Феннер находился в мастерской Найтингейла, наблюдая, как тот изготавливает очередной гроб, когда туда зашел Рейгер.

— Есть работа, — сказал он. — Я зайду за тобой примерно в восемь часов.

Феннер закурил сигарету.

— Что за дело?

— Увидишь…

— Слушай, Рейгер, нельзя так со мной разговаривать. Или карты на стол, или катись ко всем чертям. Так какое дело?

Рейгер почесал щеку указательным пальцем.

— Сегодня ночью должна прибыть партия китайцев. Их нужно отправить куда следует.

— О’кей, я буду там.

Рейгер вышел.

— Выглядит дружелюбным, — сказал Феннер Найтингейлу, — но у меня предчувствие, что мы так и не найдем общего языка.

С недовольным видом Найтингейл покачал головой.

— Будь с ним осторожен. Он только и ждет твоей ошибки.

— Я буду настороже, — кивнув, Феннер вышел из мастерской.

Спустившись по лестнице, он остановился возле Кэрли. Девушка сидела за столом и читала книгу. Почувствовав взгляд, она подняла голову.

— Привет, малышка. Прекрасно выглядишь сегодня.

Она удивленно распахнула глаза.

— Какой вы милый! Мне не часто говорят такое.

— Не расстраивайся. Все еще впереди.

Она задумчиво смотрела на него, поглаживая книгу.

— Вы уже вошли в дело?

Феннер кивнул.

— Встречались с Пио?

— Да.

Кэрли мечтательно вздохнула;

— Как он красив…

— Вот уж не сказал бы! Да и ты не очень хорошего мнения о нем, Кэрли.

— Как будто кого-нибудь интересует мое мнение, — с горечью промолвила девушка.

В голове Феннера созрел план. Он осторожно присел на край стола, рядом с девушкой.

— Погоди минутку, беби. Карлос для тебя что-то значит?

— Ни один мужчина ровным счетом ничего не значит для меня! — отрезала девушка. — Занимайтесь лучше своим делом. — Но ее глаза многое сказали Феннеру.

Он улыбнулся и встал.

— Да, конечно, — поспешил согласиться он. — Если я и поинтересовался этим, так только в надежде на то, что когда-нибудь ты положишь свою кудрявую головку мне на плечо и расскажешь о своих проблемах.

— У меня нет проблем! — сухо отрезала она.

Феннер вновь улыбнулся ей и вышел на улицу.

«Итак, дела обстоят таким образом, — размышлял он. — Кэрли влюблена в Карлоса, но без взаимности. Да уж, это она зря. Карлос — подонок, каких еще поискать…»

С видом праздного гуляки, Феннер углубился в узкие улочки, заходя то в один, то в другой бар, возвращался назад, пытаясь определить, нет ли за ним слежки. Убедившись, что хвоста нет, он направился в центр города.

Подойдя к зданию, где располагался региональный офис ФБР, Феннер еще раз внимательно осмотрелся, затем пересек улицу и рванул дверь. Поднявшись на лифте на третий этаж, он вошел в приемную.

Дежурного агента звали Хоскис. Он встал из-за стола и протянул руку для приветствия.

Феннер упал в кресло, стоявшее напротив, и протянул свои документы агенту ФБР.

— Моя фамилия Феннер, — начал он. — Вот лицензия частного детектива. Я здесь по делу моей клиентки. И хочу ознакомить вас с некоторыми фактами.

Хоскис внимательно ознакомился с документами, потом переспросил:

— Феннер? Не тот ли Феннер, который раскрутил дело, связанное с похищением Блендиш?

— Он самый.

— Это было хорошо сделано, — продолжат Хоскис. — Я знаком с Бреннаном, и он мне все рассказал. Чем могу быть вам полезен?

— Пока что я не могу сообщить детали… Я разыскиваю молодую девушку. Так или иначе, но Карлос замешан в этом деле. Я достал фальшивые рекомендации и сейчас состою в его банде. Так что проинформируйте своих парней, чтобы они мне не помешали, когда начнется свалка. Этой ночью я вместе с Рейгером принимаю партию китайцев. Я буду в порту около восьми часов. Вас это не интересует?

Хоскис присвистнул.

— Бог мой! Отдаете ли вы отчет, во что вмешиваетесь? Если Карлос узнает о вашем визите, он сделает из вас отбивную. Это самый опасный негодяй на побережье.

Феннер пожал плечами.

— А то я не понимаю. Я был предельно осторожен, уверен, никто не видел, как я входил сюда. Но почему вы до сих пор не прикрыли эту банду?

— У нас нет доказательств. Мы очень хорошо ознакомлены с его бизнесом, но так и не поймали мерзавца на месте преступления. Наши корабли и вертолеты стерегут границу, но всякий раз ему удается проскользнуть. Однажды удалось захватить его корабль, но на борту никого не нашли. Я совершенно уверен, что он выбросил китайцев за борт.

Феннер почесал затылок.

— Если вы их накроете сегодня ночью, надо сделать так, чтобы я оказался вне подозрений. Я хотел бы видеть Карлоса за решеткой, но это ни в коей мере не должно помешать мне расследовать собственное дело.

— Я постараюсь вывести вас из игры. Но не могли бы вы проинформировать меня о вашем деле?

— Не сейчас. Но на финальной стадии мне понадобится ваша помощь. А пока можете не волноваться обо мне.

Он встал и еще раз пожал руку фэбээровцу.

— А случайно вы не знакомы с маршрутом? — поинтересовался Хоскис.

— Увы, — Феннер развел руками. — Придется попотеть, чтобы отыскать наше корыто.

— Мы найдем его, старина. Весь залив будет кишеть нашими людьми.

Вернувшись в порт, Феннер встретился с Багси. Они вместе приехали в отель «Флаглер».

Карлос был один в номере. Он кивнул в ответ на их приветствие и сказал Багси:

— Можешь уходить. Отдохни сегодня вечером.

Багси удивленно глянул на Карлоса, но молча повиновался. Карлос испытующе посмотрел на Феннера.

— Что ты делал в казино Ноолена прошлой ночью? — неожиданно спросил он.

— Я работаю на тебя, но не обязан развлекаться вместе с твоими парнями, не так ли?

— Вряд ли ты там развлекался! Ты был в кабинете Ноолена. Зачем он приглашал тебя?

Карлос стоял перед ним, заложив руку во внутренний карман пиджака. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, на чем сомкнулись его пальцы.

— Я зашел туда поиграть, но Ноолен приказал своим громилам привести меня в кабинет и предупредил, что не желает видеть у себя никого из банды Карлоса.

— А зачем ты хотел познакомиться с Глорией Лидлер?

Феннер почувствовал, как почва ускользает у него из-под ног.

— Любой парень не отказался бы познакомиться с такой шикарной девочкой. Она была одна, когда я попытался заговорить с ней. Кто эта кукла? Ты ее знаешь?

Карлос заморгал.

— Занимайся своими делами. Что-то у тебя очень все складно получается. Придется присмотреть за тобой.

Феннер пожал плечами.

— Не понимаю, что с тобой? Уж не боишься ли ты Ноолена?

Движением подбородка Карлос указал на дверь.

— Можешь идти, — потеряв интерес к Феннеру, он повернулся к нему спиной.

Озабоченный донельзя, Феннер вышел из кабинета Карлоса. «А этот мальчишка не так прост, как казалось. Придется удвоить осторожность». Багси ждал его внизу.

— Подожди минутку. Мне нужно позвонить в свой отель и предупредить, что я сегодня ночью не буду в номере.

Он заперся в телефонной кабине и набрал номер Ноолена. Хотя Багси находился на приличном расстоянии от двери, Феннер старался говорить потише.

— Ноолен? Это Росс. Слушай, у тебя в казино работает осведомитель Карлоса. Он знает, что мы с тобой беседовали и многое другое. Твой кубинец-распорядитель давно у тебя?

— Два месяца, — в голосе Ноолена чувствовалось беспокойство. — Я проверю, — пообещал он. — Можешь не беспокоиться на этот счет.

— Да уж, советую поскорее освободиться от этого парня. — Он повесил трубку.

Выйдя из кабины, Феннер взял Багси под руку.

— А не повеселиться ли нам где-нибудь? Сегодня ночью мне предстоит горяченькое дельце, по словам Карлоса.

Багси молча последовал за ним. На улице он сказал доверительно:

— У меня вечером свидание с девушкой, — закрыв глаза, он мечтательно вздохнул.

Феннер пришел к Найтингейлу без двух минут восемь. Рейгер и Миллер были уже там. Миллер чистил пулемет. Они молча наблюдали, как Феннер вошел в мастерскую.

— Кажется, будет дождь, — заметил Феннер.

Рейтер проворчал что-то неразборчивое, а Миллер ответил нарочито приветливо:

— Прекрасно! Дождь — это как раз то, что нам нужно.

Найтингейл спросил, понизив голос:

— У тебя есть оружие?

Феннер отрицательно покачал головой. Найтингейл открыл ящик и достал револьвер сорок пятого калибра.

Рейгер резко повернул голову.

— Ему не понадобится оружие, — рявкнул он.

Найтингейл сделал вид, что не слышит, и протянул револьвер Феннеру. Рейгер взорвался.

— Я же тебе сказал — ему не нужно оружие! — Он поднялся с места.

Феннер холодно глянул на него.

— Ничего не поделаешь, тебе придется примириться с этим.

Несколько мгновений они злобно смотрели друг на друга, потом Рейгер пожал плечами и сел.

Феннер взвесил револьвер в руке, а Найтингейл ободряюще улыбнулся ему.

— Так ты даже не носишь оружия? — удивился Найтингейл. — А мне говорили, ты очень быстро нажимаешь на спуск.

— Иногда приходится защищаться, — коротко сказал Феннер.

Миллер глянул на часы, которые казались миниатюрной игрушкой на его волосатой лапе.

— Пора, — произнес он, завернул пулемет в непромокаемый плащ и надел шляпу.

Рейгер направился к двери.

— Остерегайся этих пташек, — тихо предупредил Найтингейл, когда парочка вышла из мастерской.

Большая закрытая машина стояла перед конторой Найтингейла. Рейгер сел за руль, а Феннер и Миллер устроились сзади. Когда машина тронулась с места, Феннер прощально махнул Найтингейлу. Позади Найтингейла он увидел смутные очертания фигуры Кэрли.

— А что, Карлос никогда не принимает участия в таких экспедициях? — осторожно поинтересовался Феннер у Миллера.

— А зачем это ему? — хмыкнул Миллер.

Рейгер направил машину на юг.

— Я вижу, ты очень любишь задавать вопросы, — иронически заметил он.

Остаток пути прошел в молчании. В порту они оставили машину и быстрыми шагами направились к пристани. Багси и огромный негр поджидали их возле приличной посудины метров пятнадцати длиной. Заметив их, негр тут же поднялся на борт судна и исчез в рубке. Пока Миллер поднимался на борт, Рейгер сказал Феннеру:

— Твоя работа начнется, как только они пришвартуются к нашему кораблю. Нужно осмотреть китаез, каждого в отдельности. Ни в коем случае у них не должно быть оружия. Самый надежный способ — это раздеть их догола. Правда, это занимает много времени, но лучше перестраховаться. Если у кого-нибудь окажется оружие, тут же забери, а при попытке к бегству убей его. Миллер примет их у тебя и засунет в носовую каюту.

— О’кей, — кивнул Феннер, поднимаясь вслед за Рейтером на палубу. Багси отвязал причальный канат и бросил его Рейтеру, поднимая руку в прощальном жесте.

Негр запустил двигатель, и корабль, оставляя за собой пенный след, медленно двинулся вперед.

Рейгер подошел к маленькому прожектору, установленному на носу. Он уселся рядом с ним на корточки, демонстративно игнорируя Феннера. Феннер презрительно глянул на него и поднялся в рубку к Миллеру.

— В котором часу мы подберем китайцев? — поинтересовался он.

— Думаю, около десяти.

Едва только судно вышло в открытое море, стало свежо и пошел мелкий дождь. Луна спряталась за тучи, и видимость была прескверная. Феннер зябко поежился и закурил сигарету.

— Нужно время, чтобы привыкнуть к подобным ночным прогулкам, — заметил Миллер, держа руки на штурвале. — Если тебе холодно, то пойди лучше в каюту. Там намного теплее.

Феннер последовал его совету. Проходя в каюту. Феннер заметил, что Рейгер продолжает неподвижно сидеть возле прожектора. Судно прыгало на волнах. В каюте был только негр. Он изредка поглядывал на Феннера, но не произносил ни слова.

Примерно через час Миллер позвал Феннера и, когда тот зашел в рубку, показал ему светящиеся точки на горизонте. Время от времени там вспыхивали огоньки прожекторов. Миллер переменил курс и пошел в том направлении.

— Это сигналят нам, — сказал он вполголоса.

Прожектор Рейгера вспыхнул и тут же погас. Феннер прислушался: в вышине гудел самолет. Миллер тоже услышал его.

— Внимание, патрульный самолет! — крикнул он Рейгеру.

Тот встал и посмотрел на облачное небо. Потом поспешно погасил ходовые огни. Судно теперь шло в полной темноте.

— В печенках у меня сидят эти гады, — злобно сказал он.

Шум самолета постепенно затих вдали. Рейгер вновь принялся подавать знаки прожектором. Другой прожектор ответил ему, и расстояние между двумя кораблями постепенно сокращалось. Миллер протянул Феннеру электрический фонарик.

— Давай на палубу, мы почти прибыли.

Судно замедляло ход. Рейгер закричал:

— Стоп машина!

Двигатель умолк. Рейгер подошел к Феннеру, осторожно переступая по качающейся палубе.

— Вынь свою игрушку, — пробурчал он. — И повнимательнее с этими тварями. Я буду передавать их тебе, а ты тщательно обыскивай. Главное, чтобы у них не оказалось оружия. Потом передавай их Миллеру.

Держа револьвер в руках, Рейгер зажег фонарь. Послышался скрип уключин. Танцуя на волнах, приближалась лодка. Феннер различил четырех мужчин, скорчившихся посредине лодки, и двух гребцов.

— Гляди в оба, — приказал Рейгер. — Главное, чтобы нас не засек самолет.

Лодка причалила, и Рейгер бросил вниз веревочную лестницу.

Худой, изможденный китаец поднялся на борт.

— Привез пока четверых, — сказал он. — Остальные следующим разом.

— А главное?

— Все в порядке, но я привезу ее последним рейсом.

— Начнем, — сказал Рейгер Феннеру.

Феннер отодвинулся немного в сторону. Китайцы поднимались на борт один за другим. Рейгер принимал их, передавал Феннеру, а тот, тщательно обыскав, толкал Миллеру.

Все китайцы были одеты в одинаковые рубашки и штаны до колена. Как бараны, они безропотно выполняли все требования.

Лодка уплывала и возвращалась еще два раза. Погрузка заняла довольно много времени. Наконец наступил момент, когда изможденный китаец, все это время неподвижно стоявший возле Рейгера, сказал:

— Все. Сейчас поеду и привезу главное.

— Ты их надежно запер? — озабоченно поинтересовался Рейгер у Миллера.

— Само собой, — заверил тот. — Ключи у меня.

Феннеру было любопытно, что еще за груз должны доставить. Он чувствовал некоторую напряженность между Рейгером и Миллером и не понимал причины. Все трое с нетерпением ожидали возвращения лодки. Услышав плеск весел, Рейгер зажег фонарь. Изможденный китаец вновь поднялся на борт и, нагнувшись, принял что-то из рук гребцов. Феннер направил луч фонаря на таинственный груз и заворчал. Это было как раз то, что он и предполагал, — китаянка тринадцати-четырнадцати лет, красивая и худенькая. Она смотрела на них перепуганными глазами и мелко дрожала. Как и все, она была одета в хлопчатобумажную рубашку и штаны до колена. Рейтер выругался и выбил фонарь из рук Феннера.

— Не путайся в это дело! — прошипел он. — Миллер, спрячь ее.

Он вновь повернулся к китайцу. Тот протянул ему пакет и, отвесив низкий поклон, спустился в лодку. Вскоре плеск весел затих вдали.

Феннер сказал сквозь зубы:

— Не кажется ли вам, что это попахивает работорговлей?

— Неужели? — ухмыльнулся Рейтер. — Разыгрываешь из себя святого?

— Могли бы и сказать, что торгуете женщинами. За это можно схлопотать приличный срок!

— Риск стоит того. Такая крошка стоит десяти китайцев. Забирай себе, если хочешь.

Феннер промолчал. Он вошел в рубку и, сев в углу, задумался. Они взяли на борт двенадцать китайцев и одну девушку. Было ли это как раз то, на что намекала сестра Мэриан? Или все это не более чем простое совпадение?

— Давай за руль, Миллер, — послышался голос Рейтера. — Пора возвращаться… Как мне все это надоело!

Феннер вышел на палубу и уселся спиной к каюте, напряженно вслушиваясь, в надежде услышать стук мотора патрульного катера.

— Росс! — закричал Рейгер. — Куда это ты запропастился?

Феннер вошел в каюту.

— Что такое? Боишься темноты? — язвительно спросил он Рейгера.

— Слушай, ты, герой! Я хочу, чтобы ты немного поработал. Нужно сковать всех китаез цепями. Вон они, в углу.

Феннер удивленно глянул на ржавые наручники, грудой сваленные в углу.

— Для чего это?

— А ты не догадываешься? Нужно принимать меры предосторожности. Если патрульный катер обнаружит нас и пустится в погоню, мы просто выбросим всех китаез за борт. Закованные таким образом, они сразу же пойдут ко дну.

— У вас все предусмотрено… Делай это сам, если хочешь, такая работа не для меня.

Рейтер внимательно посмотрел на него при слабом свете корабельной лампы, потом вздохнул и сказал:

— Мне кажется, от тебя будет мало толку, — подобрав цепи, он исчез в носовой каюте.

Феннер скорчил гримасу. Он не представлял себе, как долго сможет играть эту роль. Во всяком случае, долго это не продлится. Да и к тому же у него было чувство, что он располагает уже достаточной информацией. Остальное зависит от того, что скажет ему Глория Лидлер. Если она заговорит, тогда он нанесет свой удар, разом уничтожив этот преступный промысел.

До него донесся глухой звук выстрела. Вскоре вернулся Рейгер. Феннер бросил на него вопросительный взгляд в тот момент, когда он брал руль. Лицо Рейгера было мрачным.

— Неприятности? — поинтересовался Феннер.

— Им не нравятся цепи, — криво усмехнулся Рейгер. — Пришлось выстрелить одному из них в морду. Остальные тут же успокоились.

Дождь перестал, но, несмотря на это, Феннеру показалось, что по спине его ползут холодные струйки.

— Пойди скажи Миллеру, чтобы он стерег китаянку, — добавил Рейгер. — Вдруг она начнет хныкать. Если услышат остальные, поднимется страшный шум на этой посудине.

Феннер подошел к маленькой каюте позади камбуза. Открыв дверь, он застыл на пороге, даже перестав дышать. Одной рукой Миллер держал китаянку за руки, а ладонью другой бил по лицу. Рубашка девушки порвалась в клочья, и она была обнажена до пояса. Она молча сопротивлялась, кровь текла у нее из носа и разбитых губ.

Рванувшись вперед, Феннер схватил Миллера за шиворот и сильнейшим ударом ноги отбросил в угол. Девушка лежала на боку, поджав ноги и прикрыв голову руками.

Миллер медленно сел. Его страшное, мертвенно-бледное лицо блестело в тусклом свете лампы. Он прищурился, глядя на Феннера.

— Убирайся и оставь меня в покое, — хрипло каркнул он.

Феннер ничего не сказал, но не сдвинулся с места. Миллер поискал глазами девчонку и пополз к ней на коленях. Феннер вновь ударил его ногой. Миллер распростерся на полу. Тяжелое прерывистое дыхание вырывалось у него из глотки, но глаза его были прикованы к девчонке, и он вновь ползком продолжал продвигаться к ней.

— Не трожь! — прорычал Феннер и вынул револьвер.

Однако Миллер не обратил внимания на его слова. Одной рукой он поймал девушку за лодыжку и потянул к себе. Феннер наступил на руку Миллера каблуком, но тот не отпустил девчонку. Он подтянул ее ближе и ухватил за хрупкое бедро. Побледнев от ярости, Феннер принялся бить рукояткой револьвера по спине насильника. Он не хотел убивать его. Миллер должен был вести судно. Но необходимо было положить конец этой дикости. Плечи Миллера тряслись, он рычал. Отчаянным усилием он просунул руку под подбородок девочки и откинул ее голову назад.

Феннер глубоко вздохнул и ударил Миллера по черепу. Тот приподнялся, потом рухнул вперед, подмяв под себя девчонку. Попытался подняться, но руки не держали его, и лоб Миллера с глухим стуком ударился об пол.

Спрятав револьвер, Феннер вытащил Миллера из каюты.

— Что там происходит? — заорал Рейгер.

Феннер ничего не ответил. Он бросил Миллера на палубу. Миллер медленно сел, держась руками за голову и непрерывно ругаясь. Не глядя на него, Феннер прошел в рубку управления.

— Что произошло? — спросил Рейгер.

Стараясь унять нервную дрожь в теле, Феннер произнес спокойным тоном:

— Это дерьмо Миллер хотел изнасиловать китаянку, пришлось его немного стукнуть.

Рейгер безразлично пожал плечами.

— Все равно, рано или поздно, но это с ней случится. Так почему бы не начать прямо сейчас?

Феннер ничего не ответил. Он увидел слабый свет по правому борту, но быстро отвел глаза, чтобы Рейгер ничего не заметил. Может быть, наконец, их засек катер береговой охраны?

Миллер, наконец, смог подняться на ноги и тоже заметил свет. Он закричал, предупреждая об угрозе:

— Береговая охрана! Они могут нас накрыть.

Судно шло без сигнальных огней, но выглянувшая не вовремя луна напрочь испортила всю маскировку — пенный след, оставляемый винтами, стал отчетливо виден. И действительно, движение огней замедлилось, затем они начали быстро приближаться.

— Миллер! — заорал Рейгер, одновременно включая максимальную скорость.

Миллер, шатаясь, вошел в рубку и, увидев Феннера, хотел броситься на него, но Рейгер встал между ними.

— Бери руль! Я достану оружие. Они идут быстрее нас!

Миллер взял руль. Феннер и Рейгер вышли из рубки. Свет луны освещал морскую поверхность, и Феннер теперь отчетливо видел нагонявшее их судно. Оно шло очень быстро. Об этом можно было судить уже хотя бы по высоко поднятому носу.

— Они нас не поймают, — Рейгер вошел в каюту и что-то приказал. Негр протянул ему два легких пулемета. Сунув один из них Феннеру, Рейгер с другим устроился на палубе. — Начали! — крикнул он. — Поливай без остановки!

Феннер лег рядом и дал две короткие очереди, целясь мимо судна. Последовала прицельная очередь Рейтера, и от преследуемого судна полетели щепки. Феннер распластался на палубе, как только корабль начал отвечать на выстрелы. Феннер видел огонь, вылетающий из ствола пулемета преследователей, слышал треск пуль, впивающихся в корму. Оттуда стреляли так густо, что невозможно было поднять голову.

Миллер, наблюдавший за преследователями под прикрытием рубки, завопил:

— Да сделайте же что-нибудь! Через несколько секунд они нагонят нас!

Феннер приподнял голову. Преследователи были не далее чем в двадцати метрах. Он сразу же опустил голову.

— Ну, я им сейчас задам! — заорал Рейтер.

Феннер увидел, как он метнул на палубу полицейского судна небольшой продолговатый предмет. Последовала ослепительная вспышка, до них донесся грохот взрыва, и судно сразу же потеряло ход.

— Давай, гони! — прохрипел Миллеру Рейтер, наблюдая, как горит катер береговой охраны.

— Такой трюк мы делаем не в первый раз, — похвастал Рейтер. — У Карлоса голова что надо! Если бы у меня не было этого маленького ананаса, китаезы уже кормили бы рыб, и эта прогулка принесла бы нам одни убытки.

Феннер промолчал. Он не мог отвести взгляд от ярко пылавшего судна. Вскоре корабль превратился в огненную точку на горизонте. Феннер вскочил, держа пулемет в руках.

Успевший подняться еще раньше Рейтер показал ему на зеленые вспышки, мелькающие по ходу судна.

— Это сигналит парень, принимающий товар, — объяснил он. — Все прошло как по маслу.

Феннер уже и сам видел приближающийся корабль. Пора было приниматься за дело — кончать игру с Карлосом.

Было около двух часов ночи, когда Феннер вернулся в отель. Еще до того, как зажечь свет, он почувствовал, что в комнате кто-то есть. Он никак не мог понять, откуда это ощущение, но то, что здесь посторонний, знал наверняка. Вытащив револьвер, он отступил в угол и щелкнул выключателем.

На полу у его кровати была разбросана женская одежда: черное платье, горстка кружев и нейлона, пара туфель.

На постели сидела Глория Лидлер. Обнаженные руки придерживали простыню. Увидев, что это Феннер, девушка улеглась снова, разметав по подушке огненно-рыжие волосы.

Феннер спрятал оружие. Единственная промелькнувшая у него мысль была: он слишком устал, и у него нет никакого желания залезать в постель к этой красотке.

Полусонная женщина улыбнулась. Феннер включил ночник у изголовья кровати и быстрым взглядом окинул комнату. На ковре темнели два подтека. Он нагнулся и на светлой коже туфелек Глории тоже увидел бурые пятна. Без сомнения, это была кровь. Он не стал рассматривать пятна тщательнее, опасаясь, как бы Глория не заметила, что он их обнаружил.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он девушку.

— Ну, это же понятно. Ты сказал, что живешь в этом отеле. Сказал, что хотел бы поговорить со мной. Вот почему я здесь и жду тебя. А когда устала ждать, решила прилечь. Я думала, ты уже не вернешься сегодня ночью.

— Когда ты пришла сюда?

— Что ты этим хочешь сказать — когда? — ее глаза холодно смотрели на него.

— В какое время?

— В девять. Я ждала до одиннадцати, а затем решила немного поспать.

— Кто-нибудь видел, как ты вошла сюда?

Она отрицательно качнула головой, и Феннеру показалось, что лицо ее побледнело. Глория сделала нетерпеливое движение, и под тонкой простыней отчетливо обрисовалась линия ее ног.

— Ты напоминаешь мне тупоумного полицейского своими ужасными вопросами, — сказала она с напускной бравадой.

Феннер сердито посмотрел на нее.

— Это для того, чтобы уточнить кое-что, беби. Как я понял, у тебя совершенно нет алиби, не так ли?

Глория вновь села на постели.

— Что ты этим хочешь сказать?

— То, что сказал. Ты слишком взрослая девочка, чтобы не понимать значения этого слова… И перестань демонстрировать мне свои прелести.

Она подтянула простыню повыше, но не легла.

— При чем здесь алиби?

Он поднял одну из туфель Глории: на подошве засохла кровь. Он швырнул туфельку на колени Глории, но та с криком отбросила ее от себя: потом, откинувшись на подушку, заплакала навзрыд.

Феннер подошел к столику, взял бутылку виски и налил себе. Потом снял шляпу и пиджак и, усевшись, закурил. В комнате было жарко. Он подошел к окну, задумчиво глядя в темноту улицы.

— Было бы лучше, если бы ты все рассказала мне, — сказал Феннер.

— Но я ничего об этом не знаю.

Он подошел к кровати и сел рядом с Глорией.

— Тогда поторопитесь покинуть мой номер. Я не хочу быть задержанным по подозрению в соучастии в убийстве.

— Я нашла его на полу, — рыдая проговорила она. — Кто-то застрелил его.

Феннер пригладил волосы.

— Кого? — спросил он.

— Гарри… Гарри Тейлора.

— Где он? — спросил Феннер после небольшой паузы.

Глория отняла руки от лица, и Феннер с удивлением заметил, что она и не думала плакать, просто ломала комедию.

— На своей яхте.

— Когда ты его нашла?

— Перед тем, как прийти сюда.

Феннер прищурил глаза. Затем поднялся и вновь надел пиджак и шляпу.

— Жди меня здесь, — приказал он. — Пойду взгляну, что там.

— Я пойду с тобой!

— Тебе лучше оставаться здесь. Мы поговорим после моего возвращения.

Он вышел и направился на пристань. Поднявшись на борт яхты, он прошел в каюту. Там было темно, и Феннер вытащил фонарик. Тейлора здесь не было. Он обошел все судно, но никого не обнаружил. В маленькой каюте он ненадолго задержался, обратив внимание на множество кнутов. Закрыв иллюминатор, он включил свет. Судя по разбросанным вещам, можно было предположить, что это каюта Тейлора. Феннер принялся за тщательный обыск, но ничего существенного не нашел. Единственной вещью, которая его заинтересовала, была маленькая фотография Кэрли Роббинс, сделанная, по всей видимости, несколько лет назад. Он положил фото в бумажник и вышел из каюты. Зайдя в салон, он самым тщательным образом исследовал ковер. И только тогда обнаружил, что значительная часть его недавно замыта. Феннер поднялся и задумчиво почесал затылок. Тейлора на борту не было. Был ли он мертв? Можно ли верить тому, что рассказывала Глория? Не она ли убила его? Последний раз, когда он видел их вместе, они не были похожи на друзей. Одни вопросы и никаких ответов.

— Черт! — с чувством выругался он и покинул салон.

Сойдя на пристань, он заметил немного впереди стоящий «седан». Бросив на него быстрый взгляд, Феннер увидел внутри машины неясную тень и моментально бросился на землю. Почти в тот же момент прогремел выстрел. Пуля прожужжала совсем рядом. Феннер выхватил револьвер, но машина сорвалась с места и резко заверну ла за угол. Феннер встал и стряхнул брюки. Дело осложнялось. Он отправился в отель, придерживаясь темных переулков и постоянно оглядываясь.

Глория все еще лежала в постели. Лицо ее осунулось, и улыбка, с которой она его встретила, больше походила на гримасу. Феннер подтащил кресло поближе к постели и уселся.

— Так ты обнаружила тело Тейлора в большой каюте? — резко спросил он.

— Да.

Феннер кивнул, как бы поверив в это.

— Тело я там не обнаружил. Но почему его унесли? Потому что, если бы им нужен был виновный, выбор, скорее всего, пал бы на тебя. Итак, либо ты его убила и выбросила тело за борт, либо это сделал кто-то другой, и этот убийца почему-то вернулся и по непонятной причине унес труп. Или, может быть, все же ты выбросила его за борт?

Глория показала свои изящные ручки.

— Неужели я в силах проделать такое?

Феннер вспомнил узкую, очень крутую лестницу, ведущую в салон, и покачал головой.

— Да, думаю, это вряд ли тебе под силу.

Ее лицо порозовело, она заметно приободрилась.

— Если они спрятали труп, то еще не скоро станет известно, что Тейлор мертв? — спросила она.

Феннер зевнул.

— Конечно.

Глория поправила подушку рядом с собой. Глаза ее заблестели.

— Где твоя сестра Мэриан? — внезапно спросил он.

Глория вздрогнула, как от удара электрического тока, ее глаза удивленно расширились.

Феннер наклонился над ней.

— Где твоя сестра? — повторил он.

— Что ты знаешь о моей сестре? Где ты познакомился с ней?

Феннер вновь уселся на прежнее место.

— Вы похожи как две капли воды. Я никогда не видел большего сходства. — Он вытащил из бумажника письмо, которое нашел в сумочке Мэриан.

— Прочитай!

Она прочитала короткие строчки и недоумевающе глянула на Феннера.

— Ничего не понимаю! Кто такой Пио? Ноолен?..

Феннер поднялся, отыскал клочок бумаги и карандаш и протянул девушке.

— Перепиши это письмо. — Едва она собралась встать, как он остановил ее. — Подожди!.. — Феннер принес халат и бросил Глории, а сам вновь ушел в ванную.

Когда он вернулся, Глория уже была в халате с закатанными рукавами.

— Для чего мне нужно переписывать это?

— Пиши! — коротко сказал он.

Пожав плечами, она принялась переписывать. Поставив подпись, Глория протянула письмо Феннеру. Сравнив оба письма, он убедился, что почерк совершенно не схож. Бросив письма на стол, он принялся выхаживать по спальне. Она растерянно следила за ним.

— Так у тебя все же есть сестра, не так ли? — спросил он наконец.

Она поколебалась, но утвердительно кивнула.

— Да… Но мы давно не встречались.

— Как долго? И почему?

— Четыре или пять лет, я не помню точно. Мы с Мэриан не очень ладили друг с другом. Она придерживалась несколько иных взглядов, мы постоянно ссорились. После смерти отца наши дороги разошлись.

— Ты лжешь! — спокойно сказал Феннер. — Если вы не виделись так давно, то с какой стати она бы пришла ко мне, донельзя встревоженная твоим исчезновением?

Два красных пятна расцвели на щеках Глории.

— Я не знала, что она приходила к тебе. Кто ты такой, вообще, черт возьми? Я ничего о тебе не знаю!

— Пусть это тебя не тревожит. Скажи, когда вы виделись в последний раз?

Глория задумалась.

— Я была с Гарри в Нью-Йорке. Мы встретились случайно. Это было пару недель назад. Мэриан настояла на том, чтобы я зашла к ней в отель. Это было не очень удобно, так как Мэриан и видеть не желала Гарри. Вскоре мы уехали обратно во Флориду.

Феннер сел на край постели.

— Или ты мне рассказываешь сказки, или я чего-то не понимаю.

Глория резко замотала головой.

— Я не лгу. С чего бы это мне лгать?

— Слушай, ты говорила сестре о двенадцати китайцах?

— Двенадцати китайцах? Что за бред?

— Перестань задавать встречные вопросы! — возмутился Феннер. — Это меня путает.

Насколько он мог судить, он ничуть не продвинулся в своих поисках. Правда, он нашел сестру Мэриан. Он задумался, потом спросил:

— Почему Лидлер? Почему не Дейли?

— Лидлер — фамилия мужа. Я с ним развелась год назад.

— А где сейчас твой муж?

— Я не знаю. А почему это тебя интересует?

Феннер игнорировал ее вопрос. Вместо этого он сказал:

— Твою сестру убили на прошлой неделе в одном из домов в Бруклине.

Наступило продолжительное молчание, затем Глория зябко повела плечами.

— Я не могу поверить в это. — Ее глаза не отрываясь следили за Феннером.

Тот пожал плечами.

— Это твое право, но она все же убита. Мне очень понравилась твоя сестра, и я дал ей слово, что помогу. Теперь я не успокоюсь до тех пор, пока не отыщу убийцу.

Глория поймала его за рукав и начала трясти руку.

— Мэриан мертва! И ты так спокойно говоришь об этом?.. Мэриан!.. Мэриан!..

— Прекрати!.. Ты не слишком хорошая актриса. Тебе наплевать, что случилось с Мэриан.

Глория отпустила его рукав и поднесла руки ко рту. Казалось, она была в шоке.

— Я не понимаю, что со мной… Подумать только — Мэриан убита! — Глория упала на подушки, тело ее сотрясалось то ли в рыданиях, то ли от истерического смеха.

Феннеру внезапно в голову пришла интересная мысль. Наклонившись над Глорией, он прижал ее голову к подушкам и задрал халат. На атласной коже были видны следы побоев, но все же они были не такими ужасными, как у Мэриан. Он опустил халат и вновь сел на кровати. Глория повернулась. Ее глаза сверкали.

— Зачем… Зачем ты это сделал?

— Тебе известно, что у твоей сестры вся спина была в кровоподтеках?

— Ты все знаешь, да? — она вновь начала плакать.

Увидев слезы, бегущие из ее глаз, Феннер поднялся и подошел к окну. Он чувствовал страшную усталость.

— Мы встретимся завтра утром, — сказал он и вышел из номера. Звуки ее рыданий были слышны и на лестнице. «Я сойду с ума, если это скоро не кончится», — подумал он. Найдя ночного дежурного, он заказал себе другую комнату.

Пробиваясь сквозь жалюзи, солнечные лучи рисовали похожий на тюремную решетку узор на койке Феннера. Часы пробили десять. Феннер с трудом открыл глаза. Усталость не прошла, болела голова, во рту была неприятная сухость. Зажмурясь от яркого света и прогоняя остатки сна, он вдруг уловил едва слышный посторонний запах. Пахло духами, и запах почему-то был знаком Феннеру. Он поднял голову, и в ответ послышался смех Глории. Она сидела в ногах Феннера, прислонившись к стене. Ее длинные ноги были согнуты в коленях, и она обхватила их руками. Положив подбородок на колени, она глядела на него огромными глазищами. Глядя на нее сквозь полуопущенные веки, он не мог не признать, что она очаровательна.

— Когда ты спишь, у тебя доброе выражение лица и даже чем-то симпатичное. Замечательное зрелище!

Феннер сел. Он провел рукой по волосам, чувствуя себя совершенно разбитым.

— Не могла бы ты покинуть номер. Когда ты мне понадобишься, я найду тебя сам. Я из принципа не люблю женщин, сидящих на моей постели. По натуре я пуританин.

— Что ты еще скажешь? — Глория улыбнулась.

Голова Феннера болела все сильнее. Настроение портилось с каждой секундой.

Глория сделала движение, собираясь заключить его в объятия. Ее неправдоподобно синие глаза засверкали.

— Неужели я не нравлюсь тебе? Ты можешь сделать со мной все, что захочешь!..

— Уберешься ли ты, наконец, отсюда! — грубо рявкнул Феннер.

Глория соскользнула с постели. Она очень забавно выглядела в пижаме Феннера.

— Ты похожа на пугало, — сказал он. — Иди и переоденься, а за завтраком мы поговорим.

Глория рассмеялась и принялась танцевать. Феннер подумал, что давно не видел такого восхитительного зрелища.

— Я тебе нравлюсь? — она смеялась ему в лицо.

Феннер облокотился на подушку.

— Уходи! — коротко приказал он. — Мне уже надоело это представление.

— Ты не можешь говорить это серьезно. — Однако ее хорошенькое личико омрачилось. Бросив танцевать, она подошла и села рядом с ним. Потом спросила вызывающе: — Неужели я так ужасно выгляжу? Ты не хочешь меня?

— Не о том разговор. Просто такие вещи, очевидно, значат для меня гораздо больше, чем для тебя. Иди переодевайся. Увидимся позже.

Некоторое время она изучала его лицо, потом резко поднялась и выскочила из номера, оставив дверь открытой. Феннер сполз с постели и ударом ноги захлопнул дверь. Затем прошел в ванную и принял холодный душ.

«Еще то утро!» — подумал он. Две чашки крепкого кофе добавили ему сил. Он пошел к Глории. Она уже оделась. Ее черное вечернее платье казалось нелепым при ярком солнечном свете. Сидя у окна, Глория смотрела на улицу.

— Ну? — бодро осведомился Феннер. — С чего начнем?

Она повернулась и улыбнулась ему. Его поразило выражение ее лица. Большие глаза были чисты, бескорыстны и внимательны.

— А что я могу сделать?

Феннер прислонился к двери, задумчиво глядя на нее.

— Да, тебя действительно нелегко понять. Я приготовился к новой атаке и очень рад, что ошибся.

Она вновь отвернулась к окну.

— Меня действительно трудно понять, — сказала она. — И у меня такое впечатление, что со временем непонимание будет усиливаться.

Феннер отвел глаза от ее изящной фигуры и глянул в окно. Большая черная машина как раз остановилась у тротуара на противоположной стороне улицы. Где-то он уже видел эту машину? Дверца открылась, и из салона высунулась рука с револьвером. Это было сделано настолько быстро, что Феннер не успел отреагировать. Послышался легкий хлопок, и вслед за ним — крик Глории. Колени ее подогнулись, и она соскользнула со стула. Черная машина мгновенно умчалась. Все это было настолько оперативно проделано, что прохожие ничего не успели сообразить.

Феннер опустился на колени возле Глории. Повернув ее на спину, он почувствовал что-то липкое чуть повыше бедра. Девушка была мертвенно-бледной, но дышала. Феннер схватил подушку и подложил под голову Глории. Потом бросился в ванную, набрал воды и схватил перевязочный пакет, который всегда носил с собой. Глория наблюдала за его действиями расширенными от ужаса глазами.

— Это опасно?

— Сейчас посмотрим! Только не волнуйся! Придется немного попортить твое платье, — сказал он, разрезая ножом шелк.

— Я так рада, что ты рядом, — Глория вдруг заплакала.

Феннер осмотрел рану и широко улыбнулся.

— Э! Ничего страшного. Просто царапина на боку.

— А мне показалось, что я сейчас умру…

— Мне тоже, — сознался Феннер. Он перевязал рану со сноровкой санитара. Петом поднялся на ноги. — Все было проделано на высшем уровне. Эти парни большие мастера своего дела.

— Но мне больно, — слабым голосом произнесла Глория.

— Ничего не поделаешь. Придется полежать в постели денька два. Может быть, это помешает тебе делать глупости, — Феннер серьезно глядел на нее. Потом улыбнулся. — Где ты живешь? Я отвезу тебя домой.

Глория отвела глаза, ее взгляд вдруг принял смущенное выражение, и она засмеялась, но смех сменился болезненным стоном.

— У меня нет дома! — она схватилась за бок.

— Но ты же где-то жила до знакомства с Тейлором?

Она бросила на него недоуменный взгляд.

— Но при чем здесь Тейлор?

Феннер продолжал стоять возле нее.

— Ты маленькая лгунья! Не далее как прошлой ночью ты мне говорила, что ездила с Тейлором в Нью-Йорк. А теперь выясняется, что ты с ним не жила. Как прикажешь тебя понимать?

— Я начинаю верить, что ты детектив, — нервно сказала Глория.

— Послушай, рыжеволосая красотка, не можешь же ты весь день валяться на полу? Так что говори, где ты живешь, и я вызову санитарную машину.

— Я хочу остаться здесь.

Феннер холодно улыбнулся.

— Я вовсе не собираюсь быть твоей сиделкой. У меня масса дел.

— Но мне будет гораздо безопаснее здесь.

— Хм… В этом, конечно, что-то есть, — он наклонился над Глорией, поднял ее и усадил в кресло. Она кусала губы, чтобы не закричать от боли. Взяв скальпель, Феннер разрезал платье еще дальше.

— Что ты делаешь? — она побелела настолько, что Феннер испугался, как бы девушка не потеряла сознание.

— Держись! Не раскисай! — Сняв платье, он уложил ее в постель.

— Какой ты милый, — прошептала она.

Волосы цвета червонного золота разметались по подушке. Девушка казалась совсем юной и беззащитной.

— Я хочу тебе кое-что сказать, — прошептала она.

— А вот этого не надо! Придумай что-нибудь более убедительное.

Она протянула к нему руки жестом капризного ребенка.

— Пожалуйста!..

Он наклонился над ней, и Глория поцеловала его. Ее губы пахли очень приятно. Это был чудесный поцелуй. Феннер выпрямился и поправил ее волосы.

— Отдыхай, а я займусь неотложными делами. — Подобрав окровавленную одежду, он отнес ее в ванную, затем спустился вниз.

Управляющий отелем встретил Феннера без особого энтузиазма. Феннер почувствовал себя неловко.

— С моей девушкой произошел несчастный случай, — сказал он. — В данный момент ей необходимо оставаться в постели. Я бы хотел, чтобы вы послали кого-нибудь из ваших людей купить ей одежду и тому подобные мелочи. Запишите все на мой счет.

Управляющий был явно недоволен.

— У нас не приняты такого рода услуги.

— Само собой. Но все же это не настолько противозаконно, чтобы вы не могли этим заняться.

Войдя в телефонную кабину, Феннер заперся в ней и набрал номер Багси. Вскоре на том конце провода послышался хриплый голос.

— Слушай, Багси, — сказал Феннер, — тут у меня небольшое дельце как раз по твоему профилю. Захвати пушку и приезжай ко мне.

После этого Феннер направился в бар и заказал себе двойное виски. Он нуждался в хорошей дозе алкоголя. Нужно было прийти в себя после всех этих событий. Поджидая Багси, он внезапно кое-что вспомнил. Вынув бумажник, внимательно проверил его содержимое и нахмурил брови.

— Странно, — проговорил он вполголоса. Деньги и бумаги были сложены вместе, а он точно помнил, что сложил их вчера отдельно. Феннер сосчитал деньги и проверил бумаги. Все было на месте. И внезапно до него дошло — не хватало фотографии Кэрли. — Вот так-то! — пробормотал он, пряча бумажник в карман и заказывая еще порцию виски.

А вдруг кто-нибудь еще, кроме Глории, заходил в его номер, пока он спал? Но если это все же дело рук Глории, то искать придется недолго. Но теперь он уже не может выдавать себя за Росса. Она или кто-то другой видел его лицензию частного детектива… Он закурил сигарету и принялся терпеливо ждать Багси. Расспрашивать сейчас Глорию — напрасная трата времени. Она может сослаться на плохое самочувствие и не отвечать на его вопросы.

Багси вошел в бар с видом собаки, почуявшей кость. На нем были потертый костюм, весь в пятнах, и мятая фетровая шляпа. Но в петлице у него красовалась гвоздика. Феннер заказал ему кружку пива и увлек в дальний конец бара. Когда они уселись, Феннер сказал:

— Слушай, Багси, как насчет того, чтобы немного поработать на меня?

Багси вытаращил глаза.

— Я что-то не понимаю…

— У меня есть небольшая работа… Так, ничего сенсационного, но за нее ты получишь пятьдесят долларов. Если мы с тобой сработаемся, то я внесу тебя в мой платежный список, но придется расстаться с Карлосом.

— Так ты больше не работаешь на Карлоса?

Феннер покачал головой.

— Нет. Мне это не подходит. Слишком много риска.

Багси почесал затылок.

— Карлос будет недоволен, — сказал он обеспокоенно.

— Не беспокойся о Карлосе, — заверил Феннер. — Если я сказал, что ты получишь деньги, ты их получишь.

— И что же нужно делать, чтобы заработать эти деньги?

— Пикантное маленькое дельце. Ты помнишь ту девочку на яхте «Нэнси Е»? Ножки, фигурка…

Багси облизнул губы.

— Еще бы…

— В данный момент она находится в моем номере. Лежит в постели.

Багси поперхнулся пивом и залил галстук.

— В твоей постели? Ну ты дал! — Багси был потрясен. — И сколько монет это тебе стоило?

— Ни цента. Она питает ко мне нежные чувства.

Багси со стуком поставил бокал на стол.

— К тебе?.. А после тебя ведь она и на меня может глаз положить?

Феннер подумал, что уже давно пора заняться неотложными делами.

— Все возможно, толстяк. Важно, что парень, простреливший ей бок, может вернуться и закончить начатое. Поэтому я хочу, чтобы ты побыл с ней немного.

— И за это ты дашь мне пятьдесят долларов? — Багси понизил голос.

— Этого мало? — изумился Феннер.

— Я согласился бы и даром. А вдруг она и ко мне что-нибудь почувствует.

Феннер поднялся.

— О’кей, пойдем, я представлю тебя даме. Только ничего не воображай. Просто посидишь у порога. Такая девочка, как она, не станет терять время с таким толстяком. Или ты очень высокого мнения о своей персоне?

Озадаченный, Багси поплелся следом за Феннером. Постучав, Феннер вошел в комнату. Глория лежала в постели, облаченная в ночную рубашку, состоящую сплошь из лент и оборок. Она засмеялась, увидев лицо Феннера.

— Чудесно, не правда ли? — сказала она. — Ты ее сам выбирал?

Феннер отрицательно покачал головой.

— Я привел тебе телохранителя. Его зовут Багси. Он посторожит у твоих дверей в мое отсутствие.

Глория удивленно уставилась на Феннера.

— Что-то он сильно смахивает на свинью.

— Ну что же, Багси, входи, познакомься с дамой.

Разинув рот, Багси застыл в дверях.

Взяв кресло за подлокотники, Феннер отнес его в коридор. Потом сказал Глории:

— Этот парень будет сидеть снаружи. Для этого я его и привел. — Он вытолкал Багси в коридор и кивнул Глории: — У меня небольшое дело. Как только я управлюсь, вернусь и поговорю с тобой. Лежи спокойно. — Не дав ей времени ответить, Феннер закрыл дверь.

— Гляди в оба, — обратился он к Багси. — И не вздумай входить туда.

Багси потряс головой.

— От такой красотки можно сойти с ума.

— Вот и сходи с ума за дверью.

Выйдя из отеля, Феннер закрылся в телефонной будке и позвонил в ФБР, попросив позвать к телефону Хоскиса.

— А, так это тот парень, который бросил гранату в одно из моих судов? — спросил Хоскис яростно.

— Нечего разоряться, раз вы такие недотепы, — невозмутимо ответил Феннер. — Кстати, ваши методы устарели. А у Карлоса более современные методы. Он скоро наверняка начнет использовать отравляющие газы. — Хоскис зарычал, но Феннер перебил его: — Я хотел бы знать, кому принадлежит большой черный «седан», имеющий три нуля и две семерки в номере. Мне нужны эти сведения как можно быстрее.

— Будет лучше, если вы приедете в управление, — продолжал Хоскис. — У меня к вам масса вопросов.

— У меня дел еще больше, я просто не могу показываться у вас. Может быть, попозже и выкрою время. Так чья это машина?

— Подождите…

Сквозь грязное стекло будки Феннер наблюдал за улицей. Через несколько минут послышался голос Хоскиса:

— Кажется, я нашел. Машина принадлежит Гарри Тейлору.

Феннер нахмурил брови, его взгляд стал ледяным.

— Вы это серьезно?

— Да. Есть и другие машины, но эта, скорее всего, принадлежит именно ему.

Некоторое время Феннер обдумывал услышанное.

— Слушайте, Хоскис, если я преподнесу вам Карлоса на блюдечке, вы сделаете одно дело для меня?

— Нет проблем.

— Тогда добудьте мне сведения о Гарри Тейлоре. И я хочу знать всю подноготную дамочки, называющей себя Глория Лидлер, и о ее сестре Мэриан Дейли. Имеется еще Ноолен. Не помешает знать его историю. И было бы неплохо узнать что-нибудь о Лидлере, бывшем муже Глории. Кроме того, меня интересует девушка, работающая в похоронном бюро Найтингейла, некая Кэрли Роббинс. Я хочу знать, что может связывать ее с Тейлором.

Хоскис взорвался:

— Черт возьми! Это же огромная работа и стоит бог знает каких денег!

Феннер зло рассмеялся.

— А для чего же тогда существует ваша организация, как не для этого? Если вы все узнаете, то в оплату издержек я сдам вам Карлоса и на счет вашего клуба переведу пятьсот долларов.

— О’кей, я займусь вашим делом, но мне нужно время.

— Разумеется. И я хочу знать их жизнь с момента рождения по сегодняшний день.

— Вы все получите. А теперь поговорим о том инциденте с гранатой…

Но Феннер уже повесил трубку и вышел из будки, направившись в сторону Дювал-сгрит. Итак, большой черный «седан» принадлежит Гарри Тейлору… Что ж, это проливает некоторый свет на эту историю. Но какова здесь роль Глории? Знает ли она Карлоса? Он уже не раз уличал ее во лжи. Почему бы ей снова не солгать? Ее сестра прямо заявила, что Глория каким-то образом связана с двенадцатью китайцами. И если Глория не писала это письмо (а это непреложный факт), значит, его написал кто-то другой. Ведь не случайно же оно попало в его руки. Кто-то наверняка хотел, чтобы Феннер занялся расследованием этого дела… Почерк явно женский. Кэрли? Не могла ли она написать? А может быть… Новая мысль настолько поразила Феннера, что он остановился посреди улицы: может быть, это письмо написала сама Мэриан Дейли?

Какой-то толстяк едва не наскочил на Феннера, обошел его и, обернувшись, красноречиво постучал пальцем по виску. Но Феннер не обратил на него внимания.

Все еще во власти своих мыслей, он подошел к конторе Найтингейла. Звонок звякнул, едва он вошел. И тут же из противоположной двери появился Карлос. От него шел острый запах марихуаны, а глаза напоминали два осколка стекла на бледном лице. Феннер на мгновение смутился, затем спросил шутливым тоном:

— Ты что, приходил себе выбрать ящик по размеру?

— А тебе-то здесь чего надо? — не принял шутки Карлос.

Феннер прошел возле витрины, держа руки в карманах.

— Захотелось немного поболтать с Найтингейлом. Интересный он парень, — помолчав, добавил: — А вот тебя здесь редко видно. Зачем ты пришел? Пощупать ляжки Кэрли?

Карлос прислонился к прилавку. Ситуация была напряженной.

— Миллер сказал, что ты его крепко избил. Я не потерплю драк среди своих.

Феннер пожал плечами.

— Что поделать. Но если Миллер вновь попытается у меня на глазах изнасиловать женщину, я вновь набью ему морду.

Карлос прищурил глаза, глядя на Феннера.

— Рейгер остался недоволен твоей работой прошлой ночью.

— Это меня не удивляет. Мы не очень-то ладим друг с другом.

Карлос задумчиво изучал свои ногти. Наконец он сказал:

— Думаю, некоторое время я не буду нуждаться в твоих услугах.

Феннер шагнул к нему.

— Мне это подходит.

Карлос скривил рот в усмешке.

— Может быть, ты выберешь себе ящик?

Теперь Феннер подошел к нему почти вплотную.

— Ты хочешь сказать, что со мной произойдет несчастный случай?

Карлос пожал плечами.

— Что поделать. Ты слишком много знаешь. Нежелательно, чтобы ты делился этой информацией с копами. Я, правда, сменил свой офис, и, кроме того, тебе неизвестно, где именно мои суда получают и где выгружают китайцев. Но кое-что ты все же знаешь.

Феннер улыбнулся.

— Думаю, что выбирать ящик мне еще рановато.

Карлос поправил галстук и отвернулся, словно потерял интерес к Феннеру.

— Мне плевать, что ты там думаешь, — Карлос хотел выйти из магазина.

Феннер схватил его за шиворот и резко дернул к себе.

— Я тебе сейчас преподам кое-какой урок! — Без замаха Феннер резко ударил Карлоса по лицу. Тот упал на колени. На его мягкой белой щеке появился кровоподтек, а из сжатых губ вырвалось шипение, напоминающее змеиное. — Все ясно? Никто не смеет говорить о моей смерти. Я этого не люблю. Если ты хочешь меня убить, то попробуй. Но если промахнешься, я тебя из-под земли достану! И все твои подонки мне не помешают. И запомни: прежде чем убить, я сломаю тебе хребет!

Карлос поднялся, прижимая дрожащие руки к щеке.

— Беги! — Феннер открыл перед ним дверь магазина. — Уползай в свою нору!

Без лишних слов Карлос вышел.

— Зря ты это сделал, — по ту сторону прилавка стоял Найтингейл.

Сколько он уже здесь находился? Феннер не заметил, когда он вошел. Выражение его глаз нельзя было рассмотреть за толстыми стеклами очков.

— Почему бы тебе не оказать первую помощь этой свинье, раз он тебе так дорог?

— Мне на него наплевать, но все же ты поступил опрометчиво.

— А! — отмахнулся Феннер. — Давно следовало врезать этой твари. Корчит из себя крутого парня!

— Он такой и есть.

— Насколько ты связан с ним?

Найтингейл обвел рукой помещение.

— Это все его, я же не более чем ширма.

— Значит, ты переживаешь лишь постольку, поскольку Карлос может лишить тебя средств к существованию?

— Надо же мне на что-то жить…

— А Кэрли? Что она делает в этом бизнесе?

Близорукие глаза засверкали за стеклами очков.

— Это не твое дело!

— Она явно симпатизирует Карлосу.

Найтингейл сделал два маленьких шага в направлении Феннера и несильно ударил его по лицу. Феннер даже не пошатнулся.

— Брось! — сказал он. — У нас разные весовые категории.

Найтингейл попытался повторить удар, но Феннер легко парировал его замах. Правая рука Найтингейла нырнула в карман.

— А вот это лишнее! — кулак Феннера врезал маленькому гробовщику по ребрам.

Найтингейл упал на колени, а затем повалился набок, но револьвер все же вытащил. Сделав шаг вперед, Феннер наступил на кисть руки. Револьвер выпал. Опустившись на колени, Феннер схватил Найтингейла за отвороты пиджака.

— Я же сказал тебе, не делай этого! — Феннер резко встряхнул Найтингейла.

Тот собрался было что-то ответить, но вдруг застыл, глядя на что-то за спиной Феннера. В стеклах очков гробовщика Феннер увидел массивный силуэт мужчины. Он еще успел заметать его высоко поднятую руту и попробовал увернуться. Сокрушительный удар обрушился на ее череп. Феннер, как сноп, повалился вперед, царапая лицо о пуговицы Найтингейла. Сознание мгновенно отключилось.