«…Серафима Игоревна, вы знаете, что я являлся вашим благодарным посетителем много-много лет…» – зачитывал письмо мужчина лет сорока пяти, сидя в зале художественной литературы перед Серафимой.

– Да, это так. Ваш отец, Леонид Павлович, часто приходил к нам в библиотеку. При этом он всегда говорил, что у него своя потрясающая библиотека, есть редкие книги, – сказала Сима, соглашаясь. – Поэтому не знаю, что интересного он находил у нас.

Мужчина отвел глаза. Он был высокого роста, холеной внешности, со слегка уже лысеющей головой и похотливым взглядом.

– Отец рассказывал нам, что он у вас частый гость, мы это знали и даже радовались его увлечению. Ему не хватало общения, заботы, он любил книги… Нет, у него все было, и квартира роскошная, никто его оттуда не выгонял, и одежду ему покупали, и еда всегда имелась в холодильнике. А вот поговорить… Поговорить старику было не с кем, это точно, мы люди взрослые и занятые. Я уже давно жил отдельно, семья, двое детей, с утра до вечера на работе. Редкий выходной я проводил с детьми и женой. До отца мы добирались редко, это честно. Он даже шутил, что мои деньги, которые я ему посылал ежемесячно, приходят чаще, чем я в гости. Мама наша давно умерла, а моя сестра уже лет двадцать живет за границей и что-то совсем не горит желанием возвращаться в Россию, дети… заботы… А отец, как человек умный и интеллигентный, очень любил читать, собирал библиотеку, превратив это в хобби. Во времена дефицита, если бы его поставили перед выбором купить редкую книгу, собрание сочинений или чешскую стенку, какой-нибудь хрусталь, выбор несомненно пал бы на книги. И к вам он ходил общаться, читать то, чего у него не было. Все говорил: «Такие там женщины работают, такие женщины! Просто необыкновенной душевной красоты! Сейчас таких больше нигде не встретишь… Лишь там и остались… Только там и искал бы невесту себе!»

– Спасибо ему за это, мы все его тоже любили, – смутилась Серафима.

– А уж в вас, Симочка, Леонид Павлович просто был влюблен. Сказал, что будь он лет на сорок-пятьдесят моложе, то у меня бы появилась мачеха, – засмеялся Юрий Леонидович и, как показалось Серафиме, даже состроил ей глазки.

Вот это ей уже было менее приятно.

– А вы все в библиотеке? Работаете и работаете? В библиотеку – домой, из дома в библиотеку и обратно? – спросил он.

– Все именно так, – ответила Сима.

– И не скучно? Какие-то развлечения? Хобби? – продолжал расспрашивать он.

– Я занята любимым делом, – сухо ответила она, поражаясь, насколько приятен был в общении Леонид Павлович и насколько отталкивающее впечатление производит его сын. Или она к нему предвзято относится? Все в библиотеке знали, что Леонид Павлович умер, Зинаида Сергеевна, библиотекарь из читального зала, хотела сходить к нему на похороны, но потом не рискнула, хотя адрес у них был, как-то ей неудобно показалось…

– Неудобно без приглашения, – так и сказала она, вздыхая…

– Вот наши хорошие, интеллигентные читатели постепенно умрут все, а молодежи у нас не прибавляется, – вздохнула тогда директор библиотеки Алла Давыдовна, – так постепенно и сойдет наша работа на нет… нет у нас перспективы, нет будущего…

– А мой отец знал толк в женщинах, – прищурил свои игривые глаза Юрий Леонидович, – вы на самом деле очень приятная женщина.

– Я не знаю, что вам ответить, если честно, – ответила Серафима, – мы очень сожалеем, что вашего отца не стало. Нам тоже его не хватает… человек очень добрый был и умный, сейчас таких мало.

– Он еще облюбовал вашу библиотеку из-за того, что она находится в таком замечательном месте, в красивой старинной усадьбе с вековыми липами и дубами. Отец любил бродить по парку и словно черпал здесь силы от самой природы, он представлял, как по этому парку гуляли женщины в длинных платьях, князья, графы. Извините. Я, в отличие от отца, не так много читал. У него могло разыграться воображение, как у любого впечатлительного человека.

– Я понимаю, – сочувственно вздохнула Серафима.

– Но мне очень нравилось это увлечение отца. Что плохого? Самое лучшее для пожилого человека. Ходит себе в библиотеку да ходит. Все лучше, чем на какие-то танцульки, где его охмурила бы дама лет на…дцать моложе, и он оставил бы ей свою квартиру? Правильно? – засмеялся он, и смех оказался таким же неприятным, как и он сам, или Серафима относилась к нему совсем уж с неприязнью?

– Я не знаю, я не хожу на танцы, – ответила она. – Вы сейчас пришли ко мне с какой-то целью? Извините, у меня работа… У меня правда много дел…

– Да, да, конечно! Работа, работа. – Внезапно взгляд Юрия Леонидовича стал очень жестким. – Я тоже по делу зашел. Неплохо ты охмурила моего отца. Что, он под этой серой тряпкой какие-то прелести разглядел? Может, и со мной поделишься? Что-то я пока рассмотреть не могу, чем ты его взяла, что этот старый дурак совсем голову потерял?

Серафима на время даже лишилась дара речи.

– Вы что себе позволяете? Как вы смеете?! Я не понимаю!! – воскликнула она.

– Я посмотрел абонемент своего отца. Больше всего он посещал тебя, Серафима прекрасная, ты тут самая молодая и самая интересная, – сообщил он.

– Не меня, а мой зал художественной литературы, – поправила она его.

– Вот-вот, и тебя в этом зале, – не унимался он.

– А я-то в чем виновата, что Леонид Павлович не был «технарем» и не посещал зал технической литературы? Он любил поэзию, романы, поэтому и шел ко мне в зал. Что в этом такого? Почему вы говорите со мной в таком тоне? Вы не имеете права, – все еще не понимала Серафима.

– Ладно строить из себя невинную овечку!! Мой папаша завещал вашей библиотеке все свои книги, которые собирал всю жизнь! Нам недавно, после соблюдения всех формальностей, озвучили его завещание, так я в шок впал. Всю свою библиотеку, что он собирал годами, он передает вам!!! Это огромные деньги!! И не в семью, а чужим людям, то есть все тебе, – даже лицо покраснело у Юрия Леонидовича.

– Мне?! – испуганно переспросила Сима.

– Не лично вам, а вашей библиотеке! – От злости Юрий Леонидович готов был просто лопнуть.

Серафима же вообще не понимала, почему к ней такое отношение? В конце концов, Леонид Павлович не оставил ей лично дачу, квартиру или машину, а всего лишь библиотеку для библиотеки. По ее мнению, это весьма логично, раз уж он так был привязан к этому месту, любил книги и знал, что здесь к книгам хорошо относятся и будут хранить то, что для него на самом деле дорого.

– Прекратите на меня кричать и вообще говорить со мной в таком тоне, я вам поводов не давала и отца вашего, светлая ему память, не трогала, – сказала Серафима.

– Ладно, я постараюсь взять себя в руки, я немного погорячился, – пообещал Юрий Леонидович.

– Да уж, постарайтесь, – согласилась Серафима.

– Вам привезут библиотеку отца, я не смогу пойти против его последней воли, так и быть! В принципе я для этого и пришел… – сокрушенно вздохнул Юрий Леонидович.

– Если для вас это настолько неприемлемо, то вы можете и не отдавать нам книги, – сказала Серафима, почему-то приняв такое решение за директора библиотеки.

На секунду в глазах Юрия Леонидовича мелькнули неподдельная радость и явное желание так и сделать. Но потом он снова погрустнел и понуро покачал головой.

– Чтобы папаша снился мне во сне и укоризненно грозил пальцем и тряс головой? Нет уж… Завещал вам, милейшие и интеллигентнейшие вы наши женщины, так и берите… – съязвил он, – бог с ним! Привезут вам его библиотеку. А вы мне бумагу официальную приготовьте, что я выполнил волю покойного.

– Обязательно, только не я, а директор библиотеки. Она же официальное лицо, ей и будете передавать наследство, – ответила Серафима.

– Дело в том, милочка… – сузил он свои шаловливые глазки.

– Серафима Игоревна, – оборвала его Серафима.

– Зачем так официально, Симочка? – все еще пытался завязать непонятные отношения Юрий Леонидович.

– Серафима Игоревна, – повторила Сима недрогнувшим голосом, превращаясь в женщину-кремень.

– Хорошо, Се-ра-фи-ма Игоревна! По завещанию мой отец передает эти книги в вашу библиотеку, но с условием, что вы станете доверенным лицом, и книги останутся в библиотеке, пока вы в ней работаете, а дальше на ваше усмотрение! Так что фактически он лично вам передает книги. Просто отец понимал, что в квартире у вас его библиотека вряд ли поместится, что книгам в таком количестве лучше будет в библиотеке, но при тебе, – скривив губы в подобии улыбки, произнес Юрий Леонидович, осматривая ее с головы до ног.

Серафима еле выпроводила его, надеясь больше никогда не встретиться с этим неприятным типом. Но директор библиотеки вызвала ее, когда Юрий Леонидович в присутствии официального лица передал библиотеке книги отца. Их привезли запакованными в машине «Газель».

– Ого! – только и могла произнести Алла Давыдовна. – Вот это библиотека! Такое пополнение фонда! Мы просто счастливы!

– Еще бы… – процедил сквозь зубы Юрий Леонидович.

Действительно, там были редкие, старинные книги, в роскошных переплетах из кожи, с золотым обрезом, то есть весьма дорогие экземпляры.

– Очень ценная коллекция, – согласилась Алла Давыдовна, – все книги в прекрасном состоянии. Молодец Леонид Павлович. Эти книги предназначались тебе, Сима, поэтому ты можешь их продать и наконец-таки хоть что-то приобрести себе. С наших-то зарплат особо не разбежишься, – сказала она ей, когда Юрий Леонидович ушел.

– Нет, что вы! Человек всю жизнь собирал! Я не хочу ничего продавать, пусть они еще послужат людям! Я не просила это наследство, оно на голову свалилось само, и я думаю, что хозяин книг не хотел, чтобы я их разбазаривала и продавала, – сказала Серафима.

– Тогда я поручаю их именно тебе. Разбери. Что следует хранить особо, что в читальный зал можно вынести, а что и на абонемент людям… Сама смотри. И кому, как не тебе, этим заниматься! – строго посмотрела на Серафиму Алла Давыдовна и снова ушла на больничный. Она только и вышла, чтобы поставить свою подпись на документе по приему книг.

Сима опять осталась тут одна с кучей проблем, которые она не могла решить, даже если бы работала целые сутки. Она пыталась разобраться с документацией в кабинете директора, бегала в зал художественной литературы, потому что иногда ее туда вызывали, ведь без нее там все были как без рук. Пришел вызванный в очередной раз компьютерщик. Сима сразу же извинилась:

– Вы работайте, делайте, как надо. Я все равно ничего не понимаю, поэтому рядом стоять не буду. Не стану вам мешать, если что, позовите меня…

Мужчина отнесся к делу очень основательно и честно признался Серафиме, что за день не успел сделать, но подвижки есть, и это уже радовало.

– Я приду завтра. Денег дополнительных не надо, – пообещал мастер.

– Спасибо! – обрадовалась Сима. – Хороший вы человек! Добрый вы человек!!

– Вы тоже ничего, но вот… фигура… – почесал затылок мужчина, совершенно внезапно переходя на личности.

– Что фигура? – замерла Серафима.

– Да не берите в голову!

– Нет, уж говорите, коль начали! – не согласилась она с ним, преграждая путь. – Что не так с моей фигурой?

Мужчина выглядел сконфуженным, он и сам был не рад, что ляпнул.

– Вы вроде молодая, симпатичная женщина, – начал он издалека.

– Ваши слова вселяют некоторую надежду, – подбодрила его Серафима, все еще не уходя с дороги.

– А ходите как-то… сутулитесь, ноги шаркают. Тонуса у вас нет, вот! То есть фигура-то хорошая, но не подтянутая! Вам бы заняться, как его, это… фитнесом! Вот! – выдохнул он.

– Фитнесом? – переспросила Сима.

– Да. Побегать, попрыгать. И станете подтянутой, плечики расправятся, глаз загорится. Советую я… – И мужчина бочком-бочком просочился мимо нее.

Серафима задумалась, поэтому и выпустила его из мышеловки.

«Может, и правда надо хоть что-то поменять в своей жизни? Так вот, как он сказал? Полечу на крыльях-то расправленных, то есть плечиках, и найду что… Хорошее, конечно».

И тут же в ее сознании всплыла вывеска «Фитнес-клуб», мимо которой она проходила совершенно спокойно каждый день. А сегодня вот Серафима не прошла мимо, толкнула железную дверь, надеясь на перемены в жизни личной…

Сильно накрашенная девица в яркой футболке и короткой юбчонке с удивлением и каким-то безразличием посмотрела на Серафиму. Было даже интересно, как эти два чувства могли сочетаться у нее на лице, словно в одном глазу поселилось удивление, а в другом давно жило безразличие.

– Здравствуйте, – мялась Сима в дверях.

– Зрасте, – ответила ей девушка, внимательно посмотрев на свой длинный ноготь, и он у нее вызвал большую заинтересованность, чем сутулая фигура Серафимы, мнущейся в дверях.

– Мне к вам, наверное… – напомнила о себе посетительница.

Девушка что-то буркнула.

– Как бы вот узнать. Позаниматься бы мне, – не знала, что сказать, Сима, растеряв весь свой словарный запас.

– Нет мест у нас, – спокойно ответила девушка, переходя к изучению ногтей на другой руке.

– Совсем?! – ахнула Серафима, почему-то не ожидавшая такого ответа. Она, как человек далекий от спорта, почему-то думала, что и все люди так же относятся к этому ненужному времяпрепровождению. И когда ей говорят, впервые пришедшей и готовой заниматься, что нет мест, это невольно ставит в тупик. Она-то думала, что спортзалы, фитнесы пустуют в ожидании жертвы, которая захочет там проливать пот. А оказывается, коробочка-то была полна.

Все ее эмоции отразились у нее на лице так явно, что дрогнуло даже сердце девушки. Уж она-то понимала, что именно Серафима нуждается в спортивной помощи.

– Попробуйте подойти через месяц, может, освободится место? – предложила она ей. – Абонемент у кого-то закончится…

– Через месяц? – протянула Сима.

– Да, в смешанной группе, может, кто из женщин откажется, – пожала плечами девушка.

– Смешанная группа? – переспросила Сима.

– Мужики и женщины вместе, все дела… Вас же это интересует? – стрельнула она густо подведенными глазами.

– В смысле? Что это? – на самом деле не понимала Серафима.

– Накачанные мужчины… Женщины вашего возраста и вида приходят сюда для… знакомства. Это негласно, конечно, но так, – надула пузырь из жвачки девушка, – чего скрывать-то? Спортзал – это место, где можно познакомиться с мужиком, это же все знают…

Серафима почувствовала, как ее лицо вспыхнуло.

– Господи! Я не знакомиться! Я хочу чуть постройнеть, подтянуться! Какие мужчины? Я даже не думала об этом! Честное слово! Спасибо, конечно, что вы меня просветили, но я не за этим…

Девушка впервые проявила какой-то интерес к ее персоне.

– Правда?

Хотя взгляд ее выражал, что Серафиме не мешало бы начать активно действовать: думать о знакомстве, а не строить из себя недотрогу в таком-то возрасте!

– Честное слово! – повторила Серафима.

– Ну, тогда у нас есть место в женской группе, сами понимаете, что там заниматься желающих меньше, – сказала девушка.

– Женской? Я согласна! Было бы место! – обрадовалась Серафима. – Мне-то все равно! Даже лучше… перед мужчинами стыдно быть не в форме… Это как в бане, ой! Что я несу?

– Завтра вечером приходите. Но я предупредила, что это не очень популярная группа, – поджала накрашенные губы девушка.

– Я не совсем понимаю… вернее, я уже вроде поняла…

– А чего не понимать? Все женщины мечтают смотреть на накачанных сильных мужчин, это вы у нас одна такая скромная… – с большим скептицизмом посмотрела на посетительницу девушка. – Идут часто в спортзалы для знакомства. А вы представляете, каковы внешне женщины, которые идут в зал с условием, чтобы не было мужчин? – Девушка приблизилась к лицу Симы и сделала большие глаза. – Они ужасны! Вы – изящная тростинка по сравнению с ними. Они мучаются комплексами. Это огромные, целлюлитные коровы! Это – безумие! Потные, большие дуры. Вы будете дюймовочкой в этой группе. Как у такой необъятной коровы появляется намек на талию, она сразу же переходит в группу с мужчинами.

– Я приду завтра в эту группу, – сказала Сима, даже испугавшись негативной энергии, просто фонтанирующей из этой девушки.

А после, уже идя по ночной улице, она подумала о том, что нельзя так относиться к людям, страдающим излишней полнотой, тем более администратору в спортивном клубе, но ее мысли мало что могли изменить.

Все дни Серафимы были похожи один на другой, единственным отличием в ее жизни стало то, что она пришла на занятие спортом в тот фитнес-клуб. В тренажерном зале пыхтели только женщины, что для самой Симы совершенно не являлось проблемой, как уже выяснилось. Женщины действительно были ужасны в массе своей, девушка-администратор не соврала. Огромного размера, пахнущие потом и очень интенсивно тренирующиеся. Словно на них напала жажда похудеть любой ценой. Вот так жили много лет, не тужили, лежали на диване с пультом в руке, ели гору пончиков на ужин, запивая сладкой газировкой и покупая вещи все большего и большего размера, и вдруг – на! Проснулась такая страсть, тяга к похудению! Будто вот однажды, подойдя к зеркалу, увидели, какие они страшные, жирные. Так вот, внезапно. До этого момента зеркала словно и не было.

В принципе Серафиме было все равно, сколько человек и какие они пыхтят на тренажерах. Сбивал с ног едкий, весьма специфический запах пота. Серафиму мгновенно затошнило, замутило. Привыкнуть к этому она не могла, да и не хотела. Вид у нее был очень потерянный. Да еще в старом спортивном костюме с оттянутыми коленками, в немодной обуви. Она не знала, с чего ей начать, пока перед ее лицом не нарисовался улыбчивый парень с оттопыренными ушами, широкими плечами и рельефными руками, выдающими в нем человека, знакомого с «железом».

– Новенькая? – спросил он.

– Да, здравствуйте. Я первый раз. Скажите, вы мне можете помочь? Рассказать, куда мне и как? Я просто не умею пользоваться ничем этим, – обвела глазами тренажеры Серафима, ловя на себе заинтересованные взгляды женщин.

– Вы купили разовое посещение или абонемент? – поинтересовался парень, поигрывая дельтовидной мышцей.

– Разовое.

– Зря! Абонемент дешевле, и одно посещение ничего не даст. Я здесь для того, чтобы помогать, но если вы совсем новичок…

– Да, я никогда не занималась спортом. Вообще никогда! Даже отлынивала от уроков физкультуры в школе! – честно призналась она.

– Плохо, очень плохо, – поджал губы накачанный парень, – я не могу быть только с вами, а вам на каждом тренажере помогать надо! Иначе вы себе и навредить можете, то есть своему здоровью.

– Как тогда? Что делать? – растерялась Сима, которой все было в диковинку.

– Вам надо купить индивидуальную тренировку. Тогда я целый час буду стоять рядом с вами, все подсказывать и контролировать, – сказал парень, – а без меня вы пропадете!

– Сколько стоит индивидуальное занятие? – спросила Серафима.

– Тысяча, – заявил парень.

– У меня всего тысяча, наверное, в кошельке, – стушевалась Серафима, не ожидавшая, что ее новое увлечение окажется еще и таким накладным. Ей даже на абонемент не хватило, поэтому пришлось оплатить разовое занятие, раз уж она настроилась.

– Я сейчас спрошу у администратора, может, скидку сделают? – сказал накачанный парень и исчез.

Тут же к ней подбежала одна из толстушек, несмотря на свою комплекцию, она оказалась очень даже шустрой.

– Не плати ты ему ничего! Это же – коршун! Вцепляется в каждую вновь прибывшую! Лишь бы ему индивидуальные тренировки оплачивали! Мы сами тебе все подскажем и покажем! – шепнула Серафиме пышная дама и убежала так же быстро, как и появилась.

Парень вскоре явился с обаятельной улыбкой на лице.

– Вам дали скидку десять процентов. С вас девятьсот рублей.

– Извините, я сама, – отвела глаза Серафима и почувствовала всю свою никчемность, потому что парень смерил ее презрительным взглядом:

– Ну-ну, – и отошел в сторону.

Дальше для Симы начался самый настоящий ад. Каждый тренажер она психологически воспринимала как новое жуткое препятствие. Страшным откровением для нее явилось то, что она не соображает не только в компьютерах, но и в элементарных тренажерах тоже. Она не справлялась даже с подробной инструкцией пользования тренажером, которая висела на каждом из этих железных чудищ.

К ней, как и обещала, подходила та полная женщина и на что-то нажимала, чтобы запустить ей беговую дорожку. Серафима, конечно, не успевала ничего запомнить. Удовольствия от физической нагрузки Серафима, разумеется, не получала. Мало того, она вполне реально испытывала совсем другие чувства, исключительно негативные. Ей не нравилось все, что происходило. Она понимала, что ради красоты надо идти на какие-то жертвы, но осознавала, что психологически оказалась к этому совсем не готова. Она опять запуталась в каких-то кнопках на очередном тренажере. Полная женщина подбежала, не выдержав.

– Ну, что же вы такая тупая?! Вот кнопка пуск, вот – выключение! А это вот – регулировать интенсивность! Как-как?! По ощущениям!

Дама была явно раздражена и сама пыхтела на тренажерах очень интенсивно, ловко управляясь со всем оборудованием. Дышать от запаха пота становилось все тяжелее, кислорода в этом подвальчике явно не хватало. У Симы уже кружилась голова.

– Не мучайся! – обратилась к ней женщина. – Иди поработай с весом!

– Это что? – не поняла Серафима.

– Совсем темная, что ли? В следующем зале гантели, штанги. Надо и их потягать. Только не хватай сразу огромный вес! Начинай с маленького, а там как пойдет.

Серафима по совету женщины пошла в другой зал, где на длинных металлических балках лежали гири и гантели разного веса. Что с ними делать, она вообще не знала. Чисто интуитивно Серафима выбрала самую небольшую штангу и, встав в стойку, стала пытаться поднять и опустить штангу. Поднять удалось, а вот опустить… Она просто придавила себя штангой и зависла в самой нелепой позе на свете. С виду спортивный снаряд показался Симе не очень тяжелым, на самом деле диски были довольно большого веса. Стержень штанги разместился в угрожающей близости от ее худой и бледной шейки. У Серафимы от напряжения свело руки, и они начали дрожать. Отвести от себя угрожающий вес она не могла.

– Помогите! – пискнула она, понимая, что даже на словесное «помогите!» тратятся лишние силы. «Как же я нелепо погибну! И это на первом же занятии!»

Поэтому появление лица парня с оттопыренными ушами она восприняла как спасение. Странно, но служащий не спешил ее освободить, то есть броситься на помощь. Его лицо расплылось в кривой усмешке.

– Что? Проблемы? Ай-ай-ай… А я ведь предупреждал! Не знаешь ничего, не суйся! Пожалела девятьсот рублей – подорвала здоровье! А то и вообще погибла бы сдуру. Вот куда влезла? – вместо помощи сказал он.

– По-мо-ги-те, – сдавленно повторила Серфима, но парень опять не спешил.

– А ты хорошенькая. Очень даже ничего. Не как эти клуши. Что пришла сюда-то? Небось мужика хочешь? Вижу по глазам, что хочешь. Вон они у тебя какие тоскливые, одинокие. А в «качалке» мужики с мышцами. Так? Они такие сексуальные! И у тебя в голове сразу же бродят мысли сексуального толка? И я понимаю, и я могу уважить, я вижу по твоим глазам, что ты хочешь. Расслабься и раскрепостись.

Серафима не верила своим ушам. Что он мог понять по ее уже выпученным глазам? А потом она почувствовала его руки на талии и от неожиданности и омерзения сильно дернулась. И как-то сразу вся эта железная конструкция пошатнулась, посыпались диски с лязгающим звуком, раздался дикий крик с нецензурной бранью парня, и все это накрыла резкая боль в голове Симы. Боль, которая затмила сознание…