Они нашли коней на поляне под присмотром аррхе, молодых кхелов, двух женщин, одетых в белое. Вид их говорил, что они не подозревали о том, что произошло под куполом. Аррхе не предложили помощи, но и не оказали сопротивления.

— Милорд, — сказала Моргейн Мериру, — надо привести сюда аррхендян, если мы намерены защищать это место. Можете вы сделать это?

Старый лорд кивнул, повернулся, натянул повод белого коня и двинулся в направлении реки. Даже сквозь деревья можно было слышать шум голосов, лошадиное ржание — орда приближалась.

— Я ничего не вижу, — сказал Мерир.

Это было безумие. Но так решила Моргейн.

— Леллин, Сезар, — сказала она.

— Холм наш, — сказал Леллин. — Во всяком случае, только что был.

Аррхе стояли в лесу и дальше, на лугу.

— Не стойте здесь, когда они придут, — сказала Моргейн. — Вы только лишитесь жизни. Укройтесь со стариками.

Они поклонились на свой молчаливый манер. Может быть, они могли спрятаться, может и нет. Они не ответили.

Здесь поднимался каменный холм, на одной из сторон луга и среди деревьев петляла тропинка. Крики орды звучали уже совсем близко.

Они преодолели подъем, не слезая с коней, и поехали дальше. Моргейн вела их среди деревьев, которые покрывали этот склон и уходили дальше. Здесь было много камней — массивных базальтовых глыб.

Моргейн натянула поводья и слезла с седла, оставив Сиптаха стоять. Остальные спешились, привязали коней среди деревьев и последовали за ней.

Ванай оглянулся. Последним уже подъезжал Рох, который имел возможность бежать. «Сделай это», — подумал вдруг Ванай от всей души.

Но он не стал ждать Роха: какую бы битву ни вел Рох, это касалось только его. Он повернулся и последовал за Шаррном и Лев, вверх по камням.

Холм открывал ему вид на луг, он был выше, чем это казалось, потому что поднимался над макушками деревьев. Неподалеку стояли каменные столбы — не дело рук кхела или человека, а природные останки. Между двумя из них стояли Мерир и Моргейн вместе с остальными.

Ванай осторожно проехал мимо Лев к Моргейн и теперь мог видеть реку и часть лесов харилян. Во все стороны отсюда раскидывался туманный зеленый лес, и он видел даже часть долины.

А поблизости… двигалось что-то бесформенное. Словно действительно, как говорил Леллин, на берегах Нарна вырос новый лес, кипящая масса, блестящая металлическими остриями пик и шлемов. Большинство из наступающих были на конях. Орда заполнила весь берег и бурлила в горловине низины, ведущей к югу, двигаясь уверенно и без спешки. Голоса, казалось, вырывались из единой глотки.

— Их так много, — прошептала Виз. — Во всем Шатане не наберется столько аррхендян. Нам не хватит стрел.

— Или не хватит времени выпустить их, — сказал Ларрел.

Моргейн подошла ближе к краю. Ванай встревоженно схватил ее за руку, хотя расстояние было велико и вряд ли ее могли заметить. Она поняла предостережение и остановилась.

— Это место невозможно удержать, — сказала она. — Даже если бы это и входило в наши намерения. Склон на другой стороне слишком широк. Эта высота может стать для нас ловушкой. Но вражеское кольцо еще не сомкнулось. Если можно привести аррхендян… прежде, чем они примутся за огонь и топор, и если мы сможем удержать орду у Врат Нехмина…

— Это можно, — сказал Леллин. — Дед, это необходимо.

— Мы не можем драться, — сказал Мерир. — Во всяком случае, не по их правилам — верхом и в доспехах.

 — Не верьте… — сказал Рох, приближаясь. — Слушайте меня. Не верьте внешнему виду шиюа. Это я учил их. Хетару захватил весь север Шиюаня за какие-то дни. А он более способный ученик, чем его учитель.

— Чего ты от них ожидаешь?

Рох взглянул на реку, сделал гримасу.

— Восемь-десять тысяч здесь — им необходимо только добраться до этого места. А с другой стороны к Нехмину подходят втрое большие силы. Возможно, они поднимаются по речушке, что течет к северу отсюда. Они перехватят любого из нас, кто попытается бежать в этом направлении. Они укрываются в кустах по обе стороны от нее, а это — зрелище, чтобы нас отвлечь.

— А брод по течению Нарна?

— Можешь поверить, что о бродах шиюа узнали в первую очередь. А сколько всадников в орде… никто их не считал. Даже кхелы не знают этого. Но не меньше сотни тысяч, и все драчуны, убийцы. Даже молодые. Они опустошили собственную землю и перебили на ней всех, прежде чем прийти сюда. Даже дети разрезали людей на кусочки. Убийство — их обычай, убийство и кража, и любое преступление. Они будут драться, тем более, если считают, что их враги беспомощны.

— Можем ли мы довериться его совету? — спросил Мерир.

Моргейн кивнула.

— Верь, — сказала она тихо, — этот человек желает вам добра, лорд Мерир. Его собственная земля похожа на Шатан, хотя ему столько лет, что все его воспоминания больше похожи на сны. Разве это не так?

Рох вздрогнул, посмотрел на нее и протянул руку к камням, опершись на них.

— Милорд, — сказала Моргейн, — я не думаю, что даже аррхендяне смогут драться с большею любовью к этой стране, чем этот человек.

Мерир взглянул на него. Рох наклонил голову, глаза его были полны слез.

— Да, — сказал Мерир, — я верю.

Голоса на лугу стали громче. Звуки напомнили им об опасности.

— Нельзя здесь оставаться, — сказал Ванай. — Лейо.

Она сделала шаг назад. Но Мерир медлил. Он снял свой рог в серебряной оправе.

— Нам лучше сесть на коней, — сказал старый лорд. — Мы привлечем внимание. У нас есть странный закон, друзья-чужеземцы. Рог не должен звучать в Шатане. И все же мы носим их, хотя они и молчали последние пятнадцать столетий. Ты просила вызвать аррхендян Садись на коня.

Она оглянулась на орду, которая уже роем поднималась на холмы. Затем она кивнула и быстро пошла назад вместе с остальными. Остались только Леллин и Сезар.

— Мы не оставим их, — сказал Шеррн.

— Да, — сказала Моргейн. — Не оставим Приготовьте для них коней. Я думаю, нам предстоят скачки.

Они приблизились к коням. Наконец, они быстро уселись в седла.

И внезапно раздался протяжный плач, который перерос в ясный, чистый зов рога. Ванай оглянулся. На вершине холма стоял Мерир и трубил в рог, который звучал над лесом и лугом. Толпа ответила на это разъяренным криком, приняв его за вызов. Затем он зазвучал громче, чем голоса врагов, отражаясь эхом от камней, раскатываясь снова и снова.

Затем издалека послышался ответный зов рога, слабый, как шелест листвы. Рев орды заглушил его, но аррхендяне успели услышать ответ.

— Пошли! — крикнула Моргейн, и Мерир, с помощью Леллина и Сезара, двинулся вниз по тропе. Наконец, они все вместе помчались верхом, огибая камни, и за спиной у них прозвучал леденящий душу вой, и справа с таким же воем вырывались шиюа.

— Дигхаран! — кричали они. — Дигхаран! — На их языке это означало «смерть!».

Из руки Моргейн вырвалось красное пламя, из лука Перрин — стрела. Несколько всадников из орды упало, но нельзя было задерживаться, и Ванай пришпорил коня, загородил ее и, уклоняясь от ветвей, ответил выстрелом. Перед ними была тропа, ведущая вниз. Они мчались, и ветер звучал в ушах, и лошади поворачивали, оступаясь, на всем скаку.

Враги еще не добрались до вершины холма. У подножия Моргейн низко склонилась и направила Сиптаха в лес. Ванай оглянулся через плечо. Шиюа преследовали.

Шаррн, Перрин и Виз, и Лев, и Рох — они прикрывали отход. Они отстреливались. Ларрел и Кессун были с Мериром, потому что Леллин и Сезар оказались безоружны. Слишком малочисленны были они, и трое из них не могли сражаться. Но меткие стрелы, летящие в орду, убавили у шиюа пылу.

Ванай держал в руке меч. Они с Моргейн скакали в авангарде, и от лука в рукопашной схватке не было бы проку. Моргейн вылетела вперед — ей нужно было пространство для эффективного использования своего черного оружия и меча, а место илина было слева, где полагается быть щиту. Ванай изо всех сил старался следовать этому правилу, насколько это возможно было в бешеной скачке среди ветвей. Но всадники-кхелы, менее искусные, тем более, вооруженные длинными пиками и в шлемах, которые наполовину слепили их, не могли здесь двигаться так быстро. Вскоре шум погони затих в отдалении.

В лесу показался просвет. Они завернули за поворот тропы, и Моргейн резко натянула поводья, увидев двух аррха.

Аррха помахали им руками.

— Нет, — сказала Моргейн, — Вы только зря погибнете. Сила алмазов не остановит тех, кто гонится за нами.

— Слушайтесь ее, — сказал Мерир. — Садитесь сзади на наших коней. Вы нам нужны.

Их посадили на своих коней Леллин и Сезар. Моргейн снова двинулась в путь, и они пересекли маленькую поляну.

— Сюда. — Впервые Ванай услышал речь Аррха. Молодая женщина-кхел, сидевшая за спиной Сезара, показала в противоположном направлении тому, в каком они ехали, и Моргейн мгновенно повернула коня.

Казалось, шиюа потеряли их след. Некоторое время они шли пешком, чтобы дать отдых коням, и вдруг вышли на открытое пространство. Ванай тут же забыл обо всем на свете. Там высились два холма, дальний — неестественно пологий, а дальше простиралась равнина, освещенная заходящим на западе солнцем. Наверху стояла крепость, доминируя над окружающими землями — квадратного сечения куб, содержащий великую энергию.

Нехмин.

А перед ними на расчищенном пространстве, вперемешку с послеполуденным туманом, сверкали доспехи, и суетилась темная масса людей.

Моргейн натянула поводья еще до того, как они выехали из-под прикрытия леса. Разочарование редко появлялось на ее лице, но сейчас оно появилось. Нехмин был окружен таким множеством врагов, сколько камешков было на берегах Нарна. Они простирались серой кипящей массой во всех направлениях, поднимались на дальний холм, словно волны прибоя.

— Лейо, — сказал Ванай, — надо убираться отсюда Иначе преследователи прижмут нас к осаждающим… Ничего хорошего.

Она развернула Сиптаха. Звук погони становился различим.

— Они уже нас прижали, — сказала она. — Здесь засада повсюду. Они подошли по трем рекам. Пройдут дни, прежде чем аррхендяне смогут собрать такие силы.

Лицо Мерира было мрачным.

— Мы никогда не сможем их собрать. Придет время, и каждый будет драться.

— И каждый умрет, — в отчаянии сказал Ванай. — Это безумие — тягаться с такой силищей.

— Все никогда не умрут, — сказал Шаррн. — Покуда стоит Шатан. Но потребуется время, чтобы справиться с ними. Первые из нас, кто столкнется с ними, погибнут наверняка, и тысячи погибнут позже. Но это наша земля, и мы не позволим ее покорить.

— Но Нехмин может пасть, — сказала Моргейн. — У них достаточно сил, чтобы забросать его костями. Даже сила алмазов не сможет долго удерживать их. Нет, мы не должны ждать здесь, что случится. Где доступ к Нехмину, лорд?

— Отсюда не видать. Это три холма, Меньший Рог, крепость над дорогой, ее врата выходят на эту сторону… Темный Рог, который вы видите отсюда, и там расположен вход в Нехмин. Мы можем надеяться приблизиться только к самому ближнему, Белому Рогу, прежде чем они бросятся на нас.

— Поехали, — сказала она. — По крайней мере, не будем дожидаться, пока они нас здесь прикончат. Попытаемся.

— Они узнают вашего коня даже издали, — сказал Рох. — Таких, как у вас и у лорда Мерира, ни у кого нет.

Моргейн пожала плечами.

— В таком случае, они узнают меня, — сказала она В лице ее вдруг промелькнуло недоверие, и она посмотрела на Роха, вооруженного, который мог оказаться у нёе за спиной в положении, когда никто не сможет его остановить.

Но звук погони уже приближался, и медлить было нельзя. Она пришпорила Сиптаха и двинулась вперед.

Она собиралась добраться до Белого Рога, отделявшего ее от Нехмина. Точно так же поступил бы и Ванай, будь у него выбор.

— Они сзади! — закричал Кессун. Они оглянулись и увидели передние ряды преследователей, несущихся на них в чаще леса.

— Вперед, — крикнула Моргейн. — Леллин, Сезар, Мерир, скачите, сколько сможете. Мы отгоним этих и поедем за вами. Остальные — со мной!

«Правильно», — подумал Ванай. Пятеро безоружных из их группы смогут выиграть расстояние. Девятеро вооруженных смогут задержать преследователей. Он не стал натягивать лук — не умел стрелять с седла. Он был Нхай и потому слева от Моргейн обнажил шиюанский меч. Перрин, Виз, Рох, Шаррн, Лев, Ларрел и Кессун выпускали стрелу за стрелой, и всадники летели с коней, а из самого маленького оружия Моргейн бил красный огонь. Кони и всадники летели вниз, но все же горстка воинов прорвалась — в демонических шлемах, с наведенными зазубренными пиками, с задыхающейся от бега толпой пеших болотников следом за ними.

Ванай по-нхайски свесился набок, уклоняясь от направленной в него пики, и добрый конь устоял, когда он вновь обрел равновесие и обрушил на кхела удар меча. Лицо того исказилось от страха — он не мог отразить пикой меч. Затем острие меча вонзилось в незащищенное горло, и всадник опрокинулся через лошадиный круп назад.

— Хай! — услышал он сбоку. Это был Рох с длинным мечом. Он не привык сражаться на ровном месте, но кхел, нападавший на него, уже валялся под копытами своего коня.

Остальные летели на них. Один всадник поник в седле, охваченный быстро угасающим пламенем. Ванай использовал секунду, подаренную ему Моргейн, чтобы обрушиться на скачущего следом всадника, на чьем полускрытом шлемом лице отразился ужас, когда он понял, что не успеет защититься. Ванай срубил его и оказался в самой гуще болотников. Они тут же рассеялись, испугавшись огня, обрушенного на них Моргейн, превращающего людей в дымящиеся куски мяса. Трава горела, в воздухе раздавался топот ног ударившейся в бегство орды. Ее безжалостно преследовали стрелы аррхендян и выстрелы Моргейн, оставляя в поле мертвых и умирающих.

Ванай поворотил коня, глянув на лицо Роха, — бледное, мрачное и удовлетворенное. Он увидел Ларрела на земле и склонившегося над ним Кессуна. Он был настолько залит кровью, что не осталось надежды, что он жив. Пика кхела пронзила юному кхелу живот.

Вскочив на ноги, Кессун схватил лук и послал три стрелы вслед отступающим шиюа. Попали они в цель или нет — он не видел. Лицо кхемейса было залито слезами.

— На коня! — крикнула Моргейн. — Кхемейс, на коня! Твой лорд нуждается в тебе!

Кессун помедлил, лицо его исказилось от печали и нерешительности. Шаррн приказал ему то же самое, и он вскочил в седло, оставив своего аррхена среди мертвых шиюа. Шок еще не обрушился на Кессуна. Ванай вспомнил, что у них двое безлошадных… Один уже: Перрин подхватила поводья коня Ларрела.

А Рох подхватил повод одного из шиюанских коней, как только они двинулись дальше. Они перешли на галоп и мчались так, и Кессун не оглядывался.

Впереди лежал Белый Рог, и они уже приближались к нему. Моргейн вывела Сиптаха вперед, и серый скакал с такой скоростью, какой не развить было коням аррхендян.

Моргейн захотела, чтобы остальные остановились на расстоянии полета стрелы от этого холма. Группа Мерира была неподалеку. Ванай видел, как Моргейн мчится к ней во весь опор, и, наконец, они сомкнулись.

— Ларрел, — прошептал Мерир, увидя, кого не хватает. Ванай вспомнил, как Мерир говорил, что кхелы умирают молодыми, и почувствовал печаль. Но ему больше жаль было несчастного кхемейса, который сидел, свесив руки и заливаясь слезами.

— Садитесь в седло, — велела Моргейн аррхе. Сезар помог им взобраться на коней. Они держались за поводья так, будто никогда не прикасались к лошадям.

— Старайтесь не отрываться от нас, — сказал им Рох, — Держите поводья в руках и ни в коем случае не тяните их всем телом. Держитесь за седло, если боитесь упасть.

Аррха были испуганы. Они понимающе кивнули и тут же тронулись в путь. Ванай поглядел на женщин и выругался, показывая им, как надо поворачивать и как останавливаться, с ужасом подумав, что станется с этими беспомощными существами, когда они на всем скаку влетят в шиюанскую орду. Он поглядел на Роха и получил в ответ хмурый взгляд.

— Ларрел просто был первым, — сказал Рох. Пояснений не понадобилось — аррхендяне не были защищены доспехами и вооружены для рукопашной. Только он, Рох и Моргейн могли вести такой бой. Ванай ехал ближе к Моргейн, делая это столько же по привычке, сколько по необходимости.

— Смотрите, — крикнула одна из аррхе, ибо на Белом Роге был зажжен сигнальный огонь, облако дыма уже разносилось ветром.

И этого было достаточно.

Шум, доносившийся со стороны орды, был похож на гул прибоя, и их количество казалось неисчислимым даже тому, кто привык к сражениям и знал, как устанавливать число войскам в поле. Весь лагерь Азерота понесся вперед, не желая возвращаться в утопающий мир.

К ним неслись всадники-юселы, солдаты в демонических шлемах, холодный строй стали и острых пик.

Затем Ванай расстался со слабой надеждой спастись, ибо даже болотники могли налететь и задавить их своим числом. Не говоря уже о шиюанских всадниках. Они уже поняли, что имеют дело с Моргейн, и ненависть их вспыхнула с удвоенной силой. Сотня всадников, две согни, три — рев поднялся к небу, заглушая топот копыт.

И внезапно Мерир выехал вперед на белом коне, который легко вышел стремя в стремя с Сиптахом, и сказал:

— Уходите! Отступайте! Мы с аррха чего-то стоим.

Моргейн послушалась и поскакала дальше, хотя Ванай задрожал, видя, как старый лорд и хрупкие аррха в белых платьях двинулись к частоколу пик. Мерир и его спутницы разъехались подальше друг от друга, и вокруг них внезапно замерцала Сила Врат. Одна из аррх вдруг упала с седла, не удержавшись, но та, что скакала на лошади Ларрела, ехала параллельным курсом с Мериром.

Упавшая аррха с трудом поднялась на ноги, как ребенок — она выглядела маленькой и беспомощной. Ванай подскакал к ней и обхватил поперек пояса, как хватал призы на скачках в Керше, втащил перепуганную девушку на коня и положил через седло. Моргейн выругала его за сумасшедший поступок, и он осмелился бросить на нее разгневанный взгляд.

— Держись меня! — крикнула Моргейн. — Брось ее, держись меня!

— Держись! — крикнул Ванай аррха, чувствуя, что конь уже начинает задыхаться. Но хрупкая девушка отказывалась подниматься, колотила кулаком по его бедру, пока он не понял, что она держит в руке алмаз и хочет, чтобы он знал об этом. Она, казалось, была ушиблена. Он сунул меч в ножны и схватил ее одной рукой за платье. Тонкая рука обвилась вокруг его шеи, отчаянно вцепилась. Она закинула ногу за его ногу, проявляя больше храбрости, чем он от нее ожидал. Наконец, она уселась поперек шатанского коня, и тот устоял, лишь оступился однажды, и вдруг Ванай почувствовал силу Врат.

Он понял, чего она от него хочет, и пришпорил коня, поскакав вперед во весь опор, на который был способен измученный конь, не выполнив приказа Моргейн в один из немногих раз. Он мчался вперед и слышал, что кто-то скачет следом. Это… была Моргейн.

Он захрипел, и конь зашатался, когда они приблизились к вражескому строю, но маленькая аррха держалась крепко, и он заморгал от блеска длинной, отчетливо видимой линии пик, приближающейся к ним, словно горизонтальный лес.

Это было безумие. Они не могли столкнуться с этой массой и уцелеть. Разум отказывался управлять телом, даже когда ужас Силы Врат затрещал в воздухе над их головами. Он подумал, что это добавился Ченджеллин, и еще больше испугался, но Моргейн еще не вытащила его. Красное пламя ее меньшего оружия ударило в строй, безжалостное к коням и всадникам. Животные полегли длинной чередой: те что двигались за ними, смешались в жуткую кучу-малу, кричащую и визжащую. Но остальные перехлестнули через них. В лица их были направлены пики.

Ванай отклонился в сторону, и тут Сила Врат ударила в ряды всадников, словно булава, во множестве опрокинув коней и седоков с перекошенными лицами. Но несколько ближайших воинов оставались невредимыми и верхом, хотя и слишком ошеломленные, чтобы верно наносить удары. Ванай мог лишь уклоняться. Меч ударил по шлему, по плечу — он вертелся из стороны в сторону и, как мог, старался защитить аррха. Конь то и дело оступался, выпрямляясь с большими усилиями, и они медленно продвигались среди трупов и бесчувственных тел. Он получил не один удар, но, наконец, они выехали на более или менее свободное пространство.

Орда попыталась вновь потеснить их, изгородь зазубренных копий преградила им путь. Но тут из ножен выскользнул Ченджеллин, сила которого ударила по его нервам и заставила коня зашататься даже на этом расстоянии. Аррха спрятала свой алмаз.

Потом он услышал хриплый крик. Он оглянулся и увидел, что с ними Рох и Леллин. К ним приближались шиюа. Он ссадил с седла аррха и схватил меч. Конь споткнулся о труп, но Ванай ударом шпор заставил его выправить равновесие.

Хетару. Он увидел кхел-лорда приближающимся во главе тройки всадников и приготовился к встрече. Но Рох уже пронесся мимо, и меч ударился о меч, и зазвенел металл, и задрожали кони. Ванай бросился на всадника, прикрывавшего Хетару справа, тоже вооруженного мечом. Полукровка ненавидяще крикнул и ударил его. Ванай отбил меч и рубанул по шее, узнав противника в последний миг — опоенный акилом миньон Хетару. Он сделал гримасу отвращения и развернул коня к двоим, которые обошли его с тыла, но стрелы аррхендян уже избавили его от опасности удара в спину. Рох не нуждался в помощи — он увидел, как безголовое тело Хетару поникло в седле и вдруг вокруг остались только трупы, а также кучка полупарализованных людей и коней, только начинавших приходить в себя, а основная орда поднимала пыль в отдалении.

Он развернул коня, в испуге пытаясь найти ее — и увидел ее среди живых, сжимавшую сверкающий Ченджеллин в руке.

Затем он вспомнил другую спутницу и поглядел направо, развернув коня. Он со стыдом увидел, что маленькая аррха вся оборвана и окровавлена — она стояла подле очухавшегося коня и неуверенно пыталась поймать стремя. Сезар приблизился к ней первым и помог ей, не спешиваясь. Затем Ванай увидел остальных, и они двинулись вперед, торопясь сократить расстояние между собой, Моргейн и Мериром, ибо шиюа уже начали оправляться.

Но Моргейн и сама не медлила. Увидев их приближение, она погнала Сиптаха вперед, к перестроившимся пешим болотникам и обратила их в бегство. Вокруг летели короткие стрелы, но не находили цели — убегающие шиюа не могли прицелиться поточней.

Меньший Рог уже высился неподалеку и был хорошо различим, а болотники и шиюанские всадники рассеялись перед ними. Некоторые погибли, закрученные мглой с острия Ченджеллина, многие убежали, в страхе побросав оружие, карабкаясь по камням по обе стороны дороги.

Перед ними открылись обширные ворота, и за ними они увидели еще одни врата, за которыми тусклый свет освещал камни и дорогу. Моргейн двинулась в это узкое укрытие, и Мерир рядом с ней, и остальные последовали в отчаянной спешке, ибо стрелы барабанили по камням вокруг них. Заняв убежище, они нашли его пустым — крепость с расколотыми и разбитыми воротами, ближними и дальними. Эхо загремело от копыт, стучавших по камням, раскатываясь под высоким сводом, и затихло. Въехал Рох и Леллин, и Сезар, и Шаррн, и Кессун, и Перри, и аррха с ними. Виз въехала последней с опозданием. Перри наклонилась в седле, чтобы обняться, опечаленная — кхемейс была вся в крови.

— Лев не приедет, — сказал Шаррн, и слезы заблестели на лице старого аррхена. — Теперь мы с тобой будем парой, Кессун.

— Да, аррхен, — сказал Кессун более твердым голосом, — Я с тобой.

Моргейн медленно выехала за ворота, через которые они проникли в крепость, но шиюа, похоже, медлили нападать. Она нащупала ножны и вложила в них Ченджеллин. Затем она наклонилась в седле, едва не упав. Ванай спешился и подскочил к ней, помог спуститься и в страхе склонился над ней.

— Я невредима, — сказала она еле слышно. Лицо ее было все в поту. — Я невредима. —  Он опустился на колени. Это была реакция, боль меча. Остальные выглядели едва ли лучше — старый лорд был ни жив ни мертв, а маленькая аррха лежала на камнях и хныкала, ибо она, как Шаррн и Кессун, осталась одна.

— Двери, — прошептала вдруг Моргейн, пытаясь подняться. — Лучше следите за врагом.

Ванай поднялся и отошел, направляясь к дальним разбитым дверям крепости. Забаррикадировать их не было почти никакой возможности: от ворот мало что осталось. Он посмотрел на петляющую за ними дорогу, теряющуюся в начинающихся сумерках. Врагов было не видать.

— Леллин, — сказала где-то позади Моргейн. Она стояла на ногах в других воротах, в тех, через которые они въехали, пытаясь в одиночку закрыть их. Леллин поднялся ей на помощь. Ванай тоже подбежал, и остальные собрались, как они ни были измучены. Внизу, на равнине, в серой дали собиралась сила, скапливались всадники, поднимая орду на ноги и подгоняя ее вперед.

— Хорошо, — сказал Рох хрипло. — Они кое-чему научились. Это надо было им сделать с самого начала — завалить нас трупами. Слишком поздно для Хетару. Но какой бы вождь ни возглавил их теперь, ему наплевать, сколько он потеряет человеческих жизней.

— Надо закрыть эти двери, — сказала Моргейн.

Петли были сорваны. Двери толщиной в человеческую руку угрожали развалиться на части, когда они попытались поднять их. Они прикрыли также внутренние ворота, и это сделать было легче — там уцелела одна петля.

— Видите вон ту лесину? — спросил Рох, показывая грубо обтесанное огромное бревно, валяющееся на мостовой. — Это, несомненно, как таран. Можно подпереть центр.

Это было лучшее, что они могли сделать. Они с трудом подняли бревно, уперли в ворота покрепче, но сломанные ворота вряд ли долго могли устоять, если шиюа применят другой таран. По сути, ворота превратились в нерассыпавшуюся щепу, и хотя они завалили их изнутри обломками задних ворот, эта преграда выглядела очень слабой.

— Они их не удержат, — в отчаянии сказал Ванай, прислонясь к воротам головой и руками. Он взглянул на Моргейн и увидел, что на ее лице, измученном и бледном, то же выражение.

— Если они не атакуют нас пока, — сказала она, — то лишь по одной причине — ждут подхода остальных. Они собираются обрушиться на нас с двух сторон и раздавить. А если мы не остановим их от нападения на Нехмин, то в конце концов они смогут разбить его ворота. Ванай, у нас нет выбора. Мы не удержим это место.

— Те, кто внизу, вцепятся нам в пятки прежде, чем мы успеем подняться наверх.

— Так что, нам сидеть здесь и умирать? Я еду.

— Разве я сказал, что я — нет? Я с вами.

— Тогда по коням. Темнеет, мы не можем терять ни минуты.

— Вы не должны ехать, махая этим мечом. Он вас убьет. Дайте его мне.

— Я буду нести его, пока смогу-? — произнесла она хриплым голосом. — Я не применю его близ Нехмина. Существует опасность, которой ты можешь не чувствовать — предел близости. Ошибка может погубить нас. Если он достанется тебе — берегись обнажать его вблизи алмазов. И если кто разбудит силу, дремлющую в крепости, я надеюсь, ты вовремя это почувствуешь. Выйдя на свободу, она способна разнести эти камни.

Она оттолкнулась от ворот и, шатаясь, двинулась к Сиптаху и взяла поводья:

— Будь со мной.

Остальные забрались на коней, усталые, решив отправляться с ними. Моргейн оглянулась и не сказала ничего. Только на Роха она глядела долго и твердо. Несомненно, на уме ее был только Нехмин — и Рох был с ней заодно.

Рох отвел взгляд и поглядел на хрупкую баррикаду. Звуки приближающейся орды были ближе Враг подошел к подножию холма.

— Я попытаюсь какое-то время удержать их, — сказал он. — По крайней мере, они вас не успеют догнать. Это даст вам шанс.

Ванай взглянул на Моргейн, надеясь, что она возразит, но она лишь медленно кивнула.

— Да, — сказала она. — Ты сможешь это сделать.

— Кузен, — сказал Ванай, — не надо. Ты не успеешь спастись.

Рох покачал головой. В глазах его была решимость.

— Ты прав, но я не хочу отступать отсюда, пока здесь от меня есть хоть малейшая польза. Кроме того, ты недооцениваешь меня, Нхай Ванай ай Чайя.

Ванай обнял его с великой болью в сердце, затем повернулся и забрался в седло.

Сезар внезапно выкрикнул предупреждение — звуки приближающейся орды доносились не только снизу, но и сверху. На ногах оставались только Перрин и Виз, опершись на свои луки.

— Здесь мало одного лучника, — сказала Перрин. — Троих может быть достаточно, чтобы они охолонули. Кроме того, если кто-нибудь нас обойдет, мы сможем прикрыть Роха.

— Вы позволяете, лорд? — спросила Виз, и Мерир наклонился и взял руку в полуперчатке.

— Да, — сказал он. — Полагаюсь на вас троих.

Они отъехали. Ванай последовал за Моргейн, слишком глубоко погруженный в собственную печаль, чтобы смотреть на остальных. Даже для них это было дело времени: с ними была маленькая аррха, окровавленная, едва державшаяся в седле, и Леллин, и Сезар, безоружные, и Шаррн, и Кессун со своими луками… единственные двое, кто был вооружен.

— Далеко? — спросила Моргейн аррха. — Сколько поворотов до Рога? Сколько отсюда до крепости Нехмин?

— Три до темного Рога, потом еще… четыре, пять — я не помню точно, леди. — Голос аррха был едва слышен, — Я только однажды была здесь.

Они двигались по тесному ущелью, и камни высились по обе стороны от них. Наконец, в полутьме они приблизились к пологому, темному спуску.

— Засада, — пробормотал Ванай. Моргейн уже потянулась за Ченджеллином.

Внезапно сверху посыпались камни, и кони в ужасе заржали. Ченджеллин хлестнул воздух и взвыл, затягивая их в узкий холодный вихрь. Стон впитал в себя грохот: единственный камень, который долетел до них, изменил направление над самыми их головами и умчался куда-то. По телу Ваная под доспехами струился пот.

Сиптах перешел на бег. Они двигались вперед под градом стрел, но навес утеса и ветер Ченджеллина защищали их от гибели.

Но когда они выехали за поворот и встретили врага, стрелы полетели в цель. Моргейн повернула меч, и он заставил поток стрел умчаться в ничто, и ветер засосал нескольких неосторожных, приблизившихся на опасное расстояние. Против них стояли люди с деревянными копьями, и Моргейн хлестнула по их рядам, после чего повсюду остались лежащие люди и разбросанное оружие, а уцелевшие с визгом рассеялись во тьме.

Оставшихся шиюа охватила паника. Они ударились в бегство, помчались по дороге, и к ним Моргейн не испытывала жалости. Она преследовала их, и на ее пути не оставалось трупов.

За поворотом ждала тьма, тень Темного Рога, упиравшегося в небо, и широкое пространство шириною в полет стрелы, на котором скопились вражеские силы.

Внезапно Кессун закричал: враги устроили камнепад слева от них, отрезая им путь к отступлению.

Колдовской меч и простая сталь — они встретились, затем Моргейн пришлось прижаться к скале Рога. Эти шиюа не обратились в бегство. Они кричали «Ангхаран!», узнав Моргейн, и голоса их были охрипшими от ярости. Они наступали, размахивая булавами и пиками, демонические шлемы — по одну сторону и серая масса болотников — по другую.

Отступать было некуда. Леллин и Сезар, Шаррн и Кессун вооружились чем попало и сомкнули ряд подле иззубренной скалы Рога, прижав коней спинами к утесу, в то время как Ченджеллин делал свое смертоносное дело.

Затем враг, похоже, выдохся, попятился, не устояв против силы Врат. Ванай пришпорил коня, решив, что Моргейн попытается прорваться, но она не стала этого делать. Он подавил порыв, увидев ее лицо в опаловом свете. По лицу ее текли струи пота. Она не могла спрятать меч в ножны. Он принял его из ее рук и почувствовал на костях парализующую силу, неприятную и жуткую. Без меча она просто поникла на шее Сиптаха, и он оставался рядом с нею, с обнаженным мечом, потому что не хотел воодушевлять врагов, пряча его в ножны.

— Попытаемся, — сказал Мерир, придвинувшись ближе. — Наша сила добавится к вашей.

Моргейн выпрямилась и покачала беловолосой головой.

— Нет! — воскликнула она. — Нет. Комбинация слишком опасная. К скале, к скале, лорд.

Затем снизу раздался рев, эхо которого покатилось выше. Даже шепот врагов затих, и лица аррхендян на миг стали изумленными.

— Таран, — сказал хрипло Ванай, сжимая драконью рукоять Ченджеллина. — Меньший Рог скоро падет.

— Они подождут, — сказал Леллин, — пока к ним на подмогу не подойдут силы с Меньшего Рога.

— Мы должны выдержать атаку сверху, — сказала Моргейн. — Сбить их с дороги и попытаться прорваться к дверям Нехмина.

— Мы не можем, — сказал Ванай. — Мы прижаты к скале и нам не пройти. Вряд ли выше мы найдем место, где сможем выстоять.

Моргейн кивнула.

— Если мы сможем продержаться какое-то время, то аррхендянам, возможно, удастся собраться с силами. На крайний случай у нас есть вода и еда. Бывает хуже.

— Мы еще не ели сегодня! — воскликнул Сезар.

Моргейн тихо засмеялась, остальные улыбнулись.

— Да, — сказала она. — Не ели. Пожалуй, надо использовать возможность.

— По крайней мере, выпить, — сказал Шаррн, и Ванай почувствовал вдруг, что в горле у него пересохло. Он отпил воды из фляги, протянутой ему Моргейн, потому что он не мог выпустить из рук меч. Вторая фляга обошла круг, наполненная огненным напитком, от которого тепло побежало по жилам. Сезар разломал на всех одну-две лепешки, а Кессун предложил поесть аррхе, но она согласилась только на глоток воды.

Пища подействовала на измученных людей и кхелов благотворно. Ванай вытер глаза тыльной стороной ладони и понял вдруг, что вокруг царит тишина.

Удары тарана прекратились.

— Теперь скоро, — сказала Моргейн. — Ванай, отдай мне меч.

— Лейо…

— Отдай.

Он отдал и почувствовал затем, что рука и плечо ноют, не только от отдачи ударов, которые ему пришлось нанести, но и от самого этого меча. Но теперь ощущение было более сильным, чем раньше. «Сила алмазов, — подумал он, — в крепости над нами. Кто-то достал алмаз».

Затем в голову пришла облегчающая мысль: «Они знают, что мы здесь».

Враги еще не шли на них. Снизу доносился нарастающий шепот с той части тропы, которая вилась под Темным Рогом. Звук, наконец, стал приближаться и нарастать.

— Надо продержаться, — сказала Моргейн. — Просто-напросто остаться живыми.

— Они идут, — сказал Кессун.

Это действительно было так. Темная масса всадников вползала на склон во тьме. Увидев, как их много, Ванай упал духом.

Демонические шлемы, беловолосые всадники, нет числа пикам и копьям под лунным светом… и один из них был с незащищенной головой.

— Шайен! — в ярости закричал Ванай, поняв теперь, кто пробил оборону Роха, хотя однажды Рох пощадил его. Он тут же подавил гнев — надо было думать о другом: о стрелах шиюа на фланге. Моргейн отражала их, и все же одна ударила его под ребро в кольчугу, и у него перехватило дыхание. Шаррн и Кессун истратили последние стрелы в другом направлении, на конников, и послали их в цель, а Леллин и Сезар неплохо управлялись с шиюанскими пиками. Но постепенно их оттеснили к утесу.

Прибой накатывался на них. В центре его был Шайен, и он был упорен, он и не думал об отступлении. Вокруг него теснились всадники, и Моргейн погнала Сиптаха вперед, нацеливаясь на самого Шайена. Но это ей оказалось не под силу — Ченджеллин забирал людей и всадников, но их было слишком много. Все больше и больше их выливалось на дорогу, оглашая небеса лязгом стали и топотом копыт.

Ванай держался рядом с ней, делая все, что мог, и только на миг, когда отхлынули демонические шлемы, перед ним появился просвет. Он дико закричал и бросился вперед, всадив шпоры в бока лошади. Ему никто не противостоял.

Шайен узнал его. Лицо кхел-лорда исказила гримаса мрачной радости. Клинок сверкнул, встретясь с его мечом, и он пригнулся в сторону, когда Шайен нанес новый удар. И тут же почувствовал, как удар пришелся по спине, и мускулы плеча тут же онемели. Он с трудом выпрямил локоть, двигая вперед острием меча, и ощутил, как оно пробило доспехи и нашло плоть. Шайен взвизгнул от ярости и умер.

Рядом бушевала сила Врат, рядом была Моргейн. Ветер тьмы подхватил человека, который бросился на него. Лицо, кружась, унеслось во мглу, крошечная фигурка исчезла. Он закачался в седле, и, хотя поводья были по-прежнему запутаны в пальцах левой руки, конь оказался неуправляем. Сиптах ударил его плечом, заставил отшатнуться. Он послушно попятился не в силах сопротивляться.

— Нет! — закричала Моргейн, глядя на Рог.

Ванай увидел беловолосую аррха, стоявшую с поднятой рукой, фигуры людей, подползающие к ней снизу. Но аррха смотрела не на них, а на Моргейн, вытянув кулак. Белый призрак на фоне камней.

Затем вспыхнул свет, и с острия Ченджеллина сорвалась тьма и метнулась к Рогу, холодная и жуткая. Огромные камни помчались прочь, уменьшаясь на глазах, а с ними кони и всадники, обломки, стремительно засасываемые в звездную пустоту. Белая фигурка аррха сверкнула и унеслась, подхваченная этим ветром. Неожиданно свет погас, осталось только свечение Ченджеллина, а земля колыхалась и содрогалась.

Кони носились взад и вперед, и часть дороги исчезла. Сверху катились камни, унося с собой всадников. Внезапно обвалился целый край скалы. Ближайшие всадники в ужасе закричали, а Моргейн, визгливо выкрикнув ругательство, нанесла удар, убив ближайшего к ней человека.

Оставалось немного шиюа. Они бросились назад, смешавшись с болотниками. А Ванай выронил меч из окровавленных пальцев и правой рукой перехватил поводья.

Часть неприятелей попыталась съехать вниз по склону, цепляясь за непрочные камни. Другие сбились в кучу и отчаянно пытались защищаться, но в них летели их собственные стрелы, выпущенные из луков аррхендян.

Наконец, наступила тишина. Острие Ченджеллина осветило поле, заваленное мертвыми скорченными телами, вывороченные камни и семерых уцелевших. Кессун лежал мертвый на руках Шаррна, и старый аррхен тихо плакал. Аррха исчезла. Сезар был ранен, а Леллин трясущимися руками пытался разорвать кусок ткани на повязку.

— Помоги мне, — надтреснутым голосом произнесла Моргейн.

Ванай попытался помочь, опустив поводья, но рука ее не слушалась, когда она пыталась протянуть ему меч. Меч взял Мерир, опередив Ваная.

Могущество… Шок отразился в глазах старика, и мысли, рожденные им, не были радостными для них. Ванай потянулся к кинжалу, подумал, что может успеть дотянуться и ударить, прежде чем меч коснется его и Моргейн.

Но в следующую секунду Мерир отложил меч и попросил ножны. Смертельная сила скользнула в укрытие, и огонь погас, оставив их, ослепнувшими во тьме.

— Забери его, — хрипло сказал Мерир. — Забери.

Она взяла меч и прижала его к груди, как запеленутое дитя. Несколько минут она не двигалась, совершенно измученная, затем запрокинула голову и оглянулась, сделав тяжелый вздох.

Никто из лежавших вокруг не шевелился. Кони стояли, свесив головы, все, даже Сиптах. Ванай почувствовал, как жизнь возвращается в спину и руку, — лучше бы, если бы этого не было. Он протянул руку и нащупал рассеченную кожу и разрубленную кольчугу. Он не мог понять, течет кровь или нет, но, судя по тому, как двигалось плечо, кость осталась цела. Он спешился и нагнулся за собственным мечом.

Затем он услышал крики внизу, и в груди у него застыло сердце. Он с трудом вскарабкался на коня, и остальные тоже стали подниматься. Шаррн замешкался, чтобы снять колчан со стрелами с тела болотника. Леллин взял лук и колчан и был теперь вооружен так, как привык. Но Сезар едва смог залезть в седло.

— Поехали вверх, — сказала Моргейн. — Опасайтесь засады. Впрочем, возможно, камнепад загородил путь снизу.

Они медленно ехали, не погоняя измученных коней, вверх по извилистой тропе, ничего не видя во тьме.

Моргейн не вынимала меча, и никто не хотел, чтобы она это делала. Они ехали все выше и выше, и ничто, кроме мерного топота копыт, не нарушало ночной тишины.

Внезапно перед ними поднялась огромная квадратная арка и огромная крепость, построенная из камня, из которого был сложен холм.

Нехмин, если и должно было где-либо в этом мире существовать сопротивление, так это здесь, но тем не менее его не было. Огромные двери были избиты и потрескались, но тем не менее выдержали натиск.

Мерир сверкнул камнем — раз, другой — ладонь его покраснела.

Затем огромные двери медленно раскрылись внутрь, и они въехали в яркий свет, где, стоя на полированных полах, их ожидала тонкая линия аррха в белых одеждах.

— Ты — та, о ком нас предупредили, — сказал старейший.

— Да, — сказала Моргейн.

Старейший поклонился ей и Мериру, и все остальные наклонили головы.

— У нас один раненый, — сказала Моргейн устало. — Остальные выйдут наружу и будут караулить. У нас здесь есть преимущество, если мы не позволим напасть на нас неожиданно. Но вам надо уйти, сэр.

— Я пойду, — сказал Сезар, хотя лицо его было измученным и казалось старым не по годам.

— Нет, — сказал Леллин. — Но я могу ждать их вместе с вами. Оставайся здесь, ты будешь их охранять.

Сезар согласно кивнул и сполз с коня. Не подхвати его аррха, он упал бы.