешь бедному Джиму, — сказал тот, — как ему перебраться из этой комнаты в следующую?

— В следующую? — переспросила она, и внезапно Джим понял, что она восприняла его слова буквально.

— Прости, — сказал он. — Я хотел сказать, из этой комнаты в любую другую. Ну, если уж на то пошло, что находится за стеной? — Он указал на непрозрачную стену напротив стеклянной.

Она уставилась на стену, нахмурившись, и покачала головой.

— Но… я не знаю, — сказала она. — Какая разница? Ты можешь пойти, куда хочешь. И… знать, как расположены комнаты, незачем!

Джим запомнил это.

— Но мне надо знать, как перемещаться из комнаты в комнату.

— О, — сказала она. — Прости. Конечно же, ты не знаешь. Корабль делает все — тебе только надо наладить с ним контакт — и он исполнит любое твое приказание. — Она вдруг улыбнулась. — Хочешь посмотреть как выглядит корабль? — спросила она. — Я покажу тебе. А пока отдохни, освойся, разгрузи чемоданы. Когда мне вернуться?

Джим назвал ей время в единицах Империи — примерно пятнадцать земных минут.

— Хорошо, — сказала Po, улыбаясь. — Я приду.

И она исчезла.

Оставшись один, Джим осмотрел комнату. Везде лежали ковры и подушки всех размеров, как в комнате, где он впервые встретился с Ро. В углу стоял массивный куб четырех футов толщиной и восьми длиной. Джим решил, что это кровать. Вначале он никак не мог понять, где находится ванная, ничего похожего в комнате не было. Но как только он представил ее себе, как секция стены послушно отъехала в сторону, открыв туалет и плавательный бассейн. Там были и другие приспособления, но Джим не знал их назначения.

Он отвернулся, и стена ванной тут же закрылась.

Джим поднял чемоданы, поставил их на куб, напоминающий кровать, и открыл. В тот же миг открылось небольшое помещение, которое можно было бы назвать стенным шкафом, если бы там были вешалки. Но их не было.

Он представил себе, что все вещи висят в шкафу, — Джим уже чувствовал связь с кораблем. И все вещи внезапно очутились там. Висели они там, как он себе представлял, но только не на вешалках, а в воздухе, на чем-то невидимом.

Джим кивнул. Он был доволен. Он уже хотел закрыть шкаф, но передумал и взял с полки шотландский костюм с юбкой и кинжалом. Оделся. Повесил на пустующее место снятую одежду.

Шкаф закрылся, и Джим хотел отойти от него, когда в центре комнаты из небытия возник гость. Но это была не Ро. Это был мужчина — Высокородный, с белой, как оникс, кожей и семи футов росту.

— Вот ты где, Дикий Волк, — сказал Высокородный. — Пойдем, Мекон позвал тебя.

В тот же момент они переместились в комнату, которую Джим до сих пор не видел. Это был большой прямоугольный зал, и они стояли в центре. В дальнем конце зала на невысоком ложе из подушек лежало животное, похожее на кошку. Приемыш Ро?.. Когда они появились в центре комнаты, ягуар поднял голову и пристально взглянул на Джима.

— Подожди здесь, — сказал Высокородный. — Мекон присоединится к тебе через минуту.

Он исчез. И Джим остался наедине с огромной кошкой, которая лениво встала и медленно через всю комнату двинулась к нему.

Джим смотрел на ягуара. Раздался удивительно жалобный вскрик — звук настолько тонкий, что Джим никогда бы не поверил, что такой мощный зверь может издать подобный звук. Короткий хвост ягуара поднялся вертикально. Тяжелая голова опустилась, и нижняя челюсть чуть не коснулась пола, пасть широко раскрылась, и обнажились огромные острые клыки.

Животное постепенно приближалось к Джиму. Мягко, почти неслышно мощные лапы ступали по упругому полу.

Вой не умолкал ни на минуту. С клыков стекала слюна. Визг становился все громче и громче, переходя в грозное пение.

Джим ждал.

Ягуар был уже совсем близко. В двенадцати ярдах от землянина он остановился и замер. Хвост бил по полу как метроном, а рев, вырывающийся из глотки, заполнил всю комнату. Казалось, ягуар стоял очень долго. Джим ждал. Вдруг вой резко прервался и гигантская кошка взвилась в воздух, прямо к горлу Джима.