Репетиция хора.
Станислав Геннадиевич
Повторяю: до фестиваля остаётся — до всесоюзного три месяца, до Всемирного фестиваля молодёжи и студентов пять. Старики, вам слово.
Скорикова
Станислав Геннадиевич, сначала вот.
Медленно.
Мы скорбим по поводу гибели в командировке в Канаде Володи Гречанинова. Просьба встать. Просьба садиться. Станислав Геннадиевич, остаётся открытым вопрос о первых тенорах. В оперной студии медработников есть Туманский, но он не лирический, а драматический тенор. Стоит вопрос этот обсудить. Туманский вроде бы ставит условия, он поступает в Гнесиных на вокальное, зная, что вы, Станислав Геннадиевич, являетесь доцентом Гнесиных…
Станислав Геннадиевич
В рабочем порядке! Итак, до фестиваля считанные месяцы и двенадцать занятий. На дворе март тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. Костюмы не сшиты. Вопрос с делегатами на фестиваль международный остаётся открытым до победы на всесоюзном фестивале. Подчёркиваю, до по-бе-ды. Тем не менее, альтов двадцать, первых альтов пятнадцать при норме десять. Альты, будьте старательны, боритесь за право. Это творческий конкурс. Сулимова, опять пошла опаздывать. Правда, уже бросили мы дудеть. Уже не солируем. Хорошо, мощно звучит Сулимова в форте, пиано надо подработать, учись у стариков. Перерыв. Баранова, подойдёшь ко мне.
Баранова подходит.
Баранова, пропущено два месяца. Учти.
Галя
Станислав Геннадиевич, я два месяца промокала в больнице, я упала с поезда.
Поднимает со лба волосы, показывает.
Зашивали.
Станислав Геннадиевич
Мы прошли новые вещи, возьми у Сулимовой партии, она выучила.
Лора
Я дам, Станислав Геннадиевич.
Лора и Галя отходят.
Слушай, ты где была?
Галя
Где была, там нету.
Лора
Слушай, мы столько новых вещей прошли, кошмар.
Галя
Скажи, у тебя хата ещё свободна?
Лора
Да вообще-то их вот-вот выгонят к нам, они надоели там страшно. Все мечтают, чтобы их оттуда выгнать. Но пока ещё не выгнали. Так что их комната ещё есть. Я там живу одна. А что?
Галя
Меня позавчера из больницы выписали, я сидела ночь на междугородней. День спала в метро. Поехала к своей квартирной хозяйке, она сказала, твоя койка свободна, но деньги вперёд за три месяца, как всегда. А у меня как раз денег-то сейчас нет.
Лора
Кошмарики. А этот дурак Поляков из вторых теноров ко мне подходит, говорит: хотите пойти на балет «Коппелия» в филиале Большого? Я говорю: почему же. Дал билетик. Я пошла. Место было стоячее, над сценой, второй ярус. Видно было только сверху. Прыгнет она, а к нам пыль летит, на зубах скрежещет.
Галя
Поляков урод. Я бы с ним не согласилась пойти на балет.
Лора
Так он не пришёл! Я там одна простояла. В воскресенье я пришла на хор, отдала ему семь рублей. Видно, он купил себе билетик, а выкидывать жалко, он мне продал.
Галя
А как я в больницу-то попала, знаешь? Ну, в общем, я устроилась работать в передвижной такой состав, чинили пути, знаешь? В вагончиках жили. Ну вот. Ну и конечно, они там меня не приняли. Я из университета! Да вообще ужас.
Откашливается.
У нас в вагончике жило пять баб, а спали…
Пауза.
…девять человек.
Лора
Мест не хватало?
Галя
Не то. К ним ночевать четверо мужиков ещё приходило. Я одна спала, остальные по двое.
Лора
Кошмар. Ленская в анатомичке стоит, плачет, её девки окружили, она замуж выходит. Чтобы отдаться Рыжему, у нас такой Рыжий есть, но он женат. Он один раз подходит ко мне и говорит: «Три рубля нет?» Я растерялась и говорю: «Нет». А у самой было. Гордость заела.
Галя
Дальше больше. Ехали поздно на электричке, бригадой возвращались. Я курила в тамбуре, ну, они меня начали задирать, хотели, одним словом, что-то сделать. Слегка прижали. Из бригады мужики. Я раздвинула двери и выпрыгнула. И на столб налетела. Вся была синяя.
Лора
Если ты хочешь, едем ко мне сейчас. Маму я уговорю как-нибудь, только бы они не въехали. А так всё нормально.
Галя
Я вообще-то должна получить по бюллетеню за два месяца, но там, конечно, одни слёзы. Но всё-таки. Но для хозяйки на три месяца вперёд ей не хватит. Но всё-таки деньги у меня будут. Самое важное — дотянуть до фестиваля. Попасть в делегаты. Я хочу увидеть мир, представляешь? Тут ехал какой-то пробный автобус, в нём негры. Я первый раз увидела. Коричневые такие, ей-богу. Я стою, а я была из больницы первый денёк. Машу им рукой, сама плачу. Голова перевязана. Они остановились у светофора, смотрят на меня, пальцем показывают, один платок с себя снял, с шеи, и кинул мне. Вот.
Демонстрирует.
Подготовка к фестивалю идёт вовсю!
Лора
Пойдём, у нас дома есть хлеб, майонез, сварим картошки. А бабушка ещё там поживёт, я надеюсь. Они там всех кормят, так что их терпят. У них кремлёвский паёк.
Комната Лики. На диване на своём месте, в ногах у Неты, сидит Люба. Рядом в шинели внакидку и офицерских ботинках сидит Лика и ест со сковородки.
Люба
Лика, съешь курочку!
Лика
Люба, я не могу видеть, как пища уходит в мусорный бак.
Люба
Мама, съешь ножку. Съешь, я говорю, ножку. Ты обессилена скандалом.
Входит Саша, везя детскую коляску.
Лика
Саша, разверни его и положи в кроватку.
Саша
Оля пошла в булочную, я ей дал денег.
Люба (Нете)
Пойми, это нужно. А то совсем не станет сил. Ешь.
Лика
Саша любит детей как сумасшедший.
Люба
Пойми, у неё нервы как верёвки. Она плач своего ребёнка выслушивает хладнокровно и при этом стирает. Что ей твои немощные старческие слёзы.
Нета
А ты ешь, ты себя забыла.
Люба
Почему никто ничего не ест? Масло скопилось за два дня. Лика, ты детям утром мажь бутерброд с икрой.
Лика
Оставьте! Серёжу рвёт от икры, а Машка во всём ему подражает. Они придумали, что это лягушачья икра. И говорят: бе!
Люба
Скажи, это Олечка придумала, чтобы отвадить детей, а сама ест ложками? В банке сто грамм, съедено три четверти за один день.
Лика
Оставьте! Оля измучена.
Люба
Год я уже наблюдаю это перерождение. Мама, орденоносец, большевик, вынуждена молчать, чтобы её не выгнали! Оля вчера заняла ванную, когда маме было плохо, и стирала с открытое дверью, и к нам и к тебе, Лика, в комнату шёл шум льющейся воды, пар и газ из колонки, а на вопрос она ответила, я не скрою, чтобы я шла к дьяволу. В семье бытовое разложение, у твоего родного сына две семьи!
Лика
Утешься, твоя мать неоднократно была замужем. А Саша держался с одной больше восемнадцати лет.
Люба
Моя мама никогда не была замужем! Это ложь.
Нета
Шабы була. Была, короче.
Люба
Но это они от тебя уходили, и потом не одновременно! А Сашка коммунист. Коммунист должен быть чист как стекло, внимательным к людям и не бабник прежде всего.
Лика
Это святой, святой такой должен быть, и то некоторые святые сначала пили и всем занимались. Не погрешишь, не покаешься. Един Бог свят.
Люба
Бога нет, ты что, ошалела?
Оглядывается.
Нета
Люлю, прекрати.
Люба
Не для того мама и её соратники строили социализм.
Лика
Ай, оставь. Социализм — это ещё не коммунизм, при социализме ещё многое можно. Когда будет нельзя, нам скажут.
Люба
Ты перерожденец и соглашателишка.
Нета
Люлю, нас выпрут отсюда.
Люба
Погоди. У тебя, Лика, отсталое сознание. И что получается? Бытовое разложение перешло и на детей! От кого Оля родила ребёнка? А? И у кого она набралась цинизма? Дети взяли пример и выросли хамы.
Лика
О детях не беспокойся, о детях не беспокойся.
Начинает плакать.
Дети уже научены горьким опытом.
Нета (приподнимаясь на локте)
Не плачь, мы отомстим. Ты большой человечище, Лика. Мы отомстим за тебя.
Люба
Мы не оставим борьбы, ведущейся всю жизнь. Мы не опустим рук. Мы отомстим.
Лика
Кому? Кому? Типичная мания, у нас у всех в роду мания преследования. Саша уже вернулся, и вы видели, он поднял коляску на третий этаж. Вернулся! Оля раздражена, потому что кормит грудью и не спит. Эра раздражена, потому что Саше некуда воткнуться. Эра спит с детьми, Оля с Лялькой, и если он вернётся, им с Эрой некуда вдвоём деться. Я целыми днями на кухне.
Люба
Это воспалённый бред, что мы занимаем чью-то площадь. Тогда и ты занимаешь их площадь. Мы же с тобой! Она нас гонит, Лика, ты слышишь? Убирайтесь отсюда, сволочи, в ответ на замечание о бесконечно льющейся в ванной воде и горящей колонке, она выживает нас! Но куда, куда обращаться, ведь нам некуда тоже податься, кроме почтамта! Ты же знаешь!
Лика
Несчастные, кто вас гонит?
Люба
Придёт время, за нас отомстят.
Лика
Да ну, кому мстить? Нашли тоже. Все поставлены жизнью в условия. Вы мстили когда-то, потом вам отомстили, дальше опять вы, сколько можно? Заколдованный круг.
Нета
Соглашатель, она типичный соглашатели, шаты бусо шагла буша шатель. И потом, я мстила за угнетённый народ.
Лика
Тебя не просили.
Нета
Да? Ты октябрист! Я мстила за народ, а уже мне никто не мстил, никакого заколдованного круга, это искривление линии партии, революционный загиб. Не без жертв.
Лика
Ну, какие там вы жертвы, бросьте. Вы не сидели.
Люба (Нете)
Шапо бушли.
Лика
Что сразу шапо, что бушли? Что я такого сказала? Вы сидели? Вы не сидели, вы были в эвакуации. Я чего-то не знаю?
Нета
Люлю, какого цвета у меня губы?
Люба
Ни фига себе эвакуация пятнадцать лет подряд.
Нета
Мне дурно.
Люба (не слушая)
Исключение из партии, лишение квартиры… Исключение из комсомола, исключение из института… Гибель всей семьи!
Нета
Не выпрашивай у них! Не перечисляй! Молю!
Люба
Голод пятнадцать лет подряд! Картофельные очистки из соседского помойного ведра! Капустные листья, на рынке подобранные, спрашивают: это вы для козы? Жизнь без электричества ввиду неуплаты. Невозможность постоянно устроиться на работу. Я работала грузчиком! От близких и любимых ни весточки, все нас боялись. Все! Мы прокажённые! И это неизлечимо! И ни рубля! Мы и не арестованные, но и не люди, ничто! Письма, которые мы писали, они пропадали! Письма Сталину исчезали!
Лика
Тогда все тяжело жили.
Нета
Шау буми шара бую.
Лика
Всё прошло. Оля всё понимает, но глубоко несчастна. А вы сейчас счастливы, вас восстановили, так простите вы ей и живите в пару и газу. Это пар и туман, но ведь всюду и везде люди стирают грязное бельё, всюду же пыль, отбросы и горелые сковородки! Надо подчищать! Она и сама тем же дышит, кормящая мать.
Нета
Да умираю же, слышите?
Люба
Это не мелкая усталость, это великая ненависть к слабым и старым. Это месть прокажённым.
Лика
Успокойтесь, в этом доме больше я мстить не позволю.
Нета (садясь прочно)
А будешь мстить, если кто убьёт твоих малышей?
Лика
Пусть попробуют только.
Нета
Видишь? Ты, стало быть, будешь с убийцами бороться? Будешь защищать Машу, Серёжу и Ляльку вашего?
Лика
До последней капли крови.
Нета
А если их унесут, ты поползёшь по следам?
Лика
И я и все, будь спокойна. Что ты мелешь?
Нета
И увидев убийц с окровавленными руками и Ляльку со вспоротым животиком? Что ты будешь делать?
Лика
Что ты порешь такую чушь, прекрати. С ума сошла.
Нета
А-а. А я видела.
Лика
Во сне. Прекрати ерунду.
Нета
Нет, белобандиты и фашисты… Они это делали.
Люба
У мамы часты видения. Она не может спать, ей чудятся убийства в мире.
Нета
Оставь.
Лика
Какие боевики нашлись.
Входит Саша.
Саша
Мама, мне надо поговорить.
Лика
Я всё знаю. Я всё знаю. Ты вернулся!
Саша
Без посторонних.
Лика
Ты не мог ведь надолго оставить свою старую слепую мать. Ну, как тебе понравился твой первый внук? Правда, хорош? Ты его развернул? Он не плакал? Вот и хорошо. Говори, говори при посторонних, которые самые мои дорогие люди.
Саша
Хорошо, коли так.
Лика
Твои дети и внук регулярно получают твою пенсию, спасибо. Сколько было страданий, ты ведь ничего не знаешь. Но теперь я верю, что ты вернулся. Как тебе наш толстый? Наш Лялька?
Саша
Хороший пацан. Олю жалко. Не уличная ведь девочка, домашняя. Как не досмотрели за ней, не понимаю.
Лика
Да, в кого это она уродилась, странно.
Люба (не сдержавшись)
Да!
Лика (Любе)
Я сама!
Саша
Мама, у моей Раи будет ребёнок.
Лика
Всё ещё будет? Прошёл ведь уже год. Ненормальная беременность, скажу я вам.
Люба (не сдержавшись)
Да!
Саша
Нашему первому, Сан Санычу, девятый месяц пошёл.
Лика
А, вы снова. Я скажу тебе, что она плодовита, как кошка. Она самка, Саша. Хищная самка. И что же, теперь ты отнимешь у детей свои деньги? Под предлогом. Ну. Эра ведь преподаёт электротехнику в школе, это пятьсот шестьдесят рублей в месяц. И учится на курсах стенографии, это минус пятьдесят рублей. А Оля-то не работает! И вот так мы все будем, да моя пенсия триста пятьдесят.
Люба
Ну, с питанием мы снабжаем.
Лика
Вы гости.
Саша
Да, у вас полон дом гостей, я вижу, а мне негде жить, кстати.
Лика
Ну что же, это всегда у нас водилось, как ты помнишь. Эру мы взяли тоже в гости в тридцать восьмом году, пока ты её не… Не родилась у неё Оля.
Саша
Мама, мы живём в восьми метрах. Я болел всю осень. У Раи осложнение на почки. Ей через полгода рожать, а мы ведь не молоденькие.
Лика
А, она у тебя пожилая оказалась.
Саша
Где нам жить, стройка кончится, Раю никуда не возьмут с двумя детьми, а мне дадут как одинокому только хорошо если койку, а то место в палатке. Мы же не расписаны.
Лика
Что я могу тебе сказать. Я твоих проблем не решу. Живите здесь.
Саша
Это невозможно.
Люба (страстно)
Да!!!
Саша
Хотя живут же дальние родственники… Могут и родные дети хозяина пожить…
Лика
И вы живите…
Сидит понурившись.
Все.
Вытирает слёзы.
Люба
Бытовые разложенцы, перерожденцы и нездоровые элементы не должны заявлять о своих правах в таких условиях, когда старые партийки в пару, в газе и скандалах!!!
В середине этой захлёбывающейся реплики Любу перебивает Нета.
Нета
Шамол бучи! Шаза буткнись! Шапо буго шанят! Да! Выгонят!
Лика
Переезжай… Что делать… Больные почки… Это серьёзно в пожилом возрасте, да ещё перед родами. Я буду на кухне, вы тут. Все дети при тебе… и все жёны. Дедушка женился семь раз, часть жён отсудила себе по комнате, все жили вместе… К умирающему никто не подошёл. Скрюченного положили в гроб. Глаза не закрыли, фурии.
Саша
Молоко у Раи пропало, теперь за молоком двенадцать вёрст…
Лика
А конечно, молоко у беременных синее, дети плюются.
Саша
Короче, мне нужен развод.
Лика
Я тебе должна дать развод? Я? Мать с сыном не разведут!
Люба
Да!
Лика
Ты замолчишь когда-нибудь? А?
Входит Лёня.
Лёня
Извините, там было открыто…
Лика (ещё не остыла)
И что? И что, я спрашиваю?
Лёня (сбит с толку)
Но там было распахнуто…
Лика
Так и что, что распахнуто? Надо входить?
Лёня
А Олю можно позвать?
Лика
Олю ему. Олю? Вам Олю, но её нет сейчас…
Начинает волноваться.
О-ля!
Саша
Я сбегаю, позову.
Лика
Да, Александр. Да, Александр. Смотайся.
Саша выходит. Нета садится и с любопытством смотрит на Лёню.
Оля со своим сыном гуляла, а теперь пошла в булочную. Она у нас везёт на себе весь дом. Знаете, такая работящая. Я слепа совсем… У Оли прекрасный мальчик, знаете, Олег. А вас как зовут?
Лёня (откашлявшись, слабо отвечает)
Лёня.
Лика
Не слышу! Повторите!
Лёня
Леонид.
Лика
Прекрасное имя. У нас Олег тоже Леонидович.
Нета что-то шепчет Любе на ухо.
Лика
Ты Виноградов, что ли?
Лёня (так же слабо)
Да.
Лика
Ну и что ты поделываешь?
Лёня (пискнув)
Учусь.
Лика
В каком классе?
Лёня (откашлявшись)
В МВТУ имени Баумана.
Лика
А вот Оля не поступила… Не могла. Родила.
Люба
Это не её вина!!!
Нета
Шамол буши. Шане буме шашай.
Лика (с нажимом)
У нас гости, Лёня. Они немного больные.
Люба (подходит, подаёт руку)
Любовь Васильевна.
Нета (протягивает с дивана, невидимая, руку)
Анна Петровна.
Лёня пожимает им руки, предварительно вытерев ладонь о штаны.
Лика
Не обращайте внимания, они много вынесли.
Прислушивается.
Кажется, Лялька плачет. Ему же есть пора, что она думает?
Слышен плач ребёнка.
Где же она. Я стара, я слепа… Я перевернуть не смогу…
Плачет дитя. Лёня окаменел. Медленно приподнимается голова Неты.
Нета
Лика, не ломай комедию. Ребёнку там страшно и одиноко.
Лика (Лёне)
Они тоже не приспособлены к жизни, не смогут перепеленать.
Нета
Я не в силах, но я схожу. Когда-то у меня были две девочки. Я не могу слышать плач детей.
Лика (с силой)
Это было у тебя до первой мировой войны. А сейчас ты аб-со-лютно не приспособлена.
Нета
Ты мегера.
Шумно падает на подушки.
Лёня
Может быть…
Лика
Да, да. Да, да. Будь добр.
Лёня
Может, я приду в другой раз?
Лика (разочарованно)
Как сам знаешь.
Лёня устремляется к выходу, исчезает. Лика со вздохом поднимается, чтобы идти к младенцу. Успевает дойти до дверей, и в это время входят Оля и Саша.
Лика
Ребенок уже надорвался, где ты шлёндраешь?
Оля
Мы с папочкой беседовали.
Лика
Тут к тебе приходил некто Лёня.
Оля
А, из нашего класса. Винограшка, что ли? Делать ему нечего.
Убегает к ребёнку.
Лика (обращаясь к Саше)
У неё, имей в виду, большие актёрские способности. Она будет гореть на костре и изображать, что ей скучно.
Саша
Я прошу выделить мне комнату.
Лика
Снова он несёт своё. Слушай! Зачем тебе эти дрова? Зачем бараки? Зачем палатки и керосинки? Какие-такие у тебя дети? У тебя Оля, Серёжка и Маша, у тебя внук Ляля, того гляди, Оля приведёт мужа. Я же вижу, я не слепая! Что это за Лёня. Ты понимаешь?
В восторге.
Ты соображаешь, какой это Лёня?
Саша
Это же мой дом, имею я право…
Лика (перебивая)
Имеешь полное право, Оле с мужем мы отдадим мою комнату, я переселюсь на кухню, поставим мой топчан, ты с Эрой, она многое поняла и живёт тихо. Она тля, Саша! Эта тля слова не скажет больше.
Люба
А нас куда? Куда нас? Нас погонят, что ли?
Лика
Молчи, несчастье проклятое!
Саша
Ты даже не спросила, есть ли у меня фотография твоего внука.
Лика
А ты спросил, как Серёжа и Машенька? У нас тоже есть их фотографии, Серёжа играл на Новый год в детсаду старшего зайчика, а Машка, мы ей сшили снежинку.
Оля, пятясь, вывозит коляску.
Куда, куда! Ты покормила?
Оля, неопределённо махнув рукой, убегает с коляской.
Саша
Мама, там тоже ребёнок, и это твой внук то же самое. Понимаешь?
Лика
То ли я ослепла окончательно, то ли она сменила шапку на берет, менингитку надела, что ли. А мой ли внук, я не знаю. И ты. И ты знаешь, что ничего не знаешь. Как сказал Сократ.
Саша
Мама, у меня нервы доведены до предела.
Лика
Я не знала, что из Оли выйдет такая самоотверженная мать. Стирает ночами.
Люба
Специально. Чтобы доказать нам, кто хозяин.
Лика
Видишь, как я живу?
Саша
Всё-таки надо решать.
Лика
По-моему, она повезла показывать Ляльку этому Лёне. Слава богу, хоть кто-нибудь кому-нибудь в этом доме улыбнётся, кроме Ляльки. В доме всегда должен быть малыш! И он нам один и улыбается, а мы ему. А то всё время то мы ножницы и бритвы прячем, то верёвки массово выкидываем, то валерьяновку на всю квартиру варим. Эрка ночами всё ходит под предлогом помощи ребёнку.
Люба
Да! Стучит ножищами.
Лика
Олечка плачет от любого замечания, ты слышишь, Саша?
Нета
Это ты от неё плачешь.
Люба
Ты ослепла от слёз.
Лика
А Машка, она хохочет. Олечка на неё шипит, «тише», а она истерически хохочет, Олечка ей подзатыльник, поскольку Ляля спит, так она исступлённо смеётся и падает на пол!
Саша
А мы все улыбаемся дома. Тихо-тихо, Саныч не плачет совсем. Рая ему не даёт. Саныч два зуба имеет.
Показывает пальцем на нижнюю челюсть.
Стоит уже. Крепкий. Стелим на пол одеяло. Спит пока в ящике за стульями. Днём на стульях сидим, а ночью он там спит. Коляска есть, кроватку уже некуда.
Люба
Оля бьёт детей.
Лика
Молчи!
Нета
Шамол бучи!
Лика
Это не бьёт, это шлёпает. Она же одна с ними три вечера в неделю! Мать же учится! А это хулиганьё руки помыть, ужинать ходит только с шестого крика. Трое детей у неё на руках, а ведь её время ещё не пришло! Нет! Вся наша жизнь тяжёлый труд. Слезами залит мир безбрежный.
Нета (садится)
Но день настанет неизбежный, неумолимый страшный суд!
Лика
О господи.
Нета (с силой)
Перед фестивалем молодёжи и студентов будут высылать тунеядцев и плесень из Москвы. Москву очистят от всей и всяческой нечисти.
С силой падает на подушку.
Лика
Вот и вот. Видали?
Саша
Думается мне, что я знаю, кого отсюда надо вычистить.
Лика
Саша, это безобидно. Они никому не делают зла.
Нета
Высылают за разложенчество.
Лика
Ты говоришь это нам.
Люба
Как писал Маяковский: где «м» с хулиганом да сифилис.
Лика
Оля, например, всегда боялась их. Маленькая девочка, а как всё понимала! Невинность похожа не неукреплённую крепость, писал Шодерло де Лакло.
Люба (Нете)
Шашо будер шало буде шала букло.
Нета нетерпеливо машет рукой.
Лика
Да, укреплённая крепость — это приходит с годами.
Люба гордо кивает.
Вот Маринку — ту повыметут из Москвы за все её дела. Обреют и вышлют в платке. За то, что она устраивала в своей квартире и что она сейчас там вытворяет, пока отец с матерью в Германии. Учиться не учится, время проводит на вечернем отделении, какой из неё педагог! А Оля сидит дома, стирает, готовит, едет с коляской в садик, свой в коляске, эти двое за коляску держатся. Прямо тебе картина Перова «Тройка»!
Входит милиционер.
Милиционер
Там было распахнуто, ключ в дверях.
Кладёт ключ на стол. Саша берёт ключ, хочет положить в карман, но потом возвращает на стол.
Так. Коровина Ольга тридцать девятого года рождения здесь проживает?
Лика (кричит)
Саша! Саша! Я слепа! Где ты?
Саша
А в чём дело?
Милиционер
Коровина Ольга Александровна.
Саша
Я её отец, а её в настоящее время нет.
Люба
Она уехала, вам сказано. Пожилому человеку плохо, врача! Моя мама большевик, орденоносец, партийная кличка Муся. Лика, так надо. Мама, лежи. Это чистят Москву. Так мы и думали. Наше дело правое. За Олей пришли. Её жаль, но что поделать.
Лика (пронзительно)
В чём дело? Я ни шута не вижу, кто пришёл? Оля ушла к мужу.
Входят Оля и Лёня, ввозят коляску.
Они с мужем пришли!
Оля (с порога)
Баба, кто-то на Лёньку письмо в ректорат написал. Моральное разложенчество. Что он бросил ребёнка и материально не содержит.
Лика (дипломатически улыбаясь)
Оля, у нас милиция. Видите? Они муж с женой, да.
Саша
Оля, старшая дочь моя, иди сюда.
Милиционер
Коровина Ольга Александровна, тысяча девятьсот тридцать девятого года?
Садится к столу, вынимает бумаги.
Оля
Именно.
Лика
Оля!
Милиционер (пишет)
Девица?
Слово «девица» милиционер произносит с ударением на «е».
Оля
То есть как это?
Милиционер
Ну, девица или замужняя.
Слегка покраснел.
Оля
Нет, я не замужняя.
Лика
Морганатический брак. Ребенок же есть! Лёня, скажите!
Милиционер (после паузы)
Вы знакомы с Бухарцевой Мариной Ивановной?
Оля
Я? Знакома.
Лика
Эту сволочь мы прекрасно видели.
Милиционер
Когда вы последний раз у неё были?
Саша
В чём всё-таки дело? Вы же должны сказать, в чём дело?
Милиционер
Маленькое ограбление в квартире Бухарцевых. Вернее, хулиганство. Написали на стенах, ножом порезали два пианино.
Лика
И никто ни на одном не играет ни бельмеса, заметьте. Эти пианино не для игры.
Милиционер
Ну и так далее. В люстру насыпали манки.
Оля
Когда же успели?
Милиционер
Когда в последний раз вы там были?
Лика
Мы запретили ей ходить в этот вертеп! Шесть, нет, восемь месяцев она уже сидит безвылазно дома или гуляет с ребёнком по магазинам.
Милиционер
Когда вы были там в последний раз?
Оля
Когда? Позавчера. Позавчера днём.
Входит Эра.
Лика
Как? Ты вместо гуляния? Ты же клялась!
Плачет.
Оля
Я зашла на несколько минут, когда шла за молоком.
Эра
Что происходит, товарищи? Я мать! Объясните!
Милиционер
Произошло ограбление, хулиганство на квартире у Бухарцевых. Бухарцева Марина Ивановна назвала тех, кто последнее время посещал квартиру, среди них её.
Эра
Докатилась, дура!
Подбегает к Оле, та прячется за спиной отца.
Подожди у меня!
Опустив голову.
А это кто? Это кто? Пришёл, не постеснялся? Стыд и срам, стыд и срам! Опозорил, бросил, обрёк на муки!
Непонятно, о ком речь, ибо Лёня и Саша стоят рядом.
Милиционер
Минуту, товарищ. Во сколько точнее это было?
Оля (из-за спины отца)
В два часа.
Милиционер
Кого вы там видели конкретно?
Лика
И что тут плохого, что зашла? Она же не грабитель! Эта Маринка её единственная подруга, какая бы она не была «м». Подруг не выбирают. У человека же должны быть просветы в жизни! Посмотрите на неё, какая она слабенькая; были трудные роды, была грудница, она кормит и кормит, совсем истощена. Все её бросили.
Оля (перебивает)
Я там видела Бухарцеву.
Милиционер
Ещё кого?
Оля
Всё.
Милиционер
Был ещё один человек?
Оля
Нет.
Милиционер
Бухарцева показала, что был.
Оля
Никого там не было.
Милиционер
Вы напрасно так. Дача ложных показаний.
Оля
Да не было!
Лёня
Это я там был этот человек. Виноградов Леонид Витальевич. Тысяча девятьсот тридцать восьмого года. Студент МВТУ имени Баумана. Всё?
Милиционер
Сколько вы там пробыли?
Лёня
Я пробыл там минуту.
Милиционер
Что вы там делали?
Лёня
Оля отказалась со мной говорить, ушла. Я ушёл тоже.
Милиционер
Вы бывали там часто?
Лёня
Последний раз я там был… Не помню… Год, что ли… Когда мы переехали в Новые Черёмушки.
Люба
За девять месяцев до рождения Ляли!
Лика
Видите, как мы живём?
Милиционер
После этого вы там были?
Лёня
Нет. Я же работаю и учусь. Вечером работаю.
Милиционер
Больше никого у Бухарцевой не видели?
Лёня
Нет.
Оля
И я нет. И не была там с тех пор. И не буду!!!
Эра
Молодец, девочка!
Лика
Он её вызвал, она пришла, увидела его, кровь бросилась в голову… И выбежала. Побежала в молочную. Лялька проснулся и очень плакал. Помнишь, Нета?
Нета слабо машет рукой из-за стола. Люба сидит в величественной позе.
Милиционер
Читаю. Я, Коровина О.А., пришла на квартиру Бухарцевой М.И., чтобы встретиться со своим сожителем Виноградовым Л.В. Подпишите.
Оля, плача, подписывает.
Милиционер
Я, Виноградов Л.В., такого-то года, то-то-то, вот здесь. С сожительницей Коровиной О.А. Здесь подпишите.
Лёня подписывает, стиснув зубы. Милиционер, собрав бумаги, уходит.
Эра
Ну что, всё-таки явился, подлая душонка?
Поскольку она смотрит в пол, неизвестно, к кому из мужчин обращены её слова.
Всё-таки заныло сердце у пакостника? Совесть-то мучает! Сойтись решил. А где ты был раньше, когда мы с ума сходили и верёвок боялись?
Оля
Мама, на Лёню какая-то дрянь написала анонимку в ректорат, что он бросил ребёнка и моральное разложенчество.
Эра
И тогда он прибежал?
Усмехается.
Саша
Я примерно знаю, кто это написал.
Люба лезет к матери под одеяло.
Оля
Я тоже.
Люба и Нета камнем лежат, спрятавши головы.
Эра
Ещё чего!
Юный Леонид исчезает. Оля с коляской, помедлив, кидается вслед за ним.
Люба (приподнимается)
Лика, готовится провокация!
Прячется под одеяло. Лика сидит понурившись.
Эра (становится на колени перед диваном)
Умоляю вас, уйдите! Христом богом молю, уйдите!
Рыдает.
Да что же это! Я в окно брошусь!
На диване каменно молчат, не шевелясь.
Нет же совсем жизни! Мужику жить негде! Всюду вы, всюду вы! Мама, скажите им!
Лика молчит.
Вы же люди, у вас есть свой дом! Мы вам дадим всё! Кровать, простыни! Стол дам Олькин! Поживите сами!
Полное молчание.
Лика
Эра, им ничего не нужно. Ни-че-го.
Эра
Им ничего не нужно своего, только всё чужое.
Встаёт с колен, вытирает слёзы.
Ладно.
Внезапно выхватывает из-под одеяла чёрную сумку.
А вот вашу сумку я сейчас выброшу!
Выбегает с сумкой.
Люба
Там же партдокументы! Письма Сталину!
Нета и Люба вскакивают, путаясь в одеяле. Нета, оказывается, лежала в пальто и ботинках. Выскакивают вон. Быстро входит запыхавшаяся Эра.
Эра
Надо звонить дяде Мише. Они там на лестнице. Я захлопнула дверь.
Слышен прерывистый звонок в дверь. Немая сцена, все — Лика, Саша, Эра — замерли.
Репетиция Московского хора.
Дора Абрамовна (поднимает телефонную трубку)
Станислав Геннадиевич, вас из райкома по идеологии!
Станислав Геннадиевич (идёт к телефону)
Баранова звонила, что больна, у неё тридцать девять и шесть.
Скорикова (встаёт)
Мы не требуем справок, надо требовать справки. Обстановка серьёзная, шьются костюмы. С такой пропускаемостью как у Барановой встаёт вопрос, как будет человек болеть во время фестиваля. Имейте в виду все остальные. Совет старейшин! С Сулимовой вопрос решается — будем выводить из резерва, мест нет.
Входит Катя, делает знаки Скориковой.
Скорикова
Минуту. Как раз вот хорошо, что вы пришли, это мать Сулимовой.
Отходит с Катей.
Ты чего?
Катя
Слушай, я тут рядом проходила. Ты капитану звонила? Что он сказал? Моё письмо получил?
Скорикова
Жена подошла, больше сюда не звоните, сказала, тварь.
Катя (схватившись за нижнюю челюсть)
Она же твой-то голос не знает!
Скорикова
Я нос зажимала.
Катя
Как быть? А тебе тот-то не звонил, Лёва?
Скорикова
Я к тебе зайду. Беги. Сейчас не поговорить.
Станислав Геннадиевич (входя)
Только что звонили из райкома комсомола… сегодня будем встречать мужской студенческий хор города Дрездена. Нам поручена честь встречать их на белорусском вокзале в двадцать два ноль-ноль. Кто не пойдёт, внимание! Не пришёл, значит, не член делегации. Звонят за час, что за подготовка, понимаешь. Ни цветов, ничего. Так. Поём. Перголези. Скорикова, раздать партии из финала. «Стабат матер». Партии сдать Скориковой обратно на вокзале! Так! Текст, как вам известно, исполняется по-латыни. Поём без шапок, я думаю. На вокзале же. Все поняли. Так. Текст! Стояла мать скорбящая перед крестом.
Эра, Оля, Лика. Эра пишет, Оля диктует. Входит Михал Михалыч.
Михал Михалыч
Только прихожу, опять меня снимают с работы! Лика!
Беспрерывные звонки в дверь.
Соседи вынесли им стул и чай, работает скорая немощь.
Эра
Ты диктуй с тихой скоростью. Я вся дрожу.
Оля
Невиданные урожаи в мире способна собирать Страна Советов. Я верю, что недалек тот час, когда сто цэ с гектара будет средним урожаем моей родины. Академик Вильямс.
Саша (входит, останавливается, мнётся)
Оля, выйди на минутку.
Эра
Диктуй.
Оля
Советской стране нужна большая бдительность, чтобы охранять мирный труд советского народа. Нет ничего более волнующего, чем вид Красной площади в дни народных празднеств, когда сотни тысяч идут мимо древних кремлевских стен.
Звонки.
Михал Михалыч
Моё предложение. Дайте им тарелку супа. За тарелку горячего супа люди шли на многое. Я, кстати, тоже не обедал. Целый день пью чай по родственникам. Всё горло пересохло.
Эра
Диктуй, я говорю!
Звонки.
Оля
Конституция Советского Союза гарантирует великое право на отдых. Саморазгружающаяся машина Фролова на многих работах способна заменить самосвал.
Саша
Оля, тебе говорят.
Оля
Человек должен подчинять себе природу, а не подчиняться ей.
Саша
Мне надо поговорить с мамой. Ты чего отца не слушаешь, дочь моя старшая?
Эра
Диктуй, тебе сказали.
Оля
Но ни нужда, ни лишения не сломили его ноли к овладению основами современной ему науки. Ломоносов успешно закончил учёбу.
Саша
Нехорошо, нехорошо поступаешь с отцом.
Эра
Ты будешь диктовать?
Оля (зло)
Первая трудность, с которой пришлось столкнуться учёным, заключалась в выборе вещества, пригодного для изготовления прозрачного черепа. Такое вещество должно было обладать рядом особых свойств, быть устойчивым против бактерий, кислот и щелочей, пропускать рентгеновские лучи, вызывать минимальную реакцию со стороны организма и т.д. После многих проб и экспериментов было установлено, что наиболее подходящим материалом для искусственной крышки прозрачного черепа является созданная советскими химиками прозрачная пластмасса плексигласс. Два «с».
Михал Михалыч
Сейчас придёт грузовое такси с грузчиками. Лика, я тяжести таскать не могу, у меня болезнь сердца.
Эра (с силой)
Когда моя мама умирала на разъезде Шубаркудук, я не могла её взять сюда. Я это знала и не предлагала. Я поехала. Она против ожиданий встретила меня сама на станции босая, стояла в пыли, ноги жилистые такие. Пока я там жила, пока мама не умерла в своём бараке, Саша отъехал в Лиепаю и сошёлся там с учительницей физкультуры, в пятидесятом году. И мне ни письма и ни весточки. Мама умирает медленной смертью. В полном сознании. Я бегаю на почту за три километра. Мама умирает. Ни письма, ни-че-го. Похоронила и примчалась, нашла Лиепаю, нашла гостиницу, спряталась под стол. Ду-ра! Он входит, а я из-под стола: у-у-у! Вижу, а в дверях стоят две пары ног и сумочка качается. Я вылезла со своим рюкзаком. Еле вылезла.
Звонки. Пауза. Все замерли. Эра жалеет, что всё это рассказала, Саша весь сморщился, как от кислого, Оля вообще слышит обо всём этом десятый раз и, подойдя тем временем к телефону, быстро набирает номер и так же быстро кладёт трубку. Михал Михалыч, наоборот, кивает и жаждет вставить слово.
Михал Михалыч
Да-да. У меня вот тоже было буквально то же самое. Как известно, когда Майкин Сима, вы его не знаете, уходил от жены, он ушёл в чём мать родила, в одной шинели. А потом, а именно сегодня, ему срочно понадобилось взять хотя бы узел с бельём, Майка сняла меня с работы, я поехал с ним и Лёвка, племянник Майки со стороны первого мужа, мы ему ищем жену, кстати, с изолированной комнатой, чтобы пекла блины. Почему-то настаивает на блинах. Короче, мы пришли, как оказалось, правильно, Симина жена даже не сошла с койки, Лёва у неё одну подушку из-под головы с извинениями вынул, она лежала сама на трёх! Не у детей же было брать, они посреди дня все лежали, у детей по одной подушке.
Оля набирает номер и быстро бросает трубку.
Саша
Оля, выйди отсюда, кому сказано.
Он явно недоволен рассказом Михал Михалыча, Эра же демонстративно слушает.
Михал Михалыч
Симина жена только рассмеялась, когда из-под неё подушку взяли.
Эра смеётся.
А Симин младший, Изюм его зовут, подошёл к Симе, к отцу, сейчас будете смеяться, и отдал ему паровозик. Изюму два года. Симина жена тут говорит вся в слезах: «Собака!» А младший говорит на это: «Ав, ав!» Больше ничего не сказал, видимо, не умеет. Ну вот. Делать нечего, взяли мы подушку, четыре простыни, одеяло человеку чтобы спать, и всё обошлось. Чистых не было, Сима сам брал грязные простыни из бака, она уже всё бросила и не стирает. Нашли его бурки зимние, слава тебе господи, он за них больше всего дрожал. Только что я оттуда вернулся, пришёл на работу, опять меня снимают, Лика звонит: ты поклялся меня выручать. Я опять вышел на улицу, сел в трамвай. Ехать до вас полтора часа от Калужской! Сам весь ещё дрожу. У меня болезнь сердца, дай руку,..
Берёт руку Эры, прикладывает к своему сердцу.
…слышишь шумы?
Эра (взглянув на Сашу)
Ещё новости.
Вырывает руку.
Михал Михалыч
Никто не выдерживает, даже врачиха. Сам дрожу. Детки Симины потом тоже начали плакать, вскочили, Симу за ноги обнимают. Она сама тоже поднялась, давай детей отрывать. При нас силы её удвоились. Она фронтовичка. Вместе с Симой воевали, привёл он её с фронта, медсестру, спасла ему жизнь. Привёл. А жена его с дочерью дождалась его с фронта, он им построил в комнате перегородку как следует, доски, дранки, штукатурили. Дочери Симы уже двадцать лет, взрослая девушка, зачем ей слушать все эти дела. Этот Сима как тот ваш дедушка, будет семь раз женат, в результате было некому закрыть ему глаза. Но та, предыдущая жена Симы, ему развода так и не дала, теперь для новой жены дала. Через раз на второй.
Звонки.
Лика
Междугородняя.
Ушла.
Саша (подбегает к телефону)
Алё! Алё! Вас слушают.
Высвечивается Рая в кабинке телефона, молча плачет.
Саша
Слушаю вас! Ничего не слышно!
Рая молчит.
Перезвоните! Алё! Барышня! Что за чёрт! Алё!
Медленно кладёт трубку.
Оля, помоги мне! Ты сама мать! Ты уже выросла, дочь моя старшая, уже всё понимаешь! Как тяжело детям без отца! У тебя маленький брат, ты понимаешь? Ему тоже нужен отец!
Михал Михалыч
Сима тоже не мог не жениться, она его студентка, она в интересном положении, дело дошло до ректората. В результате Сима со студенткой снимают койку в Столешниковом у мужского портного. Теперь у них есть подушка, одеяло, четыре простыни и вот бурки.
Саша
Оля, мне надо срочно поговорить с мамой.
Эра
Ты будешь диктовать? Отойди от телефона, кретинка!
Оля
Социалистический реализм, социалистическая литература, литературоведение, нанести сокрушительный удар, рецидив, буржуазный национализм, космополитизм, незыблемый, великая традиция, активные строители…
Пауза.
Эра
Написала. Давай!
Оля
Руководящая и направляющая сила, широкий простор. Широкий простор.
Саша
Ну ладно, раз так. Спасибо, Оля.
Звонки.
Лика (наконец подняла голову)
Саша, придёт машина, тебе надо будет поработать. Я даю им свой диван, Эра, это мой диван, своё барахло выгреби. Соньке отдай. Хотя это же теперь Лялино. И Вадима Михайловича ночную тумбочку, с чего-то им надо начинать! Это всё мои вещи, я предупреждаю. Простыни, какие чистые, шесть штук. Одеяло и подушки две. Они спят валетом. Две подушки обязательны! Моя сестра и её несчастная дочь, мои единственные! Я их никогда не оставлю! Саша, ради тебя, ради твоей семьи они там стоят выгнанные! Тебя здесь заждались и любят. Посмотри на Эрку, на свою Ольку! Как они на тебя смотрят! Прости Эру за её бессмысленные крики. Когда я слышала за стеной, как Эра обычно кричит на Сашу, когда он приезжает из командировок, я молилась и думала: если Саша бросит Эрку, то я понимаю почему. Но эти крики, Саша! Это были крики любви и понимания, что происходит! Скоро, скоро всё будет вам, Саша! Что надо той женщине? Через нашу разорённую жизнь дойти до московской прописки? Она, конечно, уже не молода, ей пора замуж. Но, Саша! Меня предупредили, что до тебя у неё был роман с подполковником Дубом. Приехала его жена Дуб и дала ей по щеке. Твой ли это ребёнок? А?
Саша
Мама, мои нервы доведены до предела.
Топает ногами.
Лика
Дуба отозвали, она перекинулась на тебя.
Саша с силой грохает стулом об пол, выходит к роялю.
Саша
Дуба отозвали за пьянку.
Лика
Видишь. Всё совпадает. А ты нам нужен не для достижения каких-то целей, а сам. Ты здесь родился, и это твой дом. Оля, поди обними отца. Эра, иди сюда. Видишь, они не верят тебе, что вернулся отец и муж. Саша, дай мне свой паспорт.
Саша (вставая)
Мама, у меня его нет. Я буду разбирать диван. Отвезу их, тогда приду поговорим.
Подходит к дивану.
Совсем доканали меня.
Ложится на диван.
Оля, дай одеяло.
Эра (шепотом)
Его детское, в шкафу.
Лика
И не надо больше ездить в Березай.
Оля накрывает отца. Эра заботливо поправляет одеяло. Саша натягивает одеяло на голову, открыв ноги и рваных носках. Эра, Лика, Оля стоят над лежащим Сашей.
Михал Михалыч (входит с двумя грузчиками с верёвками и крючьями, в ватниках и кирзовых сапогах)
Сюда, пожалуйста.
Подходит к дивану, на котором спит Саша.
Вот это.
Пауза. Все смотрят на спящего Сашу. Грузчики разбирают верёвки, крючья.
Деньги есть? А то у меня как всегда.
Саша (прокашлявшись, приподнимается)
Деньги есть. Найдём.
Садится на диване, начинает надевать ботинки. Все стоят, наблюдают, как Саша шнурует ботинки.
Михал Михалыч
Одни расходы эти разводы.
Грузчики согласно кивают, берутся за диван. Саша встаёт и выходит вместе с грузчиками. Эра, держа тряпьё, как ребёнка на весу, прячет в него голову, покачивается. Михал Михалыч провожает грузчиков, потом возвращается.
Михал Михалыч
Но мы поддерживаем отношения с совсем первым браком Симы. Его старшую дочь я устроил на курсы завклубом киномехаников. Майкин дядя был замминистра, теперь полгода без работы и направили заведующим райкинофикацией. Его жена-то и есть директор курсов стенографии, я говорил… Где Эра учится.
Уходит.
Комната Любы и Неты в новой квартире. Они сидят на диване.
Михал Михалыч (входя)
Вот вам ключи от входной двери, Катя вам даёт свои. Просила передать. Так что новый замок вставлять не придётся.
Люба
Их свидетельницу чтобы я здесь больше не видела.
Михал Михалыч
Это кого?
Люба
У Кати с Лорой в комнате сидит какая-то посторонняя.
Михал Михалыч
Минуточку!
Выходит.
Нета
Как здесь сыро! Пар с кухни не выветривается!
Люба
Потолки низкие! Три метра всего!
Нета
Пар, парильня!
Люба
Лику они так и не пустили с нами проститься.
Нета
Не говори мне о ней. Она плакала. Они её к телефону и не позовут теперь.
Люба
Вот тебе в Москву, в Москву. Вот тебе Москва.
Нета
Мы будем бороться!
Люба
Боже мой, почему одним всё счастье, всё тепло и все их любят.
Нета
Саша специально приехал из Березая, чтобы нас вытурить! Его, наверно, Эра вызвала.
Люба
Оля, Оля.
Нета
Моральные разложенцы, семья падших людей! Машка маленькая и то мне язык показывала. Им нет дела до их же матери! Не купят ничего, очки не закажут. Родную тётку выставили, тьфу!
Люба
Они нас преследуют за правду!
Нета
Правильно говорила Лика: мои старые глаза всё видят, и за это меня ненавидят.
Люба
За правду сжигали на кострах.
Михал Михалыч (входя)
Это, оказывается, подруга Лоры. Поют вместе в хоре, что ли. Она болеет у них. Она из больницы, ей негде жить. Температура тридцать девять и шесть. Правда, я померил.
Люба
Вот-вот, этого-то нам и не надо.
Михал Михалыч выходит.
Нета
Лика ведь всё видела, что Эрка несётся с нашим портфелем! Видела, что мы побежали за ней и она захлопнула дверь за нами! И не сказала ни слова! А мы по листку собирали на лестнице ползали.
Люба
Она нас предала. Она соглашателишка. А ты чистой воды кристалл. Она предала тебя, свою сестру, ради своих отпрысков. Они никто.
Входит Катя.
Катя
Мама.
Люба
Вашу свидетельницу хористку чтобы мы больше не видели. Начинается! И чайник! Он не должен кипеть.
Катя
Что мы, звери.
Люба
Маме от пара плохо.
Катя
Ну да, конечно.
Люба
Из мусоропровода несёт.
Катя
Ой, ужасно. Все жалуются.
Люба
Надо заклеить.
Катя
Хорошо. Мама, Лорочка сказала, что без своей подруги дома жить не будет. Она ушла из дому за этой Галей. Куда-то на вокзал жить. Мама…
Люба
Святое имя мамы не упоминай.
Катя уходит.
Нета
Люба, пиши. Первому секретарю Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза! Дорогой Никита Сергеевич! Прекратите трагический театр Гауптмана. Двух больных людей выгнали на улицу, где в квартире пар и зловоние. Тунеядцы распоряжаются судьбами людей, нигде не работающие и не учащиеся, вследствие морального разложения родившие ребёнка, который может пойти по стопам отца и матери, которого и необходимо отобрать у матери. Тчк. Муж бросил жену с тремя детьми-уродами, показывающими язык, одна из которых тут же родила, встречаясь с сожителем в ограбленной квартире, потому что родители Германии, зпт, которая стирает по ночам, разнося по всей квартире пар и газ от замоченных пелёнок, тчк. В квартире проживали посторонние, с температурой тридцать девять и шесть. Тчк, настоящая клоака тчк. Такси везло окольной дорогой через всю Москву, пиши М тире ву, так короче. Старайся короче, сказать надо много. Скорая помощь работала на лестнице якобы скорая, на самом деле психоперевозка зпт больницу отказались тчк. Кровать специально отлежали как качели зпт как она там спала вскл, восклицательный. Её угнетают, заставляют питаться углями и вычищать ложкой кстр. Кастрюли пиши сокращенно. Просим предоставить другую квартиру с изол. комнатами. Слово углём подчеркни. И слово психоперевозка. Ещё. У Лики растёт под носом шишка, и никто не ведёт её к вр. Тчк.
Люба
Мама, мы ещё увидим лучшее будущее! Москва растёт и хорошеет, полным ходом идёт реконструкция! Изобретут средство от клопов. Все переедут в отдельные квартиры. Люди будут относиться друг к другу лучше и лучше! В такси с откидным верхом! Представляешь? По зеленеющей красавице Москве! Снесут Арбат и всё лишнее. Слушай, там кто-то плачет за стеной.
Нета
Ужасная слышимость. То есть всё слышно, все слова. Шабу будем шаго буво шарить пока шатоль буко шаша бубу.
Люба
Провокаторы. Мы не можем здесь жить, когда плачут за стеной. Это невыносимо, в конце концов!
Нета
Надо вызвать милицию к распоясавшимся хулиганам. Плачет ребёнок? Не убивают ли? Кто-то убивает ребёнка?
Люба
Надо звонить в детскую комнату милиции. Слушай, нет, это она плачет. Катя плачет. Комедиантка.
Белорусский вокзал. Стоит с чемоданом и авоськой Саша. Поодаль остановились Галя и Лора.
Галя (подойдя к Саше)
Дяденька, у вас закурить не найдётся?
Прислоняется к стенке.
Целый вокзал обошла, полный зал, мест нет, а то бы посидели.
Саша
Да сидеть ещё холоднее.
Галя
Я еду в город Брест к мужу, а вы?
Саша
Станция Березай.
Галя
Меня зовут Светлана Малинина.
Саша
А я дядя Саша, муж своей жены.
Галя
А у меня сумку свистнули.
Разводит руками.
И чемоданы. Заснула, и всё. В милиции всё записали и освободили. Я из Шубаркудука, еду к мужу. И всё стырили.
Саша
Знаю Шубаркудук.
Галя
Знаешь? Никто не знает.
Саша
Там в ссылке тёща проживала.
Галя
Как фамилия?
Саша
Эрика Тице. Немка.
Галя
Немцы жили за разъездом.
Саша
Ну вот.
Галя
Немцы аккуратно жили. Вернее, немки. Босые ходили, как все, но чисто подметали, даже двор у барака. Там пыль везде. У наших бараков грязно, мухи летают как пчёлы. Мы этих немок звали «Гитлер капут».
Саша
Тёща была антифашист.
Галя
Конечно, фашистов там не было. Ещё бы. Все антифашисты. Мы тоже с матерью.
Воспроизводит антифашистский жест — рука согнута в локте, кулак обращен к зрителям.
Саша
Вот-вот. Этой моей тёще и вернуться было некуда, тесть из ссылки прибыл с новой женой и ребёнком. И вскоре скончался. Мачеха эта мою жену и в дом не пригласила помянуть. А моя жена не такой человек, чтобы требовать наследство. И какое там наследство. Ничего вообще не требовала для себя, всё для других. До сорока двух лет дожила, ничего не нажила. Ни профессии, ничего, даже денег. Трое детей. Две девочки и мальчик, восемнадцать, восемь и шесть маленькой.
Галя
По-нят-но. Есть хочется.
Оглядывается на Лору.
Саша
Денег не дам.
Галя
Понятно.
Саша
Хлеб с колбасой есть.
Галя
Валяйте давайте.
Едят стоя.
Голова прямо как котёл. Болит и болит.
Отходит и делится с Лорой. Возвращается.
Саша
Пить надо меньше водку.
Галя (оторвавшись от еды)
Вы так думаете?
Саша
И врать меньше.
Галя
Я не врала, ты что.
Саша
Вот. А моя жена мне никогда не врёт, ни слова не наврала. Я её избавил от одного там полковника фамилия Дуб. А что она может, она сама молодая тридцать один год, медсестра. Ничего. Теперь у нас сыну восемь… девять месяцев. Никто не сунется.
Галя
У меня температура, дядя Саша. Голова болит. Дайте на билет.
Саша
Девочка, ой, смотри, себя потеряешь.
Галя
Я студентка.
Саша
Ведь ты будущая мать. У тебя будут дети.
Галя
Ты что, дяденька. Пугаешь.
Саша
Что ты расскажешь им о своём прошлом?
Галя
То же, что и ты.
Саша
Я воевал! Всю жизнь работал! У меня трое детей, одна как ты. Восемнадцать лет. Даже четверо!
Пауза.
Четверо… детей.
Галя
Я тоже работала, это-то я понарасскажу много.
Саша
Ну и как же ты дошла, что ни копейки? Трудовой человек?
Галя
А судьба.
Входит уборщица Лида.
Лида (весело)
Во у меня сторожа. Во как мне лохмотьё моё охраняют и швабру. Парочка, свинья да ярочка. А я вас не знаю.
Саша
И куда же ты теперь? Эх-ох.
Галя
Оставь, отвяжись.
Лида
Он оставит. Покинул волк кобылу, оставил хвост да гриву.
Галя
Тётенька, на ночь не пустишь?
Лида
На время иль на час?
Галя
На ночь.
Лида
Да я вас не знаю. Одна или вдвоём?
Галя
Вдвоём.
Лида
И то. Я приберу в зале. Жди меня. Деньги… пять рублей.
Галя
А далеко живёшь?
Лида
Жаворонки платформа. Вперёд по кочкам.
Галя
Далеко.
Лида
Так три рубля давай. Чего.
Галя
Ладно.
Лида
Деньги-то дашь?
Галя
А откуда я знаю, куда ты с ними пойдёшь.
Лида
А я тебя не знаю.
Галя
Да я у твоей сменщицы ночевала, у тёти Дуси на Лесной. У неё теперь грузины с Палашей живут.
Лида
Если бы я в Москве жила… то я бы тоже по червонцу брала за коечку. С Палашей с рынка, это богатые. С Тишинки тоже, но их Жаворонки не устраивают. Ну, жди тогда. Пока я грязь буду возить.
Входит Московский хор. Скорикова раздает партии, раздаётся отдалённый туш духового оркестра, входит Дрезденский хор. Ребята и брючках-дудочках, в куртках в разнообразную клетку, в одинаковых буршевских фуражках. Появляется Катя.
Катя (Лоре)
Пошли домой.
Лора
Не пойду.
Катя
Пойдём, я тебя умоляю. Девушка, извините, как вас зовут, пусть она идёт домой.
Галя
Она придёт попозже.
Катя
Что значит позже? Она девочка ещё, ей здесь нечего делать… Скорикова! Какой пассаж!
Скорикова
Погоди.
Оглядывает помещение.
Сейчас некогда.
Катя
Тебе позвонил?
Скорикова
Кто ещё?
Катя
Этот человек.
Скорикова
Позвонил. Говорил что-то про рубашку и про какие-то блины. Странный какой-то.
Катя
Хочет сходиться.
Скорикова
С тобой?
Катя
Ты что!
Скорикова
А меня откуда знает?
Катя
Я посоветовала.
Скорикова
Ты видишь, сейчас некогда. Я зайду. Баранова, Сулимова, вам на двоих одна партия, вернуть.
Катя (робко Саше, который всё время отворачивается)
Здравствуй!
Саша
Уезжаю.
Катя
До свидания.
Катя отходит, держа в поле зрения Лору, которая уже встала в хор. Скорикова там же, раздаёт партии.
Станислав Геннадиевич
Мы, московский хор, рады приветствовать дрезденский хор! Аплодисменты!
Хоры хлопают, здороваются. Входят Лика и держащая её под руку Эра. У Эры на руке зелёное пальто. Лика в шинели.
Лика (самозабвенно кидаясь к Саше)
Я, старая дура, всё поняла! Я мчалась, чтобы тебе сказать… Саша, ты был прав. Я еду с тобой.
Саша испытывает неловкость.
Я решилась!
Саша (с досадой)
Мама, я говорил тебе, там восемь метров.
Лика
Что мне восемь метров! Уж жёны-то ехали декабристов, я не понимаю, что матери сидели как пни! Сибирь! Что мне Сибирь! Я и в Березай поеду! Умру хоть по-человечески, рядом с тобой…
Эра (уже не первый раз)
Мама, переоденьтесь, нате пальто, неудобно!
Лика
Я не могу здесь оставаться, мою сестру выгнали. Если я порядочный человек… Я должна уйти из дома!
Саша
Мама, у меня почти двое детей…
Лика
У тебя почти пятеро, но это неважно. Тебе это всегда было раз плюнуть, неважно. Я всё решила! Едем. Естественно, без Эры я не могу. Она тебе не помешает. Эра, становись на колени!
Бросается на колени. Саша и Эра кидаются её поднимать, Лика целует руки Саше и Эре.
Станислав Геннадиевич
Бетховен. Девятая симфония! Финал! Обнимитесь, миллионы!
Внезапно Галя Баранова поднимает руку в антифашистском приветствии. Руководитель Дрезденского хора подошёл к ней, сам поднял кулак и пожал ей руку. Два хора поют. Саша и Эра стоят над Ликой, которая не желает вставать с колен и мотает головой.
Конец
1984 год