Вскоре обе улицы города опустели. Жители покинули свои дома и бежали прочь, спасаясь от неведомой напасти. Рядом с опустевшим городом возникли два новых селения. Мудрец переехал в одно из них, поскольку не хотел жить в одиночестве.
Почему мудрец плакал в тот день? Он резал лук.
А развалины покинутого города до сих пор стоят между двух поселений. Из поколения в поколения передается сказание о том, как жители города едва спаслись от таинственного бедствия, наступление которого предвидел великий мудрец.
Ученик спросил дервиша:
— Учитель, враждебен ли мир для человека? Или он несет человеку благо?
— Я расскажу тебе притчу о том, как относится мир к человеку, — сказал учитель.
«Давным-давно жил великий шах. Он приказал построить прекрасный дворец. Там было много чудесного. Среди прочих диковин во дворце была зала, где все стены, потолок, двери и даже пол были зеркальными. Зеркала были необыкновенно ясные, и посетитель не сразу понимал, что перед ним зеркало, — настолько точно они отражали предметы. Кроме того, стены этой залы были устроены так, чтобы создавать эхо. Спросишь: «Кто ты?» — и услышишь в ответ с разных сторон: «Кто ты? Кто ты? Кто ты?».
Однажды в залу забежала собака и в изумлении застыла посредине — целая свора собак окружила ее со всех сторон, сверху и снизу. Собака на всякий случай оскалила зубы; и все отражения ответили ей тем же самым. Перепугавшись не на шутку, собака отчаянно залаяла. Эхо повторило ее лай.
Собака лаяла все громче. Эхо не отставало. Собака металась туда и сюда, кусая воздух, ее отражения тоже носились вокруг, щелкая зубами. Наутро слуги нашли несчастную собаку бездыханной в окружении миллионов отражений издохших собак.
В зале не было никого, кто мог бы причинить ей хоть какой-то вред. Собака погибла, сражаясь со своими собственными отражениями».
— Теперь ты видишь, — закончил дервиш, — мир не приносит ни добра, ни зла сам по себе. Он безразличен к человеку. Все происходящее вокруг нас есть всего лишь отражение наших собственных мыслей, чувств, желаний, поступков. Мир — это большое зеркало.
Молла Насреддин сидел дома и мечтал:
— Эх, хорошо бы сейчас супу — горячего, наваристого, с бараниной и приправами. — Съел бы целую миску, даже две!
Тут в дверь его дома постучали.
— Войдите, — сказал, оторвавшись от мечтаний, Молла.
Вошел соседский мальчик с миской в руках.
— Молла, — сказал мальчик, — дайте мне немного горячего супа для мамы. Она приболела.
— Ну, надо же! Соседи пронюхали даже о моих мечтах! — подумал Насреддин.
— Молла, как ты смеешь не замечать меня, твоего повелителя! — вскричал шах, когда пребывавший в задумчивости Насреддин не ответил на оклик сразу. — Ты кого-нибудь вообще уважаешь?
— Да, конечно, — ответил Насреддин. — Тех, кто стелет достархан и угощает меня по-царски.
— Так за чем же дело стало! Приходи завтра на обед.
— Хорошо, приду. И уважать тебя начну прямо с завтрашнего дня.
Как-то раз Молла Насреддин поздно ночью возвращался домой. Пробираясь по улочкам города в неверном свете Луны, он вдруг услышал стук копыт и увидел в дальнем конце улицы силуэты всадников.
«А вдруг это разбойники?! — подумал Молла. — Спрячусь-ка я от греха подальше».
Насреддин стал перелезать через забор, но не удержался и с громким воплем рухнул с забора вниз.
Всадники же увидели, что на заборе показался человек, громко заорал и исчез. Они подскакали поближе и увидели лежащего под забором и стонущего Насреддина. Теперь Молла признал во всадниках своих знакомых.
— Молла, что случилось! Как ты тут очутился? — наперебой спрашивали его знакомые.
— Ну, знаете ли, это запутанная история, — сказал, поднимаясь, Насреддин. — Дело в том, что я здесь оказался из-за вас, а вы — из-за меня.
Дервиш сделал вид, будто узнал ответ на вопрос у своего ученика.
— Зачем ты спросил его? Разве ты сам не мог ответить? — упрекнули дервиша люди.
— Пока я знаю ответ лучше, чем мой ученик. Но, спросив его совета, я дал ему почувствовать вкус того, как человек делится своим знанием. Это поощрит его учиться лучше, чем что-либо другое.
Один толкователь снов решил переехать из Багдада в Вавилон. Люди спросили его:
— Зачем ты покидаешь Багдад? Ведь он — Мекка толкователей снов и гадальщиков!
— Жителям Багдада мешают спать колотушки сторожей, кричащих по ночам:
«Спите, жители Багдада! В Багдаде все спокойно!» Поэтому они почти не видят снов. А значит, для нас там нет работы.
Насреддин поехал в город на базар продавать соль. Молла нагрузил на своего ишака два мешка соли, уселся на него и отправился в путь. Чтобы доехать до города, надо было перебраться через реку. Молла направил своего ишака к мосту. Но хитрый осел рванул к броду так поспешно, что Молла еле усидел на нем. Когда они выбрались на другой берег, часть соли растворилась в воде, Насреддин наполовину промок и весь кипел внутри от ярости, и только ишак выглядел весьма довольным собой.
В следующий раз Молла повез в город шерсть. Осел опять поспешил к броду. Но теперь Насреддин был готов к этому и почти не промок, шерсть же намокла и потяжелела. Осел тяжело пыхтел, везя на себе Моллу и два тюка мокрой шерсти.
— То-то! — внутренне ликовал Насреддин. — Уж это заставит тебя задуматься, будешь ли ты всегда оставаться в выигрыше, переходя реку вброд.
Однажды несколько повес решили подшутить над дервишем. Они начали уговаривать его отправиться поскорее во дворец к хану. Там, дескать, каждому пришедшему выдают по две золотых монеты.
— Это истинная правда, мы знаем это доподлинно! — кричали наперебой повесы. — Мы своими глазами все видели.
— Ну, коли так, покажите-ка монеты, полученные от хана, — попросил их дервиш.
Жестокий правитель приказал схватить и доставить к нему Моллу Насреддина.
— Так вот ты каков, мудрец! — злорадно вскричал правитель, когда стража бросила Насреддина ниц перед его троном. — Немедля докажи мне, что ты и в самом деле обладаешь мудростью! А иначе готовься к смерти!
— Я поистине мудр, о, повелитель! Я настолько проницателен, что прямо сейчас вижу золотых птиц в раю и демонов ада!
— Как это ты можешь их видеть?
— Да ведь кроме страха для этого ничего не надо. Вот попробуй сам — и убедишься.
Однажды два соседа поссорились и пришли к Молле Насреддину с просьбой рассудить их. Один из них утверждал, что другой укусил его за ухо, и в качестве доказательства показывал кровоточащее ухо. Другой же во весь голос кричал:
— Я не кусал, не кусал его! Этот сын шайтана сам себя укусил.
— Так, перестаньте кричать, — приказал Молла, — и тихо посидите здесь. Я сейчас приду.
Ведущие тяжбу и зеваки уселись ждать Моллу. Он же удалился в свою комнату и стал пытаться укусить свое ухо. Молла так старался, что упал и ударился лбом о пол, набив себе большую шишку.
Вернувшись с перевязанной головой и кривясь от боли, Насреддин сказал:
— Проверьте, есть ли у укушенного шишка на лбу? Нет? Тогда это ты его укусил!
— Так что плати ему отступного — три таньга.
Приятель Насреддина предложил ему угадать, что он зажал в кулаке.
— Назови мне хотя бы некоторые приметы, — попросил Молла.
— Я назову даже несколько примет. Слушай! Формой и размером оно напоминает яйцо. У него даже вкус и запах яйца. Оно желтое внутри и белое снаружи. Если его нагреть, то жидкость внутри затвердеет. Более того, оно появилось из курицы… Ну, что это такое?
— Знаю, знаю! — радостно закричал Насреддин. — Это такое редкое пирожное!
Как-то Насреддин проходил по базару. Лавочник, торговавший всякой всячиной, схватил его за рукав халата и чуть не силой потащил в свою лавку, расхваливая товар и восхищаясь его дешевизной.
— Купи что-нибудь! Я должен хоть что-нибудь тебе продать, прохожий! Если ты ничего не купишь, я останусь зимой без сапог и помру от болезни!
Насреддин смерил его внимательным взглядом и убедился, что торговец хитрит.
— Нет у тебя сапог, говоришь?
— Истинная правда, почтенный!
— А гвозди у тебя есть?
— Вот они, почтенный!
— А кожа найдется?
— Да, посмотри, вот лучшая в мире кожа!
— А краска есть?
— Вот она — все цвета на выбор!
— Слушай, а почему бы тебе просто не сшить пару сапог?
— Учитель, что такое судьба? — спросил ученик одного мудрого дервиша.
— То, что называют судьбой, на самом деле является предположением. Ведь люди предполагают, что нечто произойдет или не произойдет. Судьба же — это то, что произошло в действительности.
Молла Насреддин сидел в чайхане с приятелями, проголодался и решил сходить домой пообедать. Но он не хотел расставаться с веселой компанией и позвал всех к себе на обед. Друзья двинулись к дому Моллы. Тут Насреддин подумал, что лучше было бы предупредить жену.
— Идите потихоньку к моему дому, а я побегу вперед и распоряжусь насчет обеда, — сказал Молла.
Когда он прибежал и выпалил жене, что сейчас в гости заявится компания его голодных друзей, та в ужасе всплеснула руками и запричитала:
— Молла, ты нас позоришь! В доме шаром покати, а ты зовешь друзей обедать! Что они теперь скажут?
— Жена, не открывай им, — попросил смущенный и испуганный Молла. — Скажи, что меня нет дома.
Вскоре в дверь постучали. «Молла, вот и мы, мы пришли!» — звучали голоса за дверью.
— Уходите, добрые люди, Моллы сейчас нет дома, — сказала жена Насреддина.
— Как это нет? Не может быть! Мы сами видели, как он вошел в эту дверь и не выходил!
Друзья Моллы толпились на пороге и спорили, что все это значит и что же теперь делать. Молла, наблюдавший все это из окна, высунулся и прокричал им:
— Стыдно вам не верить словам честной женщины! Разве я не мог выйти через черный ход?
Молла Насреддин зашел в небольшую лавочку на базаре. Хозяин кинулся к нему с приветствиями и поклонами:
— Проходите, почтеннейший, проходите! Мы вас ждали, это такая честь! Молла удивленно посмотрел на него.
— Хозяин, ты видел, как я зашел в лавку?
— Да, почтеннейший!
— А раньше ты когда-нибудь встречал меня?
— Нет, сегодня наша первая встреча!
— Так откуда же ты знаешь, что я — это я?
Сосед увидел, что Насреддин ходит вокруг своего дома и вскрикивает, громко хлопая в ладоши.
— Эй, сосед! — позвал тот человек, подойдя поближе. — Что ты там делаешь?
— Отгоняю бешеных слонов.
— Ты в своем ли уме, Молла! Ведь никаких бешеных слонов тут нет!
— Да, конечно! Не любят они этого, ох, не любят!
— Молла, — спросил односельчанин у Насреддина, — скажи, а что делают со старой Луной, когда нарождается новая? Куда ее девают?
— Когда нарождается новая Луна, старую разрезают на сорок новых звезд, — ответил Насреддин.
Когда Молла Насреддин был судьей, к нему пришла женщина и привела с собой ребенка.
— Молла, — сказала она, — я очень беспокоюсь о моем сыне. Он ест так много сахара, что я боюсь за его здоровье! Пожалуйста, запрети ему это, прошу тебя. Меня он совсем не слушает.
— А сколько сахара он ест?
— Столько-то кусков в день.
— Хорошо, приходи через две недели.
Через две недели Молла послал сказать женщине, чтобы она подождала еще пару недель. Наконец он позвал ее прийти к нему вместе с сыном.
— Слушай, мальчик, отныне я запрещаю тебе есть больше, чем столько-то кусков сахара в день! — торжественно сказал Молла.
— Молла, почему ты так долго медлил, чтобы отдать такой простой приказ? — полюбопытствовала мать.
— Видишь ли, сначала я приучил себя есть столько же кусков сахара в день, сколько съедал твой сын. Потом мне нужно было время, чтобы самому сократить потребление сахара. И то, и другое было нелегко. Но я не мог приказать ему сделать это, не проверив, возможно ли это вообще!
— Мне говорили, что этого скакуна никто не мог оседлать, — сказал Молла Насреддин своему приятелю. — Тем не менее, я решил попробовать и все-таки сел на него!
— И что же получилось?
— У меня-то ничего не получилось, зато получилось у скакуна — и как здорово получилось!
Однажды, путешествуя в Индии, Молла Насреддин встретил мудреца, погрузившегося в размышления перед воротами древнего храма.
Молла решил, что ему представился удобный случай поучиться мудрости. Поклонившись мудрецу, он спросил:
— Почтенный, чем ты здесь занят?
— Я стараюсь достичь гармонии с Природой, со всеми живыми существами, — последовал ответ.
— Вот здорово! Знаешь, однажды рыба спасла меня от смерти!
— Поразительно! — воскликнул мудрец. — Я провел в постах и размышлениях много лет, но никогда еще не достигал такого уровня общения с Природой! Побудь со мной, мы познакомимся поближе и поделимся друг с другом тем, что обрели в поисках истины.
Молла остался сидеть вместе с мудрецом перед воротами храма. После нескольких дней совместных размышлений мудрец попросил Насреддина:
— Уважаемый чужестранец, поведай, что же произошло между тобой и той благородной рыбой, спасшей тебя?
— Я не уверен, стоит ли рассказывать об этом, — скромно потупился Молла. —
— Теперь я знаю тебя лучше и не думаю, что мой рассказ будет тебе полезен.
— Умоляю тебя, расскажи!
— Ну, хорошо, — сказал Насреддин, — ведь рыба и вправду спасла меня. Я голодал целых три дня, а она поддержала мои силы.
Однажды Молла шел домой с базара и нес в одной руке печенку, а в другой — рецепт пирога с печенью. Бродячая собака подбежала к Насреддину, изловчилась, вырвала из его рук печень и умчалась прочь.