Но Грант не проронил ни слова. Однако спу­стя пару секунд, равнодушно пожав плечами, ее «благородный спаситель» сказал:

 — Выбор за вами, леди. — Развернувшись, он сделал шаг в сторону и добавил: — Спокой­ной ночи.

 Абигейл, не веря своим ушам, смотрела ему вслед. Не может быть, чтобы он сказал это се­рьезно! Неужели он, действительно, собирался оставить ее здесь одну?

 Суд по всему, да. Спина Ника уже, целе­направленно, удалялась от нее в сторону беже­вого автомобиля, и обочина дороги, где сто­яла его машина, показалась ей ужасно темной, холодной и страшной.

 — Вы не посмеете обойтись со мной таким образом! — Ее слова тотчас захлестнуло гром­кое завывание ветра. Вы не можете просто так уйти, оставив меня здесь одну!

 Но мужчина даже не обернулся. Все чувства, кроме панического страха, мгновенно остави­ли Абигейл. Парализованная ужасом, завязшая в растущем на глазах сугробе, она вскрикнула жалобно и пронзительно:

 — Подождите!

 Мужчина остановился, обернулся назад и, зажмурив глаза от снежных завихрений, не­брежно кивнул несчастной путешественнице, приглашая ее, следовать за собой.

 За свои тридцать четыре года, Ник Грант, еще ни разу, не оставлял женщину одну, когда она нуждалась в помощи и когда он эту помощь мог оказать. Но во всем, всегда, бывает первый шаг. И сейчас он его сделал.

 Эта женщина требовала к себе больше внимания, чем того заслуживала, и, по правде говоря, у него не было абсолютно никакого желания приводить ее в свой коттедж, кото­рым он с момента его приобретения превра­тил в убежище от всех треволнений жизни. Он не мог разобраться в этой женщине, не понимал, чем она могла так поразить и увлечь его. Он лишь знал, что с первой же минуты, как только увидел ее, все его мыслительные процессы, всегда отличавшиеся холодным рациональным расчетом, начали давать сбой.

 Но мог ли он, на самом деле, оставить ее здесь одну, без всякой защиты и в таких ужасных погодных условиях? Ник уже начал замедлять шаг, когда услышал ее голос:

 — Подождите! Ну, пожалуйста.

 Он резко обернулся и с облегчением поду­мал, что подол ее платья был, наконец, опу­щен, а, потрясшая его, ложбинка на груди скры­лась под наглухо застегнутым черным пальто. Нику трудно было определить, какое чувство из двух владело им больше — облегчение или разочарование. Но он четко знал, что теперь, когда она упрятала свое тело под одежду, ду­мать ему стало, гораздо, легче.

 — Передумали? — спросил он. — Вернулись к здравому смыслу?

 — У меня нет другого выбора. Я совсем за­мерзну, если останусь здесь. Так что если ваше предложение предоставить мне кров остается в силе, я согласна поехать с вами.

 — В таком случае нам следует поторопить­ся, — сказал Ник. — Вы что-нибудь хотите зах­ватить с собой?

 — Сумку. Она в багажнике.

Абигейл направилась, было, к «пежо» и уже вытащила из кармана ключи, но их тут же пе­рехватил у нее Ник.

 — Я достану ее, — сказал он, — а вы идите к моей машине.

 Когда Ник принес сумку и сел за руль, он снова остро ощутил присутствие этой женщи­ны. Она сидела рядом с ним, вытянув свои длинные, стройные ноги. Сейчас, когда впере­ди их ждал нелегкий путь, ему, ни в коем слу­чае, не следовало бы заглядываться на них и снова терять над собой контроль.

 Возьми себя в руки! — мысленно приказал он себе. Перед ним была одна задача: привезти ее в коттедж и дождаться Криса, который дол­жен забрать свою невесту.

 Обещание есть обещание. Но, обещая брату найти его девушку, он, естественно, и предста­вить не мог, что при встрече с ней возникнут такие осложнения. Крис позвонил ему рано ут­ром, прервав один из тех глубоких, крепких снов, какие приходили к Нику в последнее время до­вольно редко. Усевшись на диване, полусонный, он снял трубку и неохотно поднес ее к уху.

 — Ник! — Голос Криса был полон отчая­ния.

 — Что случилось? — Ник мгновенно про­снулся и был готов немедленно бежать на по­мощь.

 — Она ушла от меня. — Слова прозвучали гулким, пустынным ударом колокола. — Ска­зала, что у нее есть другой.

 — Ушла? Твоя невеста? Но ведь ваша свадьба...

 — Да, намечена на Новый год. Вернее, на­мечалась. Но Элоиз все отменила. И даже вер­нула мне кольцо.

 Почему эта невеселая новость не удивила Ника? На минуту он с каким-то мрачным ци­низмом задумался о женщинах. Ни одной из них нельзя доверять, это ему было хорошо известно из собственного опыта. Но он надеялся, что хоть его младшему брату повезет в любви больше!

 —

 — Только что, — ответил Крис. — Мы обедали в моей квартире, заранее отмечали Рождество, поскольку вечером нам предстояло быть в разных местах. И вдруг я почувствовал, что между нами возникла какая то напряженность, что-то было не так. А когда спросил ее, не слу­чилось, ли что- нибудь, она сразу все без обиняков и выложила. Сказала, что у нее есть другой мужчина, и тут же уехала. Причем, умча­лась на машине так быстро, что я не успел даже сесть за руль своей тачки, чтобы пустить­ся за ней в погоню. К тому же я был... 

 — Порядком пьян? — закончил фразу Ник, когда его брат смутился и замолчал.

 — Слишком пьян, — честно признался тот. — Я сейчас в таком состоянии, что мне лучше не садиться за руль. Поэтому мне пришла в голову мысль позвонить тебе.

 — И что же? Чем я могу тебе помочь?

 — Ты можешь поехать вслед за ней и разыс­кать ее. Послушай, Ник, она собиралась по­ехать не к себе домой в Калгари, а к родите­лям, с которыми хотела встретить Рождество. А они живут в Кег-Ривере.

 Значит, его невеста отправилась в дальнюю дорогу на север провинции Альберта. Чтобы добраться до Кег-Ривера, рассуждал Ник, ей придется проезжать мимо городка Валливью, в окрестностях которого находился его коттедж.

 — Крис, напряги мозги и скажи, что я дол­жен сделать. Может быть, броситься под ее ко­леса?

 — В этом не будет никакой необходимости. Видишь ли, когда она едет по этому шоссе на север, то всегда делает передышку в ночном кафе «Лунные тени». Ты ведь знаешь это мес­то? — Ник ответил утвердительно и продол­жил слушать брата. От тебя требуется одно: подъехать к этому кафе часов в шесть и подож­дать ее там; а когда она появится, надо поста­раться, любым способом, задержать ее.

 — Задержать? — Ник запустил пятерню в свои густые черные волосы. — Послушай, бра­тишка, что я должен с ней сделать? Связать? Похитить? Опоить сонным зельем?

 — Ты сможешь что-нибудь придумать, Ник. Пожалуйста, Я прошу тебя.

 Ник был не в состоянии отказать брату даже в такой странной просьбе. Ведь Крис всегда так заботился о нем. Так помогал ему, особенно в эти страшные месяцы, когда он, действитель­но, очень нуждался в помощи. Этого Ник ни­когда не забудет. Любовь и забота брата оказа­лась той соломинкой, которая помогла ему, несмотря ни на что, остаться на плаву.

 — Но я даже не имею представления, как она выглядит, — ответил он. — Ведь я никогда не видел ее, Крис, ты же знаешь. И она, види­мо, даже не подозревает, что у тебя есть брат.

 — Ты ее ни с кем не спутаешь. Высокая, глаза цвета фиалки, темно-каштановые воло­сы. И у нее темно-зеленый «пежо». Пожалуй­ста, Ник, сделай это для меня.

 Ник вздохнул и напрямую спросил брата:

 — Скажи мне честно: она стоит всего этого?

 — Более чем ты думаешь, — заверил его Крис. — Я знаю, что ты старый циник и пока не веришь в любовь. Но попомни мои слова: наступит день, и ты тоже испытаешь это. Од­нажды тебе встретится женщина, которая пол­ностью завладеет твоим сердцем, как Элоиз моим, и ты уже никогда не будешь таким же, каким был прежде.

 Что ж, всякое бывает, с иронией подумал Ник. Бывает, говорят, что и коровы летают. А любовных романов у него уже было более чем достаточно. Что же касается ситуации, в кото­рой оказался его брат, то, что ни говори, Эло­из вряд ли вернется к нему. Однако в любой ситуации у человека остается шанс.

 — Хорошо, — ответил он Крису, — я поста­раюсь выполнить твою просьбу. Но ты должен немедленно протрезветь и как можно быстрее приехать ко мне.

 Положив на место телефонную трубку, Ник прикинул, что на всю эту операцию, затеян­ную Крисом, уйдет не менее двух часов. Он встал с постели и хотел, было, позавтракать, но, вспомнив, что с вечера ничего себе не при­готовил, решил отложить утреннюю трапезу до приезда в кафе, тем более что, по отзывам кое-кого из его знакомых, готовили в «Лунных те­нях» довольно прилично. Заодно проверю ка­чество их кухни, подумал холостяк Ник Грант.

 — Что-нибудь не так?

Вкрадчивый голос обладательницы краси­вых длинных ног, вытянувшихся около него в кабине машины, заставил его очнуться и вер­нуться к реальности.

 —Нет, все в порядке, — сказал он и поло­жил руки на руль.

 Но погода была вовсе не в порядке. Снежная буря не только не ослабевала, но, наоборот, усиливалась. Хорошо, если они успеют добрать­ся до коттеджа прежде, чем шоссе заметет полностью. Но вот вопрос: сможет ли доехать сюда без особых задержек Крис из Эдмонтона? Это маловероятно. И если не сможет, тогда ему, Нику, придется «развлекать» беглую невесту бра­та не два часа, как он предполагал сначала, а гораздо дольше. При мысли об этом Ник испы­тал чувство, которое даже не попытался про­анализировать, настолько оно было сложным.

 Когда он включил зажигание, расположив­шаяся рядом с ним пассажирка спросила:

 — Сколько времени займет путь до вашего дома?

 — До коттеджа — примерно миль пять. Но при такой толщине снега нам придется, я полагаю, всю дорогу передвигаться ползком, отмерять, что называется, в час по чайной ложке.

 Ник поблагодарил Бога, когда двигатель ма­шины завелся с первой же попытки включить зажигание. Ему вовсе не хотелось застревать здесь на неопределенное время. Причем не из-за непогоды, а из-за этих сексапильных ног. С первой же минуты, как только эта женщина села рядом с ним, на переднее сиденье автомо­биля, он не переставал ощущать ее близость всем своим существом. Хорошо хоть она плот­но запахнула пальто. Но эти ее длинные ноги по-прежнему соблазняли, дразнили его и на­поминали о черных кружевах ее чулок, кото­рые на миг открылись перед ним, когда, так шикарно, задрался подол ее платья. Облизнув пересохшие губы, он услышал обеспокоенный голос пассажирки:

 — Ваш коттедж находится далеко от шоссе?

 — Да, — ответил Ник и злорадно добавил: — И поблизости у меня нет никаких соседей.

 Ветер и снегопад не унимались, и Ник благодарил непогоду за то, что она отнимала у него большую часть внимания. Слава Богу, ему при­ходилось больше смотреть на дорогу, а не на эти, невыносимо, соблазнительные ноги. Крис сказал, что она красавица. Однако Ник предпочел бы оказаться на время общения с его невестой сле­пым и не видеть, эту броскую красоту. В его жиз­ни было много случаев, когда наружный вид посылки, абсолютно, не соответствовал ее содержимому. Но сейчас дело было не в этом.

 Увы, эта женщина, с которой его свел не­лепый случай, была совсем не похожа на всех предыдущих. Ее присутствие вызывало в нем целую бурю чувств и ощущений. Она заставля­ла его дрожать, напрягаться и остерегаться ее. Стоило ей только переложить ногу на ногу — и шелест тонкого шелка мгновенно зажигал костер между его собственными ногами. Если бы она не была невестой его брата!

 — В таком случае мы можем застрять в ва­шем обиталище неизвестно на сколько дней... Может быть, на целую вечность! — В голосе женщины прозвучала тревога. — Вы сказали, что где-то рядом есть небольшое селение. Тог­да, возможно, имеет смысл развернуться в его сторону?

 — И застрять там окончательно? Пока не за­кончится эта буря? — Ник нажал на педаль, повернул руль и направил машину в сторону шоссе. — Нет, леди, не выйдет. Вы вправе под­вергать свою жизнь, какой угодно опасности, но я говорю вам со всей откровенностью: мне моя жизнь дороже любых приключений. Я уже, по собственному опыту, знаю, что такое авто­мобиль без управления, и, поверьте мне, вов­се не горю желанием, повторно, пережить это испытание.

 Он резко повернулся к ней, и ее длинные темные волосы расплескались вдоль его щеки.

 — Что произошло с вашим лицом? Автока­тастрофа? — Не удержавшись, спросила она

 Ему показалось, что она собралась, было, по­ложить руку на его пальцы, однако, в следую­щую секунду ему пришлось переключить все свое внимание на дорогу. Он сосредоточился на кромешной снежной тьме и беспрерывно работающих «дворниках» на ветровом стекле.

 — Извините. — Ее голос был глубоким и мяг­ким. — Мне не следовало задавать этот бестак­тный вопрос.

 — Почему же не следовало? — Ник пожал плечами. — Факт есть факт, и от него никуда не денешься, но я просто не нуждаюсь в вашей жалости... Если бы я мог забыть о том, что тог­да произошло со мной, мне, может, и стало бы легче. Но память отказывается вычеркивать из своего архива тот адский случай. Стоит только закрыть глаза...

 Впрочем, глаза можно было бы и не закры­вать. Вся картина происшедшего могла всплыть в памяти в любой момент, как при открытых глазах, так и при закрытых. Причем всплыва­ла, как правило, с самыми мельчайшими де­талями.

 — Не надо! Не закрывайте глаза!

 На этот раз Абигейл действительно хотела прикоснуться к его руке, и она прикоснулась, но не с сочувствием к нему, а, как показалось Нику, с чувством тревоги и даже паники. Так или иначе, ее пальцы обожгли его руку, и внутри тотчас вспыхнул костер яростного чувствен­ною желания, 

 — О, не беспокойтесь, милая леди, — сказал он.— Я не собираюсь повторить свой пе­чальный автодорожный трюк прямо сейчас. Есть люди, которые слишком дорожат вашим красивым лицом, чтобы я позволил себе подставлять его под осколки разбитого стекла.

 Да, да, не стоит забывать, что эта жен­щина невеста Криса, и он любит ее и хочет ни ней жениться!

 — Я не имела в виду...

 Уголком глаза он заметил, что она начала дрожать.

 Простите, что не включил сразу отопление. Ведь вам холодно? — Обрадовавшись воз­можности отвлечься, Ник быстро наклонил­ся, включил подогрев и вновь сосредоточил все свое внимание на заснеженной дороге.