Микаэль не спал.

Всю ночь он слышал звук работающих лопастей вертолета и думал, не их ли это ищут. Впрочем, поиск с воздуха могли вести и ради кого-то другого.

Лейла пошевелилась, и он поцеловал ее в голову, вдыхая запах ее волос. Теперь от них пало океаном, и этот аромат напоминал о времени, которое для них кончилось.

Она проснулась, но не стала открывать глаза: как и Микаэль, она не хотела наступления этого дня.

– Лейла? – Он повернулся. – Я знаю, что ты проснулась. – Она улыбнулась с закрытыми глазами, и он улыбнулся тоже. – Хочешь завтрак?

– Нет. Мне станет плохо, если я поем.

Ее глаза все еще были закрыты, но он увидел влажный блеск на ее щеках. Ему не хотелось делать это расставание еще тяжелее, хотя его самого это просто убивало.

– Спасибо, что подарил мне вчера незабываемую ночь, – сказала она.

– Это было мое наслаждение и мое счастье.

Она открыла глаза, зная, что это мечта – каждое утро вот так просыпаться и видеть его рядом с собой. Когда она была с Микаэлем, мир казался вечным. Разлуки, боли и горя не существовало.

Его глаза жадно смотрели на нее, словно он хотел сохранить в памяти каждую ее черточку, а затем Микаэль взял Лейлу за руку. Он не хотел любви, но она пришла. А теперь он должен ее потерять.

– Выходи за меня…

От этих слов у нее стеснило грудь. В глазах защипало, сердце сжалось. Это было невозможно. И она ответила единственно доступным ей способом.

Она рассмеялась.

– Лейла… – Он не сдавался. – Я решу этот вопрос с твоей семьей. Поговорю с братом…

– Микаэль, ты не сможешь у нас работать.

– Я имел в виду: выходи замуж и живи здесь, – удивленно посмотрел он на нее.

Лейла села и прижала колени к груди.

– Микаэль, я живу во дворце. Как бы твой дом ни был красив, неужели ты думаешь, что я захочу оставить свою привычную жизнь?

Он промолчал.

– А готов ли ты изменить свою жизнь, чтобы жить в Ишле?

Он перевел дыхание.

– Если ты позволишь мне поговорить с твоей семьей, мы сможем быть вместе! Я объясню им, я скажу, что мы оба этого хотим!..

– Ты в самом деле думаешь, что мой отец станет тебя слушать? – Лейла снова рассмеялась. – Не обманывай себя. Пришло время вернуться к семье. Я говорила тебе, что, если ты подаришь мне еще одну ночь, я вернусь счастливой. Я сдержу свое обещание.

Она направилась в ванную. Просьбы помочь больше не поступало. Более того, она заперла за собой дверь.

Лейла долго смотрела на свое отражение в зеркале, убеждая себя, что она сможет это сделать. Она должна была вернуться к семье, которую так сильно любила.

Вот только за дверью сейчас находился мужчина, неожиданно тоже ставший для нее невероятно родным и близким. Он завладел ее сердцем, и она чувствовала, что без него ей будет очень трудно выжить.

Лейла надела свое серебристое платье и сандалии, ощущая себя так, будто собиралась на собственную казнь.

Микаэль!

Ей хотелось выкрикнуть его имя, позвать его, попросить решить эту проблему, а потом вернуться в постель и проснуться через год в его объятиях, чтобы узнать, что все осталось в прошлом.

Вместо этого она толкнула дверь и спросила:

– Отвезешь меня к моей семье сейчас? Я хочу, чтобы отец знал, что со мной все в порядке.

Даже океан был против них. Яхта стремительно скользила по волнам, приближая час расставания. Микаэль представлял, что у его машины их ждут полицейские, и раздумывал, не попрощаться ли прямо здесь и сейчас. Опасения были напрасны. Полиции пока не было.

Лейла взглянула на серебристую машину, которую заметила в толпе других автомобилей еще в самый первый день в Сиднее. Их встреча не была случайностью, подумала она. А Микаэль, глядя на глубокую царапину на полированной поверхности, пытался убедить себя в том, что совсем скоро сможет вернуться к своей привычной жизни. Без нее.

– Мне понравилось водить, – объявила Лейла, усаживаясь на пассажирское сиденье. – Я выполнила весь свой список – и даже больше.

Она застегнула ремень безопасности, пожалуй, даже чересчур поспешно. Если бы Микаэль хотя бы протянул руку к ней, она бы не выдержала, спряталась бы в его объятиях, умоляя не отпускать ее.

Позвонила Венди. В их офисе уже была полиция, они хотели пообщаться с адвокатом Романовым.

– Спасибо.

Он не стал передавать эту новость Лейле, но она и так догадалась, хотя не спросила, от кого был звонок. В молчании они доехали до города.

Она не выдержала и включила радио.

– Не надо, – попытался остановить ее Микаэль, но она не позволила ему это сделать.

– Я хочу послушать.

Ее имя звучало во всех новостях.

Он услышал, как она фыркнула, когда диктор сказал, что принцесса Лейла из Ишлы страдает припадками и что ей может потребоваться скорая медицинская помощь. Однако ее хмурое веселье сменилось сдавленным всхлипом, когда передали запись интервью с ее отцом.

Микаэль услышал горе и недоумение в голосе старого короля.

Когда перевели его слова, Микаэль стиснул зубы. Как бы циничен он ни был и как бы сильно ни хотел ненавидеть этого мужчину, он понимал, что тот действительно очень любит свою дочь.

– Лейла, ты мое самое бесценное сокровище. Пожалуйста, вернись в семью. Люди, у которых она скрывается! Кем бы вы ни были, прошу вас, обеспечьте ее безопасность. Жизнь потеряет для меня всякий смысл, если в ней не станет Лейлы.

После этого последовало заявление, что, если к утру не будет никаких новостей, король приедет в Австралию и примет участие в поисках своей дочери.

Через несколько часов в Ишле должно было наступить утро, и, услышав обещание отца, Лейла распорядилась:

– Высади меня рядом с отелем, где живут Тринити и Захид.

– Я не собираюсь просто тебя высаживать, – нахмурился Микаэль. – Я пойду с тобой и поговорю с твоим братом.

– Нет! – воскликнула она. – Нет!

– Ты в самом деле думаешь, что я просто оставлю тебя и уеду?

– Если я тебе не безразлична, именно так ты и поступишь.

«Все должно было закончиться совсем не так», – думала Лейла, прислонясь к окну и глядя на мелькающие улицы. Расставание должно было вызвать только приятные воспоминания, только улыбку.

Ей хотелось заплакать, хотелось попросить Микаэля развернуть машину и увезти ее снова в дом на побережье!.. Но она не могла позволить себе это сделать.

– Здесь! – показала она, когда они приблизились к кафе, в котором однажды завтракали. Отсюда она могла добраться до отеля сама. – Оставь меня здесь.

– Я просто не могу…

– Все было весело, – перебила она, хотя ее сердце разрывалось на части. – Давай оставим все именно так, хорошо?

– Лейла…

– Пожалуйста, – снова перебила она. – Останови машину, я выйду.

Это было самое сложное, что она когда-либо делала. Самым сложным для Микаэля было позволить ей уйти.

Он вошел в офис и даже не стал просить Венди помолчать. Она все поняла по его взгляду, по выражению его лица. Она была отличным помощником.

Он вошел в полумрак своего кабинета, стараясь не думать о том, что всего несколько дней назад он не знал никакой принцессы Лейлы.

Самое лучшее, что случилось в его жизни, было уже в прошлом, и все, что ему оставалось сделать, – это позволить ей уйти.

Он чувствовал себя так, словно пережил маленькую смерть. Никогда еще ему не было так плохо.

Микаэль тяжело дышал, пытаясь свыкнуться с мыслью, что следующие пятьдесят или даже больше лет он будет жить на одной планете с Лейлой и не сможет ее увидеть. Никогда.

На столе зазвонил телефон, но он не взял трубку.

– Микаэль? – постучала в дверь Венди.

– Не хочу ничего слышать!

Но дверь все равно открылась.

– Только что позвонили из кафе, где ты завтракаешь, – сказала с порога Венди. – Похоже, Лейла там. Они видели ее в новостях, но вместо того, чтобы сообщить в полицию, позвонили тебе.

– Скажи им, пусть вернут ее назад!..

– Они усадили ее в кабинку, а на все соседние столики поставили таблички «Занято». Лейла не знает, что они тебе позвонили.

И Микаэль побежал.

Он почти влетел в кафе и увидел заговорщицки улыбающегося управляющего.

– С Лейлой все хорошо, – поспешил успокоить он Микаэля. – Если не считать того, что она плачет. Она пришла и спросила, не продаем ли мы кофе беднякам. Она вряд ли понимает, что это такое и чего она хочет. Но она так восхитительна, что кто сможет ей отказать?

Никто. Микаэль – точно нет.

Слезы струились по ее щекам, она сжимала в руках свою чашку кофе, и Микаэль знал, что видит настоящую Лейлу – ту, которая пряталась за внешним блестящим фасадом. Лейлу, которую ему посчастливилось узнать.

– Кофе станет соленым, – тихо сказал он, и она вздрогнула от неожиданности.

Подняв на него глаза, она даже не старалась утереть слезы.

– Меня раздирают противоречивые чувства, Микаэль, – призналась она. – Это должно было стать развлечением. Я сделала все, что хотела, и не понимаю, почему мне так грустно и так плохо.

Микаэль сел напротив нее и бездумно взял ее руки в свои.

Он взглянул на маленький серповидный шрам на ее запястье и понял, что, даже если это причинит им обоим боль, он попытается еще раз потому, что он не хотел, чтобы она возвращалась домой, и потому, что его сердце сжималось при мысли, что она будет с другим мужчиной. Она будет встречать его дома, ей придется рожать ему детей – и страдать, потому что ему не будет никакого дела до ее страхов, до ее психологических травм, до ее чувств.

Микаэль знал, что с ним все было бы по-другому. Он не хотел, чтобы она боялась, но, если даже этого нельзя было избежать, он был бы рядом с ней и смог бы ее успокоить. Если только она позволит…

– Лейла, я говорил сегодня утром серьезно: ты выйдешь за меня? – снова начал он. – Я все улажу. Я поговорю с твоим братом, с отцом…

– Нет. – Она взглянула на него. – Этого никогда не случится.

– Лейла…

– Пожалуйста, Микаэль, не усложняй и без того тяжелую для меня ситуацию. Я пришла сюда просто для того, чтобы посидеть в тишине, выпить чашку кофе и подумать обо всем, прежде чем увижу брата. Я испугана больше, чем я думала. И еще я зла на них, потому что они рассказали отцу.

Слезы продолжали бежать по ее щекам. Микаэлю не хотелось, чтобы она уходила. Но он должен был выполнить ее просьбу и ничего не усложнять.

– Я могу что-нибудь сделать, как-то помочь?

– Да. – Она сглотнула. – Поговори, пожалуйста, с Захидом сам. Скажи ему, что между нами ничего не было. Скажи, что я жила у твоих друзей, в их семье, и ты не был со мной, когда писал ему вечерами и ночами.

– Тебе от этого станет легче?

– Значительно, – кивнула Лейла. – Если мой отец узнает, что я была наедине с мужчиной… – Она покачала головой. – Он не должен узнать. Но если ты не уверен, что сможешь отлично сыграть эту роль и обмануть их, не соглашайся. Ты должен чувствовать то же самое, что и в начале нашего знакомства: я только проблема и у тебя нет никаких чувств ко мне.

Микаэль пересел на сиденье рядом с ней и обнял ее. Она в последний раз почувствовала его губы на своих губах. Это был нежный поцелуй, легкое прикосновение, но в нем жила такая страсть, что ее губы запомнили этот момент навсегда.

– Я не знаю, как позволить тебе уйти, – признался он.

– Если я тебе не безразлична, ты позволишь мне это сделать. Я дорожу своей семьей. Они сейчас злы на меня, но ты ведь отправляешь меня не к дьяволам, Микаэль. Ты возвращаешь меня моей семье, людям, которые меня любят.

Он вспомнил ее нежную кожу, вспомнил, какой избалованной и ухоженной она была, а затем подумал об ее отце, который был раздавлен горем, узнав, что принцесса пропала, и места себе не находил от мысли, что он мог ее потерять навсегда.

Как и Микаэль.

– Пожалуйста, – снова попросила Лейла. – Не усложняй. Мне и так очень непросто.

Он не мог сказать ей «нет». Ему предстояла самая трудная задача в его жизни.

– Мы сделаем это в моем офисе.