— Добро пожаловать на борт, — произнес симпатичный младший капитан, когда Донал миновал газовый барьер внутреннего шлюза. Младшему капитану было лет двадцать с небольшим; черноволосый, с жесткими чертами лица, атлетического сложения, — Я младший капитан Олмин Клей Андресен.

— Донал Грэйм, — Они отдали друг другу честь и пожали руки.

— Есть опыт корабельной службы? — поинтересовался Андресен.

— Восемнадцать месяцев летних практических занятий на Дорсае, — ответил Донал. — Командование и вооружение — на технических должностях не был.

— На корабле класса 4И, — сказал Андресен, — хватит подобной работы. Вы будете старшим офицером после меня — если что-нибудь случится. Нет, я вовсе не предлагаю вам в подобной ситуации взять командование на себя. Мой первый вполне с этим справится. Но вы, возможно, могли бы помочь ему, если потребуется.

— Почту за честь, — кивнул Донал.

— Хотите осмотреть корабль?

— Жду не дождусь.

— Хорошо. Тогда идем в кают-компанию. — Андресен повел его через раздвижную переборку в коридор, который в этом месте разветвлялся направо и налево. Они прошли еще через одну дверь в стене коридора прямо перед ними, затем по небольшому переходу и оказались наконец в большой уютной круглой комнате.

— Кают-компания, — объяснил Андресен, — Центр управления прямо у нас под ногами — обратная гравитация, — Он нажал кнопку на стене, и секция пола отошла в сторону, — Вам придется перевернуться, — предупредил он и нырнул головой вниз в образовавшийся проем.

Донал уже знал, чего следует ожидать, поэтому последовал примеру младшего капитана. Он оказался в другом круглом помещении, такого же размера, что и кают-компания, где сила тяжести была направлена в противоположную сторону, и то, что находилось внизу, здесь располагалось наверху, и наоборот.

— Здесь, — сказал Андресен, когда Донал мягко приземлился на полу рядом с проемом, — наше Всевидящее Око.

Как вы, вероятно, заметили, корабль класса 4И представляет собой нечто вроде соединения шара и молота. — Он нажал несколько кнопок, и на большом, висящем посреди помещения шаре, который он называл Всевидящим Оком, возникло изображение их корабля, как бы видимого с некоторого расстояния извне. Он парил на фоне испещренного звездами космоса и серебристого края Фрайлянда. Сфера диаметром в тридцать метров — «шар» — соединялась двумя тонкими трубами длиной в сто метров каждая с ромбовидным двигательным отсеком, напоминавшим большой детский волчок, подвешенный на двух проволоках, — «молотом».

— А аппаратура фазового сдвига? — удивился Донал. Ему была знакома только традиционная цилиндрическая форма больших кораблей, курсировавших среди звезд.

— Само собой, — ответил Андресен, — Решетка находится здесь. Мы лишь надеемся, что противник ее не заметит, так как не можем ее защитить и потому пытаемся сделать невидимой. — Он показал пальцем на соединительные трубы, — Решетка покрывает корабль по всей длине, от двигателя до носа, и выкрашена в черный цвет.

Донал задумчиво кивнул:

— Жаль, поляризаторы не работают в безвоздушном пространстве.

— Не говорите, — кивнул Андресен, выключая Око. — Ладно, давайте продолжим осмотр.

— Каюты экипажа, столовая — с той стороны, — объяснял Андресен. — Каюты офицеров, складские помещения, ремонтная секция — с этой. — Он толкнул дверь в стене напротив, и они вошли в отсек размером с небольшой гостиничный номер, ограниченный с противоположной стороны изгибающейся внешней оболочкой корабля. Оболочка отсека в данный момент была прозрачной, а хитроумное «зубоврачебное кресло», стоявшее перед пультом управления у основания стены, было занято.

— Мой первый, — представил Андресен. В кресле сидела женщина лет сорока.

— Привет, Ол, — сказала она, — Вот, проверяю систему.

Андресен криво усмехнулся:

— Противопехотное оружие. Никому не хочется расстреливать бедных беспомощных человечков сверху — так что это работа для офицера. Обычно, если я не занят, ее приходится выполнять мне. Знакомьтесь, офицер связи Донал Грэйм — первый помощник Коа Бенн.

Донал и женщина обменялись рукопожатием.

— Ну что, продолжим? — спросил Андресен. Они закончили осмотр и остановились перед дверью каюты Донала в офицерской половине.

— Прошу меня извинить, — произнес Андресен, — но у нас не хватает жилых помещений. У нас полный комплект личного состава. Так что если не возражаете, придется поселить вашего ординарца вместе с вами.

— Конечно нет, — пожал плечами Донал.

— Прекрасно, — облегченно вздохнул Андресен, — Вот почему мне нравятся дорсайцы. Они всегда все понимают. — Он хлопнул Донала по плечу и поспешил назад — готовить к бою свой корабль и экипаж.

Войдя в каюту, Донал обнаружил, что Ли уже разобрал их багаж и повесил гамак для себя — единственная койка предназначалась Доналу.

— Все в порядке? — спросил Донал.

— В порядке, — ответил Ли. Он все еще забывал про слово «сэр»; но Донал, уже зная о фанатичной готовности Ли исполнить любой его приказ, перестал напоминать ему об этом, — Вы уже оформили мой контракт?

— У меня не было времени, — сказал Донал, — Этого не сделать за один день. Неужели вы об этом не знали?

— Нет, — покачал головой Ли, — Все, что я когда-либо делал, — просто отдавал его. А потом, когда срок моей службы заканчивался, мне его возвращали вместе с деньгами, которые я заработал.

— Что ж, обычно на это требуется несколько недель или месяцев, — заметил Донал. Он впервые столкнулся с человеком, который не знал, что контракты являются исключительной собственностью правительства государства или планеты, где человек родился. Контракт представляет собой соглашение между работодателем и правительством. Цель заключалась не в том, чтобы предоставить человеку работу и средства к существованию, но в том, чтобы правительство имело благоприятный платежный и «контрактный» баланс. Тогда оно могло нанимать обученных специалистов, которые требовались ему. Несмотря на то что Донал был частным работодателем и мог предложить соответствующую плату, вопрос найма Ли нужно было решать с властями Дорсая, откуда Ли был родом.

— Впрочем, это в большой степени формальность, — заверил его Донал, — В соответствии со званием мне позволено иметь ординарца. И мое намерение нанять его было зарегистрировано. Это означает, что правительство вашей родины не будет призывать вас на службу в какое-либо другое место.

Ли кивнул, что у него означало крайнюю степень облегчения.

— …Внимание! — внезапно мелодично произнес коммуникатор на стене каюты возле двери, — Офицер связи Грэйм! Немедленно явитесь на флагманский корабль. Офицер связи Грэйм, немедленно явитесь на флагманский корабль!

Донал предупредил Ли, чтобы тот не путался под ногами у экипажа корабля, и вышел.

Флагманский корабль с красным и зеленым патрулями Фрайляндских космических сил на борту находился, как и корабль класса 4И, куда был назначен Донал, на временной орбите вокруг Ориенте. Чтобы добраться туда, ему потребовалось около сорока минут. Когда он вышел из шлюза и назвал свое имя и звание, к нему приставили сопровождающего, который провел его в зал для инструктажа, находившийся во внутренней части корабля.

В зале было человек двадцать других офицеров связи разных званий. После того как Донал вошел — судя по всему, он был последним, — появился старший капитан, за которым следовал начальник голубого патруля Лладроу.

— Итак, джентльмены, — произнес старший капитан, и в зале стало тихо. — Ситуация следующая, — Он взмахнул рукой, и стена позади него растворилась в воздухе, открыв предполагаемую картину предстоящего сражения. Ориенте плыл в черноте космоса, окруженный множеством кораблей различной формы. Размер кораблей был увеличен — чтобы сделать их заметными рядом с планетой, диаметр которой составлял примерно две трети поперечника Марса. Самые большие из них — длинные цилиндрические межзвездные корабли, относящиеся к патрульному классу, — находились на различных орбитах на расстоянии от восьмидесяти до пятисот километров над поверхностью планеты, так что все вместе они окружали Ориенте постоянно перемещающейся сетью. Скопление кораблей поменьше — класса 4И, курьерских кораблей, огневых платформ, а также одноместных и двухместных шлюпок класса «муха» — находилось ниже, почти у границы атмосферы.

— Мы полагаем, — продолжил старший капитан, — что противник, учитывая его скорость и то, что он уже начал торможение, войдет в фазу примерно здесь… — Внезапно возникло облако десантных кораблей в полумиллионе километров от Ориенте, на фоне Солнца. Они быстро двигались в сторону планеты, стремительно увеличиваясь в размерах. Приблизившись, они вышли на круговую посадочную орбиту вокруг Ориенте, и два флота слились вместе. Затем атакующий флот появился из-под массы обороняющихся, внезапно выбросив облако мелких объектов, которые были атакующими войсками. Они плыли вниз, преследуемые небольшим кораблем, в то время как большинство десантных кораблей с Ньютона и Кассиды начали исчезать, словно вспыхивающие свечки, ища спасения в фазовом сдвиге, который должен был перенести их на световые годы от поля боя.

Для Донала, прекрасно подготовленного профессионала, это зрелище выглядело одновременно захватывающим — и абсолютно неправдоподобным. Еще ни одно сражение не проходило с подобной балетной грацией и изяществом, и, разумеется, никогда такого не будет.

— Итак, джентльмены, — сказал старший капитан, — такова точка зрения штаба. Ваша задача — ваша лично, как штабных офицеров связи — наблюдать. Нам должно быть известно все, что вы можете увидеть, все, что вы сможете обнаружить, все выводы, которые вы можете — или считаете, что можете, — сделать. И конечно, — он поколебался и криво улыбнулся, — ничто не будет цениться так высоко, как военнопленные.

В ответ последовал всеобщий смех, поскольку все знали, насколько мала вероятность извлечь человека из уже разбитого вражеского корабля, учитывая скорости и прочие особенности космического сражения, — к тому же вряд ли он окажется живым.

— Это все, — заключил старший капитан.

Офицеры связи встали и начали выходить из зала.

— Одну минуту, Грэйм! — раздался голос Лладроу.

Донал обернулся. Начальник патруля направлялся к нему. Донал шагнул ему навстречу.

— Я бы хотел с вами немного поговорить, — произнес Лладроу. — Подождем, пока остальные уйдут. — Они молча дождались, пока последний из офицеров не покинул зал.

— Да, сэр? — спросил Донал.

— Меня интересует кое-что, что вы сказали — или, возможно, собирались сказать, — когда я встретил вас у маршала Галта во время обсуждения операции на Ориенте. Но я так и не понял, что именно вы имели в виду. Не могли бы вы объяснить?

— Ничего особенного, сэр, — ответил Донал. — Штаб и маршал, несомненно, знают, что делают.

— Значит, вы не заметили ничего такого, чего не могли бы заметить мы?

Донал поколебался.

— Нет, сэр. Я знаю о намерениях и планах противника не больше вас. Вот только… — Донал взглянул на темное лицо офицера, не решаясь высказать то, что было у него на уме. После истории с Ани он старался держать свои мысли при себе, — Возможно, это лишь мои подозрения, сэр.

— Подозрений хватает и у нас! — В голосе Лладроу прозвучала нотка нетерпения. — Что именно? Что бы вы стали делать на нашем месте?

— На вашем месте, — решился Донал, — я бы атаковал Ньютон.

У Лладроу отвисла челюсть. Он уставился на Донала.

— Ради всего святого, — наконец выговорил он, — вы, похоже, не стесняетесь в средствах. Разве вы не знаете, что цивилизованный мир не может быть захвачен?

Донал позволил себе роскошь слегка вздохнуть и еще раз поделиться своими соображениями.

— Я помню, как об этом говорил маршал, — сказал он, — Собственно говоря, хотелось бы со временем доказать ошибочность подобного принципа. Однако я имел в виду совсем не это. Я вовсе не предлагаю захватить Ньютон, а лишь атаковать его. Я подозреваю, что ньютонцы так же одержимы принципами, как и мы сами. Увидев, что мы пытаемся совершить невозможное, они, скорее всего, придут к выводу, что мы нашли некий способ решить проблему. По их реакции на подобный вывод мы можем многое узнать — включая и то, что касается Ориенте.

Озадаченное выражение лица Лладроу сменилось на хмурое.

— Попытка атаковать Ньютон повлечет фантастические потери, — заметил он.

— Только если довести атаку до конца, — нетерпеливо перебил его Донал. — Это лишь ложный маневр, и ничего больше. Задача не в том, чтобы причинить реальный ущерб, а в том, чтобы расстроить стратегию противника, привнеся фактор неожиданности.

— И тем не менее, — произнес Лладроу, — чтобы этот ложный маневр был действенным, атакующим придется пойти на риск.

— Дайте мне десяток кораблей… — начал Донал.

Лладроу вздрогнул и заморгал, словно только что проснувшийся человек.

— Дать вам… — Он улыбнулся, — Нет, нет, мы рассуждаем лишь теоретически. Штаб никогда не согласится на столь дикую, заранее не спланированную операцию; и у меня нет права самому отдать соответствующий приказ. И даже если бы я мог — чем объяснить назначение командаром молодого человека, который никогда в жизни не командовал кораблем? — Он покачал головой, — Нет, Грэйм, — хотя я нахожу вашу идею интересной. Удивительно, что она не пришла в голову никому из нас.

— Может быть, стоит упомянуть о ней…

— От этого не будет никакой пользы — действовать вопреки плану, который штаб разрабатывает уже неделю, — Он широко улыбнулся, — Фактически серьезно пострадала бы моя собственная репутация. Но это хорошая идея, Грэйм. У вас задатки настоящего стратега. Я отмечу это в своем докладе маршалу.

— Спасибо, сэр.

— Возвращайтесь на свой корабль, — приказал Лладроу.

— До свидания, сэр.

Донал отдал честь и вышел. У него за спиной Лладроу нахмурился: прежде чем заняться другими делами, ему нужно было хорошенько обдумать их разговор.