Пьеса в двух актах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Дети:

Женя Ушаков

Толик.

Юлька Гаранин (Малыш)

Галь

жители старой крепости

Соти

Тун

Шип

Уголек

Винтик

Лук

товарищи Жени по игре в рыцарей

Первый мальчик

Второй мальчик

Мальчик-школьник в столице острова Двид

Дети-школьники в массовых сценах на острове

Взрослые:

Дуг

Ктор Эхо

Тахомир Тихо

Отшельник

Главный прокурор острова Двид

Крикунчик Чарли

Слуга Ящера (в сцене захвата в плен Тахомира Тихо)

Палач

Квартальный воспитатель

Родители Юльки Гаранина

Слуги Ящера, квартальные воспитатели и жители острова в массовых сценах

ПЕРВЫЙ АКТ

Переулок на окраине. Угол двухэтажного дома, заборы, лавочка у кирпичной стены. Через дорогу — остановка автобуса. Утро. Из калитки вышел Женя, глянул в небо — тревожно и внимательно. Поднял к губам ключ, который висит у него на шее, на шнурке. Свистнул. Подождал. Через несколько секунд пронеслась над улицей тень, словно громадные крылья на миг закрыли солнце. Женя проводил тень глазами, сел на лавочку, задумался.

Из щели в заборе выбрался Толик. Увидел Женю.

Толик. Женя… (Женя вздрагивает, поднимает голову.) Я думал, ты дома, а ты уже здесь! Отпустили наконец? (Женя рассеянно улыбается в ответ, кивает.) Значит, совсем поправился?

Толик. Не знаю… По-моему, совсем. Мама еще не хотела выпускать на улицу, но я упросил… Знаешь, как надоело болеть…

Толик. Я понимаю. Я осенью, когда ты в больнице был, тоже месяц провалялся в кровати…

Женя. А я и не знал…Ты, наверно, простыл, когда меня из болота волок?

Толик. Да нет. Скарлатина была, а потом осложнение…

Женя. И как ты тогда отыскал меня в той глухомани…

Толик. Да никакая там не глухомань. Просто никто не догадался тебя там искать. А я решил все-все окрестности обшарить… Жень, а чего тебя понесло к Черному озеру?

Женя (тихо). Я же говорю: ничего не помню… Толик…

Толик. Что?

Женя. Я думаю: если бы не ты…

Толик. Да ладно… Главное, что мне повезло. (Замечает ключ и спрашивает, чтобы изменить разговор.) А это что у тебя?

Женя. Ключ от дома. Не помнишь разве?

Толик. Тот самый? Старый?

Женя. Ну да! Бабушка стирала штаны и рубашку… Те, в которых я там, на болоте… Мама их в кладовку закинула, а бабушка нашла недавно и говорит: чего пропадать добру? А ключик и выпал из кармана, когда она грязь со штанов счищала. На них знаешь сколько грязи и болотной тины было…

Толик. (помолчав). Не было, Женя…

Женя. Что?

Толик. Не было на одежде грязи и тины… Вернее, сперва не было. Они появились, когда я тебя к дороге тащил, а на болоте…

Женя. Что — на болоте?

Толик. Ты лежал среди кочек на сухом пятачке. Штаны и сандалии были пыльные, рваные, но болотной жижи на них не было.

Женя. Это точно?!

Толик. Да… Ты будто прямо с неба на то место упал.

Женя. С неба?

Толик. Я про это никому не говорил… Ждал, когда смогу тебя самого спросить… Где ты был, Женька? (Женя быстро вскидывает глаза, потом опускает голову.) Если не хочешь, не говори. Только я не верю, что ты заблудился на болоте…

Женя. Ты думаешь, я тебе не доверяю? Я просто боялся…

Толик. Меня?!

Женя (с невеселой усмешкой). Скорее, себя… Боялся, что ты подумаешь, будто у меня это бред. От голода и усталости…

Толик. Рассказывай!

Женя. Сейчас расскажу… Потому что, видишь, у ключика колечко согнуто! Не на болоте же я его погнул! Это на скалах, когда открывали сундук с иглой Кащея. Этим ключом и твоим кинжалом…

Толик. Давай по порядку. Ты не бойся, я тебе поверю…

Женя. Я знаю… Помнишь тот вечер, когда ты подарил кинжал?

ЗАТЕМНЕНИЕ

Та же улица, только другое освещение, вечернее. Посреди улицы разгоряченные недавней игрой в рыцарей спорят Женя и его два приятеля. У ребят деревянные мечи и фанерные щиты. У Жени на майке и на щите изображение бегущего оленя.

Первый мальчик. Ты с ума сошел? Зачем ты его выпустил?

Женя. За ним же овраг был! Он сорваться мог!

Первый мальчик. Ну и что? Сдавался бы!

Женя. Он не сдастся. Это же сразу ясно.

Первый мальчик. Ну и пускай бы летел тогда в овраг!

Женя. Ага, «летел бы»! Там крапива выше головы!

Второй мальчик. Ну так чего ж… Это же война, на ней еще не так бывает.

Женя. Война должна быть честная. А тут навалились трое на одного…

Первый мальчик. А теперь он усвистал непонятно куда…

Второй мальчик. Может, он к себе во двор сбежал и там засаду сделал?

Первый мальчик. А где он живет-то?

Второй мальчик. Да он с улицы Котовского. На ней пацанов почти нету, вот он и повадился с нами играть…

Женя. А как его зовут?

Второй мальчик. Толька… Ты его разве не знаешь?

Женя. Так, мимоходом…

Первый мальчик. А заступаешься, как за лучшего друга!

Женя. А если не друг, если просто человек, значит, можно лицом в крапиву? И главное — за что? За то, что он смело дрался?

Первый мальчик. Он-то смело… Как насел на тебя, ты сразу в сторону.

Женя. Что-о?! Думаешь, я испугался? Давай, я на его место встану на обрыве, а вы на меня вдвоем!

Первый мальчик. Да я и один могу!

Женя. Ну и давай!

Второй мальчик. Тихо вы…

По улице медленно идут мужчина и женщина. В их походке, в фигурах чувствуется большая печаль. Они останавливаются поодаль и с полминуты смотрят на смущенных ребят, потом тихо уходят.

Второй мальчик. Вот так остановятся и смотрят… И больше уж играть не хочется…

Первый мальчик. Ага… Я даже какой-то виноватый делаюсь.

Женя. А это кто?

Второй мальчик. Родители Юльки Гаранина. Не узнал, что ли?

Женя. А что за Юлька?

Первый мальчик. А, да ты в лагере был, ничего не знаешь! Он на нашу улицу месяц назад переехал…

Второй мальчик. А через неделю поехал купаться на озеро и утонул. На берегу одежду и велосипед обнаружили… А самого так и не нашли…

Женя. Ничего я не знал… Ладно, ребята, что-то не хочется больше играть. И поздно уже. Мне к бабушке пора.

Первый мальчик. Ну, пока…

Второй мальчик. До завтра, Жень…

Они расходятся. Женя, взяв под мышку меч и щит, неторопливо идет к автобусной остановке. Его догоняет Толик.

Толик. Женя! (Женя останавливается.) Что, кончилась игра?.. Жалко. Теперь все подумают, что я убежал с поля боя…

Женя. Никто не подумает. Ты здорово дрался. А отступил потому, что нас трое было…

Толик. Я за другим мечом бегал, тот у меня треснул от ударов. А теперь я еще запасное оружие взял. Вот, кинжал.

Женя. Ух, какой… Сам делал?

Толик. Ага, я люблю из дерева вырезать… А ты почему к автобусу идешь? Ты не домой?

Женя. К бабушке поеду, в Ольховку.

Толик. Надолго?

Женя. На неделю. Пока мама с папой из Москвы не вернутся.

Толик. Жалко. Значит, завтра здесь играть не будешь?

Женя. Я могу приехать, это же недалеко. Если тебе… Если ты тоже будешь.

Толик. Хорошо, если приедешь…

Женя. Я обязательно!

Толик. А давай завтра, чтобы недруг против друга, а в одной армий…

Женя. Конечно, давай!

Они останавливаются у столба с табличкой «Автобус».

Толик. Я пойду. Меня уже дома ищут, наверно.

Женя. Ладно, до завтра. До утра!

Толик. Ты обязательно приезжай! И сразу ко мне! Ты знаешь, где я живу?

Женя. Я видел случайно, ты в окошке сидел, строгал что-то…

Толик. Ты мне стукни в окошко…

Женя. Я лучше свистну… Вот, в него. (Показывает ключик.)

Толик. Это что?

Женя. Ключ от нашей квартиры. У нас дом старинный, замки в дверях тоже старинные сохранились, вот и ключ поэтому такой, трубчатый. В него свистеть можно, как судья на футболе… (Женя дует в ключ, раздается резкий металлический свист.)

Толик. Хорошо сигналит, я услышу. Жень…

Женя. Что?

Толик. Хочешь? (Протягивает кинжал.)

Женя. Насовсем?

Толик. Конечно. Бери, если нравится.

Женя (осторожно берет кинжал). Спасибо… Я им воевать не буду, я его так, на память…

Толик. Как хочешь… Я побежал! До завтра!

Они с размаху сцепляют в рукопожатии ладони. Толик убегает. Женя смотрит вслед, затем садится на скамейку. Покачивает на ладони подарок Толика, разглядывает. Быстро темнеет. Выглядывает из-за дома маленький месяц. Автобуса все нет. Женя, задумавшись, ждет. За спиной у него неслышно возникает худой высокий незнакомец в шляпе и длиннополом пиджаке — Ктор Эхо. Он осторожно трогает Женю за плечо.

Ктор. Извините, если я помешал. Может быть, мое стремление к знакомству вы сочтете назойливостью, но… не могли бы вы уделить мне две минуты?

Женя (растерянно и потому грубовато). Ну… говорите.

Ктор. Я сяду, если позволите… (Женя подвигается на скамейке. Ктор осторожно присаживается.) Скажите, вы рыцарь?

Женя (с досадой и почти испуганно). Что вам от меня надо?

Ктор. Простите… Я наблюдал за вами во время вашего турнира… Я видел ваше рыцарское отношение к противнику. (Женя опасливо отодвигается.) Я разглядел ваш герб — гордого оленя — на щите. Можно, я буду вас называть Рыцарь Оленя, пока не узнал вашего имени?

Женя (встает). Вам нравится шутки шутить, а мне пора идти… Пойду на автостанцию, оттуда быстрей уеду. (Хочет уйти.)

Ктор. Вы напрасно опасаетесь меня, Рыцарь Оленя. Возможно, мое поведение кажется странным, но это потому, что я не из вашей страны…

Женя. Вы интурист?

Ктор. М-м… Я не знаю, что такое интурист. Но я издалека… С острова Двид. Я ищу юного рыцаря, который избавит мою страну от векового зла… (Он делает движение к Жене. Тот готов броситься прочь. Ктор, сникнув, продолжает речь.) Вот и вы, Рыцарь Оленя, хотите уйти. Также, как многие… Я прошел столько земель, столько стран и не встретил никого…

В голосе Ктора неподдельная искренность. Женя нерешительно приближается.

Женя. А может… Может, вы болеете? Хотите, я вас домой провожу? (Ктор качает головой и, сгорбившись, замирает.) Ну, а что вам надо-то?

Ктор (оживившись). Мне надо многое! Мне надо, чтобы вы, Рыцарь Оленя, отправились со мной на остров Двид и сразились с Ящером. С чудовищем, которое много-много лет держит в страхе мою страну.

Женя. А больше ничего не надо? Мне же не пять лет, чтобы в сказки верить!

Ктор. Это не сказка, клянусь! У меня в мыслях нет шутить с вами!.. Над островом жестокий гнет, а легенда говорит, что однажды из дальних стран придет юный рыцарь и уничтожит Ящера.

Женя (с недоверием, ной с невольным любопытством). А где этот ваш остров… Двид?

Ктор. Далеко… Впрочем, это не укладывается в привычные понятия. Он невидим с этих берегов, я объясню, в чем дело… потом. А попасть на него можно очень быстро!

Женя. Самолетом?

Ктор. Гораздо проще… Хотите взглянуть на наш остров?

Ктор достает фонарик, направляет луч на кирпичную стену. На стене возникает светлое пятно. В пятне прорисовывается и плывет пейзаж: кусты, деревья, улицы незнакомого города с причудливыми домами, старинными башнями, полуразрушенными храмами.

Женя. Ну и что? Обыкновенный кинопроектор. Малогабаритный.

Ктор. А?.. Нет, Рыцарь Оленя, это не движущаяся картина, это окно в наш мир. Стоит сделать пять шагов, и вы окажетесь на острове!

Женя. А обратно?

Ктор. И обратно так же!

Женя. А как вы это делаете? Прокол пространства, да? Вы ученый-физик?

Ктор. Я не ученый. Я один из первых заместителей Правителя острова. Можно сказать, его второе «я». Не отказывайте мне в просьбе, Рыцарь Оленя. Вы — моя последняя надежда.

Женя. Почему последняя? У вас вон какая техника волшебная, а справиться с каким-то ящером не можете!

Ктор. Не можем… Все привыкли его бояться, а нужен боец, в котором нет страха… Или вы тоже боитесь?

Женя (задумчиво). Ящера-то я, кажется, не очень боюсь. В сказках рыцари и всякие иваны-царевичи змеев и ящеров всегда побеждают… Я боюсь, что меня дома искать начнут.

Ктор. Но ваши благородные родители отбыли в столицу на целую неделю. А ваша почтенная бабушка этого не знает и, следовательно, не станет волноваться.

Женя. Смотрите-ка! Все вы про меня выследили!

Ктор. Ну… естественно, разыскивая витязя, я собирал кое-какую информацию…

Женя. А я не застряну там у вас больше чем на неделю?

Ктор. Что вы! Всего три дня! Значит, вы согласны?

Женя (словно очнувшись). Да ничего я не согласен! Я так просто спросил! Мне к бабушке надо…

Ктор. Неужели здесь тоже одни трусы?

Женя. Ну… вы полегче! Это у нас-то трусы? У нас никто в другие края за помощью не бегает!

Ктор. А нам пришлось… Простите, если я невольно обидел вас. Это от горя…

Женя. А… это точно, что не больше чем натри дня?

Ктор. Клянусь вам, Рыцарь Оленя!.. Значит, мы идем? Умоляю вас… Всего пять шагов, и мы — там! Идемте… (Женя слегка упирается, но уже согласился в душе.) Вы настоящий рыцарь. Скажите наконец ваше имя!

Женя. Женя Ушаков… То есть Евгений.

Ктор. Аменя зовут Ктор Эхо…Я счастлив, Евгений!.. Оставьте здесь ваше деревянное оружие. У нас вам дадут стальное.

Женя. А это я пока спрячу в репейнике.

Ктор. Но зачем? Настоящие доспехи и меч, которым будет сражен Ящер, вы сможете оставить себе навсегда!

Женя. Но ими же нельзя играть, настоящими-то…

Ктор. Ах, да! Вы правы!

Женя. Меч и щит я оставлю, а кинжал возьму. Это на память о друге. Как талисман.

Ктор. Талисман — это так по-рыцарски. Я понимаю… Ну, что же, идем?

Занавес

Столица острова Двид. Площадь, окруженная старинными домами, фонари. Дворец Правителя с террасой, которая напоминает внутренность кабинета, открытого зрителям. Над крышами — большой, перевернутый вниз рогами месяц. Играет негромкая музыка. На площади движутся по кругу, приседают и раскланиваются в плавном танце мужчины и женщины. На площадь выходят Женя и Ктор. Останавливаются. Женя с любопытством наблюдает за танцорами.

Женя. А чего это они… как в театре?

Ктор. Это не театр. Это вечерние танцы, такой обычай в нашей столице.

Женя (глядя вверх). Какой у вас месяц удивительный.

Ктор. Особенность нашей атмосферы. Теплый воздух собирается на высоте в большую линзу, и эта линза увеличивает небесные тела. А остров, наоборот, делает невидимым…

Женя. Из-за этой линзы месяц и кажется вниз рогами? На самом деле он не бывает такой перевернутый.

Ктор. У нас тут много перевернуто, Евгений…

Женя. А по-моему, непохоже, чтобы вас кто-то угнетал. Ктор. Это на первый взгляд…

Бьют городские часы, десять ударов. Музыка стихает. Женщины и мужчины раскланиваются, и площадь сразу пустеет.

Ктор. Вот и все, день окончен. Теперь — общий сон.

Женя. Так сразу, все? Как в интернате?

Ктор. Так полагается. У нас равновесие порядка, и Ящер не терпит, чтобы оно нарушалось.

Из-за домов неслышно выступают фигуры в узких комбинезонах и глухих шлемах. Замирают по краям площади, скрестив руки.

Женя. А это кто?

Ктор. Слуги Ящера…

Женя. Того самого? Чудовища?

Ктор. Ну, это, скорее, просто название. На самом деле они — что-то вроде дворцовой гвардии. Охрана Правителя и полиция.

Женя. А разве Правитель… Я ничего не понимаю. Он против Ящера или за него?

Ктор. Вы сами увидите… (Они поднимаются на террасу.) Подождите две минуты, Рыцарь Оленя, я предупрежу Правителя, что вы здесь.

Ктор уходит. Женя стоит среди тяжелой мебели, статуй и ваз, оглядывается. Из Двери весело выскакивает кругловатый низенький человек в полосатом костюме. Это Тахомир Тихо.

Тахомир. А, это вы и есть юный герой, которого отыскал Ктор? Приветствую вас, Рыцарь Оленя.

Женя. Здрасте…

Тахомир. Меня зовут Тахомир Тихо. Я — Правитель острова.

Женя (явно не зная, как себя вести). Очень приятно…

Тахомир. Мне тоже приятно! Приятно видеть такого храброго юного воина! Я рад познакомиться и поужинать с вами. Прошу…

Он садится. Женя неловко присаживается на краешек высокого кресла у стола. Молча возникают слуги Ящера, ставят блюда, кувшины, бокалы.

Тахомир. Не стесняйтесь. Вы, наверно, проголодались, а дело предстоит серьезное… (Женя неуверенно берет яблоко, начинает жевать.) Я восхищаюсь вашей смелостью, хотя, по правде говоря, не одобряю вашу затею…

Женя (едва не подавившись). Не одобряете? А зачем позвали? Тахомир. Это все Ктор. Он у нас романтик… Он считает, что надо бороться с каким-то гнетом!

Женя. А разве Ящер не угнетает ваш остров?

Тахомир. Да какое это угнетение? Ящер в общем-то умное и незлое существо… Конечно, если нарушается равновесие порядка, он сердится. У него чуткая нервная система. Было два случая, когда он в гневе разрушал город. Но я спрашиваю, кто виноват?

Женя (про себя). Ничего себе… И с таким чудовищем я должен драться?

Тахомир. Впрочем, это было давно. С тех пор люди живут мирно, спокойно, не нарушают равновесия порядка, и Ящер тоже спокоен. Только раз в месяц он выходит из озера и смотрит: все ли в порядке? Потом опять укладывается на дно.

Женя. А разве раньше не находились люди, которые хотели победить Ящера?

Тахомир. Ну, почему же? Были… Но, как видите, Ящер здравствует… (Женя вздыхает.) Видимо, это были не рыцари. А если вы тот самый рыцарь из легенды, то вам, возможно, повезет… Хотя мне, честно признаться, Ящера будет жаль.

Женя. Но тогда почему вы разрешаете этот бой?

Тахомир. А что я могу сделать? Раз легенда говорит о юном рыцаре, я не имею права препятствовать. Я не тиран какой-нибудь, я все по закону… Деритесь! Только кому это нужно?

Женя. Неужели никому не нужно?

Тахомир. Ну… встречаются некоторые… Спорить им надо, бороться за что-то… Но это крайне редкие чудаки. А вообще-то народ живет тихо и счастливо. У нас равновесие порядка.

Женя. Такое равновесие, что никто на Земле про вас и не знает.

Тахомир. И слава Богу! В этом наше спасение… Да вы кушайте, кушайте, вот апельсин… Если бы про нас узнали, тогда что? Всякие международные связи, политика, суета, конфликты! Нет уж, увольте. Нам с этими чужестранными влияниями одно горе. Стоит хоть капельке просочиться из-за границы — и началось!

Женя. А просачивается все-таки?

Тахомир. Все щелки не законопатишь… Взять хотя бы эту кошмарную книгу… Откуда она проникла? Про трех головорезов. Даже про четырех… Скачут на лошадях, машут шпагами, обманывают королевского министра! Палят из пистолетов! После этого по всему городу стук пошел: понаделали деревянных сабель! А в кустах только и слышно: «Пиф-паф, пиф-паф!» А при чем тут пиф-паф, если на острове давно нет огнестрельного оружия!.. Квартальные воспитатели в те дни сбились с ног…

Женя. А что плохого, если ребята играют?

Тахомир. Играют?! Все игры изложены в специальных правилах, в соответствии с равновесием порядка. А если каждый начнет играть, как вздумается, разве это понравится Ящеру?

Женя (про себя). Тьфу на вашего Ящера. Тоже мне, «счастливое государство»… (Он утомленно приваливается к спинке кресла.)

Тахомир (тоже про себя). Сперва они играют, потом им еще чего-нибудь захочется… (Громко.) Хотите соку, Рыцарь Оленя?.. О, да вы так утомились, что уже спите…

Тахомир на цыпочках уходит. Появляется Ктор Эхо и двое слуг Ящера. По молчаливому приказу Ктора слуги переносят Женю на диван, Ктор берет у них плащ и укрывает Женю.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Та же обстановка. Яркий утренний свет. Женя просыпается, садится. Недоуменно оглядывается: где он? Входит Ктор Эхо.

Ктор. Приветствую вас, Евгений. Вы вчера так устали, что я приказал уложить вас здесь. Надеюсь, вы хорошо спали? (Женя, вспоминая, что было накануне, молча кивает.) Я рад… Я прикажу принести вам умыться, потом — завтрак. А пока можете прогуляться. Но прошу вас, не отходите от дворца.

Женя снова кивает. Ктор уходит. Женя встает, оглядывается.

Женя. Ну и ну. А я думал: приснилось…

Он спускается по лестнице. Глядя на незнакомые дома, идет по площади. Потом останавливается, сунув руки в карманы, задирает голову к причудливым флюгерам. Появляется человек с постным строгим лицом. Он в шапочке с кистью и темном хитоне. В руках тонкая трость. Это один из «квартальных воспитателей» столицы острова Двид. Приглядываясь к Жене, он обходит его по дуге. Женя ничего не замечает. Воспитатель останавливается в двух шагах.

Воспитатель. Ты… что?

Женя (вздрагивает, оглядывается). Что?

Воспитатель. В каком ты виде!

Женя (оглядывая себя). В каком?

Воспитатель (протягивает к Жениной ноге трость. На штанине вырван клок). Это что?

Женя. A-а… Это дырка. Я вчера зацепился за гвоздь, а зашить было некогда…

Воспитатель (ужасаясь). Дырка! Ты говоришь так, будто это медаль за примерное поведение!

Женя. А что такого?

Воспитатель. Откуда у нормального мальчика на одежде может быть дырка? Ты лазил по заборам? Или… может быть, гонял ногами надутый кожаный шар? Где? С кем?

Женя. Разве нельзя мячик погонять?

Воспитатель (почти сочувствуя). У тебя жар? (Он протягивает к Жениной голове ладонь.)

В эту секунду на улице раздается топот. Через площадь вприпрыжку бежит мальчик в матроске, в смешных штанах с бахромой, с сумкой через плечо.

Воспитатель (резко оборачивается). Стой! (Мальчик замирает. Воспитатель поворачивается к Жене.) Никуда не уходи! (Он манит школьника пальцем. Тот подходит, как загипнотизированный, опускает голову.) Почему ты неприлично скачешь и стучишь башмаками, нарушая тишину прекрасного утра?.. Отвечай!

Мальчик. Я спешил в школу…

Воспитатель. Разве в школу надо спешить? В школу надо выходить вовремя. А ты, наверно, бегал по пустырям с другими бездельниками? С кем?

Мальчик. Нет, господин квартальный воспитатель, я не бегал, честное слово.

Воспитатель. А почему у тебя одежда в мусоре? (Он брезгливо снимает соринку с рукава у мальчика.)

Мальчик. Это пушинка от тополя, господин квартальный надзиратель. У нас во дворе цветет тополь, и вот… это случайно.

Воспитатель. У тех, кто внимателен и опрятен, случайностей не бывает. Дай твою ученическую карточку. (Он достает из складок хитона большие блестящие щипцы.)

Мальчик. Господин квартальный воспитатель, пожалуйста, не надо! Если вы ее проколете, меня сегодня накажут…

Воспитатель. Дай карточку. (Мальчик, понурившись, подает картонный квадратик. Воспитатель щелкает щипцами.) Виноватый всегда должен нести наказание, чтобы сохранялось равновесие порядка. Разве тебя этому не учили? Отвечай.

Мальчик. Учили…

Воспитатель. Тогда почему же ты не благодаришь?

Мальчик (тихо). Благодарю вас, господин квартальный воспитатель.

Воспитатель. Отвечай как следует.

Мальчик (громким от отчаяния голосом). Благодарю вас, господин квартальный воспитатель!

Воспитатель. Можешь идти. Ты недостоин сегодня учиться с примерными детьми, ступай домой. Когда понадобишься, тебя позовут. (Мальчик, подавленный, уходит с площади. Воспитатель поворачивается к Жене.) А теперь дай карточку ты.

Женя. Лучше прижмите щипцами свой красивый нос. Воспитатель (в потрясении). Что-о?!

Торопливо подходит Ктор Эхо. Что-то говорит на ухо воспитателю. У того от изумления открывается рот. Семеня и часто оглядываясь, он покидает площадь.

Женя. Ну и порядочки у вас…

Ктор. Евгений, я же просил не отходить далеко от дворца… Пойдемте завтракать.

Они уходят. Площадь оживает. Поднимаются шторы на витринах лавок, появляются степенные прохожие. Идет вереница послушных школьников с воспитателями. На террасе накрыт стол. Входят Ктор Эхо, Женя и слуги Ящера. Женя на ходу вытирает лицо, отдает полотенце слуге.

Ктор. Позавтракайте, Евгений. А потом я покажу вам город. Они усаживаются.

Женя. А когда бой?

Ктор. Бой — завтра. Именно завтра Ящер покажется из озера, вот и встретитесь… А сегодня оружейники приготовят вам меч и снаряжение. Пока вы спали, с вас сняли мерку…

Женя вздыхает. Бой тревожит его, он ест нехотя.

Женя. А какой он все-таки, ваш Ящер? Хотя бы на картинке посмотреть.

Ктор. Я вас понимаю. Но, к сожалению, изображения Ящера на острове запрещены. Его можно видеть только в натуре.

Женя. А меч-то пробьет его шкуру?

В это время на площади раздается радостно-визгливый голос: «Доброе утро, почтенные жители прекрасного острова Двид! Начинаем утреннюю передачу!»

Женя (подскакивает к перилам). Что там? Кто это?

На площади, вихляясь и вскидывая тонкие ноги в клетчатых штанах, движется фигура в нелепом фраке и цилиндре.

Ктор. А! Это наш славный Крикунчик Чарли!

Крикунчик. Слушайте, почтенные горожане! Все спокойно на острове! Вчера вечером скончался уважаемый Дагомир Как, торговец клеем, красками и мороженым! Мы погорюем о нем положенное время, но скоро наша печаль сменится тихой радостью, потому что мы живем на острове Двид! Наша жизнь приятна и радостна, почтенные соотечественники! Сейчас мы соберемся здесь на субботний танец, чтобы провести этот день в разумном и спокойном веселии, столь необходимом для общего равновесия порядка!

Женя. Он кто? Городской сумасшедший?

Ктор. Что вы! Это наша живая газета. Крикунчик всегда знает все новости, все важные события.

Женя. У вас что, радио нет?

Ктор. Радио? Ах да, есть… Но Крикунчик — это наша традиция, к нему все привыкли и все-таки его любят. Он внушает людям уверенность и спокойствие.

Опять звучит музыка, пары начинают неторопливый танец.

Женя. Скучно как-то… У нас на танцы обычно молодые ходят, а тут все какие-то дяденьки и тетеньки. А молодежи вообще не видно.

Ктор. Естественно. У нас ее и нет.

Женя. Как нет? А куда она девается, когда дети подрастают?

Ктор. На острове так воспитывают детей, что они сразу становятся зрелыми людьми. Крепкими, работящими, спокойными.

Женя. А разве так может быть? Сперва мальчик, а потом сразу… такой вот дядька?

Ктор (слегка насмешливо). Да. И никаких забот. Правитель считает, что так удобнее. С молодежью слишком много возни. Все им не так, все чего-то нового хочется…

Женя (ехидно). И тогда равновесие порядка трещит по швам.

Ктор (в тон ему). Вот именно… Давайте, Евгений, пройдемся. Вы увидите нашу жизнь поближе.

Они спускаются на площадь, где пары продолжают танцевать, а крикунчик Чарли, вихляясь, дирижирует этим танцем. Сквозь музыку пробиваются сигналы автомобильного рожка, и на площадь медленно выкатывает странное сооружение: старинный автомобильчик везет за собой розовую ступенчатую пирамиду. На ступенях сидят слуги Ящера. На площадке с низкой перекладиной-поручнями стоят два квартальных воспитателя. Музыка стихает, все почтительно останавливаются.

Крикунчик. О, вот она, добрая наша, славная колесница справедливости! Кто не вспомнит милые школьные годы, глядя на ее скрипучие ступеньки! Ха-ха, кто-то боялся ее в детстве, но как мы благодарны ей теперь! Не правда ли, почтенные сограждане?!

Раздаются негромкие аплодисменты.

Женя. Это что за чудо на колесах?

Ктор. Сами увидите…

Квартальный воспитатель торжественно поднимает колокольчик и трясет им в воздухе. Из ближнего дома упитанный мужчина ведет к помосту уже знакомого нам школьника в матроске. Тот перепуганно смотрит на пирамиду и слабо сопротивляется. Квартальный воспитатель спускается ему навстречу.

Воспитатель. Пойдем-ка, голубчик.

Мальчик. Я не хочу…

Крикунчик. Ха-ха! Вы послушайте его, господа! Он не хочет! На всей улице Зрелых Апельсинов ни у кого из детей нет столько проколов! Три нарушения за одну неделю, а он пытается отвертеться!

Воспитатель. Ты слышишь, что говорит господин Чарли? Ступай наверх.

Он берет мальчика за руку. Тот сначала не сопротивляется, но на верхней ступеньке опять слабо дергается.

Мальчик. Ну, пожалуйста… Не надо…

Воспитатель. Ты хочешь поколебать равновесие порядка и вызвать гнев Ящера? (Он выводит мальчика на верхнюю площадку. Тот замирает, съежившись. В руках у воспитателя появляется похожий на черное удилище хлыст.) Что же ты стоишь? Готовься к тому, что тебе назначено.

Мальчик (с последней отчаянной надеждой). Но я же…Я честное слово… больше никогда. Ну, пожалуйста…

Второй воспитатель берет мальчика за плечи и делает знак слугам Ящера. Они поднимаются, мальчик исчезает за их спинами. Спустя несколько секунд через головы перелетает и падает на ступени мальчишкина курточка с матросским воротником. Потом в тишине поднимается и резко опускается черный хлыст. Раздается тонкий вскрик.

Женя. Стойте! Вы!.. Что вы делаете!

Снова удар и вскрик. Женя отчаянным жестом отламывает от стены кусок штукатурки, швыряет в слуг и воспитателей.

Женя. Отпустите его! Вы! Фашисты!

Автомобильчик вякает гудком, пирамида дергается, двое слуг срываются и катятся по ступеням.

Крикунчик. Караул! Почтенные сограждане, бунт! Неслыханный удар по равновесию. Хватайте этого сумасшедшего!

Несколько слуг Ящера и жителей бросаются к Жене. Он опять замахивается. Те на миг останавливаются.

Ктор. Евгений! Вы с ума сошли!.. (Видит, что на Женю опять готовы броситься.) Стойте! Я — Ктор Эхо… Эй, там наверху, отпустите мальчика! Так хочет Рыцарь Оленя. Он прибыл в нашу страну, чтобы сразиться с Ящером.

Люди в изумлении и страхе замирают.

Занавес

Пустынный берег озера. Кусты и тростник. Угрюмые скалы. На берег выходят Женя и Ктор Эхо. Женя в шлеме и панцире, с мечом и щитом. На щите — сверкающий олень.

Ктор. Вот, мы почти пришли… Тахомир Тихо просил вам передать, Рыцарь Оленя, что должность Правителя не позволяет ему желать вам успеха, но он восхищен вашей смелостью… Ну, а я желаю вам удачи…

Женя. Я ее тоже очень желаю…

Ктор. Может быть, вы передумали?

Женя. Нет… Только все как-то не так… А почему, когда мы шли сюда, на улицах было пусто и все окна зашторены?

Ктор. Вы не должны обижаться на людей, Евгений. Они боятся вас приветствовать. Пока… Вот когда вы победите, они будут рукоплескать и выполнять все ваши приказы.

Женя. Больно мне нужны их рукоплесканья! Мне того мальчишку жалко. И вообще всех ребят. А ваших сытых взрослых дядюшек — нисколечко. Как рукоплескать — они пожалуйста, а как драться — сидят за семью замками.

Ктор. Вы правы, Евгений. Что поделаешь, жители острова запуганы. Признаться, я и сам… Мне тоже не хочется, чтобы Ящер видел меня вместе с вами… А вы пройдите еще по берегу, вон туда. И ждите…

Ктор торопливо уходит.

Женя (про себя). Ну и топай. Как-нибудь без тебя управлюсь… Ящер — он же пресмыкающееся, голова-то не очень умная. Скорей всего, какой-нибудь динозавр допотопный. Подскочу под брюхо и снизу мечом… а если не получится? Что, Женечка, трясутся коленки, да? Это не деревянной саблей махать… Ладно, как-нибудь. Только уж скорее бы… (Садится на камень, опирается на меч.) Ящер… У нас бы и не разрешили такое редкое животное убивать… А может, и не надо убивать? Может, он испугается и убежит?.. Ну, где ты, Ящер? (Нетерпеливо встает.) Обещали, что сразу выползешь, а тебя нет и нет!.. Если не хочешь, так и скажи!.. Долго я тебя буду ждать, рептилия земноводная? Мне домой пора!

Он поднимает и швыряет в озеро камень. Ждет.

Вдали медленно вспучивается поверхность воды, принимает очертания громадной головы. Вспыхивают чудовищные глаза. Страшилище невероятных размеров на упругих ногах встает головой в самый зенит. Рядом с онемевшим от ужаса «Рыцарем Оленя» грохается боевое щупальце исполинского спрута. Грохот, молнии — со все сторон. На кустах вспыхивает пламя. Женя бросает меч и щит, теряет шлем, мечется по берегу, бежит за скалы, падает там, обхватив голову. Постепенно грохот стихает. Чудовище медленно опускается в озеро. Женя приподнимает голову, в страхе оглядывается. Появляется отряд слуг Ящера. Впереди пританцовывает Крикунчик Чарли. Он заглядывает за обломки скал, за камни. И наконец замечает Женю.

Крикунчик. Вот он, наш «герой»! Ха-ха! Посмотрите, добрые жители острова Двид! Вот он, глупый трусливый рыцарь, который бросил меч и удрал с поля боя, как только увидел нашего непобедимого Ящера! Да здравствует победитель Ящер! Да здравствует вечное равновесие порядка! Хватайте этого хвастуна!

Слуги Ящера подхватывают Женю. Выкатывают клетку на колесах, толкают туда пленника. С лязгом падает решетчатая заслонка.

ЗАНАВЕС

Темница. Зарешеченное оконце под потолком, голая лежанка. На ней, съежившись, сидит Женя. Звякает засов. Женя вздрагивает. Поднимает голову. Входит прокурор — человек в черном плаще и высокой шляпе с кокардой. Молча раскладывает на столе бумаги, перо, ставит чернильницу. По-хозяйски устраивается за столом.

Прокурор. Я — главный прокурор острова Двид.

Женя (устало и безнадежно). Ну и что?

Прокурор. Вы — тот, кто называет себя Рыцарем Оленя?

Женя (сдерживая слезы). Не называл я себя так! Это вы все меня здесь так прозвали!

Прокурор. Ну, допустим. А кто вы на самом деле?

Женя. Ушаков… Женя. Из пятого «А», из третьей школы… То есть уже из шестого…

Прокурор. Вы прибыли на остров, чтобы убить нашего славного Ящера?

Женя. Я же не хотел. Это Ктор сказал, что он всех угнетает.

Прокурор. Вы пришли к озеру с оружием, желая напасть на Ящера. Разве не так?

Женя. Как я Mof напасть? Он вон какой громадный!

Прокурор. А если бы наш славный Ящер был меньше и слабее, вы попытались бы его убить… Вы признаетесь?

Женя. Я же не сам. Мне сказали, что так надо…

Прокурор. Подпишите признание.

Женя (с новым испугом). Ничего я не буду подписывать!

Прокурор. Ну, как хотите. Ваша вина все равно доказана.

Он деловито собирает бумаги, идет к двери.

Женя. А что со мной будет? Так мне и сидеть здесь, что ли?

Ответа нет. Дверь захлопывается, Женя опять съеживается на лежанке. Снова лязгает засов, появляется Тахомир Тихо. С печальной улыбочкой смотрит на Женю, оглядывает камеру.

Тахомир. Ну, это уж чересчур, это уж ни к чему, да. Холод, сырость, постель не дали… Эй там! Велите, чтобы принесли постель! И обед!.. Да, уважаемый Рыцарь Оленя, грустно все у вас получилось. Я ведь предупреждал.

Женя. Ничего вы не предупреждали! Говорили: «Ящер, Ящер…» А это какой-то космический осьминог, чудовище!

Тахомир. А вы надеялись, что это котеночек?.. И зачем вам нужно было лезть в эту историю. Остров живет мирно, все довольны…

Женя. И те ребята, которых вы хлещете на вашей дурацкой телеге? Тоже довольны?

Тахомир. А что здесь дурного? Дети сами понимают, что разумная строгость необходима. Иначе равновесие порядка полетит вверх тормашками, прощай спокойная жизнь. Да и Ящер этого не потерпит…

Женя. Да Ящеру-то зачем ваше равновесие?

Тахомир. Ящер поставлен над нами высшей силой. И прекрасно, что поставлен. С его помощью остров достиг благоденствия и расцвета.

Женя. Ну и расцвет! Смотреть тошно.

Тахомир. Не нравится — не смотрите. Вас никто не звал.

Женя. Никто?! Ваш заместитель Ктор Эхо звал!

Тахомир. Я же говорил: Ктор у нас романтик, не надо его слушать… Теперь вы сами видите, что острову вы не нужны.

Женя. Раз не нужен, отправьте меня домой.

Тахомир. Да? Какое же я имею право? Вы совершили дерзкое покушение на славного Ящера. Вашу судьбу решит высший суд острова Двид. Народ должен видеть, что вы понесли заслуженное наказание.

Женя. Какое еще… наказание? Только посмейте тронуть!

Тахомир (чуть насмешливо). Завтра все узнаете, суд у нас справедливый и скорый. А теперь спокойной ночи. Я прикажу, чтобы принесли свечу.

Женя (в бессильном отчаянии). Засуньте ее себе куда-нибудь.

Тахомир (семенит к двери). Да, вот они нынешние дети. А еще говорят, что не нужна строгость.

Тахомир уходит. Тут же появляются слуги Ящера. Они бросают на лежанку охапку соломы, ставят на стол миску, кружку, кувшин с водой — скудный обед узника. Женя затравленно следит за ними. Слуги молча удаляются, и опять лязгает засов. Посидев с полминуты, Женя подходит К столу, нерешительно пробует похлебку. Отбрасывает ложку. Жадно пьет из кувшина, оглядывается. Смотрит на оконце под потолком. Подтаскивает к стене стол, прыгает на него, дотягивается до решетки. Но расшатать ее невозможно. Женя достает из кармана кинжал, замахивается, хочет ударить по железным прутьям. Задерживает взмах.

Женя. Нет… Хороший ты, но деревянный… Да если бы и железный, все равно бесполезно. Бежать-то отсюда некуда…

Снова гремит запор на двери. Женя прыгает со стола и опять съеживается на нарах. Входит Ктор Эхо. Ставит на пол фонарь. Присаживается рядом с узником.

Ктор. Да, Евгений, жаль… Я думал, вы проявите больше мужества.

Женя. Я? Мужества?.. А сами-то! Даже на берег побоялись сунуться!

Ктор. Я не рыцарь, а чиновник. А вы обещали драться…

Женя. Но как я мог драться с таким чудовищем! Это же все равно, что с атомной бомбой! Вы же говорили — ящер! А что это такое на самом деле, не объяснили!

Ктор. Я говорил вам даже больше, чем полагается. Не забывайте, что я на высокой службе и не могу направо и налево разбалтывать государственные тайны.

Женя. Но домой-то вы можете меня отпустить? Вы же обещали!

Ктор. Обещал, если вы окажетесь победителем. А теперь…

Женя. Что теперь?

Ктор (замявшись). Ну… потерпите уж до завтра.

Женя. А что завтра?

Ктор. Ну… вы не волнуйтесь, это же быстро. И говорят, что не больнее, чем вырезать гланды…

Женя. Что?! Что не больнее?!

Ктор. Ну… когда это… голову… (Онребром ладони чиркает по воздуху.)

Женя (вскакивает на лежанке). Да вы что! Вы с ума сошли?! Какое вы имеете право!.. Я еще это… несовершеннолетний…

Ктор (сочувственно). Что поделаешь, Евгений. Суд не счел вашу молодость смягчающим обстоятельством.

Женя. Какой суд? Когда?

Ктор. Час назад.

Женя. Без меня?

Ктор. А зачем вы там нужны? И так все ясно…

Женя (уже не может сдержать слезы). Гады вы с вашим Ящером. Заманили, а теперь… Сами виноваты, а я отвечай?

Ктор. Простите, я не понимаю… Значит, по-вашему, во всем виноват я?

Женя. А кто?! Я?!

Ктор. Хорошо… Если вы так считаете, ладно. Я не хочу упреков совести… Вон там, в углу, начинается подземный ход. Он едва замазан штукатуркой, вы ее легко расковыряете. И бегите…

Женя. Смеетесь, да? Куда бежать? Куда я денусь на вашем острове? Меня любой выдаст.

Ктор. Подземный ход выведет вас в лес. По лесу выбирайтесь на ближайший берег. Там можно отыскать лодку. Если подует юго-западный ветер, он пригонит вас домой.

Женя. А если не подует?

Ктор. Ну, во всяком случае, я даю вам надежду. А теперь прощайте… мальчик Женя. Думаю, что мы больше не увидимся.

Ктор уходит, оставив фонарь. Женя прислушивается, крадучись подходит к стене. Опасливо оглядывается на дверь. Бьет ногой по штукатурке. Отваливается пласт. Женя торопливо отламывает еще куски штукатурки. Хочет нырнуть в открывшийся лаз, но задерживается. Подскакивает к столу, суетливо съедает похлебку, сует в карман кусок хлеба, пьет из кувшина… Смотрит на окошко. Оно уже потемнело. Женя берет фонарь и проскальзывает в подземный ход. Несколько секунд темно и тихо. В окне виден золотой рог месяца. Потом издалека доносится голос «живой газеты».

Крикунчик. Спокойной ночи, почтенные жители нашего города! Над островом Двид покой и благодатная тишина. Никто не сможет нарушить наше счастливое равновесие порядка!.. Хвастливый Рыцарь Оленя приговорен к справедливому возмездию!

Завтра на площади, почтенные горожане, вы еще раз увидите, что бывает с теми, кто осмелится задумать что-то против нашего Любимого Ящера!.. Спокойной ночи, уважаемые сограждане! Засыпайте в ожидании радостного утра!..

Занавес

Лес на острове Двид. Могучие замшелые стволы, кусты и лианы. Утро. Солнце бьет через листву, насвистывают птицы. Из кустов выбирается Женя.

Женя. Ну и чаща. Как в сказке… Наверно, это и в самом деле сказка, только жуткая… Ладно, добраться до берега, а там — хоть верхом на бревне. Лишь бы дул юго-западный ветер! Как-нибудь доплыву до дома… Даже не верится, что есть на свете наш дом… Если бы не ключ… (Достает ключ из кармана, вешает на шею.) Хороший ты мой ключик, родной. Не горюй, я еще открою тобой нашу дверь… Если, конечно, с голоду не помру… Робинзону было хорошо. он мог пищу добывать с ружьем, а у меня только деревянный кинжал. Он для игры, а здесь все по правде… И враги по правде…

Раздастся резкий тоскливый крик. Женя шарахается, прячется за дерево.

Снова крик. Женя выглядывает из укрытия.

Женя. Нет, это не враг. Это… будто кто-то в беду попал. (Тоскливые крики начинают звучать равномерно и жалобно.) А если ловушка?.. А если кто-то правда в беде? Ты что, Женька, опять хочешь трусом быть? (Он крадется на крики, заглядывает в заросли.) У-у, да это какой-то гусь ощипанный… Да подожди ты, не кусайся! Кто с тебя перья ободрал? Ай, ну и клювище! Ну и сиди там, дурак… (Встает, хочет уйти, потом оглядывается, потому что опять разносится очень жалобный крик. Женя снова наклоняется над странной птицей.) Чего орешь-то? Зовешь, а потом кусаешься… Ой, да ты же птенец! Великанское птичье дитя ясельного возраста!.. Из гнезда свалился? (Смотрит вверх, видит круглую кучу хвороста.) Ого, вот это гнездышко! Ладно, я тебя туда доставлю, так и быть. Только больше без мамы не гуляй…

Женя снимает майку, делает из нее что-то вроде беседки, сажает туда громадного длинношеего птенца. Идет к наклонному стволу, по которому легко добраться до гнезда.

Женя. Не тюкай клювом, дурень! Я же тебе помочь хочу… Видишь, мы с тобой оба вляпались в неприятности, значит, должны ДРУГ другу помогать… (Он забирается в гнездо, устраивает там птенца.) Вот так… Ох и птенчик! Весом с индюка. Интересно, какого роста твои родители? Лучше не встречаться, а то склюют, как червяка… Ой, мама…

Из-за кустов выступает птица, похожая на фламинго, но исполинского роста и с синими перьями. Птица делает шаг на поляну. Женя скатывается с дерева и пятится к зарослям.

Женя. Птица… ты что? Он упал, а я его в гнездо посадил, вот и все… Я там ничего не трогал, честное слово…

Птица, наклонив голову, прислушивается. Женя оглядывается. Сзади в зарослях прохода нет. Чтобы выйти на тропинку, надо пройти мимо птицы. Женя бочком обходит ее. Птица наблюдает.

Женя. Я его не обижал, он сам вывалился. А я посадил… Может, ты думаешь, я его съесть хотел? Да ты что! Я хоть совсем бы с голода помирал, а его не тронул бы. Он же беззащитный…

Женя уже обошел птицу, может теперь скрыться за деревьями. Но у края поляны он задерживается.

Женя. Ну, ладно, птица, я пойду… Ты молодец, что меня поняла. Смотри, чтобы малыш опять не вывалился из гнезда, а то пропадет. Знаешь, как родители маются, когда у них ребенок пропадает. Вот, например, как Юлька Гаранин… А мои, наверно, тоже… Поэтому мне надо скорее домой! Понимаешь, птица, дом — это вроде как гнездо, только у него есть дверь, которую отпирают ключом. Я приду и… Ой… А где ключ? (Женя хлопает по груди, встряхивает майку.) Шнурок порвался. Ключ, наверно, в гнезде… Птица, можно я слажу в гнездо? Я там ничего не трону, только поищу мой ключ. Понимаешь, ключ! От моего гнезда. Можно, птица?

Женя делает осторожный шаг к дереву с гнездом. Птица вытягивает шею, опускает в гнездо клюв и достает ключ — держит клювом за шнурок. Протягивает его Жене.

Женя. Ой, ключик… Птица, какая ты умница! Спасибо, птица… (Он берет ключ, нерешительно гладит птицу по шее. Та кладет ему громадную голову на плечо.) Ты замечательная. Ты одна-единственная, кто мне помог. Ты самый хороший человек на этом острове… Ну, прощай, мне надо идти.

Женя еще раз гладит птицу, отходит, поворачивается, машет ей рукой.

Женя. Спасибо за ключ… (Он выколачивает из ключа на ладонь крошки, продувает его. Раздается резкий свист. Птица вскидывает голову, делает шаг к Жене.) Птица, ты что? Это ключ так свистит… (Снова дует в ключ. Птица быстро подходит.) Ты что? (Птица трогает ключ носом.) Ты решила, что я так тебя звал? Нет, птица, это нечаянно, извини.

Птица снова кладет голову Жене на плечо, потом быстро отступает. Заросли скрывают птицу и дерево с гнездом. Женя опять один. Он делает несколько шагов, слышит шаги и прячется. На поляну выходит сгорбленный старик в длиннополом сером халате, подпоясанном травяным жгутом. Это Отшельник. Он что-то собирает в траве. Женя опасливо следит за ним.

Отшельник (не глядя на Женю). Ты, кто прячешься в кустах, не бойся. Если хочешь, я пройду мимо, словно не заметил тебя. Я никому не делаю ни добра, ни зла… (Женя нерешительно встает. Отшельник смотрит спокойно, даже равнодушно.) Мир тебе в этом лесу. Ты устал?

Женя. Да.

Отшельник. Если хочешь, пойдем ко мне. Поешь и отдохнешь. (Он, не оглядываясь, идет к зарослям. Женя, помедлив, — за ним. Поднимается завеса из лиан, открывает внутренность хижины.) Входи в мой дом… (Женя робко входит, оглядывается.) Садись, где нравится.

Женя садится на прикрытый тряпьем топчан. Старик приносит каравай и кружку.

Отшельник. Вот хлеб и мед. Поешь.

Проголодавшийся Женя быстро ест. Старик возится у очага, не обращая на гостя внимания.

Женя. Спасибо.

Отшельник. Теперь отдохни.

Женя приваливается к стене хижины.

Женя. А можно мне спросить?.. Скажите, что за птицы такие великанские здесь водятся? Как фламинго, только громадные и с синими перьями. Я про таких раньше не слыхал.

Отшельник. Птицы? Не знаю… Я знаю пчел, у которых беру мед, диких коз, которые дают молоко. А птицы мне не нужны, и я им не нужен.

Женя. Разве вы их не охраняете?

Отшельник. Зачем?

Женя. Я думал, вы здешний лесник.

Отшельник. Нет. Я отшельник.

Женя. Кто?.. А, понимаю! Вы живете один и молитесь Богу?

Отшельник. Я не молюсь. Я ищу Главную и Вечную Истину.

Женя. Что ищете?

Отшельник. Главную и Вечную Истину. В чем смысл человеческого бытия.

Женя. А-а…

Отшельник. Разве ты понимаешь, о чем я говорю?

Женя. Что же тут не понять?

Отшельник. Ты тоже думал об этом?

Женя. Было как-то…

Отшельник. Все равно. Никто не знает ответа.

Женя. Почему? У меня мама знает. Я ее спросил как-то, а она говорит: человек живет, чтобы радоваться жизни. Только не одному радоваться, а вместе с другими: надо обязательно кого-то любить и с кем-то дружить… А если что-то плохое встречается, с ним надо бороться, в этом тоже смысл жизни…

Отшельник. Если бы все было так просто, великие умы не искали бы разгадку тысячи лет…

Женя. А это, наверно, не так уж просто. Мама еще что-то объясняла, только мне было некогда, меня ребята позвали на велосипедах кататься… А вам зачем Главная Истина?

Отшельник. Как зачем? Чтобы знать.

Женя. Ну да… А что вы с ней будете делать, когда узнаете?

Отшельник. Истина — это не вещь. С ней ничего не надо делать. Ее надо осознать, вот и все.

Женя. А потом что?.. Вот у нас во дворе если ребята что-нибудь интересное придумают или узнают, они сразу бегут к друзьям и рассказывают. Иначе какой прок?.. А вы… вы не обижайтесь, но вы же совсем один. Или вы потом пойдете к людям?

Отшельник. Не пойду. Главную Истину каждый должен искать для себя сам… Откуда я знаю: вдруг мое открытие принесет кому-нибудь вред? А я не хочу делать людям ни добра, ни зла.

Женя. Зла — это конечно. А почему добро не сделать?

Отшельник. Потому что все должно идти своим чередом…

Женя. Но вы же… вот вы помогли мне. Разве это не добро?

Отшельник. Кто знает… Ты уже отдохнул?

Женя. Да. Спасибо. Я пойду.

Отшельник. Ступай с миром.

Женя. А далеко еще до берега?

Отшельник. До твоего берега? Недалеко. Здесь только одна тропинка, не сворачивай с нее, а то попадешь в Заколдованный лес. Кто в него попадает, забывает все на свете… Прощай.

Женя. Спасибо. До свиданья. (Выходит из хижины.)

Отшельник (вслед). Прощай.

Завеса из лиан закрывает хижину. Женя опять один в лесу. Он вступает на тропинку среди зарослей, она приводит его на лужайку. Слышится шорох, приглушенные голоса. Женя замирает. И в этот миг на него опускается железная клеть! Выходят слуги Ящера, выскакивает Крикунчик Чарли.

Крикунчик. Ха-ха! Вот он наш «герой»! Вот он наш «храбрец»! Смотрите, люди! Он хотел убежать! Ха-ха! Он не знал, что любого, кто нарушил равновесие порядка, все дороги приведут на площадь, на нашу знаменитую пирамиду со ступеньками и с уютной площадочкой наверху! Поехали, поехали, «храбрый рыцарь»! Народ уже собрался, все вас ждут!

Занавес

На площади перед дворцом пирамида-эшафот. На ее площадке — большой пень, перед пнем замер палач в капюшоне. Он держит руки на перекладине громадного меча. На краю эшафота установлен кабинетный стол, за ним восседает главный прокурор. Пирамиду окружают слуги Ящера с длинными двурогими копьями. На площади замерла толпа зрителей с равнодушными лицами. Два стражника, ухватив Женю за локти, вводят его на помост. Женя затравленно оглядывается.

Прокурор (стражникам). Обыщите осужденного.

Слуги Ящера обшаривают Женю. Выкладывают на стол ключ, кинжал, мелочь из карманов. Палач нетерпеливо переступает.

Палач. Пора, господин прокурор…

Прокурор. Подождите, я должен составить список изъятых вещей. (Скрипит перо. В это время, вихляясь, на ступеньки поднимается Крикунчик Чарли. Прокурор, кончив писать, поднимает голову.) Осужденный! У вас есть последнее желание?

Женя (с отчаянной надеждой). Да!.. Да, я хочу домой! Прокурор. Нет, это нельзя. Желание не должно мешать исполнению приговора.

Женя роняет голову. Потом смотрит исподлобья, как Крикунчик Чарли разглядывает ключ, кинжал и другие отобранные предметы.

Женя. Тогда… верните мне мои вещи.

Прокурор. Зачем?

Женя. Не ваше дело! Это мое последнее желание… Убить собрались да еще все отобрали. Грабители… Отдавайте!

Прокурор. Верните осужденному вещи согласно списку…

Первое: четыре монеты достоинством в одну, три, пять и двадцать копеек… (Стражник отдает мелочь Жене.)

Крикунчик. Ха-ха! Он купит на том свете бутылку лимонада! Прокурор. Ключ медный, неизвестного назначения… Женя. Известного! Это от моего дома! (Выхватывает ключ у стражника, вытряхивает мусор. Дует в ключ. Раздается свист.)

Крикунчик. Ха-ха! Уж не думает ли наш «герой» вернуться домой? Нет, молодой человек, вас ожидает другое путешествие!.. Прокурор. Огрызок карандаша, синий, сломанный… Крикунчик. Напишите, рыцарь, им прощальное послание вашим храбрым друзьям и милым родственникам!

Прокурор. Кинжал игрушечный, деревянный… (Стражник подает Жене кинжал.)

Крикунчик. Ура! Наконец-то наш «рыцарь» получил подходящее оружие! Именно деревянный кинжал под стать такому «герою»!

Женя еще раз дует в ключ, вешает его на шею.

Прокурор. Снимите. Шнурок помешает… э-э… операции.

Палач. Не помешает. Осужденный, вы готовы?.. Подведите его.

Слуги Ящера опять берут Женю за локти. Женя отчаянно вырывается, отскакивает, выставляет перед собой кинжал.

Женя. Отцепитесь, гады!

Крикунчик. Смотрите на «храбреца»!.. Он собирается сражаться с отважными воинами Ящера своей щепкой?!

Женя. Пусть я этой щепкой твою рожу поцарапаю — и то польза!

Он кидается к Крикунчику Чарли. Дорогу загораживает стражник. Женя отталкивает его кулаком со стиснутым кинжалом.

Стражник. Ай! Он пробил кольчугу!

Прокурор. Рубите бунтовщика!

Второй стражник замахивается саблей. Женя машинально защищается кинжалом, сабля со звоном разлетается.

Второй стражник. Ай! Кинжал не деревянный! Крикунчик. Караул! У него волшебное оружие! Кто позволил?

Женя (в восторге от своего открытия). Волшебное?! Да! Это мне Толик дал, он мой друг! Это он меня спасает! А ну, попробуйте, суньтесь!

Женя шагает к Крикунчику, и тот с воплем падает с эшафота. За ним в панике прыгают стражники. Прокурор ловко ныряет под стол. Женя поворачивается к палачу. Тот, держа перед собой меч, мелкими шажками наступает на Женю.

Женя. А ты куда? Ты же привык только безоружных рубить! (Выбивает меч, отчаянным пинком сбрасывает палача вниз. Оглядывается.)

Прокурор (из-под стола). Осужденный, прекратите безобразие! Вы нарушаете равновесие порядка! Вы усугубляете вину!.. Охрана!

Крикунчик (из укрытия). Славные воины Ящера, вперед!

Охрана, склонив копья, лезет по ступеням. Женя стискивает зубы, сжимает кинжал, готовясь к последней схватке.

Женя. Ну, идите, идите… Ящерицы поганые! Все равно живым не дамся! Я вам покажу, как дерутся мальчишки с нашей улицы!

Охрана нерешительно останавливается.

Крикунчик. Не подходите близко, он опасен! Зовите стрелков! Бейте издалека!

Появляются стражники с луками. От них уже не спастись. Женя стискивает себя за плечи, беспомощно, но гордо ждет выстрелов.

В этот миг над площадью проносится большая тень. Стражники роняют луки. Крикунчик приседает, закрывает голову.

Крикунчик. Что это? Ай! Так не бывает!

Громадный синий фламинго садится на перекладину помоста.

Женя. Птица! Моя Птица! Ура! Ты меня спасешь, да?! Прокурор. Это незаконно!

Женя (хватает Птицу за ноги). Лети, Птица!

Птица взмывает над площадью. Толпа, прокурор, Крикунчик, стражники, присев от ужасай открыв рты, смотрят в небо.

Занавес

ВТОРОЙ АКТ

Полуразрушенная крепость на вершине отвесной скалы. Площадка между башней и краем пропасти. Она отгорожена от обрыва каменным парапетом. Перед ним стоят несколько старинных покосившихся орудий. Посреди площадки на заржавленном поворотном станке — громадная мортира. В стороне груда каменных ядер — каждое в три обхвата. К мортире ведет каменный желоб. За лесом видны с высоты башни и крыши столицы острова. Вечер, закатный свет. У мортиры собрались ребята: Галь, Уголек, Лук, Сот и, Шип. Они нестриженые, в лохмотьях.

Галь. Скоро солнце зайдет, пора костер зажигать.

Уголек. А Дуг все не возвращается…

Лук. А где Дуг?

Галь. В деревню пошел. По делу…

Шип. Знаем мы это дело… Вот попадется слугам Ящера!

Уголек. Да он их всех одной рукой раскидает!

Соти. Конечно. Значит, нечего за него беспокоиться. Уголек. Аяи не беспокоюсь. Просто скучно без него… Шип. Зато ему в деревне не скучно…

Лук. Почему?

Соти. Станешь взрослый, будешь ходить к девушке на свидания, тогда поймешь.

Шип. Ой-ой, какая Соти у нас взрослая!

Соти. Не я, а Дуг.

Уголек. Дуг тоже еще не взрослый, он такой же, как мы. Галь. Он взрослый. Просто он молодой. Раньше на острове было много молодых, а потом их запретили. А Дугу-то наплевать на запреты!

Соти. И девушка его тоже молодая, потому что любит его.

Лук. А мы тоже будем молодыми?

Соти. Ну конечно, Лук.

Лук. И наш новичок?

Соти. И он… если с нами останется.

Шип. А куда он денется, если уж его сюда занесло…

Уголек. Правда, что он на птице прилетел?

Галь. Да, она его опустила, а сама улетела.

Уголек. А что он рассказал?

Соти. Да ничего. Он такой измученный был, что воды выпил и сразу уснул. Даже не проснулся, когда я ему царапины мазала. Шип. И до сих пор спит. Во дает! Больше суток…

Во время разговора появляются Малыш и Тун с охапками хвороста.

Тун. Да не спит он уже, проснулся.

Уголек (подскакивает). А где он?

Тун. Винтик его повел…

Уголек. Куда?

Тун. Куда-куда… Напейся воды, а потом поспи сутки. Куда побежишь?

Соти. Ох и болтуны вы, мальчишки…

Появляются Женя и Винтик.

Винтик. Ну вот, наконец-то он проснулся по-настоящему.

Женя (не зная, как себя вести). Здрасте…

Уголек. Ага, здравствуй! Есть хочешь? Я тебе рыбы принесу! (Он умчался и тут же вернулся с печеной рыбиной на лопухе.) Ешь… (Женя неловко пристраивается у лафета мортиры.) А ты правда на птице прилетел? Я не видел, меня Соти заставила котелок чистить в башне.

Женя. Правда… А как вы сюда попали? Тоже на птицах?

Уголек. Не! Мы по-всякому…

Галь. Есть в скалах тайный проход. Но чужие его не знают. Ты не бойся, здесь тебя никто не достанет.

Женя. Я и не боюсь. Я как только вас увидел, сразу… Ну, сра-зу понял, что наконец к настоящим людям попал. Атам… там все неживые какие-то… Вы тоже убежали?

Винтик. Мы все удрали из приютов…

Шип. Те, кто с родителями живут, им еще можно терпеть, а в приютах с утра до вечера одно и то же: «Равновесие порядка, равновесие порядка…» Улыбаться и то нельзя — нарушаешь равновесие.

Уголек (тихо). Даже когда бьют, громко кричать не велят…

Галь. Самое страшное то, что дружить запрещают. Воспитатели этого больше всего боятся… А мы с Дутом подружились.

Женя. С кем?

Галь. С Дугом. Он самый старший у нас… Я тогда совсем маленький был, а Дуг — такой, как ты. Он с нами играл и бумажные кораблики делал. Его за это так исхлестали… Тогда он ночью ушел и нас увел с собой: меня и еще одного маленького. Только тот потом ногу наколол рыбной костью и умер от горячки…

Женя. А как вы здесь оказались?

Галь. Дуг нашел в скалах тайную лестницу… А потом мы внизу встречали других беглецов и приводили сюда…

Женя. Здесь раньше крепость была? Смотрите-ка, и пушки… А Правитель говорил, что на острове нет огнестрельного оружия.

Тун. Это же все старинное. С той поры, когда остров еще не был невидимый и на него нападали.

Женя. А как он стал невидимый?

Уголек. Это Дуг расскажет! Он про все знает!.. Вот он идет, Дуг! Ура!

На площадку входит Дуг — крепкий рыжеволосый парень лет двадцати.

Ребята кидаются к нему. Женя встает…

Дуг. Ну, очнулся наш гость? Живой, ничего не болит?

Женя. Нет… Только царапины щиплются.

Соти. Я его отваром змеиной травы намазала. Пощиплет и пройдет. Зато никакая болезнь не привяжется.

Дуг. Соти у нас лекарь, все травы знает… И вообще она у нас хозяюшка. Без нее наш народ совсем бы в дикарей превратился, умываться перестали бы…

Соти. Уголек все равно не умывается…

Уголек. Потому что у меня щека поцарапанная. Не ябедничай… Дуг! А новичок на птице прилетел!

Дуг. Да знаю я, видел… И внизу, в деревне, про это говорят… (Жене.) А ты, похоже, не с нашего острова? Издалека?

Женя. Я из Орехова, это городок такой… Только я теперь не знаю, где он. Наверно, уж никогда домой не попаду…

Дуг. Ну что ты… Главное, что от смерти спасся, а здесь мы что-нибудь придумаем.

Уголек. А ты оставайся с нами насовсем.

Женя. У меня же родители с ума сойдут… И друг у меня там.

Дуг. Вот и хорошо, что друг. Это еще больше поможет.

Женя. Он уже помог… Видите кинжал? Это он подарил.

Винтик. Красивый…

Шип. Деревянный…

Женя. Деревянный, а в бою крепче стали!

Уголек. Можно подержать? (Берет кинжал, ударяет в кладку парапета.) Ой, он в камни втыкается!

Женя. Я им и отбился… Но я бы, конечно, не спасся, если бы не Птица.

Уголек. А она твоя? Ручная?

Женя. Нет, не ручная. Просто мы подружились в лесу…

Дуг. Так чего же ты горюешь, если с птицей подружился? В полнолуние начнется юго-западный ветер, и птица унесет тебя в твой Орехов. С этим ветром можно попасть в какие хочешь края.

Соти. Удивительно все-таки…

Дуг. А что тут удивительного? Я же вам рассказывал, что на Земле, кроме нашего острова, полно всяких стран и городов.

Соти. Да я не про это, я про птицу. Ведь считалось, что великанские синие фламинго давно вымерли…

Дуг. Нет, они еще живут в глухих лесах. Но, конечно, это очень древняя порода птиц.

Женя. А Ящер? Он тоже древнее животное?

Дуг. Ящер вообще не животное. Это… даже не знаю, как объяснить. Тут надо долго рассказывать.

Винтик. А ты расскажи!

Уголек. Расскажи, Дуг!

Дуг. Вы же сто раз эту историю слышали.

Галь. АЖенька не слышал. Ты расскажи, мы тоже послушаем.

Дуг. Ладно. Только позже, у костра.

Поздний вечер. Половинка большой луны повисла над крепостью. У маленького костра собрались все ребята и Дуг.

Дуг. Уголек, Лук, идите сюда… Малыш, садись поближе… С самого начала рассказывать?

Уголек. С самого!.. «В давние-давние времена жил на острове Двид веселый и храбрый народ…»

Дуг. Да. Хороший был народ, трудолюбивый и дружный. Он построил прекрасный город, в нем были обсерватории, театры…

Винтик. И площадки для всяких игр…

Дуг. Да… На острове было много ученых, артистов и художников. Все взрослые любили детей и учили всему, что умели сами. Поэтому дети вырастали добрыми, умелыми и храбрыми…

Галь. Только это было очень давно…

Дуг. В одной школе учились два мальчика. Они очень дружили. Когда они выросли, один стал великим Ученым, а другой Правителем острова…

Уголек. Ученый прославился своими открытиями, а Правитель — разумом и сильной волей.

Дуг. Правильно, Уголек… Но жизнь в ту пору стала тревожной. Соседние страны завидовали острову. Их корабли стали нападать на прибрежные поселки. Пришлось строить крепости…

Женя. Вроде этой?

Дуг. Да… Сперва войны были небольшие, но потом враги заключили против острова военный союз. Они решили снарядить большой флот, высадить армию и разгромить столицу…

Уголек. Когда это стало известно, Правитель пришел к Ученому и спросил…

Соти. Подожди, Уголек… Дуг, пусть Галь и Тун покажут, как это было…

Тун. Да ну, опять…

Соти. Но это же для Жени… Женя, мы, чтобы не скучно было, иногда театр устраиваем. Сами для себя…

Винтик. Сами играем и сами смотрим.

Лук. Я один раз медвежонка играл!

Соти. Играл, играл. Ты хороший медвежонок… И эту легенду про Ученого мы тоже в своем театре играли. Галь был Ученый, а Тун — Правитель… Ну, покажите, ребята…

Дуг. Правда, ребята, давайте.

Галь встает. Тун тоже нехотя поднимается. Они отходят на край площадки, принимают «актерские» позы — входят в образы.

Дуг. Итак, Правитель пришел к Ученому и спросил…

Тун. Ты можешь придумать, как спасти нашу страну?

Галь. Да, Правитель…

Тун. Ну зачем ты так? Я для тебя не Правитель, а друг. Мы столько лет сидели за одной партой… Значит, можешь?

Галь. Есть два способа. Можно построить громадное чудовище, оно будет громить врагов, если они нападут… А можно сделать наш остров невидимым. Тогда враги просто не найдут его в море. Не надо будет вести войны и проливать кровь…

Тун. Мы должны спешить. Скажи: что быстрее? Спрятать остров от чужих глаз или соорудить чудовище?

Галь. Чудовище — быстрее… Чтобы сделать остров невидимым, я должен сгустить верхние слои атмосферы, заставить частицы воздуха преломлять и отражать свет, искривлять лучи. А железный ящер — штука нехитрая, можно построить хоть сейчас!

Тун. Строй! Время не ждет, вражеский флот уже в пути.

Галь и Тун, окончив диалог, вопросительно смотрят на Дуга.

Дуг. Ну вот. Ученый послушался и построил громадного стального зверя, который умел изрыгать огонь, разрушать своими щупальцами крепости и топить корабли…

Женя (тихо). Он и сейчас умеет…

Дуг. В том-то и беда… Когда неприятеля разгромили, Правитель посадил Ящера в озеро, под воду. Потому что Ящер нагонял страх не только на врагов, но и на жителей острова…

Уголек. А потом остров сделался невидимым…

Дуг. Да. Через два года Ученый открыл секрет невидимости, и остров стал незаметен с моря и с воздуха. Тогда Ученый сказал Правителю…

Галь (снова превращаясь в Ученого). Ну, вот и все. Мы защитили себя на долгие века. Давай убьем Ящера.

Тун. Зачем?

Галь. Он опасен. Мало ли что может случиться.

Тун. Ничего не может! Ты доверил секрет Ящера мне одному. Только я могу управлять им, и только я могу его убить.

Галь. Вот и убей, пока не поздно.

Тун. Разве ты боишься, что я могу использовать Ящера для злых дел? Разве ты не веришь мне, старому и надежному другу?

Галь. Тебе я верю. Но люди могут выбрать другого Правителя.

Тун. Друг мой, ты подумай: зачем острову другой Правитель?

Галь. Но есть закон! Каждые шесть лет Правителя выбирают снова!

Тун. Закон был раньше. А зачем он сейчас, если у меня есть Ящер?

Галь. Ты хочешь стать тираном?!

Тун. Ну, почему же тираном?! Я буду управлять по-доброму и мудро… А ты станешь моим верным советчиком и помощником.

Галь. Я? Помощником захватчика власти? Сообщником того, кто предал народ?

Тун. Ты оскорбляешь Правителя!

Галь. Ты не Правитель, а преступник. Народ проклянет тебя!

Тун. Не проклянет. У меня Ящер!-.. Значит, ты отказываешься помогать мне?

Галь. А ты надеялся, что я соглашусь?

Тун. Я думал, мы друзья…

Галь. Я тоже думал…

Тун. Стража! Отведите его в тюрьму!..

Женя. И отвели?

Дуг. Ну, нельзя сказать, что это была настоящая тюрьма. Жилось Ученому не так уж плохо. Но был он под стражей…

Женя. А сам он не пытался убить Ящера?

Дуг. Пытался. Но тайная его работа была раскрыта, и суд приговорил Ученого к смерти.

Женя. Неужели и тогда нашлись такие люди?

Дуг. Нашлись… Из трусов и предателей Правитель набрал себе слуг, назначил судей… После суда Правитель пришел к Ученому и сказал…

Тун (изображая Правителя). Видишь, как получилось… Честное слово, я этого не хотел.

Галь. Теперь все равно. Но дай мне отсрочку от приговора. Я хочу отлить скульптуру, я ведь не только Ученый, но и Художник. Я хочу оставить эту скульптуру людям.

Тун. Я дам тебе какую хочешь отсрочку! Я дам тебе полное помилование и богатство! Только обещай не вредить Ящеру!

Галь. Не надо мне твоего помилования. Зачем мне жизнь, если я потерял Друга… А время для скульптуры ты мне даешь.

Тун. А что это будет за скульптура?

Галь. Два мальчика. Два очень верных друга… Это юные рыцари. Те, что рано или поздно убьют Ящера.

Тун. Разве такое дело под силу ребятишкам?

Галь. А ты вспомни нас, когда нам было по двенадцать лет! Разве нас могло что-то удержать, если надо было отстаивать справедливость? Разве тогда ты не был Рыцарем?.. Кто мог подумать, что ты пойдешь на предательство ради могущества и власти…

Тун. Замолчи!.. Дуг, ну я не хочу больше! Почему я должен играть предателя?

Дуг. Тун, что ты обижаешься? Это же не по правде, а чтобы показать, как было… Ладно, хватит. Садитесь к костру.

Женя. А Ученый сделал скульптуру?

Дуг. Да… На первый взгляд это были просто мальчишки. Причем один раненый. Но они сидели на голове упавшего Ящера, и один держал воткнутый в голову чудовища меч.

Женя. А Правитель их не разломал?

Дуг. Ученый потребовал с него детскую клятву — клятву Пером Синего Фламинго, — что он не тронет скульптуру. И Правитель поклялся. Потом он снова предложил Ученому жизнь и богатство, но Ученый не хотел его милости и выпил яд…

Женя. А скульптура?

Дуг. Правитель не посмел ее разбить, но приказал увезти ее на дикое горное плато, окруженное глухими лесами…

Уголек. Ис той поры никто ее не видел.

Галь. Но легенда о юных рыцарях, которые убьют Ящера, все равно живет.

Дуг. Живет. Хотя с той поры сменилось много поколений. И много Правителей.

Соти. Меняются, а порядки прежние…

Женя. Неужели никто не борется?

Галь. Иногда возмущаются. Особенно ребята. Ребята ведь всегда рождаются смелыми, если даже родители трусы. Поэтому на острове так и обращаются с детьми. С «разумной строгостью»…

Дуг. Ну, довольно говорить о печальном! Малыш, сходи за чайником.

Молчаливый Малыш послушно уходит.

Женя. А почему его зовут Малыш? Он же не самый маленький.

Дуг. Мы его в начале этого лета подобрали в лесу. Он был беспомощный, почти голый и еле дышал. Не помнил, кто он и откуда, мы возились с ним, как с малышом. Вот и прозвали так.

Женя. Наверно, он в Заколдованном лесу побывал!

Дуг. Наверно. А ты откуда знаешь про Заколдованный лес?

Женя. Отшельник рассказал… Балда какая этот Отшельник! А еще лесной житель! Не мог правильную дорогу показать! Я из-за него прямо в клетку угодил!

Дуг. Он все показал, как хотел. Нарочно.

Женя. Как нарочно? Зачем?

Тун. Потому что они все заодно. Это все было подстроено: и с подземным ходом, и с ловушкой…

Женя. Значит, и Ктор — предатель?!

Дуг. Конечно…

Женя. Но зачем?.. Я не понимаю. Они же могли сразу отвести меня на площадь и казнить. Зачем бегство подстраивать?

Дуг. Для убедительности. Чтобы люди видели: беги не беги, а от возмездия не уйдешь, если что-то сделал против Ящера.

Женя. А ведь правда. Они все рассчитали…

Дуг. Понял наконец, зачем тебя сюда заманили? Чтобы показать ребятам: вот чем кончается легенда о юных рыцарях.

Женя. Да, это у них получилось. Вон как «рыцарь» улепетывал от Ящера.

Галь. Ты не виноват. С ним и целая армия не справится.

Уголек. Зато ты на площади здорово дрался!

Приходит Малыш с чайником. Вешает его над огнем. Потом отходит к парапету и смотрит на ночной горизонт.

Соти. Вот так отойдет и молчит, молчит. Все что-то вспомнить хочет…

Женя. А ему, значит, Отшельник не встретился? Раз он в Заколдованный лес угодил.

Шип. Его зачем-то на юг понесло. Непонятно…

Винтик. Как раз понятно! У Малыша на руке такой прибор был, со стрелкой, чтобы путь показывать…

Дуг. Это компас. Винтик. Я же объяснял…

Винтик. На этом… на компасе… главное направление — юг.

Женя. Почему? Там все направления одинаковые.

Винтик. Нет, не одинаковые! Там большими буквами написано: ЮГ… Малыш, покажи твою игрушку со стрелкой!

Малыш подходит, молча снимает с руки компас, подает Угольку и опять встает у парапета.

Винтик. Вот! (Протягивает Жене.)

Женя. Компас как компас… Ольховская фабрика учебных пособий… Ребята, у вас есть такая фабрика?

Галь. Мы не знаем…

Женя. А где тут написано, чтобы на юг идти?

Тун. Это на обороте. Вот… (Поворачивает компас.)

Женя. Это… это же не слово «юг». Это просто две буквы: «ю» и «гэ»… Будто инициалы… Ребята…

Дуг (встревоженно). Что, Женя?

Женя. Подождите… я… (Он встает и смотрит на Малыша.) Юлька… (У Малыша каменеет спина.) Юлька Гаранин!

Малыш медленно оборачивается.

Занавес

Ночь. В небе луна, набравшая полноту на две трети. Мортира на площадке развернута жерлом к зрителям, ствол закреплен горизонтально. В стволе устроились на ночевку Женя и Юлька.

Юлька. Ты меня как назвал по имени, я сразу все вспомнил… У берега маленький плот был, я его нашел, когда купался. Вот я и решил на нем покататься…

Женя. А компас нарочно взял, чтобы как на корабле?

Юлька. Ну конечно… Я совсем недалеко отплыл, а тут этот дядька на лодке. «Мальчик, помоги распутать леску, она за корягу зацепилась». Я к нему в лодку и перебрался… А он давай молоть про остров Двид, про Ящера, про легенду о юном рыцаре…

Женя. Это был Ктор Эхо?

Юлька. Я его имени не спрашивал. Смотрю, он псих какой-то, ну и махнул за борт. А он меня ухватил на лету и в плащ замотал… А потом уж я в темнице очнулся. Этот дядька опять давай меня уговаривать сразиться с Ящером. А то, говорит, хуже будет. Но я тогда ни в какого Ящера не верил, думал, к сумасшедшим попал… Он говорит: «Посиди ночку, подумай». А ночью я убежал.

Женя. Через подземный ход?

Юлька. Нет. Решетка в окошке оказалась ржавая. Ну, я вылез и по переулкам наугад… На краю города болото, а потом лес. Я ведь не знал, что он заколдованный…

Женя. Юлька, Птица нас обоих отнесет домой. Скоро полнолуние, и будет юго-западный ветер.

Юлька. Думаешь, на двоих у нее хватит сил?

Женя. Но мы ведь уже летали вдвоем!

Юлька. Мы недалеко летали… Недолго.

Женя. Как недолго? А когда птенца кормили, помнишь? Целый день! Птица сильная, донесет и до Орехова.

Юлька. Да… И главное, что она такая преданная. Свистнешь в ключик, и она тут как тут, готова на помощь…

Женя. Как самый лучший друг.

Юлька. Когда вернемся, дома никто не поверит, что есть на свете остров Двид…

Женя. Главное, чтобы вернуться.

Юлька. Даже страшно подумать, как там мама… Она всегда за меня так беспокоилась.

Женя. За меня тоже… Надо будет поосторожнее появиться, не сразу. Чтобы с ними ничего не случилось от радости…

Юлька. По-моему, от радости плохого быть не может… Женя…

Женя. Что, Юлька?

Юлька. Меня мама называла знаешь как? «Сокровище»… Иногда ласково, а иногда так: «Ну-ка, сокровище, покажи дневник…» Но все равно хорошо… Я, когда маленький был, спросил ее: «Что такое сокровище?» А мама говорит: «Это разные драгоценности, которые спрятали, а потом откопали». Я говорю: «А где ты меня откопала?» Она как начала хохотать…

Ребята смеются. Но вдруг Юлька утыкается лицом в согнутые локти.

Женя. А моя мама тоже… Юль… Ты что? Юлька, ну не надо. Мы же скоро вернемся, честное слово!

Юлька (стараясь не всхлипывать). У меня всегда так: если слезы подступят, ничего не могу поделать… У меня такой характер слабосильный. Потому что имя девчоночье.

Женя. Какое же оно девчоночье!

Юлька. Ю-у-у-лечка… Так у меня двоюродную сестру зовут.

Женя. При чем тут сестра! А Юлий Цезарь? Он, по-твоему, тоже девчонкой был? А Жюль Верн? Жюль — это ведь тоже Юлий, только по-французски.

Юлька. Тебе его книжки нравятся?

Женя. Нравятся. Только не все. «Таинственный остров» интересно, а «Из пушки на Луну» я еле прочитал…

Юлька. А все-таки здорово было бы: набить в эту пушку пороху и трах! — полетели!..

Женя. А что нам делать на Луне?

Юлька. Да не на Луне. Я чтобы домой…

Женя. Даладно, Юлька. Скоро и так полетим… (Высовывается из мортиры.) Смотри, луна почти полная… А с порохом — это шуточки опасные. Да и где его возьмешь?

Юлька (сквозь сон). Не знаю… Может, где и возьмешь…

Женя. Да?.. Юлька!.. Юль, ты спишь?

Юлька. Ага… Кажется, сплю…

Женя. Ладно, спи… А порох, это надо обдумать…

Луна уходит, наступает темнота.

Яркое утро. На площадке появляется Дуг.

Дуг. Эй, люди! А ну, вставайте! Из пушки — как из пушки! (Из орудий выбираются ночевавшие там ребята.) Нечего зевать! Нечего ежиться! Согрелись в пушечках, а теперь дрожите? Ничего, сейчас перестанете!.. Становись! (Ребята выстраиваются в неровную шеренгу. Дуг вскакивает на парапет.) Начинаем упражнения! Делай — раз!.. Делай — два. (Вместе с Дугам ребята делают несколько упражнений.) А теперь — кто на меня?! Кто смелый?!

Все, кроме Соти и Малыша, с боевыми воплями кидаются на Дуга, закипает веселая свалка. Нападающие один за другим отлетают и шлепаются на площадку. Дуг поигрывает мышцами.

Соти (Юльке). Сумасшедшие люди, верно? Ты один нормальный.

Юлька. Нет, я тоже сумасшедший! Ура!

Он прыгает на Дуга. Дуг, притворяясь побежденным, падает.

Дуг. Ай да Малыш! Видите, как он сил набрался! А вы все мало каши ели.

Шип. Где она, каша-то? Крупы не осталось ни крошки…

Дуг. Я сегодня в деревню схожу, Асик поделится припасами.

Женя (Соти). Кто поделится?

Соти. Асик. Так его девушку зовут.

Дуг. А пока — все за работу. Шип, Тун и Галь, налаживайте новые луки, после завтрака устроим тренировку. Соти, Лук, Уголек — чистить рыбу… Женя, птица прилетит сегодня?

Женя. А надо?

Дуг. Вы с Малышом слетали бы на берег, порыбачили…

Юлька. Дуг, сегодня не надо. Ей трудно каждый день прилетать, у нее же птенец…

Дуг. Да, правильно… Винтик, брысь за дровами!

Юлька. Я ему помогу.

Женя стоит у парапета. Смотрит на лес и башни далекого города. Дуг подходит к нему. Женя вздрагивает.

Женя. Что, Дуг? Я сейчас тоже за дровами…

Дуг. Ты чего загрустил?

Женя. Я не загрустил… Просто я к этой высоте привыкнуть не могу. Каждое утро дыхание захватывает.

Дуг. Да. Почти весь остров отсюда видно.

Женя. Видно… А вот где наша земля, не видать…

Дуг. Птица найдет дорогу. Скоро уж вы улетите…

Женя. Дуг…

Дуг. Что, Женя?

Женя. Мы-то улетим… А вы? Так и будете здесь всю жизнь?

Дуг. А что поделаешь, Женя? Такая судьба… Это же наш остров! Родина…

Женя. Я понимаю. Только на этой родине вам места нет. Эта площадочка — вот и все…

Дуг. Не только нам тут места нет. Многим… Для себя-то мы могли бы найти место и получше. На северном берегу есть замечательная долина, там фруктовые деревья, озера с рыбой. А кругом неприступные горы. Никто бы до нас не добрался, потому что путь туда только по воздуху.

Женя. Ну так летите! Птица всех перенесет! Или… Дуг… Ты не хочешь с Асик расставаться? Но Птица и ее унесет в долину!

Дуг. Женя, не в этом дело. Мы-то улетим… А когда из города уйдут новые ребята, кто их найдет в лесу? Кто спасет?

Женя. Я не подумал…

Дуг. А ведь они уходят. И когда-нибудь их станет много, и вырастут они. И будет армия…

Женя. Значит, вы хотите сражаться с Ящером?!

Дуг. Не терпеть же вечно это «равновесие порядка»!

Женя. Дуг… Но ведь у вас ничего, кроме луков.

Дуг. В этом-то и беда. Никто не знает, какое против Ящера нужно оружие…

Женя. Дуг! Мы с Юлькой ночью говорили, и я подумал знаешь что? Если здесь пушки, то, может быть, где-то в подземельях сохранился и порох?

Дуг. А какой он, этот порох?

Женя. Неужели ты не знаешь? Им стреляют из пушек и ружей!

Дуг. Я знаю, что им стреляют. Но какой он? Мы же никогда его не видели.

Женя. Ну… он как крупа. Серая или черная…

Дуг. Постой… В нижних погребах много мешочков с черной крупой. Мы так и думали, что это крупа, хотели даже кашу варить, но Соти попробовала и говорит: испорченная…

Женя. А можно посмотреть?

Дуг. Пойдем… Постой, я факел сделаю.

Женя. Да ты рехнулся!.. Ой, Дуг, прости. Но если это порох, разве можно туда с огнем! От нас же ничего не останется!

Дуг. Шип! Спустись в подвалы, принеси мешочек с черной крупой… Только очень осторожно, Шип. Без огня, на ощупь.

Пробегавший мимо Шип удивленно останавливается.

Шип. Зачем?

Дуг. Надо, Шип.

Шип. «Надо, надо»… Из нее каши не сваришь. А почему на ощупь-то?

Дуг. Узнаешь… Не вздумай зажигать огонь, это приказ.

Шип, ворча, уходит.

Женя. Каши из нее не сваришь, а дело можно заварить хорошее… Смотри! Отсюда же видно озеро, где Ящер!

Дуг. Ну и что? Здесь он нас не достанет…

Женя. А мы его достанем! Если таким каменным ядром вдарить ему по башке, никакая броня не выдержит!

Дуг. Разве отсюда в него попадешь?

Женя. Сразу не попадешь, но есть такой способ — пристрелка. Недолет, перелет, а потом — в точку! Ядер-то вон сколько! (Появляется Шип с серым мешочком.) Шип, ну-ка, покажи! (Женя сыплет из мешочка черные крупинки.) Похоже… Шип, раздуй огонек. Пожалуйста… (Шип, пожав плечами, дует на остатки вчерашнего костра.) Все, хватит. Теперь отойдите… дальше, дальше… (Дуг и Шип отходят, Женя бросает в костер горсточку пороха, отскакивает. Над костром взлетает пламя.) Видели? То, что надо!

Дуг. Да, здорово… Но ядро-то тяжеленное. Думаешь, порох его добросит до озера?

Женя. Тут была только горсточка, а мы целую пушку набьем. А сами — в укрытие, на всякий случай… Самое трудное — это ядро в пушку закатить.

Дуг. Закатим. Все вместе, рычагами… Женька! Вот это будет бой! Может, и не врет легенда о юном рыцаре? Ты молодец!

Женя. Да при чем тут я? Мы же вместе…

Дуг. Собираем совет! ..(Он колотит в подвешенное у стены ведро. Ребята быстро сбегаются, только Лук еле ковыляет.) Люди, вот какое дело… Да, перво-наперво: никому не соваться в нижние помещения с огнем! Это самый строгий приказ!

Винтик. Почему?

Дуг. Потому что можем взлететь на воздух. Черная крупа — это не крупа, а огненная начинка для пушек.

Уголек. Вот это да…

Дуг. Теперь самое главное. У нас есть порох, ядра и большая пушка. И есть Женька, который понимает в этом деле…

Женя. Да я не очень понимаю, я только по книжкам…

Дуг. Но все-таки больше понимаешь, чем мы… Выстрелить мы сумеем. И если такое ядро попадет по башке Ящеру…

Все. Ура-а!

Дуг. Значит, объявляем Ящеру войну?

Все. Ура! Объявляем! А когда стрелять? Давайте сейчас! Соти. Постойте. Лук ногу наколол рыбьей костью. Надо кому-то в деревню пойти за отваром белого корня. А то сами знаете… Дуг (Луку). И где тебя угораздило? Сильно болит?

Лук. Не, не сильно. Только распухло маленько.

Соти (тихо Дугу). Сперва маленько, а потом…

Дуг. Ясно… Кто пойдет?

Юлька. Я пойду. Меня там знают, никто не трогает. Все думают, что я такой, немножко чокнутый, и жалеют…

Женя. Я Птицу позову, она тебя быстро донесет.

Юлька. Пока она прилетит, я уже спущусь. Я же знаю проход. Дуг. Давай… (Юлька убегает.) Соти, ты замотай Луку ногу, и пусть не скачет. А остальные давайте за порохом.

Женя. Лучше сперва ядра подкатим ближе к пушке.

Дуг. Это мысль… Ну что, взялись?

Все налегают на ближнее ядро. Оно не поддается. Дуг приносит деревянный кол, работает как рычагом. С трудом ребята вкатывают первое ядро в желоб, останавливают у жерла мортиры.

Женя. Чтобы выстрелить, запалим фитиль, а сами на всякий случай спрячемся в подвале… Пойдем, посмотрим укрытие.

Ребята уходят. Последней идет Соти, помогая ковыляющему Луку. Несколько секунд на площадке пусто. Потом Женя высовывается из подвального окошка башни. За ним — Дуг.

Женя. Нормально… Надо только Юльку дождаться.

Дуг. Он скоро вернется, он по ступеням и тропинкам как горный козленок скачет… Да вот он!

Вбегает Юлька. Оборванный, с мокрым от слез лицом.

Юлька. Ребята! Уходите, прячьтесь, они идут!

Женя и Дуг выбегают из башни, кидаются к Юльке.

Дуг. Кто идет? Что с тобой, Малыш?

Юлька. Прячьтесь! Они… там… сюда идут! Они…

Он старается заслонить Дуга и Женю от невидимой опасности, сбивает с ног, пытается закрыть собой… В этот миг раздается взрыв, сотрясающий всю крепость. Из щелей в камнях вырывается пламя. Дым заволакивает площадку. С минуту нельзя ничего разобрать. Рокоча, утихает эхо взрыва. Рассеивается дым. Потом из укрытия, стряхивая каменную крошку, отплевываясь, окликая друг друга, выбираются ребята.

Дуг. Все живы? Винтик? Уголек?

Уголек. Здесь мы… Кажется, все здесь… Что это было?

Дуг. Порох…

Все молчат. Слышны только всхлипывания: плачет Юлька.

Дуг. Малыш, не надо… Ну, что ты? Мы же все целы.

Юлька. Это они порох взорвали.

Галь. Кто?

Юлька. Слуги Ящера… Я от них убежал.

Дуг. А! Они погнались за Малышом и сами взорвались! Юлька. Нет! Они не взорвались! Это они нарочно, чтобы нас погубить!

Дуг. Откуда ты знаешь? (Юлька всхлипывает и замирает.) Малыш…

Юлька. Потому что это я виноват…

Он отходит к краю площадки, садится у разрушенного парапета на корточки, сжимается. Дуг подходит к нему.

Дуг. Малыш, ну что ты выдумал? Почему ты виноват? Юлька. Потому что я трус и предатель! Это я рассказал им про порох и про тайный ход! Они меня поймали, и я рассказал!..

Все быстро шагают к Юльке, обступают его.

Женя (загораживает Юльку). Вы что? Не смейте! Не трогайте! Ему же и так… хуже всех…

Соти отодвигает Женю, садится на корточки рядом с Юлькой.

Соти. Малыш… Сильно мучили?

Юлька (помолчав). Совсем не мучили… Только пообещали. А я все выдал. Вот ведь я какой трус. Теперь вы должны судить меня как изменника. Да?

Дуг. Эх ты, Малыш… Это их надо судить. Тех, кто воюет с ребятишками… А ты успокойся. Иди на траву, полежи, отдохни.

Юлька. Не… Нет, я здесь! Нет, Дуг, не надо, не трогайте меня. Пусть…

Дуг, постояв, набрасывает на Юльку свою куртку, знаками показывает всем, чтобы отошли.

Дуг. Пускай посидит один, если хочет. Ему сейчас плохо… А мы давайте посмотрим, что тут у нас натворилось…

Женя. Пушку со станка сбило, теперь не выстрелишь. Да и нечем уже.

Соти. Дуг, источник завалило. А воды только на день…

Галь. Проход засыпан, вниз не сойти.

Шип. А чего нам внизу делать? Там нас караулят.

Дуг. Едва ли караулят. Наверно, думают, что мы все погибли. Но все равно нам нельзя здесь оставаться… (Во время разговора Соти снова подходит к Юльке, поправляет куртку, что-то говорит ему.) Смотрите-ка, братцы, уже вечер. Давайте разожжем огонек. Только осторожно, чтобы они снизу не заметили. А потом обдумаем, как жить дальше…

Женя. Что же обдумывать? Теперь только в долину…

Дуг. Не так-то это просто. Лук не сможет лететь, у него ногу раздуло.

Соти (она сажает Лука на край покосившегося лафета). Нога пройдет. Сейчас смажем отваром, к утру будет лучше.

Уголек. А откуда отвар?

Соти. Малыш принес…

Дуг. Смотри-ка, принес все-таки. Сберег… Тун, дай фонарь.

Соти при свете фонаря смазывает и бинтует Луку ногу. Ребята разжигают у пушки костерок. Женя в это время отходит к Юльке.

Женя. Юлька… Как же ты им попался?

Юлька. Сам не знаю… Шел по деревне, а двое откуда-то подскочили и хвать… Говорят: «Ты из крепости спустился?» Я притворился, будто не понимаю, а они засмеялись и потащили меня… А там подвал… Все равно вы должны меня судить! Так надо.

Женя. Пойдем к огню, Юлька, здесь холодно.

Юлька. Нет, я здесь…

Женя. Здесь не надо. Пойдем тогда в пушку, спать.

Юлька. А ты разве… Тебе не противно вместе со мной?

Женя. Ну что ты говоришь! Если ты виноват, значит, и я…

Юлька. Ты-то причем?

Женя. Мы же обещали, что всегда будем дружить, Юлька! Мы же из одного города! И вообще… вместе. Значит, вместе и отвечать должны.

Юлька. Я один буду отвечать…

Незаметно подходит Дуг.

Дуг. За что отвечать-то? За то, что не смог стать героем? А кто из нас герой? Кто заранее знает про себя, сколько у него сил и твердости?.. Идите спать, ребята.

Юлька. Ага… сейчас… Я только скажу, как это случилось.

Ладно? Они затащили в подвал и говорят: «Покажешь проход». Я говорю: «Ничего не знаю…» А они смеются… Все время смеются! Кинули на скамейку, привязали. Я зубы сжал и думаю: «Ну и пусть бьют до смерти». А они бить не стали… Там доска такая над скамейкой, а из нее ржавые гвозди торчат… А те, кто меня поймали, спрашивают: «Будешь говорить, мальчик?» И нажали что-то… И доска все ниже, ниже, и гвозди прямо в глаза… Ну, я не выдержал, как закричу: «Пустите!..» Я сам не помню, что дальше получилось… В общем, я все выдал…

Юлька опять прижимается к камням. Во время его рассказа по одному подошли ребята. Среди них аль с фонарем.

Галь. Малыш, почему у тебя рот в крови?

Юлька. Это уже потом… Когда я лампочку раскусил…

Женя. Какую лампочку?

Юлька. Ну, они меня повели на веревке, чтобы проход показал, и фонарики взяли. Такие палочки с электрическими лампочками на конце… Когда в коридор пролезли, я говорю: «Дайте фонарик, а то ничего не видно». А сам думаю: «Как доберемся до склада, стекло раскушу и горящей ниточкой — в порох…» Только не вышло, ниточка сразу погасла. Тогда я веревку вырвал и побежал. А они отстали…

Шип. Как это — горящей ниткой в порох? Ты бы тогда первый в дым превратился!

Юлька. Если сразу, то, наверно, не больно…

Занавес

Женя выбирается из покосившейся мортиры.

Женя. Юлька, просыпайся, уже совсем светло.

Юлька. Я не сплю. Давно уже…

Женя. Ты что? Целую ночь не спал?

Юлька. Нет, я спал. Я даже сон видел. Будто ничего не случилось, и будто я такой, как раньше.

Женя. Перестань ты наконец! Ты и сейчас такой, как раньше!

Юлька. Неправда. Ты меня жалеешь. А чего меня жалеть?

Женя. У тебя не хватило сил, вот и все. Ты же еще не Юлий Цезарь, а просто Юлька.

Юлька. Я не просто Юлька. Я Юлька-предатель. И теперь я не знаю, как жить.

Женя. Но ведь каждый может не выдержать… Я вот тоже, бросил меч и убежал от Ящера. Что же теперь? Умирать?

Юлька. Сравнил… Это была не измена, а просто отступление. От этого никто не пострадал.

Женя. Но и от тебя никто. Ты даже лекарство Луку принес. И врагов хотел взорвать вместе с собой.

Юлька. Глупая была мысль. Могли ведь и вы пострадать. Это уж я от отчаянья…

Появляется Дуг.

Дуг. Вставайте, люди! Живей, живей!

Женя (Юльке). Пошли. Хватит тебе прятаться.

Юлька выбирается из мортиры.

Дуг. Быстрее, народ, быстрее! Сейчас согреетесь! Веселее, Лук, твоя нога уже не болит! Малыш, не кисни, все еще можно поправить! Ну-ка, встали в ряд! (Ребята встают в шеренгу. Дуг вскакивает на парапет.) Подняли руки, вот так!..

Дуг, смеясь, вскидывает руки. Раздается громкий щелчок. Дуг замирает, потом с окаменевшим лицом падает на площадку. Первыми приходят в себя Галь и Винтик. Кидаются к Дугу. Женя отшвыривает назад Галя, Юлька — Винтика. Над головой Винтика, на камне, вспыхивает дымок от пули.

Женя. Нагнитесь! Не подходите к краю! У них ружья!.. Гады, а говорили, что нет огнестрельного оружия!.. Нагнитесь, говорят вам! (Он подбирается к Дугу, тянет его за плечи к мортире: туда пули не залетят. Старшие ребята, пригибаясь, помогают ему.) Соти, неси бинт! Скорее!

Дуг открывает глаза, приподнимает голову.

Дуг. Не подходите к краю… Улетайте в долину…

Голова Дуга падает. Галь встает над ним на колени.

Галь. Не надо бинт, Соти…

Занавес

Над разрушенной площадкой круглая луна. От нее очень яркий свет.

У мортиры собрались Женя, Юлька, Галь и Винтик.

Галь. Птица уже отдохнула. Кому-то надо опять лететь.

Женя. Вы двое остались, летите.

Галь. А может быть, сначала вы?

Женя. Почему?

Галь (неуверенно). Ну… все-таки меня выбрали командиром, а командир должен уходить последним.

Женя. Командир нужен там, в долине. И скорее. А мы… Нам ведь не туда, нам в Орехов…

Юлька. Ребята, а может, нам сперва тоже полететь в долину?

Женя. Правда, Галь! Может, нам еще побыть вместе?

Галь. Нет, пора вам, ребята, домой… Вы же сами понимаете, какое там сейчас горе: сперва один пропал, потом другой…

Женя. Ладно. Улетим… Здесь от нас тоже одно горе…

Галь. Зачем ты так? Вы нам очень помогли. Вы рассказали про порох…

Женя. Ну и что? Все равно пороха больше нет.

Винтик. Есть же другие крепости! И пушки там есть! И порох найдем! Главное, что мы теперь знаем, какой он…

Юлька. А Дуг погиб…

Галь. Потому что война… Давайте прощаться. (Он берет Женю за руку, сжимает ее. Женя негромко вскрикивает.) Что с тобой?

Юлька. У него все ладони содранные. Это когда он кинжалом могилу долбил для Дуга…

Винтик осторожно берет Женю за локоть. Галь кладет ладонь на плечо Юльке.

Юлька. Ребята, простите меня…

Галь. Не надо про это, Малыш. Ты наш друг.

Юлька. Никакой я не друг. Из-за меня все несчастья…

Галь. Не из-за тебя. Из-за Ящера и его слуг. А ты спас Винтика.

Юлька. Я?!

Винтик. Конечно! Если бы ты меня не оттолкнул, пуля бы точно в меня…

Юлька. Я не помню.

Галь. Зато мы помним… Прощайте, ребята. (Все четверо сходятся, обнимают друг друга за плечи. Потом Галь и Винтик уходят за край площадки.) Мы полетели. Как только Птица вернется, улетайте и вы. Спешите, пока юго-западный ветер!

Винтик (уже издалека). Прощай, Женька! Малыш, прощай!

Проносится тень Птицы. Ребята смотрят вслед. Юлька садится у обложенного камнями холмика. Женя становится рядом.

Юлька. Я все думаю: наверно, он погиб из-за меня.

Женя. Скорее из-за меня. Слуги Ящера следили за крепостью, потому что знали, что я улетел сюда… Нет, Юлька, не из-за нас он погиб, не мучайся. Правильно Галь сказал: это война…

Юлька. Смотри, луна бледнеет. Скоро рассвет.

Женя. Ничего, мы успеем. Птица вернется до солнца.

Занавес

Птица летит в голубой пустоте над морем. К ее ногам привязаны веревки с доской — подобие качелей. На доске — Женя и Юлька.

Женя. Юлька, смотри! Волны с высоты кажутся неподвижными. Все море — как стиральная доска.

Юлька. А вон там земля какая-то! Это еще не наш берег?

Женя. Что ты! До нашего еще далеко! Это, наверно, край острова в море врезается, мы летим над бухтой. Смотри, скалы какие высоченные!

Юлька. А зачем Птица туда летит?

Женя. Наверно, путь сокращает. Пролетим над горами, потом опять над морем — и домой!.. Юлька, как ты думаешь, мы очень высоко летим?

Юлька. Конечно. Смотри, какой крошечной кажется лодка!

Женя. Где лодка?

Юлька. Да вон, под нами! Видишь, в ней человечек? Весло поднимает!.. Зачем это он?

Женя. Не знаю… Юлька, это не весло! Юлька, берегись! (Раздается выстрел. От доски отскакивает щепка.) Вот проклятые! Даже здесь нет от них спасенья!

Юлька. Пронесло! Теперь уж не достанет!.. Ой!

Женя. Что?

Юлька. Капля… Красная, смотри! (Показывает руку.) Сверху упала.

Женя. Кровь… Ой, еще… Он в Птицу попал! Ее ранили!

Юлька. Она же летит… (Полет становится неровным, Птица снижается.) Женя, она упадет!

Женя. Птица, миленькая, лети! Тяни до берега!

Полет слегка выравнивается, потом опять начинается прерывистый спуск.

Юлька. Она не дотянет!

Женя. Птица, милая, тяни до земли! Мы тебя вылечим! Только не падай!

Юлька. Она не донесет двоих! Я прыгну!

Женя. Не смей, Юлька! Смотри, скалы уже рядом!.. Все, Юлька! Вот она земля!

Занавес

Покрытая кустарником площадка, обломки скал. По краям — заросли. Выходят Женя и Юлька — измученные, оборванные.

Юлька. Женя, смотри, родник!

Они по очереди набирают в пригоршни воду, которая струйкой выбивается из скалы. Потом Женя беспомощно садится, приваливается к камню.

Женя. Проклятый остров… Сперва Дуга похоронили, потом Птицу… Теперь, наверно, наша очередь…

Юлька. Женя, не надо. Мы как-нибудь прорвемся. Спустимся к берегу, лодку найдем…

Женя. Там-то нас и подстрелят.

Юлька. Мы в темноте…

Женя. Нам не спуститься. Здесь ровная площадка, а кругом отвесные скалы. Такие плато в Южной Америке бывают, я читал. Помнишь «Затерянный мир» Конан-Дойля?

Юлька. Может, и лучше, что он затерянный. Меньше опасности… Жень, тихо… Смотри, люди…

Женя и Юлька прячутся за кустами. За сплетением листьев и лиан проступают светлые очертания человеческих фигур.

Женя. Это засада…

Юлька. Непохоже. По-моему, это ребята.

Женя. А чего притаились? Не двигаются.

Юлька. Может, нас боятся…

Женя. Ну, что делать? Так и сидеть? Все равно с голоду помрем… (Он встает.) Эй, вы там! Кто вы такие? (Достает из-за пояса кинжал.) Что вам надо? (Фигуры не двигаются. Юлька вдруг встает и шагает к незнакомцам.) Юлька, не ходи!

Юлька не слушает. Женя бросается за ним. Юлька осторожно, но без боязни подходит к замершим мальчишкам, откидывает ветки.

Юлька. Женя, это же скульптура!

Женя. Двое ребят… И меч. Юлька, это, наверно, та самая скульптура, которую сделал Ученый!

Юлька. А Правитель спрятал сюда! В такую глушь!

Женя. Но, значит, есть какой-то спуск отсюда!

Юлька. Найдем!.. Только сперва посмотрим скульптуру…

Он убирает последние ветки и лианы. Двое отлитых из металла мальчишек оказываются перед глазами наших ребят. Один сидит, подогнув ноги и опираясь на меч, который наполовину воткнут в каменный выпуклый постамент, напоминающий макушку спрута. Второй мальчик лежит. Голова его — на коленях у товарища.

Женя. И правда, никакие не рыцари. Мальчишки, как мы…

Юлька. Но меч-то всажен в башку Ящера… Женя, смотри, этот мальчик на тебя похож… Жень, это ты!

Женя. Да ну, непохоже… (Он приглядывается.) Нет, Юлька, правда похоже… Юлька, почему так?

Юлька. А вот так. Наверно, Ученый все предвидел.

Женя. Что предвидел?.. Юлька, а этот, который лежит… Это же — ты!

Юлька. Да?.. Смотри-ка, в самом деле…

Женя. Не нравится мне это.

Юлька. Почему? Наоборот, интересно…

Женя. Что — интересно? То, что ты раненый лежишь? Или… убитый? Мало им, что ли, Дуга? Мало Птицы? Не хочу я этого!

Женя бросается к скульптуре, кулаками, всем телом ударяет о ее подножие. Скульптура медленно, повинуясь скрытому механизму, поворачивается, отходит в сторону. Женя отшатывается.

Юлька. Что это?

Женя. Не знаю… Тайник какой-то…

Они осторожно подходят к открывшейся под скульптурой яме.

Юлька. Смотри, сундучок… Давай достанем. (Прыгают в яму, с натугой ставят на край узорчатый сундучок.) Старинный…

Женя. Ну и тяжесть…

Юлька. Вот и откопали сокровище…

Женя. На кой нам сокровище? Банку консервов бы…

Юлька. Лучше хлеба. Консервы все равно открыть нечем.

Женя. Моим кинжалом открыли бы.

Юлька. Тогда давай его. Крышку сундука подцепим…

Женя (достает кинжал). Юлька, а если там что-то такое… взрывчатка, например, или змея гремучая?

Юлька. Ну так что? Так, что ли, оставить, не открывать?

Женя. Нет… Раз уж нашли, надо открыть, никуда не денешься. Слушай, а тут никакой щелки нет, кинжал не просунуть.

Юлька. Может, камнем трахнуть по замку?

Женя. А если эта штука в ответ трахнет?.. Нет, постой. Я моим ключиком попробую. Он меня уже не раз выручал. Ну-ка…

Юлька. Поворачивается?

Женя. Застрял. Ни туда, ни сюда.

Юлька. Нажми кинжалом как рычагом.

Женя. Ага… Сейчас… Пошел!

С пружинным звоном отскакивает крышка. Женя и Юлька отшатываются, потом осторожно заглядывают в сундучок.

Юлька. Смотри, кнопки какие-то… Переключатели…

Женя. Как магнитофон.

Юлька. Или пульт управления.

Женя. Управления — чем? (Юлька пожимает плечами. Медленно тянет руку, наугад щелкает рычажком. Раздается жужжание, загораются лампочки. Ребята отскакивают и опять приближаются к странной находке.) Ох, Юлька, рванет сейчас… Подожди, может, это рация? Может, с домом свяжемся? (Он тоже нажимает кнопку. На скале возникает светлое пятно. На нем, как на экране, появляется берег озера.) Юлька смотри! Это то озеро! Где Ящер!

Юлька. Это что? Экран?

Женя. Не знаю… Нет, Юлька, не экран! Это дыра в пространстве, окно! Можно сразу — туда…

Юлька. Выключи!

Женя. Ага! (Нажимает кнопку, пятно гаснет.) Юлька… Нет, Юлька, подожди. Так нельзя, надо разобраться… (Он опять щелкает выключателем, и снова возникает пейзаж озера.) А вот еще рычажок. Смотри: стрелка вверх… (Нажимает. Из озера медленно поднимается голова дракона. Юлька вскрикивает. Женя быстро двигает выключатель. Ящер погружается.)

Юлька. Женя, это был он?

Женя. Ящер… Наверно, это пульт управления чудовищем.

Юлька. А почему здесь?

Женя. Кто его знает… Юлька, а может, Правитель (тот, первый!) нарочно спрятал сундучок в этой глуши, чтобы до секрета никто не добрался. А Ящера поставил на это…

Юлька. На что?

Женя. Ну… на автоматический режим. Чтобы раз в месяц вылезал и пугал народ…

Юлька. А ну, попробуем еще… (Он давит рычажок. Опять возникает Ящер и снова уходит в воду, послушный электронной команде.) Жень, это знаешь что? Игла Кащея!

Женя. Какая игла?

Юлька. Помнишь сказку? «В дупле сундучок, в сундучке утка, в утке яйцо, в яйце игла… Сломаешь иглу — тут и конец Кащею!»

Женя. А где здесь игла? Как ее сломать?

Юлька. Смотри, кнопка! И картинка: маленький Ящер зачеркнут крест-накрест!

Женя. Думаешь, нажать — и все?

Юлька. Конечно!

Женя. Тогда… Жмем, Юлька?

Юлька. Да… Нет, подожди! Ну-ка, подними еще раз эту тварь. (Женя двигает рычажком. Ящер опять поднимается над озером.) Вот так. А теперь жми, Женька! За Дуга!

Женя. И за всех ребят! И за Птицу! (Резко давит кнопку. Ящер скручивается, как от удара тока, но не взрывается. На экране он начинает увеличиваться в размерах, словно приближается.)

Юлька. Что это? Он не взорвался!

Женя. Что-то не так мы сделали!

Юлька. Женька, убирай его! Он сейчас сюда ворвется! (Женя лихорадочно двигает рычажками, давит кнопки.) Скорее!

Женя. Не слушается!

Юлька (хватает камень, швыряет в экран). Пошел отсюда, гад!

Женя. Юлька, подожди!

Он хватает кинжал, вскакивает на каменный уступ и наотмашь бьет клинком в изображение Ящера, в его голову! Вспыхивает и рассыпается сундучок на краю ямы. Вздрагивает земля, доносится издалека приглушенный вой. Ящер на экране разваливается на куски, они падают в воду.

Женя срывается с уступа, его подхватывает Юлька.

Женя. Все… Капут Ящеру.

Юлька. Вот это кинжал у тебя, Женька!

Женя. Все-таки не зря мы попали на этот остров, Юлька.

Юлька. Теперь на нем управятся без нас…

Женя. Ящера нет, значит, управятся… А для нас они должны сделать только одно дело…

Юлька. Отправить домой!

Женя. Домой, Юлька… Но сперва надо спуститься в город.

Юлька. Идем…

Занавес

Столица острова Двид. Яркий день, но на площади пусто. Из переулка выходят Женя и Юлька.

Женя. Тишина какая. Вымерли они все, что ли?

Юлька. Может, они траур по Ящеру устроили?

Женя. Какой траур? Радоваться должны… Смотри!

На площадь вытягивается вереница послушных школьников, сопровождаемая двумя квартальными воспитателями.

Воспитатель. Ступайте, дети мои. Идите без торопливости, чтобы не нарушить равновесия порядка, но и не медлите. К началу послеобеденного отдыха все должны быть в постелях.

Юлька и Женя недоуменно переглядываются. Бесшумно, на цыпочках, с нелепыми танцевальными движениями, выскакивает на площадь Крикунчик Чарли.

Крикунчик (медовым приглушенным голосом). Спокойного и беззаботного отдыха вам, почтенные жители острова Двид. В этот сладкий послеобеденный час мы предаемся приятному сну и уютным размышлениям о незыблемом равновесии порядка, установленного нашим славным и добрым Ящером…

Кружась и взмахивая руками, Крикунчик исчезает.

Юлька. Вот почему тишина! У них тут режим, «мертвый час»…

Женя. Они что, спятили? Ведь Ящера-то нет!

Юлька. А может, они это по привычке?

Женя. К черту такие привычки! Надо, чтобы… Ой, Юлька! Смотри, кто идет!

Юлька. Кто?

Женя. Отшельник!.. Ну-ка, пойдем! Я хочу с ним поговорить.

Женя и Юлька выходят навстречу Отшельнику, который неторопливо пересекает площадь.

Отшельник (заметив ребят). Мир вам в этом городе…

Женя (насмешливо). В городе, конечно, мир. И равновесие порядка. А в лесу, где мы встречались, тоже все хорошо? Капканы и ловушки на беглецов в порядке?

Отшельник (узнав Женю). Ты жив? Это хорошо. У тебя счастливая судьба.

Женя. Жив. А как вы живете, Отшельник? Нашли Главную и Вечную Истину?

Отшельник. Не нашел. И наверно, не найду: жизнь коротка. Я теперь думаю о других вещах.

Женя. О каких? Может быть, о совести? Вы знаете, что такое совесть. Отшельник?

Отшельник. Ты, кажется, осуждаешь меня. За что? Совесть неспокойна у тех, кто творит зло. А я не делаю ни зла, ни добра. Пусть люди живут, как хотят, я им не мешаю.

Женя. Не мешаешь? А зачем показал мне дорогу в ловушку? Отшельник. Другой дороги просто не было. Я решил, что такая у тебя судьба. Никто не должен убегать от своей судьбы. Женя. Врешь! Были другие дороги! Ты просто струсил! Испугался, что слуги Ящера возьмут тебя за шиворот: зачем спас беглеца?

Отшельник. Да, ты прав. Это помешало бы мне искать Истину. А Главная и Вечная Истина гораздо важнее жизни одного человека.

Женя. Уходи. Ты предатель. Я знаю, зачем ты пришел в город: чтобы получить награду за свое предательство.

Отшельник. Ну и что? Почему ты решил, что предательство — это обязательно плохо? Рядом с тобой стоит твой друг, он тоже предатель, но ты же не гонишь его…

Женя (заметив, как сжался Юлька). Уходи! Сравнил тоже! Ты… Тебя бы в такую беду пихнуть, как его, ты бы совсем сдох от страха!.. А Юлька людей спас!.. А ты… Убирайся! (Отшельник, пожав плечами и ссутулившись, отправляется своей дорогой.) Не найдешь ты Истину, Отшельник!.. А хочешь, я тебе ее скажу?! Хочешь? (Отшельник оглядывается.) Надо быть человеком, вот и вся Истина. Понимаешь? Че-ло-ве-ком! А ты червяк! Сидишь в еврей норе… Ну и сиди, пока не загнешься… Юлька, пошли.

Отшельник исчезает. Женя берет Юльку за руку, они идут через площадь.

Юлька. Куда теперь?

Женя. Во дворец! Мы им покажем равновесие… Не боишься?

Юлька. Пошли.

Они подходят к лестнице, ведущей на террасу дворца. У лестницы присел и дремлет, положив на колени мушкет, слуга Ящера.

Женя. Вот это равновесие порядка! Если сказано спать — все дрыхнут, даже часовые… Проберемся, Юлька.

Юлька. А зачем пробираться? (Он спокойно подходит к часовому, дергает к себе и перехватывает оружие. Слуга Ящера обалдело вскакивает и хочет завопить.) Тихо ты, скотина. Руки вверх… (Часовой послушно вскидывает руки.) Веди к Правителю.

Слуга Ящера. Их… пре… восходительство сейчас отдыхают.

Женя. Мы отдохнем вместе с превосходительством. Веди!

Слуга Ящера (испуганно оглядываясь и приседая). Только вы, пожалуйста, ничего не нажимайте. Оно может выстрелить…

Юлька. Иди, иди. Мы знаем, что оно может…

Слуга Ящера, съежившись, уходит в дверь под лестницей. Ребята — за ним. На площадь опять выпархивает Крикунчик Чарли.

Крикунчик. Тишина и благодать в нашей столице… Баю-бай, почтенные горожане… (Исчезает.)

На террасе пятясь появляется слуга Ящера, за ним Тахомир Тихо в ночной рубашке до пола. Следом выходят Женя и Юлька с мушкетом на изготовку.

Юлька (слуге Ящера). Марш в угол! Не оглядываться, рук не опускать!

Бывший часовой замирает в углу в требуемой позе.

Женя. А вы сядьте, Правитель. Поговорим немножко…

Тахомир (присаживаясь на кончик стула). Какие вы неосторожные. Вас могли здесь убить…

Юлька. Но не убили. Какая жалость! Верно, господин Тихо?

Тахомир. Совсем не жалость! Наоборот! Я очень рад. Да.

Женя (покачивая кинжалом). В самом деле? А мне казалось, вы очень хотели поскорее нас угробить.

Тахомир. Разве это я? Это обстоятельства!

Женя. Теперь обстоятельства другие. Ящера-то больше нет. А вы очень боитесь, что мы про это всем расскажем! Так, Правитель?

Тахомир (понемногу приходя в себя). Ну и расскажете. Ну и что? Люди столько лет жили с Ящером, кто же поверит, что его не стало?

Юлька. Поверят. Мы поймаем вашего Крикунчика и заставим голосить об этом на каждом углу.

Тахомир. Не так-то легко научить человека кричать не то, что он привык… Ну, а если люди узнают, что Ящера нет? Они сделают нового, вот и все. Или просто его придумают. Народу для нормальной жизни нужен страх.

Юлька. Это вы, правители, придумали такую чушь! Чтобы жить припеваючи!

Женя. И для этого страха захватывали детей и убивали их!

Тахомир. Это было необходимо для безопасности государства.

Юлька. Убивать детей для безопасности государства?

Он переводит ствол мушкета от слуги Ящера к Тахомиру и взводит курок.

Тахомир взбирается с ногами на сиденье.

Тахомир. Да! А что такого? Так делалось во всех странах во все времена! Вы плохо знаете историю!

Юлька. Так делали только фашисты!

Тахомир. Ну вот! А я при чем? Что вы все валите на меня?

Женя. А если мы за всех ребят… за Дуга… за Птицу… Мы ведь тоже можем убить тебя. Даже крикнуть не успеешь.

Тахомир (спуская ноги). Нет, вы не можете. Вы не привыкли убивать людей.

Женя. Разве ты человек?..

Тахомир. Да! У меня есть человеческие чувства. Я жалел тебя.

Женя. Ты?! Не ври! Меня никто не жалел в этом городе. Может быть, только Ктор, да и то чуть-чуть, сначала…

Тахомир. А ты знаешь, кто такой Ктор? (Он поднимается, проводит ладонями по лицу, по рубахе и превращается в Ктора Эхо.)

Ктор. Вот так…

Юлька. Что это с ним?

Женя. Фокусы… (Ктору.) Ну и что? Значит, ты еще больше гад, чем я думал. Двуличный гад.

Ктор. Вовсе нет. Дело не в этом. Правитель не имеет права быть добрым, а у меня мягкий характер. Вот я и научился превращаться, чтобы под разными видами проявлять доброту… И не забудь, что это я открыл тебе тайну подземного хода!

Женя. Который привел меня к Отшельнику, а потом в клетку!

Юлька. Может, все-таки пристрелить его? Я, кажется, смогу, если зажмурюсь… Если вспомню, как из-за него умирала Птица…

Ктор оседает и опять превращается в Тахомира Тихо.

Тахомир. Вы не имеете права убивать меня! Если я виноват, пусть меня судит мой народ! А вы — пришельцы из другой страны!

Юлька. А кто нас сюда притащил?

Тахомир. Ну… да! Я признаю. Я виноват. Но я же могу отправить вас домой… Имейте в виду, проход в пространстве сделать уже нельзя, взрыв Ящера разрушил все устройства. Но у меня есть воздушный шар, прекрасный, новенький. Юго-западный ветер моментально домчит вас домой. А?.. (Женя и Юлька переглядываются.) Что вам еще делать на этом острове? Вы убили Ящера, вы победители. Теперь пусть сам народ решает, как ему жить.

Женя (Юльке). А правда… Это ведь их страна. Пусть решают… (Тахомиру.) Ты, наверно, опять врешь. Посадишь нас в шар и прикажешь обстрелять.

Тахомир. Я клянусь!.. Зачем стрелять? Вы же полетите домой, навсегда!

Женя (Юльке). Летим?

Юлька (Тахомиру). Давайте шар…

Тахомир (пленному часовому). Мой персональный шар! Живо!

Слуга Ящера убегает. Скоро он и еще двое стражников выводят на площадь плетеную гондолу, от которой тянутся к брюху надутого шара стропы. Гондола тросом привязана к якорю, который слуги кладут на землю.

Трос натягивается, гондола повисает у земли.

Тахомир. Вот он, хороший мой. Личный. Всегда наготове. Садитесь и… ни пуха ни пера. По правде говоря, жалко шар-то, второго такого нет на всем острове. Но для почетных гостей…

Юлька. Садись, Женя…

Женя переваливается через плетеный край внутрь корзины.

Женя. Садись и ты, скорее. Давай ружье…

Юлька. Сейчас… Дай-ка твой кинжал.

Женя. Зачем?

Юлька. На минутку. Дай. (Берет кинжал.) Женя… Я не полечу.

Женя. Юлька, ты что?.. Юлька, не дури!

Юлька. Так надо. Ничего не поделаешь…

Женя. Да зачем? Зачем мы здесь нужны?

Юлька. Ребята в долине еще ничего не знают. Кто им расскажет?

Женя. Но в долину все равно не пробраться!

Юлька. Я проберусь… Дуг говорил, что я как горный козленок… А ребята должны готовиться к бою. Слуги Ящера так быстро не сдадутся.

Женя. Да сдадутся они, Юлька! Они же трусы!

Юлька. У них ружья… А я помогу ребятам.

Женя. Тогда я тоже… (Хочет выпрыгнуть.)

Юлька. Тебе не надо! Ты лети!.. А я… Женька, я не могу быть предателем второй раз.

Женя. А я, значит, могу?! (Снова хочет выскочить.)

Юлька. А ты при чем? Ты все сделал как надо. Теперь моя очередь.

Женя. Наша общая очередь — лететь домой! Юлька, у тебя же дома отец, мама! Ты забыл?

Юлька. А птенец? Он ведь тоже сын… Он сын нашей Птицы, и теперь он сирота. Кто его выкормит?

Женя. Птенец?! Юлька, я забыл! Тогда я тоже… (Он перебрасывает ногу через край гондолы. Но Юлька бьет клинком деревянного кинжала по якорному тросу. Трос лопается, гондола взмывает.) Юлька, что ты сделал!.. Юлька-а!..

Занавес

Снова старый переулок на окраине Орехова. Женя и Толик сидят на лавочке. Женя закончил рассказывать свою историю.

Толик. А почему ты раньше все это не рассказывал?

Женя. Я сперва думал: может, это бред? Может, привиделось, когда болел? Все так отрывочно вспоминалось… А потом — ключ нашелся… Тогда я вспомнил все по порядку, тут и началось…

Толик. Что началось?

Женя. Не понимаешь, да? Совесть-то грызет…

Толик. Ты же ни в чем не виноват!

Женя. Виноват… Надо было сразу из корзины прыгать, а я задержался. На самую дольку секунды, а все равно задержался. Надеялся, что Юлька передумает. А он рубанул канат…

Толик. Ты просто растерялся. Это с каждым бывает.

Женя. И вот я здесь, а Юлька там…

Толик. Может, еще не все потеряно. Ты так не мучайся.

Женя. А я уже не мучаюсь. Потому что кружит тень…

Толик. Ну, хватит тебе… У тебя такие мысли, будто все на свете пропало!

Женя. Да как раз ничего не пропало! Ты думаешь, тень — это плохо? Это кружит тень от Птицы! Ты не понял, что ли? Я слегка дуну в ключ — и она прилетает!

Толик. Но Птица же погибла!

Женя. А птенец? Это ее птенец вырос и прилетает на сигнал!.. А раз вырос, значит, его кто-то выкормил! Значит, Юлька жив! Кроме Юльки и меня, никто не знал, где гнездо!

Толик. Но если Юлька жив, он добрался до ребят в долине!

Женя. Конечно! Птенец вырос и донес его туда! И Юлька им все рассказал!

Толик. Только непонятно: если у него есть Птица, почему он не вернется домой?

Женя. Наверно, потому что на острове еще не все в порядке. Наверно, еще не кончен бой… Толик…

Толик. Что?

Женя. Теперь я знаю, как быть. Надо выйти на берег озера, где никого нет. Тогда Птица не будет бояться и опустится ко мне…

Толик. А потом?

Женя. А потом я опять буду там. Мы с ребятами приручим десяток молодых птиц и однажды ночью обрушимся на столицу острова десантом… Мы им покажем равновесие порядка!.. В городе найдутся смелые мальчишки, они помогут нам.

Толик. Это будет десант синих крыльев… Слуги Ящера и опомниться не успеют!

Женя. Да… А потом Юлька вернется домой… Но мне нужно оружие. Кинжал-то остался у Юльки. Ты мне сделаешь новый?

Толик. У меня есть готовый. Вот…

Женя. Смотри-ка! В точности такой же…

Толик. А ты мне тоже сделай…

Женя. Я? Но… я же не умею, у меня выйдет простая деревяшка. Некрасивая…

Толик. Дело ведь не в красоте. Главное, чтобы т ы сделал. Ты же сам говорил: если кинжал сделал друг — в нем волшебная сила… А одного кинжала на двоих нам будет мало.

Женя. На двоих?

Толик. Ты же сам говорил, что Птица может унести двоих! Когда летим?

Занавес