Когда в приоткрывшуюся дверь просунулась элегантная головка Паулы Долан, Феннер приоткрыл глаза. Он посмотрел на девушку рассеянным взглядом и поудобнее устроился в кресле, опасно наклоненном под углом градусов в сорок пять. Его длинные ноги оставались на письменном столе.

— Уйди, Диззи, — сонно проворчал он. — Мы поиграем с тобой позже. В данный момент я размышляю.

Соблазнительная фигурка проскользнула в дверь, и Паула остановилась перед Феннером.

— Проснись же ты, Морфей, — произнесла она. — Тебя ждет клиентка.

Феннер застонал:

— Скажи ей, пусть уходит! Сообщи, что мы завалены работой. Должен же я хоть иногда поспать!

— Для этого есть кровать! — ехидно заметила Паула.

— Не позволяй себе слишком много, — проворчал Феннер, однако перевел кресло в нормальное положение.

— Прими ее, Дейв, — настаивала Паула. — Это экзотический цветок, и, судя по ее виду, у нее большие неприятности.

Феннер открыл глаза пошире.

— Может, это сборщица добровольных пожертвований?

Паула присела на край стола.

— Иногда я задаю себе вопрос: для чего ты прибил эту вывеску на дверь, коль напрочь отказываешься от клиентов. Как, интересно, ты можешь еще зарабатывать деньги?

Феннер покачал головой.

— Если я могу это не делать, я не делаю. Поет что мы не нуждаемся в деньгах, не так ли? Так не лучше ли пожить спокойно?

— Ну, если ты богат… Что ж, подождем чего-то действительно хорошего. Я скажу ей, пусть уходит… — Паула соскользнула со стола.

— Подожди минутку, — Феннер выпрямился и надвинул шляпу на глаза, — Это действительно экзотический цветок?

Паула кивнула.

— И мне кажется, у нее большие неприятности.

— О’кей, о’кей, пусть зайдет.

Паула открыла дверь.

— Вы можете войти.

— Спасибо, — послышался приятный голос, и молодая женщина вошла в кабинет. Она медленно прошла мимо Паулы, глядя на Феннера большими дымчато-голубыми глазами.

Немного выше среднего роста, с длинными, стройными ногами, тонкой гибкой талией и изящными руками, она производила неплохое впечатление. На ее маленькой головке с волосами цвета воронова крыла сидела кокетливая шляпка. Девушка была в строгом двубортном костюме и выглядела очень испуганной.

Паула послала ей приветливую улыбку и вышла, затворив за собой дверь.

Феннер поднялся.

— Садитесь, — пригласил он, указывая на удобное кресло. — Чем могу быть вам полезен?

Незнакомка отрицательно покачала головой.

— Я постою, — прошептала она. — Долго я вас не задержу.

Феннер вновь уселся.

— Как скажете, — он испытующе глядел на девушку. — Чувствуйте себя как дома.

Некоторое время они молча рассматривали друг друга. Затем Феннер сказал:

— Будет лучше, если вы все же сядете. Мне кажется, вам много о чем нужно рассказать мне и вы очень устали.

Он уже понял, что она боится не его, а чего-то находящегося за дверью кабинета. Ее глаза беспокойно бегали, вся фигурка излучала напряжение, грудь вздымалась от прерывистого дыхания. Она в любой момент могла метнуться к двери и убежать.

Девушка опять отрицательно покачала головой.

— Я хочу; чтобы вы нашли мою сестру, — торопливо сказала она. — Я очень тревожусь за нее. Сколько это будет стоить? Каковы ваши расценки?

Феннер искоса глянул на чернильницу, стоявшую возле его руки.

— Не беспокойтесь о цене. Успокойтесь. Прежде всего расскажите мне вашу историю, и как можно подробнее. Кто вы?

Внезапно зазвонил телефон. Звонок привел ее в ужас. Она отскочила на два шага, глаза ее еще больше расширились. Феннер ободряюще улыбнулся.

— На меня это произвело такое же впечатление, когда я задремал, сидя здесь, — доверительно сказал он, придвигая аппарат ближе. Девушка была уже у двери и напряженно следила за ним. — Подождите минутку, — сказал он, снимая трубку: — Алло?

На линии было много помех. Затем мужской голос с приятным акцентом спросил:

— Феннер?

— Да.

— С минуты на минуту молодая девушка придет к вам в офис. Я хочу, чтобы вы задержали ее до моего прихода. Я уже в пути. Вы меня поняли?

Феннер еще раз ободряюще улыбнулся девушке и сказал:

— Повторите, я ничего не понял.

— Повторяю, — голос был полон терпения. — Девушка придет к вам с историей о пропавшей сестре. Задержите ее у себя, пока я не приеду. Эта особа страдает психическим расстройством. Она сбежала из клиники для душевнобольных. В настоящий момент она направляется к вам. Задержите ее. Понятно?

Феннер надвинул шляпу на нос.

— Кто вы такой, черт побери?

Телефон трещал все больше.

— Вы все узнаете в свое время. И труды будут хорошо оплачены.

— О’кей, я вас жду.

Девушка спросила:

— Он сказал, что я сумасшедшая? — Пальцы руки, которой она держала сумочку, побелели, другой рукой она нервно теребила юбку.

Феннер положил трубку и утвердительно кивнул. Она на секунду закрыла глаза, потом ее веки с длинными ресницами внезапно поднялись, как у куклы, которую неожиданно посадили.

— Трудно в это не поверить, не так ли? — Внезапно она положила сумочку на стол и сняла перчатки. В следующее мгновение она расстегнула пуговицы и сняла жакет.

Феннер все еще сидел неподвижно, сжимая трубку и не мигая глядел на девушку. Издав сдавленное рыдание, она дрожащими пальцами начала расстегивать блузку.

Феннер заволновался.

— Совсем ни к чему делать это, — смущенно сказал он. — Ваше дело меня заинтересовало, и подобных авансов не надо.

Рыдания усилились, и, повернувшись к нему спиной, она сняла блузку.

Рука Феннера потянулась к кнопке звонка. «А девица-то и впрямь шизанутая. Эдак меня, чего доброго, в попытке изнасилования обвинят…» Но, взглянув на обнаженную спину он вздрогнул, рука замерла, так и не нажав на кнопку. Спина девушки представляла собой сплошную рану. Красные полосы образовывали на ней сложный и страшный узор.

Девушка надела блузку, застегнула ее, накинула жакет и повернулась к Феннеру. Ее глаза казались еще более огромными, чем при первом впечатлении.

— Теперь вы верите, что у меня есть причины бояться всего на свете?

Феннер покачал головой.

— Вам не нужно было делать это. Я же сказал, что окажу вам любую помощь. Вам нечего бояться.

Девушка продолжала стоять, кусая губы белоснежными зубами. Потом открыла сумочку, вынула пачку банкнотов и положила ее на стол перед Феннером.

— Достаточно ли этой суммы, чтобы вы занялись моим делом?

Феннер коснулся пачки толстыми пальцами. Даже не считая, он понял, что здесь, по крайней мере, шесть тысяч долларов. Он поднялся, сгреб деньги и подошел к двери.

— Подождите, — велел он девушке.

Паула сидела за пишущей машинкой. Она вопросительно уставилась на Феннера.

— Быстро надень шляпку и отведи эту малышку в отель «Балтимор». Снимешь там для нее номер. Предупреди, чтобы она заперлась изнутри и никому кроме нас, не открывала. Затем пойдешь в банк и положишь эти деньги. Постарайся навести об этой девушке самые подробные справки. Успокой ее тем, что она находится в надежных руках, обращайся с ней, как с дочерью, она еще так молода, что нуждается в материнской заботе. Поняла?

Феннер вернулся в кабинет.

— Как вас зовут? — спросил он.

Девушка нервно потерла ладони друг о друга.

— Уведите меня отсюда, — с мольбой произнесла она.

Феннер похлопал ее по руке.

— Сейчас вы уйдете с моей секретаршей. Она позаботится о вас. Тип, интересующийся вами, должен прибыть сюда с минуты на минуту и я им займусь. Так как ваше имя?

— Мэриан Дейли, — глухо произнесла она. — Куда я должна идти?

Вошла Паула, натягивая перчатки.

— Вы пойдете с мисс Долан. Выйдете отсюда черным ходом. Все будет хорошо.

Мэриан Дейли смущенно улыбнулась.

— Я так рада, что пришла к вам, У меня действительно большие неприятности, и я очень боюсь за свою сестру, Я никак не могу понять, что у нее общего с двенадцатью китайцами.

— Пока я не могу вам этого сказать, — Феннер проводил ее до двери кабинета. — Может, она любит китайцев. Бывают же такие люди, я знаю. Не думайте об этом до тех пор, пока я не навещу вас сегодня вечером.

Феннер проводил их до лифта, затем вернулся в кабинет, открыл ящик стола, вынул оттуда револьвер, проверил его и положил во внутренний карман пиджака. После этого вновь уселся, удобно вытянул ноги на столе и прикрыл глаза. Он сидел так около десяти минут, раздумывая над тремя вопросами: откуда у девушки шесть тысяч долларов, кто нанес ей побои и при чем здесь двенадцать китайцев? Почему уплачено вперед? Зачем было перед ним раздеваться, а не сказать просто, что ее избили? И при чем здесь двенадцать китайцев? Не одиннадцать, не тринадцать, а именно двенадцать.

Он поерзал в кресле. И еще этот тип, который звонил ему. Неужели она действительно сбежала из сумасшедшего дома? Как-то не верится. Очень уж она была напугана, но вид имела совершенно нормальный. Он кинул взгляд на часы. Интересно, сколько времени понадобится этому типу, чтобы добраться сюда?

Размышляя, он никак не мог сконцентрироваться на чем-то определенном. Слишком много вопросов и ни одного ответа. Прислушиваясь к свисту в коридоре, он раздраженно заворочался в кресле, пытаясь привести мысли в порядок. Кто такая Мэриан Дейли? Безусловно, она принадлежит к высшему обществу, по крайней мере, если судить по облику. Одежда явно была сшита у хорошего портного.

Феннеру надоел свист, доносящийся из коридора. Он прислушался. Затем очень тихо начал повторять печальный напев из «Хлои». И вдруг Феннер насторожился, так как неизвестный свистун не трогался с места. Свист был глухим, но мотив повторялся снова и снова, как будто тот, кто свистел, стоял около двери конторы Феннера и свистел исключительно для него.

Феннер снял ноги со стола и медленно поднялся. Грустный напев не умолкал. Он сунул руку в карман и нащупал рукоятку своего полицейского револьвера 38-го калибра. Официально существовал всего лишь один вход в его кабинет, который вел через приемную, где сидела Паула. Но имелась еще одна дверь, постоянно запертая. Она выходила на противоположную сторону дома.

Он подошел к этой двери, потихоньку повернул ключ, стараясь, чтобы его тень не упала на матовое стекло. Повернув ручку, начал медленно открывать дверь. В тот же момент свист прекратился. Он вышел в полутемный коридор и осмотрелся. Никого. Лестничная площадка была пуста. Выскочил из подъезда — никого.

Надвинув шляпу на нос, он прислушался. До него доносился приглушенный шум уличного движения, скрип лифта, двигающегося между этажами.

Феннер медленно вернулся в кабинет и остановился возле стола, оставив дверь открытой. Но когда закрыл дверь, свист немедленно возобновился.

Его глаза недобро прищурились, он прошел в приемную, держа револьвер наготове, и осмотрелся. Человек маленького роста в потрепанном черном костюме сидел согнувшись в одном из кресел, предназначенных для посетителей. Шляпа, низко надвинутая на лоб, не давала возможности рассмотреть лицо. Но и мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять — человек мертв! Положив револьвер в задний карман брюк, Феннер подошел поближе. Посмотрел на вяло висевшие костлявые руки, затем наклонился и снял шляпу с мертвеца. Это был китаец. Его горло было перерезано от уха до уха, а затем аккуратно зашито. То еще зрелище!

Феннер вытер платком вспотевшее лицо.

— Прелестный денек! — пробормотал он.

Пока он стоял в нерешительности, не зная, что предпринять, резко зазвонил телефон. Вздрогнув, он снял трубку.

В телефоне послышался взволнованный голос Паулы:

— Девушка сбежала, Дейв! Мы вместе приехали в «Балтимор», и спустя мгновение она испарилась.

Феннер задержал дыхание.

— Ты хочешь сказать, что ее кто-то похитил?

— Нет. Она просто сбежала от меня. Я заказала ей номер и записывала фамилию в книгу регистрации. Повернув голову, я вдруг увидела, как она мчится к выходу. Это настолько поразило меня, что я не сразу бросилась вдогонку. Когда я выбежала на улицу, ее и след простыл.

— А деньги? — быстро спросил Феннер. — Убежали вместе с ней?

— Нет. Деньги у меня. Так что мне сейчас делать? Возвращаться в контору?

— Нет, оставайся в «Балтиморе» и жди меня. Закажи ланч. Я приеду, как только освобожусь. Здесь у меня клиент.

— Но, Дейв, как же девушка? Не будет ли лучше, если ты приедешь побыстрее?

Настроение Феннера портилось с каждой минутой.

Кто здесь командует, ты или я? Чем дольше я заставляю ждать этого парня, тем он становится все холоднее и холоднее. И я говорю это вовсе не в переносном смысле, можешь мне поверить. — Бросив трубку на рычаги, он взглянул на китайца, но уже без волнения.

— Ну что ж, Перси, — сказал он, — придется нам совершить небольшую прогулку…

Паула сидела в холле отеля «Балтимор» несколько часов. Она уже начала нервничать. Наконец в три с четвертью появился Феннер, злой, как голодный тигр, и с холодным блеском в глазах. Он остановился возле нее и взял пальто Паулы, лежавшее на свободном кресле.

— Идем, детка, — хмуро сказал он. — Есть разговор.

Паула прошла вслед за ним в коктейль-бар, который в это время был почти пуст. Феннер усадил ее за стол в дальнем конце бара, как раз напротив выхода. Сам уселся таким образом, чтобы держать в поле зрения входную дверь.

— Какую косметику ты употребляла в последние дни? — поинтересовался он, бросив взгляд на дверь. — Запах какой-то очень уж знакомый.

Она насмешливо глянула на него.

— А чем еще я должна была заниматься, пока тебя ждала? Я выпила всего лишь три мартини. Подумаешь! Не молиться же мне было эти три часа!

Феннер махнул рукой, подзывая официанта.

— Не выражайся столь вульгарно, дорогая.

Подошел официант, и Феннер заказал два двойных виски и пива. Повернувшись в сторону Паулы, он молча ждал, пока официант выполнит заказ. Когда тот принес выпивку и удалился, Феннер слил виски в свой бокал, а в пустой бокал Паулы налил пива, пододвинув его ей.

— Я забочусь о цвете твоего лица, Диззи, — сказал он, опрокидывая половину содержимого бокала себе в рот.

Паула мигнула.

— Как скажешь! Хорошо, что мы на первом этаже. А не то… Интересно, где это ты шлялся три часа?

Феннер закурил сигарету.

— Так ты совершенно уверена, что мисс Дейли убежала и ее никто не преследовал?

Паула кивнула.

— Все произошло именно так, как я тебе сказала. Я уже заказала номер и записывала в книгу регистрации ее фамилию. И тут неожиданно почувствовала, что ее нет рядом. Когда я повернулась, девчонка была уже на улице. Насколько я могла видеть, за ней никто не гнался. Пока я пришла в себя от неожиданности, она исчезла. Поверь мне, Дейв, я была просто в шоке. И что хуже всего — деньги остались у меня. Ты был просто сумасшедшим, что отдал их мне.

Феннер печально усмехнулся.

— Наоборот, бэби, это была гениальная мысль отправить тебя с деньгами. Но продолжай свою историю.

— Я вернулась в отель, попросила у администратора конверт и, вложив туда деньги, отдала их на хранение. После этого я вновь вышла из отеля и обследовала все окрестности. Но безрезультатно. После этого я позвонила тебе.

— Понятно. Так ты уверена, что в тот момент, когда она сбежала, ее никто не преследовал?

— Абсолютно!

— Что ж, пришел мой черед рассказать тебе кое-что. Это дело кажется мне весьма подозрительным. После твоего ухода я обнаружил в приемной мертвого китайца. Само собой, этот неизвестный тут же направил копов по моему адресу.

Паула вздрогнула.

— Мертвый китаец?

Феннер криво улыбнулся.

— Мертвее не бывает. У него было перерезано горло, и, судя по всему, смерть наступила уже давно. Но его присутствие в моей конторе нетрудно объяснить. Едва я увидел тело, как сразу задал вопрос: это предупреждение или же мне шьют дело? Короче говоря, я вовсе не горел желанием, чтобы тело обнаружили у меня. Схватив китайца, я отволок его в пустую контору. И хорошо сделал. Я успел вовремя. Едва я вернулся в кабинет, как туда заявились три копа.

— Но что все это значит? — удивилась Паула.

— Кто-то хочет вывести меня из игры. Предположим, копы обнаружили бы тело в приемной. Они, безусловно, задержали бы меня до выяснения обстоятельств, тем самым лишив свободы передвижения. Тем временем неизвестный мог без помех поймать девчонку Дейли. Но у копов не нашлось никакой зацепки, чтобы задержать меня, хотя они обшарили контору сверху донизу. Ты видишь, как нам повезло, что я отдал тебе деньги. Если бы они были у меня, это во многом осложнило бы дело.

— Но как все это понять? — повторила она, широко раскрыв глаза.

— А черт его знает. Дело выглядит интересным, но данных мало. Пока что полная бессмыслица. Что тебе удалось вытянуть у мисс Дейли?

Паула покачала головой.

— Ничего особенного. Я задавала обычные вопросы, она скупо отвечала, настаивая на том, что говорить будет только с тобой.

Феннер допил виски и докурил сигарету.

— Подведем итоги, — сказал он. — У нас имеется шесть грандов и никакой возможности, чтобы их отработать.

— Но ты же не оставишь их себе?

— Почему бы и нет? Ведь она добровольно дала мне этот фрик, не так ли? Едва я начал собирать факты по делу, она исчезла. Почему я должен беспокоиться о ее деньгах? Если она нуждается в моей помощи, она меня отыщет.

Пожилой мужчина с очень худым лицом, на котором выделялись лишь нос и подбородок, вошел в бар и сел за несколько столиков от них. Паула с любопытством посмотрела на него. Увидев красные глаза, она почему-то решила, что он недавно плакал. Феннер прервал ее мысли.

— Так что ты думаешь об этой девчонке Дейли? — спросил он.

Паула знала, что он хотел услышать.

— Она, бесспорно, получила прекрасное воспитание. К тому же ее одежда безупречна и наверняка стоит больших денег. Я могу попробовать угадать ее возраст, хотя это довольно трудно. Ей примерно двадцать четыре года плюс-минус шесть лет. Она либо наивное дитя, либо первоклассная актриса. Вероятно, много времени провела под открытым солнцем. Очень застенчива.

Феннер прервал ее:

— Об этом я и так догадался. Действительно, у нее очень застенчивый вид. Но почему она разделась передо мной, чтобы показать следы побоев?

Паула поставила бокал и посмотрела на Феннера округлившимися глазами.

— Это что-то новое!

— Истинная правда. — Феннер сделал знак официанту. — Я тебе еще не говорил, что в то время, когда мисс Дейли была у меня, некто позвонил по телефону и сообщил, что у малышки не все дома. И тут она устраивает стриптиз. Вот что меня смутило. Сняла жакет, блузку и осталась в одном лифчике. Странная история.

— Кто-то побил ее?

— И еще как! Картина была поистине ужасна.

Паула задумалась.

— Может быть, она боялась, что ты примешь ее за обманщицу, и решила, что это лучший способ убедить тебя.

— Все может быть, но что-то здесь не так.

Пока официант смешивал им вторую порцию выпивки, Паула вновь бросила взгляд на старика.

— Сразу не поворачивайся, но здесь один тип, который, как мне кажется, проявляет повышенный интерес к твоей особе.

— Ну и что? — раздраженно огрызнулся Феннер. — Может быть, ему понравилось мое лицо?

— Я так не думаю. Скорее всего, он принял тебя за знаменитого актера.

В этот момент старик поднялся, подошел к их столику и застыл с нерешительным видом, словно не зная, что делать дальше. Паула ободряюще улыбнулась. Старик посмотрел на Феннера.

— Извините, вы мистер Феннер?

— Совершенно верно, — без энтузиазма подтвердил Дейв.

— Меня зовут Линдсей. Андре Линдсей. Мне требуется ваша помощь.

Феннер беспокойно заерзал.

— Был бы очень рад это сделать, мистер Линдсей, но в настоящий момент у меня физически нет времени на это.

Линдсей казался совершенно обескураженным. Он беспомощно глянул на Паулу, потом вновь перевел взгляд на Феннера.

— Не могли бы вы присесть, мистер Линдсей? — сказала Паула.

Феннер метнул на Паулу убийственный взгляд, но она его игнорировала.

Линдсей поколебался, но потом все же сел.

Паула заговорила с ним тем менторским тоном, который всегда раздражал Феннера:

— Мистер Феннер очень занятый человек, но не было еще случая, чтобы он отказывал в помощи нуждающимся.

«Маленькая дрянь! — подумал Феннер. — Ну погоди, ты получишь хорошенькую взбучку, когда мы останемся одни!» Не выдавая своих чувств, он кивнул Линдсею:

— Разумеется, разумеется… Так что же вас тревожит?

— Мистер Феннер, я читал все подробности дела Блендиш. Как вы обнаружили эту молодую леди, которую похитили гангстеры. И вот нечто подобное случилось у меня. Вчера исчезла моя дочь. — Две слезы скатились по его худым щекам. Феннер поспешно отвел взгляд. — Мистер Феннер, — продолжал старик, — я прошу вас найти ее. Она единственная отрада в моей жизни. Один Бог знает, что с ней могло произойти.

Феннер допил виски и со стуком поставил бокал на стол.

— Вы уведомили полицию? — спросил он отрывисто.

Линдсей кивнул.

— Киднэппинг — федеральное преступление. Будет лучше, если вы обратитесь в ФБР. Я уверен, они отыщут вашу дочь. Будьте терпеливы.

— Но, мистер Феннер…

Феннер отрицательно покачал головой и встал.

— Сожалею, но ничем не могу вам помочь в этом вопросе.

На лице Линдсея отразилось отчаяние. Он схватил Феннера за руку.

— Я вас умоляю, мистер Феннер. Сделайте это для меня. Вы не пожалеете. Найдите мою девочку!..

Но Феннер остался непреклонным. Вежливо, но решительно, он высвободил руку.

— Не настаивайте, мистер Линдсей. Когда я говорю нет, значит, нет. Не в моей компетенции заниматься делами подобного рода. Обратитесь в ФБР.

Резко кивнув головой Пауле, Феннер вышел из бара. Паула сочувственно кивнула старому джентльмену и поспешила вслед за ним.

Феннер ждал ее в холле. Он окинул ее недовольным взглядом.

— С чего бы это такая сентиментальность? Мы же не «Армия спасения»!

Паула искоса глянула на него.

— Этот бедный старик потерял дочь. Неужели тебя это совершенно не трогает?

— Какая трагедия! Вернемся в контору, там полно работы.

— Бывают моменты, когда ты кажешься мне милым, но сейчас я с удовольствием задала бы тебе хорошую трепку.

Переругиваясь, они направились к выходу. Молодой человек, сидящий в одном из больших кресел, поднялся и подошел к Феннеру.

— Я — Гроссет из компании «Д. А.». Мне хотелось бы поговорить с вами.

Феннер нетерпеливо отмахнулся.

— Не самое лучшее время, старина. Я сейчас занят. Загляни в мою контору завтра, когда меня там не будет.

Гроссет жестом указал на двух огромных копов в штатском, загораживавших выход. Потом с подчеркнутой вежливостью произнес:

— Мы переговорим здесь или проедемся в мой офис?

Феннер ухмыльнулся.

— Ага! Насилие! О’кей, поговорим здесь, только побыстрее.

Паула вмешалась в разговор:

— Дейв, я забыла кое-что в баре. Скоро вернусь.

Она оставила их и вошла в бар. Линдсей был еще там.

Она присела рядом со стариком.

— Я вернулась, чтобы извиниться за мистера Феннера, — ласково сказала она. — Не обижайтесь на него за резкость. Он расследует сейчас очень запутанное дело, но это хороший человек.

— Наверное, было опрометчиво просить его о помощи, — безнадежно сказал он. — Но моя девочка — все для меня.

Паула открыла сумочку и достала записную книжку.

— Расскажите мне подробности. Я ничего не обещаю, но, может, он все же найдет время заняться вашим делом.

В глазах старика засветилась надежда.

— Что я должен делать? — спросил он хрипло. — Какие факты вас интересуют?

В холле Феннер проследовал за Гроссетом в спокойный уголок. Он инстинктивно ожидал неприятностей и был начеку.

Гроссет вел себя как старый знакомый Феннера. Он открыл золотой портсигар, предлагая Дейву сигарету, затем дал прикурить от золотой зажигалки.

— Не слабо живете, — сухо заметил Феннер.

— Мы с вами еще не встречались раньше, — начал Гроссет. Он удобно уселся, скрестив ноги и демонстрируя Феннеру клетчатые носки. — Но я проверил вашу лицензию частного детектива и ваше досье. Вы тот человек, который раскрутил дело, связанное с похищением мисс Блендиш. Это было потрясающее разоблачение. До этого вы были репортером мелкой газеты и сидели без гроша. Деньги, полученные от Блендиша, дали вам возможность покинуть Канзас и обосноваться здесь. Все правильно, не так ли?

Феннер выпустил дым из ноздрей и невозмутимо кивнул.

— Пока все верно.

Гроссет продолжал:

— Вы находитесь в Нью-Йорке уже шесть месяцев, но пока не слышно, чтобы вы многого добились.

Феннер зевнул.

— Я разборчив, — сказал он доверительно.

— Сегодня утром на вас поступила довольно неприятная информация.

Феннер ухмыльнулся.

— Ха! Так вот чем я обязан визиту ваших людей! Они перевернули все вверх дном в моей конторе, но, ничего не найдя, вынуждены были отвалить несолоно хлебавши.

Гроссет улыбнулся в ответ.

— Да, но потом мы перерыли все здание и нашли мертвого китайца в пустой конторе, расположенной возле вашей.

Феннер поднял брови.

— Так в чем дело? Вы хотите, чтобы я отыскал убийцу?

— Информация, полученная нами утром, как раз касалась мертвого китайца, но он должен был находиться в вашей конторе.

— Как печально! Не повезло! Видимо, он ошибся дверью.

Гроссет раздавил окурок в пепельнице.

— Послушайте, Феннер, — терпеливо сказал Гроссет, — я вовсе не хочу с вами ссориться. Мои карты на столе. Китаец был мертв уже как минимум тридцать шесть часов. Ясно, что все было продумано заранее. Но этот китаец нас очень заинтересовал. А что, если бы вы поделились своими соображениями по этому вопросу?

Феннер задумчиво почесал нос.

— Приятель, после подобных разговоров мне остается только шаг до вступления в «Армию спасения». Если бы я что-то знал, то непременно поделился бы с вами информацией. Но у меня никогда не бывало китайцев в офисе, и я надеюсь, так будет и впредь.

Гроссет задумчиво смотрел на Феннера.

— Меня предупредили, что вы за птица, — проворчал он. — Похоже, вы любите работать в одиночку. И не любите делиться потом славой. Что ж, если вы желаете сыграть партию подобным образом, — валяйте! Если понадобится помощь, обращайтесь, не стесняйтесь. Но если вы пойдете против нас, мы пресечем вашу деятельность с такой скоростью, что вы и ахнуть не успеете.

Феннер улыбнулся и поднялся на ноги.

— Если вы закончили, то я прощаюсь. Меня ждут неотложные дела.

— Не очень задирайте нос, Феннер. Чувствую, мы скоро увидимся. — Он кивнул двум своим бульдогам, и троица вышла из холла.

Паула появилась из коктейль-бара и догнала Феннера уже у двери.

— Где тебя носит, черт возьми? — проворчал он.

— Послушай, Дейв, я поговорила с мистером Линдсеем и узнала некоторые подробности исчезновения его дочери. Тебя это наверняка заинтересует.

Феннер посмотрел на нее отсутствующим взглядом.

— Ты испытываешь мое терпение.

— Ну и что с того?..

— Что ж, как только мы вернемся в контору, я кое-что сделаю с тобой, милая Диззи. Я согну тебя под прямым углом и врежу по мягким частям, чтоб впредь неповадно было… Больше ни единого слова о Линдсее и его дочери. Это меня не интересует и никогда не будет интересовать. Мне и так достаточно попортили крови в последнее время. Устал я что-то.

— Это меня не удивляет. Нельзя положить много в маленький горшок, — съязвила Паула.

Возвратившись в офис, Феннер прошел в кабинет, уселся за стол и закурил сигарету.

— Диззи, иди сюда! — крикнул он через некоторое время.

Она скользнула в кабинет и уселась на подлокотник кресла, держа записную книжку и карандаш наготове. Феннер покачал головой.

— Мне нечего диктовать тебе. Просто захотелось, чтобы ты составила мне компанию.

Паула праздно сложила руки на груди.

— Нет проблем!..

— Может, лучше бы нам было отдать эти деньги копам, — начал размышлять Феннер. — Нов таком случае они неминуемо вступили бы в игру. Гроссет беспокоится по поводу китайца. Он, несомненно, организует за мной слежку, и я буду таскать для них каштаны из огня.

— Почему бы и нет? А вдруг они найдут малышку, если ты им дашь шанс.

— Это моя игра. Я верю инстинкту, а он подсказывает, что копам лучше остаться в стороне от этого дела.

Паула глянула на часы. Было около пяти.

— Мне нужно кое-что закончить, — сказала она. — Ты хочешь, чтобы я сделала еще что-нибудь?

Феннер вспылил:

— Сиди! Кажется, пока ты работаешь у меня, не так ли?

Паула уселась поудобнее. Когда Феннер был в плохом настроении, с ним было лучше не спорить.

— Если эта дама больше не придет, дело прекращается автоматически. Пока что у меня нет ничего, за что можно было бы зацепиться. Я даже не знаю, кто она. Все, что мне известно, так это то, что у нее есть сестра, которая как-то связана с двенадцатью китайцами. Или их уже осталось только одиннадцать? Зачем она дала нам столько денег? Только для того, чтобы сразу исчезнуть?

— Может быть, она увидела кого-то из знакомых, испугалась и убежала?

Феннер подумал.

— А ты заметила кого-нибудь?

Паула отрицательно покачала головой.

— Но ты же знаешь, что представляет собой холл отеля «Балтимор» в час пик?

— Это мысль! — Феннер поднялся и принялся расхаживать по кабинету, держа руки в карманах.

— Послушай, Диззи, тебе придется подежурить эту ночь у телефона. А вдруг она позвонит? Я должен знать об этом немедленно.

Паула протестующе заворчала.

— Итак, поезжай домой, захвати все необходимое и возвращайся. Ты прекрасно выспишься здесь на диване.

— Как я поняла, ты поедешь домой и уляжешься в свою просторную теплую кровать?

— Пусть это тебя не волнует. Я скажу тебе, где меня можно будет отыскать.

Паула надела шляпку и пальто.

— Не дай бог, ночной сторож заметит меня здесь. Он вообразит черт знает что.

— Не волнуйся по этому поводу, милая. Все знают, что у меня извращенный вкус. Так что особого скандала не будет.

Паула ушла, громко хлопнув дверью. Феннер рассмеялся и придвинул к себе телефон.

— Офис «Д. А.»? Дайте мне Гроссета. Сообщите, что с ним хочет переговорить Феннер.

Вскоре в трубке послышался голос Гроссета, перекрывший все помехи на линии.

— Феннер? Так ты решился говорить?

Феннер рассмеялся в трубку:

— Пока нет, старина. Но вот тебя мне бы хотелось заставить разговориться. Дело касается китайца, найденного вами. О нем нет никаких сведений?

— Ну ты и наглец! С чего это ты решил, что я поделюсь с тобой информацией?

— Слушайте, Гроссет, — Феннер стал серьезным, — дело еще только начало раскручиваться, но если дать ему ход, поднимется страшный шум. Я хотел бы остановить его, пока еще есть время.

— Предупреждаю, Феннер, если вы будете вести двойную игру, берегитесь! Если произойдет непоправимое и я узнаю, что мы могли этому помешать, вам это дорого обойдется.

Феннер нетерпеливо поерзал.

— Бросьте! Я вправе покрывать своего клиента. Но если для пользы дела вы поделитесь некоторой информацией, то я в долгу не останусь, даже если дело и не выгорит. Так как?

— Хитрец!.. Хорошо. Но я знаю не так уж много. Пока мы практически ничего не нашли.

— Как они доставили его в контору?

— Очень просто. Поместили в большую корзину для белья и внесли через служебный вход. Затем распаковали багаж в пустой комнате и перенесли китайца к вам.

— Ноу меня не было никакого китайца… Они поместили его в соседний пустой офис.

Гроссет хрюкнул.

— Никто не видел типов, которые, его приволокли?

— Нет.

— Ну, что же, спасибо, старина, я когда-нибудь отплачу вам той же монетой, — Феннер недовольно поморщился. — А больше ничего не кажется вам странным?

— Кажется, и многое. Кто-то перерезал горло китайцу, а затем зашил — разве это не странно?

— Да, но это я уже видел. А что-нибудь еще?

— Больше ничего.

Феннер повесил трубку. Некоторое время он сидел неподвижно, глядя на телефон отсутствующим взглядом.

Паула, вернувшись двумя часами позже, обнаружила его сидящим в кресле, с ногами на столе. На пиджаке следы пепла от сигарет, странный огонек горел в глазах.

Положив походный чемоданчик на кресло, она сняла пальто и шляпку.

— Есть что-нибудь новое? — поинтересовалась она.

Феннер отрицательно покачал головой.

— Если бы не было мертвого китайца, я сказал бы, что мы дураки, и бросил бы это дело. Шесть тысяч — и никакой работы! Никогда не получал подобных подарков. Но, видимо, этим парням чертовски необходимо было избавиться от меня, раз они рискнули втащить труп в контору.

Паула открыла чемодан и вытащила книгу.

— Я уже поужинала, — сообщила она. — Так что готова к дежурству. Если тебе куда-то надо, можешь уходить.

— О’кей, — Феннер сбросил ноги со стола и встал. — Я скоро вернусь. Если она позвонит, передай, что я очень хотел бы ее видеть. Пусть оставит адрес, где ее можно найти. Положительно, необходимо познакомиться с ней поближе.

— Это как раз то, чего я боялась, — пробормотала Паула, но Феннер был уже возле двери и никак не отреагировал на ее замечание.

В приемной его ожидал неприятный сюрприз: там находились два незнакомца, одетые в черные костюмы и стоящие плечом к плечу. С первого взгляда их можно было принять за мексиканцев. Посетители держали руки в карманах облегающих пиджаков и походили друг на друга, как близнецы: все черное — костюмы, шляпы, туфли. Пара из водевиля, если бы не злобный блеск глаз на их бандитских физиономиях.

— Вы хотите меня видеть? — Феннер прекрасно понимал, что два револьвера направлены ему в живот. Об этом ясно говорили очертания стволов под тонкой материей.

— Ну, — процедил тот, что пониже. — Шли мимо, вот и решили навестить тебя.

Феннер пятясь вернулся в кабинет. Паула потихоньку открыла ящик стола Феннера и положила руку на специальный полицейский револьвер 38-го калибра.

— Без шуток! — рявкнул коротышка. Он говорил сквозь зубы, но достаточно убедительно.

Паула прижалась к спинке кресла, положив руки на стол.

Коротышка вернулся в приемную и осмотрел ее, проверив содержимое шкафа и ящиков. Что-то недовольно проворчав, он вернулся.

— Если немного подождете, я приготовлю вам еду и ночлег. Буду рад, если вы почувствуете себя как дома.

Схватив тяжелую пепельницу, коротышка запустил ею в Феннера. Расстояние было слишком маленьким, и Феннер не успел среагировать. Массивное стекло основательно поранило щеку.

Другой тип моментально выхватил из кармана автоматический пистолет и ткнул им в спину Паулы с такой силой, что она вскрикнула.

— Вздумаете сопротивляться, мы выпустим ваши внутренности на ковер!

Феннер вытер кровь, запачкавшую ему пиджак и рубашку.

— Еще не вечер! — процедил он сквозь зубы.

— Повернись к стене! — приказал коротышка. — Мне нужно обыскать твою конуру. И поживее, если не хочешь получить еще раз!

Внезапно Феннер догадался, что это кубинцы. Их можно встретить во всех портах на юге. Он повернулся к стене с поднятыми руками в такой ярости, что, не будь здесь Паулы, он рискнул бы сопротивляться. Но присутствие Паулы связывало его по рукам и ногам.

Маленький кубинец обыскал его одежду, потом приказал:

— Сними пиджак!

Феннер бросил ему пиджак. Коротышка уселся на край стола и тщательно исследовал все швы. Потом вынул бумажник и бросил пиджак на пол, занявшись потрошением бумажника. Не найдя ничего интересного, он вернулся к Феннеру и продолжил обыск. От кубинца несло чесноком, и пальцы Феннера чесались от желания схватить мерзавца за горло и задушить. Ворча, кубинец отошел от него и повернулся к Пауле.

— Ну, ты, иди сюда!

Паула сжала губы, но встала и сделала шаг вперед.

— Не трогай меня своими грязными лапами, — сказала она спокойно.

Кубинец сказал несколько слов по-испански сообщнику, и тот сделал знак головой Феннеру.

— Иди сюда!

Феннер пересек кабинет. Когда он проходил мимо маленького кубинца, тот внезапно ударил его по затылку рукояткой пистолета. Феннер упал на четвереньки, но все же сделал попытку приподнять голову. Кубинец сильно ударил его носком квадратного ботинка в шею за ухом, и Феннер повалился набок, потеряв сознание.

Паула открыла было рот, чтобы закричать, но второй кубинец с силой вдавил ствол пистолета в низ ее живота. Паула задохнулась от боли, колени ее подогнулись. Кубинец подхватил ее под мышки и поставил на ноги. После этого схватил подол платья и завернул на голову. С прижатыми к телу руками, с платьем, завернутым на голову, она была совершенно беспомощна. Кубинец принялся ее обыскивать, разрывая белье и бросая обрывки на пол. Разорванный пояс с подвязками сполз до колен Паулы. Не найдя того, что искал, он ударил ее в грудь, отбросив на диван, и уселся на край стола.

Маленький начал тщательный осмотр кабинета. Делал он это весьма профессионально, не оставляя после себя беспорядка. По всему было видно, что такого рода работа для него привычна. Еще раз вернувшись в приемную, он обыскал и ее.

Феннер слышал, как он ходит рядом, но не мог пошевелиться. Он не мог даже поднять голову. Красный туман боли и ярости плыл перед глазами.

Только спустя некоторое время он смог приподняться. Паула съежившись лежала на диване. Ей удалось освободить голову, и теперь она плакала от ярости и бессилия.

— Не смотри на меня! — закричала она. — Не смотри!..

Шатаясь, Феннер поднялся и прошел в приемную к умывальнику. Он долго смывал кровь с лица, затем, уже более уверенным шагом, направился к шкафу и вытащил бутылку виски и два бокала. Налив себе изрядную порцию, он тут же проглотил ее залпом. Голова разламывалась от боли. Немного полегчало. Феннер наполнил на три четверти второй бокал и отнес Пауле. Та уже успела привести себя в относительный порядок. Свернув в комок разорванное белье, она зашвырнула его в угол. Сидя на диване, она все еще тихо всхлипывала.

Феннер поставил бокал на край стола.

— Выпей, малышка, — это тебе необходимо.

Она посмотрела на него, затем схватила бокал резким движением. Глаза ее сверкали на бледном лице. В следующее мгновение она выплеснула виски в лицо Феннера.

Тот не шелохнулся. Вынув платок с пятнами крови, он вытер лицо. Наула закрыла лицо руками и заплакала навзрыд. Феннер сел на край стола и начал тщательно вытирать шею. Рана на щеке, обожженная виски, нестерпимо горела. Взяв портсигар, он дрожащими пальцами вытащил сигарету.

Паула перестала плакать.

— Ты считаешь себя крутым парнем! — сказала она, держась руками за голову. — Но как же ты мог позволить двум подонкам врываться сюда и делать то, что им захочется? Бог мой, Дейв! Ты зарос жиром, потерял форму! Ты видел, как этот вонючий мерзавец лапал меня! Ну, говори! Я полагала, что ты способен защитить себя и меня! Но ты ничего не делаешь изо дня в день и постепенно опускаешься. Слышишь, Дейв?.. Ты позволил этим двум типам выйти так же спокойно, как они вошли! А потом ты накачиваешься виски! Все кончено! Я от тебя ухожу! Когда захочу чтобы какой-нибудь мерзавец сорвал с меня одежду я позвоню тебе по телефону! Попрошу чтобы ты пришел и подержал свечку! — Она от бессилия принялась колотить кулачками по дивану затем вновь зарыдала. — О, Дейв!.. Дейв!.. Как ты мог позволить им сделать такое?

Пока она причитала, Феннер сидел неподвижно, полузакрыв глаза. Он словно превратился в глыбу льда. Едва она замолчала, он поднял голову.

— Ты права, малышка, я слишком долго был без дела. — Он поднялся. — Не бросай меня пока. Отдохни денька два. Закрой офис. В ближайшие дни я буду очень занят. — Феннер выдвинул ящик стола и взял револьвер, засунул его за пояс брюк и тщательно застегнул пиджак. Затем быстро вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

Спустя час, переодевшись, Феннер вышел из дома и остановил такси, назвал адрес. Пока такси лавировало в потоке машин, которых было особенно много в этот вечерний час, Феннер сидел молча, с отсутствующим выражением на лице. Однако кулаки, лежащие на коленях, выдавали бушевавшую в нем ярость.

Такси повернуло на Седьмую авеню, затем нырнуло в маленький, но шумный переулок. Проехав немного, машина остановилась. Феннер вышел, хлопнув дверцей. Он сунул водителю доллар и перешел на другую сторону улицы, обходя группы тусующейся возле баров молодежи. Поднявшись по широкой лестнице с истертыми ступеньками, позвонил. Минуту спустя малосимпатичная на вид женщина открыла дверь, с подозрением уставясь на Феннера.

— Айк здесь? — коротко спросил он.

— Кто его спрашивает?

— Феннер.

Старуха сняла цепочку с двери и пропустила Феннера.

— Будьте осторожны с ним, мистер. Айк сегодня не в настроении.

Феннер отстранил ее и поднялся по полутемной лестнице. Запахи застарелой грязи заставили его поморщиться. На лестничной площадке второго этажа постучал в одну из дверей. Наступила тишина, затем он услышал негромкое перешептывание. Дверь приоткрылась. Тощий мускулистый парень с острым подбородком настороженно уставился на Феннера.

— В чем дело? — спросил он.

— Скажи Айку, что я хочу с ним поговорить. Меня зовут Феннер.

Дверь вновь закрылась. Феннер слышал, как парень что-то спросил, после чего открыл дверь пошире и жестом пригласил Феннера войти.

Айк Буш сидел за столом в компании четырех человек. Они играли в покер. Феннер вошел и встал за спиной Буша. Игроки бросили на него подозрительный взгляд, но продолжали играть. Айк был большим, грузным мужчиной с красным обрюзгшим лицом, на котором выделялись налитые кровью глазки и густые брови. В его толстых пальцах карты казались мелкими, как костяшки домино.

Феннер понаблюдал за его игрой несколько минут, затем наклонился и прошептал:

— Жаль прерывать хорошую игру, но у меня к тебе небольшое дельце.

Буш вновь сдал карты, откашлялся и сплюнул на пол. Потом с сожалением бросил свои карты и пригласил Феннера в дальний угол помещения.

— В чем дело? — спросил он.

— Два кубинца, — начал Феннер. — Одетые в черное. Мягкие фетровые шляпы, белые рубашки с кричащими галстуками. Черные ботинки с квадратными носами. Готовые на все мерзавцы, вооруженные пистолетами.

Айк покачал головой.

— Эти типы мне не знакомы. Скорее всего, недавно появились в городе.

Феннер холодно взглянул на него.

— Так познакомься, и побыстрее. Я хочу свести с ними кое-какие счеты.

Айк пожал мощными плечами.

— Ноу меня партия в покер. К чему такая спешка?

Феннер дотронулся до кровоточащей раны на щеке.

— Это их рук дело, и к тому же они раздели Паулу.

Маленькие глазки Айка раскрылись пошире.

— Подожди! — Он подошел к телефону, стоявшему в противоположном углу, и снял трубку. После продолжительных переговоров он положил трубку и поманил Феннера.

— Ты нашел их?

— Да. — Буш вытер пот тыльной стороной ладони. — Они в городе уже пять дней. Никто не знает, откуда они взялись и что собой представляют. Но деньги у них имеются. Живут в районе Бруклина. Вот адрес. Скорее всего, это дом, где сдаются меблированные квартиры.

Феннер взял бумагу, протянутую ему Бушем.

Айк испытующе смотрел на него.

— Хочешь поквитаться с ними, Дейв? Может быть, дать тебе парочку моих ребят?

Феннер отмахнулся.

— Сам управлюсь, — коротко бросил он.

Айк сграбастал темную бутылку без этикетки и вопросительно глянул на Феннера.

— Пару глотков на дорожку?

Феннер покачал головой. Потом добродушно хлопнул Айка по плечу и вышел. Такси стояло на том же месте. Водитель, увидев Феннера, приоткрыл дверцу.

— Я подумал, что это не ваш дом, и решил немного подождать. Возвращаемся?

— Как ты догадался? Готовься к дальней поездке, приятель, — Феннер открыл дверцу и забрался в салон. — Не кончил ли ты по совместительству курсы детективов?

Водитель ответил серьезно:

— Просто дела сейчас идут неважно. Нужно использовать любую возможность, чтобы заработать. Так куда мы направляемся, мистер?

— На ту сторону Бруклинского моста. Там у меня небольшая пешая прогулка.

Такси тронулось с места и вскоре уже мчалось по Седьмой авеню.

— Кто-то приложил вас к асфальту? — с любопытством спросил водитель.

— Ха! — ухмыльнулся Феннер. — Это моя тетушка Фанни точила о меня зубы.

— Крутая старушка, — сказал водитель, выруливая на главную улицу.

Почти стемнело, когда они переехали Бруклинский мост. Феннер расплатился с таксистом и вошел в ближайший бар. Заказав сандвич и двойное виски, он спросил официантку, как найти указанный в адресе дом. Она потратила много времени, чтобы растолковать Феннеру дорогу. Выпив виски и прикончив сандвич, он вышел из бара. Десять минут быстрой ходьбы — и он подошел к нужному дому.

Внимательно оглядывая каждый темный угол, Феннер прошел по улице, затем вернулся обратно, чтобы осмотреть дом, — маленький двухэтажный особняк, находящийся в самом конце улицы и окруженный невысокой изгородью. Дом был погружен в полную темноту. Феннер толкнул калитку, пройдя по неухоженной аллее, обошел главный вход и повернул за угол. Сзади дома тоже было темно. Окно с форточкой на первом этаже было приоткрыто. Феннер просунул внутрь руку с фонариком. Помещение было пустым. Подтянувшись, он забрался в комнату. Осторожно повернул ручку двери и очутился в вестибюле. С минуту постоял прислушиваясь. Доносился лишь приглушенный расстоянием шум уличного движения. Держа револьвер наготове, Феннер поднялся по лестнице. На лестничной площадке остановился. Какой-то неприятный запах озадачил его. Он принюхался, гадая, что бы это могло означать. Перед ним было три двери. Он выбрал среднюю. Повернув ручку, он тихо приотворил дверь. Запах усилился. И он понял: запах бойни.

Феннер проскользнул в помещение и закрыл дверь. Здесь никого не было. Ограждая себя от случайностей, он повернул ключ в замке. Потом приступил к обыску. Комната, вне всякого сомнения, принадлежала женщине. В углу стоял туалетный столик. Феннер подошел к гардеробу и открыл его. Внутри висел единственный двубортный костюм, который он видел на Мэриан Дейли. На полке лежала кокетливая шляпка, которую он тоже видел на девушке. В ящике валялось скомканное нижнее белье, чулки, пояс, комбинация. Он взял все это и бросил на кровать. Затем подошел к туалетному столику и открыл его. Внутри лежала сумочка. Пока все его находки не представляли ничего существенного. Открыв сумочку, Феннер высыпал содержимое на постель. Обычные женские вещи. Повинуясь интуиции, Феннер разорвал подкладку сумочки и нашел там маленький клочок бумаги. Это была записка, написанная небрежным почерком на простом листке бумаги.

Ки-Уэст.

Дорогая Мэриан!

Не беспокойся. Ноолен обещал помочь мне. Пио пока не знает ничего. Я надеюсь, что теперь все пойдет хорошо.

Письмо не было подписано.

Феннер аккуратно сложил бумажку и положил в портсигар. Он еще некоторое время посидел, размышляя.

Ки-Уэст и два кубинца! События начинают проясняться. Феннер встал и еще раз тщательно обыскал комнату, но ничего интересного больше не нашел. Тогда он вышел и открыл дверь слева. Фонарик осветил довольно просторную ванную комнату. От запаха, царящего там, его едва не вытошнило. Он уже знал, что это может значить, и взял себя в руки. С преувеличенной тщательностью повернул выключатель, и яркий свет заставил его прижмурить глаза.

Помещение напоминало бойню в конце рабочего дня. Ванна была покрыта окровавленной простыней, весь кафель забрызган кровью. На столике рядом с ванной валялась тряпка, мокрая от крови. Под тряпкой что-то лежало. Феннер побледнел, прижав руку ко рту. Обведя взглядом помещение, он приблизился к столу. Стволом револьвера приподнял тряпку.

Рука женщины, зверски отрубленная от плеча, — упала со стола и подкатилась к ногам. Феннер почувствовал, как покрывается холодным потом. С большим усилием он сглотнул слюну, наполнившую рот. Затем присел и осмотрел руку, не смея прикоснуться к ней. Это была изящная женская рука с тщательно ухоженными ногтями. Пальцы его дрожали, когда он зажег сигарету. Жадно затянулся, стараясь выпускать дым через ноздри, чтобы приглушить страшный запах смерти. Потом подошел к ванной и откинул простыню.

Феннер был закаленным человеком, так как некогда, будучи журналистом, состоял в отделе происшествий. Преступления для него были сюжетами для хроники с интересным названием. Но на этот раз он был потрясен. Потрясен больше всего тем, что еще совсем недавно разговаривал с этой девушкой. Это была его клиентка.

Он уронил простыню и вышел из ванной. Затем тихо притворил дверь и прислонился к ней. Дорого бы он дал сейчас за глоток виски. Шок понемногу проходил. Феннер вытер лицо носовым платком и подошел к лестнице. Необходимо срочно уведомить Гроссета, чтобы тот задержал кубинцев.

Но вдруг в голову пришла интересная мысль. У расчлененного тела не хватало ног, головы и руки. Груз довольно неудобный для двух человек, если они хотят остаться незамеченными. Возможно, они заняты тем, что переносят труп? В таком случае они придут за остальным. Глаза Феннера сузились. Достаточно дождаться их возвращения, и тогда он сведет счеты!

Он решал, что делать вначале: позвонить ли Гроссету или дождаться кубинцев, когда какая-то машина остановилась возле дома. Стукнула калитка, послышались быстрые шаги.

Феннер вернулся в спальню и стал за дверью, держа револьвер наготове. Он слышал, как открылась и закрылась дверь парадного входа, потом внизу зажегся свет. Прокравшись на лестничную площадку, он перегнулся через перила. Оба кубинца стояли внизу. У каждого в руках был объемистый чемодан. Тот, что поменьше ростом, произнес несколько фраз по-испански, и его товарищ быстро направился к лестнице. Это было настолько неожиданно для Феннера, что у него не было времени спрятаться.

Кубинец заметил его, когда повернул на второй пролет лестницы. Рука его скользнула в карман пиджака. Злобно оскалясь, Феннер всадил ему три пули в живот. Звуки выстрелов громом отдались в пустом помещении. Кубинец всхлипнул и, схватившись руками за живот, согнулся пополам.

Феннер прыгнул вниз, оттолкнув тело кубинца, и перемахнул через перила. Маленький кубинец, открыв рот, замер от неожиданности. Гром выстрелов парализовал его окончательно, и, несмотря на то, что его рука машинально шарила в кармане, он не был способен к разумным действиям.

Словно камень из катапульты, Феннер обрушился на него всем своим весом, сбив щуплого кубинца на пол. Тот не успел даже вскрикнуть, лишь конвульсивно дернулся и затих. Феннер осторожно поднялся и перевернул тело ногой. Неестественное положение головы свидетельствовало о том, что у кубинца сломана шея.

Встав на колени, Феннер обшарил карманы кубинца, но не нашел ничего интересного. Он открыл один из чемоданов — пусто. Внутренняя обивка была в крови. Ясно, для чего его использовали. Догадка Феннера была верна.

Он подобрал револьвер и поднялся взглянуть на второго кубинца. Тот тоже был мертв. Выглядел он ужасно. Особенно омерзительно было лицо с оскаленными, как у бешеной собаки, зубами. Феннер обыскал его, но тоже безрезультатно. Тогда он торопливо спустился вниз. Нужно было уходить как можно быстрее.

Погасив свет в вестибюле, он вышел осторожно из дома. Перед калиткой стояла машина, но Феннер не стал подходить к ней. Стараясь держаться в тени, он выбрался на Фултон-стрит. Здесь, поймав такси, Феннер вернулся в свою контору.

По дороге он обдумал план действий. Поднявшись на лифте на четвертый этаж, Феннер вдруг увидел свет в приемной. Рука его сразу же схватилась за рукоятку револьвера. Осторожно открыв дверь, он обнаружил Паулу, сидящую в кресле перед телефоном.

Паула вздрогнула и открыла глаза. По всему было видно, что она дремала.

— Почему ты не вернулась домой? — сердито спросил Феннер.

Паула указала на телефон.

— Она могла позвонить…

Феннер тяжело опустился в кресло.

— Дейв, прости меня.

— Забудем, — Феннер похлопал ее по руке. — Ты была права. Происходят странные вещи. Эти двое кубинцев поймали малышку и убили ее. Мало того, они разрезали ее на куски. В тот момент, когда я до них добрался, они переносили части тела. Я прикончил обоих… Не перебивай, дай закончить. Я не хочу впутывать в это дело копов. Оно касается меня и того, кто начал это. Эти двое кубинцев не более чем пешки в чьей-то большой игре. Прочти это, — Феннер протянул Пауле записку, найденную в сумочке Мэриан.

Паула прочла короткие строчки. Она слегка побледнела, но пыталась сохранять спокойствие.

— Ки-Уэст?

Феннер невесело улыбнулся.

— Что ты думаешь по этому поводу? — Паула в замешательстве смотрела на него. — Девушка хотела найти сестру. Почему она не сказала, где ее искать? Почему ни словом не обмолвилась о Ки-Уэсте? Понимаешь, детка, что я имею в виду? Что-то есть очень фальшивое в этой истории.

— Кто этот Пио? — спросила Паула, вновь перечитывая письмо. — И Ноолен?

Феннер покачал головой. Глаза его посуровели.

— Я пока ничего не знаю, беби, но хочу узнать. У меня шесть тысяч долларов этой девушки, и я их потрачу, но узнаю все.

Он подошел к телефону и набрал номер. Дожидаясь, пока на том конце поднимут трубку, он сказал:

— Айк поможет мне, особенно если узнает сумму гонорара, которую я ему пообещаю.

С коротким щелчком на том конце подняли трубку.

— Айк?.. — Он подождал, затем сказал: — Передайте, что это Феннер. Скажите ему, если он немедленно не подойдет к телефону, я заявлюсь лично и выбью этому мерзавцу все зубы.

Он подождал, нервно постукивая по ножке кресла ногой. Наконец в трубке послышалось ворчание Айка Буша.

— Все в порядке. К чертям собачьим твою игру! Дело очень важное. Мне нужен кто-нибудь, кто имеет большие связи на Ки-Уэсте.

— Ки-Уэст? — проворчал Айк. — Я никого там не знаю.

— Тогда найди того, кто знает. И звони мне немедленно. Я жду! — Он бросил трубку на аппарат.

— Ты едешь туда? — спросила Паула.

Феннер утвердительно кивнул.

— Это далековато, но у меня предчувствие, что ниточка тянется оттуда. Возможно, я и ошибаюсь, но проверить не помешает.

— Я поеду с тобой, — Паула встала.

— Увы, малышка, ты нужна здесь. Если случится что-нибудь экстраординарное, я тебе сообщу. Здесь ты принесешь больше пользы. Тебе придется взять на себя Гроссета. Сообщи ему, что я уехал на несколько дней, но ты не знаешь куда.

— Тогда я пойду приготовлю твой багаж.

— Хорошо, — согласился Феннер.

Когда Паула ушла, он вытащил расписание авиакомпании «Пан-Американ». Ближайший самолет до Флориды вылетал в 12.30. Он глянул на часы: 11.05. Если Айк позвонит достаточно быстро, еще можно успеть.

Феннер уселся за стол и закурил сигарету. Прошло почти двадцать минут, и, наконец, телефон звякнул. Он схватил трубку.

— Парня, который тебе нужен, зовут Бак Найгингейл, — послышался голос Айка. — Он запустил свои лапы практически во все тамошние дела. Будь с ним поосторожнее, он очень вспыльчивый и темпераментный мужик.

— Я тоже не подарок, — проворчал Феннер. — Так что не пугай меня, Айк. Предупреди его, что первым же рейсом прилетает Дейв Росс, сделай мне наилучшие рекомендации. Я сказал Пауле, чтобы она переслала тебе чек на пятьсот долларов за твои хлопоты.

— Прекрасно, прекрасно, — масленым голосом пропел Айк. — Все будет на высшем уровне.

Феннер набрал еще один номер.

— Паула? Быстренько собирай чемодан! Я улетаю рейсом «Пан-Американ» в 12.30. Встретимся в аэропорту, и как можно быстрее.

Открыв ящик стола, он вынул чековую книжку и подписал пять чеков. Надев пальто и шляпу, он некоторое время задумчиво постоял, затем погасил свет и вышел, заперев за собой дверь.