Феннер прибыл в Ки-Уэст около девяти. Он снял номер в ближайшем отеле, заперся изнутри и, приняв душ, улегся в постель. Он быстро уснул, убаюканный шумом вентилятора, прикрепленного как раз над его головой.

Однако часа через два в номере раздался телефонный звонок.

— Доброе утро, — послышался в трубке голос администратора отеля.

Феннер заказал апельсиновый сок, тосты и бутылку виски. В ожидании заказа он принял холодный душ.

Было 11.30, когда он покинул отель. Шагая под палящим солнцем по бульвару Рузвельта, он с неудовольствием думал о погоде. Если придется проторчать в этой дыре несколько дней, то жара может свести с ума.

Он остановил первого попавшегося полисмена и осведомился, где найти Бака Найтингейла.

Коп удивленно уставился на него.

— Вы что, с Луны свалились?

— Ну что вы, я самый старый обитатель местных трущоб. И знаете, почему я спрашиваю? Хочется узнать, в курсе ли вы.

Продолжив путь, он начал думать, что жара уже оказывает на него размягчающее воздействие.

Он узнал, где найти Найтингейла, расспросив ожидающего клиентов таксиста. Выслушав вежливое объяснение, Феннер испортил все, не взяв такси. Он продолжил путь, игнорируя брань рассерженного водителя. Он не испытывал никакого желания ссориться в такую жару. К тому времени, когда он добрался до Флаглер-авеню, у него уже подкашивались ноги. Казалось, он ступал по раскаленным камням. На углу Флаглер и Томпсон-авеню он сдался и подозвал такси. Усевшись и назвав адрес, снял туфли и попытался хоть как-то успокоить ноющие ноги. Но едва успел пошевелить пальцами, как такси остановилось возле маленького магазина.

— Это здесь, босс.

Феннер поспешно натянул туфли, и его потная рука с трудом пролезла в карман брюк, чтобы достать деньги. Он сунул водителю двадцать пять центов и вышел из машины. Магазинчик был очень чистый, свежевымытые окна блестели. В правой витрине стоял маленький белый гробик. Внутренность витрины была задрапирована черным бархатом. Феннер подошел поближе. Под гробиком красовалась надпись: «Мы займемся вашим малышом, если Бог заберет его у вас».

Феннер не мог не отметать, что витрина выполнена безупречно и со вкусом.

Он подошел ко второй витрине и тщательно осмотрел ее. Она также была задрапирована черным бархатом. На белой подставке красовалась серебряная урна, и надпись гласила: «Из праха в прах!» Надпись тоже поразила его глубиной и оригинальностью. Он немного отошел, чтобы прочитать вывеску магазина.

Похоронное бюро. Б. Найтингейл.

— Прекрасно, прекрасно, — пробормотал Феннер. — Я потрясен!

Феннер вошел внутрь. Когда он открыл дверь, зазвенел электрический звонок, трещавший до тех пор, пока он не закрыл ее за собой. Внутри магазин производил еще большее впечатление. Низкий барьер делил помещение точно на две части. Он был задрапирован белым и пурпурным бархатом. Везде стояли огромные кожаные кресла, а на полу лежал лиловый персидский ковер. В стеклянных витринах были расставлены разнообразные гробики, начиная сосновыми и кончая позолоченными. Справа располагалось распятие метра в два высотой, подсвеченное прожектором. Скульптура была выполнена настолько реалистично, что Феннер вздрогнул. Создавалось впечатление, что ты в церкви.

Из-за портьеры появилась высокая женщина в черном шелковом платье с белыми манжетами и воротничком. Это была блондинка с большим ртом. Толстый слой помады на губах напоминал рану Иисуса. Женщина окинула Феннера профессиональным взглядом, и ее рот приоткрылся в улыбке. Феннер нашел ее довольно интересной.

Серьезно и торжественно блондинка произнесла:

— Могу ли я быть вам чем-нибудь полезной, мистер?

— Эти ящички продаются? — спросил он, указывая на миниатюрные гробики.

Блондинка потупила глаза.

— Ну да, — ответила она. — Но это выставочные образцы. Вы только за этим пришли?

Феннер отрицательно качнул головой.

— Да нет, это я спросил любопытства ради.

Она с сомнением посмотрела на него.

— Найтингейл здесь? — спросил Феннер.

— Вам нужен именно он?

— Вы угадали, дорогая. Скажите ему, что пришел Росс.

— Я пойду посмотрю, но он сейчас очень занят.

Феннер следил, как она скрылась за портьерой. Он решил, что вид сзади у нее тоже на уровне.

Блондинка вскоре вернулась и сделала приглашающий жест:

— Прошу вас, я покажу дорогу.

Феннер поднялся по лестнице вслед за ней. Ему понравился аромат ее духов, и он отпустил по этому поводу комплимент, за что в ответ был одарен ослепительной, белозубой улыбкой.

— Как мне на это реагировать? — спросила блондинка. — Не покраснеть ли для начала?

Феннер серьезно ответил:

— Если я вижу красивую женщину, то всегда говорю ей об этом.

Блондинка указала на одну из дверей.

— Он здесь, — затем, после секундной паузы, добавила: — Вы мне нравитесь. У вас изумительные глаза. — Развернувшись, она пошла обратно, наматывая пряди белокурых волос на длинные пальцы.

Феннер поправил галстук.

— Неплохо для начала, — пробормотал он, затем повернул ручку и вошел в помещение.

По всей видимости, это была мастерская. Четыре гроба стояли на длинных столах. Небольшого роста черноволосый человек в очках в металлической оправе с толстыми линзами прикреплял к одному из них медную табличку. Это был Найтингейл. Кожа его была очень белой. Он глянул на Феннера безо всякого выражения.

— Я — Росс, — представился Феннер.

— Да? И по какому поводу вы хотели меня видеть? — гробовщик продолжал работать.

— Дейв Росс, — Феннер продолжал стоять у двери. — Мне казалось, вы меня ждете.

Найтингейл отложил отвертку и мельком глянул на Феннера.

— Действительно. Что ж, поднимемся наверх и поговорим.

Феннер последовал за ним к другой лестнице. Они вошли в просторную, со вкусом обставленную комнату. Два больших окна выходили на маленький балкон, с которого открывалась потрясающая панорама Мексиканского залива.

— Присаживайтесь, — пригласил Найтингейл. — Можете снять пиджак, если есть такое желание.

Не дожидаясь повторного предложения, Феннер снял пиджак, закатал рукава рубашки и сел у окна.

— Как насчет выпивки?

— Ну что ж, не откажусь. — легко дал уговорить себя Дейв.

Найтингейл смешат напитки, подал Феннеру его порцию, а со своей удобно устроился в кресле напротив. Феннер не знал, с чего начать. Он понимал, что нужно быть предельно осторожным с этим маленьким гробовщиком. Ведь он его совершенно не знает.

— Надеюсь, ты мне доверяешь? — начал он осторожно.

Найтингейл повертел бокал в руках, удивленно глядя на Феннера.

— Разумеется. Я полагаю, ты именно этого ждешь от меня?

Феннер несколько расслабился.

— Я хотел бы познакомиться здесь кое с кем. Нью-Йорк стал слишком горяч для меня. Тамошний климат вреден для моего здоровья.

— Нет проблем, — без обиняков ответил Найтингейл. — Кротти сказал, что ты парень что надо, и попросил помочь тебе. Ну а Кротти в свое время оказал мне неоценимую услугу. Я рад, что могу отплатить ему той же монетой.

Феннер подумал, что Кротти, скорее всего, — приятель Айка.

— Как, пять сотен прибавят еще что-нибудь к твоей привязанности к Кротти?

Найтингейл обиделся:

— На фига мне твой фрик? Кротти попросил помочь тебе, и это святое дело для меня.

Феннер заерзал в кресле, удивленный искренностью маленького человека.

— Прости. Там, откуда я приехал, люди смотрят несколько иначе на подобные вещи.

— Я могу дать тебе любые рекомендации, — сказал Найтингейл. — Но что конкретно ты хочешь?

Феннер и сам этого не знал, потому уклонился от прямого ответа.

— Я хотел бы подзаработать немного денег. Может быть, у тебя имеется друг, которому я мог бы пригодиться?

— Кротти сообщил, что у тебя прекрасная репутация и револьвер быстр.

Феннер принял вид скромника, в душе проклиная Айка, который явно перестарался.

— Не могу же я допустить, чтобы продырявили мою шкуру.

— Хм… Может быть, Карлос и смог бы использовать тебя.

— Я слышал, что у вас имеется крутой парень. Это некий Ноолен.

Глаза Найтингейла засверкали.

— Ноолен? Ноолен — задница клячи!

— Неужели?

— Прихвостень Карлоса. Не стоит связываться с этим ничтожеством!

Феннер понял, что Ноолен лишь пешка в игре, но продолжал настаивать:

— Ты открываешь мне глаза. А мне говорили, что Ноолен пользуется известной репутацией.

Найтингейл расстегнул воротничок рубашки и сплюнул на пол.

— Тебя обманули, — проворчал он.

— Кто такой Карлос?

Настроение Найтингейла изменилось.

— Парень что надо! Думаю, с ним ты далеко пойдешь.

Феннер сделал глоток виски.

— Так это его зовут Пио Карлос?

Найтингейл утвердительно кивнул головой.

— Он держит всех вот здесь! — Найтингейл протянул короткую с квадратной ладонью руку вперед и сжал пальцы в кулак. — Понятно?

— Куда понятней! О’кей, я хочу, чтобы ты познакомил меня с ним.

Найтингейл поднялся и поставил бокал на стол.

— Мне нужно закончить небольшое дельце, а затем мы пойдем и я представлю тебя ребятам. Жди меня здесь.

Когда он исчез, Феннер прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Все произошло гораздо проще, чем он предполагал. Но все же необходимо держаться осторожно.

Легкий сквозняк заставил его открыть глаза. В комнату вошла блондинка. Феннер заметил, что она повернула ключ в замке, «Бог мой! — поразился он. — Да она сейчас прыгнет на меня!»

Он снял ноги с кресла, на котором только что сидел Найтингейл, и сделал попытку подняться.

— Сиди! — сказала она, подходя ближе. — Я хочу с тобой поговорить.

Феннер остался сидеть.

— Как тебя зовут, моя прелести? — спросил он, чтобы выиграть время.

— Роббинс… Но ты можешь звать меня Кэрли.

— Милое имя, Кэрли… И что дальше?

Она села в кресло Найтингейла.

— Послушай моего совета, — сказала она, понизив голос, — возвращайся домой. Ты долго не продержишься в этом городе. Здесь не любят крутых гастролеров.

Феннер поднял брови.

— А кто тебе сказал, что я из этих?

— У меня что, глаз нет? Ты явился, чтобы всех тут поставить на уши, не так ли? Но номер не пройдет, здешние парни не любят конкуренции. Не успеешь ничего затеять, как из тебя фарш сделают.

Феннер был тронут ее заботой.

— Ты очень милая девочка, — сказал он. — Но я не боюсь никого и приехал сюда, чтобы выиграть. Значит, выиграю.

Блондинка вздохнула.

— Я так и думала, что ты не согласишься уехать, — она встала. — Если бы ты был благоразумен, то сразу бы собрался в дорогу… Что ж, во всяком случае, держи глаза открытыми. Здесь мерзавец сидит на мерзавце. А в особенности Найтингейл. Выглядит вполне безобидно, но это только камуфляж. Он убийца, и безжалостный убийца.

— О’кей, малышка, — Феннер встал. — Я буду предельно осторожен. А теперь тебе лучше уйти, пока не застукал Найтингейл. — Он проводил ее до двери.

— Я предупредила, потому что ты очень милый. Мне всегда не нравилось, когда такие симпатичные ребята теряют голову и наживают неприятности из-за собственной неосторожности.

Феннер улыбнулся и легонько шлепнул ее по заду.

— Не надо за меня беспокоиться.

Она подошла вплотную к нему, глядя в лицо. И так как она действительно была очень мила, он поцеловал ее. Она тупг же обняла его за шею и плотно прижалась. Так они простояли несколько секунд. Затем он легонько оттолкнул ее. Тяжело дыша, она стояла неподвижно, глядя на него. Потом вдруг покраснела.

— Наверно, я сошла с ума, — сказала она. Феннер ослабил узел галстука.

— Да и я не без греха. Уходи, беби, пока мы не начали делать глупости. Все, встретимся в церкви!..

Она вышла, бесшумно закрыв за собой дверь. Феннер вытащил носовой платок и вытер вспотевший лоб, задумчиво глядя в пространство.

— Мне начинает нравиться эта работа, — сказал он громко. — Положительно, в ней имеются и приятные моменты.

Он вновь опустился в кресло и принялся любоваться панорамой залива.

Найтингейл вел его сквозь толпу, заполнившую холл отеля «Флаглер».

— Этот парень ни в чем себе не отказывает, — заметил Феннер, когда они остановились возле лифта.

— О чем речь! Ведь это же Пио!

Феннер с любопытством рассматривал сложный узор металлической решетки.

— Поживем — увидим! — философски пробормотал он.

Лифт гостеприимно распахнул двери, и Найтингейл нажал кнопку четвертого этажа.

— А теперь предоставь говорить мне, — сказал он, когда лифт остановился. — Может быть, из этого и ничего не выйдет, но попытаться стоит.

Феннер кивнул в знак согласия и проследовал за Найтингейлом в конец коридора. Возле двери под номером 47 он остановился и простучал условный сигнал: три коротких, два длинных.

— Пароль! — восхищенно заметил Феннер.

Дверь открылась, и небольшого роста кубинец, одетый в черный костюм, настороженно оглядел их. Феннер сложил губы трубочкой, словно намереваясь свистнуть, но не издал ни звука.

— Все в порядке! — вполголоса сказал Найтингейл.

Кубинец посторонился. Они оказались в просторной прихожей, в которую выходило еще три двери. Пока кубинец запирал за ними дверь, Феннер отметил, что карман у него оттопыривается характерным образом. Явно от револьвера.

— Все в сборе? — спросил Найтингейл.

Кубинец кивнул. Он уселся в кресло, стоящее возле двери, и уткнулся в газету. Было ясно, что он стоял на страже.

Найтингейл открыл центральную дверь. Четверо мужчин небрежно развалились в креслах. Все были без пиджаков. Дым висел коромыслом — курили все. Двое читали газеты, один крутил ручку настройки приемника, а четвертый занимался чисткой револьвера. Все мельком глянули на Найтингейла, затем их тусклые взгляды сконцентрировались на Феннере.

Человек с револьвером медленно поднялся.

— Кто это? — спросил он сквозь сжатые зубы. Он был одет в белые брюки и черную рубашку, на которой кричаще выделялся белый галстук. Жесткие черные волосы были коротко подстрижены. Желто-зеленые глаза подозрительно уставились на Феннера.

— Это Росс. Он из Нью-Йорка. Кротти поручился за него. С ним все в порядке. — Найтингейл повернулся к Феннеру: — Это Рейгер.

Феннер адресовал Гейгеру вежливую улыбку. Ему не очень понравился этот головорез.

Рейгер кивнул.

— Привет. Надолго к нам?

Феннер махнул рукой в сторону остальных.

— Представил бы меня остальным, или они тут для декорации?

Глаза Рейтера засверкали.

— Я спрашиваю, надолго ли ты к нам пожаловал?

Феннер искоса глянул на него.

— Слышу, слышу, но тебе какое до этого дело?

Найтингейл успокаивающе положил руку на локоть Феннера. Он ничего не сказал, но жест был достаточно красноречив. Рейтер попробовал выдержать безмолвный поединок взглядов, но проиграл и пожал плечами.

— Руг Кейн слушает радио. Борг — тот, который справа. Миллер — слева.

Без искры симпатии трое кивнули Феннеру.

Феннер был совершенно спокоен.

— Рад познакомиться. Ну а сейчас не предложите ли вы мне выпить, господа? Или у вас сухой закон?

Рейтер повернулся к Найтингейлу.

— Что такое? — рявкнул он. — Где ты выудил этого наглеца?

Миллер — толстяк с обрюзгшим лицом и преждевременно оплешивевшей головой — каркнул:

— Скорее всего, где-нибудь на помойке!

Феннер мгновенно подскочил к Миллеру и дважды съездил ему по морде.

В руке Найтингейла появился револьвер.

— Без историй! Без историй, пожалуйста!

К удивлению Феннера, призыв Найтингейла возымел действие. Все остались на местах. Даже Рейтер словно усох.

— Оставь его в покое и иди сюда, — внешне Найтингейл был спокоен, но от его тона у Феннера побежали мурашки по спине. Кэрли не врала. Этот маленький гробовщик действительно был убийцей.

Феннер отошел от Миллера, сунув руку в карман.

— Видит Бог, я не хотел этого, — продолжал Найтингейл. — Когда я привожу к вам приятеля, то хочу, чтобы с ним считались. Ха, мне будет приятно снять ваши мерки для сосновых ящиков!

Феннер рассмеялся.

— Нельзя работать на две ставки! Или ты их убиваешь, или ты их хоронишь.

Найтингейл спрятал револьвер, и все вздохнули посвободнее. Рейтер сказал с натянутой улыбкой:

— Все это проклятая жара. — Он вытащил из бара бутылку виски и поставил на стол.

Феннер сел рядом с Рейтером. Он понял, что это самый опасный из гангстеров, и за ним надо следить особенно внимательно. Он сказал спокойно:

— Что до меня, так я ее переношу особенно плохо.

Рейтер глянул на него, затем сказал примирительно:

— Забудь этот инцидент. Чувствуй себя как дома.

Феннер почесал нос краем бокала.

— Карлос здесь? — неожиданно спросил он.

Рейтер настороженно уставился на него.

— Карлос? У него нет времени принимать гостей. Но я скажу, что ты приходил.

Феннер допил виски и поставил стакан. Найтингейл сделал движение, собираясь встать, но Феннер жестом остановил его. Он окинул взглядом каждого из присутствующих и сказал:

— Рад познакомиться с вами. Я приехал издалека, думал встретить действительно крутых парней, да вижу, что ошибся. Понимаете, вы о себе много воображаете, а кишка тонка. Думаю, мне лучше повидать Ноолена. Вероятно, он тоже задница клячи, но попытка — не пытка.

Рейгер сунул руку под пиджак, но вид револьвера Найтингейла охладил его пыл. Четверо мужчин не шевельнули и рукой. Ярость на их лицах рассмешила Феннера.

— Я привел его сюда! — прошипел Найтингейл. — Друзья Кротти — мои друзья! Если он вам не нравится, то пусть уходит с миром.

— На днях я зайду, — подняв руку в прощальном жесте, Феннер вышел. Он прошел мимо кубинца, даже не взглянув на него. Спустившись на первый этаж, Феннер подошел к портье и спросил, где можно найти Ноолена. Тот ответил, что офис Ноолена находится на Дювал-стрит, и вызвал такси.

Контора Ноолена размещалась над магазином, и Феннеру пришлось подниматься туда пешком по истертым ступенькам.

В приемной сидела плоскогрудая, давно переставшая следить за своей внешностью секретарша лет тридцати. Она подозрительно уставилась на него поверх пишущей машинки. Феннер широко улыбнулся, так как ему показалось, что ей редко перепадают такие знаки внимания.

— Ноолен здесь?

— Он очень занят. Кто вы?

— Я? Скажите ему — Росс. Дейв Росс. Передайте, я ничего не хочу ему продать, нужно только поговорить.

Она поднялась и пошла в кабинет. Феннер помедлил, потом несколькими шагами нагнал ее и вошел в кабинет вместе с ней.

Ноолен был упитанным брюнетом среднего возраста с двойным подбородком, орлиным носом и бегающими под тяжелыми веками глазами. Он посмотрел сначала на Феннера, потом на секретаршу.

— Кто это? — пролаял он.

Изумленная женщина резко повернулась.

— Подождите за дверью, — сказала она.

Не обращая на нее внимания, Феннер подошел к большому письменному столу, брезгливо отметив жирные пятна на пиджаке и подозрительно чистые ногти. Найтингейл был прав, называя его «задницей клячи».

— Меня зовут Росс, — сказал он. — Как поживаете?

Ноолен сделал знак секретарше, и она вышла, громко хлопнув дверью.

— В чем дело? — нахмурившись, спросил Ноолен.

Феннер наклонился над столом.

— Я хотел бы кое-что узнать о делишках в этой дыре. Повидался с Карлосом, но он мне не подошел. Ты следующий в моем списке, и вот я здесь.

— Кто тебя прислал?

— Кротти.

Ноолен начал рассматривать свои ногти.

— Так Карлос отказался помочь тебе? Что это с ним случилось? — неприкрытый сарказм звучал в его голосе.

— Я не видел Карлоса. Просто встретился с отрядом его мальчиков. У меня заболел живот от смеха при одном их виде. Пришлось уйти.

— Почему ты пришел ко мне?

Феннер улыбнулся.

— Потому что мне сказали, что ты «Задница клячи». Я думаю, это надо исправить.

Слабый румянец покрыл лицо Ноолена.

— Они сказали так?

— Да. Но это можно исправить, если мы будем действовать сообща.

— Что ты хочешь сказать?

Феннер подтянул носком туфли стул, взял из коробки тонкую зеленоватую сигару и не спеша раскурил.

Ноолен наблюдал за ним напряженным взглядом.

— Давай посмотрим на вещи под несколько иным углом зрения, — начал Феннер. — Я пришел от Кротти. И ищу возможность заработать немного денег. Правда, не очень утруждая себя при этом. Кротти мне сказал: «Карлос или Ноолен». Парни Карлоса слишком глупы, чтобы соображать, что к чему. Я даже не смог встретиться с Карлосом. Ты — другое дело. Я вхожу и нахожу тебя, сидящим в этой дыре. Я тогда подумал, почему Кротти вообще упоминал твое имя? Может быть, ты был кем-то когда-то, а сейчас просто зажирел. Но я надеюсь, ты еще не все растерял?

Ноолен пожал плечами.

— Не сейчас… Кстати, кто такой Кротти? Я никогда не слышал это имя. Мне начинает казаться, что ты просто жулик и блефуешь, чтобы куда-нибудь пристроиться. Я не нуждаюсь в тебе и никогда не буду нуждаться.

Феннер поднялся, потягиваясь и зевая.

— Прекрасно, это позволяет мне немного отдохнуть. Когда ты поразмыслишь над моими словами и правильно все поймешь, ты найдешь меня в отеле «Харвард». И если тебе знаком Найтингейл, то расспроси его. Он тебе кое-что расскажет обо мне.

Кивнув Ноолену, он вышел. На улице подозвал такси и поехал в отель. Зайдя в ресторан, Феннер заказал себе бифштекс и принялся неторопливо жевать. В это время в зал вошел Найтингейл и уселся напротив Феннера.

Феннер сказал с набитым ртом:

— Может быть, тебе надоело делать гробы? Или дела пошли плохо?

По всему было видно, что Найтингейл озабочен.

— Не надо было вести себя так вызывающе, — сказал он.

— Да ну? А с чего бы это я должен с этим дерьмом церемониться?

— Ты ошибаешься. Рейгер достаточно крутой парень, и не надо было его выводить из себя.

— Неужели? Так что ты предлагаешь?

Найтингейл заказал себе хлеб, сыр и стакан молока.

Когда официант принес заказ, Найтингейл сказал:

— Ты поставил меня в скверное положение.

Феннер положил нож и вилку и с улыбкой произнес:

— Ты мне нравишься, Найтингейл. Ты один, кто подал мне руку помощи. В будущем я надеюсь отплатить тебе той же монетой.

Найтингейл пристально поглядел на него.

— Ты можешь доставить массу неприятностей, — холодно сказал он.

Феннер вновь принялся жевать.

— Что за жесткое мясо! — проворчал он.

Закончив еду, Феннер поднялся.

— Ну, старина, я тебя оставляю. Еще увидимся.

— А не поговорить ли нам кое о чем? — недовольно спросил Найтингейл.

Феннер снял шляпу и задумчиво провел по волосам пальцами левой руки.

— Попозже, старина, — сказал он. — Мне нужно отдохнуть от этого изнуряющего зноя.

Он вернулся в отель, поднялся к себе в номер и прилег на кровать. Не успев закрыть глаза, Феннер погрузился в сон. Его разбудил телефонный звонок. Сев на постели, Феннер глянул на часы. Он проспал почти два часа. Голос в трубке сказал:

— Приходите в отель «Флаглер» немедленно. Босс хочет поговорить с вами.

Феннер зевнул.

— Скажи своему боссу, что я уже приходил сегодня и никогда не хожу за день два раза в одно место. — Он бросил трубку и вновь улегся.

Телефон зазвонил снова. Тот же голос сказал:

— Будет лучше, если ты придешь. Карлос не любит ждать.

— Передайте Карлосу, что он может прийти сюда, если так хочет меня видеть, или пусть поиграет в мячик. — И он вновь опустил трубку на рычаги с особой тщательностью и не снял ее, когда телефон зазвонил в третий раз.

Пройдя в ванную, он подставил голову под струю холодной воды, вытер лицо, выпил немного виски и, надев пиджак, спустился в холл. Усевшись в кресло у окна, Феннер принялся наблюдать за улицей.

Он понимал, что не продвинется в деле вперед, если не обнаружит сестру Мэриан Дейли. Он очень хотел бы знать, нашли ли копы тела двух кубинцев и что делает Паула в настоящий момент.

С того места, где он сидел, отлично просматривалась вся улица. Внезапно большая закрытая машина метеором пролетела по улице и остановилась перед входом. Феннер поудобнее устроился в кресле, надвинув шляпу на глаза. В машине было четверо мужчин. Трое вышли, оставив водителя за рулем. Феннер узнал Рейгера и Миллера, третий был незнаком ему. Они быстро вошли в холл и, прищурившись после яркого света, начали осматривать помещение. Рейгер почти сразу же засек Феннера и подошел к нему.

Феннер сдвинул шляпу на затылок, зевнул и сказал ленивым тоном:

— Ты кого-то ищешь? Администратор ненадолго ушел.

— Карлос хочет тебя видеть. Идем!

Феннер покачал головой.

— Слишком жарко. Может быть, в другой раз?

Двое других стали по бокам Феннера. Их злобные физиономии не предвещали ничего хорошего.

— Ты пойдешь сам или, быть может, тебя отнести? — Рейгер начал медленно краснеть от злости.

— Ну, если так, — Феннер медленно поднялся и пошел к машине. Он понимал, что Рейтер сгорает от желания пустить ему пулю в лоб, и знал, что дело не продвинется ни на шаг, если он будет продолжать вести себя в таком же духе. Он хотел видеть Карлоса, но не показывал вида, что домогается этого.

Быстрая поездка до отеля прошла в полном молчании. Феннер сидел между Рейгером и Миллером. Третий, которого звали Багси, был рядом с водителем. Они все втиснулись в лифт и поднялись в апартаменты номера.

— Вели бы себя повежливее утром, не пришлось бы мотаться в такую жару, — сказал Феннер.

Рейгер молча пересек прихожую и постучал в одну из дверей, затем нажал ручку замка и повернулся, пропуская Феннера. Миллер и Багси вошли следом.

Карлос лежал на диване перед открытым окном. Он был в яркой пижаме с розовыми цветами и шелковым платком вокруг шеи. На ногах были комнатные турецкие туфли из красной кожи. Он медленно затягивался сигаретой с марихуаной, внимательно глядя на Феннера. На запястье блестел золотой браслет.

Феннер был удивлен, заметив, что Карлос очень молод. Ему можно было дать от двадцати до двадцати четырех лет. Кожа лица напоминала пергамент. Тонкие, как листы бумаги, губы были кроваво-красного цвета, будто ему перерезали горло и перенесли рану выше подбородка. У него был маленький нос с широкими ноздрями и большие черные глаза, глядевшие на Феннера без всякого выражения. Уши были прижаты к черепу, а черные волосы, блестящие и завитые, открывали лоб. На первый взгляд Карлос казался красивым парнем, но впечатление портили жесткий рот и прижатые, как у зверя, уши. А при взгляде в глаза становилось просто жутко.

— Это Росс, — процедил Рейгер и вышел вместе с Багси.

Феннер кивнул Карлосу и сел подальше от него, чтобы не дышать табачным дымом с марихуаной от сигареты Карлоса. Тот глянул на Феннера тусклым взглядом.

— Чего ты хочешь? — спросил Карлос. Его голос был хриплым и неприятным.

— Этим утром я уже приходил сюда, но твои люди сказали, что ты очень занят или что-то в этом роде. Я не привык, чтобы со мной так обращались. Я и теперь не уверен, что у меня есть желание разговаривать с тобой.

Карлос спустил ноги с дивана и сел.

— Я очень недоверчивый человек, — сказал он. — Когда я узнал о твоем появлении, то сразу же переговорил по междугородному телефону с Кротти. Мне хотелось побольше узнать о тебе. По-моему, это разумно, не так ли?

— Согласен.

— Кротти сказал, что с тобой все в порядке.

— Ну и что дальше?

— Я могу использовать тебя, но вначале докажи, что ты тот, за кого себя выдаешь.

— Позволь мне оглядеться здесь. Может, я найду и другого нанимателя.

Карлос усмехнулся. По всему было видно, что он редко улыбается.

— Ты, сдается, в себе уверен. С чего бы это?

— Я защищаюсь, — сухо ответил Феннер.

— Хорошо. Иди пообщайся с ребятами. Потом мы прокатимся на пристань. Там у меня небольшое дельце. Оно тебя должно заинтересовать.

— Работа оплачивается?

— Что ты скажешь о сотне долларов на первый случай, до тех пор пока мы не узнаем лучше друг друга?

— Надо, чтобы это случилось как можно скорее, — серьезно ответил Феннер. — Этого мне не хватит даже на орехи.

Он вышел, плотно притворив за собой дверь.

Часом позже Феннер, Карлос, Рейгер и Багси вошли в кофейный бар. Все места были заняты. Сопровождаемые любопытными взглядами, они пересекли небольшой зал и скрылись за узкой дверью, задрапированной портьерой. Феннер заметил, что Багси симпатизировал ему. Это был человек маленького роста, коренастый, начинающий полнеть. Круглое, как луна, лицо, маленькие глазки и толстые губы свидетельствовали о его добродушии.

Рейгер не скрывал, что его тошнит от одного только вида Феннера, и это чувство было взаимным. Рейгер шел рядом с Карлосом, а Феннер замыкал маленькую группу. Они прошли полутемный коридор и спустились на несколько ступенек. Там находилась дверь, которую Карлос открыл своим ключом. Помещение было довольно просторным, и Феннер заметил, что дверь очень массивная. Она со стуком захлопнулась за ними.

Освещена была лишь дальняя половина помещения, все остальное тонуло в полумраке. Карлос и Рейгер направились на освещенную половину. Феннер остановился, вопросительно глядя на Багси.

Тот скривил рот.

— Это его офис, — сказал он, понизив голос.

— А ты чем занимаешься? Присматриваешь за тем, что здесь происходит?

Багси согласно кивнул.

Карлос сел за внушительных размеров стол, стоявший под одной из ламп.

— Приведи его, — распорядился он, обращаясь к Рейгеру.

Тот исчез за одной из дверей в глубине помещения и вскоре вернулся, таща за собой человека. Он держал его за отвороты пиджака и поминутно встряхивал, словно мешок с углем. С равнодушным выражением на лице Рейгер дотащил человека до кресла, стоявшего подле Карлоса, и бросил туда.

Феннер подошел ближе. Это был китаец. Он был одет в дешевый черный костюм и сидел неподвижно, спрятав ладони под мышками и сложившись почти вдвое. Феннер перевел взгляд на Багси, но тот ничего не сказал, только брезгливо поджал губы.

Рейгер сорвал шляпу с китайца и, схватив за косу, запрокинул голову. Феннер сделал легкое движение вперед, но вовремя остановился. Лицо китайца матово блестело в свете лампы, кожа плотно облегала череп. Губы раздвинулись, обнажая зубы, глаза походили на две черные дыры.

— Так ты напишешь письмо? — обратился Карлос к сидящему китайцу.

Тот молчал. Рейгер вновь резко дернул его за косу. Потом повторил это несколько раз, и каждый раз голова несчастного дергалась, как у болванчика.

— Вот упрямец, — улыбаясь сказал Рейгер.

Карлос открыл ящик стола, вынул оттуда какой-то предмет и положил на стол.

— Давай сюда его руку, — приказал он Рейгеру.

Тот поймал руку китайца за запястье и дернул ее. Китаец в отчаянии попытался спрятать кисть под мышкой. Наступило продолжительное молчание, пока Рейгер старался побороть его сопротивление. Палец за пальцем начали показываться из своего убежища. Капли пота покрыли лицо китайца, он тихо стонал сквозь зубы.

— Бог мой! — воскликнул Феннер. — Что здесь происходит?

Багси сделал легкий жест рукой, но промолчал. Худая рука понемногу показывалась из своего убежища. И вот Рейгер положил ее на стол. С того места, где он стоял, Феннер мог видеть окровавленные тряпки, обмотанные вокруг пальцев несчастного.

Карлос пододвинул блокнот из плохой рисовой бумаги, бутылочку с чернилами и кисточку к китайцу.

— Пиши! — коротко приказал он.

Китаец молчал. Карлос глянул на Рейгера. Свободной рукой тот сдернул окровавленные тряпки. Пальцы китайца были похожи на бесформенные обрубки, изрезанные, раздавленные, кровоточащие.

— Боже мой! — воскликнул Феннер.

Карлос посмотрел в сторону Феннера.

— Иди сюда, — распорядился он. — Я хочу, чтобы ты это видел!

— Я хорошо вижу и отсюда, — спокойно возразил Феннер.

Карлос пожал плечами, потом поднял предмет, похожий на маленькие тиски, тщательно исследовал пальцы китайца и затем зажал один из них. Тот не сделал и движения, чтобы освободить палец.

Феннер медленно отступил назад и схватил руку Багси.

— Если ты не объяснишь, в чем дело, я остановлю это! — прошипел он.

Лицо Багси позеленело.

— У старика на родине три сына. Карлос хочет, чтобы он вызвал их сюда. В этом и заключается бизнес Карлоса. Эти трое сыновей принесут ему четыре гранда чистой прибыли.

Раздался резкий крик. Феннер повернул голову. Китаец писал. Карлос стоял рядом и тусклыми глазами следил за движением кисточки по бумаге. Закончив писать, китаец откинулся на спинку кресла, и Феннер услышал слабый голос:

— Снимите… снимите… снимите… — Тиски все еще висели на его пальце.

— Конечно, снимем, — сказал Карлос. — Не надо было так упрямиться, кретин! — грубым движением он сорвал тиски с пальца несчастного. Феннер отвернулся, борясь с приступом тошноты.

Китаец издал пронзительный крик и упал вперед лицом. Карлос с отвращением бросил тиски на пол, и они покатились по гладкой поверхности, оставляя кровавый след. Достав из ящика маленький револьвер 25-го калибра, Карлос поднес ствол к виску китайца и нажал на спуск. Звук выстрела эхом раздался в просторном помещении. Положив оружие в карман, Карлос вновь уселся за стол. Затем взял письмо, аккуратно сложил его и спрятал в бумажник.

— Скажешь Найтингейлу, чтобы он побеспокоился о похоронах, — сказал он Рейгеру: Потом подошел к Феннеру: — Ну, нравится мой метод работы? — спросил он.

У Феннера чесались руки, но он сдержался и ответил спокойно:

— По-видимому, у тебя есть причины поступать таким образом, но лично мне кажется, это немного круто.

Карлос расхохотался.

— Пошли наверх, Я немного просвещу тебя в этом бизнесе.

После жуткого подвала кофейный бар казался раем. Феннер сел за маленький столик в углу, с удовольствием вдыхая аромат свежемолотого кофе. Карлос уселся напротив. Рейгер и Багси вышли из бара. Карлос достал кисет и скрутил сигарету из желтовато-зеленого волокнистого табака. Мулатка с удивительно большими глазами принесла две чашки отличного кофе. Когда она ушла, Карлос сказал:

— Ты видел, что я делал. Если тебе не понравилось, то можешь еще отвалить. Но если я объясню тебе тонкости и введу в бизнес, обратного хода уже не будет. Понял? — он улыбнулся блеклой улыбкой. — Ты все понял?

— Мне это подходит, — не задумываясь, сказал Феннер.

— Не торопись, подумай. Парень, слишком много знающий о моем бизнесе, рискует получить пулю, если надумает выйти из игры.

— Это не твои трудности. Беру ответственность на себя.

Карлос отхлебнул кофе, оглядывая зал тусклыми глазами.

— На Среднем Западе большой спрос на рабочих-китайцев. Они довольны втрое меньшей платой за труд, а работают не в пример европейцам. Их труд очень дешевый. Но федеральные власти запретили въезд китайцам. Странная манера делать дела. Спрос большой, но рабочие не могут приехать сюда. Это и есть главный козырь в моем бизнесе. Я импортирую китайцев.

Феннер кивнул.

— То есть промышляешь тривиальной контрабандой?

— Само собой. И это совершенно безопасно. На побережье границы практически не существует. Есть масса мест, где их можно принять. Береговая охрана не очень докучает. Правда, иногда случаются накладки и приходится немного пострелять, но это скорее исключение из правил.

Феннер почесал голову.

— Но я не вижу, как на этом заработать деньги.

На лице Карлоса появилась гримаса, должно быть, означающая улыбку.

— Ты не очень хорошо улавливаешь все нюансы этого дела. Пораскинь мозгами. Прежде всего, ты должен понять — китайцы спят и видят, как бы приехать сюда. У меня есть один тип в Гаване, с которым я контактирую. Китайцы платят ему за то, что он переправляет их через залив. Эти недотепы так рвутся к нам, что платят за перевозку по пятьсот, а то и по тысяче долларов с головы. Катер моего приятеля может переправлять по двенадцать китайцев за раз. Когда эти паршивцы прибывают на одно из моих судов и расплачиваются, они становятся моей собственностью. Я переправляю их дальше на Запад, и каждый китаец стоит не менее пятисот долларов.

Феннер наморщил лоб.

— Ты хочешь сказать что китайцы сами оплачивают перевозку, а когда ты привозишь их на место, то продаешь как живой товар?

Карлос утвердительно кивнул.

— Ты все верно просекаешь. Этот бизнес приносит двойную выгоду. Забавно, да? На этой неделе я переправил пятьдесят китайцев, и это принесло мне тридцать тысяч долларов навара.

Феннер был поражен.

— Не слабо! Но какого черта они не заявляют в полицию о таком обращении?

— А как ты себе это мыслишь? Ведь по федеральным законам въезд сюда им запрещен. Так что если они настучат на меня, то для них это будет означать тюрягу с последующей высылкой… Я же беру на себя расходы по их пересылке к месту работы, да еще и кормлю при этом. Затем они получают работу в ресторанах, прачечных, везде.

— Но зачем было заставлять старика писать это письмо?

Карлос подозрительно посмотрел на него.

— Не кажется ли тебе, что ты спрашиваешь слишком много?

Феннер выдержал его взгляд.

— А что тебе волноваться? Дальше меня не пойдет.

— У старика в Китае три сына. А мне всегда не хватает рабочих рук. Вот я и приказал ему написать письмо, в котором он зовет их сюда. Для них это шанс выбиться в люди, заработать деньги. Они верят, что здесь все прекрасно. Китайцы всему верят. Они приедут.

Феннер поднялся, отодвигая стул.

— А что я буду делать в этом бизнесе?

— Может быть, тебе понравится перевозить их через пролив и доставлять ко мне? Ближайшая поездка состоится через день-два.

— Хорошо, — согласился Феннер, — Я буду наведываться каждый день. К сожалению, не могу жить здесь, мне не по карману. Так что пока останусь в своем отеле.

Карлос пожал плечами.

— Тебе видней. Багси будет в курсе и свяжется с тобой, если в том возникнет необходимость.

— О’кей. — Феннер вышел на улицу, оставив Карлоса сидеть за столом.

Откуда ни возьмись появился Багси и пошел следом. Феннер обернулся. Багси догнал его, и они пошли в месте.

— Интересный бизнес, не так ли?

— Приносит неплохой барыш, если кое-кого хорошо подмазать, — без особого энтузиазма ответил Багси. — Только нам со всего этого перепадают гроши.

Феннер искоса глянул на него.

— Так ты чем-то недоволен?

— Еще бы! Но пока не жалуюсь.

Они медленно прогуливались вдоль набережной. Феннер испытующе глянул на Багси. В голову ему пришла интересная мысль.

— Сколько ты зарабатываешь?

— Сто баксов.

— Но это же курам на смех!

— Согласен, но сейчас трудные времена.

Феннер не мог не согласиться с ним. Пройдя еще метров пятьдесят, Феннер вдруг остановился, увидев роскошную белую яхту.

— Прекрасная посудина! — восхитился он.

Багси прищурил глаза.

— Ха! Я бы тоже не отказался иметь такую!

Феннер с любопытством посмотрел на него.

— А зачем она тебе?

Багси удивленно уставился на Феннера.

— Мне?.. Я бы пригласил на яхту отряд девиц и вышел в море. Доплыв до середины залива, я бы заставил каждую из куколок сделать мне что-нибудь приятное, а в случае непослушания предложил бы строптивицам добираться до берега вплавь.

Феннер слушал его вполуха. Все его внимание переключилось на молодую девушку, которая вышла на палубу из каюты. Прекрасная фигура, волосы цвета червонного золота, длинные ноги — все притягивало взгляд. На ней были белые брюки, красный свитер и плетеные сандалии. Сердце его внезапно застучало. Он догадался, кто она! Провидение послало ему встречу с сестрой Мэриан Дейли!

Багси тоже заметил девушку и присвистнул от восхищения.

— Бог мой! — пробормотал он. — Вот это красотка!

— Знаешь ее? — поинтересовался Феннер.

— Я? Ты смеешься! Стоял бы я здесь, если бы знал!

Феннер не слушал его. Он прочитал название яхты:

«Нэнси Е» и двинулся дальше, сказав Багси:

— Знаешь поговорку про третьего лишнего. Если бы тебя не было радом, я бы уже познакомился с красоткой. — Он потащил Багси к бару.

— Ну да! Глянь на себя. Станет она знакомиться с тобой!

— Может, и нет, но попробовать стоит.

Зайдя в ресторан, Феннер подозвал официанта.

— Здесь неподалеку на якоре стоит симпатичное судно, — обратился к нему Феннер. — Чье оно?

Официант рассеянно глянул в окно.

— Что будете пить?

Феннер заказал два джина. Когда официант принес заказ, Феннер повторил вопрос:

— Так чья это посудина?

Официант почесал голову.

— Какая именно?

— «Нэнси Е».

— Согласен, прекрасная яхта. Это собственность Тейлора. Он буквально набит долларами.

— Да уж, нужны большие бабки, чтобы катать на яхте такую куколку, как та, — вздохнул Багси.

— Тейлор? Кто это?

Официант пожал плечами.

— Он спускает здесь денежки. Это один из тех счастливчиков, которые уже рождаются набитыми деньгами.

— Он живет в этом городе?

— На фиг ему здесь дом, если можно жить на яхте.

Феннер едва заметно улыбнулся.

— А его девушка, кто она?

Официант засмеялся.

— Я уже и не могу вспомнить их всех. Этот парень, видимо, коллекционирует женщин.

— Святое дело! — восхитился Багси. — Может быть, ему нужна помощь?

— А где можно встретить этого счастливчика? — поинтересовался Феннер.

— Этого? Да где угодно. Он шляется повсюду. Очень часто бывает в казино Ноолена.

— Так Ноолен владеет казино? — Феннер уставился на Багси.

— Ноолен? — усмехнулся тот. — Этот Задница клячи?..

Феннер со стуком поставил бокал на стол.

— Я начинаю верить, что это действительно так. — Взяв Багси за руку, он вытащил его под палящие лучи солнца.

Казино Ноолена находилось по соседству с домом Эрнеста Хемингуэя, на углу улиц Оливия и Вайтенхед.

Размещалось око в глубине сада и имело красивый вход, к которому вела короткая аллея. Машины по ней могли подъехать чуть ли не вплотную к входу. Такси остановилось. Расплатившись с водителем, Феннер выбрался из машины и по ступенькам поднялся к входу.

Двери были широко распахнуты, давая возможность видеть едва ли не весь вестибюль. Двое мужчин у входа окинули Феннера подозрительными взглядами, и он подумал, что это, вероятно, телохранители Ноолена.

Пройдя вестибюль, Феннер оказался в просторном зале, где на двух столиках шла оживленная игра в карты. Он обошел их, разглядывая игроков, в надежде встретить здесь девушку с яхты.

Не прошло и пяти минут, как к Феннеру подошел небольшого роста кубинец в строгом вечернем костюме.

— Мистер Росс? — любезно осведомился он.

— Ну и что?

— Не зайдете ли в офис босса на пару минут?

— Но я пришел сюда развлекаться, — улыбнулся Феннер. — Могу я хоть на вечер забыть о делах!

Двое мужчин, до этого стоявшие возле дверей, вдруг выросли по бокам Феннера. На их лицах застыли улыбки, но глаза смотрели холодно.

— Я думаю, вам лучше пройти, — очень тихо сказал кубинец.

Феннер пожал плечами и направился за кубинцем. Тот провел его в небольшой кабинет. Ноолен уже был там. Опустив голову и зажав в зубах толстую сигару, он ходил взад-вперед. Остановившись, он в упор глянул на Феннера. Кубинец закрыл дверь перед сторожевыми псами. Феннер заметил, что Ноолен выглядит несколько лучше, чем во время их первой встречи. Смокинг очень шел ему.

— Чем ты собираешься заниматься здесь сегодня вечером? — спросил Ноолен.

— Мне казалось, что это общественное место.

— Мы не терпим здесь бандитов Карлоса!

Феннер засмеялся и уселся в удобное кожаное кресло.

— Не мели чушь!

Ноолен не расслабился.

— Будет лучше, если ты уйдешь…

Феннер жестом остановил его.

— Убери своего орла, мне нужно поговорить с тобой.

Ноолен заколебался, но все же велел кубинцу выйти.

— Зачем тебе ссориться с Карлосом, — начал Феннер, вытягивая длинные ноги. — Подумай над этим.

— Какую игру ты ведешь? Что-то здесь не так…

— Нет проблем, — Феннер видел беспокойство Ноолена. — Поверь, если только меня не обманывает мой нюх, вскоре произойдут чертовские изменения в этом грязном бизнесе. И я надеюсь, ты мне понадобишься. Я не люблю Карлоса, и его бизнес мне не по нраву. Я сломаю ему хребет.

— Ты останешься без головы, — нервно усмехнулся Ноолен. — У Карлоса достаточно силенок, чтобы стереть тебя в порошок.

— Ну, это мы еще посмотрим, — покачал головой Феннер. — Думаю, будет все наоборот. Ты ведь будешь доволен, если этот мальчишка исчезнет из города.

Ноолен поколебался, но все же согласно кивнул головой.

— Это было бы слишком хорошо. Боюсь, я до этого не доживу.

— У тебя есть надежные ребята, если мне вдруг понадобится помощь?

Ноолен сел рядом.

— Разумеется. Но они не такие крутые, как парни Карлоса. Вряд ли осмелятся пойти против них.

— Я подготовлю для этого почву, — усмехнулся Феннер. — И когда твои парни увидят, что Карлос уже не тот, это придаст им храбрости.

Сложив руки на груди, Ноолен углубился в размышления. Наступило продолжительное молчание, потом он спросил:

— Ты собираешься подложить свинью Карлосу? А что, если я сообщу ему об этом?

— А выгода? — Феннер пожал плечами. — Тебе гораздо спокойнее сидеть в сторонке и выжидать, чья возьмет.

— О’кей. Действуй. Я не буду вмешиваться в твои дела, пока не увижу, что все идет хорошо. Но только не суйся на мою территорию. Сделаешь шаг, который мне не понравится, тогда пеняй на себя.

— Не волнуйся понапрасну, — Феннер встал. — Как-нибудь мы поговорим и на эту тему.

Ноолен бросил на него недоверчивый взгляд.

— Я тебе не доверяю, Росс, и не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Кто такой Тейлор? — резко спросил Феннер.

— А тебе от него что нужно? — живо спросил Ноолен, сузив глаза.

— Недавно видел его яхту. Замечательная посудина! Я узнал, что он часто бывает здесь, и подумал, что было бы интересно познакомиться с ним.

Ноолен встал, открыл дверь и глянул в зал.

— Он и сейчас здесь.

— Покажи его мне. Хочу познакомиться.

Феннер вышел вслед за Нооленом в просторный зал. Ноолен повернулся к Феннеру:

— Вон тот, за вторым столиком. Рядом с блондинкой.

Только сейчас Феннер заметил девушку. В полумраке зала ее волосы отливали цветом червонного золота, а глаза казались двумя бездонными голубыми озерами. Она была в черном вечернем платье, которое очень шло ей.

— И кто же эта блондинка? — небрежно поинтересовался Феннер.

— Глория Лидлер. Она прекрасна, не так ли? — Кровь прилила к лицу Ноолена, глаза стали влажными. Феннер искоса глянул на него. Ноолен продолжал: — Нам надо подождать. Нельзя прерывать игру.

— Согласен. А кто она такая, эта Глория Лидлер?

Ноолен повернул голову и глянул на Феннера.

— И что же тебя в ней заинтересовало?

— Неужели не понятно?

Ноолен усмехнулся.

— Я на время тебя оставлю. Дела, понимаешь. — И он отошел.

Феннер проследил за ним взглядом, потом прошел в другой конец зала и устроился на табурете возле маленького бара, так, чтобы можно было наблюдать за Глорией. Затем он перевел взгляд на Тейлора. Большой и сильный парень, очень загорелый. Прямые короткие черные волосы, светло-голубые глаза и породистый нос. Женщинам такие нравятся. Феннер вновь взглянул на Глорию и заметил, что та смотрит на него. Феннер задумчиво рассматривал девушку, удивляясь поразительному сходству. Если эта девчонка не была сестрой Мэриан Дейли, то он круглый идиот. Тейлор слегка наклонился к ней, что-то сказал, и девушка вздрогнула. Феннер не мог утверждать, но ему показалось, что Глория едва заметно улыбнулась ему. Или это игра света? Он напряженно следил за ней, но она больше не поворачивала голову в его сторону. Перебросившись парой фраз с Тейлором, девушка поднялась. Тейлор был явно чем-то недоволен. Он взял ее за руку, но она отрицательно покачала головой, засмеялась и отошла. Проследив за ней взглядом, Тейлор отвернулся и продолжил игру.

Девушка подошла к бару. Кроме Феннера там находились еще два человека и кубинец-распорядитель. Феннер подождал, пока она устроилась рядом, и обратился к ней:

— Грех в одиночку пить. Не составите компанию?

Не глядя на него, она открыла сумочку и вынула десятидолларовый банкнот.

— Я люблю грешить, — коротко сказала она, заказывая джин. Она повернулась спиной к Феннеру, и он мог лишь видеть ее ухо и твердую линию подбородка.

Феннер допил свою порцию и заказал еще одну. Когда бармен поставил перед ним выпивку и отошел, Феннер быстро сказал:

— Мисс Лидлер, я хочу поговорить с вами.

— Со мной? — она резко повернулась.

— Да. Ведь это ваше имя, не так ли?

— Совершенно верно, — ее взгляд смутил Феннера.

У него вдруг появилось ощущение, что он совершенно обнажен. Никогда он не испытывал еще такого чувства.

— Меня зовут Росс. Я остановился в отеле «Харвард». Я хочу… — Он замолчал, заметив, что Тейлор бросил игру и направляется в их сторону Он был чем-то раздражен.

— Ради бога, — сердито прошипел Тейлор, — неужели нельзя ограничиться только выпивкой? Зачем тебе этот тип?

Глория рассмеялась и произнесла, чеканя каждый слог:

— А я нахожу его общество весьма интересным.

Тейлор бросил на Феннера встревоженный взгляд.

— Замолчи, Глория, — сухо сказал он.

— Это самая замечательная вещь, которую я когда-нибудь видела. Посмотри на его руки, на шею, на манеру держать голову…

Феннер вынул платок, чтобы вытереть вспотевшие ладони. Затем одним глотком опорожнил бокал. Кубинец презрительно глядел на него.

— Не делай вид, что приходишь в экстаз при виде его рук и шеи, — свирепел Тейлор. — Я хорошо знаю, на что ты рассчитываешь.

— Пригласи его выпить, — продолжала она. — Он так хорош. Знаешь, что он сказал? Что грешно пить в одиночестве. — Она одарила Феннера ослепительной улыбкой.

Тейлор косо глянул на Феннера.

— Убирайся отсюда! — рявкнул он.

Глория захихикала.

— Будь поприветливее. Так не говорят с настоящим мужчиной. Он сам знает, где ему находиться.

— Заткнись, щенок! — Феннер в упор смотрел на Тейлора. — Кто ты такой, чтобы мне указывать?

Тейлор сделал движение к нему, но кубинец моментально оказался между ними. Он тихо произнес несколько слов Тейлору Пунцовый от еле сдерживаемой ярости, Тейлор схватил Глорию за руку и потащил из зала.

— Прекрасная девчонка, — сказал Феннер, глядя на кубинца.

— Вам бы тоже не мешало уйти отсюда, — проворчал кубинец, отворачиваясь.

Феннер постоял некоторое время в задумчивости, затем щелкнул пальцами, словно принял решение, и быстрыми шагами покинул казино. Через минуту он поймал такси.

— В порт, и побыстрее, — приказал он.

И хотя водитель развил максимальную скорость, Тейлор все же успел раньше него подняться на борт «Нэнси Е». Феннер увидел, как зажегся едет в каюте яхты. Расплатившись с шофером, Феннер вышел на набережную. Выждав, чтобы такси отъехало, он бросил взгляд направо, налево и подбежал к яхте. Забраться на борт судна не составило особых трудностей. Прокравшись к каюте, он плашмя лег на пол. Сквозь щель в двери он мог наблюдать за всем происходящим внутри.

Стоя посреди каюты, Глория потирала запястье, глядя на Тейлора, прислонившегося к стенке.

— Давно пора разобраться в наших отношениях, — донесся до Феннера голос Тейлора. — Мне надоело все время ходить в дураках!

Глория повернулась к нему спиной.

— Когда же я, наконец, уберусь отсюда, — проговорила она нервно. — Как мне надоела твоя рожа!

Тейлор подошел к маленькому бару и налил себе выпить. Его руки так дрожали, что виски пролилось на полированную поверхность.

— Я тебе все прощаю, — сказал он. — И каждый раз одно и то же. Ты и дальше будешь продолжать в том же духе?

Глория металась по каюте, напоминая Феннеру дикого зверя, загнанного в клетку.

— Ты причиняешь мне боль, — не унимался Тейлор.

Глория резко повернулась к нему.

— Мне твоя боль до лампочки!

— Разумеется! У тебя вообще нет никаких человеческих чувств.

— Нет, есть!

— Но совершенно не те. — Тейлор так сжал бокал, что побелели кончики пальцев. — Теперь все кончено. Ты мне больше не нужна. Я не хочу повторения сцен, вроде сегодняшней.

Глория расхохоталась.

— Это ты мне не нужен. Я тебя видеть не могу. И знаешь почему?

— Ты это мне уже говорила.

— Нет, этого я еще не говорила! — зло продолжала она. — Потому что ты ничего не стоишь. Я ждала… ждала, что ты сделаешь что-то, но у тебя только вид крутого мужика, а на самом деле ты тряпка. Ты ничего не знаешь, только притворяешься, что знаешь.

Тейлор аккуратно поставил бокал и подошел к ней. Его лицо стало белым, словно лист бумаги.

— Это ложь! — прошипел он, кладя руки ей на плечи.

Она брезгливо отстранилась.

— Ты хочешь верить, что это ложь, чтобы спасти остатки своего честолюбия.

Тейлор дал ей пощечину.

— Что ты собираешься делать? — хрипло спросила Глория. — Опять будешь бить? Это все, на что ты способен? Ты не можешь взять женщину, как нормальный мужчина, тебе обязательно нужно ее мучить?

Феннер сдвинул шляпу на затылок и придвинулся ближе.

Тейлор сказал дрожащим голосом:

— Я тебя убью за такие слова!

Глория чувствовала его неуверенность.

— Ты даже сплетникам глотки заткнуть не можешь… — Она коснулась щеки. — Как был дураком, так им и остался. С меня хватит. Все… свободен…

Кровь отлила от лица Тейлора.

— Значит, все-таки завела себе другого! — схватив бокал, Тейлор одним глотком опорожнил его.

— Побереги нервы! — В голосе Глории сквозила издевка. — А то кондрашка хватит…

Едва она открыла дверь каюты, чтобы выйти, как Тейлор запустил ей в спину пустой бокал. Стекло со звоном разлетелось вдребезги, в ярде над ее головой.

Феннер моментально юркнул за угол каюты.

— Ну и дела! — пробормотал он. Постояв в полумраке, он покинул борт яхты и поехал в отель.