- Что нам делать, Джим?

Он капнул в кофе холодной воды, чтобы осадить гущу.

- Предоставь это мне, - сказал он.

- Что ты можешь один против всех?

- Их не так много. В таких драках важно не только то, что ты делаешь, но и как и где. Если врага нельзя победить с фронта, надо попробовать зайти с фланга.

Послышался стук копытт, и Геддис протянул руку за винтовкой.

Флинт отошел в темноту. Неожиданно на краю освещенного костром пространства появились два всадника.

- Свои, - сказал Геддис, и Флинт узнал одного из них. Скотт. Другой представился как Рокли. Скотт был неулыбчивым мужчиной могучего сложения; Рокли - узколицый, с ироничной усмешкой на губах и сухим голосом.

- Доброе утро, мэм, - сказал Рокли. - Прекрасная погода для пикника.

- Как Эд? - спросил Скотт.

- Он перенес поездку лучше, чем мы ожидали.

Нэнси указала на котелок. - Угощайтесь, кофе свежий, горячий и такой крепкий, что в нем и подкова выплывет.

Скотт подошел к своей лошади и расседлал ее. Флинт в это время подтягивал подпругу. Скотт взглянул в его сторону.

- Лучше возьмите лошадь Флинна. Ваша совсем выдохлась.

- У меня есть другая.

Рокли бросил взгляд на Геддиса, но ничего не сказал. Он не мог понять,где Флинт держит другую лошадь, и вообще, кто он такой.

Флинт вернулся к костру, выпил кофе и взял винтовку. Рокли с завистью поглядел на нее.

- Вот это да! Такую на заработок ковбоя не купишь!

Флинт посмотрел на него и улыбнулся, вдруг с удивлением осознав, что улыбается впервые после приезда на Запад.

- Можно купить, если ограбишь парочку дилижансов и не попадешься, сказал он. - Но мне она досталась не так.

- Нет. - Рокли оценивающе взглянул на него. - Непохоже, чтобы так.

Флинт поставил кружку на землю и с винтовкой на сгибе руки подошел к лошади, и взял поводья. Он не посмотрел на Нэнси, просто повел кобылу прочь.

- Возвращайся скорее, Джим, - сказала она.

Он ушел, не ответив. Как бы ему ни хотелось вернуться, он не мог этого обещать.

Рокли налил себе вторую кружку. - Клеймо "шестизарядник"... я о таком не слыхал.

Геддис не вымолвил не слова, глядя на удаляющегося всадника. Наступил новый день, но он думал не о нем. Он думал, что ему нравится этот человек, но, похоже, его придется убить.

- Ничего мужик, - сказал Рокли. - Не знаю, откуда он взялся, но видно там, откуда он пришел, их делают на совесть.

Скотт промолчал, с удивлением наблюдая за Геддисом.

- Я довольно любопытный, - сказал Рокли, - и вот чему я удивляюсь: где человек мог оставить лошадь, чтобы быть уверенным, что она еще там?

- Он что-то говорил насчет телеграммы, - произнес Томас. - Только не сказал, куда он собирается ее посылать.

Затем они замолчали и слушали, как тяжело дышит Флинн. Если он выйдет живым из этой передряги, это будет чудо.

Нэнси отошла от костра и смотрела вслед Флинту. Он почти добрался до тропы, ведущей на лавовые поля.

- Кто он? спросил Рокли.

- Его зовут Джим Флинт, - ответил Отеро. - К востоку отсюда он схлестнулся с Томом Наджентом и сказал ему все, что о нем думает. Это рассказывал человек Наджента. Потом он схлестнулся с людьми Болдуина на Северных равнинах, когда вез Флинна на ранчо, и убил одного из его головорезов потом о чем-то поспорил с самим Болдуином, и его крепко избили. Он пришел в себя и перестрелял чертову уйму болдуиновских парней. Я так скажу: неважно, откуда он или кто он такой, важно, что он на нашей стороне.

- Ну а взять эту телеграмму, - размышлял Рокли. - Куда можно послать телеграмму, чтобы она нам помогла?

Никто ему не ответил. Солнце совсм взошло, костер догорал.

Глава 11

Джим Флинт смотрел на гнедого с некоторым беспокойством. Жеребца удалось почти приручить, но как он поведет себя под седлом?

И как он воспримет проход через туннель?

Жеребец подошел за сахаром и не стал сопротивляться, когда на него накинули уздечку - только вздернул голову. Он пожевал непривычный трензель и с готовностью принял еще один кусочек сахара. Когда на него накинули седло, он только чуть-чуть отступил.

Крепко затянув подпругу, Флинт собрал поводья, вдел ногу в стремя и уселся в седло. Жеребец, почувствовав вес, сделал пару быстрых шагов вперед, затем остановился и повернул голову, словно спрашивая, зачем это человек забрался ему на спину.

Однако Рыжий часто видел, как Флинт седлал кобылу, и когда Флинт дал ему шенкеля, он прошел несколько шагов и остановился, но наездник оять коснулся сапогом боков гнедого, и тот немного прошел вперед. Флинт медленно проехал по периметру пастбища, за ними возбужденно следовали остальные лошади. Затем Джим несколько раз спешился и снова сел верхом.

Когда Флинт подвел Рыжего к туннелю, тот было заупрямился, но после некоторых уговоров сдался и пошел за хозяином.

Как только Флинт вышел из лавового лабиринта, он сел в седло и направился в сторону Маккртиаса, маленькой станции к востоку от Аламитос. Гнедой ступал быстро, поводя настороженными, внимательными ушами.

У короткой коновязи салуна были привязаны только две лошади, и Флинт подъехал прямо к станции. Привязав коня, он внимательно осмотрелся, на не заметил ничего подозрительного. Он вошел в помещение станции - маленькую комнатушку с круглой чугунной печкой. За барьером, откинувшись на спинку стула, сидел телеграфист и читал газету.

На барьере лежала бумага. Флинт быстро написал телеграмму на имя своего адвоката в Балтиморе. За ней последовали еще три: президенту железнодорожной компании, Берроузу и служащему железной дороги, которого он сам когда-то поставил на эту должность.

Телеграфист взял послания, прочел их, затем поглядел на Флинта и опять на подпись "Кеттлмен".

- Это что? Шутка?

- Нет. Отошлите телеграммы и побыстрее.

Телеграфист все еще колебался, переводя взгляд с ковбойского облачения Флинта на листки бумаги. Он провел языком по губам.

- Мистер, вы, может, сошли с ума, откуда я знаю? Поставьте себя на мое место: с пастбища приезжает человек и посылает вот такие телеграммы. Да моя работа...

- Если вы сейчас же не отошлете телеграммы, у вас не останется никакой работы. Не успеете моргнуть глазом, как очутитесь на шпалах.

Телеграфист сел за аппарат.

- А когда начнете передавать, учтите, что я знаю азбуку Морзе не хуже вас.

Телеграфист почесал длинный подбородок и после минутного колебания начал отстукивать. После первого послания приемный аппарат заработал с бешенной скорость, и телеграфист посмотрел на Флинта.

- Диспетчер говорит, что требуется...

- Я слышал. Вот документы.

Телеграфист взглянул на них и заторопился обратно к аппарату.

Флинт закурил сигару и подождал, пока не передали все послания. Теперь начнется самое интересное. Он передал указания отозвать все права Болдуина на заключение контрактов от имени железнодорожной компании. Обладая контрольным пакетом акций, он не сомневался, что указание будет выполнено. Как только об этом узнает Болдуин, он бросится мстить.

Флинт сел в седло и повернул Рыжего к Аламитос, послав его быстрой рысью.

Как только он отъехал, телеграфист побежал в салун.

Двое ковбоев, ошивавшиеся у бара, Саксон и Стретт, служили у Болдуина. У телеграфиста, которого звали Хаскинс, не было оснований любить их. Перед этим они всячески пытались задеть его, но не умея обращаться с револьвером, он постарался пропустить их оскорбления мимо ушей.

Хаскинс подошел к бару.

- Виски, - сказал он. Затем, подмигнув бармену, добавил: - Лучше, ребята, веселитесь, пока можете. Скоро вам придется искать другую работу.

Они повернулись к нему.

- Что это значит?

- Только что прошла телеграмма, - наслаждаясь собой, сказал Хаскинс, - которая отменит право Болдуина представлять железную дорогу. Еще одну телеграмму отправили адвокату, который начнет разбирательство в Вашингтоне.

- А-а, брось трепаться!

- Подожди-ка, Саксон, - сказал второй ковбой. - Кто послал эти телеграммы?

- Кеттлмен, - весело сказал Хаскинс. - Джеймс Т. Кеттлмен!

Он бросил перед ними на стойку газету, на первой странице которой красовался заголовок: "Пропал финансист!"

Второй ковбой, насупив брови, медленно прочитал статью.

- Поехали, - вдруг сказал он. - Болдуин захочет об этом узнать.

- Эй, - закричал Хаскинс. - Отдайте газету!

- Пошел к черту, - бросил через плечо Саксон.

- Ну, если это правда, - сказал бармен, - то тут начнется

светопреставление. Все поезда битком набиты людьми, которые хотят получить землю. Им это не понравится.

- А мне понравится, - сумрачно сказал Хаскинс. - Я не поверю, чтобы честный человек нанял весь этот сброд. Воздух будет чище, когда эту шайку отсюда прогонят.

- Кто их прогонит? - спокойно спросил бармен. - Таких так просто не прогонишь.

Ни один из двух ковбоев Болдуина не видел Флинта в Маккартисе, поэтому они не связали его появление с телеграммами, когда промчались мимо. Флинт догадался, какие новости они везут.

Въехав в город, он остановился у конторы судьи, который отказал Болдуину в аресте Флинта.

Он спешился и вошел в дом. Судья сразу же узнал его. На лице у Флинта все еще виднелись желтоватые остатки синяков, а ниже шляпы в волосах белел едва заживший шрам.

- Мне нужно постановление, которое запрещало бы Болдуину продавать здесь землю.

- Судья Хатфилд откинулся в кресле и хитро сощуренными глазами посмотрел на Флинта.

- На каком основании? - мягко спросил он.

- Он не представляет здесь железную дорогу и не имеет прав на остальную землю.

- Вы уверены?

Флинт уселся и коротко обрисовал положение вещей, часть которых судья уже знал. Затем Флинт рассказал о ситуации с железнодорожной и государственной землей, о ненадежной двусмысленности всех заключаемых контрактов.

Зная Болдуина, положение на железной дороге и здешние условия, Флинт достаточно убедительно изложил свои доводы.

- Понимаете, мистер Флинт, - сказал наконец Хатфилд, - у нас здесь нет ни шерифа, ни городского маршала. Если я подпишу постановление, вполне вероятно, что по крайней мере в ближайшее время оно просто не будет соблюдаться. Как вы могли убедиться, - сухо добавил он, - буква закона мало что здесь значит. Ситуация постоянно меняется. Своим присутствием здесь я обязан исключительно местным интересам, хотя этот округ входит в мою юрисдикцию.

- Понимаю, сэр. Постановление отнимет у Болдуина последнюю возможность выдавать свои сделки за законные. Я думаю, что даже Болдуин не осмелится предпринять какие-либо шаги после вашего постановления.

- Могу я узнать, где лежат ваши интересы в этом деле?

- Все довольно просто. Портер Болдуин нагло вытается вытеснить Тома Наджента и Нэнси Карриган с их земли. У них нет официальных прав на землю, хотя они живут здесь долго и оба обустроились, что, по крайней мере по отношению к мисс Карриган, может само по себе служить заявкой и официальным правом на землепользование.

- Я понимаю ваши слова, как защиту прав мисс Карриган?

- Да.

Судья Хатфилд выпрямился.

- Я подумаю, что можно сделать, мистер Флинт. - Он встал. - Вы разговариваете не как ковбой.

- Я не ковбой. И мне не нужны ни земля, ни права на нее. Я уверяю вас, что в течение сорока восьми часов Портеру Болдуину вручат телеграмму копию принесут вам - которая отзовет его права заключать какие-либо сделки с землей железной дороги.

После ухода Флинта судья Хатфилд открыл газету на первой странице и еще раз просмотрел статью. Затем также отправил телеграмму в конгресс штата, в город Санта Фе.

Джим Флинт несколько минут постоял рядом с Рыжим, оглаживая и почесывая его. Пора возвращаться в Дыру-в-стене. Он сел на коня и отправился в путь.

За полчаса до этого Саксон и Стретт нашли Болдуина в "Гранд-отеле".

Тот отнесся к новостям скептически. - Кеттлмен здесь? Ерунда! Это обман... или шутка.

Стретт передал Болдуину газету.

- Поглядите, - сказал он.

Болдуин бегло прочитал статью. В Нью Йорке Кеттлмена не было, его жена отказалась давать интервью. Однако, Перес Чивингтон утверждает, что его дочь несколько недель не видела Кеттлмена, и что он мертв или пропал без вести.

Болдуин тихо выругался и подошел к окну. С минуту он молча стоял. жуя сигару.

Что привело Кеттлмена в Нью Мексико? Земля? Железные дороги? Он лихорадочно думал. Надо достать копии этих телеграмм. Его захлестнуло отчаяние, а затем ярость. Какое Кеттлмен имеет право вмешиваться в его дела? У него и так достаточно денег, нечего ему соваться в чужие планы. Он сердито вышагивал по комнате, пока двое ганменов ждали.

Допустим... допустим Кеттлмен здесь и здесь умрет? Сколько человек знают о его присутствии?

Телеграфист в Маккартисе и эти двое, Саксон и Стретт.

Лотти хотела убить Кеттлмена. Если он умрет - она единственная наследница. Если он умрет, Болдуину никто не будет мешать, мало того, если Болдуин будет знать, что Кеттлмен умер, он может заработать на этом факте немало денег. Новости о смерти Кеттлмена наверняка отзовутся на бирже.

Надо телеграфировать Лотти, надо найти Кеттлмена. Если его нет в отеле, то где он? Не в "Кейбаре", потому что "Кейбар" теперь принадлежит Болдуину. Возможно, у Наджента или к западу отсюда, в Форт-Уингейт.

- Возвращайтесь в Маккартис, - сказал от Стретту и Саксону. - Мне нужны приметы Кеттлмена. Вытрясите их из телеграфиста. Кеттлмена надо найти. Человека, который его найдет, ждет сто-долларовая премия.

Стретт взял с письменного стола сигару и откусил конец.

- Его надо найти живым? - мягко спросил он. - Или мертвым?

Болдуин предложил сигару Саксону.

- Мне только надо знать, где он, - сказал Болдуин. - И я хочу быть уверенным, что он находится в определенном месте и никому не мешает. Чем дольше, тем лучше.