Мира шагнула вперед. Остановилась прямо перед герольдом в зеленых одеждах. Едва доставая макушкой до подбородка дородного слуги, Мира вздернула нос, и громко произнесла:

— Дорогу принцу Льву!

Герольд, не ожидавший подобного, смешался. Уступать дорогу он не хотел, но мой титул принца производил на него впечатление.

— Прочь с дороги! — повысила голос Мира.

Герольд раскрыл рот. Бросил взгляд на меня. Потом снова посмотрел на Миру. Ну, никак в голове здоровяка не укладывалось, что такая мелюзга, как Мира, может сопровождать аж целого принца.

— Посторонись.

Мягкий женский голос заставил герольда отступить и прижаться к стене. Передо мной, в окружении стражей, предстала женщина в бордовом платье. Ее черные волосы, уложенные в сложную прическу, делали хозяйку похожей на императрицу. В зеленых глазах мелькали искорки любопытства. А точеные черты лица ясно говорили о благородном происхождении.

Руки красавицы оказались затянуты в длинные перчатки, а плечи, наоборот обнажены. В ее облике и движениях сквозила невероятная грация и легкость.

Она окинула меня взглядом, от которого по спине забегали мурашки. Не знаю почему, но одно то, как она смотрела, вызвала во мне желание схватить ее и сорвать бордовое платье.

Женщина присела в реверансе, открыв моему взору обнаженные плечи и глубокое декольте. И мой взгляд тут же утонул в нем.

— Ваше высочество, — томно произнесла она. — Позвольте представиться, княгиня Вяземская, Ольга Николаевна.

Княгиня. Значит, есть и князь. А жаль.

Я склонил голову. Потом шагнул к княгине. К удивлению, наши действия оказались на удивление слаженные, как будто мы знали друг друга много лет.

Я протянул руку. Она, все еще находясь в реверансе, вложила свою ладонь в мою. Склонившись, я припал к пальчикам, укрытым бархатом. Только после этого аристократка позволила себе подняться.

— Я столько слышала о вас, ваше высочество. И так рада, что мне выпал шанс узреть вас лично.

Она улыбнулась, обнажив белоснежные зубы. Ее глаза с влажным блеском смотрели на меня снизу вверх.

Хм. А почему бы и нет? Отказ Миры сходить со мной на свидание задел меня. Вот и неплохой шанс немного поквитаться с ней. К тому же, я готов поклясться, интерес княгини ко мне был искренним.

— Это мне повезло, — ответил я. — День, наконец, перестал быть хмурым.

Она снова улыбнулась, потупилась, но тут же впилась в меня глазами. Я огляделся. Герольд, охрана и Мира стояли рядом, навострив уши. Ну да, потом будет о чем поболтать, обсудив разговоры хозяев.

Отметил, что Мира стоит с покер-фейсом. Но слишком уж нарочитым было непроницаемое выражение ее лица. Как будто пытается удержать маску.

— Ольга Николаевна, — я указал на окно, выходящее в сад. — Предлагаю полюбоваться видом из окна.

— С удовольствием.

Она взяла меня под руку. Пока мы шли к окну, я ощущал прикосновение ее бедра. А взгляд продолжал тонуть в декольте. Оказавшись у окна, княгиня с улыбкой обратила ко мне лицо.

— Позвольте узнать, как дела у князя? — спросил я.

Ну, по моей логике, у княгини должен быть муж, и, опять же логично, что он князь. Но кто знает, вдруг она ответит, что ее благоверный уже как год кормит червей.

— Хорошо. Сейчас мой супруг находится в княжестве, занимается делами.

Черт! Его светлость князь Вяземский оказывается живее всех живых. Будь он не ладен. Ну что еще спросить? «Хорошая сегодня погода, не правда ли?». Или «Не соизволите ли посетить мои покои сегодня?».

— Я слышала, — перешла на шепот княгиня, — сегодня вы знатно проучили, этого сплетника Нестерова. Это правда?

— Да, он заслужил.

Она повернулась, устремив взгляд в окно. Внизу раскинулось буйство зелени с вкраплениями ярких цветов. Желтые тропинки кружили затейливым лабиринтом, то сходясь воедино, то вновь разбегаясь в разные стороны. Ветер трепал листву под ярким солнечным светом.

Княгиня прищурилась от солнца. Ее грациозные движения, повадки, делали ее похожей на большую ласковую кошку.

— Он и вправду танцевал канкан?

— Еще как! Думаю, ему надо заняться этим профессионально.

Она рассмеялась. Мягко, и заразительно. Я тоже усмехнулся.

— Выходит, у боярина хорошо получалось?

Она продолжила смеяться.

— Лучшего исполнения я не видел.

Она внезапно перестала смеяться. Повернулась ко мне.

— Думаю, исполнить канкан у меня получилось бы намного лучше, и не только этот танец.

Честно говоря, я растерялся. Только что думал, как бы покатать княгиню по простыням, а когда она сама предложила тут же стушевался. Или ничего она не предлагала? А просто сказала, что танцует лучше Нестерова? Так лучше этого придурка даже корова с седлом танцует.

— Позвольте удалиться, ваше высочество. Буду ждать от вас весточки.

Она снова присела, на этот раз в книксене, протянула руку, затянутую в бархат. Я кивнул, словно деревянный болванчик. Поцеловал ей руку и бросил прощальный взгляд в вырез платья.

Когда княгиня со своими людьми ушла, я остался стоять возле окна. В мыслях я уже звал ее к себе в комнату, и вытворял с ней такое, вытворял такое, что…

— Мой принц.

Я вздрогнул. Рядом стояла Мира. И мордашка моей телохранительницы горела недовольством. Так, значит? Когда я предлагаю свидание — воротим нос, а когда мной заинтересовалась другая женщина, то мы не довольны. Просто отлично!

— Да, Мирослава, пойдем. Каролина, наверное, уже выполнила мое поручение. Надо узнать, что ей ответил Савдин.

Мы двинулись к моей комнате.

— Кхм, — прокашлялась Мира. — О ее светлости во дворце ходят слухи, там, всякие.

— А ты не забыла, за что поплатился сегодня некий Нестеров.

Мира нахмурилась и умолкла. Но меня распирало любопытство. К тому же, поведение Миры говорило, что она испытывает нечто вроде ревности. И меня это забавляло.

— Ладно, давай рассказывай.

— Но я не хочу потом танцевать канкан из-за этого.

А вот княгиня Вяземская станцевала бы!

— Не будешь. И, вообще, это приказ.

— Ну, если приказ. В общем, дело в том, как говорят, я сама-то ничего не знаю. Слухи просто разные ходят.

— Да ты скажешь или нет!

— Ну, княгиня, большая любительница всего редкого. Особенного, так сказать.

Особенного? Интересно, интересно! А, стоп! Да ни хрена не интересно! Я приглянулся Ольге по одной единственной причине, она решила переспать с сумасшедшим!

Хотя. Мне-то какая разница! Я не то, что против. Я очень даже за!

Каролина действительно ждала нас возле входа в мои апартаменты. В ее глазах явно читалось недовольство, мол, чего вы так долго? Но вслух высказаться она не посмела.

— Ну, и что там с сынком канцлера? — спросил я.

— Андрей Всеволодович просит аудиенцию у вас в семь часов вечера.

Ух ты! Сын самого влиятельного человека в империи не стал воротить нос от приглашения безумца. Что ж, это значит, что, не смотря на мою славу умалишенного, я имею какой-то вес даже в кругах высшей аристократии. Отлично!

Разумеется, приглашал Савдина-младшего я не только ради проверки своей власти. Были у меня к нему пара вопросов. Но дождемся, когда наследник канцлера явится. А пока…

— Каролина, ты видела хотя бы одну кошку во дворце сегодня?

— Никак нет, ваше высочество.

— Жаль. Я ведь так и не выяснил, исполнил ли мой приказ майордом, украсить всех кошек дворца бантиками.

— Если угодно, я сейчас же направлюсь к нему и выясню.

— Не надо. Он просто скажет, что все исполнено.

Когда мы вошли в комнату, я завалился на кровать. Девчонки расселись на стульях. Надо бы потребовать обед. Я сам есть хочу, да и Мира с Каролиной, наверняка проголодались. Но прежде я решил спросить.

— Как вы считаете, я могу выйти из дворца?

— Я сейчас же прикажу готовить автомобиль.

— Э, стоп-стоп. На автомобиле, да с кортежем в другой раз. Я имею в виду, выйти, походить по улицам, посмотреть, чем живут мои подданные.

— Боюсь, это невозможно, — тихо ответила Каролина. — Вы слишком высокая особа, чтобы бродить по улицам, как простолюдин.

— А если, это приказ?

Каролина помолчала. Потом произнесла.

— Я приложу все усилия, чтобы исполнить ваш приказ. Но другие стражи дворца не допустят этого.

— Посмеют мне перечить?

— Вы ведь знаете, какая слава у вас.

Знаю. Сумасшедший решил сбежать. Хм. А многим бы это понравилось. Особенно, если бы я пропал в городских подворотнях.

Махнул рукой. Посмотрим, что можно сделать. Отобедали. Девчонки снова нервничали сидя со мной за одним столом. Но мне это не помешало насладиться наваристым борщом. Оказывается, венценосные особы тоже вкушают его! А так же умопомрачительным мясом под сыром, и пастой.

Потом я повалялся с телефоном. Тут подошло время, когда ко мне должен был явиться Андрей Савдин.

Я приказал принести бутылку коньяка, легкие закуски. Переоделся. Савдин явился, словно по часам. Ровно в девятнадцать ноль-ноль, в дверь постучали, и Мира доложила, мол, пришел сын канцлера.

Войдя в комнату, сын канцлера отвесил поклон. По настоящему, а не как в случае с Глебом — шутовской.

— Рад видеть вас, ваше высочество.

— Я тоже, Андрей Всеволодович. Присаживайтесь.

Когда Савдин сел. Я откупорил коньяк. Наполнил бокалы и протянул один из них молодому человеку. Савдин озадачено покрутил головой.

— Мы сегодня обойдемся без слуг?

— Руки есть, справимся.

— Ваше здоровье, Лев Александрович.

Савдин пригубил напиток. Покатал огненную жидкость во рту. Проглотив, произнес:

— Великолепно!

Я последовал его примеру, и был вынужден согласиться со своим собеседником. Действительно, божественно!

— Вы хотели видеть меня по какому-то вопросу, Лев Александрович. Или просто, угостить коньяком?

— Одно другому не мешает.

Савдин кивнул, и снова сделал глоток.

— Не секрет, что до недавнего времени, я был, мягко говоря, не в себе.

— Прискорбно. Рад, что вам лучше.

При этом его взгляд изменился. Словно я был деталью в конструкторе, а он раздумывал, как меня лучше применить в своем строительстве. Ладно, думай, умник. Посмотрим, кто для кого станет деталью в его плане.

— Знаете, Андрей Всеволодович, за эти дни я устал сидеть во дворце. Здесь, как ни странно, мало чего интересного.

Ну, пожалуй, княгиня Вяземская очень интересна.

— Именно поэтому, вы сегодня так обошлись с Нестеровым?

Он рассмеялся.

— Да. Мне надоели глупые слухи обо мне, которые повторяют и аристократы, и прислуга.

Савдин внимательно посмотрел на меня. Он начал догадываться, что мне от него что-то нужно. Но что именно, еще не понимал. А я не спешил говорить. Хорошим я буду претендентом на трон, если начну свой путь к нему с просьб к нижестоящим.

У нас уже есть один такой — братец Виталий.

К коньяку слуги подали сыры, мясо и фрукты. После еще одного глотка, я принялся за закуски. Андрей последовал моему примеру. Уверен, он использует паузу, чтобы подумать, чего же мне надо. Типа ем, рот занят — говорить не могу. Ну, пускай подумает.

Сыры мне показались слишком специфичными. Но это, скорее всего, сказывалось мое бедное прошлое, в другом мире. А вот мясо оказалось выше всяких похвал. В меру подкопченное, с тонким ароматом дымка и вишни. Сладость фруктов отлично оттеняла вкус алкоголя.

— Хотите показать себя свету? Чтобы все убедились, вы более не страдаете душевной болезнью.

Молодец. Хорошо соображает. Но вот в чем заковыка, Андрей — сын канцлера. А князь Савдин всеми силами стоит за то, чтобы жопка Виталия оказалась на троне. Так что резона представлять меня высшим кругам империи у Андрея нет. Но сын канцлера внезапно произнес:

— Вы, верно, забыли, что я устраиваю небольшой прием в Королевской Гавани!

Андрей хохотнул.

— Не забыл. Но мне помнится, пригласили вы только Глеба.

Андрей снова рассмеялся.

— Прошу меня простить. Ваша правда. Слава о вас идет своеобразная. Но, боюсь, ваш брат не примет моего приглашения. А гость императорской крови на приеме — многое значит. Так что, прошу простить мою оплошность. Я буду рад видеть вас на приеме в Королевской Гавани. К тому же, там будет весь цвет империи. Во всяком случае, молодежь.

— Премного благодарен, Андрей Всеволодович. Вы меня выручили.

— Рад служить.

— Кстати. Что за вражда у вас с Глебом. Как я понял, вы стараетесь делать все наперекор ему. Что за черная кошка пробежала между вами?

— Трудно объяснить. Мы ведь одногодки. Он сын императора, а я — сын канцлера. Соперничество зародилось в детстве, и тянется до сих пор. А насчет поперек. Смею вас заверить, ваш брат не отстает от меня. Но в последнее время я вырвался вперед.

Он снова засмеялся.

— Гавань, и боярышня?

— Совершенно верно! Теперь с нетерпением жду ответного хода Глеба Александровича.

— А не боитесь, что он однажды займет трон?

— Все возможно. Но боюсь, пока живы вы с Виталием, у Глеба нет ни единого шанса. И, насколько я знаю, это его дико бесит.

Меня удивила такая откровенность Савдина-младшего. Моя стройная теория, о том, что есть партия канцлера и брыкающийся Глеб дала трещину. Интересно. Этот Андрей не так прост.

Мы посидели еще с часок. Андрей рассказал мне несколько забавных слухов ходящих во дворце. В том числе и о княгине Вяземской. От чего мне только захотелось быстрее увидеть ее у себя.

Потом Андрей откланялся. Прием намечался вечером, послезавтра. И у меня был еще целый день до того, как появится на местной светской тусовке. А вот желания бродить по дворцу, или сидеть в комнате не было.

Мысль о том, чтобы выбраться из дворца и посмотреть на жизнь простого люда, все больше нравилась мне. Ну, что со мной может случиться, если я пару раз обойду дворец кругом?

Выглянул за дверь. Там оказалась только Каролина. Мира отправилась отдохнуть. Ей еще предстояло нести караул со второй половины ночи. Я позвал «госпожу капитана» в комнату.

— Помнишь, о чем мы говорили? О том, чтобы выбраться из дворца, и немного прогуляться.

Каролина кивнула.

— Но я должна предупредить, эта мысль мне не нравится.

— Ой, да ладно. Короче, я тут ничего толком не знаю. Сама понимаешь. Поэтому, мне завтра нужен план, как нам уйти отсюда.

— Слушаюсь.

Каролина склонила голову, но ее лицо стало недовольным. Вот же заботливая какая!

— Каролина. Прошу тебя, не надо все делать так, чтобы нас задержали на выходе.

— Будет исполнено.

Я уже лег в постель. Интерфейс, как обычно, возник перед взглядом. Три квадрата отмеченных галочками. Три дня — долой. Осталось еще четыре. И что тогда? Система проложит мне маршрут до трона?

Что она может посоветовать? Раздобыть финансы, собрать сторонников, обзавестись армией. Да это я и сам понимаю. Да, и еще боевая магия. Боюсь, без нее — я словно инвалид в обществе аристократов. Безумец с магией, куда весомее, чем беспомощный адекват.

Ладно. Завтра выберусь из дворца. Послезавтра схожу на прием. Потом суммирую все знания о мире, где я оказался. А последний, седьмой, абсолютный расслабон. День неги и развлечений.

В темноте я услышал какой-то звук. Сначала не обратил на него внимания. Мало ли, что там. Половица, например, скрипнула. А во дворце они могут скрипеть? И, вообще, есть ли тут половицы?

Я уже готовился снова закрыть глаза, как что-то в комнате упало и покатилось по полу. Потом послышался резкий звук, как будто кто-то носится по комнате со всей дури. А следом раздалось воинственное: «Мяу!».

Я включил лампу. С пола на меня смотрела пушистая, усатая-полосатая морда. Кот снова мяукнул, и юркнул в сторону приоткрытого окна. На его шее я заметил желтый бантик.

Интересно, дворцовая прислуга в самом деле переловила всех кошек во дворце и нарядила их. Или конкретно этого кота мне подбросили, чтобы дурачок убедился — его приказ исполнен. Но даже если так, это лишь лишний раз доказывает — мое слово что-то да значит.