Девин не умела вскрывать замки, поэтому попасть в комнату Конрада больше не могла. Одно ей было ясно: раз Лукас запер спальню брата, она могла там что-то найти. Если братья были в сговоре, возможно, в комнате Лукаса тоже есть что-нибудь интересное.

До слушания по делу об опеке осталось всего две недели. В остальных комнатах она ничего не нашла. Персонал был предан памяти Конрада. Никто не сказал о нем ни одного плохого слова. Похоже, все думали, что они с Моникой любили друг друга.

Поэтому Девин ничего не осталось, кроме как проникнуть в комнату Лукаса. Подождав, когда он уедет в офис, она попросила Лекси снова отвлечь Байрона. Сегодня он надел плавки и присоединился к ней в бассейне. Девин знала, что вечером получит подробный отчет об этом купании.

Тереза оказалась настоящим подарком судьбы. Она вызвалась прогуляться с Амелией до конюшни и показать ей лошадей.

В коридоре на втором этаже северного крыла было тихо. Девин, затаив дыхание, повернула дверную ручку. Механизм щелкнул, и дверь комнаты Лукаса открылась.

Собравшись с духом, она сделала большой шаг внутрь, захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и огляделась по сторонам.

Комната имела форму прямоугольника. Она чуть уступала в размерах спальне Конрада, но благодаря высоким потолкам и большому количеству окон казалась просторнее. В центре стоял большой кремовый диван, возле стеклянной балконной двери — горшки с растениями. Пол был из полированной кленовой древесины, шторы и покрывала были изумрудно-зелеными с золотой отделкой.

Девин удивилась, когда увидела на бледно-зеленых стенах семейные фотографии. Среди них было старое фото пожилой пары, очевидно, родителей Конрада и Лукаса, несколько детских снимков братьев и один, изображающий седовласого мужчину. Девин не сомневалась, что это прадедушка Амелии, завещавший ей свои акции.

Еще там был портрет Конрада и Моники, которого Девин никогда раньше не видела. Моника в розовом атласном платье с глубоким вырезом сидела в кресле, а за спиной у нее стоял Конрад в смокинге.

Интересно, по какому случаю они так нарядно оделись? Это было чье-то торжество или, может, благотворительный бал?

Девин провела по фотографии кончиками пальцев. Моника и Конрад выглядели на ней такими счастливыми. Ей впервые пришло в голову, что Конрад обманул Лукаса так же, как и всех остальных.

Но затем она вспомнила о разговоре, который подслушала ее сестра. Несомненно, Лукас был в сговоре с Конрадом. Он назвал их план блестящим и посмеялся над тем, как ловко они утерли нос Стиву. Девин не винила их в том, что они объединились против их кузена. Но они не должны были использовать в качестве орудия беззащитную женщину.

Затем ее взгляд упал на фото Конрада и Амелии. Конрад был в джинсах и футболке и, похоже, не знал, что его снимают. Амелия спала у него на руках, обхватив своей крошечной ручкой его указательный палец. Умиление на его лице говорило о его большой любви к дочке.

Девин была глубоко тронута этим снимком, но не позволила эмоциям взять верх над здравым смыслом. Любовь Конрада к Амелии ничего не меняет.

Неподалеку от нее в оконной нише лежал на маленьком столике ноутбук. Девин поняла, что это ее самый большой шанс. Братья вполне могли переписываться по электронной почте. Только бы доступ к данным не был защищен паролем!

Сев за столик, она нажала на кнопку. Компьютер включился, и на экране сразу появилась страница электронной почты. Никакого пароля, к счастью, не оказалось. От волнения ее пульс участился.

Девин быстро прокрутила список и нашла в нем папку под названием «Конрад». Открыв ее, она обнаружила несколько сотен сообщений. Какая удача!

Все, что ей осталось, — это найти сообщения, созданные в тот период, когда Конрад и Моника только начали встречаться.

Она прокручивала список до тех пор, пока ее взгляд не упал на слово «Свидание» в графе «Тема». Поняв, что это, скорее всего, то, что нужно, она открыла сообщение двойным щелчком и прочитала:

«Помнишь ту девушку, о которой я тебе рассказывал? Уверен, она тебе понравится. Сегодня я вернусь поздно».

У Девин перехватило дыхание. Речь, бесспорно, шла о Монике.

«Действуй, брат, — написал в ответ Лукас. — Помни: я на тебя рассчитываю».

Все ясно. Лукас рассчитывал на то, что Конрад с помощью лживых заверений в любви уговорит Монику выйти за него замуж и родить ему ребенка.

Девин открыла следующее сообщение от Конрада:

«Начинай без меня. Я останусь у нее до тех пор, пока она меня не выгонит».

Начинать без него? Что он имел в виду?

Необходимо распечатать эти сообщения. Оглядевшись по сторонам, она увидела на полке для хранения документов принтер.

Поднявшись, она подошла к нему, но помедлила, прежде чем его включить.

Что с ней происходит? Она сидит в комнате Лукаса и читает его личную переписку. Каковы бы ни были причины, ее поведение ужасно. Она не может этого сделать. Не может воспользоваться информацией.

— Буду готов через десять минут, — послышался из коридора голос Лукаса.

Девин охватила паника.

Сейчас он снова поймает ее на месте преступления.

Она окинула взглядом комнату, ища, где бы ей спрятаться.

— Встретимся у входа, — продолжил Лукас. На этот раз звук его голоса был громче и отчетливее.

У Девин застучало в висках, на ладонях выступил пот.

Через несколько секунд он войдет и обнаружит ее. Ей нечего сказать в свое оправдание. Он придет в ярость и будет прав.

Путь к ванной и встроенному шкафу ей преграждала огромная кровать под пологом. За считаные доли секунды Девин приняла решение, забралась на нее и приняла сексуальную позу.

Лукас открыл дверь и замер на пороге.

— Привет, — сказала Девин, хлопая ресницами.

— Что ты…

— Я слышала, как ты вернулся, — ответила она, надеясь, что он не обратит внимания на то, что на ней трикотажный топ и шорты, а не сексуальный наряд. — Амелия сейчас с Терезой, и я подумала… — Она красноречиво похлопала по постели, надеясь, что не выглядит полной идиоткой. Чтобы быть более убедительной, она провела рукой по волосам и облизала губы.

Лукас вошел в комнату и закрыл дверь:

— Я не понимаю.

— Я соскучилась по тебе, — солгала она.

— Меня не было всего час.

— Я имею в виду совсем другую скуку. — Она провела мыском одной босой ноги по другой.

— С тобой все в порядке?

— Я что-то делаю неправильно?

— Это зависит от того, что ты делаешь.

— Попробуй догадаться.

Лукас стал медленно к ней приближаться:

— Итак, ты в моей спальне. Лежишь на моей кровати. Говоришь, что за ребенком присматривает горничная.

— Пока молодец.

Он остановился рядом с кроватью:

— Девин, ты пытаешься меня соблазнить?

— Видимо, у меня это плохо получается.

Девин велела своей женской гордости не принимать это в расчет. Ей хотелось потерпеть неудачу. Хотелось, чтобы он сказал ей, что ему нужно на работу и они увидятся вечером. Потом она придумала бы какую-нибудь отговорку или даже провела бы вечер вне дома.

— Ты все делаешь прекрасно, — сказал Лукас. — Просто я удивлен.

— Хорошо, — ответила Девин, заставив себя ослепительно улыбнуться.

Он сел на край кровати:

— Это было спонтанное решение?

— Да, — честно сказала она.

Он провел кончиками пальцев по ее щеке:

— Ты слышала, как я вернулся, и подумала, что мы могли бы…

От его прикосновения по ее телу побежали электрические импульсы. Она резко подняла корпус:

— Если ты слишком занят…

— Я не слишком занят. — Лукас снял с себя пиджак.

Девин сглотнула:

— Я имею в виду, может, это не самое подходящее время…

— Передумала? — Он ослабил узел галстука.

— Конечно нет. Я… э-э… хочу этого.

О боже… Что ей делать?

— Я тоже этого хочу, — хрипло произнес он, снял с себя галстук и присоединился к ней на кровати.

— Лукас…

Опустив ее на спину, он заключил ее в объятия и заглянул ей в глаза:

— Это очень приятный сюрприз.

Затем он наклонил голову и поцеловал ее, отчего в глубине ее женского естества разгорелся огонь желания. Ее губы послушно приоткрылись. Его поцелуй показался ей до боли знакомым. Она знала, что должна остановить это безумие, но разум быстро подчинился зову плоти, и ее руки обвили его шею.

Его рука скользнула ей под топ и накрыла холмик груди. От его прикосновения ее сосок затвердел, и она выгнулась дугой.

Стянув с нее топ, он, глядя на ее белый кружевной бюстгальтер, принялся расстегивать пуговицы на рубашке. У него это плохо получалось, и он, выругавшись себе под нос, с силой рванул рубашку на себе, так что оставшиеся пуговицы разлетелись в стороны. Сняв рубашку, он бросил ее на пол. Мгновение спустя к ней присоединились шорты и бюстгальтер Девин, а также его остальная одежда.

Теперь их ничего больше не разделяло. Все, кроме них двоих, перестало для нее существовать. Девин хотелось поскорее стать с ним единым целым и снова совершить путешествие на вершину блаженства.

— Ты меня изумляешь, — произнес он между поцелуями. — Я никогда раньше такого не испытывал.

В ответ она обхватила ногами его бедра и прошептала его имя. Он тут же внял ее просьбе и, теснее прижав ее к себе, вошел в нее. Они вместе закачались в самом совершенном танце, который только знало человечество.

Когда все закончилось, Лукас, тяжело дыша, погладил ее по лицу и нежно поцеловал в висок и в уголок глаза.

— Я опаздываю, — сказал он.

В его тоне слышалось сожаление. Очевидно, ему не хотелось ее покидать.

Она позволила этому случиться. Зашла слишком далеко в своем обмане. Ее мысли и чувства перепутались. Наверное, ему действительно лучше уйти прямо сейчас.

— У меня есть время, чтобы принять душ.

Не успела она и глазом моргнуть, как он встал, подхватил ее на руки и отнес в ванную, где они продолжили заниматься любовью под теплыми струями.

После душа она почувствовала себя заново родившейся и осознала, что они не предохранялись, только оказавшись в своей комнате. Быстро произведя в уме подсчет, она поняла, что риск забеременеть был минимален, и, почувствовав невероятное облегчение, рухнула на кровать. Все! С нее достаточно игр в шпионку. Это может плохо кончиться.

Проснувшись следующим утром в своей постели, Лукас сразу подумал о Девин. Его деловой ужин накануне затянулся. Он хотел сразу по возвращении домой прийти к Девин и снова заняться с ней любовью, но не был уверен, что она его примет.

Он не знал, как относиться к тому, что произошло между ними вчера. Когда он на днях застал ее в комнате Конрада, у него создалось впечатление, что Девин больше не хочет близости с ним. Он расстроился, но был готов уважать ее решение. Принимая во внимание обстоятельства, было бы нечестно на нее давить. Он надеялся, что их слушание по делу об опеке будет отложено, но Девин пока еще не дала на это своего согласия. В любом случае однажды им придется появиться в суде и бороться друг с другом, несмотря на то что они любовники.

Любовники.

Лукас откинул одеяло.

Намерена ли Девин продолжать заниматься с ним любовью? Наверное, да. Ведь вчера она сама пришла к нему в комнату и забралась в его постель, чтобы его соблазнить.

При воспоминании об этом Лукас с улыбкой уставился на потолочный узор. Возможно, она ждала его вчера вечером в своей спальне и расстроилась из-за того, что он не пришел.

Посмотрев на часы, он решил, что поедет в офис позже. Он найдет Девин и попробует разобраться в их отношениях. Они вместе позавтракают, погуляют в саду, а может, попросят Терезу присмотреть за Амелией и приятно проведут время в спальне.

Встав с постели, Лукас быстро принял душ и побрился. Надевая пиджак, он включил ноутбук, чтобы посмотреть свой распорядок на сегодняшний день. Если на первую половину дня у него не намечено важных дел, он сможет провести дома все утро. Возможно, он поспешил, надев костюм.

На экране появилась программа электронной почты, и он собрался ее закрыть, но вдруг его взгляд упал на имя Конрада в списке недавно просмотренных сообщений.

Какого черта?

Затем он увидел дату и узнал текст. Опустившись на стул, он просмотрел список и обнаружил, что недавно были открыты еще несколько сообщений из их с Конрадом переписки.

Реальность обрушилась на него со страшной силой. Повернув голову, он посмотрел на свою кровать.

Девин была там вчера не потому, что соскучилась по нему. Она забралась в его постель и разыграла из себя соблазнительницу, чтобы он не догадался, что она делала в его комнате.

И эта женщина еще смеет сомневаться в его моральных принципах!

Его переполняли горечь и разочарование. Он разоблачил Девин, но, к сожалению, легче ему от этого не стало.

Поднявшись, он поправил пиджак и вышел из комнаты.

Спальня Девин и детская оказались пусты. В гостиной и фойе тоже никого не было. В дальнем конце коридора он заметил Терезу. Она открыла дверь библиотеки и вошла внутрь.

Проходя мимо кухни, он услышал смех Лекси.

Отлично. Девин где-то рядом.

Неожиданно до него донесся веселый голос Байрона:

— Было бы неплохо, но быка звали Клементин.

Лукас вошел внутрь.

— Ты это выдумал, — сказала Лекси, сидящая напротив Байрона за круглым столом.

— Клянусь, что это чистая правда, — ответил Байрон, заметив присутствие Лукаса. — Послушай, здесь Лукас. Он может это подтвердить. — Байрон внимательно посмотрел на него и нахмурился. — Что-то не так?

— Где Девин? — спросил Лукас, пройдя в дальний конец кухни и посмотрев в окно.

— Гуляет с Амелией, — ответила Лекси, с тревогой глядя на него.

— Мне нужно с ней поговорить, — сказал Лукас, с трудом сдерживая свой гнев.

— Мистер Демарко? — позвала его Тереза, неожиданно ворвавшаяся в кухню. — Там снаружи что-то происходит.

— С Девин? — У Лукаса возникло неприятное предчувствие.

— Где? — спросил Байрон.

— Впереди, — ответила девушка. — У ворот собралась огромная толпа.

— Где Девин? — Лукас направился к двери.

— Я ее не видела. — Тереза последовала за ним.

— Что это за толпа?

Байрон с Лекси поднялись и вместе с Терезой пошли за Лукасом.

— С фотоаппаратами и микрофонами.

Репортеры? Что они здесь делают?

Достав телефон, Лукас набрал номер Теодора Вика.

— Когда ты в последний раз видела Девин? — спросил он Терезу, открывая дверь на улицу.

— Они пошли в парк примерно час назад.

— Какой парк?

Может, это Девин пригласила репортеров? Способна ли она на такое?

Глаза девушки расширились.

— У пристани, — произнесла она дрожащим голосом.

— Некоторые из них крупные фигуры, — сказал Байрон, когда они вышли на улицу. — Си-эн-эн, «Зе ивнинг».

— Какого черта? — Лукас приложил ладонь козырьком ко лбу.

В прошлом у него было множество стычек с прессой. Он не имел ни малейшего желания попасть на страницы вечерних газет, но ему нужно было знать, что привело сюда журналистов.

— Я могу пойти к ним один, — предложил Байрон.

— Нет, спасибо, — твердо ответил Лукас, прервав тщетную попытку дозвониться до Теодора.

Он сам во всем разберется. Если это устроила Девин… Если она решила, что сможет добиться своего, натравив на него прессу…

— Это Лукас Демарко! — крикнул кто-то из толпы, собравшейся у кованых ворот.

Когда Лукас подошел ближе, его ослепили вспышки фотокамер. Окинув взглядом толпу, он увидел в ней помимо репортеров из таблоидов и папарацци двух представителей государственных информационных организаций.

Женщина просунула микрофон между прутьев забора:

— Что вы можете сказать в ответ на обвинения в мошенничестве, выдвинутые против вас…

— С ней ребенок! — крикнул кто-то еще, и всеобщее внимание сразу переключилось с Лукаса на Девин, идущую с коляской по тротуару на противоположной стороне улицы.

Одного взгляда на ее изумленное лицо оказалось Лукасу достаточно, чтобы понять, что это не она позвала сюда прессу. Остается только один вариант. Стив.

Все побежали к Девин, толкающей перед собой голубую коляску с Амелией.

Выругавшись, он набрал код на воротах, открыл их и тоже побежал. Байрон последовал за ним.

— Мисс Хартли, — обратилась к Девин женщина с микрофоном, — как вы прокомментируете то, что ваша сестра Моника пыталась обманным путем отобрать у семьи Фостер пятьдесят миллионов долларов?

Пока Девин хлопала глазами, защищаясь от вспышек фотокамер, Лукас и Байрон пробирались сквозь толпу. Лукас схватил за воротник человека, который наклонился, чтобы сфотографировать Амелию, и отшвырнул его в сторону. Достав малышку из коляски, он прижал ее к груди и загородил ее лицо лацканом пиджака, затем схватил Девин за руку.

— Оставь коляску, — приказал он и пошел вместе с ней в обратную сторону.

Репортеры бросились вслед за ними. Они засыпали их вопросами и фотографировали.

— Будет ли судебное разбирательство?

— Будут ли аресты?

— Вы проводили анализ ДНК?

Лукас был готов порвать своего кузена на части.

Втолкнув Девин в ворота, за которыми их ждали Лекси и Тереза, он вошел сам. Байрон с коляской проследовал за ними и запер ворота на замок.

— Какого черта? — возмутилась Девин, когда Лукас потащил ее к особняку.

— Это сделал Стив, — прорычал Лукас. Он был все еще зол на нее, но решил отложить выяснение отношений на потом.

Амелия повернула голову и уставилась на него. Он подумал, что она сейчас заплачет, но девочка лишь продолжала смотреть на него с любопытством.

— Что ему это дает? — спросил Лукас Байрона.

Тот растерянно покачал головой:

— Видимо, он решил публично тебя дискредитировать, а потом представить доказательства совету директоров.

— Неужели он думает, что может добиться моего увольнения?

— Что происходит? — спросила Девин. — Я ничего не понимаю. — Она перевела взгляд с Лукаса на Амелию. — Мне ее забрать?

— Нет, не надо, — отрезал он.

Они вернулись в дом, и Тереза, убедившись, что ее помощь не нужна, пошла выполнять свою работу.

— Что будет дальше? — спросила Лекси.

— У меня на родине умеют решать подобные вопросы, — ответил Байрон, сжав руки в кулаки.

— Обвинение в нападении только усложнит ситуацию, — сказал Лукас, несмотря на то что ему самому хотелось побить Стива.

— Не думаю, что внимание прессы как-то повлияет на решение суда. Сомневаюсь, что судья читает «Тэттлер».

— Значит, Стив планировал нас разозлить? — спросил Лукас.

Сиэтл небольшой городок. Лукас прежде много раз становился объектом внимания прессы и знал, что папарацци теперь от них долго не отстанут. Здесь им нигде не спрятаться.

— Похоже на то, — ответил Байрон.

— Та женщина спросила меня, будут ли аресты, — произнесла Девин. — Что она имела в виду? Кто должен быть арестован и за что?

— Репортеры пытались выудить новую информацию, — сказал Лукас, не глядя ей в глаза. — Стив обрисовал им ситуацию в общих чертах, и теперь они охотятся за подробностями.

— Я не хочу, чтобы лицо Амелии появилось на первых полосах газет. — Она инстинктивно придвинулась ближе к малышке, которую Лукас крепко прижимал к груди.

— Я тоже этого не хочу. — Это прозвучало резче, чем он хотел.

— Но они не могут пробраться на территорию особняка? — спросила Лекси.

— Лукас? — Дверь открылась, и в холл буквально влетел Теодор Вик. — Прости. Я был на воде. Я уже поставил у ворот двух охранников.

— Все под контролем, — сказал ему Лукас. — По крайней мере, пока. — Он обратился к Лекси: — Пробраться на территорию особняка довольно трудно, но все же это не крепость.

— Я приведу сюда еще людей, — предложил Теодор. — Мы установили новую систему освещения в дальней части сада. Чед позаботится о круглосуточной охране пристани.

Девин потянулась за Амелией, но неожиданно отстранилась. Лицо ее выражало удивление.

— Она спит.

Опустив голову, Лукас обнаружил, что глаза малышки закрыты, а рот слегка приоткрыт во сне.

— Похоже, маленькая принцесса больше не боится своего дядюшку Лукаса, — улыбнулась Лекси.

Амелия ему доверяет. Его захлестнула волна нежности, и он мысленно поклялся себе, что не подведет ее.

— Ты можешь усилить видеонаблюдение? — спросил он Теодора.

— Разумеется.

— Как насчет камер с длиннофокусными объективами?

— Я не могу тебе дать никаких гарантий, — ответил тот. — Я пришлю сюда еще людей, но периметр участка слишком большой, и он открыт со стороны бухты. Поэтому Девин и Амелии будет лучше находиться в доме.

Девин прищурилась:

— Как долго?

— Пару недель, — признался Лукас. — Может, больше. Они от нас отстанут, когда суд примет решение по вопросу о наследстве Амелии. Байрон постарается получить более подробную информацию.

— Ты собираешься прятаться в доме? — спросила его Девин.

Он покачал головой:

— Мне безразлично, если они будут фотографировать меня.

— А Девин следует этого опасаться? — поинтересовалась Лекси.

— Если она хочет иметь частную жизнь после того, как все это кончится, — ответил Байрон.

— Значит, я буду вынуждена сидеть взаперти? — спросила Девин.

— Если только вы не пожелаете покинуть Сиэтл, — сказал ей Теодор. — Сомневаюсь, что репортеры последуют за вами за пределы штата.

Она скрестила руки на груди:

— К несчастью, суд постановил, что я должна жить в этом доме.

— Хочешь уехать? — спросил Лукас, решив, что было бы неплохо увезти их с Амелией подальше от Стива.

— Разумеется, я хочу отсюда уехать. Я хочу домой.

Теодор покачал головой:

— Это исключено. Там репортеры вас найдут.

— Меня тоже ждет дома засада? — спросила Лекси.

— Тебе следует остаться здесь, — ответила Девин.

— Вы все можете поехать со мной в Техас, — предложил Байрон.

Лукас нахмурился.

— На мою землю никто не ступит без моего разрешения, — заверил его тот.

— Ты застрелишь нарушителей? — усмехнулась Лекси.

Байрон не ответил, но выражение его лица говорило, что он вполне на такое способен.

— Поездка в Техас — это неплохая идея, — заметил начальник службы безопасности.

Встретившись с ним взглядом, Лукас мысленно взвесил все за и против. В Техасе ни Стив, ни журналисты не смогут добраться до Амелии и Девин. Кроме того, их отъезд станет сюрпризом для Стива с его четким планом. Лукасу надоело реагировать на маневры его кузена. Ему пора приступить к активным действиям.

— Хорошо, — сказал он, кивнув. — Мы едем в Техас.

У Девин вытянулось лицо.

— Но…

— Я тоже поеду, — решительно заявила Лекси.

— Разве это не слишком? — спросила Девин Лукаса. — Сначала я оставляю свой дом, чтобы перебраться сюда, теперь ты собираешься увезти меня в другой конец страны.

Он понял причину ее недовольства: в Техасе она не сможет копаться в вещах Конрада и читать их электронную переписку.

«Поделом тебе, дорогая».

Идея с поездкой в Техас с каждой секундой нравилась ему все больше.