Вечером следующего дня Бри не торопилась готовиться к новогоднему балу. Она печально смотрела на залив. Неспокойное темное море было совсем не похоже на теплые бирюзовые воды Гавайев.

Бри закрыла глаза. Еще вчера тиран-трудоголик не был ни тираном, ни трудоголиком. Он согласился провести с ней целый день. Сохранил рабочие места для сотрудников поглощенной компании. Дал щедрые чаевые портнихе. Нашел управу на бандитов, которые угрожали Бри и ее сестре.

«Я никогда не забывал тебя, Брианна. Я не прекращал желать тебя».

Она была почти счастлива, пока… Наверное, она должна поблагодарить Грега Хадсона. Его слова мигом перенесли ее из мира фантазий в реальность.

Поморщившись, Бри открыла глаза. Она была одна в спальне. Пора одеваться. Роскошное платье, достойное принцессы, лежало на кровати и ждало своего часа. Рядом лежало новое кружевное белье и пояс с чулками.

Владимир почти опустошил дорогие магазины. Он хотел сделать ее счастливой. Но она не продается. Только две вещи способны принести ей счастье, и именно их Владимир не собирался дарить Бри. Это свобода и любовь.

Она не может позволить себе снова влюбиться в него. Однажды Бри его любила, и это чувство чуть не убило ее. Она потеряла все.

Это не повторится. К тому же в глазах людей Бри является всего лишь его шлюхой.

Разве встреча с бывшим боссом не доказывает это?

— Так-так, какой сюрприз, — протянул Грег Хадсон, останавливая ее в ресторане. — Неужели горничная, играющая в покер?

— Мистер Х… Хадсон, — заикаясь, произнесла удивленная Бри. — Что вы делаете в Санкт-Петербурге?

— Зови меня Грег. — Он подошел ближе. — Я приехал, чтобы получить долг. Отличный повод для посещения лучшего ресторана города.

— Вы ушли из «Хейл Канани»?

Его лицо потемнело.

— Меня уволили. Владелец отеля узнал, что я получил взятку. Ты никогда не задумывалась, почему я нанял тебя и твою сестру?

— Кто-то заплатил вам, чтобы вы нас взяли на работу? Кто?

Склонившись над ней, он просипел:

— Он не предполагал, что у меня все получится. Через несколько дней я получу большие деньги и смогу оплатить твои услуги. Запиши меня в очередь. Только назови цену. — Хадсон погладил ее плечо, она ощутила сильный запах виски. — Позвони, когда Ксендзов наиграется с тобой.

Лицо Бри вспыхнуло от безумного унижения, которое она испытала. В ее душе зародились подозрения.

Кто заплатил Грегу Хадсону?

Всю ночь Бри, глядя на потолок спальни, прокручивала в голове разные сценарии. Это мог быть один из старых врагов ее отца. Или же… сам Владимир…

Едва ли. Он был шокирован, увидев ее. Он понятия не имел, что она на Гавайях.

Тогда кто?

Владимир был невероятно нежен прошлой ночью, и, хотя он заставил ее содрогаться от удовольствия, душа Бри была далеко, а мысли были заняты вопросами без ответов. За завтраком он объявил:

— Мне очень жаль, что тебя вчера оскорбили. Это больше не повторится.

— Спасибо, — пробормотала Бри.

Оба понимали, что это ложь. Даже если никто не заденет ее публично, она все равно будет видеть порицание в глазах людей.

Бри была собственностью Владимира. Ни больше ни меньше.

Бри надела чулки. В горле стоял ком. Если бы она могла поговорить с кем-нибудь. С Джози…

— Ты готова? — послышался голос Владимира.

С глубоким вздохом Бри повернулась к нему. Он был прекрасен в отлично сшитом смокинге. Она пыталась этого не заметить:

— Ты нашел Джози?

— Джози? — задумчиво повторил он и подошел к ней. Его взгляд прошелся по ее телу в черных кружевах. — Давай забудем про бал и останемся дома праздновать Новый год.

Бри затрепетала от желания и, чтобы сдержаться, обхватила себя руками:

— Моя сестра. Ты нашел ее?

— Еще нет. Детективы выяснили, что она вернулась на Гавайи.

Что-то было не так. Бри чувствовала это.

— Почему?

Владимир пожал плечами:

— Возможно, она забыла что-то в вашей старой квартирке.

— И потратила последние деньги на то, чтобы забрать старый свитер?

Владимир, помолчав, нехотя сказал:

— Она пыталась привлечь внимание полиции к твоему делу. Над ней посмеялись и в Сиэтле, и в Гонолулу. — Он покосился на Бри. — Они решили, что наша сделка походит на любовную игру между двумя взрослыми людьми по взаимному согласию.

— Конечно. — У нее появилось неприятное ощущение внизу живота. — Где она сейчас?

Владимир покачал головой:

— След остыл.

— Джози исчезла?

— Мы найдем ее. Не беспокойся.

— Я не беспокоюсь, — соврала Бри.

— Отлично. — Он достал из кармана черную бархатную коробочку. — Это для тебя.

Бри поморщилась, увидев футляр для украшений. Зная, что она ненавидит драгоценности, он все равно купил бриллиантовое ожерелье. Цепь для своей рабыни.

— Ты вернулся и купил его, — равнодушно произнесла она.

— Это подойдет к твоему платью.

Лед заполнил ее сердце. Несмотря ни на что, Владимира совсем не волнуют ее чувства. Он решил разодеть ее, чтобы продемонстрировать свой статус.

— Ты слишком добр.

Чувственная улыбка коснулась его губ.

— Открой, — предложил он.

— Открой сам.

— Разве ты не хочешь увидеть, что внутри?

— Не хочу. — Закрыв глаза, Бри приподняла волосы. — Просто надень.

Она услышала, как открылся футляр. Почувствовала тепло его тела, когда он встал позади нее. Украшение оказалось на удивление тяжелым. Нахмурившись, Бри открыла глаза.

На простой золотой цепочке висел камень оливково-зеленого цвета размером с яйцо малиновки.

— Что это? — спросила Бри.

— Перидот. Камень был отколот от метеорита, упавшего в Сибири в 1749 году. Когда-то он принадлежал моей прабабушке.

Бри от удивления открыла рот:

— Твоей…

— Кулон был свадебным подарком прадедушки.

Бри гладила шероховатую поверхность камня. Острые края перидота были стесаны временем.

— Мы продали этот кулон, чтобы оплатить обучение в институте. Много лет спустя я выкупил его за баснословные деньги. — Владимир накрыл камень ладонью и посмотрел на Бри. — Теперь он твой.

— Я… я не могу его принять.

— Слишком поздно. — Его прекрасное лицо не выражало никаких эмоций.

— Кулон очень дорогой. — Она погладила золотую цепочку. Их руки соприкоснулись, и Бри вздрогнула. — Я имею в виду не ценность камня. Реликвия принадлежит твоей семье…

— Он твой. Заканчивай сборы. Я жду тебя внизу.

Она была близка к истерике:

— Подожди!

Владимир остановился, сжав кулаки.

— Он должен принадлежать кому-то, кто тебе важен, — прошептала Бри. — Кому-то… особенному.

Он ответил, не оборачиваясь:

— Ты для меня важна, Брианна. И так было всегда.

Она не могла позволить ему уйти. Не сейчас. Ведь он пытался сказать, что она для него не просто содержанка. Бри поспешила к нему, обняла и прижалась щекой к его плечу:

— Спасибо.

Владимир медленно повернулся:

— Ты гораздо больше, чем моя собственность. — Его мужественное лицо было серьезным. — Ты… — Что? — У нее в горле появился ком.

— Моя любовница.

Не в силах произнести ни слова, Бри кивнула. Вытерев большим пальцем ее слезы, Владимир добавил:

— Ну же. Одевайся. Не будем опаздывать. — Он улыбнулся. — Я не хочу упустить возможность поцеловать тебя в полночь.

При виде этой открытой мальчишеской улыбки ее сердце сжалось.

— Мы оба этого не хотим.

Владимир взял вечернее шелковое платье и помог ей одеться. Когда он застегивал его, Бри почувствовала, как его пальцы гладят ее спину. Она не удержалась и посмотрела на Владимира. Его глаза были темными, словно полночное море. От новогодней ночи она получит гораздо больше, чем просто поцелуй.

Бри не его девушка и не его жена. Но, возможно…

Она погладила кулон, принадлежавший когда-то русской княгине. Неужели Владимир все-таки испытывает к ней что-то?

Но могут ли эти чувства перерасти в нечто большее? В любовь?

Как только Владимир застегнул платье, он развернул Бри лицом к себе:

— Ты готова?

Глядя в его прекрасные голубые глаза, Бри старалась ничего не чувствовать. Однако предательское сердце бешено билось.

Он нахмурился:

— Брианна?

— Я только… нанесу помаду. — Подойдя к зеркалу, она накрасила губы ярко-красным цветом. Приподняв край платья, надела туфли с четырехдюймовыми каблуками, украшенные блестящими кристаллами. — Теперь я готова.

Владимир накинул элегантное пальто. Затем он достал из шкафа чехол для одежды и расстегнул его. Бри с неприязнью взглянула на белый мех.

— Не беспокойся. Он искусственный, — успокоил ее Владимир.

Она погладила шубу:

— А выглядит как натуральный.

— Мех очень дорогой. В два раза дороже настоящего. — Вытащив шубу, он набросил ее на плечи Бри. — Я не хочу, чтобы ты замерзла. — И мягко добавил по-русски: — Мой ангел.

— Что это значит?

— Мой ангел, — перевел Владимир.

Она прикусила губу:

— Я ничей ангел.

Он улыбнулся и притянул ее к себе:

— Неправда.

Сердце Бри сжалось так сильно, что она не могла дышать. Все еще улыбаясь, Владимир взял ее за руку и вывел в холодную морозную ночь.

Лимузин отвез их на окраину Санкт-Петербурга, во дворец, который принадлежал когда-то царской семье. Глаза Бри округлились, когда она впервые увидела его.

В холодном лунном свете летний дворец русских императоров был невероятно красив. Украшенный лепными фасадами, он походил на свадебный торт, припорошенный снегом.

Когда лимузин остановился, лакей, одетый в стиле восемнадцатого века, открыл дверцу и помог Бри выйти из машины. Она прикоснулась к перидоту, висящему на шее. В такой обстановке Бри могла представить себя принцессой из волшебной страны вечной зимы.

Невестой русского князя…

Владимир взял ее за руку, улыбаясь с такой теплотой, что ей не нужна была шуба. Каково это — быть его женой? Женщиной, которую он любит, матерью его детей.

— Тебе все еще холодно? — спросил он, когда они проходили мимо раскланивающегося швейцара.

Она помотала головой.

— Но ты дрожишь.

— Я счастлива, — прошептала Бри.

Остановившись, он заключил молодую женщину в объятия и поцеловал ее волосы.

— Наконец-то, — тихо сказал Владимир, улыбнувшись, — я получил, что хотел.

Эта улыбка… Он выглядел точно так же, как много лет назад. Она все еще любит Владимира. Отрицать это бесполезно.

Владимир привел Бри в бальный зал, но она не заметила роскошные стены с позолоченным рельефом и хрустальную люстру. Бри почти ничего не говорила, пока он представлял ее своим знакомым. Когда они оказались в месте, отведенном для танцев, она не замечала никого. Бри видела только Владимира. Чувствовала только его руки, обнимающие ее, и учащенное биение собственного сердца.

Они танцевали, пили шампанское, пробовали изысканные блюда, потом опять танцевали.

Внезапно музыка смолкла. Бри увидела, что уже почти полночь.

Владимир посмотрел на нее. Утекали последние секунды старого года, а Бри казалось, что время не идет вперед, а, наоборот, стремится в прошлое. Их глаза встретились, и как будто не было этих десяти лет.

Ей — восемнадцать, Владимиру — двадцать пять.

Они были в объятиях друг друга. И мир казался новым. Абсолютно чистым.

Он дотронулся до ее щеки:

— Брианна…

Крики ликования заполнили бальный зал. Гости отсчитывали последние секунды старого года на разных языках.

— Пять…

— Четыре…

— Три…

Склонившись над ней, Владимир хрипло произнес:

— Давай правильно начнем новый год…

— Два…

— Один…

Он припал к губам Бри в страстном, безжалостном, но в то же время сладком поцелуе. Огонь вспыхнул не только в ее теле, но и в душе.

Когда Владимир наконец выпустил ее из объятий, Бри посмотрела на него с тяжелым сердцем. Она пошатнулась, чуть не упав.

— С Новым годом, — прошептал он по-русски, гладя ее по щеке. — С Новым годом, мой ангел.

— Я люблю тебя, — сказала Бри.

Он уставился на нее.

Люди вокруг них танцевали, смеялись, пили шампанское, целовали друг друга. Но Владимир не шевелился.

Глаза Бри наполнились слезами.

— Даже ненавидя, я все еще любила тебя, — призналась она. — Ты всегда был для меня единственным мужчиной. Всегда.

Он ничего не ответил. Его лицо побледнело, голубые глаза были холодными, как ледники.

Страх закрался ей в душу.

— И я хочу знать… — Она прикусила губу. — Сможешь ли ты когда-нибудь полюбить меня?

— Я на минуту, — бросил он и оставил Бри одну в центре бального зала.

Бри смотрела ему вслед. Она покраснела, заметив, что роскошно одетые гости смотрят на нее с нескрываемым интересом. Застеснявшись, молодая женщина покинула бальный зал.

Никогда еще она не ощущала себя такой одинокой. И такой глупой.

Бри погладила кулон.

«Он испытывает ко мне какие-то чувства, — твердила она про себя. — Он заботится обо мне».

Однако после признания Бри Владимир бросил ее, не сказав ни слова.

Возможно, его срочно вызвали по делам. В новогоднюю полночь? Бри прижала руки к вискам. Зачем она сказала, что любит его? Она была идиоткой.

Если он вернется, она заявит, что это была шутка. Она скажет, что притворялась, что у нее развился стокгольмский синдром или что-то в этом роде. Она сможет быть убедительной. Когда-то Бри Далтон умела отлично врать.

Схватив с подноса фужер с шампанским, Бри постаралась сделать вид, что счастлива оказаться в толпе незнакомцев. Время шло, и она решила, что Владимир не вернется. Возможно, он сел в лимузин и отправился в аэропорт.

Почему бы и нет? Он и прежде оставлял ее. Тоже не сказав ни слова.

Она зажмурилась: «Пожалуйста, не покидай меня».

По ее спине побежали мурашки, когда она почувствовала, что кто-то подошел к ней. Наконец-то! Почувствовав облегчение, Бри повернулась.

Но это был не Владимир. Перед ней стоял другой мужчина, немного моложе, но с такими же пронзительными голубыми глазами. Только взгляд его был безжалостным.

— Казимир? — прошептала Бри. — Казимир Ксендзов?

— Развлекаешься? — холодно поинтересовался он.

Бри не успела ответить. Он схватил ее за руку и увел в скрытый от посторонних глаз уголок. Бри видела Казимира всего один раз, на Аляске, в рождественскую ночь, когда он пытался объяснить брату, что она — мошенница. Тогда он был почти мальчишкой. А теперь…

Бри задрожала и высвободила руку:

— Чего ты хочешь? Если ты пришел к брату…

— Я здесь не ради брата, — бросил Казимир. — Я хотел поговорить с тобой.

— Со мной? — выдохнула она.

— Это касается… твоей сестры.

— Джози? Что с ней случилось?

Он подошел к ней вплотную:

— Я женился на ней.

— Что?!

Его улыбка была безжалостной.

— Твоя маленькая сестренка стала моей женушкой.

— Я тебе не верю!

Вместо ответа, он достал из кармана телефон и протянул ей. Телефон, без сомнения, принадлежал Джози. Бри увидела разноцветные стразы, которые ее сестра приклеила к задней панели.

— Я уже делал ей предложение, — начал Казимир. — Она отвергла его. Потом ты исчезла. И Джози пришла ко мне. Она сказала, что даст согласие, если я освобожу тебя из лап моего жестокого брата.

— Но зачем тебе это надо? — Внезапно Бри все поняла, и ее сердце ухнуло вниз. — Доверенность… Тебе нужна ее земля.

— Эта земля принадлежала моей семье сотни лет, — заявил он. — Ее нельзя было продавать. Мы боролись и умирали за нее… — Опомнившись, Казимир разжал кулаки. — Так что земля через три дня будет моей. Потом я либо быстро разведусь с Джози, оставив ей приличные алименты, либо… — Что?

— Или же я вскружу Джози голову, а потом разобью ее бедное маленькое сердечко. Впрочем, она может остаться моей женой навечно, и ты ее больше никогда не увидишь. Выбор за тобой.

Бри поморщилась, в то время как ее сердце бешено билось от страха:

— Как ты докажешь, что это не ложь? Может, ты затеял очередную интригу, чтобы сделать пакость брату?

Отобрав у нее телефон, Казимир набрал номер. Бри услышала голос младшей сестры:

— Алло?

— Джози, где ты?

— Мне очень жаль, Бри. Та игра в покер… Все случилось по моей вине. Я пыталась спасти тебя. Поэтому я вышла за него замуж…

— Где ты? — прокричала Бри.

Казимир вырвал у нее телефон. Бри набросилась на него, размахивая кулаками. Он оттолкнул ее.

— Скажи, где она, — взмолилась она, — или… или я убью тебя.

— Ты не испугаешь меня, — протянул он. — Тогда я все расскажу Владимиру!

— Давай, — равнодушно бросил Казимир.

Бри пришла в замешательство:

— Он уничтожит тебя.

— Он уже давно пытается сделать это, — усмехнулся он. — Но я только стал сильнее. И ты ошибаешься, Далтон, если думаешь, что страсть заставит Владимира пойти на жертвы ради тебя или твоей семьи. Он заботится о тебе только потому, что ты доставляешь ему удовольствие в постели.

— Владимиру я небезразлична, — прошептала Бри.

— Потому что он подарил тебе кулон прабабушки? Когда-то Владимир его продал. Он так же продаст тебя, если сочтет это выгодным.

— Ты ошибаешься.

— Ты можешь это проверить. — Казимир небрежно пожал плечами. — Пойди к нему. Объясни, что Джози вышла за меня замуж и передала мне землю. Он ответит, что она оказалась в трудном положении по своей вине. Владимир не прощает ошибок. Он и пальцем не пошевелит, чтобы спасти ее.

Бри дрожала.

Владимир вычеркнул брата, отобрал у него миллионы долларов всего лишь из-за пары слов, сказанных спьяну репортеру. Он заставил Бри жить с ним, хотя она умоляла дать ей свободу. Согласится ли он спасти Джози?

— Чего ты хочешь? — прошептала она.

Глаза Казимира заблестели.

— Ты поможешь мне вернуть мою собственность. — Достав из кармана конверт, он протянул его Бри. — Заставь Владимира подписать это.

— Что в конверте?

— Документы по передаче мне прав на его компанию.

Бри взглянула на бумаги: «Этим документом я заверяю, что все права на «Ксендзов майнинг» передаются безвозмездно и бессрочно моему брату…» — Он никогда это не подпишет.

— Ты умная девочка и талантливая лгунья. — Казимир склонил голову набок. — Ради своей сестры ты придумаешь, как заставить его подписать эти документы. Если даже тебе будет немного больно. — Он начал медленно кружить вокруг нее. — Твоя ложь десять лет назад принесла мне гораздо больше боли. Я рад, что наконец-то увижу, как ты и мой брат страдаете… вместе.

— Это был ты, — догадалась она. — Ты подкупил Грега Хадсона, и он нанял нас.

Казимир улыбнулся:

— Мой брат застрял там, воя от скуки, и каждую неделю играл в покер. Я знал, что ты его слабость. И надеялся, что встреча с тобой причинит ему боль. — Казимир фыркнул. — Но ты дала мне шанс сделать так, чтобы справедливость восторжествовала.

— Даже если я обманным путем заполучу его подпись, — уговаривала его Бри, — тебе не выиграть в суде.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться, верно? — заметил он. — Я жду подписанные документы через три дня.

— А если у меня не получится?

— Ты больше никогда не увидишь Джози. Я увезу ее в Марокко. Навсегда.

Бри покачала головой, усмехнувшись:

— Ты шутишь.

— Я не совсем в своем уме. Можешь спросить у моего брата. Он в курсе. — Казимир посмотрел на нее. — Твоя сестра места себе не находила от беспокойства. Она пришла ко мне, умоляя о помощи. Она была готова на все, лишь бы спасти тебя, даже продать свою душу. — Его губы скривились. — Сегодня я наблюдал за тобой два часа. Ты пила шампанское, танцевала в его объятиях, хихикала, словно шлюха. Жертва Джози оказалась напрасной.

— Тебе она нравится, не так ли? — медленно проговорила Бри. — Я вижу это по твоим глазам. Ты не причинишь ей боль.

Казимир процедил сквозь зубы:

— Все, чего я желаю, — это месть. — Развернувшись, он напомнил: — У тебя есть три дня.