Когда машина подъехала к крыльцу, Уайатт вышел на улицу. Открыв дверцу со стороны Хлои, он наклонился, чтобы помочь ей выбраться из салона.

– Я не инвалид, – пробурчала она и вылезла сама.

Она хорошо выглядела, но одна лишь мысль о том, через что пришлось пройти его юной дочери, приводила его в ужас.

Ли открыла заднюю дверцу и отстегнула корзину с ребенком от сиденья.

– Майки понравилась поездка на автомобиле, – произнесла она с улыбкой. – Он быстро уснул. Вы только взгляните на него, Уайатт. Разве он не красавчик?

Она встала у него на пути и продемонстрировала ему корзину с мальчиком.

Уайатт догадывался, что замышляет эта женщина. Он не скрывал от нее своих чувств по отношению к этому ребенку и ясно дал ей понять, что хочет, чтобы Хлоя отказалась от малыша. Ли это не одобряла. Он собирался проигнорировать ее вопрос. Последнее, чего он хочет, – это привязаться к этому мальчику. Но блеск глаз Ли говорил, что она настроена решительно. Что она не отойдет, пока он не посмотрит на своего внука.

Подняв корзину выше, она отогнула край одеяльца. При виде маленького личика у него пересохло во рту. Когда Уайатт вчера держал ребенка, его переполнял гнев по отношению к парню, который воспользовался его дочерью. Сейчас он видел лишь прелестное невинное создание, которое может завладеть его сердцем, если он не будет осторожен.

– Ну, что вы о нем думаете? – спросила Ли.

– Он правда красивый. – Эти слова дались ему с трудом. – Не могу сказать того же о его одежде. Я так понимаю, это подарок одной из подруг Хлои.

Разбуженный его голосом, малыш сладко зевнул, открыл глаза и заулыбался. Разумеется, это было лишь подобие улыбки, но Уайатт почувствовал, как у него в груди что-то болезненно сжалось.

– Умираю с голоду! – раздался из дверей голос Хлои. – Здесь есть что-нибудь съедобное?

– Пицца в духовке, – ответил Уайатт, благодарный ей за то, что она его отвлекла. – Твоя любимая, с двумя видами сыра. Ты поешь на кухне или в своей комнате?

– На кухне, но после этого я пойду спать. Больничная кровать – просто ужас. О еде я вообще молчу.

По крайней мере, она, кажется, рада, что вернулась домой.

Уайатт открыл дверь, чтобы впустить Ли с малышом внутрь.

– Ли, вы тоже угощайтесь пиццей. Вы будете есть вместе с нами.

Улыбка Ли была подобна солнцу, выглянувшему из-за туч.

– Спасибо, что сказали. Я, будучи наемной работницей, думала, что вы, возможно, не захотите, чтобы я сидела с вами за одним столом.

– Похоже, вы действительно насмотрелись мыльных опер. Все, что есть на кухне, в вашем полном распоряжении.

– В таком случае я надеюсь, что вы не станете возражать, если я буду время от времени готовить. У вас на кухне столько современной техники. Она не должна стоять без дела.

– Можете смело ею пользоваться, – ответил Уайатт и проследовал за дочерью на кухню, где уже был накрыт стол на троих.

Достав пиццу из духовки, Хлоя положила два куска себе на тарелку и открыла банку диетической содовой. Прежде чем сесть, Ли поставила корзину с малышом на соседний стул.

–  Почему бы тебе не отнести его в детскую? – спросила Хлоя.

–  Майки член твоей семьи, – ответила Ли. – Ему полезно находиться рядом с родными и слушать их голоса.

–  Как хочешь. – Пожав плечами, Хлоя продолжила есть. – Тебе лучше знать.

Уайатт сел напротив дочери и нахмурился. Ли делала все для того, чтобы они привязались к малышу. Учитывая его щедрое предложение, он не мог понять, зачем ей это.

Он обнаружил, что наблюдает за Майки, который сжал пальцы в кулак и пытался засунуть его в рот. Ему это никак не удавалось, и он выглядел расстроенным. Но он продолжал пытаться. Что ж, по крайней мере, этот парень не пасует перед трудностями.

Вдруг малыш дернул рукой и заехал себе кулаком в глаз. Удар причинил ему боль или, по крайней мере, его удивил. Его личико сморщилось, и он начал плакать. Это было не жалобное хныканье, а громкий плач.

Ли тут же подбежала к нему, взяла его на руки и прижала к плечу. Покачивая его, она тихо шептала слова утешения, пока он не успокоился и не начал икать.

Хлоя посмотрела на него с тревогой:

– С ним все в порядке, Ли?

–  Да, но он, кажется, проголодался. В больнице нам дали несколько бутылочек с готовой смесью. Побудь с ним, я принесу одну.

Как только она положила Майки в корзину, тот снова заплакал.

–  Почему он так орет? – поморщившись, спросила Хлоя. – Разве нельзя что-нибудь сделать, чтобы он перестал?

–  Боюсь, тебе придется к этому привыкать. Нам всем придется. – Ли снова взяла мальчика и протянула его Хлое: – Ему нравится, когда его держат на руках. Возьми его. Я сейчас вернусь.

Уайатт заметил панику, промелькнувшую в глазах дочери. Хлоя была ошеломлена, и он ее не винил.

– Дайте его мне, – услышал он собственный голос. – Я могу его подержать.

Ли с удивлением передала ему плачущий сверток и удалилась. Уайатт прижал Майки к груди. Как такое маленькое существо может так громко орать? Его внук уже ведет себя так, словно он главный в доме.

– Привет, Майки.

Услышав незнакомый голос, мальчик перестал плакать и уставился на Уайатта своими большими голубыми глазами. Он тут же начал его покачивать, напевая песню, которая первой пришла на ум. Это была старая песня о судьбе безрассудного горнолыжника. В какой-то момент он обнаружил, что Хлоя смотрит на него с восторгом.

– О боже, папа, ты только посмотри на него.

Похоже, ему нравится, как ты поешь. Ты пел мне эту песню, когда я была маленькой?

В ответ Уайатт лишь пожал плечами. Когда она была маленькой, он проводил с ней мало времени, потому что панически боялся не справиться с ролью отца. Будь все иначе, ему, возможно, удалось бы построить близкие отношения с дочерью. Но прошлое изменить нельзя. Он может лишь помочь Хлое спасти ее будущее.

Ли достала из сумки одну из бутылочек. Смесь была комнатной температуры, так что греть ее не было необходимости. На сегодня Майки еды хватит, а завтра она научится сама готовить смесь.

Вернувшись вниз, она остановилась в дверях при виде Уайатта, качающего на руках Майки и тихо поющего ему. Она не разобрала слов, но его мягкий низкий голос очаровал ее. Майки не плакал. Возможно, у этой семьи все-таки есть шанс.

Когда она вошла на кухню, Уайатт поднял глаза и перестал петь.

– Возьмите его, – сказал он. – Я не гожусь на роль няньки.

Ли забрала у него малыша.

–  Хочешь его покормить, Хлоя?

–  Нет, лучше ты. Я устала.

Ли села у дальнего конца стола и положила голову Майки на свою согнутую руку. Она никогда не кормила ребенка из бутылочки, но, к счастью, Майки понял сам, что нужно делать. Когда он поднесла к его губам соску, он принялся жадно сосать.

– У парня отменный аппетит. – Уайатт хмурился, но в его голосе слышалась гордость. Ему будет не так сложно привыкнуть к малышу. Хлое, которая смотрит куда угодно, только не на сына, понадобится больше времени. Она боится быть матерью.

Майки уже проглотил половину содержимого бутылочки. Не слишком ли много он съел? Ли вытащила у него изо рта соску. Малыш издал недовольный звук, и она снова дала ее ему.

– Он упрямый, – сказала она. – Интересно, в кого.

Ли перевела взгляд с отца на дочь. Хлоя ела пиццу, по-прежнему не обращая внимания на них с Майки. Уайатт хмурился. Похоже, ее попытка пошутить не удалась.

Через несколько минут Майки доел смесь. Теперь, если она все правильно помнит, нужно сделать так, чтобы он срыгнул.

Она приподняла его, прижала к плечу и начала поглаживать по спинке. Вместо того чтобы срыгнуть, он недовольно захныкал. Что она делает не так?

Вдруг он громко рыгнул, и Ли почувствовала, как по ее плечу потекло что-то теплое. Отодвинув его от себя, она обнаружила, что ее водолазка и его костюмчик перепачканы смесью.

– О боже! – воскликнула Хлоя, наморщив нос.

Лицо Уайатта осталось бесстрастным. Похоже, то, что произошло, его нисколько не смутило.

Прежде чем Ли успела объяснить Хлое, что ребенок после кормления должен срыгнуть, от подгузника Майки пошел неприятный запах.

Уайатт поднял бровь:

– Мы оставим вам немного пиццы, Ли.

Она кивнула и понесла своего племянника наверх.

К концу дня Ли вымоталась. Она подмыла Майки, поменяла ему подгузник, одела его в чистый комбинезон и уложила в кроватку. Пока он спал, она постирала его и свою одежду, сделала Хлое холодный компресс и простерилизовала бутылочки и соски, купленные в «Беби Март».

Она едва успела проглотить два куска разогретой пиццы, как Майки проснулся и захотел есть. Она снова покормила его, на этот раз положив себе на плечо специальную салфетку.

Уайатт куда-то уехал, а Хлоя спала, поэтому в доме было тихо. Взяв Майки, Ли села в кресло-качалку. Малыш, который уже к ней привык, спокойно смотрел на нее своими большими глазами. Если бы Хлоя только могла его видеть в эти минуты. Когда она отойдет от шока, она, безусловно, его полюбит.

Жаль, что их с Кевином мать никогда не узнает о существовании Майки. Она не раз говорила Ли, что мечтает о внуках. Она радовалась помолвке Ли и Эдварда и очень расстроилась, когда узнала, что свадьбы не будет. Ли не стала ей рассказывать, что застала Эдварда в постели с другой девушкой и что он обманывал ее с самого начала.

Сможет ли она когда-нибудь снова довериться мужчине? Впрочем, сейчас ей не нужен ответ на этот вопрос. В ближайшее время главным мужчиной в ее жизни будет тот, что лежит у нее на коленях.

За окном сгустились сумерки. Майки закрыл глаза. Его ровное дыхание говорило о том, что он уснул. Тогда Ли осторожно взяла его и отнесла в кроватку. Бросив на малыша нежный взгляд, она взяла трубку радионяни и на цыпочках вышла из комнаты.

В дальнем конце коридора была уютная зона отдыха с мягкой мебелью, газовым камином, книжным стеллажом и современным телевизором. Поваляться на диване и посмотреть какой-нибудь фильм было бы настоящим блаженством, но ей был необходим свежий воздух.

Выйдя через стеклянную дверь на балкон, Ли положила трубку на складной стул и, прислонившись к перилам, вдохнула прохладный вечерний воздух, пахнущий соснами. Внизу горели огни курорта, принадлежащего Уайатту.

Ли навела справки о своем новом боссе и знала, что он очень богат. Стоимость фешенебельного курорта превышала миллиард долларов, но сам Уайатт жил весьма скромно. В его доме на первом месте было удобство, а не показной блеск. Здесь, на высоком обрыве, Уайатт Ричардсон создал собственный мир спокойствия и уединения, отличающийся от оживленного шумного мира внизу. Готов ли он к изменениям в своей привычной жизни?

Наблюдая за тем, как он качает малыша и поет ему, Ли поняла, что за его внешней суровостью прячется доброе сердце. Кроме того, мужчина с ребенком на руках выглядит безумно сексуально.

Впрочем, даже без ребенка Уайатт был самым сексуальным из всех мужчин, которых она когда-либо знала. Когда он вчера массировал ей ступни, она чуть не потеряла над собой контроль.

Подул холодный ветер. Ли поежилась, но назад в дом не пошла. Вскоре совсем стемнело, и на небе появилось множество ярких звезд. Далеко внизу она увидела световое пятно, поднимающееся по дороге.

Ее пульс участился. Это была машина Уайатта.

Уайатт возвращался на своем «бентли» из автомастерской. Он наслаждался тем, как его любимый автомобиль проходит многочисленные повороты. Когда выпадет снег, ему придется на всю зиму поставить его в гараж.

Он ехал не очень быстро. В этих лесах обитают лоси. Ли упоминала, что чуть не врезалась в одного из них.

Его мысли в очередной раз вернулись к Ли. Эта женщина была для него загадкой. Она была так сексуальна, что ему хотелось закинуть ее на плечо и отнести в спальню. Он все еще не мог понять, почему она решила работать няней.

Наведя о ней справки, он выяснил, что информация, указанная в ее резюме, соответствует действительности. Кроме того, Ли умна и исполнительна. Она нежна с Майки, но уход за маленьким ребенком для нее, похоже, в новинку.

Он это понял, когда увидел ее ночью с книгой, посвященной уходу за детьми. Сегодняшний инцидент подтвердил его подозрения. Опытная няня знает, что ребенок может срыгнуть прямо на нее. Черт побери, даже он знает, что в этом случае нужно положить на плечо полотенце. Он видел замешательство на лице Ли. Похоже, она не ожидала, что Майки выплюнет смесь ей на одежду.

Она ему солгала, но он не собирается ее увольнять. Она добросовестная, усердная, и на нее приятно посмотреть. Но он непременно выяснит, какую цель она преследует.

Поначалу он решил сохранять дистанцию между собой и своей новой работницей, но, возможно, сблизится с ней – это единственный способ узнать ее секрет. Возможно, с помощью умелых ласк ему удастся выведать, что у нее на уме. Кроме того, он получит удовольствие от их близости.

Насвистывая себе под нос, Уайатт сделал последний поворот и помчался к гаражу.

* * *

Когда машина подъехала к дому, Ли все еще стояла на балконе. Ворота гаража закрылись, и через некоторое время она услышала шаги Уайатта. У него не было причин подниматься наверх. Его спальня, которую она еще не видела, находится на первом этаже рядом с его кабинетом. После всех событий сегодняшнего дня ему наверняка захочется побыть одному.

Майки по-прежнему крепко спал. Небо было таким красивым, что Ли не хотелось идти в дом. Стоя у перил, она задумчиво смотрела на звезды и Млечный путь, и не услышала, как Уайатт подошел к ней сзади и набросил ей на плечи свою куртку.

– Не могу допустить, чтобы вы замерзли, – тихо сказал он ей на ухо, запахивая на ней куртку.

– Спасибо, – ответила она, чувствуя, как часто бьется ее сердце. – Я давно не видела такого неба. В городе слишком много света.

– Я знаю. Это одна из причин, по которой я построил дом здесь, – сказал он, неожиданно прижав ее к себе. Вопреки здравому смыслу она не стала возражать. – Как дела у Хлои? Я привез еду из китайского ресторана на случай, если вы проголодались.

– Мы можем разогреть ее завтра. Хлоя приняла болеутоляющее и легла спать.

– А малыш?

–  Тоже спит. Я ношу с собой трубку радионяни. Уайатт мягко рассмеялся:

–  У вас, наверное, был безумный денек.

– Это точно. Я быстро приняла душ и переоделась, но не удивлюсь, если от меня все еще пахнет выплюнутой смесью.

Он наклонился и понюхал ее волосы. По коже Ли пробежали электрические разряды, соски затвердели под тканью бюстгальтера. Здравый смысл приказывал ей вернуться в дом под каким-нибудь предлогом, но ноги отказывались двигаться.

– Я чувствую только аромат свежевымытых волос.

Его губы коснулись ее уха. У Ли перехватило дыхание. Внутреннее чутье подсказывало ей, что Уайатт Ричардсон что-то замышляет. Но она слишком долго была одна, чтобы отказаться от того, что он ей предлагает.

К своему глубокому потрясению, Ли осознала, что весь день думала об этом мужчине. Что она хочет его с того момента, когда, вывалившись из «хаммера», очутилась в его объятиях.