Во взгляде существа не было враждебности, в нем угадывалось изумление. Или может быть благоговение?

- Каваси, ты видела это?

- Да. Это был сакуа, один из тех волосатых. - И немного помолчав, она добавила. - Мы считаем, что они поклоняются огню, но не знают, откуда его брать. И все же что-то в огне из привлекает.

- И они знают, как можно попасть на нашу сторону?

- У нас так считают.

- Может быть тогда они покажут на путь?

Она была в ужасе.

- О нет! Они страшные! Мои люди их очень боятся! К тому же у них нет речи. Или нам так кажется, что у них ее нет.

- Но если они знают дорогу?

- И ты им станешь доверять?

Он пожал плечами. Какая разница, станет доверять или нет? В любом случае объясниться он с ними не сможет. Они просто наверняка не понимают по-английски, если их умственные способности вообще позволяют им понимать хоть что-нибудь. Кто они: люди или животные? Даже в этом он не может быть уверен, потому что, будучи с виду похожими на людей, они ведут себя, как животные - и воняет от них тоже по-звериному.

- Они когда-нибудь нападали на вас?

- Нет, но...

- Может быть они хотят, чтобы их просто все оставили в покое?

Или может быть здесь есть еще какая-то причина? Он протянул руки к огню. А что еще? Ведь он не сделал больше ничего, что могло бы привлечь внимание.

- Джонни, Эрик, идите сюда!

Они тут же появились из темноты.

- Джонни, я сейчас не собираюсь отнимать у тебя время своими объяснениями, но мне в голову пришла одна мысль. Давайте все встанем вокруг костра и протянем к нему руку. Просто грейте руки, держите их ладонями вниз.

Эрик недоуменно уставился на него.

- Что за дурацкая затея? У меня руки совсем не замерзли.

- Может быть ничего не выйдет, может быть мы понапрасну теряем время, но я действую по наитию. Это всего на пару минут.

Джонни протянул руки к огню.

- Как скажешь.

- Мне кажется, как раз сейчас за нами наблюдают. Тот сакуа где-то здесь поблизости, а их всегда влечет к огню. Я подумал, что если мы поступим как-нибудь подобным образом, оно смогло бы нам помочь.

- Эти волосатые, - скептически переспросил Джонни. - Они животные. Они ведь даже не люди.

- Зато они знают дорогу на ту сторону.

- А этого никто не знает точно. Все только говорят. Считается, что они могут переходить туда-сюда, когда хотят. Эту историю я уже слыхал.

Они отступили от костра, и Майк отправился к опушке леса за дровами для костра. Это будет длинная ночь, а ночные костры такие ненасытные. И все-таки ему требовалось время для размышлений. Варанели в вправду не собирались атаковать их ночью, и поэтому у него было еще некоторое время для того, чтобы думать и выработать план. Сколько раз до этого он повторял другим, что только разум отличает человека от животного? А значит разумное человеческое существо должно воспользоваться отведенным ему временем и думать. "Ну, давай, - хмуро твердил он сам себе, - думай же, черт тебя побери! Думай!"

Однако, наплыва идей за этим все равно не последовало. Он пытался со всех сторон обдумать сложившееся положение, но готового ответа найти никак не удавалось. Где-то здесь поблизости мог оказаться заветный переход, если уже, конечно, не слишком поздно.

Несмотря на весь тот путь, что был проделан им пешком по окресностям, он никогда не удалялся от того места, где стоял сейчас, более чем на десять миль, и сомневался даже в том, что успел пройти даже половину этого расстояния. У все же та истоки той давно пересохшей реки, где они нашли останки "Железной Горы", находились где-то далеко, а злополучный теплоход, должно быть плыл на север, в надежде добраться до Сен-Луиса или хотя бы до любого другого речного порта, в конечном итоге так и не найдя ничего и причалив к пустынному берегу, чтобы уже никогда не тронуться с места.

Сам он, по крайней мере, имел представление о случившемся. Он не понимал обстоятельств, но все-таки ему приходилось слышать множество историй, описывающих подобные случаи. Он имел об этом хоть какое-то представление, и сильно сомневался в том, чтобы хоть кто-нибудь из находившихся в то время на борту "Железной Горы", слышал о подобном тому, что приключилось с ними.

Где-то неподалеку находились Ничейная Гора, Яма Джонни и то место, о котором он не мог заставить себя думать иначе, как о Чертовой Горе. И лишь призрачная линия отделяет их от того мира.

Анасази знали о том, как покинуть этот мир и перейти в его, и они знали, как им возвратиться обратно, когда было принято такое решение. Может быть Каваси скрывает что-то от него? Не хочет, чтобы они вернулись обратно?

Задумавшись, он еще некоторое время постоял на опушке леса, а затем принялся собирать сухие сучья для костра. В лесу, где-то совсем неподалеку послышался шорох: кто-то пробирался там среди деревьев.

- За огонь, - сказал он вслух, не особо надеясь на то, что его поймут.

В ответ тишина - ни шороха, ни звука. Тогда он сгреб собранные дрова в охапку, решив, что если вдруг на него попробуют напасть, то он бросит эти ветки в лицо врагу, а после успеет еще выхватить пистолет. Ничего не произошло, и все же он мог явно ощущать присутствие поблизости живого существа. И откуда этот странный запах? Да, оно было здесь.

- Мы хотим вернуться обратно, - снова сказал он вслух, надеясь как-нибудь выразить свою потребность.

Вытащив из под охапки дров одну руку, он дотронулся ею сначала себе до груди и затем указал в сторону. Потом он снова повторил этот жест все той же единственной свободной рукой.

- Мы хотим обратно, - повторил он, а затем зашагал обратно к костру.

Джонни занял позицию часового. Эрик сидел, жуя что-то из походной провизии, извлеченной из вещмешка Раглана.

- Извини, - сказал он, - но очень уж хочется есть.

- Не удивительно. Возьми все, что надо.

Свалив дрова на землю, Майк еще некоторое время оставался стоять у костра, глядя на яркое пламя, а потом и сам сел рядом.

- Что бы мы ни собирались сделать, - проговорил он, - должно быть сделано до рассвета.

Эрик вытер руки о штанину собственных брюк.

- Майк, - начал было он, - я...

Внезапно из темноты по другую сторону костра выступил Зипакна. Теперь он возвышался над огнем и улыбался, очевидно ему доставило большое удовольствие увидеть испуг на их лицах.

- Об этом не беспокойтесь, - сказал он. - Завтра в полдень я покажу вам дорогу. И тогда вы сможете уйти. Все уйдете.

42

Все застыли на месте, пораженные его столь внезапным появлением. Раглана бесила эта манера подкрадываться изподтишка, и еще он злился сам на себя за собственную безалаберность, сознавая, однака, что он не должен позволять злобе взять верх над благоразумием.

- Так значит, покажешь нам дорогу, Зипакна? В одну из своих комант-ловушек? Боюсь, у тебя ничего не выйдет.

- Скоро у вас не будет выбора.

Раглан пожал плечами, постаравшись напустить на себя беспечный вид.

- Ну и что из этого? Если мы останемся, то обязательно устроим переворот и захватим власть. Тем более, что твоя страна уже созрела для этого, и мы уже наглядно показали, что и Варанели тоже неуязвимы.

Ваш Рука поступал дальновидно, когда пытался недопустить сюда чужаков. У людей с нашей стороны всегда есть потребность и желание вторнуться туда, где им могут представиться мало-мальские возможности, а твой край сейчас доживает свои последние дни. Все здесь уже вполне готово для переворота и захвата власти, к чему ты сам уже давно готовишься.

Здесь неограниченные возможности. Здесь несомненно есть полезные ископаемые. Правда, условия жизни здесь несколько другие, но, знаешь, наши люди быстро привыкают ко всему. Наши люди привычны к тому, что им зачастую приходится работать в других странах, иногда бурить глубоководные скважины на морском дне и даже отправлять в космические путешествия.

Вообще-то, Зипакна, у меня была идея постараться найти путь к сердцу Руки. Возможно он приветствовал бы кое-какие усовершенствования по части систем слежения и контроля.

Разумеется, на самом деле Раглан не собирался делать ничего подобного. Просто сейчас он тянул время, говоря первое, что придет в голову, а сам мучительно раздумывая над возможным решением. Больше всего на свете ему хотелось оказаться в своем собственном мире и поскорее забыть обо всей этой затее.

Мог ли Рука слышать их разговор? Подобные устройства существовали в его мире, и ему говорили, что Рука тоже стремился заполучить их. А что если он уже добился своего, и теперь слышит, о чем они говорят?

Зипакна был зол и выказывал признаки крайнего волнения. Очевидно ему тоже не терпелось поскорее выпутаться из той весьма неприятной ситуации, в которой он оказался исключительно благодаря своему нахальству и непомерному эгоизму.

И все же Раглан никак не покидало гнетущее чувство тревоги. Что это? Может быть виной всему изменения в атмосфере? Некое явление, вызванное приближающимся сотрясением пространства, или как это еще можно назвать? По поведению остальных он видел, что они чувствуют то же самое.

Джонни подбросил веток в огонь.

- Убирайся-ка ты отсюда, Зипакна. Нечего тебе тут делать. Когда мы решим идти, то уж как-нибудь обойдемся без тебя.

- У вас времени только до рассвета, - натянуто сказал Зипакна. Только до утра.

- Я думаю, ты говоришь только от себя, - внезапно сказала Каваси. Это ты так сказал, но не Рука. Ты один из Варанелей, а не из Властителей Шибальбы. Я думаю, ты собираешься захватить власть.

- Ты? Да кто ты такая? Просто денщина!

- Я говорю для своих людей, и меня слушают, - тон ее был холоден, в голосе слышалось высокомерие. - Ты и сам был никем, пока не сумел как-то переползти на другую сторону и что-то там разузнать, становясь таким образом полезным Руке. И потом ты узнал о ней!

- О Мелисанде, - сказал Эрик. Он взглянул на Раглана. - Той девушке с подслнухами.

Майк Раглан переводил недоуменный взгляд с одного на другого. Что вообще, черт возьми, здесь происходит? Кем была эта девица с цветами? Ну да, ведь был и пропавший карандаш, и подсолнух на собачьем ошенике, даже подсолнух, вышитый на вороте свитера. Может быть это и была та, кого Эрик имел в виду, говоря о "нас"?

Если так, то где она сейчас? Где была она все это время? И вообще, кто она такая?

- Послушай, - нетерпеливо начал он, - если мы все еще собираемся выбраться отсюда, то этим надлежит заняться сейчас. У нас нет времени на то, чтобы еще бегать здесь еще за какой-то девицей...

- Без нее я никуда не пойду, - сказал Эрик.

На присутствие Зипакны больше не обращал внимание никто, кроме Джонни, который, расположившись в тени, держал наготове пистолет, положив винтовку рядом с собой. Джонни угрюмо разглядывал Зипакну, дожидаясь от того малейшего неверного движения, и Зипакна как будто чувствовал это.

Теперь он держался уже не так самоуверенно и беспардонно, как прежде. И тем не менее он держал себя в руках и был начеку.

- Так где же она? - допытывался Раглан. - Все, что мы решим сделать, должно быть сделано сейчас же.

- Она здесь неподалеку, - ответила Каваси.

И тут неожиданно и настолько внезапно, что даже Джонни оказался застигнутым врасплох, Зипакна ухватился за стену и, перемахнув через нее, исчез в темноте ночи. Джонни бросился к стене, но резкий окрик Раглана остановил его.

- Не трать патроны. Пусть катится отсюда. Наконец-то мы от него отделались.

- Но он еще вернется, - сказал Джонни.

В душе Раглан согласился с ним, но вслух не сказал ничего. Его занимала теперь только мысль о том, как бы поскорее выбраться отсюда. Если пророчеству суждено сбыться, то выходит, что у них почти совсем не остается времени, хотя, разумеется, все это может оказаться лишь пустыми разговорами, не имеющими под собой никакого фактического особнования. И все же ему было не по себе, его ни на минуту не оставляло ощущение обраченности.

- Ладно, Каваси, - сказал он, - тогда давай захватим и ее и будем выбираться. Зипакна еще вернется сюда, и вместе с ним придут остальные. Он оберунлся к Джонни. - Ты здесь приглядывай. Мне нужно пойти оглядеться.

Каваси исчезла, ушла неведомо куда, но в конце концов она знала эти места гораздо лучше его. Убедившись, что пистолет на месте, он направился к тому проему, где еще совсем недавно был открыт ход.

Обычная дверная ниша, но только как будто заложенная камнями. Он протянул было руку, чтобы дотронуться до каменной стены, но тут же поспешно отдернул ее. От одного только вида ее ему делалось не посебе, и он снова оглянулся назад.

Черт возьми, он вызволил Эрика из плена, и вот теперь остается только вернуться обратно. Но как?

Расхаживая между руинами, он начал медленно перебирать в памяти все то, что, как ему самому казалось, было уже известно. Он принялся мысленно воссоздавать карту, начиная от ниши в киве, где находился один из ходов тот, который считался открытым "всегда". Возможно в двух милях к западу от того места находился еще один ход - тот самый, пройдя через который они с Каваси оказались здесь, то место, где, скорее всего переходил и Таззок. Сакуа исчезли на вершине Ничейной Горы на противоположном берегу реки, удаленной на примерно одинаковое расстояние как от кивы, так и от того места, где проходил Таззок. Может быть как раз там и находилось средоточие всех аномальных сил на данной территории. Но для того, чтобы отправиться на немедленные поиски было слишком темно, имей он даже больше возможностей для работы. Тогда Майк разочарованно вернулся обратно к костру и достал свою старую карту, нарисованную на куске холстины. Она была перерисована с карты на дрогоценном блюде, и все же кое в чем эта его карта отличалась от золотой. Кое-что старик, как видимо, дорисовал на ней сам.

И, пожалуй, маленький красный крестик, неизвестно для чего поставленный на плане, больше всего занимал теперь его внимание.