Изабель снова услышала, как взлетает вертолет, и произнесла короткую молитву за пилота. А через минуту в комнату вошла Элени.

– Господин Лукас уехал рано, – с хмурым видом сказала Элени. – Как вы себя чувствуете сегодня?

– Довольно хорошо. И наконец-то с удовольствием позавтракаю.

Изабель приняла душ и придирчиво оглядела себя в запотевшем зеркале, с удивлением увидев, что выглядит как обычно. А чего она ждала? Доказательства греха? Но это было блаженство, а не грехопадение… Ее мечтательное настроение вдруг сменилось дурным предчувствием.

Решительно настроившись не раскисать, что бы ни случилось, она оделась, привела в порядок волосы и лицо и поспешила, хромая, в спальню, когда зазвонил ее телефон.

– Привет, Изабель. Как ты?

– Лукас, ты уже на месте? К своему стыду, должна сознаться, что проспала пол-утра, но чувствую себя хорошо. Даже мой глаз уже выглядит нормально.

– Счастлив слышать. Я бы многое отдал, чтобы остаться и разбудить тебя поцелуем сегодня утром. Но у меня есть новости, Изабель. Когда я вошел в свою квартиру, то обнаружил среди прочей корреспонденции записку. Там было описание острова с хижиной Петроса. Твоего похитителя, видимо, запугали, но совесть, похоже, не позволила ему оставить тебя там умирать. Но все равно будь осторожна сегодня. Держись ближе к дому.

– Хорошо, Лукас. Я ужасно волнуюсь… Так что позвони мне сегодня после… после всего.

– Конечно. Все будет хорошо.

Как бы Изабель ни волновалась, но она с удовольствием съела горячие булочки с маслом, за которыми последовала пара чашек кофе. А вскоре она услышала, как к дому подъезжает автомобиль, и через минуту вбежала сияющая Алисия:

– Привет, Изабель. После всех твоих злоключений ты должна была бы выглядеть разбитой, но выглядишь просто замечательно!

– Я и чувствую себя отлично, – тепло улыбнулась ей Изабель. – Только что собиралась попросить Элени принести мне еще кофе.

– А она уже идет сюда с ним.

К тому времени как Элени принесла им кофе и оставила наедине, Алисия уже изнемогала от нетерпения:

– Ну, Изабель! Лукас рассказал тебе о спектакле, который я разыграла, когда он вернулся на «Афине» без тебя?

Изабель засмеялась:

– Конечно. Он сказал, что ты потрясающая актриса.

– Королева драмы! – Алисия широко улыбнулась. – Медея или Электра. Но это не важно. Расскажи все до мельчайших подробностей. Ты, наверное, страшно испугалась?

Отпив кофе, Изабель рассказала Алисии обо всем, что с ней произошло до того момента, как Лукас приплыл на «Афине», чтобы спасти ее.

– Во второй раз! – Алисия коварно усмехнулась. – Надеюсь, ты щедро вознаградила его?

– Безусловно, – сказала Изабель, улыбнувшись в ответ в том же духе. – Я подарила ему акварель.

Алисия закатила глаза:

– А ты не могла придумать что-нибудь поинтереснее, чем картина?

– Лукасу она понравилась. – Изабель погрустнела. – Я надеюсь, что она будет напоминать ему обо мне после моего отъезда.

Алисия фыркнула:

– Он никогда не забудет тебя, Изабель!

– Наверное, ты права. Я доставляла ему только одни неприятности с самого момента нашей встречи.

– Сомневаюсь. Какой мужчина будет думать о роскошной блондинке как о неприятности?

Изабель покраснела:

– Лукас сказал мне, что предпочитает темноволосых и пышных дам.

– Его вкусы изменились с тех пор, как он встретил тебя, glykia mou.

– Что это значит?

– Что-то вроде «моя сладкая». Лукас говорил тебе эти слова?

– Наши отношения не настолько близкие.

– Если бы ты осталась, вскоре стали бы, – твердо заявила Алисия. – Так что останься. Пожалуйста! Я бы хотела видеть тебя на своей свадьбе.

– Я бы тоже хотела, но мне надо возвращаться на работу. Я истратила все полагающиеся мне отпускные дни в этом году.

Алисия вздохнула, потом порылась в своей сумочке и достала визитку:

– Здесь номера моих телефонов. Позвони, если передумаешь.

После отъезда Алисии, оставив безуспешную попытку почитать, Изабель достала свои рисовальные принадлежности. Для разнообразия она попробует нарисовать не акварельный, а карандашный портрет Лукаса. Портреты не были ее коньком, но красивое точеное лицо Лукаса с такой легкостью появлялось в ее альбоме, что к концу дня Изабель добилась ошеломляющего сходства. Когда Элени было разрешено взглянуть на законченный эскиз, та позвала Спиро полюбоваться мастерством Изабель.

В этот самый момент Лукас находился в своем офисе на совещании с Андрисом и сотрудниками службы безопасности. Все они в один голос заявляли, что кому-то из них необходимо присутствовать возле кофейни, где было назначено место передачи выкупа.

Выслушав всех, Лукас поднял руку:

– Я благодарен за ваше предложение, но для меня это дело личной чести. Чтобы отомстить мне, этот человек причинил вред даме, которая приехала в нашу страну и гостит в моем доме. Поэтому, господа, я должен встретиться с этим человеком лично, перед тем как сдать его в полицию. Полиция, – добавил он, – согласна с тем, чтобы я не появлялся до того момента, пока этот человек не попытается получить деньги.

– Но преступник знает вас, – сказал Ари Константину, начальник группы охраны. Он может довершить свое черное дело. Вы подвергаетесь опасности.

– Меня не собираются убивать. Чтобы получить деньги, преступнику нужно, чтобы я был живым. – Взгляд Лукаса стал жестким. – Но он допустил большую ошибку, похитив даму, которая находилась под моим покровительством.

Все одобрительно загалдели.

– Вот какой план мы выработали с Ари, – сказал Андрис после того, как Лукас кивнул ему. – Я пойду туда заранее и буду пить кофе за столиком у окна, выходящего в переулок. Двое из вас займут другой столик, у дверей. Еще один будет наблюдать из мужской комнаты, откуда виден переулок. Босс будет скрываться до назначенного времени, а остальные члены команды будут находиться вместе с Ари в баре напротив. Группа наблюдения полиции будет пребывать в укрытии, как попросил господин Андреадис.

– Они согласились на такой план? – спросил кто-то.

– Нет, – сказал Лукас. – Они хотели, чтобы я держался в стороне. – Он хмуро улыбнулся. – Я отказался.

Душным вечером движимый нетерпением Лукас на час раньше направился к условленной кофейне и остановился на углу, приветливо улыбнувшись одному из своих охранников, который, как обыкновенный прохожий, болтал со своим приятелем. Оба они незаметно наблюдали за переулком.

– Вы рано, – тихо сказал этот человек, потом яростно выругался, когда раздавшийся в кофейне сигнал пожарной тревоги заставил всех выбежать на улицу.

Лукас бросился через рассыпавшуюся толпу в переулок и сбил с ног огромного детину, который собирался схватить пакет с выкупом. Он удерживал его на земле, пока не подоспела помощь. В долю секунды команда Лукаса окружила их, и человек, которого поставили на ноги, предстал перед взором полицейских. Его глаза были полны страха, когда его посадили в полицейский фургон, заблокировавший переулок.

– Мне разрешили присутствовать при его допросе, – сообщил Лукас Изабель, когда позвонил во второй раз. – Арестованный умолял защитить его семью от сестер-близнецов покойной Мелины Андреадис. Как я и подозревал, они и стояли за всем этим, угрожая его жене и детям. Но он клялся, что не убийца, поэтому и оставил мне записку, указав, где тебя искать.

– Он, если разобраться, и не причинил мне особого вреда, – тут же стала защищать громилу Изабель.

– Но связал тебя и бросил в хижине, – мрачно заявил Лукас и рассказал, что полиция направилась прямо в дом сестер Каррас, которые пришли в ярость от провала своего плана и вылили столько мстительной злобы на него, что потрясли даже видавших виды полицейских. Лукас цинично засмеялся. – Но вендетта сестер против меня скорее объяснялась потерей щедрого содержания, которое обеспечивала им Мелина, чем ее смертью. Они обвинили меня в ее смерти и во всех остальных неприятностях в их жизни.

– Они хотели тебя убить?

– Нет. Только ранить и навредить всеми возможными способами. Как источник дохода мертвый я был бесполезен для них.

Изабель вздрогнула:

– А что должно было произойти со мной?

– Когда их арестовали, они не были способны что-то объяснить. Но каковыми бы ни были их намерения, ты в безопасности. Можешь спать сегодня спокойно.

– Наверное, мне будут сниться кошмары! – провокационно заявила Изабель.

Лукас даже застонал:

– Если бы я был там с тобой, то позаботился бы о лучшем средстве против этого.

Следующий день показался Изабель бесконечным. Лукас дважды звонил в перерывах между заседаниями, но успевал сказать только пару слов. Позже позвонила Алисия и извинилась, что не сможет приехать на виллу «Медуза», как собиралась. Чтобы как-то занять себя, Изабель закончила еще один карандашный портрет Лукаса – для Элени и Спиро. Она съела все, что было поставлено перед ней, и регулярно выходила в сад, опираясь на трость, чтобы тренировать свою ногу и убить время до приезда Лукаса.

На закате Изабель сидела на веранде и сушила только что покрашенные ногти на ногах, когда ее сердце подпрыгнуло при звуке, которого она не ждала до завтрашнего дня. Она взволнованно перегнулась через перила, когда вертолет, сделав круг, пошел на посадку.

Когда же Лукас взбежал по лестнице и наконец появился в дверях, раскинув руки, она бросилась в его объятия, а он уткнулся лицом в ее душистые, только что вымытые волосы и крепко прижал к своему неистово бьющемуся сердцу.

Наконец Лукас поднял голову и улыбнулся:

– Привет, Изабель.

– Привет! – лучезарно улыбнулась она в ответ. – Ты забыл сказать мне, что возвращаешься домой сегодня.

– Я не забыл. Хотел сделать тебе сюрприз. Хотел увидеть выражение твоего лица, когда приеду неожиданно, и теперь, когда увидел, страстно хочу поцеловать тебя. Но если начну, не смогу остановиться, а мне нужно время, чтобы привести себя в порядок и быть достойным моей красивой партнерши по ужину.

– Спасибо, очень любезно, сэр. Я подожду вас на террасе.

Изабель в полной мере оценила праздничные блюда, которые с таким удовольствием приготовили для них Элени и Спиро. Оба были безмерно счастливы, что человек, которого они любили как сына, невредимым вернулся к ним.

Время от времени Лукас вставал из-за стола, чтобы ответить на телефонные звонки доброжелателей, которые видели новости.

– Звонила Алисия, – сообщил Лукас, возвратившись на свое место за столом. – Она передает тебе привет. Остальные звонки я переведу на автоответчик. Если будет что-то срочное от Андриса, он позвонит на мой личный телефон. – Он зевнул. – Извини, Изабель. Я очень мало спал прошлой ночью…

– Ничего удивительного. Хочешь лечь?

Лукас вскочил:

– Господи, конечно, хочу! Сейчас скажу Спиро, чтобы он все запер.

– Поблагодари Элени за прекрасный ужин, Лукас. Но не уходи надолго, – попросила Изабель и покраснела под его взглядом.

Пока Лукас шел на кухню, Изабель сняла босоножки и начала осторожно спускаться по лестнице, но не успела она преодолеть и половины пути, как была подхвачена сильными руками Лукаса. Войдя в ее комнату, он захлопнул ногой дверь, положил Изабель на кровать, растянулся рядом с ней и обнял, уткнувшись ей в шею.

– Прошлой ночью, – сказал он, горячо дыша, – я думал об этом…

– И я думала об этом целый день, – призналась Изабель. – Потом ты позвонил, чтобы сообщить, что цел и невредим, и я смогла снова дышать… Я бы хотела поплавать. – Изабель накрыла ладонью его руку и обольстительно улыбнулась. – Теперь, когда ты здесь, ты вряд ли сможешь отказать мне во второй раз.

– Конечно, ты можешь поплавать. Милоса сегодня нет, так что время удачное.

Изабель, прищурившись, взглянула на него:

– Неужели это из-за Милоса ты не позволял мне раньше пользоваться бассейном?

– Да, – резко ответил он. – Я же видел то, в чем ты предполагала плавать. Не забыла?

– Мое бикини выглядит вполне респектабельно.

Он фыркнул:

– Когда я впервые увидел тебя на моем пляже, я подумал, что ты голая.

– Только потому, что тот мой купальник розового цвета. – Она скорчила гримасу. – Но я больше никогда не надену его.

После завтрака они вместе поднялись наверх.

– Дай мне десять минут, – сказала она у дверей своей спальни.

На этот раз Изабель надела цельный нежно-голубой купальник, единственный, который она захватила помимо бикини. Накинув сверху прозрачную тунику и взяв купальное полотенце, она открыла дверь Лукасу.

– Это заняло гораздо меньше десяти минут.

– Зачем тратить время врозь? – сказал Лукас и наклонился, чтобы подхватить ее, но Изабель покачала головой:

– Держи меня за руку, я прекрасно спущусь по лестнице сама.

– Дело не в этом. Мне очень хочется держать тебя на руках. Доставишь мне такое удовольствие?

Лукас посадил ее в один из шезлонгов, стоящих у края бассейна, потом снял футболку и джинсы и остался в плавках.

– Тебе помочь снять эту симпатичную штучку? – спросил он, глядя на ее тунику.

– С этим я прекрасно справлюсь сама!

Стянув тунику через голову, она выпрямилась.

Лукас, прищурившись, взглянул на нее заблестевшими глазами:

– Это даже еще более соблазнительно, чем бикини!

– А я думала, что ты будешь доволен, что на мне более закрытый купальник, – сказала она.

Он засмеялся и, подхватив Изабель на руки, не обращая внимания на ее отчаянные протесты, прыгнул вместе с ней в воду.

Отплевываясь и смеясь, Изабель, выплыв на поверхность, оттолкнула его и поплыла элегантным кролем, как когда-то на школьных соревнованиях. Но Лукас легко обошел ее и, откидывая назад мокрые кудри, ждал уже в конце бассейна. Она с вызовом улыбнулась ему, сделав быстрый разворот, и отплыла снова. Он с криком в несколько взмахов нагнал ее и поплыл рядом. Когда Изабель выбилась из сил, он вылез из бассейна и вытащил ее наверх, чтобы закутать в полотенце.

– В воде ты похожа на русалку. Хочешь, пойдем домой или подождешь, пока я еще поплаваю?

– Я посижу немного на солнышке, – тяжело дыша, сказала она. – Я потеряла форму. Не плавала какое-то время. Кроме того, мне хочется понаблюдать за тобой.

Чмокнув ее, Лукас нырнул в воду. Изабель смотрела как завороженная, жалея только о том, что у нее не было с собой кинокамеры. Наконец он вылез из бассейна, тяжело дыша.

– Я думаю, тебе пора в дом, Изабель.

Он без стеснения разделся, чтобы растереться полотенцем, прежде чем натянуть джинсы. Потом протянул ей прозрачную тунику и наклонился, чтобы подхватить ее на руки.

– Ты не сможешь нести меня после такого заплыва, – сказала она, но Лукас только хмыкнул.

Встретившая их Элени предложила принести кофе. Лукас кивнул и сказал ей что-то по-гречески.

– Я попросил ее дать тебе время одеться, – сказал он в спальне.

– Сначала мне надо принять душ.

– Как бы я хотел, чтобы мы были одни в доме, – прошептал он.

Она почувствовала себя виноватой, втайне пожелав того же.

– Но мы не одни, и я бы хотела выпить кофе.

Раскрасневшаяся после плавания, она взяла свою трость, намереваясь самостоятельно спуститься вниз. Она была на середине лестницы, когда ее увидел вышедший из кабинета Лукас.

– Ты видишь? – сказала она, держась за резные перила.

– Ты очень настойчивая женщина, – засмеялся Лукас и, не дав опомниться, снова подхватил Изабель. – А я очень настойчивый мужчина, – сказал он, посадив ее в шезлонг. – Сев рядом, он взял ее за руку. – Ну так как ты себя чувствуешь на самом деле, дорогая моя?

Изабель храбро взглянула на него:

– Ты имеешь в виду – после моего плавания или после интимной близости с тобой прошлой ночью?

Он нахмурился:

– Я имел в виду последнее. Потому что, страстно радуясь своему счастью, я был, как мне кажется, слишком настойчив. Я не причинил тебе боли?

– Нет. – Она слегка покраснела. – Ты жалеешь о том, что произошло между нами?

Он поцеловал ее ладонь:

– Как я могу жалеть об этом?

– Но ты уехал утром…

– По очень уважительной причине. Проснувшись, я мечтал о том, чтобы снова заняться с тобой любовью, но взял себя в руки и не стал тебя будить. К тому же я подумал, что ты не очень хотела бы, чтобы Элени застала меня в твоей постели.

– Ты прав. А я не упала в ее глазах из-за того, что спала с тобой?

– Нет, – произнес он решительно. – Я сказал ей и Спиро… что не буду расставаться с тобой ни днем, ни ночью до твоего отъезда, чтобы оберегать тебя. Они отнеслись к этому с огромным энтузиазмом. Спиро не может забыть тот ужас, который они испытали, когда тебя похитили. – Лукас улыбнулся. – Они считают, что судьба послала мне такую замечательную юную леди.

– О господи, – произнесла Изабель, вытирая салфеткой глаза. – Это снова вызывает у меня слезы. Ты не поверишь, но я не часто плачу.

– Нет ничего зазорного в том, чтобы выражать свои эмоции, Изабель, – его глаза потеплели, – как ты делала в моих объятиях прошлой ночью. А теперь нам надо ехать вниз, к доктору Риге.

– Я очень лохматая? Я не причесывалась после того, как вымыла голову.

– Твои буйные кудри смотрятся очень сексуально. Оставь их так. – Он протянул ей трость. – Будь осторожна.

Поездка в больницу прошла без всяких происшествий, и после обмена приветствиями с доктором Ригой и тщательного осмотра, на котором он настоял, на лодыжку Изабель была наложена повязка. Теперь она могла уверенно ходить в сандалиях на веревочной подошве.

– Мне понравилось носить тебя. Не знаю, как теперь буду жить без этого, – шутливо проворчал Лукас, усаживая ее в свой джип.

«И я тоже», – втайне призналась себе Изабель.

– Я была очень благодарна тебе за это, – произнесла она вслух, – но как же хорошо снова чувствовать себя независимой!

– До чего же ты ценишь эту свою независимость! Но не воображай, что теперь можешь спускаться на любой пляж!

Она скорчила гримасу:

– Не очень-то и хочется. Я потеряла интерес к пляжам.

– Ну и хорошо. Наслаждайся спокойными прогулками по саду. Смотри! – воскликнул он, останавливая машину. – Алисия нам машет.

Алисия подбежала и заглянула в открытое окно автомобиля.

– Ну ты никак не можешь обойтись без приключений! – улыбнулась она Лукасу.

– Я их не ищу.

– Но и никогда не пытался их избежать. – Алисия виновато улыбнулась, взглянув на Изабель: – Извини, что не смогла заехать прошлым вечером. Ты знала, что происходит?

– Знала. – Изабель обменялась взглядом с Лукасом. – Слава богу, что все позади.

– Приезжайте в таверну вечерком, чтобы отпраздновать. Мои родители будут рады видеть вас обоих. Отпусти Элени на вечер, Лукас.

Он взглянул на Изабель:

– Ты бы хотела?

Поскольку Алисия ждала лишь одного ответа, Изабель ничего не оставалось, как сказать:

– Конечно.

– Ты уверена? – спросил Лукас, как только они отъехали. – Я надеялся провести весь вечер с тобой вдвоем.

– А нам не обязательно оставаться там надолго.

– Я надеюсь, что вы не готовили сегодня ничего исключительного, Элени, – сказала Изабель. – Алисия уговаривает нас поужинать в таверне.

Элени, улыбаясь, покачала головой и распахнула перед Изабель дверь на веранду:

– Я еще не ездила за продуктами. Спиро отвезет меня сейчас.

Изабель налила себе чашку чаю, когда Элени торопливо вышла. Но не успела она сделать глоток, как над ней наклонился Лукас:

– Мы несколько часов будем в доме одни, а ты выглядишь усталой. Тебе надо отдохнуть. И мне тоже.

Изабель не возражала, когда Лукас принес ее в прохладную спальню и стал немедленно раздевать.

– Ты очень спешишь, – едва дыша, произнесла она, когда он разбросал их одежду во все стороны.

– Только в этой части, – сказал он, глядя на нее сверкающими глазами. – Обещаю любить тебя так медленно, как только это возможно.

Эти слова, произнесенные неотразимым севшим голосом и усиленные осознанием того, что они находятся одни в этом большом доме в этот жаркий, полный истомы день, произвели на Изабель неведомый доселе эффект.

– Вокруг так тихо, словно мы одни во всем мире, – прошептала она.

– Только мы с тобой, дорогая. Как Адам и Ева. И никаких больше подколодных змей в нашем раю.

На этот раз все произошло довольно бурно.

– А ты услышишь, когда машина вернется?

– Спиро постарается, подъезжая к дому, произвести как можно больше шума, – усмехнулся Лукас.

– Ты попросил его сделать это?

– Нет. Спиро мужчина и к тому же грек. Мне ничего не надо было говорить ему.

Изабель фыркнула:

– Полагаю, что он просто привык к этому.

– Я никогда прежде не привозил женщин на виллу «Медуза», – многозначительно сказал Лукас. – Здесь мое убежище. Или было таковым…

– Пока не появилась я? Отпусти меня, пожалуйста!

– Ну нет! Ни за что, пока не загладишь свою вину.

Она попыталась вырваться, но он держал ее крепко, и она слишком поздно поняла, что ее попытки освободиться только еще сильнее возбуждают его.

– Ну… ладно… я… верю тебе, – с трудом произнесла она.

– Слишком поздно. Ты должна понести наказание, – строго сказал он.

И не успела она опомниться, как Лукас снова занялся с ней любовью.