Элене было необходимо что-то сделать.

Она должна позвать на помощь. Скинуть туфли и бежать. Ей нужно убраться от Никколо как можно быстро и как можно дальше. Оказаться далеко от возмездия, которое сияло в глазах этого беспощадного мужчины с лицом прекрасного юноши. Но ее словно парализовало.

Его губы изогнулись в злой усмешке.

– Ты действительно думала меня обхитрить?

Она бросила взгляд в сторону стеклянных дверей. Она видела Алессандро, который стоял в спиной ко входу, к ней, ко всему тому, что сейчас творилось здесь.

Почему она поверила в то, что Алессандро сможет спасти ее от этого человека? Неужели не понимала – решить эту проблему могла только она?

Ник перевел взгляд с нее на Алессандро и обратно. Выражение его лица стало еще более мерзким.

– Элена, ты всегда была бесполезной шлюхой! – Его взгляд наполнился злобой. – Я вытащил тебя из дыры, в которой ты родилась. Сделал из тебя что-то похожее на современную женщину. И как ты отплатила мне за это?

Элена выпрямилась и перевела дыхание. Казалось, с последнего раза, когда она видела Ника, он стал ниже и плотнее. Какой напыщенный и самодовольный… Это наблюдение придало ей сил, и в этот момент она поняла – что-то изменилось. Она стала другой.

– Ничего из этого ты не делал для моей пользы, – сказала она твердо. – Тебе нужна была лишь моя земля. И ты… ты ударил меня!

– Ты должна мне эту землю! – зарычал он. – Я одел тебя, вывел эту рыбью вонь из твоей кожи. А потом ты позволила Корретти украсть у меня все.

– Он ничего не крал. – Она была спокойна. – И никогда не причинял мне физической боли.

– И как долго ты спала с ним? – Никколо хотел знать это. – Я знаю, ты врала мне. Невозможно было, чтобы вы не встречались до того вечера. Как долго ты мне изменяла?

– Никколо, ты ударил меня! – Она была полна ярости. – Угрожал мне, лгал моим родителям. Ты…

Он схватил ее за руку чуть выше локтя. Ей было больно, но ничто в ее лице не переменилось, она не могла доставить ему такого удовольствия. Элена ненавидела этого человека, ее тошнило от его прикосновений.

– Мне хочется знать, как Корретти довольствовался объедками с моего стола. Он знает? Элена, он знает – ты уже была моей? Корретти не из тех, кто любит делиться.

Теперь Элене была безразлична та боль, которую его руки причиняли ей. И этот взгляд, некогда пугавший ее до полусмерти, потерял для нее всякую силу. Она не должна была больше бояться Никколо. Ей не нужно убегать. Алессандро дал ей так много…

Для Ника все было кончено в тот момент, когда она увидела Алессандро. Элена любила этого незнакомца в течение короткого танца, и сила этой любви была больше, чем любовь к ее жениху. Помолвке бы пришел конец. Быть может, она должна быть благодарна судьбе – Никколо так вовремя показал свою истинную сущность!

– И потом, ты действительно думаешь: он женился бы на тебе при других обстоятельствах? Ему нужна твоя земля!

Никколо встряхнул ее, но она молчала, даже не стараясь выбраться из его хватки. Элена не могла защищать Алессандро, ведь она действительно не понимала, что именно движет им. Она не плакала, ничего не отрицала. Элена лишь смотрела в лицо своего бывшего жениха, запоминая день, когда она перестала бояться Никколаса Фалко. Но в первую очередь она перестала винить себя за прошлое.

«Неизбежно, – подсказывал ее внутренний голос. – Все это было неизбежно с самого начала…»

– Я бы никогда не вышла за тебя, – смогла наконец выговорить Элена, когда ее голос окреп. – Рано или поздно ты бы показал свое истинное лицо. И как только это произошло бы, я непременно ушла от тебя. Алессандро лишь ускорил события.

– Посмотри, где ты. – Его пальцы впивались в ее предплечья. – Крошечный городишко, и ты совершенно одна. Неужели ты была уверена, будто Алессандро Корретти пригласит половину Европы на свадьбу с кем-то вроде тебя? – Ник зло рассмеялся: – Элена, проснись! Между мной и Алессандро Корретти единственная разница – у него больше денег для того, чтобы быть безупречным лжецом.

Элена еще не раз подумает над этим. Она внимательно оценит тот ущерб, который Ник сейчас нанес ей. Но это произойдет не здесь и не сейчас.

– Тебе не нужно беспокоиться о земле. – Элена вытеснила из сознания все прочее. Она должна была показать, как мало для нее значили его угрозы. – Она никогда не будет твоей. В тот самый момент, когда ты дал мне пощечину, ты лишился ее.

Его лицо покраснело еще больше. Он с яростью встряхнул ее еще раз.

– Никокло, я не боюсь тебя, видишь? Не прячусь, не бегу. Убери от меня свои руки. Сейчас же!

И он подчинился.

Элена улыбалась, она наконец освободилась от своих демонов, следовавших по ее пятам так долго…

– Фалко, отойди от моей жены!

Она услышала за спиной ледяной голос Алессандро. Он был похож на звук хлыста, разрезавшего воздух. Это подействовало, Никколо отошел от нее еще дальше.

Элена нахмурилась. Она поняла – Алессандро, которого она знала, больше не было. На месте ее любимого теперь стоял холодный, властный, расчетливый человек. От него исходили волны агрессии. Ей захотелось плакать, как будто она потеряла что-то драгоценное.

– Алессандро, пожалуйста, – мягко сказала она. – Он не стоит этого.

Никколо осклабился. Но мужчина рядом с ней стал казаться лишь выше, еще опаснее. Его глаза еще никогда не были такими далекими и холодными.

– Алессандро! – Она снова позвала его.

Он даже не посмотрел в ее сторону.

– Садись в машину, – коротко сказал он – таким тоном, которого она никогда не слышала.

Человек, которого она знала, перестал существовать, уступив место холодному незнакомцу, полному ярости, способному на все. Никколо был прав – она никогда не знала его настоящего. Да и знала ли вообще?..

– Сейчас же! – Команда повторилась.

Элена не понимала, как достучаться до Алессандро, что ей нужно сделать. Она не понимала, что творилось вокруг…

Он не любил ее. Элена стала его женой на время, возможно, на очень короткое. Теперь было бесполезно что-то отрицать, все это была ложь. Он действительно женился на ней из-за земли.

Теперь Элена видела его истинное лицо.

Душа ее разрывалась на части от невыносимой боли, но она подчинилась ему.

Алессандро хотел убить Никколо Фалко. Хотел делать это медленно, очень медленно…

– Мои поздравления, – выдохнул мерзавец, приблизившись на опасное расстояние. Теперь они были почти лицо к лицу друг с другом. – Ты, я вижу, держишь ее на коротком поводке?

Отец Алессандро просто разбил бы Никколо коленные чашечки и смотрел бы, как тот пытается уползти, крича от боли. Когда Алессандро было лишь четырнадцать, он увидел, как такое сделал его собственный брат…

– Мужчины решают проблемы по-взрослому, – сказал ему тогда Карло, явно раздосадованный отсутствием энтузиазма со стороны младшего брата. – Убери это испуганное выражение с лица. Ты – Корретти, так веди себя соответственно!

Сейчас как никогда Алессандро чувствовал себя потомком своих жестоких предков. Теперь он понимал значение слова «месть».

– Будь осторожен, – процедил Алессандро сквозь зубы. – Ты говоришь о моей жене.

Шея Ника покраснела, глаза налились кровью, руки сами собой сжались в кулаки. Алессандро знал – этими руками мерзавец принес боль его Элене. Не впервые ему пришлось бороться с желанием переломать их. Без сомнения, он мог это сделать.

– Я переспал с ней первым! – бросил Никколо ему в лицо. – Я имел ее во всех позах…

– Я не стану предупреждать тебя еще раз.

Это было бы так легко. Просто прикончить этого подонка, как он того и заслуживал. Он был паразитом, отбросом. Алессандро даже бы не пришлось пачкать руки, как это любил делать его отец. Он знал людей, к которым можно было обратиться с просьбой подобного рода. Один телефонный звонок – и проблема решена.

Он был именно тем, кем его считала родная мать. Делал то, в чем его обвиняла Элена, тем, от кого он всегда старался сбежать.

«Но это было бы справедливым правосудием, – шептал голос в его голове, – заслуженным».

Алессандро с трудом перевел дух. Он всегда презирал выбор, который делали его отец и дядя, никогда не мог оправдать той крови, которую они пролили, создавая свою семью и империю. Алессандро же никогда не понимал, как можно так легко переступить в себе эту черту. У него никогда прежде не было подобного искушения. Сейчас же ему казалось – уничтожить Никколо будет более чем правильно, безоговорочно справедливо.

Это был его сознательный выбор. Он не мог и дальше позволить этому мерзавцу пугать Элену.

Но!

Но она плакала в его руках, она доверилась ему, когда он едва ли мог этого заслуживать. Когда не дал ни одного повода поверить в его честность. Она вышла за него замуж. Он все еще не мог понять, как такое могло случиться? Но осознание этого пылало в его груди – надежда на лучшее?

«Будь человеком, который поступает правильно вне зависимости от ситуации», – сказала она как-то ему. Ее глаза были голубыми, как ясное небо его любимого лета. Когда Элена посмотрела на него так, он уже не мог быть прежним Алессандро.

Она вселила в него веру.

– Зачем она тебе вообще? – Никколо явно испытывал судьбу, приближаясь к сопернику все ближе. – Только потому, что она была со мной?

Улыбка Алессандро была холодной и злой.

– Потому что я могу сделать это.

Никколо фыркнул:

– Ты же просто преступник в модных дорогих тряпках!

Все! Довольно! Ему опостылел не только Никколо, но и тот человек, кем сам Алессандро почти стал, – с этой неконтролируемой злобой, переполнявшей его сейчас.

Элена была для него светом, который он хотел впустить в свою душу.

– Фалко, никогда больше не попадайся мне на глаза! Если я увижу тебя хотя бы на горизонте, поверь, тебе не понравятся дальнейшие мои действия. – Он чуть склонился, довольный тем, что был гораздо выше своего соперника. От него не ускользнул страх, мелькнувший в глазах Ника. – Держись подальше от моей жены! Это касается тебя и всей твоей семьи. Поверь, вы не захотите воевать со мной.

Никколо покраснел, он был полон ярости.

– О, не переживай, как только я покончу с этой девкой…

Алессандро пришлось заставить его замолчать. Он сделал выпад кулаком и с удовольствием почувствовал, как от удара хрустнул нос Ника. Мужчина схватился за лицо и свалился на землю.

Но Алессандро никогда не был и не будет похожим на своего отца. Никогда он не будет получать удовольствие от расправы над кем-то.

– В следующий раз, – пообещал он, – я не буду к тебе так добр.

Затем он ушел, оставив Никколо Фалко с окровавленным лицом.

Живого.

– Мне жаль, что он прикоснулся к тебе, – сказал Алессандро, сев в машину.

Элена сидела на пассажирском сиденье, прямая как струна, словно ее ничто не волновало. Лицо было собранным и спокойным, глаз было не разглядеть за темными очками.

– Больше подобное не повторится.

– Он не причинил мне вреда, – ответила Элена. Ее ответ показался Алессандро слишком вежливым. Но когда он пристально посмотрел на нее, она поежилась. – Разве ты не опаздываешь на встречу?

Он вспомнил – ее разорванные в порыве страсти трусики лежали у него в кармане. При желании Алессандро мог снова заставить ее кричать свое имя. Но вместо этого он завел двигатель, машина выбралась на дорогу и устремилась в Палермо.

Алессандро обещал ей – Никколо никогда больше не побеспокоит ее, но тот появился и оскорблял ее. Она имела полное право быть недовольной, могла злиться на него, обвинять.

Он справится с этим. Теперь, когда она вышла за него замуж, Алессандро был готов горы свернуть. Впереди у них долгая жизнь вместе – до конца их дней. Ей больше некуда было скрыться от него.

Некоторое время они ехали в полной тишине. День обещал быть прекрасным – солнце грело все сильнее, в небе ни облачка. Холмы на фоне моря казались изумрудными. Элена стала его женой, а он не превратился в подобие своего отца. Конечно, все пока еще не идеально между ними, но со временем все наладится.

– Зачем ты ударил его? – спросила Элена, когда они въехали в город.

– Мне бы следовало убить его, как я этого и хотел.

Но не сделал.

– Я не говорю, что Ник не заслужил этого, – спокойно продолжала она. Алессандро терпеть не мог этот спокойный, безучастный тон. – Мне бы хотелось узнать, что такого он сказал тебе, раз ты лишился самообладания?

Когда машина остановилась на светофоре, он пристально посмотрел на нее. Алессандро хотел бы рассказать, что действительно лишило его самообладания, но сдержался. У них будет достаточно времени, и он непременно расскажет о том, что стало его злым роком с рождения.

– Он назвал тебя… грязной девкой.

– О-о-о, – выдохнула она. Элена сидела рядом с ним, такая элегантная и утонченная, такая спокойная. Ее ладони покоились на коленях. Она улыбнулась, и что-то царапнуло его душу. – Так это можешь делать только ты?

Алессандро выдохнул.

– Элена, черт побери! – начал было он, но она вновь повернулась к дороге:

– Зеленый.

Он ругался на всех диалектах, пока ехал через центр города, резко притормозив у самых ног парковщика у главного здания «Корретти медиа».

Элена выбралась из машины быстрее, чем Алессандро смог открыть для нее дверцу. После она преспокойно направилась ко входу в здание, не обращая на Алессандро внимания. Он последовал за ней, сжав зубы. Она также не проронила ни слова, пока они вместе шли по облицованному мрамором вестибюлю. Когда пришел лифт, Элена сняла очки и прошествовала мимо него в лифт.

– Возможно, нам стоит обговорить причину твоего плохого настроения, как мы обсудили развод? – Он силился не поддаться плохому настроению.

Но Элена продолжала смотреть наверх, следя за тем, как одна цифра этажа сменяет другую. Однако он не мог не заметить, как покраснели ее щеки.

– И больше здесь ничего нет, – вдруг сказала она. Алессандро передернуло – она говорила каким-то чужим голосом. – Извини. Не знаю, почему я так сказала.

– Он не ударил тебя? – тихо спросил он.

Она посмотрела на него. Ее глаза были затуманены, казались почти черными.

– Нет. – Ее голос дрожал, заставляя его чувствовать себя бессильным. – Я же сказала тебе.

– Элена, тебе нужно знать…

Его мобильный телефон ожил. Она моргнула и отвернулась, а когда снова посмотрела на него, ее лицо вновь обратилось в непробиваемую маску.

– Скажи мне, что не так? Что случилось?

– Ты сам должен знать это лучше меня. – Его телефон продолжал вибрировать. – Ответь. Я уверена, это важный звонок.

Он достал телефон и посмотрел на дисплей. Он не был удивлен.

– Это моя семья, – начал было он, но тут же замолчал. Да и как можно было уложить историю его семьи в связный и тем более краткий рассказ? – Кланы, жалкие мелкие войны…

– Алессандро, я читаю газеты. – Элена была почти нежна к нему в этот момент. – Это о твоей семье я знаю. – Она кивнула в сторону телефона, все так же лежащего в его руке. – Тебе нужно ответить на этот звонок.

– Я всегда отвечаю на их звонки, – процедил Алессандро, – но это никогда не помогает. Им всегда мало, недостаточно. Каждый раз, когда передо мной брезжит надежда на то, что когда-нибудь всему придет конец, они разрушают ее.

Элена смотрела на него, и он не мог уловить, о чем она думала в данный момент. Затем она потянулась и нажала на кнопку этажа, где располагался его рабочий кабинет.

– В таком случае тебе нужно решить еще одну проблему. – Она улыбнулась почти искренно, но он знал – это ложь. – Не так ли ты всегда поступаешь?

– Нет. – Его взгляд впился в ее лицо. – Очевидно, нет.

Ее глаза были пустыми, и эта разверзнувшаяся пропасть поглощала его. Кажется, Алессандро потерял ее. Теперь между ними появилось новое, доселе невиданное напряжение.

«Но все же она еще здесь, – подумал Алессандро. – Она вышла за меня замуж не более часа назад. Она принадлежит мне».

– Что, по-твоему, правильно? – тихо поинтересовалась Элена. – Нужно делать это, даже если тебе неприятно. Твоя семья заслуживает этого.

– А что, если не заслуживает?

После всех тех лет разочарований и горечи. Он увидел сострадание в ее глазах, но, может, это лишь показалось?

Двери лифта раздвинулись, Элена отвернулась и посмотрела на этаж, где располагался деловой центр «Корретти медиа». В помещении стоял напряженный гул, всюду сновали ассистенты с кипами бумаг. Его телефон стал снова навязчиво вибрировать. Издали Алессандро уже мог слышать голос Джованни, наверняка того уже предупредили по интеркому о прибытии босса.

– Возможно, этого не заслуживает твоя семья, но ты явно достоин этого.

– Я? – Алессандро был крайне удивлен. – Едва ли я стою чего-то.

Время тянулось слишком медленно, и всем телом он чувствовал ее присутствие рядом с собой. Алессандро снова позвал ее по имени. Словно любимую песню. Единственная оставшаяся молитва, в которую он верил всей душой.

– Иди, – прошептала она.

Дверцы лифта мягко закрылись, разделяя их, унося от него любимую женщину. Он ринулся выполнять свой долг, но та глубокая тоска, какая светилась в ее глазах, еще долго не давала ему покоя.

* * *

Несколькими часами позже Элена уже летела в Неаполь, где пересела на машину, взятую напрокат. Билеты она приобрела на свои деньги – на те самые, что скопила, работая горничной на яхте Алессандро. Он или его ассистент оставил для нее в его квартире папку с ее именем. Внутри были наличные деньги, дорожные чеки и несколько банковских карт.

Когда самолет взлетел в лазурное небо над Сицилией, она запретила себе оборачиваться.

Элена возвращалась домой.

«Потому что я могу», – сказал Алессандро Николо. Именно поэтому он танцевал с ней тогда! Поэтому женился на ней. Как она и подозревала, для Алессандро это была какая-то игра.

Она всего лишь очень быстро смогла убедиться в своих подозрениях.

Когда Элена села в его машину в этой солнечной деревушке, вновь и вновь проворачивая свое обручальное кольцо на пальце, слова, сказанные Никколо, не выходили из ее головы.

Элена Калдерон заслуживала всех тех слов, что вылил на нее Николо! Что она была выбрана из многочисленных женщин.

Алессандро имел полное право обвинять ее в этом. Он был самым могущественным человеком, которого она когда-либо встречала. Он был убийственно прекрасен и хотел ее так же, как она желала его.

Если честно признаться, часть ее ошибочно полагала – она заслужила такого мужчину. Это кольцо, усыпанное бриллиантами, частные острова и возвышающиеся над городом дома…

Что она себе воображала?..

Когда самолет уже кружил над городом, она вспомнила одну из последних ночей, проведенных вместе с Алессандро на острове. Они были на пляже, она полулежала на его широкой груди. Он играл с ее волосами, пока солнце медленно спускалось к горизонту. В тот момент она была переполнена надеждой, глупо верила в лучшее.

До того момента пока не вспомнила, когда она могла чувствовать себя так же.

…Это случилось вечером, незадолго до того злосчастного бала. Элена только что закончила одеваться. То прекрасное платье Никколо выбрал для нее сам…

Она не могла наглядеться на себя. Ей казалось, она такая модная, такая уточненная… И тот же прилив счастья она чувствовала в душе.

Тогда она подумала – именно такой должна была быть ее жизнь!

А потом появился Алессандро…

Они были на острове, на пляже.

– Что случилось? – Алессандро чуть потянул ее за волосы, чтобы увидеть ее глаза.

Лучи заходящего солнца окрашивали его загорелую кожу в красноватый оттенок. Он снова показался ей похожим на древнего, недосягаемого бога, несущего разрушение.

– Ничего, – солгала она, желая ничего не чувствовать и не помнить.

Все это было лишь странным совпадением…

Когда прошли те сорок дней, она должна была оставить Алессандро. Должна. Но вместо этого она вышла за него замуж, чем обрекла себя на муки…

* * *

И сейчас, сидя в кресле самолета, уносившего ее все дальше, Элена могла ясно видеть: каждое решение, которое она принимала на протяжении этого полугода, было продиктовано чувством страха.

Она боялась того, что Никколо мог сделать с ней. Не хотела разочаровать родителей. Умирала от мысли, что может потерять Алессандро – человека, унижавшего ее во время их первой встречи, но продолжавшего спать с ней. Даже взял в жены – правда, из одного только чувства долга, тайком и в страшной спешке, в глухой деревне. Пытался скрыться от глаз самого Господа?

Да, Никколо отвратительный мерзавец, но у него были причины жениться на ней, он преследовал свои мотивы.

Правда состояла в том, что она всегда будет пахнуть рыбой и морем, как все те люди из родных ей мест. Не важно, кем она желала притворяться, в какие платья и украшения рядилась. Она навсегда останется девушкой из той глухой деревни. Ей просто нет места рядом с Алессандро.

Более того, он был частью ужасной семьи Корретти. Правда, Алессандро мечтал отречься от семейных дел. Когда Элена вспоминала их последний разговор в лифте, у нее болело сердце – так сильно она хотела верить ему. Поверить – та тьма, край которой она увидела сегодня, не была им…

Может быть…

Но она с таким же успехом могла принять на веру и слова Никколо…

Теперь же настало время возвращаться домой. Прекратить играть в игру, правил которой она так не смогла понять. Время пришло. Элена должна была встретиться лицом к лицу с последствиями своих поступков. Умолять родителей о прощении – и уже не за то, что она разорвала помолвку с человеком, который мог разрушить все на своем пути, а за то, что недостаточно верила им. За то, что не осталась, не доказала Никколо, как можно жить по-другому. За неверие в любовь, за разочарование. За то, что она просто сбежала…

Ее побег ничего не решил. Это был лишь эгоистичный поступок испуганного человека. Она причинила боль людям, которых любила, и разбила им сердце.

«Земля больше не принадлежит мне», – подумала она. Глаза закрылись сами собой, словно это могло помешать ей увидеть горькую правду. Элена проиграла. В конце концов, это была лишь земля – камни, деревья, глина. Ничего из этого не стоило тех страданий.

Опустив шторку на иллюминаторе, Элена отвернулась, подавляя желание посмотреть назад. А затем она стала молиться, чтобы успеть вернуться домой вовремя.