Возле покоев, где разместился Виталий, меня встретили его телохранители. Один из них заступил дорогу.

— Ваше высочество, приказано не впускать, — произнес он.

Я, не раздумывая сунул ему кулаком под ложечку. Парень не ожидал такого, и вмиг сложился пополам. У остальных в руках возникли клинки из белых росчерков.

— Ну что ж, — бросил я. — Если у вас достаточно храбрости — рубите!

Я шагнуло вперед. Вот, у меня храбрости вовсе не достаточно. А если и вправду, один из них сейчас ударит клинком. Тогда все, Лев Александрович, превратишься ты из безумца в мертвеца. Но я постарался не показывать свою слабость.

Я ведь полтора часа назад с апломбом заявил княгине Вяземской, мол, можешь пожаловаться на любого, кто распускает о тебе слухи. И я его в бараний рог согну. И не мог сейчас отступить, оставив одного из своих людей на расправу Виталия. Одну, конечно же.

Я двинулся прямо на стражей. Применять боевую магию даже не подумал. Какой толк от нее сейчас? Мне все равно не справиться со всеми. Один из стражей, убрав клинок, бросился к дверям покоев своего хозяина. Остальные принялись неуверенно пятиться.

— С дороги! — рявкнул я.

Стражи расступились. На их лицах царило замешательство. Применять силу против члена императорской семьи они не решались.

Дверь стояла приоткрытой, после того как в нее вбежал один из стражей. Видимо, чтобы доложить Виталию, о визите его безумного брата. Но я с силой толкнул створки. Тяжелые двери с грохотом распахнулись.

Передо мной предстало необычное зрелище. Сам Виталий сидел на роскошном кресле, более похожим на трон. За его спиной, как обычно, возвышался Варягин. Вдоль стен стояли слуги, наверное, человек двадцать, в белых ливреях.

Перед Виталием на коленях стояла Мира. Один из охранников удерживал ее за плечи, не позволяя подняться. Другой, видимо, тот, что вбежал в покои раньше меня, стоял рядом. Тут же находилась емкость, с торчащими из нее прутьями. Чего они тут затеяли?

Все обернулись на грохот дверей. Забавно. Разумеется, все поняли, что я и есть — принц Лев. Кто-то знал в лицо, а кто-то услышал это от охранника. Но ни один человек даже не сделали попытки приветствовать меня должным образом. Ни поклонов, ни склоненных голов.

— Братец! — воскликнул я. — Ты совсем охуел?

Мой громкий голос отразился от высоких потолков.

По залу прокатился вздох. Лицо Виталия вытянулось и побледнело. Варягин нахмурился.

— Как ты смеешь так разговаривать со мной? — начал Виталий.

Но я прервал его:

— Заткнись!

Оглядывая людей в зале, мой мозг лихорадочно работал. Здесь — сплошь люди Виталия. И если он прикажет им… Нет, не прикажет. Одно дело отдавать приказы на грани законности Варягину и особо приближенным стражам. И совсем другое — при толпе свидетелей. Ведь большинство здесь просто слуги. К тому же, наш конфликт вызвал во дворце переполох. Я слышал, как за дверью кто-то уже спрашивает охранников, что произошло. Те отвечали рыком.

А ведь двери стоят нараспашку, и в коридорах все слышно.

— По какому праву, ты схватил моего телохранителя? Какого хера, она стоит перед тобой на коленях? Она — дворянка, и служит мне! А ну прочь, смерды!

Я отпихнул стража удерживающего Миру за плечи. Помог девушке подняться. Мира старалась держаться, но я видел, как дрожат ее губы на бледном лице.

— Твоя, как ты выразился, «телохранитель», не впустила меня к тому старику. Посмела перечить мне, и не выполнила мой приказ.

— Она выполняла мой приказ! И если хочешь на ком-то отыграться, попробуй это сделать на мне, а не на человеке, не обладающим твоей властью.

Я с вызовом посмотрел на Виталия. Все такой же бледный, с идеальным пробором в черных волосах, он сейчас напоминал восковую куклу. Кулаки брата сжались. Виталий понимал, пока он не наденет императорскую корону, мы с ним, официально, на равных. А учитывая, что первенцем почившего монарха являюсь я, то он и вовсе — на младших ролях.

— Все вон! — закричал Виталий, вскакивая со своего самодельного трона. — Пошли прочь, все вышли вон!

Зал пришел в движение. Перепуганные слуги, топоча, словно целое стадо, бросились к выходу. Оба гвардейца Виталия вопросительно посмотрели на Варягина. Тот кивнул, и только после этого стражи удалились.

Варягин никуда не собирался уходить.

— Закройте двери! — крикнул вслед удаляющимся слугам Виталий.

Створки закрылись с негромким стуком.

— Решил разобраться тихо, по-семейному? — усмехнулся я.

Виталий сел в кресло.

— Верно, — ответил брат.

И его тон не обещал ничего хорошего. Он впился в меня взглядом:

— Значит, это ты отдал приказ не впускать меня?

— У тебя с памятью плохо? Я же сказал об этом пять минут назад.

По лицу Виталия загуляли желваки. Ох, и обидчивый он!

— А эта, хм, девушка у тебя на службе?

— Виталя, ты осознаешь, что задаешь тупые вопросы?

— Значит, тебе и наказывать ее.

— Отлично! Мира пойдем, накажу тебя дома.

— Нет! Сейчас ты возьмешь розги, спустишь с этой милашки штаны, а потом спустишь шкуру с ее задницы!

— Не пошел бы ты на хуй, Виталя?

Глаза брата загорелись нездоровым огнем. В этот момент я подумал, что безумие поразило не одного Льва. Просто Левке достался целый черпак этого недуга, а Виталию только чайная ложечка. Может, и вправду, самый разумный из нас Глеб? Ему и быть императором?

Лицо Виталия побледнело настолько, что мне стало не по себе. Абсолютно безжизненная маска, на которой горят сумасшедшие глаза. Губы будущего императора дрогнули.

— Как, наверное, приятно прятаться за маской безумия, Лев?

Кто бы говорил про маски. Я не стал отвечать.

— Можно творить, что угодно и никто не спросит за твое поведение.

— Тоже хочешь? — на этот раз я не сдержался.

— Я хочу преподать тебе урок.

— Давай быстрее, мне еще телохранительницу дома наказывать.

— Утром, на той же поляне, где Илья размазал твоего деда. Устроим тренировочный бой.

Вот оно что! Братец практически бросил мне вызов. Тренировочный бой между братьями, ну что может пойти не так? Особенно учитывая, что один из них, едва может выдать уровень Ученика.

— Катись к черту! — ответил я.

— Илья!

Варягин шагнул вперед. Виталий нехорошо улыбнулся:

— У принца Льва обострилась болезнь, если он будет сопротивляться — скрути его. Потом, возьмешь розги и как следует, выпорешь эту девку. Прямо у него на глазах.

По взгляду Варягина я понял, приказ ему не по душе. Но он послушно двинулся к нам. Я встал у него на пути:

— Только попробуй!

Он оскалился волчьей ухмылкой:

— Попробую, ваше высочество.

Мира встала рядом. Ее трясло, но она твердо произнесла:

— Я не позволю ему даже прикоснуться к вам, мой принц.

Варягин снова оскалился. А в руке Виталия появился клинок из белых росчерков.

— Похоже, безумие Льва передалось и его людям. Выполняй приказ, Илья. А я помогу.

Он тоже двинулся к нам. Я понял — нам не справиться с ними. Да одного Варягина хватит, чтобы разделаться и со мной, и с Мирой. Она, кстати, так и не взялась за оружие. Тяжело, наверное, применять его против императорской крови.

Закричать? Позвать на помощь? Да, в зал ворвутся люди, и все закончится. Но, ведь это поражение. Получится, Виталий заставит меня праздновать труса. Слух об этом разойдется. И из безумца, я превращусь в слабоумного труса.

— Хорошо, — процедил я. — Будь, по-твоему. Завтра встретимся.

Лицо брата исказила усмешка.

— Стой, Илья. Мой братец внезапно снова поумнел. Я сам со всем разберусь. Проваливай, Лев. Увидимся утром!

Потом он перевел взгляд на Миру:

— Когда все закончится, я заставлю тебя держать букет в руках, над которым ты так смеялась, пока тебя будут охаживать розгами.

Виталий двинулся к своему креслу, убирая клинок. Остановился:

— И еще, Лев. Приходи со своими барышнями. А я приду только с Ильей. Вас даже больше будет!

Он хохотнул, радуясь своему остроумию.

Я довел дрожащую и всхлипывающую Миру до своей части Летнего дворца. Там она упала в объятия Каролины, дав волю чувствам. Позже, она о чем-то говорила своей подруге, отчего у «госпожи капитана» глаза полезли на лоб.

Я же расхаживал по комнате, раздумывая как правильнее поступить. Выходить на бой, ха, «тренировочный», с Виталием — так себе задумка. Я открыл интерфейс. В разделе Энергия значились 12,5 %. Да уж, княгиня Вяземская, могла бы и проявить больше заинтересованности ко мне, как к человеку, а не как к щиту против общественно порицания.

Давай прикинем. Чтобы сделать режущую кромку или укрепить предмет, мне надо на каждое действие примерно 7 % энергии. Предположим, вдруг, энергии понадобиться чуть меньше. Максимум, что я смогу сделать — это два действия. А потом? Виталий нашинкует меня на котлеты, так выходит?

Самым правильным решением будет просто уехать. Нет, это не похоже на бегство. Это и есть бегство. И тут нечего стыдиться. У меня просто нет сил, в данный момент, противостоять целому будущему императору. Но тут есть, два «но».

Люди Виталия, скорее всего, уже перекрыли все выходы из дворца. Меня, предположим, они выпустят. Но вот Мире они уйти не дадут. А еще, я уже думал об этом. Моя репутация рухнет ниже плинтуса. Принц Лев бежал от дружеской потасовки с братом! С применением всего арсенала заточенного на убийство человека. Ха-ха, позор ему!

Тут и княгиня молчать не будет, где-нибудь да шепнет, как она просила о заступничестве. Я пообещал его ей, и тут же дал стрекоча, как только моя защита понадобилась другой женщине.

Значит — бой. Одна надежда, что добрый братик не убьет меня, это слишком даже для него, а просто отрубит мне руку или ногу. С другой стороны, несчастный случай он такой. Мозги может вынести на раз. Особенно, когда речь идет о вероятном конкуренте за трон.

Решил, что самое лучшее в сложившейся ситуации — поспать. Завалился. Сон вышел рваный, беспокойный. Кажется за шесть часов, я проснулся раз шестьсот. Встал с первыми лучами солнца. Разбитый, с гудящей, словно с похмелья, головой.

Не успел я покончить со скромным завтраком, как появился один из слуг Виталия. Он сообщил, что «его высочество», ожидает меня в условленном месте через час. Позвонил Каролине. Через двадцать минут обе девушки были у меня. В красных мундирах и белых капри, так соблазнительно обтягивающих их ноги. И не только.

— Давай уедем! — сказала Каролина.

— Я останусь, ведь это я во всем виновата! — вторила ей Мира.

Она немного пришла в себя. Выглядела как обычно, но в глазах замер далеко упрятанный страх. Ведь Виталий пригрозил ей страшной и позорной участью. Блин, мне и проиграть нельзя! Мой братец тогда не отстанет от Миры. Надо же, насколько у него больное воображение!

Я не стал вдаваться в подробности, и просто сказал, что я иду навстречу с Виталием. Мире я приказал не появляться на глаза слугам, и где-нибудь спрятаться. Не обошлось и без магического: «Это приказ!». Каролину пришлось взять с собой.

— Да тебя же убьют! — говорила «госпожа капитан» по пути. — Образумься!

— У меня обострение, — буркнул я.

Мы пришли чуть раньше. Оглядывая поляну, ставшую моим временным тренировочным залом, я заметил у турника брошенный пластмассовый меч. Игрушечный такой, детский. Поднял его.

— А это откуда?

Каролина зло выдохнула, раздосадованная, что в такой важный момент я интересуюсь пустяками.

— У слуг, что работают здесь постоянно, есть дети. Наверное, бросили, когда забегали сюда вечером. Я распоряжусь наказать за нерадивость.

— Не надо никого наказывать, тут уже есть, великий наказыватель. Вон он, кстати, идет.

К нам приближались Виталий и Варягин. Виталий, вместо зеленого мундира и кавалерийских сапог, облачился в тренировочную одежду. Варягин выглядел как обычно. Я повернулся к ним. Пластмассовый меч так и остался в моей руке.

— Даже не знаю, что сказать.

Виталий указал на пластмассовый меч.

— Что ты сдаешься.

Виталий ухмыльнулся. Я, покрутил игрушку в руках. Тут мне пришла одна мысль, и я сунул меч за пояс брюк. Варягин, не сдержавшись, засмеялся. Виталий и Каролина смотрели на меня как на безумца. Действительно, мог бы одеть для «тренировочного» боя что-нибудь более подходящее. Я ведь так и пришел, как ходил до этого: в белой рубахе и светлых легких брюках. Хорошая шутка, ага.

— Я готов!

Положив руку на эфес игрушки, посмотрел на Виталия. Тот оглядел поляну.

— А где вторая?

— Решил не давить на вас численным преимуществом.

— Я же сказал…

— Братец, не заставляй меня грубить тебе. И если пришел драться, то не будем тянуть.

Виталий сбросил куртку с капюшоном на траву, оставшись в майке, спортивных штанах и кроссовках.

Заметил, как среди деревьев мелькают фигуры. Сначала решил, что Виталий притащил сюда всю свою охрану, но это оказались любопытные слуги. Слух о нашей ссоре уже разошелся, и, самые смелые из них, искали себе дела поближе к нашему ристалищу.

— Драться? — деланно удивился Виталий. — Я же сказал, что хочу лишь преподать тебе пару уроков.

— Ну, давай, сенсей, действуй.

Виталий ступил на поляну. Он стоял в полный рост, глядя на меня. Руки сжаты в кулаки.

— Ты безумен, брат, и многого не понимаешь. Первое, что ты обязан уяснить — я будущий император. Нравится тебе это, или нет. Мое слово, мое желание — закон!

— А я думал, это работает по-другому. Ну, там императорский кодекс, свод законов, конституция, не дай бог. И на основе этого император уже правит.

Виталий не шелохнулся.

— Второе — к будущему повелителю надо относиться с уважением. Будь ты простолюдин, дворянин или человек императорской крови. И третье…

— Ты же говорил, пару уроков. Все, лимит кончился.

— Дерзких — наказывают.

В руке Виталия образовался клинок из белых росчерков.

— Защищайся!

Он метнулся вперед. Взмахнул клинком, и белое лезвие полетело прямо в меня. Все произошло быстро, практически без моего участия. Спину обдало холодом, палец с кольцом из стали будто погрузили в жидкий азот. Вокруг правой руки вспыхнуло белое свечение.

Я успел подставить руку под удар клинка. И это помогло! Виталий удивленно отпрянул. Но тут же пришел в себя. Он принялся расхаживать, выделывая клинком финты, и ощущая себя в полной безопасности.

А со мной происходило нечто странное. Точнее, ничего странного, но раньше такого не было. Справа в поле зрения открылось маленькое окно интерфейса. Информации — всего ничего:

«Энергия — 12,5 %

Расход — 6 %

Остаток — 6,5 %».

— Это что сейчас происходит? — спросил я сам у себя.

Или у интерфейса. Но система мне не ответила, зато ответил Виталий:

— Небольшая затравка, перед настоящей заварушкой!

— Да я не с тобой разговариваю, идиот!

— Сам идиот!

Виталий накинулся на меня и принялся уже вполне серьезно размахивать своим клинком. Он явно нацелился на то, что «несчастный случай» должен произойти, во что бы то ни стало. Я пятился под градом ударов. Каким-то чудом, умудряясь, каждый раз, подставить сияющий белым свечением кулак под его оружие.

Братец даже попытался провести какой-то финт, изобразив, что собирается рубануть меня наотмашь, он изменил траекторию клинка и пырнул им снизу, в живот. Но и этот выпад я смог заблокировать.

Пот струился ручьем. Сердце бешено колотилось. Не в игрушки играем! Виталий прервал свой натиск. Замер, в позиции фехтовальщика, выбирая, как лучше ему зацепить меня. А я понял — так долго продолжаться не может. Сковорода в руках, и то лучшая защита, чем мое режущее поле.

Сейчас мой братец подумает и подберет ключ к моей обороне. И тогда все, прощай этот чудесный мир. Ну, а попка Миры попрощается со своей кожей. Уверен, Виталик приложит все усилия, чтобы показательно проучить ее.

Я отступил на пару шагов. Убрал сияющее поле вокруг руки.

— Сдаешься? — усмехнулся Виталий.

— Нет, начинается настоящая заварушка!

Я выхватил из-за пояса пластмассовый меч. Рукоять детского оружия была сделана из твердого пластика. А вот «клинок» — всего лишь тоненькая полоска. Он нелепо принялся раскачиваться в моих руках из стороны в сторону.

Виталий приподнял брови. Но затем злобно усмехнулся:

— Какая трагедия! В спортивных играх, ты потеряешь руку, вместе с этой хреновиной. А может, и голову!

Он взмахнул клинком, и прыгнул вперед. Белая смерть понеслась ко мне.

Привет, читатель. Это финал первого тома. Если ты здесь, то, скорее всего, книга тебе понравилась. Будь добр, поставь произведению лайк. Спасибо, что не остаешься равнодушным к моему творчеству.