Когда я нахожусь рядом с другими

людьми, я всегда буду

считать себя ниже других и буду от всего

сердца дорожить и

восхищаться ими.

Независимо от того, кто находится рядом с нами, мы обычно думаем так: «Я сильнее его», «Я красивее», «Я умнее», «Я богаче», и мы источаем из себя гордыню. Это нехорошо. Надо быть скромнее. Если даже мы помогаем другим и занимаемся благотворительностью, не надо высокомерно считать себя благодетелями и могучими защитниками обездоленных. Это тоже гордыня. Подобной деятельностью следует заниматься очень скромно, с таким внутренним настроем, что ты совершаешь людям подношение, служишь им.

Например, сравнивая себя с животными, мы думаем: «У меня человеческое тело» или «Я монах», и при этом чувствуем себя несоизмеримо выше этих существ. С одной стороны, да, мы можем сказать, что у нас человеческие тела и что мы занимаемся буддийской практикой, а это гораздо лучше, чем занятия насекомых. Но можно взглянуть на это и с другой стороны: насекомые не умеют лгать, а мы только и делаем, что врём и изображаем из себя совсем не то, чем мы являемся, чтобы достичь своих целей и выглядеть хорошо в глазах окружающих. С такой точки зрения мы вынуждены будем признать, что мы гораздо хуже насекомых, которые просто занимаются своими делами, не претендуя ни на что. Это очень хороший метод тренировки скромности. Я должен быть начеку, чтобы, как только в моём уме появится заблуждение, представляющее собою опасность и для меня, и для окружающих, я мог без промедления сразиться с ним и отразить удар.

Если мы рассмотрим свой ум в те моменты, когда мы ведём себя особенно эгоистично и думаем только о себе, забыв обо всех остальных, мы увидим, что беспокойные негативные состояния ума являются корнем подобного поведения. Поскольку эти состояния вносят сильное беспокойство в наш ум, то в тот момент, когда мы замечаем, что начинаем попадать под их влияние, надо немедленно применить противоядие. Лучшее средство от всех беспокойных негативных состояний ума — медитация на пустоте, но есть также и противоядия от конкретных заблуждений, и мы, начинающие, вполне можем их применять. Так, например, чтобы победить привязанность, надо медитировать на непривлекательности; чтобы победить гнев — медитировать на любви; чтобы победить близорукое неведение — на взаимозависимом возникновении; чтобы победить разные беспокойные негативные состояния ума, возникающие одновременно, — на дыхании и циркуляции энергии.

Вопрос. На взаимозависимом возникновении чего?

Его Святейшество. Я имел в виду двенадцать звеньев взаимозависимого возникновения, начиная с неведения и заканчивая старением и смертью. На более тонком уровне можно размышлять о том, как принцип взаимозависимого возникновения делает вещи пустыми, лишёнными реального самобытия.

Вопрос. А зачем медитировать на непривлекательности, борясь с привязанностью?

Его Святейшество. Мы привязываемся к вещам, потому что они кажутся нам очень привлекательными. Если попробовать увидеть их как непривлекательные, то это ослабит привязанность. Например, мы можем испытывать страстное влечение и привязанность к чьему–то телу, и эта фигура кажется нам очень привлекательной. Если вы начнёте анализировать ваше влечение, то вы обнаружите, что оно основано только на восприятии внешности, то есть поверхности тела. Но ведь тело, которое обращено к нам своей привлекательной поверхностью, по природе своей состоит из мяса, крови, костей, кожи и всех прочих компонентов. Теперь давайте рассмотрим человеческую кожу: возьмите в качестве примера свою собственную. Если вы возьмёте отшелушившийся от неё кусочек и положите перед собой на полку, то через несколько дней он будет представлять собой малоприятное явление. Но такова природа кожи. Всё, из чего состоит тело, — точно такое же. В куске плоти нет никакой красоты. Когда вы видите кровь, то вы, вероятнее всего, чувствуете испуг, а не привязанность. Взять даже красивое лицо: если на нём будут царапины, то красоты как не бывало. А смойте с него косметику — вот и всё, ничего не осталось! Физическое тело по природе своей непривлекательно. Кости, скелет тоже не очень приятны. Череп и скрещенные кости — просто устрашающая картинка.

Вот так можно проанализировать то, к чему вас влечёт и к чему вы привязаны. Ведь словом «любовь» мы обычно называем просто страстное влечение и привязанность. Как следует подумайте о непривлекательной стороне данного объекта; проанализируйте природу человека или вещи с этих позиций. Скорее всего, это не поможет вам полностью справиться с влечением и привязанностью, но вы хотя бы сможете немного обуздать их. Именно с этой целью надо медитировать на непривлекательных аспектах вещей и вырабатывать привычку смотреть на вещи с этой стороны.

Другой тип любви — бережная забота — не строится на том, что «такой–то человек очень красив, и поэтому я хочу проявлять по отношению к нему доброту и уважение». Основа чистой любви такова: «Это — живое существо, которое стремится к счастью и не хочет страдать, и оно имеет право на счастье. Поэтому я люблю его и ощущаю по отношению к нему сострадание». Этот тип любви принципиально отличается от того, первого, базирующегося на неведении, а потому нездорового. Основа бережной заботы гораздо глубже и здоровее. Если наша любовь — это просто влечение и привязанность, то малейшее изменение в объекте привязанности или малейшее изменение в отношениях немедленно меняет всю ситуацию. Это происходит из–за того, что подобные чувства строятся на чём–то очень поверхностном. Например, люди только что поженились. Очень часто через несколько недель, месяцев или лет супруги становятся врагами, и дело заканчивается разводом. Когда они женились, они были по уши влюблены друг в друга (вряд ли кто–то женится, испытывая ненависть!), но прошло совсем немного времени, и всё изменилось. Почему? Потому что эти отношения были в основе своей поверхностны, и какое–то незначительное изменение, произошедшее в одном человеке, заставило противоположную сторону радикально изменить своё отношение.

Давайте думать так: «Моя подруга — такой же человек, как и я. Ясно, что я хочу быть счастливым; следовательно, она точно так же хочет быть счастливой. Я, как и любое существо, имею право на счастье; по той же причине и она имеет точно такое же право». Такое вполне здравое рассуждение приводит к зарождению чистой любви и сострадания. И тогда не имеет значения, как меняется наш взгляд на этого человека — сначала был восторг, а теперь этот же человек уже кажется некрасивым, — всё равно ваша подруга остаётся живым существом. И поскольку основа для бережной заботы никуда не исчезает, наши чувства к другому человеку остаются идеально ровными и стабильными.

Противоядие от гнева — медитация на любви, потому что гнев — это очень грубое и жёсткое состояние ума, и его необходимо смягчить любовью.

Когда мы наслаждаемся объектом, к которому нас влечёт, мы, конечно, испытываем удовольствие, но, как сказал Нагарджуна, это как если почесать то место, которое зудит и чешется: это довольно приятно, но было бы лучше, если бы у нас вообще ничего не чесалось. Точно так же, когда мы заполучаем ту вещь, о которой мечтали, нам кажется, что наступило счастье, но было бы лучше, если бы мы вообще были свободны от влечений и привязанностей, которые заставляют нас мечтать о вещах.

Когда бы ни повстречал я существ, которые по натуре своей злы

и преисполнены ненависти и агрессивности, я всегда буду относиться к ним как к самым дорогим и близким, так, словно я нашёл сокровище.

Если мы сталкиваемся с кем–то, кто по натуре своей жесток, груб, злобен и неприятен, то наша обычная реакция — избегать его. В таких ситуациях наше доброе отношение к людям имеет тенденцию к угасанию. Но вместо того, чтобы позволить нашей любви к окружающим угаснуть, и вместо того, чтобы думать про этого человека «какой же он злой», надо постараться увидеть его как объект особой любви и сострадания и позаботиться о нём так, как если бы мы встретили драгоценное сокровище, найти которое очень трудно.

Когда, ведомые завистью, люди обижают и оскорбляют меня, я

должен смириться с поражением и отдать победу им.

Если кто–то нас критикует, обижает и оскорбляет, говоря, что мы ничего не знаем и не умеем, мы обычно начинаем злиться и в ответ оскорблять того, кто оскорбляет нас. Не надо так реагировать! Наоборот, надо со всей скромностью и терпимостью согласиться с тем, что про нас говорят.

Что касается того, что надо «смириться с поражением и отдать победу им», то надо различать две разные ситуации. Если мы одержимы заботой о себе и наша мотивация исключительно эгоистична, то мы должны признать своё поражение и отдать победу противоположной стороне, даже если это будет означать угрозу для нашей жизни. Но если ситуация такова, что речь идёт о жизни и благе других существ, то мы должны сражаться за них и ни в коем случае не сдаваться.

Один из шестидесяти четырёх вторичных обетов бодхисаттвы как раз относится к таким ситуациям: когда вы видите, что кто–то делает нечто очень вредоносное, в этот момент вы обязаны применить силу или сделать что угодно, чтобы немедленно прекратить действия этого человека. Если вы этого не сделаете, то вы нарушите данный вами обет. Может показаться, что этот обет бодхисаттвы и пятая строфа, где говорится, что надо «смириться с поражением и отдать победу им», противоречат друг другу, но это не так. В этом обете бодхисаттвы речь идёт о ситуации, когда ваша главная забота — это благо других существ. Если кто–то делает нечто опасное и угрожающее этим существам, то будет ошибкой, если вы не примете экстренных мер, чтобы пресечь творимое злодеяние.

В наши дни, когда общество построено на конкуренции, часто приходится защищаться или делать нечто подобное. В таких случаях мотивацией должна быть не эгоистическая забота о себе, а добрые чувства и сильное сострадание по отношению к другим. Если мы, руководствуясь такими чувствами, спасём кого–то от совершения действий, ведущих к созданию негативной кармы, то это будет абсолютно правильно.

Вопрос. Иногда бывает необходимо предпринять силовые действия, когда мы видим, что происходит что–то нехорошее, но чьему суждению можно доверять, принимая такое решение. Можем ли мы положиться на наше собственное восприятие мира?

Его Святейшество. Это непросто. Когда вы собираетесь признать своё поражение, то хорошо бы знать, принесёт ли та победа, которую вы отдаёте противоположной стороне, абсолютное благо этим людям или только временное. Кроме того, надо понять, не лишит ли вас то поражение, которое вы сознательно признаёте, возможности помогать другим в будущем. Случается, что, делая в данный момент нечто такое, что, казалось бы, наносит кому- то вред, вы таким образом, наоборот, совершаете благое дело, которое в долгосрочной перспективе даст вам возможность делать то, что будет приносить всем огромное благо. Было бы очень хорошо принять во внимание и такую возможность.

Как сказал Шантидева в своём трактате «Бодхичарья–аватара», когда вы совершаете что–то недозволенное, надо понять — причём как на поверхностном, так и на глубоком уровне, — перевесит ли то благо, ради которого вы это совершаете, тот вред, который оно неминуемо принесёт. Если это трудно оценить, то надо проверить свою мотивацию. В «Шикша—Самуччае» (Краткое изложение буддийской доктрины) он говорит, что если такое действие совершается с мотивацией бодхичитты, то благо от этого действия перевесит тот вред, который можно нанести, совершив то же самое без этой мотивации. Хоть это и очень важно, но иногда бывает крайне трудно провести водораздел между тем, что можно делать, а чего нельзя, поэтому изучайте тексты, в которых объясняются такие вещи. В текстах более низкого уровня будет сказано, что каких–то вещей делать категорически нельзя, но в текстах более высокого уровня вы прочитаете, что эти же самые вещи делать можно. Чем больше вы узнаете об этом, тем легче будет решить, что делать в любой конкретной ситуации.

Когда тот, кому я сделал столько добра, на кого я возлагал столько надежд, в ответ на это причинит мне ужасное зло, я буду относиться к этому человеку как к своему святому учителю.

Обычно мы ждём благодарности от тех, кому мы помогли, а если они ведут себя неблагодарно, мы приходим в ярость. В таких ситуациях не надо огорчаться, а лучше вместо этого упражняться в терпении. Более того, в таких людях надо видеть учителей, проверяющих, насколько мы терпеливы, и, следовательно, надо относиться к ним с уважением. В этой строфе в таком сжатом виде изложены все наставления о терпении из «Бодхичарья- аватары».

Прямо и косвенно, я подношу всё хорошее и благое, что имею, в дар всем моим матерям.

Никому не говоря об этом, я возьму на себя все их грехи и вытекающие из них страдания.

Здесь речь идёт о практике принятия на себя всех страданий других существ и дарования им своего счастья; в основе этой практики лежит мотивация сильного сострадания и любви. Мы сами хотим быть счастливы и не хотим страдать, и видим, что все остальные существа чувствуют то же самое. Кроме того, мы видим, что другие существа страдают, но не знают, как от этого избавиться. Поэтому мы должны зародить в себе намерение принять на себя все их страдания и всю их негативную карму и молиться, чтобы всё это немедленно обрушилось на нас. Очевидно и то, что другие существа пытаются обрести счастье, но не знают, как его найти. Поэтому, без малейшего следа жадности, мы должны отдать им всё наше счастье и всё, что у нас есть — тело, имущество, благие заслуги, — и молиться, чтобы они немедленно получили всё это.

Конечно же, вряд ли мы действительно окажемся в состоянии взять на себя все чужие страдания и отдать взамен всё наше счастье. Когда такой обмен между существами всё же происходит, то это результат очень прочных и нерушимых кармических связей, созданных в прошлом. Как бы там ни было, эта медитация — очень действенный способ развития мужества, и поэтому такая практика очень благотворна.