- Годится, - сказал Стретт. - Если он будет находиться там, ну, скажем, достаточно долго, это стоит всего тысячу долларов?

- Пятьсот.

Стретт тепеь понимал, о чем идет речь. Никто не платит пятьсот долларов, чтобы ненадолго кого-то спрятать.

- Он важная шишка, - ответил Стретт. - За тысячу долларов я бы смог с этим справиться. А потом мне бы с Саксоном тихо уехать, и надолго.

- Ладно, - сказал Болдуин, думая о Бакдане, - договорились.Тысяча долларов.

Судья подписал постановление, но, как ни странно, Болдуин даже не протестовал. Он отнесся к этому спокойно, и Флинту, который находился в Дыре-в-стене, рассказали об этом.

- Теперь тебе можно ехать домой, - сказал он Нэнси.

- Домой? - в ее голосе звучала такая печаль, которую он еще не слышал. - У меня больше нет дома. Пока нет.

Она странно посмотрела на него.

У тебя прекрасный гнедой жеребец. Без клейма. Как может конь вырасти до пяти-шести лет, чтобы его не заклеймили?

- Есть места, где совсем не клеймят, - ответил Флинт.

В тот день Пит Геддис вместе с Джонни Отеро и Джулиусом Бентом выехали на пастбище, чтобы проверить скот и, по возможности, если удастся избежать стрельбы, отогнать коров Болдуина.

Флинн поправился настолько, что мог сидеть. Хотя ему долго еще не придется садиться на лошадь, он снова взял дела ранчо в свои руки. Флинт был рядом, хотя чувствовал, что отношение к нему изменилось: появился непонятный холодок отчуждения. Еще недавно они принимали его за своего.

Флинт с удивлением обнаружил, что уже неделю не видит кровь в слюне, и чувствовать себя стал значительно лучше. Пора возвращаться в свое убежище.

Но он беспокоился. Не в характере Болдуина отступать просто так. Тем более, что он покинул Аламитос. Он продал часть скота, но оставшуюся часть держал на пастбище Наджента.

А затем приехал Геддис.

- Наджента убили, - сказал он. - Его нашли на собственном дворе с пулей в сердце.

- Бакдан, - сказал Рокли.

- Может быть, - сказал Геддис, глядя на Флинта, - а может и нет.

Нэнси поймала его взгляд и поняла, что он означает. Флинт сказал, что может закончить междоусобицу, и вот Наджент мертв.

"Невозможно, - сказала она себе. - Здесь нет никакой связи." Ее взор остановился на мощной винтовки Флинта, с которой тот не расставался все последние дни.

Флинт поднял глаза и увидел, что они смотрят на него.

- В чем дело? - спросил он.

- Я так понимаю, - сказал Геддис. - Вряд ли Порт Болдуин отступил бы, с постановлением или без него, если только не хотел кое-что проверить.

- Что это значит?

- Наджент мертв.

- Ну и что?

- Если нашу хозяйку убьют, у Болдуина будут развязаны руки.

Флинт молчал целую минуту. Такое даже в голову ему не приходило, он не представлял, что они думают, будто он убил Наджента. И собирается убить Нэнси Керриган.

Флинт медленно поднялся на ноги с винтовкой в руке.

- Что я выиграю от этого? - спросил он. - Какой смысл в этом деле для меня?

- У тебя имя, - сказал Геддис. - Имя, которое кое-что означает.

Флинт?

- Это распространенное имя, - спокойно ответил он.

- Я лучше знаю, - сказал Геддис.

Флинта это обвинение озадачило.

- Послушайте, - сказал он, - почему, по-вашему, судья подписал это постановление? Это ведь я ходил к судье Хатфилду.

- Да ну? - Геддис стоял выпрямившись, лицом к нему. - Флинт, я утверждаю, что ты врешь!

Он готов был выхватить пистолет, но Флинт не двинулся с места.

- На твоем месте я не делал бы этого, Геддис. Я не хочу тебя убивать.

- А может ты просто не хочешь участвовать в честном поединке? Такие, как ты, сами выбирают время и место. Но на этот раз у тебя ничего не выйдет. Давай!

- Нет! - воскликнула Нэнси. - Пит, прекрати! Никаких поединков.

Она повернулась к Флинту. - Я предлагаю вам уехать.

Он едва взглянул в ее сторону.

- Хорошо, - ответил сказал он и направился к гнедому.

Пока он седлал жеребца, все молчали. Затем Геддис произнес: - Мэм, вам не следует его отпускать. Я говорю, что это он убил Наджента, а теперь будет охотиться за вами. Подумайте сами. Когда он здесь появился? Сразу после Болдуина. Где он пропадает, когда уезжает отсюда? Где держит лошадей? А разве не у него была стычка с Наджентом? Он хотел еще тогда вызвать его на драку. Вы же слышали эту историю.

Нэнси посмотрела через огонь костра в спину Флинта. Это было невозможно, но она ничего не могла возразить Геддису.

- А откуда мы знаем, что не он стрелял в Неда? Откуда мы знаем, что не он привел нападавших на ранчо, а потом поехал с нами чтобы выведать, где мы спрячемся и что будем делать?

- У меня есть веревка, - сказал Скотт.

- Хватит вам, - спокойно сказал Рокли, - ты, Пит, завелся ни с того, ни с сего. Мы ничего не знаем наверняка, а у тебя, похоже, просто зуб на него.

Флинт нарочито медленно обернулся и сел в седло.

- Мне следовало ожидать от вас лучшего отношения, - тихо сказал он. Единственное, в чем я виноват - так это то, что я вел себя, как последний дурак. Геддис, ты мне нравился. Но у тебя зуб на меня, как сказал Рокли. В чем дело?

- Флинт - вот в чем дело! Все знают это имя. И давно знают! Мы думали, что уложили тебя в "Кроссинге"...

- Ты там был? тихо спросил Флинт.

- Ты чертовски прав, я там был! Я работал помощником босса в "Трех Х". Ты убил его из-за угла! Той ночью в салуне тебя узнал Лейден.

Флинт, сидя верхом, смотрел на них.

- А сколько раз стреляли в Флинта, когда его даржали за руки?

Геддис залился краской. - Я...

- Его держали за руки два храбреца, - сказал Флинт, - пока остальные стреляли. Мало того, что вас было девять против одного, так вы его еще и держали!

Рокли покосился на Геддиса.

- Я не слыхал таких подробностей.

- Я был против этого, - сердито запротестовал Геддис. - Я был против. Но все равно он был наемным убийцей, стрелявшим в спину!

- Сколько раз ты выстрелил, Геддис? - повторил Флинт.

- Откуда я знаю? Раз девять-десять, может больше.

Флинт поднял руки и одним рывком порвал рубашку от ворота до пояса. Ну и что, - с горечью сказал он, - сколько шрамов ты видишь?

Его грудь была бледной, незагорелой, шрамов там не было, ни одного.

_ По-моему, Геддис, ты слишком много треплешься, - сказал он и перевел взгляд на Нэнси, стоявшую у костра. - Поверьте, мэм, я только хотел помочь.

Флинт развернул гнеджого и поскакал прочь.

Он вел себя, как последний дурак, ну и что с того? Он поедет в свое убежище и пробудет там до конца.

Если ему суждено умереть, то ждать осталось недолго.

Глава 12

Когда Лотти сошла с поезда в Аламитос, она не ожидала увидеть такой город, а город не ожидал увидеть такую женщину.

Красавицы редко попадались в Аламитос, а красавиц, одетых по последней парижской моде, там и вовсе не видали. А ведь даже злейший враг Лотти не стал бы отрицать, что она очень красива.

У нее были золотисто-рыжие волосы, фиолетовые глаза и та прозрачная кремовая кожа, которая иногда встречается у рыжеволосых женщин. Мода сменила куполообразные юбки на облегающие платья, а у Лотти как раз была фигура, которую новая мода только подчеркивала.

Более того, она вполне сознавала, что начинала битву, где союзников надо выигрывать, а врагов побеждать любым доступным ей оружием, и Лотти постаралась не оставить ни малейшего сомнения в достоинствах своего оружия.

На ней было платье из джерси - нового эластичного материала из тонкой шерсти, придававшего фигуре элегантность и законченность и не стеснявшего движений. Юбка на ней была много уже, чем видел Аламитос, или, уж если на то пошло, даже Филадельфия или Сан Франциско, а "полонез" - верхняя курточка из цветного материала, отделанная мехом, - впечатлял.

Лотти перешла улицу к "Гранд-отелю" - за ней следовал смущенный молодой человек, вызвавшийся донести чемоданы - и чуть помедлила у входа, чтобы осмотреться.

Аламитос имел невзрачный вид, он весь лежал, как на ладони: убогие домишки, тополя, в честь которых был назван город, и несколько бездельничающих ковбоев.

Женщины на улице застыли, не отрывая от нее глаз, очарованные платьем, которое они могли видеть лишь в "Годис Ледис Бук" или журнале "Харперс Базар", а мужчины, не обращая внимание на платье, видели только женщину.

Лотти Кеттлмен вошла в холл отеля, и клерк торопливо развернул в ее сторону журнал регистраций.

- Я миссис Кеттлмен, - сказала она. - Полагаю, у вас забронирован для меня номер?

Через час Лотти сидела с столовой напротив Портера Болдуина.

- Где он, Порт? - решительно спросила она.

- Я бы и сам хотел знать, - раздражительно ответил Болдуин. - Мои люди ищут, но у нас нет его примет. Я с ним никогда не встречался, а телеграфист в Маккартисе не может или не хочет его описать.

- Это смешно! Сколько всего мужчин в городе? Его стоит увидеть только раз и уже не забудешь.

Она помолчала, размышляя, стоит ли поведать ему то, что она задумала, но затем решила, что не стоит.

Очевидно, никто, кроме Джима и его врача, не знал, что Джим умирает от рака, и она не собиралась раскрывать этот секрет. Пока. Она была уверена, что информация еще пригодится. Украдкой Лотти оглядела Порта Болдуина. Он был по-своему красив жесткой мужской красотой, но грубоват. Он ей никогда не нравился.

- Оставь это мне, - сказала она. - Я найду его. Или он найдет меня.

Лотти отпила чаю. - Порт, - сказала она почти шепотом, - ему известно, что мы пытались убить его.

- Откуда? - изумленно спросил Болдуин.

- От этого идиота, от игрока, которого ты прислал отцу. Наверное перед смертью он признался. Как бы там ни было, Джим нанял детективов из агенства Пинкертона. Не знаю, что именно ему известно.

- Неважно. - Он помолчал. - Я не понимаю, зачем ему возвращаться на Восток. В городе полно каких-то головорезов - здесь уже убили полдюжины человек.

Лотти не ответила. Она не доверяла Порту Болдуину и потому все сделает сама.

Она слушала, как Болдуин рассказывал, что произошло в Аламитос, о неожиданных телеграммах из Маккартиса за подписью Кеттлмена.

- Когда мне рассказали, я вначале не поверил, потом увидел газету со статьей о его исчезновении.

- Я не понимаю этого, - озадаченно сказала Лотти. - На него нельзя не обратить внимание. Он черноволосый и ростом почти с тебя.

У себя в комнате она села в кресло-качалку подле окна и постаралась обдумать положение. Со дня исчезновения Джима Кеттлмена прошло уже более трех месяцев. Она не понимала, что вынудило его бежать, пока Эпперман не узнал у врача диагноз Кеттлмена.

Джим - странный человек. Каким-то образом ему все время удавалось одерживать над ней победу, даже сейчас. До того, как он исчез, Лотти не предполагала, как много значит быть миссис Джеймс Т. Кеттлмен. Имя дало ей место в обществе, деньги, уважение. Ей больше не нужно было изворачиваться, лгать, отчаянно бороться за сушествование.

Лотти с удивлением обнаружила, что Джима Кеттлмена любили. Он был отрешен от людей, был безжалостным в деловых комбинациях, но в то же время творил немало добрых дел, о которых она и не подозревала.

Зачем она приехала на Запад? Трудно ответить. Если бы она стала вдовой Кеттлмена и унаследовала его состояние, она бы сказочно разбогатела. Но так ли это? Берроуз завещания не видел, но заверил, что судя по действиям Кеттлмена, тот не собирался оставлять ей ни цента. В случае его исчезновения разговор о наследстве можно было бы заводить только через семь лет.

Она обеспокоенно подошла к зеркалу и поправила прическу.

У нее есть друзья!

Неожиданная мысль потрясла Лотти. Раньше она почему-то не приходила в голову, хотя Джим всегда восхищался красивыми женщинами.

Нет. Его болезнь - достаточная причина для исчезновения. Ей надо найти Джима, начать ухаживать на ним, снова добиться его расположения и заставить изменить завещание.

Однако, такой вывод ее не удовлетворил.Оставалось что-то еще, но что?

Лотти стояла на деревянном тротуаре у отеля, когда увидела всадника на высоком гнедом жеребце. Она не отрывала от него глаз. В это время сзади подошел Болдуин.

- Вот тот самый Флинт, - сказал он. - Живучий, как кошка. Он мне много крови попортил.

- Это понятно, Порт, - сказала она. - Это ведь Джеймс Т. Кеттлмен!

Порт Болдуин думал, что его нелегко удивить. Вначале даже не поверил.

- Это Джим Флинт, ганмен.

Человек на гнедом жеребце почти поравнялся с ними. Он заметил Лотти.

- Привет, Джим, - сказала она.

Он остановился.

- Привет, Лотти, - сказал он. - Далеко же ты забралась.

- Это все, что ты мне скажешь?

Он улыбнулся. - Лотти, я не помню, чтобы мы много разговаривали. - Он бросил взгляд на Болдуина, в его глазах засветилась веселая насмешка. Никогда не видел, чтобы люди так подходили друг другу.

И поехал дальше.

- Значит, это Джеймс Кеттлмен... Невероятно.

Он хорошо выглядит, не правда ли? - произнесла Лотти. - Я хочу сказать, что эта одежда ему очень идет.

И он действительно хорошо выглядел. Совсем не как умирающий.

- Куда он едет? - спросила она.

Порт Болдуин вынул изо рта сигару. - Да, наверное, к Нэнси Керриган. У нее ранчо к югу отсюда. Симпатичная девушка. - Он с удовольствием продолжал: - Высший класс. Семья - старые вирджинские аристократы. Отец с дядей много лет назад перебрались на Запад.

Лотти Кеттлмен резко повернулась и пошла прочь, стуча каблучками по тротуару. Болдуин рассмеялся. Но ему было не смешно. Он поднялся в номер, ослабил подтяжки, лег в кровать и задумался. Если Кеттлмен и Флинт - одно и то же лицо...

Почти в полночь он встал, ополоснул лицо и пристегнул воротничок рубашки. Ему хотелось выпить. Салун был открыт; из окна слышались звуки пианино и визглмвое сопрано.