Казалось, это последняя ночь на земле.

Микаэль вел яхту, пока они не удалились от его дома на достаточное расстояние. Испытывая удовлетворение от того, что теперь найти их стало значительно труднее, он бросил якорь в живописной бухте.

Лейла стояла, прислонившись к перилам, и любовалась открывающимся перед ней морским простором. Микаэль смотрел на нее и спрашивал себя, как он мог согласиться на это безумное предложение, как он мог решить подарить ей ночь ее мечты, зная, что завтра потеряет ее навсегда?!.

Она чувствовала на себе его взгляд. Небо пылало алыми, как кровь, лучами заходящего солнца. Следующий закат, который она увидит, без сомнения, будет уже на обратном пути в Ишлу.

Почему Захид рассказал, что она пропала?

От набегающих слез защипало в глазах. Меньше всего на свете она хотела потревожить и огорчить отца.

Она вспоминала, как говорила Захиду и Тринити о том, что, если они не выполнят ее желание, она обратится в посольство. Это был блеф – она бы ни за что так не поступила. Но ведь она не сделала ничего дурного, все, чего ей так страстно хотелось, – это свободы всего на одну неделю. Почему же они ее предали?..

– Здесь так красиво, – сказала она, когда Микаэль подошел к ней. Но природа не могла успокоить боль. Наоборот, желание расплакаться стало нестерпимым. – Зачем они рассказали отцу? Почему впутали в это дело полицию?

– Думаю, что прошлым вечером они встревожились, когда я не послал им своего обычного сообщения, что у тебя все в порядке.

– Мне следовало тебе позвонить, – призналась Лейла. – Просто это мне не пришло в голову. Если бы у меня был свой телефон, я бы обязательно позвонила – и не раз. Но у меня его нет…

– Я знаю, – кивнул Микаэль и положил руку ей на плечо. Он смотрел в сгущающиеся сумерки и жалел о том, что накануне они поссорились. Никто не был виноват. Лейла мало ориентировалась в городских реалиях, не знала, где найти телефон, а кроме того, он сам много раз говорил ей, чтобы она звонила только в чрезвычайных ситуациях.

Еще совсем недавно он не хотел, чтобы она отвлекала его от дел. Сейчас Микаэлю показалось, что с тех пор прошла целая вечность.

– Ты был прав, что писал Захиду, – заметила Лейла. – Я думала об этом, когда ты прошлой ночью оставил меня одну. Наверное, если бы ты не написал ему в самый первый день и не успокоил, мой отец уже к утру знал бы обо всем. Так что ты дал нам хотя бы немного времени.

– Недели у тебя не получилось, – горько усмехнулся Микаэль. – Но хотя бы эти несколько дней ты провела хорошо?

– Это было чудесное время. – Ее голос дрогнул. – Ты вел себя по отношению ко мне просто необыкновенно.

Микаэль приготовил ее любимый ужин. На этот раз обошлось без пожара. Лейла наблюдала за ним, сидя на скамейке.

– Не надоели еще креветки? – взглянул он в ее сторону.

– Боюсь, они мне никогда не надоедят.

Они взяли ужин на палубу. Микаэль наполнил бокалы шампанским. Это была восхитительная трапеза, и Лейла расслабилась.

– Что тебя ждет, когда ты вернешься в Ишлу? – неожиданно спросил он. – Ты говорила, что могут быть неприятности, но могу я узнать, какие именно?

– Подозреваю, отец запретит мне пользоваться компьютером, – вздохнула она. – И наверное, мне придется извиниться перед Тринити и Захидом. Возможно, мне также не разрешат учить моих девочек… – Она провела рукой по волосам, вспомнила улыбающиеся лица маленьких учениц и подумала, что они будут по ней скучать. Она тоже будет. Лейла снова вздохнула. – Наверное, я была эгоистична. Они могут начать плохо учиться из-за меня.

– Кто знает, вдруг это не продлится слишком долго, – постарался успокоить ее Микаэль, но она покачала головой.

– Отец уже сказал мне, что мой будущий муж может счесть оскорбительным тот факт, что я работаю. Подозреваю, решение будет принято ради него. – Помолчав, она решилась поделиться с ним опасениями, которые тревожили ее. – Полагаю, мой отец захочет перенести день моей свадьбы. Я пыталась этого избежать, как могла. Теперь он скажет, что я не оставила ему другого шанса.

– Лейла…

– Пожалуйста, не задавай мне больше никаких вопросов.

Микаэль в отчаянии выдохнул, но она еще не закончила говорить.

– Меня так любят дома, и я так счастлива. Мне просто хотелось приключений. Хотя бы одного, но самого незабываемого – и я его получила. Я только забыла первое правило шахмат.

– Какое?

– Смотреть дальше следующего хода. Я планировала свой побег, я продумала все, что буду делать, оказавшись здесь, но я забыла о том, что все проходит. И мне придется возвращаться в свою прежнюю жизнь. Я никогда не думала, что это может причинить мне боль. Мне даже в голову не приходило, что мне захочется остаться здесь. – Микаэль хотел что-то сказать, но она махнула рукой, останавливая его. – Да, мне хочется остаться. Но я никогда не поступлю так с отцом, с моей страной и людьми, которые меня любят.

– Даже если ты будешь несчастлива?

– Я буду счастлива. Просто я буду скучать по этому месту. – Она отвела глаза, стараясь не думать о том, как сильно ей будет недоставать Микаэля. Это было несправедливо по отношению к ним обоим.

В тот первый день, когда она рассказывала ему, что всегда говорит то, что думает, хотя это и доставляет ей проблемы, Лейла не лгала. Сейчас, возможно, это было даже очевиднее, чем всегда. Она только боялась сломаться и сказать ему, что она чувствует на самом деле.

– Я хотела, чтобы этот вечер стал чудесным, – через силу улыбнулась она Микаэлю, – но я не ожидала, что мне захочется плакать.

– Иди ко мне, – позвал он ее. Микаэль усадил ее в шезлонг и прилег рядом. Несколько восхитительных минут они молчали, ощущая близость друг друга.

– Ты испытываешь какие-нибудь сожаления? – спросил он, и она покачала головой.

– А ты?

– Нет, – ответил он.

Лейла смотрела в небо, усыпанное звездами, и думала, что в его объятиях ей хорошо и спокойно. Где-то очень высоко тускло светила луна.

– Знаешь, о чем я подумал, когда впервые увидел тебя? – сказал Микаэль, глядя на луну и вспоминая, как он вошел в свой офис и нашел там принцессу в серебристом платье. – Загадать желание на новую луну.

Может, ему не стоило об этом говорить, но она улыбнулась.

– А я только что загадала. – Лейла повернула голову и посмотрела ему в глаза.

– Только не говори мне, – предупредил он.

– Хорошо.

Она продолжала смотреть на него и думала о том, какое счастье сейчас быть здесь вместе с ним. Пусть даже ненадолго.

– Ну что ж… Я сделала все. Я научилась танцевать…

– У тебя в самом деле неплохо получилось, – одобрительно кивнул он.

– …у меня был романтический ужин с очень романтичным мужчиной. Мы держались за руки, касались друг друга коленями, мы целовались… – Она запнулась. – Я даже сделала больше, чем хотела, – познала наслаждение.

– Хорошо.

– У меня были цветы, целый день в постели, – продолжала перечислять она. – День осмотра достопримечательностей.

– Что тебе понравилось больше всего?

– Кроме наслаждения, которое ты мне подарил? – уточнила Лейла. – Вечеринка в клубе, пожалуй… Тебе она понравилась, Микаэль?

– Очень.

– А что еще? Что ты запомнил?

Микаэль задумался. Он помнил все начиная с того момента, когда она вытащила свой невероятный рубин, нанимая его на работу.

– Мне все понравилось, – наконец сказал он. – Единственное темное пятно – это наша ссора.

– Микаэль! – предостерегла его Лейла. – Ссора тоже была не зря. Если бы не она, тебе бы не пришлось меня успокаивать и ты бы никогда не согласился привезти меня к себе в дом.

Микаэль не удержался от смеха.

– Так, значит, ты мной просто манипулировала? – Он был скорее восхищен, чем раздосадован. – Ты что, всегда этим пользуешься?

– Постоянно, – кивнула она. – Все, что я говорю, имеет только одну цель: получить то, что я хочу. – Она смотрела на улыбающегося Микаэля и думала о том, что сейчас он выглядит намного счастливее, чем в тот день, когда они познакомились. – Мы можем заняться сексом понарошку – как актеры, которых я видела по телевизору?

Она загадала именно это желание.

И он его осуществит.

– Да, – сказал он. Пусть им оставалось совсем немного времени, он просто позволит себе ее любить.

– Ты можешь снять это на свой телефон, а потом мы посмотрим запись, – предложила Лейла, когда он повел ее в каюту.

– Нет.

– Это было бы весело, – настаивала она.

– Ни за что, – возразил Микаэль и снова не смог удержаться от смеха.

– Ты такой милый со мной, – улыбнулась она, садясь на край ванны и наблюдая за тем, как он бреется, чтобы не оставить следов на ее коже.

– Разве это плохо? Почему я не должен быть милым?

– А ведь тебя считают безжалостным и жестоким… Они тебя не знают.

– Я и не хочу, чтобы они меня узнавали, – пожал плечами Микаэль.

Ему нравилось одинокое существование. Ему вполне хватало для счастья его работы, которая занимала почти все время, и секса без обязательств. Но теперь все изменилось. В его жизни появилась капризная принцесса, и он сделает все, чтобы эта ночь запомнилась ей навсегда.

– Ты помнишь, что я сказала в машине? Что даже если я попрошу…

– Лейла, тебе не нужно об этом даже волноваться, – перебил он ее. – Так где ты меня хочешь?

– Извини?..

– Ты же сказала, что мы будем как актеры. Итак, я возвращаюсь домой с работы или мы уже в постели? Как развивались события в том эпизоде фильма, который ты смотрела?

Она засмеялась, а ведь часом раньше ей казалось, что сегодня совсем не до смеха. Микаэль смог отвлечь ее, и она с удовольствием приняла правила игры.

Их обоих захватила страсть, и они даже не пытались сопротивляться.

– Мы на яхте и будем плыть вечно, – мечтательно сказала Лейла, когда он взял ее лицо в свои руки. – Завтра никогда не наступит.

Они увлеченно целовались, он был так невероятно нежен, лаская ее спину и плечи, снимая с нее одежду. Она чувствовала свои обнаженные груди, прижавшиеся к его коже. Это прикосновение вызывало в ней почти физическую боль.

Лейла потянулась к поясу его брюк, но затем передумала. Она держала его сквозь ткань, лаская и возбуждая, пока Микаэль не отстранил ее руку и не подвел к постели. Лежа, она смотрела, как он раздевается, а затем скользнула под простыню. Микаэль присоединился к ней.

С ее губ он перешел на груди, и Лейла блаженствовала под его ласками, всем телом ощущая, как ее соски под напором превращаются в пылающие бутончики. Его поцелуи опустились ниже.

– Сними их, – велела она, когда он дотронулся до трусиков. Но Микаэль ее словно не слышал.

Лейла сняла их сама.

Микаэль продолжал ее целовать, и она ответила ласками, чувствуя, как он дрожит от напряжения под ее рукой.

Микаэль приподнялся на коленях, и Лейла взглянула на него.

– Совсем немного?..

– Ни за что, – сказал он, накрывая ее руку, пока она гладила его, чувствуя мягкую, нежную кожу, скрывающую горячую сталь. И это была настоящая пытка, потому что они заслуживали большего.

Он стал целовать ее бедра, постепенно добираясь до самого заветного. Ее дыхание прервалось, единственное, о чем она мечтала сейчас, – чтобы он не останавливался.

Микаэль положил ее ноги себе на плечи. Дразнящие ласки его языка кружили ей голову, заставляя всхлипывать от желания и досады – так она хотела почувствовать его внутри себя.

– Мне все равно, Микаэль, – прошептала она, пытаясь отодвинуть его и в то же время мечтая, чтобы он овладел ею, – мне все равно, что будет, когда я вернусь…

Ласки его стали еще более интенсивными, он вел ее к черте, за которой начиналось забвение. Но какое бы удовольствие она ни испытывала сейчас, ей было мало.

– Я хочу попробовать тебя на вкус, – прошептала она и улыбнулась, услышав его стон.

– Ты сказала…

– Я могу себе это позволить. – Она знала, что никогда не сделает этого ни с кем другим. – Пожалуйста, Микаэль. Я хочу тебя.

Он лег на спину. Лейла наклонила голову и стала медленно его целовать. Волосы мягкой волной падали ей на лицо. Она подняла их и завязала в узел.

– Так лучше, – пробормотала она. – Я хочу, чтобы мне ничего не мешало.

Она целовала его с открытыми глазами, потому что хотела запомнить этот миг навсегда. Она сама была возбуждена не меньше его.

Лейла почувствовала одну его руку на своих ягодицах, а другой Микаэль мягко заставил ее опуститься чуть ниже.

И она сделала то, чего он хотел, о чем она сама мечтала! Чувствуя его вкус, она представляла, что он мог взять ее сейчас, как муж, как единственный мужчина в ее жизни. Да, она была его женой, потому что понимала, что никогда не будет так близка ни с одним другим, никогда не будет стонать и мурлыкать, доставляя ему наслаждение и сама испытывая невероятный восторг.

Напряжение достигло предела, время и пространство сжались в звенящую струну – и вдруг взорвались волной фантастического экстаза. Микаэль услышал ее потрясенный стон. Он ощутил неловкость: он хотел предупредить, но не успел.

Она глубоко вздохнула и сделала глоток.

– О боже, Микаэль! – Он слышал стук ее сердца и ждал, что она скажет. – Это было восхитительно!

– Так и есть.

– Немного практики, и я думаю… – Ее голос упал.

У них почти не осталось времени.

– Иди ко мне, – сказал он и привлек ее к себе.

Никто не хотел наступления утра.