Занятия по рукопашному бою вылились в полноценный урок. Сам Ратилов считал, что ему потребовалось бы по меньшей мере полгода, чтобы мало-мальски обучить курсантов, а за неделю добиться какого-то результата практически невозможно. Можно дать кусочки теоретических основ, можно слегка «поставить» какой-то один удар, вернее, дать направление в постановке удара, но не больше. Однако руководство школы «Вальгалла», видимо, имело собственное мнение. Да и не уроки рукопашного боя здесь ставились во главу угла – по крайней мере, Станислав понял ситуацию именно так после разговора с майором Счастливым в раздевалке, когда майор с подполковником Веснецовым позвали его туда, чтобы предложить вести занятия по «рукопашке» и дальше.

– Зачем мне это нужно? – не понял Ратилов. – Я пришел добыть миллион рублей, и я его добуду. Это для меня главное. А будут парни уметь драться или не будут, меня это мало волнует. Честно говоря, я вообще не совсем понимаю – вернее, совсем не понимаю, что дает «Вальгалла», кроме возможности заработать миллион, и зачем она нужна…

– Она дает другое, – серьезно и даже обиженно сказал Счастливый. – Она объясняет молодым людям ситуацию, сложившуюся в нашем обществе, когда из них стремятся сделать рабов для кавказцев и азиатов, заполонивших наши города. И учит сопротивлению системе, которая желает сделать из них рабов. Каждый должен уметь постоять за себя и помочь другому, когда тому худо. Это очень важно. Это всегда в нашем государстве было, издревле. Существовала община, где все отвечали за одного и каждый был ответственен за всех. А коммунистами это чувство полностью вытравлено. Потому у нас в стране и развал такой. Нынешнее правительство способно только себя обогатить и других богатых, кто вовремя успел хапнуть. Всем остальным только подачки достаются. И обещания когда-нибудь довести пенсию до прожиточного минимума. Вдумайся в эти слова – до прожиточного минимума. Это значит, что ниже этого минимума уже смерть. А нам обещают только сделать так, чтобы наши отцы и матери жить могли. Когда-то сделать… А сейчас пусть умирают… А если бы зарплату министра финансов сделать такой же? А остальное разбросать между стариками так, чтобы хотя бы несколько человек спасти? У министра только морда трескаться от ширины перестанет, потому что у него и без зарплаты припасено много. А люди спасутся…

– Так вы что, готовите какой-то фронт сопротивления существующему режиму? – открыто спросил Станислав.

– Нет. Это я уже в крайность ушел от ситуации, что сложилась в наших городах. Мы учим молодых людей самозащите и самоутверждению себя в своем родном городе. Это для нас главное. Нам, ментам, гораздо лучше других известно, что творится с криминогенной обстановкой. И семьдесят процентов всех преступлений приходится на долю приезжих с Северного Кавказа и из Средней Азии. И с каждым годом обстановка ухудшается. Но мы тебя пригласили не для того, чтобы объяснять ситуацию, а только для того, чтобы предложить тебе вести занятия.

– Давайте здраво размышлять, – предложил Станислав, подыскав весомый аргумент. – Я хочу драться за миллион. И я должен при этом готовить себе конкурентов, способных нанести всего лишь один удар, но этот удар может быть нанесен в такой ситуации, когда я не ожидаю или вообще остаюсь беспомощным. То есть вы предлагаете мне осложнить себе задачу, ради которой я приехал в ваш город, оставив в больнице жену и дочь? На мой взгляд, вы хотите слишком многого. Это не в моих интересах.

– Жаль, молодой человек, – перебивая майора Счастливого, который, кажется, хотел продолжить уговоры, сказал Веснецов. – Я бы с удовольствием взял такого бойца в ОМОН. Но мне сказали, что ты уже получал предложение и отказался. Надеюсь, что ты не станешь преступником, которого я вынужден буду задерживать. В рукопашную схватку с таким противником я вступать не буду. Придется стрелять на поражение. И мне это сделать будет искренне жалко.

– Я, товарищ подполковник, если стану преступником, то, наверное, тоже вооружусь. А стреляю я не хуже, чем владею кулаками. Может быть, даже получше. Давайте не будем встречаться. Но я постараюсь не стать преступником. У меня натура не преступная, и порядок я люблю. И считаю, что все должны заниматься своим делом. Я свое дело еще не нашел, хотя кое-какие предложения имею. Но сейчас для меня главная задача – законными способами найти около двух миллионов рублей на лечение дочери. И половину я рассчитываю получить здесь.

– Желаю тебе добиться своего. – Веснецов протянул руку и крепко пожал. – Сегодня я со школой прощаюсь. Завтра увидимся…

* * *

На третьей паре опять шла лекция майора Базуки. Причем в расписании даже не была обозначена тема лекции. Этот факт вызвал у Станислава настороженность и, как следствие этого, повышенный интерес.

Аудитория, в которой Базука проводил занятия, была знакома по «вводной лекции»; и стол опять стоял точно так, как в первый раз, когда приходилось смотреть против света и напрягаться, чтобы разглядеть лицо майора.

Едва все расселись, как Базука отыскал глазами Ратилова, долго на него смотрел, затем сказал:

– Ходят слухи, что наш спецназовец опять отличился. Нехорошо бить серьезных офицеров серьезной службы, тем более старших офицеров.

– А пусть не лезут, – расхожей фразой отозвался Станислав. – Я не просил их бросаться грудью на амбразуру. А их, похоже, учат драться именно так.

– Тем не менее драться они умеют неплохо, – сурово и уверенно проговорил майор, продолжая смотреть Станиславу в глаза.

И старший лейтенант вдруг почувствовал тяжесть в веках. Но, хорошо контролируя ситуацию и будучи готовым противостоять воздействию со стороны Базуки, отвел взгляд и отвлекся, шепнув на ухо сидящему рядом Усольцеву:

– Могу и майору Базуке кое-что объяснить про рукопашный бой…

– Чем скорее, тем лучше, – тоже негромко отозвался Александр.

– Кто просит, тот и получает. Закон Вселенной, – из-за спины сказал Караваев, как оказалось, обладающий прекрасным слухом.

Этот короткий разговор полностью прервал начавший складываться раппорт[10] между преподавателем и курсантом. Но разрыв выглядел непреднамеренным и естественным. По крайней мере, майор не мог ничего заподозрить. А веки сразу стали легче, и ушло слегка гнетущее состояние тяжести в мыслях, вызываемое серьезным взглядом уверенного в себе майора Базуки. Этот взгляд не отталкивал. Он, наоборот, притягивал как магнит, и делал это Базука, похоже, намеренно. Точно так же, как намеренно вставал спиной к свету, чтобы курсанты напрягали зрение, стараясь рассмотреть его лицо. А когда рассмотреть удавалось, он цеплял их взглядом и притягивал к себе, чуть ли не обязывая впитывать свои слова.

Прервавшийся раппорт Базуку не смутил; он прокашлялся, осмотрел аудиторию и начал тем же спокойным, уверенным тоном, каким обычно говорил. Будто и тени сомнения не должно было возникнуть в правоте слов майора. Он старался говорить так, как сказал бы: «Это хлеб», показывая на буханку хлеба, или: «Это красное», показывая на предмет красного цвета. И при такой уверенности в речи у слушателей тоже не возникало сомнений в правоте сказанного. Плюс к тому, как уже ощущал Станислав, Базука часто использовал гипнотические приемы, усиливающие его влияние на окружающих.

– Я сегодня буду говорить о том, о чем вы много говорили и со мной, и с другими преподавателями, и, без сомнения, между собой тоже. И это будет напрямую относиться к предыдущему занятию, которое проводил с группой, мне думается, по недоразумению, не специалист, а вчерашний солдат, пусть и солдат спецназа ГРУ. То есть разговор пойдет о рукопашном бое…

Базука прошелся у стола и предложил:

– Вас когда-нибудь интересовала история вашего отечества? История славная и богатая на события – и трагические, и героические. Но при всем разнообразии героев нельзя не заметить, что древнерусские князья всегда отличались в бою высокой доблестью. Князь всегда был впереди своих воинов, князь всегда дрался лучше своих воинов. И даже независимо от того, был ли он физически самым сильным среди них. Он просто был самым доблестным. Почему? Что делало его таким? Обучение? Но князю, помимо изучения военных наук, следовало еще многому учиться и многое делать. И воины его дружины, не имеющие посторонних забот, казалось бы, могли быть доблестнее князя. Но этого, как правило, не происходило. Почему?

Станислав уже понял, о чем пойдет речь, и понял, что желает сделать Базука. Он мог бы ответить на вопрос майора, хотя понимал, что это тоже будет ответ офицера, а не солдата, и потому промолчал.

– Пока я не буду объяснять. Чуть позже… Я приведу еще несколько примеров. Помните, полгода назад в нашем городе была на гастролях труппа шаолиньских монахов. Правда, потом в газетах писали, что монахи должны молиться, а не гастролировать, а под видом монахов, используя их репутацию, приехала обыкновенная труппа китайского цирка, хотя труппа и интересная. Это, может быть, недалеко от правды, хотя, как я слышал, в самом монастыре Шаолинь молятся не больше, чем совершенствуют боевое мастерство. В данном случае я говорю не об артистах, а только о настоящих монахах. Есть у них такое упражнение, означающее достижение определенной высокой ступени в совершенстве. Одной из самых высоких ступеней, выше которой может быть только наставник воинов и настоятель самого монастыря, который выше наставников, но который всегда только один. Так вот, на ступень, о которой я говорю, шагает тот, кто может разрубить мечом пролетающего мимо комара. Удивительно, многие отказываются верить в подобное, но это в действительности так, и подобного совершенства можно достичь. Вы спросите, что общего между древнерусскими князьями – более того, я даже скажу не только о древнерусских, а вообще о славянских князьях… так вот, что общего между славянскими князьями и шаолиньскими монахами? Я отвечу вам. Их боевое искусство имеет общие корни. И корни эти идут, как говорят предания, от праславян, к которым перешли от их предков ариев. Вся эта родословная в происхождении народов – вещь довольно спорная, хотя многие специалисты, наоборот, считают ее бесспорной, но я вникать в суть споров не собираюсь, поскольку моя задача – не изучение истории, а изучение боевых искусств. Так вот, была когда-то такая, может быть, наука, может быть, просто психологическая технология, которая называлась «хрономагия», хотя к магии она по большому счету никакого отношения не имела и не имеет. Это чисто психологическая технология, и с ее использованием волхвы начинали работать со славянскими князьями сразу после того, как мальчик покидал женскую половину дома и переходил в мужскую. То есть с пятилетнего возраста. Сначала это были волхвы, потом, с приходом христианства, какие-то другие люди, имеющие навыки в этой технологии, но не священники, которые использовать подобные методы позволяли только себе, хотя открыто осуждали их. Юных княжичей учили «хрономагии». Но что это такое, сейчас большинство людей и не знает, а само слово «магия» сразу наводит на мысль о тех потомственных, не знаю уж в каком колене, колдунах, которые в каждой газете выставляют свои объявления. Хотя в действительности, как я уже сказал, это только и исключительно психологическая технология воспитания воина.

– А при чем здесь Шаолинь? – вопрос опять задал Ратилов, снова почувствовавший тяжесть в веках и вопросом сбрасывающий с себя напряжение внимания, которое в действительности было, как он понимал, расслаблением всего остального сознания. То есть опять разорвал раппорт.

Майор Базука недовольно поморщился, но нашел в себе силы улыбнуться.

– Я не буду рассказывать вам о том, что древние китайцы были светловолосы и голубоглазы, хотя согласно многим утверждениям специалистов это было так. Темные волосы и карие глаза пришли к ним из южных земель, и с истинными китайцами произошло то же самое, что произошло со многими народами мира. Я не специалист во всех областях, но многократно читал, что темноволосые и черноглазые люди передают свои наследственные признаки на семьдесят процентов более устойчиво, чем светловолосые и голубоглазые. Светловолосые и голубоглазые постепенно исчезают с лица земли. А когда-то их было большинство. Я скажу о другом. Согласно одной из легенд Шаолиньского монастыря, когда-то давным-давно светловолосый арийский философ-мудрец и воин Бодхидхарма пришел к китайцам с севера и основал Шаолиньский монастырь. Бодхидхарма первым в истории создал философию сверхчеловека, могучего воина, не знающего пределов своего совершенства, и именем своим показал путь, по которому следовало идти монахам. Имя Бодхидхарма переводится как «Путь Разума». Бодхидхарма создал теорию и разработал практику постижения Абсолютного Предела психофизических способностей человека. Остатками той науки монахи пользуются до сих пор, хотя лишь немногие знают значительную ее часть. Умение разрубать комара на лету – это демонстрация «хрономагии», которой научил китайцев Бодхидхарма. Не случайно даже Гитлер отправлял целые экспедиции на поиски секретов Бодхидхармы. Но эти секреты не дались ему. Не нашлось предателя, который раскрыл бы их фашистам.

Тем не менее «хрономагия» существует. Скажу честно, я сам не читал первоисточники, но есть люди, которые добрались до древних рукописей и читали их, хотя не спешат раскрывать секреты своих далеких предков, потому что в современном мире слишком мное продается, а такой большой секрет, такое великое искусство, как «хрономагия», способно творить чудеса. Я долго искал источники, проводил собственные опыты и абсолютно случайно самостоятельно вышел на методику, позволяющую хотя бы в малой степени овладеть этим мастерством. Сразу прошу обратить внимание, что славянских князей начинали обучать с пятилетнего возраста, обучали многие годы – по крайней мере, никак не меньше десяти лет – и вели занятия, как говорят летописи, ежедневно без отдыха. Я такой возможности работать с вами не имею. Но я могу дать только определенный гипнотический посыл, который позволит вам самостоятельно входить в измененное состояние сознания, как обычно называют гипнотический транс, и в этом состоянии достигать результатов в том же рукопашном бою.

– Метод саморегуляции, – сказал Станислав, давно уже сообразивший, о чем будет идти речь.

– Да, это и так называют. А ты что, спецназовец, владеешь этим методом?

– Нет, но у нас многие офицеры проходили курс обучения. Я только знаю, что такой метод существует. Говорили, что в советские времена обучали почти всех офицеров спецназа ГРУ. Сейчас это мало кому из командования нужно, но все же некоторые обучаются. У нас командир роты этим владел. Нам рассказывали, что этим методом можно остановить кровь при ранении и даже зарастить за минуты саму рану так, что даже шрама не остается.

– Если воображаемый ожог, полученный во время сеанса гипнотического внушения, оставляет настоящий волдырь и шрам, то вполне вероятен и обратный процесс.

– Так что, мы будем спать, как сомнамбулы, и в это время драться? – с насмешкой спросил Александр. – Честно говоря, мне такие перспективы не слишком нравятся.

– Нет. Никто спать не будет, – ответил за майора старший лейтенант. – В том-то и сила этого метода, что человек включает механизмы самогипноза, оставаясь в нормальном боевом состоянии. А в моменты действия механизма «хрономагии» человек видит все его окружающее в замедленном темпе, как в записи на пленке, пущенной с медленной скоростью. А сам сохраняет возможность действовать привычным образом. Но это только ему кажется, что привычным. В действительности он становится чрезвычайно быстр.

– Меня почти успокоили, – заявил Усольцев. – Легко успокоиться, когда с двух сторон успокаивают. Всегда бы так…

– Вот и отлично, – кивнул Базука. – Только сдается мне, что наш спецназовец может не только подполковников заменять на занятиях по рукопашке, но и меня на моих лекциях.

В голосе майора чувствовалось легкое раздражение и ревность.

– Нет, – категорически отказался Ратилов. – Это я знаю только по рассказам тех, кто владеет саморегуляцией. У нас это называют методом ключа. Дают себе установку, потом дают команду «ключ», и психический механизм начинает работать. Правда, я не видел, как это происходит в деле. Но верю тем, кто рассказывал. Это серьезные офицеры.

– Хорошо, – Базука, кажется, успокоился. – Я буду проводить сеансы гипноза, но только с теми, кто сам изъявит желание. Сразу предупреждаю, что я не цирковой артист и не буду вам внушать, что вы свиньи и должны бегать на четвереньках. Да… Видел я однажды такую отвратительную картину в цирке… Я вообще не буду погружать вас в глубокий гипноз. Подобные внушения легче и прочнее воспринимаются в состоянии легкого транса, в полудреме, кроме того, настолько гипнабельными, чтобы погрузиться в глубокий транс, из десяти являются только три человека. Следовательно, большинство из вас не сможет получить навыки, если они будут даваться методами глубокого погружения. А легкий, поверхностный транс доступен практически всем. Но я прошу сразу учесть, что это будет только первичный посыл к дальнейшим самостоятельным занятиям. Только в сказках волшебник даст вам по носу своей волшебной палочкой, и вы обретаете чудесные способности. В жизни так не бывает. В жизни, чтобы приобрести и развить какие-то способности, следует потрудиться. В дальнейшем вы должны будете каждый день выбирать время, хотя бы по пятнадцать-двадцать минут, и заниматься самовнушением. Самогипноз бывает более действенным, чем гипноз обычный, плохо только то, что войти в него без первичной помощи гипнотизера практически невозможно. Кто не прошел первых сеансов, едва ли сможет чему-то научиться сам. Хотя я слышал, что и такие одаренные натуры есть. И даже просто одаренные от природы естественной способностью к самогипнозу. Есть среди вас те, кто не желает прибегнуть к моей помощи?

Курсанты промолчали. Даже Станислав промолчал, хотя понимал всю опасность, которой он соглашался подвергнуться. Ведь Базука может легко перевести ввод в легкий транс в полноценный гипнотический сеанс, и если расслабишься, если перестанешь себя контролировать, то сможешь стать зомбированной жертвой, которая будет делать то, что ей прикажет гипнотизер. Технологии гипнотического внушения Станислав когда-то хорошо знал, хотя со временем кое-что подзабыл. Но отлично помнил простейший и самый естественный прием, к которому прибегают многие гипнотизеры. В момент обычной речи необходимо бывает произнести какую-то нелепую фразу – например, в жаркий день пожаловаться на сильный снегопад, создающий на дорогах пробки, и подсознание медиума в этот момент раскроется, а сам медиум полностью попадет во власть гипнотизера. Не каждого, конечно, человека возможно загипнотизировать до состояния глубокого транса. Но про себя старший лейтенант хорошо знал, что он гипнабельный, следовательно, подвержен влиянию гипнотизера.

Тем не менее Станислав решил пойти навстречу опасности, надеясь на свою силу воли, способность сопротивляться. Сила воли всегда сильнее чужого внушения. Если поплыть на волне напряженного внимания и расслабленного общего состояния, то попадешь в сети майора наверняка. Если сопротивляться на протяжении всего сеанса, то можно все выдержать, можно создать иллюзию рабочего раппорта, на самом деле не имея его.

– Этим мы займемся на следующей лекции, к которой мне следует отдельно подготовиться. Гипнотический сеанс – это не киносеанс. Для гипнотизера тоже важно подойти к нему в хорошей форме. На втором часе сегодняшних занятий я дам вам некоторые простейшие, но важные упражнения, чтобы вы уже были в деле и начали самоподготовку, – сказал Базука. – А пока до конца первого часа у нас осталось время, я еще кое-что расскажу вам о том, чем поможет вам владение техникой саморегуляции. В первую очередь это позволит вам создавать различные блокировки физическим недугам. Что это такое? Я объясняю. Вот рядом со спецназовцем сидит курсант Усольцев. У него забинтована рука. Уже второй день вижу у него на руке бинт. Значит, рука продолжает болеть и мешает ему в какие-то моменты реальности. Даже на тех же занятиях по рукопашному бою мешает. Мешает ведь? Скажи нам, Усольцев…

– Мешает вообще-то, – признался Александр. – Только я ученый. Я эластичный бинт с собой взял. И уже на обе руки, чтобы и вторую не раздолбать.

– Есть в этом рациональное зерно, но оно становится рациональным только тогда, когда есть возможность наложить эластичные бинты. А представьте себе, что у Усольцева на улице возник с кем-то конфликт. И что он делает? Он, видимо, просит подождать, пока не наложит на руки эластичные бинты? Так? Ну, конфликт на улице – это пустяк. Бывают положения более сложные. Скажем, у Усольцева есть необходимость выполнить некие серьезные действия. Он бы и выполнил их на «отлично», но вот рука подводит. Боль не спрашивает разрешения и может из пятки ударить напрямую в голову. Как быть? Вот здесь и работает мысленная блокировка болевых ощущений. Усольцев дает себе команду – и не чувствует боли в руке. По большому счету, пользуясь методом саморегуляции, можно смело соглашаться на хирургическую операцию без наркоза. И это только один вариант применения метода саморегуляции. Можно этим методом и болезни лечить. Просто пользоваться тем, что наш организм по сути своей является великолепной и отлаженной самовосстанавливающейся машиной. Курсант Ратилов правильно сказал, что умельцы останавливают кровь при ранении и заживляют сами раны так, что не остается шрамов. И это далеко не все. Но с разными вариантами вы будете сами экспериментировать. Мои действия – это обучение вас начальным стадиям вхождения в самогипноз…