Лидия побледнела и прижала ладони к щекам: – О боже… Я не думала, что это может случиться спустя столько времени…

Этторе Варси также побледнел. Он развернулся и бросился к входной двери, однако был схвачен двумя охранниками. Сальваторе подошел к нему и схватил за лацканы пиджака.

– Ведь вы солгали, верно? – сказал он. – Я не был за рулем, когда произошла авария. Машину вела Адриана. Когда мы уезжали с вечеринки, я действительно сел за руль, но по дороге домой остановился. Мы с Адрианой заспорили. Вы проехали мимо, когда наша машина стояла на обочине. Неожиданно Адриана села в кресло водителя. Она была пьяна, и я забеспокоился. Машина тронулась, но я сумел запрыгнуть на пассажирское сиденье. Я молил ее сбавить скорость. Мы обогнали вас. Мы подъезжали к повороту, и я боялся, что мы не впишемся, – Адриана ехала слишком быстро. Я попытался перехватить руль, но было слишком поздно. Машина упала с обрыва, проломив заграждение. Почему вы солгали полиции? – спросил он. – Почему позволили мне считать, что в трагедии виноват я?

– Она попросила. – Этторе указал на Лидию. – Это была ее идея.

Сальваторе оттолкнул его:

– Я не верю вам. Это не может быть правдой. Он взглянул на тещу и нахмурился, когда она разразилась слезами.

– Это правда, – всхлипнула Лидия. – Больше нет смысла притворяться. Я была в замке, когда произошел несчастный случай. Я тут же поспешила на место происшествия. Я хотела спасти свою девочку, но Адриана была мертва.

Из ее груди вырвалось рыдание, которое болью отозвалось в сердце Дарси.

– Я увидела Этторе, – продолжала Лидия. – Он ждал полицию, чтобы дать показания. Он рассказал, что случилось. Адриана мчалась по дороге на безумной скорости. – Она с мольбой взглянула на Сальваторе. – Моя дочь могла перебрать на вечеринке. Она любила шампанское. Адриана была топ-моделью, а вы – член знаменитой семьи Кастеллано. Я понимала, что эту трагедию не оставят без внимания журналисты. Мне была невыносима мысль, что мою дочь обвинят в аварии, и средства массовой информации уничтожат ее репутацию. Я любила свое дитя и хотела… хотела защитить ее. – Лидия с трудом перевела дыхание. – Я предложила Этторе деньги и попросила солгать полиции.

– Господи! – воскликнул Сальваторе. – Все это время вы позволяли мне думать, что я убил Адриану и лишил Рози матери. Вы видели, как мучило меня сознание собственной вины!

– Ты не любил Адриану, – горько проговорила Лидия. – Ты женился на ней потому, что она была беременна. – Всхлипнув, она продолжила: – Сначала все шло хорошо. Я заплатила Этторе, чтобы он молчал. Но он требовал все больше и больше денег, а я не могла платить вечно. Я небогата. Мой муж потерял состояние в неудачной сделке, и, когда он умер, я унаследовала совсем немного. К счастью, твое чувство вины позволяло мне жить в замке, поэтому я экономила.

– Вот почему вы настаивали на том, что я обожал Адриану.

Дарси подошла к Сальваторе и взяла его за руку. Он не взглянул на нее, но сжал пальцы, принимая ее сочувствие.

– Вы, должно быть, молили Бога, чтобы ко мне не вернулась память, – мрачно заметил Сальваторе, обращаясь к Лидии.

– Ты стал другим, когда вернулся из Англии. – Лидия посмотрела на Дарси. – Нетрудно догадаться почему. Я знала, что, если у вас с Дарси начнется роман, ты предложишь мне покинуть замок. Я сказала Этторе, что у меня больше нет денег, однако он не отставал. Отчаявшись, я решила отдать ему часть серебряных вещей. В замке много антиквариата, и я надеялась, что никто не хватится.

– Армонд хорошо знает, что хранится здесь, – пробормотала Дарси.

У входной двери послышался шум. Этторе удалось сбежать от охранников.

– Пусть бежит, – сказал Сальваторе. – Без яхты он далеко не уйдет. Его арестуют, как только я сообщу полиции, что он дал ложные показания и занимался шантажом. Надеюсь, он сгниет в тюрьме.

Лидия все еще плакала, но на него это не произвело никакого эффекта.

– Я даю вам пять минут на сборы. Затем вы покинете мой дом.

– Но… ты позволишь мне иногда видеться с внучкой? – прошептала Лидия.

– После того, что вы сделали? Я не собираюсь заявлять на вас в полицию. Но с сегодняшнего дня вам в Торре-д’Аквила не рады.

Плечи Лидии затряслись от рыданий. Мягкое сердце Дарси заболело.

Она с мольбой посмотрела на Сальваторе:

– Это слишком жестоко.

– Как ты можешь защищать ее, если именно ей я обязан четырьмя годами пребывания в аду?

– То, что совершила Лидия, ужасно, но она потеряла дочь. Рози – ее единственная связь с Адрианой.

Дарси прикусила губу. Похоже, Сальваторе думает, что, симпатизируя Лидии, она предает его. Его рот искривился, он выругался и направился к входной двери. Дарси хотела побежать за ним, но Лидия неожиданно упала. Дарси поспешно позвала на помощь Армонда.

– Что натворили Лидия и Этторе! – наверное, в десятый раз повторила Кристен. – Неудивительно, что Сальваторе был в ярости, когда утром пришел, чтобы рассказать об этом Серджио. Одно хорошо – он все вспомнил.

Дарси сидела в уютной гостиной Кристен. Та собирала игрушки, с которыми играли Нико и Рози, прежде чем няня увела их в сад.

– Я рада, что Сальваторе поделился с Серджио. Покидая замок, он выглядел… – Дарси оборвала себя, не в состоянии объяснить, что она почувствовала, увидев лицо Сальваторе.

Кристен кивнула.

– Очень плохо, что братья были разлучены в детстве, и между ними нет связи, которая возникает между близнецами. Но сейчас они стали ближе друг к другу. Сальваторе всегда казался самодостаточным, но в последнее время он изменился. Это подметил и Серджио. – Она задумчиво посмотрела на Дарси. – Сальваторе стал мягче с тех пор, как ты появилась в замке. Что происходит между вами?

Дарси почувствовала, как краска заливает ей лицо.

– Ничего, – быстро ответила она. – По крайней мере, ничего серьезного. – Она прикусила губу, вспомнив, как страстно они занимались любовью прошлой ночью. Но, судя по всему, для Сальваторе это не имеет значения. – Он никого не подпускает к себе.

– И все-таки мне показалось, что он не против стать ближе к тебе. – Ясные голубые глаза Кристен смягчились. – Интересно, когда вернутся мужчины? Они отправились верхом несколько часов назад. – Кристен взглянула на крошечного ребенка на руках у Дарси. – Кстати, как поживает мой самый маленький мужчина?

– До сих пор спит. – Дарси взглянула на ангельское личико Лео и ощутила прилив материнской любви. – Чудесный ребенок, – прошептала она.

Кристен рассмеялась.

– Как и все мужчины Кастеллано. – Она выглянула в окно. По патио бежали Рози и Нико. – Думаю, наши пять минут покоя подошли к концу.

Дарси и Рози вернулись в замок ранним вечером. Девочка устала и уснула, как только Дарси уложила ее в постель.

Молодая женщина не видела и не слышала Сальваторе весь день, но вскоре в дверь ее комнаты постучал Армонд:

– Синьор Кастеллано велел предупредить вас, что ужин сегодня будет подан в башне. – Он отдал ей большую плоскую коробку. – Синьор также велел передать вам это.

Озадаченная, Дарси, открыв коробку, увидела шикарное платье из кремового шифона. На коробке стоял логотип одного из самых известных домов моды. Она не имела представления, почему Сальваторе подарил ей это платье и почему он распорядился насчет ужина в ее любимой комнате.

До ужина оставался час. Дарси приняла ароматическую ванну. Затем она высушила волосы и надела платье. Низкий вырез частично обнажал ее груди, а узенькие бретельки, расшитые кристаллами, добавляли изюминку элегантному платью.

Когда Дарси добралась до комнаты в башне, сердце ее гулко билось. Она открыла дверь и вошла в круглое помещение, из панорамных окон которого открывался потрясающий вид. Но сейчас Дарси не интересовали пейзажи Сицилии – все ее внимание поглощал Сальваторе.

На нем были черные обтягивающие брюки и белая рубашка. Волосы разметались по плечам. «Он выглядел бы своим в прошлом столетии», – подумала Дарси.

Сальваторе несколько томительных секунд смотрел на нее. Напряжение женщины росло. Затем, к ее изумлению, он тепло улыбнулся, и у Дарси перехватило дыхание.

– В этом платье ты выглядишь восхитительно, – негромко произнес он.

– Это самое замечательное платье, которое мне приходилось надевать. – Она сглотнула. – Я думала, что ты сердишься на меня.

– Сержусь? – В его голосе звучало искреннее недоумение. – Почему ты так думала, carissima?

– Потому что я просила тебя проявить снисхождение к Лидии.

Сальваторе подошел к ней и взял ее за подбородок. Его лицо больше не было жестким.

– У тебя есть все права сердиться, – хрипло проговорила Дарси. – Лидия и Этторе совершили ужасный поступок. Надеюсь, Этторе попадет в тюрьму. Но чувства Лидии мне понятны. Мать хотела защитить свою дочь. – Она заколебалась. – Лидия сказала, что ты не любил Адриану. Если это так, то почему ты на ней женился?

Сальваторе тяжело вздохнул.

– Я познакомился с Адрианой в Риме. Она участвовала в благотворительном показе мод, на который я был приглашен. – Он пожал плечами. – Я счел ее привлекательной, и мы стали любовниками.

Честно говоря, я не собирался продолжать отношения с ней после возвращения на Сицилию. Три месяца спустя Адриана объявилась в замке и сказала, что беременна. ДНК-тест подтвердил ее слова. Она настаивала на том, что презерватив порвался, однако я подозреваю, что она забеременела намеренно, узнав, что я богат. Обычная история, верно? Богатый мужчина попал в ловушку золотоискательницы. Я, чувствуя ответственность за ребенка, женился на Адриане. Это не был брак по любви, но я старался, чтобы у нас все было хорошо, – ради Рози. Когда она родилась, я сразу влюбился в нее. Впервые взяв свою дочурку на руки, я испытал такую бурю чувств, какую не испытывал никогда.

Сальваторе подошел к окну. Он понимал, что Дарси ждет продолжения истории. После четырех лет амнезии было удивительно вспоминать прошлое.

– Адриана не любила Торре-д’Аквила и настаивала, чтобы мы переехали в Рим. Это было единственное, чего я не мог сделать. Мое сердце принадлежит этим местам. Виноградники, плодородная земля – это часть меня. Когда отец отослал меня в школу, мне казалось, что я умер. Я оживал только тогда, когда возвращался сюда. Я поклялся, что буду жить только здесь.

Сальваторе взглянул на Дарси, и его охватило желание. Она выглядела невероятно сексуально в платье, которое он выбрал для нее. Он отвлекся, представив себе, как будет ее раздевать. Однако Дарси заслуживала того, чтобы узнать все, поэтому он продолжил:

– Адриана вернулась в модельный бизнес, когда Рози было всего несколько месяцев. Она часто уезжала и оставляла Рози на мое попечение и попечение няни. Я тревожился, что, повзрослев, Рози начнет скучать по матери. Через некоторое время Адриана попала в поле зрения режиссера, который предложил ей роль в кинофильме. Она собиралась уехать в Калифорнию и стать актрисой. В каком-то смысле история повторялась. Мать бросила меня, чтобы добиться успеха в Голливуде, а теперь моя жена собиралась сделать то же самое. Мы спорили об этом, когда возвращались с вечеринки. Ради Рози я просил Адриану пересмотреть свои планы. Она обвинила меня в эгоизме. И была права. – Сальваторе тяжело вздохнул. – Если бы я попытался понять ее мечту и согласился перебраться вместе с ней в Калифорнию, у Рози по-прежнему была бы мать.

– Не вини себя, – мягко сказала Дарси, подходя к Сальваторе и беря его за руку. – Ради Рози ты должен забыть прошлое и продолжать жить дальше.

– Сейчас, когда я все вспомнил, сделать это будет легче. Амнезия прошла благодаря тебе. Это произошло после того, как мы прошлой ночью занялись любовью. Ты вернула мне жизнь. Впервые за четыре года я могу смотреть в будущее и собираюсь стать самым лучшим отцом на свете. – Он посмотрел Дарси в глаза. – Но мой ближайший план – провести ночь с тобой, моя сладкая Дарси.

Сальваторе не сказал, что последует после того, как они проведут вместе ночь. И Дарси не знала, присутствует она в его будущем или нет. Впрочем, ее телу-предателю было все равно. Прошлой ночью Сальваторе показал ей, какой чувственной она может быть. И сейчас, когда он коснулся губами ее ключицы и нашел бьющийся у основания шеи пульс, ее охватило желание, а внизу живота возникла тягучая боль.

Губы Сальваторе поднялись выше, и он осыпал легчайшими поцелуями лицо Дарси, а затем прижался к ее губам в таком испепеляющем поцелуе, что тело ее запылало. Она бездумно ответила на поцелуй, приоткрывая губы, чтобы он мог исследовать ее рот своим языком. Ничто не имело значения, кроме намерения Сальваторе снова заняться с ней любовью.

– Боже, ты сводишь меня с ума, – хрипло пробормотал Сальваторе.

Но вместо того чтобы снова поцеловать ее, как надеялась Дарси, он отстранился.

– У меня были другие планы на вечер, но стоит мне взглянуть на тебя, как все мои благие намерения обращаются в прах. – Сальваторе подвел ее к столу, украшенному цветами и свечами. – Я решил устроить свидание, – объяснил он, – и надеялся, что за ужином мы лучше узнаем друг друга. Я не хочу, чтобы нас связывал только секс. За хорошей едой и прекрасным вином я хочу побольше услышать о Дарси Риверс, но предупреждаю тебя, что до десерта мы можем не дойти, так как я страстно хочу заняться с тобой любовью.

От ее улыбки у него перехватило дыхание.

– Я бы хотела пойти на свидание с тобой. И я не прочь забыть о десерте, – добавила Дарси. В ее зеленых глазах искрилось чувственное обещание.

– Расскажи о своей семье, – предложил он. – Ты говорила, что близка со своими родителями. Чем они занимаются?

Дарси заколебалась. Маловероятно, что ее семья известна на Сицилии, но она встретилась с Сальваторе в Лондоне, и он мог что-то слышать о знаменитой актерской династии. Если она расскажет ему о Хартах, он может поинтересоваться, почему она не пошла по стопам родителей. Дарси не хотелось признаваться, что одной из причин этого являлась ее неуверенность в себе, и выступление в спектакле отца станет для нее серьезным испытанием.

– У родителей свой бизнес, – коротко сообщила она. Это была правда – ее родители основали небольшую продюсерскую компанию. – В качестве хобби мой отец производит вино в Ле-Лаванду.

– В самом деле? – оживился Сальваторе. – Сколько у него гектаров земли?

– Примерно три. Он развеселился:

– Значит, у него маленькая винодельня. Здесь сотня гектаров отдана под виноградники. Но Франция производит лучшие в мире вина.

– Это прекрасное вино. – Дарси отпила глоток вина, приятного на вкус.

Она взглянула на Сальваторе, и мышцы живота ее напряглись, когда она увидела страстный блеск его глаз.

– Дарси! – прорычал он.

Это вызвало дрожь предвкушения в ее теле. Сальваторе встал и обошел стол. Вытянув руку, он заставил Дарси подняться и заключил ее в объятия.

– Carissima, никогда в жизни мне никто не был нужен, но ты нужна. Мне нравится беседовать с тобой, но если я не займусь любовью прямо сейчас, то взорвусь.

– Я не возражаю помолчать, – прошептала Дарси, обвивая руками его шею.

Из его груди вырвался смех, но в поцелуе не было ничего дразнящего. Язык Сальваторе проник ей в рот, как предвестие того, что скоро он войдет в ее отзывчивое тело. Она поцеловала его со всей страстностью, на которую была способна, потому что желала его не меньше.

Пока они ужинали, наступила ночь. Небо приобрело цвет индиго. Огромная луна заливала башню серебристым светом. Сальваторе подвел Дарси к антикварной кушетке, обтянутой темно-бордовым бархатом. Он стянул бретельки платья с ее плеч и спустил лиф. Ее груди легли прямо в его руки. Он принялся гладить соски, и вскоре они затвердели и заострились.

– Ты так прекрасна, – прошептал Сальваторе.

Взяв сосок в рот, он принялся его сосать. Ощущения были такими сильными, что Дарси вскрикнула. Сальваторе обратил внимание на ее вторую грудь, и она почувствовала, как между бедер разливается влажное тепло. Ей страстно хотелось, чтобы он положил ее на кушетку, но Сальваторе, казалось, собирался перецеловать каждый дюйм ее тела. Он полностью снял с нее платье. Увидев кружевные трусики-танга, мужчина пробормотал что-то одобрительное. Опустившись на колени, он стал целовать ее плоский живот, нежную кожу внутренней поверхности бедер.

– Сальваторе! – выдохнула Дарси, когда он отодвинул крошечную кружевную полоску в сторону и прижался губами к средоточию ее женственности.

Она ухватилась за его плечи. Для Дарси подобные ласки были внове, однако шок быстро сменился наслаждением.

– Пожалуйста, – выдохнула она, чувствуя, что готова взорваться, когда язык Сальваторе коснулся самого чувствительного местечка.

Ее хриплая мольба тронула его. Дарси была восхитительно отзывчива. Она разрушила бастионы, выстроенные им вокруг сердца, и согрела его. Сальваторе стремился к одному – доставить ей удовольствие, не обращая внимания на собственный голод.

Шторм внутри ее нарастал, и Дарси чувствовала, как тает ее контроль над собой. Ей хотелось предупредить, что, если он не остановится, она…

– О! – вырвалось у нее.

По ее телу пробежали волны удовольствия. Она стала задыхаться, а ноги у нее подкосились. Сальваторе поднял Дарси и уложил на бархатные подушки. Она смотрела, как он раздевается, и сердце глухо билось в ее груди. Дарси приподняла бедра и издала приглушенный стон, когда он вошел в нее.

Каждым движением своего тела Сальваторе словно крал частичку ее души, подчиняя себе. Обвив ногами его талию, она притянула его к себе…

Спустя некоторое время Сальваторе поднял голову и заглянул в ее ясные зеленые глаза:

– Твой муж был не только дураком, но и, судя по всему, эгоистичным любовником. Он не старался подарить тебе наслаждение.

– Мой брак был катастрофой с самого начала, – призналась она. – Вскоре после свадьбы я узнала, что Маркус женился на мне только потому… – Дарси умолкла. – Мы познакомились на курорте. Думаю, мы оба поддались романтичной атмосфере. Но мне следовало знать, что курортные романы долго не длятся. Совместная жизнь выявила нашу несовместимость. Для Маркуса я была недостаточно волнующей.

– Позволь мне показать, какой волнующей и восхитительной я нахожу тебя, mia bella, – прошептал он.

Ему нравилось смотреть, как ее глаза от желания превращаются в темные изумруды. От мягкой улыбки Дарси, когда Сальваторе притянул ее к себе, у него защемило сердце. Он все еще приходил в себя после возвращения памяти и привыкал жить со своими воспоминаниями. Однако впервые за четыре года он мог смотреть в будущее, и оно казалось ему многообещающим.